Глава 9. Шаг навстречу

      Большой зал Хогвартса встретил вернувшихся учеников своим неизменным великолепием. Тысячи свечей парили под зачарованным потолком, на этот раз отражающим глубокое, усыпанное звёздами небо. Тёплый свет струился по лицам, скользил по позолоченным тарелкам и кубкам, заставляя всё вокруг мягко мерцать. Четыре факультетских стола гудели — сотни голосов переплетались так, что нельзя было разобрать ни одного слова, но чувствовалось общее возбуждение: каникулы кончились, и впереди был новый год.       За преподавательским столом, почти у самого края, уже привычно устроилась Астра в своей темно-синей мантии. За прошедший год она успела стать для учеников такой же неотъемлемой частью школы, как Филч или миссис Норрис — только гораздо более полезной. У её ног расположилась Аляска, которая с притворной усталостью прикрыла глаза, уронив голову на лапы.       Но всё это было лишь видимостью: собака то и дело приподнимала уши, прислушиваясь к гулу зала, и с любопытством поводила носом. Когда кто-то из преподавателей заводил разговор с Астрой, Аляска мгновенно вскидывала голову, оценивая обстановку. Чаще всего она задерживала настороженный взгляд на профессоре Квиррелле — от него так сильно пахло чесноком, что это перебивало все остальные запахи и заставляло собаку чихать.       За столом Гриффиндора царила привычная непринуждённая атмосфера, какая бывает только в ожидании первого пира. Ещё никто не устал от учёбы, все полны сил и новостей, которые следует обсудить, а впереди ещё целый вечер безделья.       Марго сидела между Джорджем и Кассиопеей, на её лице застыло выражение снисходительной усталости — близнецы уже в который раз за вечер принимались обсуждать её летние подвиги. Она качала головой, пряча улыбку, но было видно, что на самом деле ей приятно. Напротив них Анджелина и Алисия, уже успевшие поделиться всеми новостями в поезде, теперь просто слушали, изредка переглядываясь и усмехаясь. Ли примостился сбоку от Фреда, занимая стратегически выгодную позицию, чтобы ничего не пропустить, и изредка встревал в разговор с восторженными комментариями.       — ...а она как взмахнёт рукой, — Фред изображал сцену у пруда, так увлечённо жестикулируя, что соседи справа начали коситься. — И вода прямо стеной встала! Мы с Джорджем чуть захлебнулись!       — Не преувеличивай, — буркнула Марго, но щёки её предательски порозовели.       — Ни капли! — подхватил Джордж, сверкая глазами. — Вы бы видели! Девчонки становятся опасными даже вне поля для квиддича.       — Конечно, — кивнула Алисия и подмигнула подруге. — Забыл уже, как мы вас завалили снежками в прошлом году?       — И это, конечно, было честное поражение, — огрызнулся Фред. — Марго со своим огнём с каждым годом становится всё креативнее.       Поттер очередной раз за день закатила глаза.       — Лучше бы так Аляску хвалили, — фыркнула она, бросая быстрый взгляд на дверь, где вот-вот должны были появиться первокурсники. — Она несколько раз за это лето одурачила Фреда. Он все деревья в саду лбом пересчитал.       Ребята прыснули. Фред состроил обиженную мину и демонстративно потёр лоб, хотя синяков там давно уже не было. Он открыл рот, собираясь выдать очередную язвительную реплику, но в этот момент тяжёлые двери Большого зала распахнулись. Гул голосов, ещё секунду назад наполнявший помещение, начал медленно стихать.       Марго подалась вперёд, вглядываясь в вереницу первокурсников, которые плелись за профессором МакГонагалл. Взгляд заметался по толпе маленьких фигурок в чёрных мантиях, выискивая одну-единственную. Там было столько незнакомых лиц — испуганных, любопытных, восторженных. Но его она узнала сразу. Чёрные взлохмаченные волосы, которые торчали во все стороны, и очки, за которыми угадывались зелёные глаза. Он шёл в середине строя, стараясь не смотреть по сторонам, устремив взгляд в зачарованный потолок.       — Выдохни, — раздался тихий голос Кассиопеи.       Марго моргнула. Она и не заметила, что перестала дышать. Из груди вырвался судорожный вздох, но взгляд всё ещё был прикован к Гарри.       Первокурсники выстроились перед учительским столом. Профессор МакГонагалл поставила перед ними табурет и положила на него старую, потрёпанную шляпу. Шум в зале окончательно смолк. Шляпа зашевелилась, и по залу разнёсся её скрипучий голос, распевающий песню о четырёх факультетах.       Девочка слушала вполуха, не в силах оторвать взгляда от Гарри. Он стоял рядом с Роном, и на его лице читалось изумление, к которому примешивалось что-то ещё. Может быть, надежда, а может, страх.       — Возможно, вас ждёт Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы, — донеслись до неё слова из песни.       Гриффиндор. Марго вцепилась в эту мысль, как в спасательный круг. Иначе просто не могло быть. Если Гарри хоть немного похож на своих родителей — а судя по всему, очень даже похож, — значит, его место здесь. Рядом с ней за Гриффиндорским столом.       Шляпа закончила петь, и зал разразился аплодисментами. Профессор МакГонагалл развернула свиток. Распределение началось.       Марго смотрела, как один за другим первокурсники подходят к табурету, как шляпа на мгновение задумывается, а потом выкрикивает название факультета. Она хлопала вместе со всеми, когда очередной ученик отправлялся к Гриффиндору, провожала взглядами тех, кто уходил к другим факультетам, и ждала. Ждала только одного имени.       — Поттер, Гарри!       По залу пробежал ропот. Шепотки, приглушённые восклицания, любопытные взгляды — всё это слилось в единый гул. Кто-то из учеников даже привстал, чтобы лучше разглядеть знаменитость. Марго вцепилась пальцами в край стола так, что костяшки побелели. Под кожей разгоралось знакомое тепло — дар откликался на её волнение, пульсировал в такт бешено колотящемуся сердцу.       Гарри сделал шаг вперёд, потом ещё один — и сел на табурет. Шляпа опустилась ему на глаза, скрывая лицо. В зале повисла тишина.       Марго затаила дыхание. Краем глаза она заметила, что Астра за преподавательским столом замерла точно так же. Даже близнецы, обычно не способные усидеть на месте, притихли. Ладонь Кассиопеи ободряюще легла на руку сестры.       — ГРИФФИНДОР!       Марго выдохнула. Весь воздух, который она задерживала последние полминуты, вышел из лёгких разом, и на мгновение перед глазами поплыло.       Зал взорвался аплодисментами. Близнецы вскочили с мест и заликовали так, что уши закладывало. Гарри, сняв шляпу, направился к их столу. Перси, сидевший чуть поодаль, приосанился и с важным видом протянул ему руку.       Гарри сел напротив приведения Сэра Николаса, через несколько человек от Марго. И пока распределение подходило к концу — вот-вот должны были вызвать Рона, — мальчик оглядывал присутствующих в зале. Сначала преподавателей, а потом сидящих за столом Гриффиндора.       Марго, которая всё это время не сводила с него глаз, вдруг поймала себя на том, что он смотрит в её сторону. Она резко отвернулась и, наконец, разжала пальцы, впившиеся в край стола. На дереве остались потемневшие следы, словно оно обуглилось.       Когда Рон Уизли, раскрасневшийся от гордости, присоединился к братьям, а Блейз Забини отправился за стол Слизерина, профессор МакГонагалл свернула свой список и унесла шляпу из зала.       Дамблдор поднялся, и зал мгновенно затих. Директор раскинул руки в привычном приветственном жесте.       — Добро пожаловать! — его голос разнёсся под сводами. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!       Дамблдор сел. Зал взорвался смехом и аплодисментами, и в ту же секунду перед каждым учеником появились различные блюда. Запах жареного мяса, свежего хлеба и картошки поплыл над столами.       Марго почти не притронулась к еде. Она украдкой наблюдала за Гарри, который с таким изумлением оглядывал горы еды около себя, будто никогда в жизни не видел ничего подобного. Он осторожно начал накладывать себе всего понемногу. Рядом с ним Рон уже вовсю уплетал куриную ножку, одновременно пытаясь что-то рассказывать с набитым ртом.       — Марго, — голос Касс вырвал её из мыслей. — Так и будешь гипнотизировать его взглядом? Ты дыру в нём прожжёшь.       Девушка моргнула и резко перевела взгляд в свою пустую тарелку.       — Я не знаю, — выдохнула она, разглядывая узор на посуде. — Не знаю, что ему сказать.       — Для начала сойдёт и просто «привет», — Касс кивнула в сторону Гарри и Рона. — И потом, я сильно сомневаюсь, что он совсем ничего о тебе не знает. Рон ехал с ним в одном купе. Почти весь день. Ты же знаешь Рона — он и пяти минут не может продержаться, чтобы не выболтать всё, что знает.       Марго проследила за её взглядом. Гарри и Рон о чём-то перешёптывались, и Рон так активно жестикулировал, что едва не сбил кубок с тыквенным соком. Кассиопея права — удержать язык за зубами было не в характере Уизли.       — Ладно, — она глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Я попробую.       Касс одобрительно кивнула.       Марго поднялась, чувствуя, как под прицелом десятков любопытных взглядов её спина становится деревянной. Какие-то несколько шагов вдоль стола — целая вечность. Она опустилась на свободное место рядом с Гарри, и сердце тут же ухнуло куда-то вниз. Ладони вспотели, и она сжала их в кулаки, надеясь, что никто не заметит её дрожи.       Гарри обернулся. На секунду в его зелёных глазах мелькнуло недоумение, а потом — узнавание.       — Привет, — выдавила девушка. Голос предательски сел, и она прокашлялась в кулак. — Я Марго.       Гарри смотрел на неё мгновение, другое. Потом сказал просто, без тени удивления:       — Я знаю.       — Что?       — Я знаю, кто ты, — повторил он. — Рон рассказал. В поезде.       Марго перевела взгляд на Рона. Тот, почуяв неладное, замер с куриной ножкой в руке. Когда их взгляды встретились, поперхнулся, закашлялся и резко отвернулся, сделав вид, что его тут нет.       — Неудивительно, — усмехнулась Марго, качая головой. — Но даже лучше. Не придётся начинать с «привет, я твоя давно потерянная сестра». День и так, кажется, выдался слишком насыщенным.       Она замолчала. Гарри тоже не мог подобрать слов. Вокруг шумел пир: звенели кубки, кто-то громко смеялся, Перси разговаривал с какой-то кудрявой девочкой, но здесь, в этом маленьком пространстве между ними, повисла тишина. Гарри смотрел на неё так, будто пытался найти в её лице ответы на вопросы, которые ещё не успел задать.       — Почему ты не подошла раньше? — спросил Гарри тихо, почти шёпотом, словно не хотел, чтобы их разговор кто-то услышал. — На платформе. Или в поезде. Я тебя видел, ты прошла мимо с братьями Рона.       Марго отвела взгляд. Она пыталась заставить себя не отворачиваться, но признаться в собственном страхе, глядя прямо в глаза, было невыносимо трудно.       — Боялась, — честно ответила она. — Я не знала, захочешь ли ты вообще со мной разговаривать.       Гарри молчал. Секунда, другая, третья — Марго уже начала жалеть, что подошла и вообще затеяла этот разговор. Но когда она рискнула взглянуть на него снова, в его зелёных глазах не было осуждения. Только что-то очень похожее на понимание.       — Я ничего о тебе не знаю, — сказал он наконец. Голос его звучал ровно, но девушка уловила в нём нотку, от которой у неё сжалось сердце. — Дурсли никогда не говорили... ну, обо всём этом. И Хагрид не рассказал, когда забрал меня. Я даже не знал, что у меня может быть сестра.       — Дурсли — это те маглы, у которых ты живёшь? — уточнила Марго, хотя ответ уже знала. — Им, вероятно, самим ничего обо мне не известно.       Гарри скривился так, будто откусил лимон. Этого хватило. Марго вдруг остро, до физической боли, осознала, как сильно ей повезло. Да, у неё не было родных родителей. Но у неё была Астра и Кассиопея. У неё были Уизли — шумные, суматошные, но такие родные. А у Гарри? Только маглы, которые столько лет скрывали от него правду.       — Понятно, — сказала Марго мягко и на мгновение замолчала, подбирая слова. — Слушай… я понимаю, что это всё дико странно. И если ты не хочешь… ну, общаться или что-то такое — я пойму. Честно. Но я просто хотела, чтобы ты знал: если тебе что-то понадобится — помощь, совет, или просто кто-то, кто будет на твоей стороне, — я рядом.       Гарри долго смотрел на неё. Так долго, что Марго уже начала жалеть, что сказала это вслух. А потом уголки его губ дрогнули. Робко, неуверенно, но это была улыбка.       — А ты правда умеешь управлять огнём без палочки? — спросил он, и в его глазах впервые за весь разговор зажглось что-то, похожее на любопытство.       Марго моргнула, не ожидая такого поворота. А потом рассмеялась — тихо, почти беззвучно, прикрывая рот ладонью. Рядом кто-то обернулся, но ей уже было всё равно.       — Рон и это рассказал?       — Он много чего рассказал, — подтвердил Гарри. В его голосе слышалось что-то вроде извинения, но глаза уже разгорались искренним любопытством. — Про квиддич, про твои способности, про то, как даёшь сдачи слизеринцам...       — О, про это он тоже рассказал? — Марго закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Ну, раз ты теперь в курсе всех моих подвигов... да, умею. Если хочешь, как-нибудь покажу. Только не здесь, — она понизила голос и покосилась в сторону преподавательского стола. — А то Снейп снова придерётся. Это у него любимое развлечение — цепляться ко всем.       Гарри проследил за её взглядом и, кажется, что-то понял.       — Спасибо, — сказал он вдруг.       Марго замерла с полуоткрытым ртом.       — За что?       — За то, что подошла, — Гарри говорил тихо, глядя ей прямо в глаза. — Я... я правда рад, что ты есть.       У Марго защипало в носу. Она быстро моргнула — раз, другой, прогоняя непрошеную влажность. Только слёз сейчас не хватало.       — Ладно, — сказала она, поднимаясь. Голос всё ещё подрагивал, и она прокашлялась. — Заболталась я с тобой. Увидимся завтра, хорошо?       — Хорошо, — кивнул Гарри.       Она сделала шаг, потом обернулась.       — И, Гарри, — Марго улыбнулась. — Добро пожаловать в Гриффиндор.       Он улыбнулся в ответ — уже увереннее, шире. Девочка пошла обратно. С каждым шагом груз, который она тащила в себе всё лето, становился легче, пока совсем не исчез, оставив вместо себя странное, щемящее тепло где-то под сердцем.       — Ну? — Касс вопросительно изогнула бровь, когда сестра плюхнулась на скамью и шумно выдохнула.       — Замечательно, — улыбка расползлась по лицу сама собой.       Близнецы, уловив конец разговора, одобрительно загудели. Джордж мягко хлопнул её по плечу, Фред подмигнул с таким видом, будто это он всё организовал. Анджелина и Алисия, сидевшие напротив, переглянулись с понимающими улыбками.       Пир подходил к концу. Десерты исчезли со столов так же незаметно, как появились — только что перед тобой высилась гора пирожных, и вот уже остались одни пустые тарелки. Дамблдор снова поднялся, и зал послушно затих.       — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов, — начал директор, и его голубые глаза за очками-половинками весело блеснули. — Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам, — он сделал многозначительную паузу, найдя взглядом рыжие макушки близнецов, — для их же блага тоже следует помнить об этом…       Фред и Джордж мгновенно приняли самый невинный вид, на который только были способны — широко распахнутые глаза, приоткрытые рты, лёгкий налёт оскорблённости.       — Конечно, мы помним об этом, — прошептал Фред едва слышно, как только Дамблдор продолжил свою речь.       — Ещё бы не помнить, — так же тихо отозвался Джордж, косясь на брата. — Хагрид несколько раз нас ловил. И потом ещё заставляли кубки отмывать в Зале Наград. Я до сих пор иногда вижу во сне, как полирую этот дурацкий кубок по квиддичу пятьдесят третьего года.       — Зато теперь знаешь его с любого ракурса, — хмыкнул Фред.       Сидевшие рядом девчонки прыснули, прикрывая рты руками. Марго толкнула Джорджа локтем, но сама едва сдерживала улыбку.       — И, наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью, — Дамблдор выдержал паузу и добавил с лукавым блеском в глазах: — Мадам Блэк любезно согласилась усилить патрулирование в этом крыле, так что имейте в виду: даже если вам удастся избежать смерти, встреча с нашим заведующим безопасностью вам точно не понравится.       В зале повисла тишина. Кто-то нервно хихикнул, кто-то испуганно переглянулся. Большинство, впрочем, восприняли это как очередную странность директора. Дамблдор, сияя улыбкой, словно только что сообщил о продлении каникул, сел на место.       Марго покосилась в сторону преподавательского стола, где Астра, словно почувствовав её взгляд, чуть заметно приподняла бровь. Девочка поспешно отвернулась к близнецам. В глазах Фреда загорелся тот самый огонёк, который обычно предвещал либо гениальную шалость, либо катастрофу. Джордж смотрел на брата с таким понимающим выражением, будто они только что обменялись длинной речью без единого слова.

***

      Первая неделя третьего курса пролетела в водовороте новых предметов, кучи домашних заданий и коротких перерывов на отдых — всё это было втиснуто в дни так плотно, что казалось, учёбе нет конца. Дни были расписаны по минутам: подъём на рассвете, спешный завтрак, едва ли не на бегу, лавирование по коридорам среди растерянных первокурсников — и так до самого вечера. А впереди ещё маячили тренировки по квиддичу, заставляя ребят с тоской вспоминать летнее безделье.       Нумерология, которую Марго выбрала вместе с Анджелиной и Алисией, оказалась на удивление интересной. Профессор Вектор увлекательно рассказывала о магических свойствах чисел, и подруги действительно слушали её. Уход за магическими существами вообще воспринимался как развлечение — особенно когда близнецы что-то вытворяли.       Правда, из-за новых предметов их компания теперь разделялась. Пока девчонки корпели над цифрами на нумерологии, близнецы и Ли тащились в Северную башню к профессору Трелони и каждый раз возвращались с новыми байками о чьей-то ужасной смерти. Марго каждый раз закатывала глаза, но это только подогревало энтузиазм мальчишек. Ли вместо Ухода посещал Древние руны и постоянно жаловался, что там надо слишком много запоминать.       Но самым занятным предметом оказалась Защита от Тёмных Искусств. Профессор Квиррелл ввалился в класс, закутанный в лиловый тюрбан, от которого исходил странный, приторный запах чеснока. Он заикался, вздрагивал от каждого шороха и то и дело испуганно оглядывался на дверь.       — Н-ну что ж, д-дети, — начал профессор, нервно теребя край мантии. — З-защита от Т-тёмных Искусств... это очень в-важный предмет. Вам п-предстоит узнать о... о... самых разных т-тварях...       Дальше последовал сбивчивый, полный оговорок рассказ, из которого никто ничего не понял, но каждый твёрдо уяснил, что профессор панически боится вампиров и, кажется, собственной тени. К концу урока Квиррелл так заикался и вздрагивал, что Ли, сидевший сзади, начал делать ставки: упадёт профессор в обморок или нет, когда кто-нибудь чихнёт.       — Ну и Защита в этом году, — протянул Фред, когда они выходили из класса. — Если так пойдёт дальше, мы от вампиров будем отбиваться тюрбаном профессора.       — Может, у него там что-то спрятано? — задумчиво предположил Ли.       — Ага, мозги, — фыркнул Джордж. — Хотя, судя по уроку, вряд ли.       Марго только покачала головой. С таким преподавателем Защита обещала быть незабываемой, хотя бы в плане абсурда. Больше комедия, чем полезный предмет, на который она рассчитывала.       Но главное, что изменилось в школе за эту неделю, были не уроки, а Гарри.       О нём говорили все. Школа, кажется, сошла с ума — каждый хотел взглянуть на Мальчика-Который-Выжил, прикоснуться к нему, ну или хотя бы просто постоять рядом. Марго видела, как на переменах вокруг Гарри и Рона образовывались группы любопытных, которые делали вид, что просто проходят мимо, но на самом деле только и делали, что пялились. И самое раздражающее во всём этом было то, что с вопросами подходили к ней.       — Марго, слушай, а правда, что Гарри Поттер — твой брат? — спросила какая-то пятикурсница в библиотеке, делая вид, что ищет книгу на соседней полке.       — Правда, — коротко ответила Поттер, не отрываясь от эссе по нумерологии.       — И какой он? Расскажи!       — Обычный, — пожала плечами Марго. — Ест, спит, дышит. Всё как у людей.       Девушка ушла разочарованной, но на её место тут же пришли другие. Через день — парень с Хаффлпаффа, потом две девчонки с Рэйвенкло, потом кто-то с Гриффиндора. К пятнице Марго уже начала огрызаться на автомате.       — Я не экскурсовод по Гарри Поттеру, — рявкнула она, когда очередная любопытная третьекурсница пристала к ней в коридоре.       — Да ладно тебе, — не отставала та. — Вы же семья. Ты должна знать о нём всё!       — Я знаю о нём ровно столько же, сколько и ты, — отрезала Марго, останавливаясь. — Мы с ним не росли вместе, я не хожу за ним по пятам и не записываю каждый его чих. У меня своих дел полно. Хотите узнать его поближе — идите и познакомьтесь сами. Он, кажется, не кусается.       — Но он же знаменитость!       — Обычный одиннадцатилетний мальчишка.       — Но он же Поттер!       — Мы все тут Поттеры, — огрызнулась Марго и нырнула в ближайший проход, пока девчонка не нашла новый аргумент.       Кассиопея, наблюдавшая эту сцену со стороны, едва сдерживала смех.       — Надо будет сделать табличку, — предложила она, когда надоедливая особа наконец скрылась из виду. — "Справки о Гарри Поттере не выдаются".       — Очень смешно, — буркнула Марго.       — А что? — Касс пожала плечами. — Может, сработает. У тебя вон уже глаз дёргается от этих расспросов.       Марго только вздохнула. Сестра, вероятно, была права — её бесило это всеобщее помешательство. Но, если честно, бесило не столько само любопытство, сколько то, что она и сама не знала о Гарри почти ничего. Все эти люди ждали от неё подробностей, а она могла рассказать о брате не больше, чем они.       Это напоминало её собственный первый курс до невозможности. Тогда все тоже сходили с ума по фамилии Поттер — точно так же расспрашивали Марго о брате, вот только он ещё не учился в школе. И при этом у неё за спиной стояли близнецы, готовые в любой момент прийти на помощь, а Гарри приходилось справляться самому. Хотя... у него ведь тоже теперь был свой Уизли.       Поттер ловила себя на том, что постоянно ищет брата взглядом в коридорах. Не потому, что хотела подойти или заговорить, просто проверяла, всё ли с ним в порядке. Глупо, конечно. С ним всё было хорошо: он везде появлялся с Роном. И они, кажется, вообще не отлипали друг от друга. Иногда они сталкивались в гостиной, перекидывались парой фраз об учебе и домашке, о том, что Снейп опять снял баллы. Обычные разговоры. Без надрыва.       И это было нормально. Может, именно так и должны общаться брат с сестрой, которые почти не знают друг друга. Не бросаться в объятия, не выяснять отношения, а просто быть рядом. Постепенно привыкать.       В субботу утром были назначены отборочные. Марго едва продрала глаза после бессонной ночи, посвящённой тщетным попыткам практики. Накануне директор предложил ей учиться перемещать предметы силой своего дара, а в перспективе — и себя. Звучало многообещающе, но на деле всё оказалось куда сложнее.       Она провозилась до глубокой ночи. Перья, пергамент, чернильница — всё послушно левитировало в воздухе, стоило только сосредоточиться. Но стоило пожелать, чтобы они переместились в огне, как учил Дамблдор, — и они вспыхивали, рассыпаясь пеплом. Каждый новый провал только сильнее злил, и следующие попытки получались ещё хуже предыдущих. К утру от запасов письменных принадлежностей почти ничего не осталось. Марго, отчаявшись, решила вздремнуть хоть пару часов, но проснулась еще более разбитой, чем когда ложилась.       — Ты чего такая помятая? — Анджелина с подозрением разглядывала тёмные круги под глазами подруги.       — Всю ночь тренировалась после занятия с Дамблдором, — буркнула Марго, с трудом заставляя себя проглотить ложку овсянки. Есть не хотелось категорически.       — С ума сошла? У нас сегодня отборочные! — глаза Джонсон округлились. — Оливер уже рвёт и мечет, требует, чтобы мы выкладывались по полной. Как ты в таком состоянии...       — Молча, — перебила её тираду Марго и уткнулась носом в тарелку, давая понять, что разговор окончен.       Анджелина только вздохнула и многозначительно переглянулась с Алисией. Спорить с подругой в таком состоянии было бесполезно.       На стадион они пришли как раз вовремя. Оливер носился среди претендентов в команду, покрикивая на Фреда и Джорджа, которые парили в воздухе и пытались скинуть друг друга с мётел.       — Хватит дурачиться! — орал Вуд. — Это отборочные, а не цирк!       — А мы разминаемся! — крикнул в ответ Фред, ловко уворачиваясь от брата, который спикировал на него слева.       Марго, глядя на эту перепалку, слабо улыбнулась. Близнецы были неисправимы.       — Спустились на землю немедленно! — рявкнул им Оливер, заметив подошедших охотниц. — Начнём.       Отборочные прошли не так, как ожидалось. Члены команды с прошлого года быстро подтвердили свой статус: все летали чисто, слаженно, без лишних нервных движений. Марго, едва поднявшись в воздух, отбросила остатки сонливости и с азартом влилась в игру.       Оливер быстро отсеял тех, кто едва держался на метле. Среди претендентов в охотники выделялась Кэти Белл. Вуд почти полчаса наблюдал, как она впишется в основной состав, заменяя то одну охотницу, то другую. Но до слаженности тройки подруг Кэти немного не дотягивала — впрочем, эта проблема решалась тренировками.       Среди загонщиков не нашлось даже возможной замены. Фред и Джордж, видимо, одним своим видом распугали конкурентов.       С ловцом, который был просто необходим команде, всё оказалось ещё хуже. Несколько кандидатов пытались, но никто не мог похвастаться даже средними результатами. Оливер мрачнел на глазах.       — Это провал, — бормотал он. — Мы останемся без ловца. Слизерин нас размажет.       В конце отборочных Оливер объявил результаты. Основной состав остался прежним. Кэти Белл взяли в команду в качестве запасной охотницы. Марго хмыкнула про себя: судя по прошлому году, заменять будут именно её, потому что чаще всего именно она в каком-то недопустимом состоянии: то не спавшая, то рассеянная.       Вся команда собралась в раздевалке, обсуждая график тренировок и главную проблему — отсутствие ловца.       — А может, Марго переквалифицируется? — с хитрой ухмылкой предложил Фред.       — Точно! — подхватил Джордж. — Хорошая идея!       — Плохая, — отрезала Марго, закатывая глаза. — Из меня ловец, как из Снейпа доброжелательный учитель.       Близнецы прыснули, а Вуд, не оценивший шутку, только вздохнул.       — Я что-нибудь придумаю, — пообещал он, оглядывая команду. — А пока готовьтесь к тренировкам.       Во вторник после уроков Вуд застал команду в гостиной: Анджелина, Алисия и Марго писали эссе по трансфигурации, а Фред и Джордж развалились на креслах и перекидывались шутками с Ли, который держал в руках своего тарантула. Девчонки несколько раз пригрозили им, что не дадут списать ни слова из своих свитков, если мальчишки не сядут писать с ними, но тем было без разницы. Не было только Кэти. Заметив Оливера, вид у которого был такой, будто он выиграл тысячу галеонов, вся команда отложила свои дела.       — У меня отличные новости! — объявил Вуд, сияя. — Профессор МакГонагалл переговорила с директором, и нам разрешили взять нового ловца.       — Кого? — насторожилась Анджелина, отложив перо.       — Гарри Поттера.       Повисла тишина. Марго показалось, что сердце на секунду остановилось. Гарри? В команде?       — Первокурсник? — уточнила Алисия.       — МакГонагалл говорит, что он прирождённый ловец, — Вуд сиял. — Она видела, как он поймал стеклянный шарик на первом же уроке полётов. Представляете? Первокурсник в сборной!       — С ума сойти, — выдохнула Анджелина.       — Слизеринцы лопнут от злости, — довольно потёр руки Фред.       Марго молчала, переваривая новость. Гарри будет в команде. Её брат будет летать рядом с ней. Это было... странно. И почему-то немного страшно.       Остаток недели пролетел в тумане. Днём — уроки и бесконечные конспекты. Потом до позднего вечера упражнения с огнём. И на следующем занятии у Марго, наконец, появился успех.       Она сидела в кабинете директора, уставившись на перо, которое парило над столом. За неделю попыток девочка устала, злилась и уже почти ненавидела это задание. В какой-то момент Марго опять начала отчаиваться. Вместо желания, чтобы предмет оказался в её руке, в мыслях появилась картинка, как он сгорает. Перо начало тлеть, как и в прежние разы.       Понимая, что это вновь может стать провалом, девушка представила, как перо сгорает в огне и собирается из искр около неё. И огонь послушался. Парящее над столом перо вспыхнуло и вдруг оказалось перед ней. Чуть подгоревшее, но целое. А главное — оно переместилось!       Дамблдор одобрительно кивнул. Правда, когда Марго попробовала повторить трюк с другим предметом, тот всё-таки загорелся. Но теперь она уже не расстраивалась, как прежде. Главное — она поняла принцип, как это делать. Оставалось только натренироваться.       На выходных состоялась первая тренировка полного состава. Погода выдалась прохладной, но ясной. Ветер разгонял облака, и солнце то и дело выглядывало, заливая поле золотистым светом.       Команда вышла на стадион. Марго, Анджелина и Алисия заняли свои позиции, Кэти парила рядом, наблюдая за их слаженной работой и время от времени подменяла кого-то, когда просил Вуд. Близнецы кружили неподалеку, готовые в любой момент отбить бладжер. Оливер замер у ворот. Выше всех летал Гарри: его задачей был снитч, который он сейчас и высматривал на поле.       Вуд кинул квоффл охотницам. Мяч замелькал между тройкой с такой скоростью, что уследить за ним было почти невозможно. Анджелина — пас Алисии, та — ложный выпад, пас Марго, которая с невероятной точностью забила гол.       — Есть! — заорал с трибун Ли, который притащился на тренировку вместе с друзьями.       Марго перевела дыхание и краем глаза заметила движение. Гарри, забыв про снитч, который должен был искать, завис в воздухе и смотрел на них, разинув рот. На его лице читалось такое чистое восхищение, что девушка невольно улыбнулась.       Рядом с Гарри материализовался Джордж. Пролетая мимо, он заметил, куда смотрит ловец, и подмигнул.       — Смотри и учись, — весело крикнул он, указывая битой на тройку охотниц. — Наши звёздочки!       Гарри проводил его взглядом, потом снова посмотрел на сестру. Та, поймав его взгляд, чуть заметно кивнула и ушла в вираж, уклоняясь от бладжера. Охотницы предприняли новую попытку забросить квоффл в ворота, но Оливер, поняв их тактику, отбил мяч. Через какое-то время Вуд попросил Кэти сменить Марго на десять минут, и всё началось по новой.

***

      Дни летели незаметно — так всегда бывает, когда расписание забито до отказа, а спать удаётся урывками. Хогвартс жил своей привычной жизнью: утренняя суета в коридорах сменялась тишиной на уроках, вечерами в гостиной гудели голоса, а в библиотеке то и дело раздавались тяжёлые вздохи над свитками — студенты корпели над бесконечными эссе.       Осень вступила в свои права, раскрашивая окрестные леса в золото и багрянец. За окнами всё чаще моросил дождь, ветер завывал в башнях, и ученики кутались в мантии, перебегая от замка к теплицам и обратно. Филч с утроенным рвением гонял нарушителей чистоты, а его злость подогревалась выходками Пивза — полтергейст нарочно расплёскивал воду в коридорах, а потом с невинным видом наблюдал, как завхоз оттирает лужи.       График Марго был плотно забит: обычные уроки сменялись домашними заданиями и тренировками по квиддичу, которые Вуд проводил с маниакальным упорством человека, одержимого идеей победы над Слизерином. Занятия с Дамблдором выделялись в этом расписании как островки тишины и сосредоточенности.       Она уже довольно уверенно перемещала небольшие предметы с помощью огня — правда, не всегда туда, куда планировала, и с переменным успехом в сохранности самих предметов. Но прогресс был очевиден.       Дамблдор, наблюдая за её успехами, всё чаще вставлял в разговоры намёки на будущее.       — Перемещение, мисс Поттер, — говорил он, когда очередная чернильница послушно возникала из ниоткуда, — это основа мобильности в бою. Умение оказаться там, где нужно, и уйти оттуда, где опасно, часто важнее, чем умение наносить удары.       Марго кивала, но в глубине души эти слова отзывались глухим беспокойством. Иногда, когда она лежала в кровати перед сном или сидела на подоконнике в спальне, глядя на звёзды, она пыталась представить, как это будет — переместиться самой. Аппарация — дело знакомое, её Астра иногда пользовалась, когда нужно было быстро куда-то попасть. Но то были обычные действия многих взрослых волшебников, проверенный механизм. А её дар? Сгореть в одной вспышке огня и появиться в другой.       Даже в аппарации были свои риски — расщепиться мог каждый. Но её случай пугал иначе. Что, если искры не соберутся? Что, если она рассыплется — и всё? Останется горсткой пепла, как... Слишком страшно. Слишком похоже на смерть. Она старалась отбрасывать эти мысли, но они возвращались снова и снова, особенно после того, как Дамблдор заговаривал о боевых навыках. Словно директор готовил её к чему-то, о чём пока не говорил вслух.       — Вы будете учить меня... воевать? — спросила она наконец. Слово прозвучало непривычно, почти чуждо — слишком резко для этого тихого кабинета, для мерцающего света свечей, для мирно посапывающего Фоукса.       — Я буду учить вас защищать то, что вам дорого, — поправил Дамблдор. — Это разные вещи. Хотя на практике они часто выглядят почти одинаково.       Он помолчал, глядя на неё поверх очков-половинок. В его глазах, обычно искрящихся озорством, сейчас была непривычная серьёзность.       — Понимаете, Маргарет, — продолжил директор тише, — война — это не только битвы и заклинания. Это ещё и умение оставаться собой, когда всё вокруг рушится. Умение не потерять тех, кто дорог. И умение вовремя уйти, чтобы вернуться.       Марго сглотнула.       — И учить вас буду не только я, — добавил Дамблдор, и его голос снова стал обычным, чуть лукавым. — Я планирую привлечь к нашим занятиям ещё кое-кого из профессоров.       Марго вопросительно подняла бровь, но профессор лишь загадочно улыбнулся в бороду, давая понять, что подробности пока придётся отложить.       На Хэллоуин замок преобразился. Огромные тыквы с вырезанными рожицами громоздились у стен в коридорах и Большом зале. Изнутри тыквы светились тёплым оранжевым светом, отбрасывая на стены причудливые пляшущие тени. Тысячи живых летучих мышей порхали под потолками, цеплялись за карнизы и срывались с них вниз, отчего особо впечатлительные ученики визжали и пригибались. В воздухе витал сладкий аромат запечённой тыквы и карамели.       В Большом зале тысячи свечей, парящих под потолком, трепетали от пролетающих мимо летучих мышей, и свет их становился то ярче, то тусклее, заставляя тени плясать. Золотые тарелки ломились от угощений: жареные цыплята соседствовали с запечённой картошкой, тыквенный пирог — с пудингом, а пирожные всех форм и размеров, казалось, никогда не кончались.       За гриффиндорским столом царила привычная суматоха. Близнецы, как всегда, что-то затевали. Кассиопея сначала просто наблюдавшая за ними, теперь делилась своими. Марго делала вид, что не замечает их заговорческого шепота, прислушиваясь к Анджелине и Алисии, которые оживлённо обсуждали предстоящий на следующей неделе матч. Сбоку от них примостилась Кэти и с интересом внимая их разговору, а Ли то и дело встревал с комментариями. Гарри и Рон сидели чуть поодаль.       За преподавательским столом царила более сдержанная атмосфера. Дамблдор что-то весело рассказывал МакГонагалл, и та, вопреки обычной строгости, едва заметно улыбалась. Флитвик, сидя на стопке книг, с энтузиазмом обсуждал что-то с профессором Стебль. Снейп, как обычно, мрачно взирал на происходящее. Астра в своей парадной мантии сидела у самого края и спокойно ела тыквенный пирог, а Аляска, устроившаяся у её ног, с надеждой поглядывала на хозяйку в ожидании кусочка.       Марго, прикончив очередной кусок тыквенного пирога, уже тянулась за следующим, когда дверь в Большой зал с грохотом распахнулась. На пороге стоял профессор Квиррелл. Его тюрбан съехал набок, лицо было белым как мел, а в глазах застыл настоящий ужас. Все замерли, глядя, как он, спотыкаясь, побежал к Дамблдору.       — Тролль! — профессор вцепился в край стола, тяжело дыша. — В п-подземельях… Тролль…       И, осев на пол, потерял сознание.       Секунду в зале стояла тишина, а потом начался хаос. Кто-то завизжал, кто-то вскочил с места, опрокидывая кубки. Близнецы переглянулись с таким видом, будто это лучшая новость за вечер. Дамблдор поднялся, и из его палочки вылетели несколько фиолетовых фейерверков. Они взорвались под потолком с оглушительным треском.       — Старосты! — прогремел голос директора. — Немедленно уводите свои факультеты в спальни!       Перси тем временем уже вскочил на ноги, явно чувствуя себя в своей стихии. Он громко командовал, взмахивая руками. На его груди блеснул значок старосты, а сам пятикурсник выглядел так, будто ему доверили командование армией.       В суматохе, пока ученики спешили в свои гостиные, никто не заметил, как из-за преподавательского стола исчезли несколько фигур. Астра с Аляской выскользнули в боковую дверь и побежали по коридору. Пока остальные преподаватели устремились в подземелья, женщина решила прочесать первые этажи школы. На бегу она сосредоточилась, чувствуя знакомое покалывание под кожей. Это было не больно — скорее привычно, как глубокий вдох перед прыжком в воду. Тело сжалось, перестроилось, и через мгновение на месте женщины стоял крупный белый волк с умными голубыми глазами. Аляска, бежавшая рядом, радостно тявкнула.       Вдвоём они бесшумно продолжили путь: две белые фигуры в пустом, тихом коридоре. В облике волчицы Астра двигалась быстрее, чувства обострились. Аляска сморщила нос, и волчица сразу поняла почему: жуткий смрад тянулся из подземелий к лестницам на другие этажи. Переглянувшись, они бросились на третий этаж, к запретному коридору.       Астра уже собиралась свернуть к двери, когда чуткий нос уловил знакомый запах. Снейп. И ещё один, едва уловимый — крови. Волчица замерла, прислушиваясь. Из-за угла донёсся звук шагов, и через мгновение появился Снейп, слегка прихрамывающий и заметно раздражённый. Аляска тихо зарычала, глядя на него. Снейп дёрнулся, но остался на месте, увидев волчицу.       — Уберите свою собаку, Блэк. И прекратите это... представление.       Волчица фыркнула и плавно, без усилия, вернулась в человеческий облик. Аляска тут же прижалась к ноге хозяйки, продолжая сверлить Снейпа настороженным взглядом.       — Не ожидала вас здесь увидеть, Северус, — сказала Астра, поправляя мантию. — Тролль в подземельях. Это же ваши владения.       — А вы что здесь делаете? — процедил Снейп. — Разве не должны быть с остальными преподавателями?       — По всей видимости то же, что и вы, — женщина кивнула в сторону двери в конце коридора, за которой, как они оба знали, скрывался трёхглавый пёс. — Смотрю за безопасностью этого коридора. Кстати, что с ногой? Неудачно с лестницы упали?       — Не ваше дело, Блэк, — Снейп скривился.       — Северус, — сказала Астра тише. — Мы с вами не друзья. И вряд ли когда-нибудь ими станем. Но мы могли бы перестать тратить время на препирательства и просто начать делать своё дело и работать вместе. Хотя бы иногда.       Снейп смотрел на неё с непроницаемым лицом.       — Сентиментальность вам не идёт, Блэк.       — Это не сентиментальность, — отрезала Астра. — Это здравый смысл. В школе тролль, и дети в опасности.       Где-то неподалёку раздался оглушительный грохот и душераздирающий визг, полный ужаса. Астра и Снейп переглянулись и, забыв о разговоре, рванули в противоположную сторону от запретного коридора. Аляска, взявшая след, вела их. Около женского туалета они столкнулись с МакГонагалл и Квиреллом и вместе зашли туда.       Картина, открывшаяся им, заставила замереть на месте. Посреди туалета, прямо в луже воды и осколков кафеля, лежала огромная туша тролля. От него разило так, что глаза слезились. А рядом с этой тушей, тяжело дыша, стояли трое первокурсников: Гарри Поттер, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер.       Астра перевела взгляд с тролля на детей, с детей на тролля, и медленно покачала головой. Снейп за её спиной издал странный звук — то ли кашель, то ли сдавленный смешок. Квиррелл, вбежавший следом, взглянул на тролля и рухнул на пол, схватившись за сердце.       Пока Минерва МакГонагалл отчитывала учеников, Астра молча наблюдала за этой сценой, и чем дальше, тем сильнее ей хотелось улыбнуться. Первокурсники только что в одиночку завалили горного тролля. А теперь прикрывают друг друга.       Когда Гермиона вышла, а МакГонагалл, наградив Гарри и Рона очками, отпустила их, Астра задержалась у выхода. Она поймала взгляд Гарри и чуть заметно кивнула — ободряюще, почти по-родному. Мальчик моргнул, но ничего не сказал и вышел вслед за Роном. Женщина ещё раз окинула взглядом поверженного тролля.       — Чертовски везучие дети, — тихо сказала она, глядя вслед удаляющимся первокурсникам.       Астра усмехнулась и, подозвав Аляску, направилась к гриффиндорской башне — проверять, все ли на месте.