Глава 10. Мерцание искр

      Ноябрь встретил Хогвартс промозглой сыростью и ветрами. Ещё в прошлые выходные выдался на удивление тёплый день, и третьекурсникам наконец разрешили выбраться в Хогсмид.       Близнецы, Марго и Ли, конечно, не упустили такой возможности. Они бродили по деревне, заглядывая во все лавки, но делали это не столько ради покупок, сколько ради разведки. Главной целью было «Сладкое королевство» — именно там, по Карте Мародёров, находился один из тайных проходов из замка.       В магазинчике было тепло, в воздухе застыл тягучий запах сладостей: карамели, шоколада и чего-то неуловимо-пряного, отчего кружилась голова. Над дверью звякнул колокольчик, и продавщица — круглая, румяная женщина в клетчатом переднике — приветливо кивнула из-за прилавка.       Марго уже потянулась к витрине с разнообразными ирисками, когда Джордж дёрнул её за рукав.       — Мы, конечно, за сладостями, — начал он вполголоса, кивая на стеллажи с леденцами.       — ...но и кое-что другое проверим, — закончил Фред, многозначительно косясь на неприметную дверь в глубине магазина.       Ли, сообразив без слов, прикрыл их спины. Занял продавщицу обсуждением достоинств мятных леденцов, да так громко, что его, наверное, было слышно даже на улице. Марго оглянулась на дверь в подсобку, которую близнецы уже успели оценить.       — Точно сработает? — шепнула она.       — Карта не врёт, — так же тихо ответил Джордж. — Этот ход ведёт прямо в подвал. Надо только убедиться, что не завалило.       Через десять минут они вышли на крыльцо с кульком леденцов и твёрдой уверенностью: проход работает. Марго сунула в рот кислую конфету, поморщилась — на вкус она оказалась куда кислее, чем обещала яркая обёртка. Но мысли её были не о конфете.       Надо будет рассказать всё Кассиопее. Второкурсникам в Хогсмид ходить нельзя, но мало ли — сестре наверняка захочется сбежать из замка вместе с ними.       В день матча о недавнем тепле напоминала лишь жёлтая листва, давно сметённая ветрами с деревьев. Небо, словно сжалившись над игроками, распахнулось холодной, прозрачной синевой — ни облачка, ни туманной дымки. Солнце, ещё не утратившее осенней яркости, заливало золотистым светом поле для квиддича, обещая хорошую видимость — и никаких оправданий для тех, кто соберётся промахиваться.       Но тепла не было. Воздух обжигал лёгкие при каждом вдохе, превращая дыхание в белые облачка пара, которые тут же рассеивались. Трава под ногами хрустела, припорошённая инеем. Трибуны гудели. Сотни голосов сливались в единый, неразборчивый гул, который то нарастал, то затихал.       В раздевалке Гриффиндора было тесно и шумно. Оливер Вуд метался между игроками, как загнанный в клетку зверь, в сотый раз повторяя тактику. Марго, уже надевшая перчатки, согревала дыханием озябшие пальцы, то и дело поглядывая на Гарри.       Брат сидел на скамье в дальнем углу, бледный, сжимая в руках «Нимбус-2000» так, что костяшки побелели. Его метла — гордость команды, лучшая на поле, — казалась сейчас единственной опорой в мире, который вот-вот мог бы рухнуть. Гарри выглядел так, будто его сейчас стошнит.       — Эй, — Марго опустилась рядом, понижая голос. Она коснулась плеча Гарри, чувствуя, как он напряжён.       Гарри дёрнул плечом, не глядя на неё. Она видела, как он сжимает и разжимает пальцы на древке.       — Нормально, что ты боишься, — сказала она тихо, почти шёпотом, чтобы Вуд не услышал. — Я тоже боялась в первом матче.       Гарри наконец посмотрел на неё.       — И как прошло?       — Сносно, — усмехнулась Марго. — Бладжер дважды едва не угодил в голову. Но мы победили.       Она замолчала, давая ему переварить.       — У нас лучшая команда, — девушка подмигнула брату. — Осталось только выйти на поле и доказать это.       Гарри смотрел на неё так, будто она сказала что-то очень важное. Страх в его глазах не исчез, но появилось что-то ещё: удивление, смешанное с благодарностью.       Марго легонько сжала его плечо и встала.       Вуд как раз закончил свою речь и обвёл команду победным взглядом, будто уже видел кубок в своих руках. Фред поймал взгляд подруги и подмигнул. Джордж, проходя мимо, легонько стукнул Гарри по плечу в знак поддержки.       Они вышли на поле под рёв трибун, и этот звук ударил в уши, как ударная волна. Яркий свет ослепил на секунду — Марго прищурилась, привыкая. Ветер сразу взялся за мантии, трепля алую ткань, забираясь под воротник ледяными пальцами. Она поёжилась и покосилась на небо: чистое, без единого облачка, но обманчиво ласковое. На высоте, где ветер гуляет без помех, холод будет пробирать до костей.       Команда построилась в центре поля. Напротив, из своей раздевалки, с видом завоевателей вышли слизеринцы, снисходительно оглядывая соперников. Флинт, их капитан, криво усмехнулся, глядя на Гарри.       Марго заметила это. Что-то горячее шевельнулось под рёбрами, требуя вырваться наружу. Она сделала шаг вперёд, почти бессознательно, заслоняя собой брата. Бесполезно, конечно. Но тело реагировало быстрее головы. Она заставила себя выдохнуть, гася огонь, пока никто не заметил.       Свисток мадам Трюк разрезал воздух. На мгновение Марго показалось, что время остановилось. А потом четырнадцать игроков взмыли вверх, и мир закружился в бешеном темпе.       Ветер ударил в лицо, заставив зажмуриться. Девушка рванула вверх, занимая позицию, и только тогда позволила себе бросить быстрый взгляд на трибуны.       Среди пёстрой толпы она сразу увидела растяжку — огромное полотнище колыхалось на ветру, а на нём переливались буквы: «Поттера в президенты». Рядом с надписью красовался огромный лев, нарисованный определённо кем-то умелым.       Марго улыбнулась краешком губ.       Взгляд скользнул дальше. Астра сидела в третьем ряду — спокойная, с лёгкой улыбкой, не кричала и не размахивала шарфом. В её неподвижности было что-то надёжное, незыблемое. Рядом с женщиной Кэти о чём-то оживлённо говорила с Кассиопеей, показывая на поле. Их тёмные волосы — каштановые и чёрные — развевались на ветру.       — Квоффл у Анджелины Джонсон! — голос Ли, усиленный рупором, разнёсся над стадионом.       Марго рванула вперёд, отбрасывая посторонние мысли. Холодный воздух обжигал горло, ветер свистел в ушах. Квоффл мелькнул оранжевым пятном — от Анджелины к Алисии, от Алисии снова к Анджелине. Слаженно, как отработано на тренировках.       Марго уже приготовилась принять пас, когда между ней и Анджелиной вклинился Флинт и перехватил мяч, устремившись к воротам Гриффиндора.       — Чёрт!       Она развернула метлу, бросаясь в погоню, но Флинт был слишком далеко. Вуд вылетел навстречу и в последний момент, когда казалось, мяч уже в кольце, выбросил руку вперёд. Квоффл, отбитый с невероятной силой, полетел обратно.       Марго поймала его на лету, прижала локтем к боку. Кожаная поверхность холодила пальцы даже сквозь перчатки. Флинт, взбешённый неудачей, навис сзади. Она слышала его тяжёлое дыхание, почти чувствовала исходящую от него злость. Девушка резко вильнула вправо, сбрасывая ненужный хвост. Флинт проскочил мимо, едва не задев её метлу.       Охотница уже занесла руку для паса, когда в затылок прилетело что-то тяжёлое, железное, сбивая дыхание.       Удар пришёлся с такой силой, что перед глазами взорвалась белая вспышка. Мир рассыпался на осколки — трибуны, небо, зелёные мантии слизеринцев — и всё тут же смешалось в одно расплывчатое пятно. Марго вцепилась в метлу, чувствуя, как медленно начинает с неё соскальзывать. Перед глазами поплыли круги, в ушах зазвенело. Холодный воздух вдруг стал обжигающе горячим.       — О, какое невезение! — голос Ли донёсся до неё как сквозь толщу воды. — Наверное, это очень больно — получить удар бладжером по затылку. Мяч у команды Слизерина...       Марго стиснула зубы, изо всех сил прогоняя головокружение. По телу разлилось тепло — дар откликнулся раньше, чем она успела испугаться, заглушая боль и тошноту. Она моргнула раз, другой, возвращая миру чёткость.       «Ничего, Ли, — подумала девушка, выравнивая метлу. — Я припомню тебе "невезение"».       Едва она сумела сконцентрировать взгляд на поле, как в тот же миг в Пьюси влетел второй бладжер, посланный чьей-то точной рукой. Соперник едва не свалился с метлы. Марго не сомневалась, чья это была работа. Фред ещё в прошлом году обещал засунуть бладжеры слизеринцам в одно причинное место.       Анджелина успела подхватить упущенный вражеским охотником квоффл и, не мешкая, рванула к воротам. Ловко ушла от летящего в неё бладжера и в следующее мгновение Гриффиндор открыл счёт.       Трибуны взорвались. Марго, возвращаясь на позицию, заметила, как Гарри на радостях облетел поле несколько раз, и на губах у неё сама собой появилась улыбка.       — Мяч у команды Слизерина, — продолжал Ли. — Охотник Пьюси уклоняется от бладжера, ещё от одного, обводит близнецов Уизли и Марго Поттер и устремляется к…       По толпе зрителей пробежал ропот, и Марго, подняв взгляд наверх, поняла почему. Мимо лица Пьюси стремительно пронёсся золотой мячик, и парень выронил переставший интересовать его квоффл. Поттер, воспользовавшись его отвлечённостью, подхватила мяч и отправила его Алисии, но сама уже не следила за игрой. Всё её внимание было приковано к двум фигурам, которые на бешеной скорости неслись к земле.       Сердце ухнуло куда-то вниз. Она видела, как Гарри вырывается вперёд, как его пальцы тянутся к золотому мячику — и как в него на полном ходу врезается Флинт.       Звук глухого удара был слышен даже сквозь рев трибун. Гарри отлетел в сторону, цепляясь за метлу. Марго показалось, что он сейчас упадёт.       — Нарушение! — заорали с трибун.       Среди гневных выкриков она узнала голос Кассиопеи — сестра, кажется, обещала Флинту что-то крайне неприятное. Краем глаза Марго заметила, как Астра подалась вперёд, готовая сорваться с места.       Судья свистком остановила игру. Поттер видела, как мадам Трюк подлетела к Флинту, как что-то резко сказала ему в лицо. Капитан Слизерина скривился, но промолчал. А Гарри, с невероятным усилием выровняв метлу, остался в воздухе.       Ли не удержался от того, чтобы обозначить свою позицию.       — Итак, после очевидного, намеренного и потому нечестного и отвратительного нарушения... — голос Ли гремел над стадионом, и Марго услышала, как он смакует каждое слово.       — Джордан! — рявкнула МакГонагалл.       — Я хотел сказать, — поправился Ли, его голос стал приторно-вежливым, — после этого явного и омерзительного запрещённого приёма...       — Джордан, я вас предупреждаю!       — Хорошо, хорошо, — он вздохнул с таким видом, будто его лишают главного удовольствия в жизни. — Итак, Флинт едва не убил ловца команды Гриффиндора Гарри Поттера, но, вне всякого сомнения, такое может случиться с каждым.       Марго, услышав эту издевательскую интонацию, не удержалась от усмешки. МакГонагалл, должно быть, закатила глаза, но Ли уже переключился на игру. Бросив поддерживающий взгляд на брата, девушка устремилась к подругам, которые собирались исполнять штрафной.       — Свободный удар в сторону ворот Слизерина! — объявил Ли, и трибуны Гриффиндора разразились аплодисментами.       Свисток и штрафной удар исполнили быстро, чётко, без лишней суеты. Алисия — пас назад, Марго подхватывает мяч, короткий замах, бросок, и счёт растёт.       Игра продолжилась. Охотники Слизерина перехватили квоффл, но Флинт замешкался. Мяч тут же подхватила Алисия, сделав точную подачу на Марго. Девушка приняла её пас, собираясь отдать его Анджелине. Она уже занесла руку для броска, когда увидела, что прямо на неё несется черный снаряд. Отметить это удалось слишком поздно, чтобы увернуться.       Времени на раздумья не было. Был только инстинкт.       Квоффл выпал из рук, его сразу поймал кто-то из слизеринских охотников. Марго сделала то, чему училась последние месяцы: сосредоточилась на бладжере. Представила, как он исчезает в огне и перемещается в искрах в другое место. Без разницы куда. Просто прочь. Главное — подальше, чтобы не получить новый удар по голове.       Бладжер исчез за долю секунды до того, как должен был врезаться ей в лицо. И появился в трёх метрах позади, пролетая мимо ничего не подозревающего Пьюси.       «Получилось. Мерлин, у меня получилось!» — мелькнуло в голове, но радость тут же захлестнуло раздражение: пока она спасала себя, Слизерин забил гол.       Никто, кажется, ничего не заметил. Все следили за мячом, который только что влетел в кольцо Гриффиндора. Только Джордж, пролетая мимо, бросил на неё короткий взгляд — на секунду завис, проверяя, всё ли в порядке. Марго мотнула головой: потом расскажу.       Внезапно кто-то на трибунах вскрикнул. Поттер мельком увидела, как подскочила Астра, как Касс вцепилась в перила. Она оглянулась на Гарри, и мир сузился до одной точки.       Метла брата бесновалась. Дёргалась из стороны в сторону, взмывала вверх, замирала на мгновение и снова швыряла седока вниз. Гарри висел на ней, вцепившись одной рукой, и было ясно, что это ненадолго.       — Гарри!       Крик застрял в горле, превратившись в беззвучный хрип. Марго рванула к нему, забыв об игре, о счёте, о Флинте, который тем временем забивал гол за голом в ворота их факультета. Всё это не имело значения. Имел значение только брат, который сейчас упадёт с тридцатифутовой высоты.       Близнецы уже кружили под ним, готовясь поймать. Она видела, как они пытаются подобраться ближе, но метлу Гарри швыряло из стороны в сторону, не подпуская никого. Марго подлетела ближе, лихорадочно соображая.       — Не можешь ничего сделать? — Фред поравнялся с ней.       — Не знаю, — прохрипела она.       — Переместить на землю? — Джордж подлетел с другой стороны.       — Я не практиковалась... перемещать людей, — Марго сглотнула. — Боюсь опалить.       Она знала, что могла бы попробовать.       А если не получится? Если он рассыплется, как те перья и чернильницы, которые она сжигала ночами?       Страх сковал горло.       И в этот момент, когда, казалось, всё кончено, Гарри начал подтягиваться. С трудом, рывками, но он вскарабкался обратно. Марго выдохнула — судорожно, рвано, будто всё это время не дышала.       А потом Гарри спикировал вниз.       Она видела, как он летит к земле на бешеной скорости, и всё внутри неё кричало. В последний момент, когда её сердце уже готово было остановиться, он выровнял метлу, скатился с неё и упал на четвереньки.       Марго рванула вниз, не помня, как приземлилась. Ноги подкашивались. Трибуны ревели, но она слышала только стук собственного сердца.       Гарри поднялся, покачнулся — и поднял руку.       — Я поймал снитч! — его голос, хриплый, счастливый, разнёсся над стадионом.       Марго подбежала и обняла его так крепко, что он охнул. Она чувствовала, как бьётся его сердце — часто-часто, как у пойманной птицы.       — Ты в порядке? — прошептала она в его взлохмаченные волосы.       — Кажется, да, — прохрипел Гарри. — Только ты сейчас задушишь.       К ним подлетели остальные, все кричали, смеялись, хлопали по спинам. Марго отпустила Гарри, давая команде подойти к нему, а сама отступила на шаг.       Ли ликующе прокричал на весь стадион: сборная Гриффиндора победила со счётом 170:60.       Поттер перевела дыхание, чувствуя, как напряжение отпускает. Она поймала взгляд Джорджа. Тот понимающе кивнул, указывая на её руку, намекая на произошедшее во время матча, и едва заметно улыбнулся. Девушка ответила ему такой же улыбкой и покачала головой: всё расскажет в замке.       Гарри уже уходил с поля вместе с Роном, Гермионой и Хагридом. На мгновение Марго захотелось догнать их, оказаться рядом, но она осталась на месте. Он заслужил этот момент с теми, кто был с ним с первого дня в Хогвартсе.       Она смотрела им вслед, пока они не скрылись. Марго оглянулась на трибуны, заметив Астру. Та не аплодировала, просто смотрела вслед удалившемуся Гарри, и только сейчас девушка увидела, как та выдохнула, расслабляя плечи, и на её лице появилось что-то похожее на спокойствие. Кэти уже утянула Касс вниз, и девчонки бежали к команде.       По дороге к замку к ребятам присоединился Ли. Марго, Фред, Джордж и Кассиопея специально отстали от всех, дожидаясь его. Кэти отделилась от подруги и вместе с Анджелиной, Алисией давно ушла вперед, обсуждая только что закончившийся матч.       — Это было нечто! — выпалил Ли, едва поравнявшись с ними. Глаза у него всё ещё горели азартом.       — Нечто — это когда Гарри едва не убился, а в меня влетел бладжер? — сухо уточнила Марго, осторожно потирая затылок. — Кстати, о «невезении», Ли.       Девушка шуточно, но довольно ощутимо ткнула локтем под рёбра паренька. Ли согнулся, театрально охнув, и поднял руки в защитном жесте.       — Вот это тоже невезение. Досадный случай. Называй как угодно, — Поттер поморщилась, когда резкое движение отдалось новой болью. — А на поле меня намеренно выводили из игры. «Наверное, это очень больно — получить удар бладжером по затылку». Мне чуть голову не проломили, между прочим.       Кассиопея покачала головой. Ли виновато тёр бок и улыбнулся уголком рта.       — Ну… звучало драматично.       — Драматично, — повторила Марго и покачала головой. — В следующий раз попробуй сказать «Марго Поттер получила бладжером по голове, но, как истинная гриффиндорка, решила, что это просто лёгкий массаж и ей некогда валяться в больничном крыле». Вот это будет драматично.       Джордж, шедший рядом, вдруг тихо хмыкнул.       — Кстати, о бладжерах. В тебя ведь запустили ещё один. А перед тобой он вдруг взял и… переместился.       — Что? — Фред резко повернулся к подруге.       — Не хотелось давать Ли ещё один повод для красочных комментариев, — она пожала плечами, стараясь говорить легко, хотя боль всё ещё не прошла полностью. — И с разбитым носом играть тоже не очень хотелось. Надеюсь, никто больше не заметил?       — Да кому там было дело до бладжера посреди поля, когда Пьюси забивал гол в наши ворота? — усмехнулся Ли, всё ещё потирая бок.       На этот раз он получил уже от Кассиопеи — точный, но не злой удар локтем. Ли охнул громче прежнего.       — Эй! Я же комментатор! Мне положено быть объективным!       — Объективным, — фыркнула Касс.       Марго невольно улыбнулась. Несмотря на ноющую боль в затылке, тепло от этой привычной перепалки разливалось по груди. Они шли дальше, постепенно замедляя шаг, словно не хотели, чтобы этот момент заканчивался слишком быстро.

***

      Начало зимы в Хогвартсе пришло тихо и незаметно. Ноябрьский промозглый холод сменился настоящими морозами, которые по утрам рисовали на окнах замысловатые ледяные узоры. Снег ещё не выпал по-настоящему, хотя землю уже окутывал тонкий белый слой. Дни стали короткими и пасмурными, а вечера в гостиных — длинными и уютными, с потрескиванием камина и приглушенным смехом.       После памятного матча против Слизерина Марго стала проводить с Гарри гораздо больше времени. Короткие разговоры об учебе и квиддиче начали перетекать в настоящие рассказы о жизни. Она делилась с ним всем: некоторыми моментами до поступления в школу, как она росла с Кассиопеей, проделками с близнецами, своими успехами в учебе. Даже показывала трюки с огнём: то зажигала на ладони маленький танцующий огонёк в форме птички, то перемещала перо или ложку через вспышку искр.       В одно из обычных завтраков в Большом зале Марго решила потренироваться прямо за столом. Она сосредоточилась на своей кружке с тыквенным соком, пытаясь переместить её к Гарри. Знакомое тепло уже разгоралось в пальцах…       — Марго, ты говорила, что потом сможешь перемещаться сама, — вдруг спросил брат, наблюдая за её стараниями. — Ты уже пробовала?       Девушка вспомнила свой страх неудачи, когда начинала задумываться об этом. Кружка дёрнулась, вспыхнула золотистой искрой — и через мгновение с тихим звоном материализовалась прямо в тарелке Фреда. Тыквенный сок выплеснулся на яичницу и тосты, заливая всё ярко-оранжевым.       — Марго! — возмущённо воскликнул парень, отшатываясь. — Это был мой завтрак!       — Прости! — Марго виновато вскинула руки. — Это случайность!       — То есть ты планировала его облить? — Рон уже давился от смеха.       — Какая это уже по счёту «случайность»? — фыркнул Фред, отодвигая от себя тарелку. — Я начинаю думать, что ты мне мстишь за что-то.       — Я ещё учусь, а меня все время отвлекают! — огрызнулась она, хотя в голосе слышались виноватые нотки.       — Учись на ком-нибудь другом. На Джордже, например, — предложил Фред, кивая на брата. — У него ещё завтрак не испорчен.       — А я тут при чём? — возмутился Джордж, на всякий случай отодвигая свою тарелку подальше.       Кассиопея, сидевшая рядом с Марго, предусмотрительно отодвинула свою кружку и теперь наблюдала за происходящим с едва сдерживаемой улыбкой. Рон продолжал смеяться, а Гарри смотрел на сестру с лёгким удивлением и чем-то очень похожим на восхищение. Ли, сидевший напротив, едва не подавился тостом, глядя на залитую соком яичницу Фреда.       Марго тяжело вздохнула, пряча улыбку. Несмотря на очередную неудачу, внутри было тепло. Здесь, за шумным гриффиндорским столом, среди смеха и привычных подколок, даже её промахи выглядели не катастрофой, а просто очередной частью их общей, немного безумной жизни.       В последние недели перед рождественскими каникулами Марго стала замечать странность в поведении Гарри. На перерывах между уроками, в любую свободную минуту он пропадал из виду. И Рон вместе с ним.       В один из вечеров, сидя с Кассиопеей в гостиной Гриффиндора и размышляя над тем, чем они займутся на Рождество, оставшись в школе, Марго обмолвилась об этом сестре.       — Они всё время в библиотеку бегают, — Касс пожала плечами. — Я уже несколько раз видела их там. В компании той кудрявой девочки, Гермионы, кажется.       — Так рано к экзаменам готовятся? — Марго усмехнулась. — Я упустила момент, когда Рон успел стать вторым Перси?       — Нет, — Кассиопея хихикнула. — Скорее ищут что-то. Вид у них слишком… заговорщический, что ли.       Марго задумчиво посмотрела на огонь в камине. В груди шевельнулось что-то похожее на беспокойство, но она отогнала его.       — Ладно, — сказала она, вставая. — У каждого свои секреты.       В середине декабря снег наконец выпал по-настоящему. Тяжёлые хлопья валились всю ночь, шуршали за окнами и ложились толстым слоем на крыши, деревья и лужайки. К утру всё преобразилось. Замок притих, будто укутанный в белую шубу.       После обеда ученики высыпали во двор, радуясь первому настоящему снегу, который искрился под низким зимним солнцем. Воздух наполнился звонкими криками, смехом и летящими во все стороны снежками.       Аляска, довольная такой переменой, носилась по сугробам, поднимая тучи снежной пыли. Белая шерсть сливалась с белизной вокруг, и только чёрный нос выдавал её местоположение. Кассиопея, стоявшая чуть в стороне, смеялась, глядя, как собака пытается ловить снежинки ртом.       Близнецы, вооружившись заколдованными снежками, устроили настоящую охоту на профессора Квиррелла, который как раз пересекал двор. Незадачливый преподаватель, закутанный в свой лиловый тюрбан, спотыкаясь, бросился на утёк. Снежки с завидной точностью врезались в его затылок и преследовали, пока он не скрылся в замке.       Фред и Джордж, наблюдая за этим зрелищем из-за колонны, давились от смеха. Их торжество длилось ровно до тех пор, пока мимо не прошла профессор МакГонагалл.       — Пять баллов с каждого, мистеры Уизли, — ледяным тоном объявила декан.       Марго, стоявшая чуть в стороне от них, скрыла улыбку в шарфе. Как только профессор посчитала, что достаточно пресекла их, она скрылась за дверью замка. Близнецы подошли к девчонкам.       — Мы нисколько об этом не жалеем, — хмыкнул Фред. — Вы видели его лицо?       Через несколько дней замок начал преображаться. В Большом зале вдоль стен появились двенадцать огромных елей, украшенных серебряными шарами и мерцающими гирляндами из ледяных сосулек, которые переливались в свете свечей. Даже привычные мрачные коридоры стали светлее — повсюду развесили остролист и омелу.       В последние выходные перед каникулами ученикам наконец разрешили вновь отправиться в Хогсмид. Марго, договорившись с друзьями встретиться в «Сладком королевстве», заранее забрала у близнецов Карту Мародёров.       Мальчишки вышли из замка через главный вход. Марго же, не желая оставлять Кассиопею одну, пока все веселятся, подхватила сестру под руку и потянула на четвёртый этаж.       — Вы уверены, что план сработает? — шепнула Касс, когда они подошли к нужному коридору. В глазах плясали искорки восторга, но пальцы продолжали нервно перебирать край мантии.       — Абсолютно, — так же тихо ответила Марго.       Она свернула за угол, увлекая сестру за собой. В конце коридора, у стены, возвышалась статуя горбатой ведьмы. Девочки замерли, прислушиваясь. Всё было тихо.       Достав из кармана мантии сложенный пергамент, Марго развернула его и стукнула палочкой, проговаривая слова. Чернильные линии проступили, разбегаясь по поверхности. Девушка быстро нашла нужный коридор и точку, обозначавшую их самих. Рядом — никого.       — Быстро, — скомандовала Марго.       Добравшись до статуи одноглазой ведьмы, она стукнула по ней палочкой: «Диссендиум». Каменный горб бесшумно распахнулся, открывая тёмный, узкий лаз.       Марго подсадила сестру, передала ей активированную карту, которую Касс тут же скрыла взмахом палочки. И только потом рыжая ведьмочка скользнула внутрь сама. Каменная створка за ними закрылась, отрезая последние проблески света.       Внутри было темно и тихо. Пахло сыростью, землёй и пылью. Марго подняла руку, и на ладони вспыхнул маленький, ровный огонёк, разгоняя темноту. Коридор был узким, петлял в глубине. Марго шла впереди, освещая путь, Касс — за ней, то и дело отряхивая с головы паутину.       — Как дойдём до Хогсмида, спрячь лицо капюшоном, — сказала Марго, не оборачиваясь.       — Я не маленькая, — фыркнула Касс, но послушно заправила выбившиеся пряди.       Они шли, казалось, целую вечность. Тоннель вилял, как нора животного. Наконец впереди показались ступеньки, уходящие вверх. Марго прибавила шагу. Поднявшись по лестнице, осторожно приподняла люк и огляделась.       Подсобка «Сладкого королевства» — та самая, которую они с близнецами приметили в прошлый раз — была пуста. Через щель в проходе в магазин доносились приглушённые голоса и звон колокольчика над дверью.       Марго выбралась первой, помогла Касс и вместе они быстро вернули крышку люка на место. Отряхнули свои мантии от пыли. Марго накинула капюшон на свои рыжие волосы, которые могли выдать их, когда они будут выбираться, а Кассиопее натянула его почти до подбородка.       — Старайся не отсвечивать, — предупредила Поттер. — Если кто-то из преподавателей узнает, что второкурсница гуляет по Хогсмиду, нам обеим влетит.       Касс кивнула, прикусив губу, и спрятала непослушные тёмные пряди под ткань. Марго подошла к двери, вглядываясь в щель.       В торговом зале было шумно. Она сразу нашла взглядом близнецов — их рыжие макушки было сложно не заметить. Из-за прилавка доносился громкий, оживлённый голос Ли. Он расспрашивал о новинках, которые могла бы порекомендовать продавщица. Женщина за прилавком слушала его с улыбкой, иногда отвлекаясь, чтобы что-то показать на стеллажах позади.       Фред и Джордж стояли у витрины, делая вид, что внимательно изучают ассортимент. Заметив девчонок за дверью подсобки, один из них чуть заметно кивнул. Продавщица как раз доставала с полки какую-то коробку со сладостями.       Марго подтолкнула сестру вперёд. Та быстро проскользнула между стеллажами в зал, смешавшись с толпой и оказалась под прикрытием близнецов. Фред и Джордж встали так, чтобы закрыть её от ненужных взглядов.       Марго выждала секунду и спокойно, как ни в чём не бывало, выскользнула следом, скидывая капюшон.       — Быстро, — шепнул Фред, кивая на прилавок. — Ли долго не продержится, ему уже явно предлагают купить всё, что он нахваливал.       Девушка быстро купила всем по набору сладостей, и компания покинула магазин. На улице они, наконец, выдохнули полной грудью.       — Куда идём? — поинтересовалась Кассиопея и, забыв об осторожности, вертела головой во все стороны. Капюшон начал съезжать на макушку, из-за чего Марго пришлось его поправить.       — В «Зонко», — хором ответили близнецы. — По пути всё покажем.       Хогсмид встретил их праздничной суетой. Всюду сновали студенты всех факультетов, смешиваясь с жителями деревни. Над дверями магазинов висели венки из остролиста и омелы. На улице было морозно и солнечно. Снег под ногами весело скрипел.       Четвёрка третьекурсников с увлечением рассказывала Кассиопее про всё, что попадалось по пути в «Зонко». В ярком магазине, куда они зашли, можно было купить всё, что душе угодно: от фальшивых палочек до навозных бомб. Фред и Джордж, оказавшись в своей стихии, принялись набирать товар, что-то с жаром обсуждая. Остальные разглядывали приглянувшиеся витрины.       Выйдя оттуда, ребята решили зайти в «Три метлы», чтобы согреться. В пабе было шумно и тесно. Марго заказала всем по кружке сливочного пива. Они едва нашли свободный столик в углу, у самого окна. Рискованно, но выбора больше не было.       Касс пила сливочное пиво маленькими глотками, с наслаждением щурясь, и на её раскрасневшемся от мороза лице сияла такая искренняя, детская радость, что Марго почувствовала, как тепло разливается где-то под рёбрами.       — А это ничего, что вы тут расселись? — Ли кивнул в сторону окна. — Если кто-то из преподавателей заглянет, мы прямо как на витрине.       — Расслабься, — Фред отмахнулся, отхлёбывая из своей кружки.       Допив напитки, ребята вышли из паба и собрались ещё немного прогуляться по деревушке. Вдруг среди тёмных мантий волшебников мелькнуло какое-то белое пятно и в воздухе раздался заливистый лай.       — Это... — Марго не успела глазом моргнуть, как на Кассиопею налетела, словно белая пурга, Аляска.       Девочка упала на снег, уворачиваясь от настойчивых вылизываний собаки. Капюшон слетел с головы, раскрыв лицо. Их нашли.       — Если Аляска здесь, значит... — начал Фред, натягивая капюшон обратно на голову подруги.       — Астра, — закончил Джордж, оглядываясь.       В конце улицы, у витрины «Дервиша и Бэнгс», мелькнула знакомая фигура в тёмно-синей мантии. Астра стояла, скрестив руки на груди, и смотрела прямо на них. Даже на расстоянии было видно, как она медленно поднимает бровь, а уголки губ трогает едва заметная усмешка.       — Аляска, предательница! — выдохнула Касс, пытаясь отстранить собаку, которая продолжала радостно тыкаться носом ей в лицо.       — Бежим отсюда, пока можем! — Марго подхватила сестру под руку.       Они рванули с места, даже не оглядываясь. Аляска, восприняв это как новую игру, радостно тявкнула и понеслась следом, взметая лапами снежную пыль. Марго слышала за спиной топот собачьих лап и приглушённый смех близнецов, которые, кажется, не собирались отставать.       — Аляска, домой! — крикнула Касс на бегу, но собака лишь тявкнула в ответ и прибавила ходу.       У «Сладкого королевства» они разделились. Фред махнул рукой, показывая, что они с Джорджем и Ли берут курс на главные ворота. Марго кивнула и потянула Касс в магазин, оставляя Аляску на улице. Пока продавщица отвлеклась на покупателей, они скользнули в подсобку, бросившись к люку.       Уже в узком туннеле они перевели дух. Огонёк зажёгся над ними почти сам собой. Переглянувшись, девочки тихо рассмеялись.       — Она знала, — выдавила Касс. — Она всё знала. И пришла просто... посмотреть?       — Или убедиться, что мы не наделаем глупостей и не попадемся другим профессорам, — Марго покачала головой. — Думаю, заподозрила подобную выходку, когда не увидела меня в компании мальчишек. Пойдём, пока нас не хватились в школе.       — Спасибо, что вытащила, — Кассиопея побрела вперед. — Это было весело.

***

      Первый вечер после наступления каникул выдался тихим. Большинство учеников разъехалось на праздники по домам, и гостиная Гриффиндора, обычно шумная и многолюдная, теперь казалась почти пустой. Огромный камин, у которого обычно толпились все, кто хотел согреться после прогулок, теперь принадлежал лишь немногим. Поленья потрескивали, отбрасывая на стены длинные, пляшущие тени.       Марго сидела в кресле, поджав под себя ноги, и смотрела в огонь. Мысли её были далеко. Она не видела Хоруса уже несколько недель — даже на занятиях с Дамблдором его не было, и начала скучать по своему верному спутнику.       — Марго, — Гарри опустился в соседнее кресло. — Ты знаешь, кто такой Николас Фламель?       Вопрос прозвучал небрежно, почти между прочим, но девушка заметила, как напряглись его плечи.       — Алхимик, — ответила она, задумавшись, и потом добавила. — Друг Дамблдора. Они вместе работали. А что?       — Да так, — Гарри пожал плечами, но взгляд его скользнул куда-то в сторону. — Встретил имя в книге.       Марго хотела спросить, где именно, но Гарри уже поднялся, бросив короткое «спокойной ночи», и скрылся на лестнице. Она осталась сидеть, глядя на угасающий огонь. Брат определённо что-то умалчивал. Что-то в его тоне, в том, как быстро он ушёл, заставило её насторожиться. Она вспомнила, как Касс говорила, что они с Роном и Гермионой что-то ищут в библиотеке.       Фламель... при чём здесь Фламель?       Первые дни каникул тянулись медленно и уютно. За окнами выл ветер, сыпал снег, а здесь, у камина в гостиной факультета, было тепло и уютно. Поленья весело потрескивали, отбрасывая на стены пляшущие тени.       Рон притащил волшебные шахматы и с видом заправского наставника принялся объяснять Гарри правила.       Марго, устроившись в кресле рядом, наблюдала за ними с лёгкой улыбкой. Её взгляд упал на фигуры, которыми играл Гарри. Чужие, которые он одолжил у кого-то, совершенно его не слушались.       Она поймала взгляд Кассиопеи, сидевшей напротив, и чуть заметно кивнула в сторону доски. Касс проследила за её взглядом и понимающе приподняла бровь.       «Надо попросить Астру купить ему свой набор», — одними губами прошептала Марго.       Касс кивнула и так же беззвучно ответила: «Сама попросишь?»       Марго скривилась. После их несанкционированной вылазки в Хогсмид они с Кассиопеей старались лишний раз не попадаться Астре на глаза. Женщина, конечно, ничего не сказала, не наказала, но их общая с Касс стратегия была простой: меньше шума — меньше поводов вспомнить.       — Ладно, — едва слышно вздохнула Марго. — Потом решим.       Иногда девочки тоже подсаживались к шахматному столу. Марго играла редко — её хватало на три-четыре партии.       С Гарри всё было просто. Даже чужими фигурами его можно было обыгрывать в несколько ходов. Брат каждый раз смотрел на неё с одинаковой смесью восхищения и досады.       С Роном было сложнее. Он играл, как настоящий полководец, просчитывая ходы на несколько шагов вперёд. Марго, продержавшись четверть часа, обычно сдавалась под улюлюканье близнецов, которые специально приходили посмотреть на её поражения.       — Королева тактического отступления! — провозглашал Фред, когда чёрный король падал.       — Стратег экстренной капитуляции! — вторил Джордж, раскланиваясь перед воображаемой публикой.       Марго закатывала глаза, но не могла сдержать улыбку.       Касс, держалась дольше. Она выжидала удобного момента, терпеливо передвигала фигуры, выстраивая ловушку. Они не всегда получались, Рон чаще разгадывал её замыслы, но один раз, к всеобщему изумлению, обыграла его. Мальчишка смотрел на доску с таким выражением, будто Касс только что совершила государственный переворот.       — Как? — выдохнул он.       — Просто повезло, — скромно ответила Касс, но Марго заметила, как довольно блеснули её глаза.       Рождественским утром Марго проснулась от того, что на неё упала подушка.       — Вставай, соня! — голос Кассиопеи звенел от предвкушения. — Там горы подарков!       Подарков и правда было много. У ног кровати высилась стопка свёртков, перевязанных лентами, и Марго, спуская ноги, чуть не сбросила один из них на пол.       Первым она развернула тот, что лежал сверху — от Астры. Внутри оказался набор письменных принадлежностей: десяток перьев с золотым наконечником, плотные листы пергамента, чернила в стеклянной баночке с заклинанием.       Марго провела пальцем по гладкой поверхности чернильницы, чувствуя укол совести. За четыре месяца учёбы она истрепала все свои запасы, пережгла столько перьев и безнадёжно испортила чернильницу, когда пыталась переместить её через искры. Друзья давали ей свои принадлежности, но самой купить новые она почему-то не додумалась. Астра, конечно, заметила.       «Спасибо», — мысленно поблагодарила она.       Следующим был подарок от Анджелины и Алисии — похожий набор, поменьше, но с запиской: «Надеемся, этих хватит хотя бы до весны».       Марго усмехнулась. Похоже, все вокруг знали о её проблеме, кроме неё самой.       От близнецов — набор для розыгрышей: навозные бомбы, шипучки и что-то, что издавало звук, похожий на крик банши, если открыть крышку.       И, конечно, свитер от миссис Уизли. Тёплый, изумрудно-зелёный, с вышитой буквой «М» на груди. Марго натянула его поверх пижамы, хотя не особо любила такой цвет. От свитера пахло чем-то домашним, уютным, и ради этого можно было простить что угодно.       — Да ты прям слизеринка, — усмехнулась Касс, проигнорировав недовольный взгляд сестры. — Идём вниз. Мальчишки, наверное, уже ждут.       В гостиной было шумно. Ещё на лестнице они услышали громкие вопли и смех, а когда спустились, увидели близнецов, которые волокли Перси за руки. Свитер на нём был натянут так, что руки оказались прижаты к туловищу, и Перси, красный от злости, напоминал неуклюжий свёрток.       — Отпустите! — шипел он, пытаясь высвободиться.       — Мы просто помогаем брату надеть подарок, — с самым невинным видом объявил Фред.       — Очень ценный подарок, между прочим, — подхватил Джордж. — Мама старалась.       — Ещё бы бантик прицепить, — мечтательно добавил Фред.       — Хватит! — рявкнул Перси, но близнецы только рассмеялись.       Марго и Касс, глядя на эту сцену, тоже не выдержали и расхохотались. Перси заметил их, побагровел ещё сильнее, но близнецы наконец сжалились и отпустили его. Он поправил свитер и с достоинством направился к выходу.       Вслед за ними спустились Гарри и Рон. Гарри был в изумрудно-зелёном свитере — точно таком же, как у Марго. Она заметила это и почему-то улыбнулась. Миссис Уизли, кажется, решила, что Поттеры должны быть в одной цветовой гамме. Рон щеголял в бордовом.       Большой зал сиял. Двенадцать рождественских ёлок, украшенных мерцающими сосульками, возвышались вдоль стен, и их ветви искрились в свете тысяч свечей. В воздухе пахло корицей, имбирём и хвоей.       Они едва успели усесться, когда рядом раздался громкий хлопок. Девочки вздрогнули и обернулись: Фред и Джордж одновременно дёрнули за верёвочки хлопушек, и те выплюнули в воздух густой синий дым, контр-адмиральскую фуражку и с десяток живых белых мышей, которые с писком разбежались по столу.       Марго заметила мелькнувшую в проходе между столами тощую серую фигуру. Миссис Норрис. Кошка, почуяв добычу, замерла, припадая к полу, и её жёлтые глаза хищно блеснули.       Одна из мышей, самая маленькая и, видимо, самая глупая, заметалась по скатерти прямо на виду.       Марго раздумывала недолго. Она просто захотела, чтобы мышь оказалась в безопасном месте. Где-нибудь подальше от кошачьих когтей.       Тёплая волна пробежала по пальцам, мягко, почти невесомо. Мышка на мгновение вспыхнула золотистой искрой — и исчезла. На мгновение девушка испугалась, что перестаралась, что сейчас вместо мыши на скатерти останется горстка пепла. Но через секунду она увидела, как из-под стола на другом конце зала выскакивает крошечный белый комочек, растерянно пискнув, и скрывается за колонной.       — Ловко, — тихо сказал Джордж, сидевший рядом.       Марго улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди. Она только что переместила живое существо, не навредив ему. Это было важнее любой похвалы.       От учительского стола, за которым царило не меньшее оживление, отделилась Аляска. Собака деловито трусила к гриффиндорцам, держа в зубах аккуратный свёрток, перевязанный золотой лентой. Она двигалась с видом посла, выполняющего важную миссию, и хвост её гордо развевался за спиной.       — Это что? — спросила Марго, когда Аляска положила свёрток около Кассиопеи и уселась рядом, явно ожидая похвалы.       Касс подняла подарок, взвесила на ладони, потом протянула его через стол Гарри. На лице её появилась загадочная улыбка.       — Наш подарок. От меня, Марго и Астры.       Вечером следующего дня Гарри решил опробовать новые фигурки. Перси, увидев, что брат устроился за шахматным столом с Гарри, немедленно пристроился рядом. Поражение было быстрым.       — Если бы не Перси, — заметил Гарри, покосившись на старшего Уизли, который теперь бегал за близнецами, отобравшими у него значок старосты, — поражение было бы не таким быстрым.       — И не таким позорным, — добавил Джордж, перекидывая трофей Фреду.       — Теперь я староста, — в шутку объявил Фред.       — Ты будешь худшим старостой в истории Хогвартса! — простонал Перси.       — Спасибо, я стараюсь, — близнец приложил руку к груди.       Марго смотрела на всё это, сидя в кресле у окна, и чувствовала, как тепло разливается где-то в груди. Рядом были близкие, которые делали это Рождество самым лучшим в жизни.