Глава Девятая "Слёзы"

      В сопровождении белого крыса молодой крепкий парень, краска на волосах которого уже почти выцвела и теперь его волосы практически вернули свой белый цвет в корнях, вошли через небольшую арку в тайное помещение храма у истоков Реки Тайн. Грязно-чёрный сохранялся несколькими крупными пятнами. Девушка со снежно-белыми волосами, почувствовав исходящий из пещерного помещения холод, плотнее натянула свой походный плащ и накинула капюшон. Выдохнув пар изо рта, она потёрла оголённые ладони друг о друга и осторожно ступила босиком на хрустнувший снег. Парень шёл вперёд куда более уверенно, даже будучи раздетым по пояс. Река, текущая вопреки всем законам здравого смысла вверх по горе, а не наоборот, затекала под сам храм и в этой ледяной пещере, где свет обеспечивали лишь кристаллы, поглощающие чакру вместо жаровен с белыми ли синими огнями, здесь небольшим десятиметровым водопадом заполняла большой подземный, частично заледеневший бассейн. Круглое и явно глубокое отверстие было обустроено перилами между небольшими столбцами с кристаллами на верхушках. При приближении белого крыса, которого было почти не видно на фоне снега, они начинали светиться ярким светом. В бассейн имелся широкий лестничный спуск всего в несколько ступеней. Небольшой водопад находился в самой середине бассейна, примерно в пятнадцати метрах от края окружности. От всплесков ледяной воды по поверхности также расходились небольшие клубы пара.       — Вы уверены, что это хорошая идея? — раздалось от идущей позади крыса и парня девушки. — От такого и помереть можно… — прокомментировала она. Крыс и парень, подошедшие к ступеням у бассейна, повернулись в её сторону.       — Да ладно тебе, Курай… Не будь ссыкухой! После ваших путешествий по дальним морям и всем тем извращениям в монастыре по типу досок с гвоздями или раскалённых углей, по которым надо ходить, а также прокачки почти всего тела на регулярной основе, ты ещё чего-то боишься?! Или ты уже настолько окрепла и шрамирована под своей одеждой, что боишься, я ржать буду и сравнивать твою прессуху со своей? — улыбаясь, произнёс парень.       — Тц… — прикрыв глаза, цокнула она языком.       — А, прости, я понял… — ударил он себя ладонью по лбу. — Стесняешься показать сиськи, да? Это ж единственное, что делает тебя женственной. Плечи почти как у меня, задница хоть и есть, но твёрже камня, а вот сиськи… Ну, как будто бы есть на что глянуть даже. Не то чтобы мне очень хотелось посмотреть, но даже под одеждой вроде выглядят неплохо, знаешь… — Пока он говорил, Курай всё больше хмурилась, и левая бровь над серебряным глазом уже начала дёргаться. — Не переживай, я всё-таки твой родной брат и мне как бы пофиг, я бы не стал, ну, сама понимаешь… Но у тебя же парней не было, так? Если хочешь, то я, с высоты своего опыта, могу дать максимально непредвзятую и объективную оценку твоим достоинствам. — Продолжил он. — Короче… Давай уже раздевайся, чёрт бы тебя подрал! Хорош тут строить из себя…       — Боже, какой же ты придурок! — вполголоса произнесла она, прикрыв уже покрасневший от напряжения лоб рукой.       — Она права… — неожиданно добавил крыс.       — Ась? — глянул на крыса парень. — Ты чё это на её стороне, а?       — Ты каким местом слушал, когда я чётко сказал, что эта процедура только для тебя?!       — Разве?       — И ещё… Тут не просто МОЖНО помереть. Здесь всё именно для этого и предназначено!       — Чё?! — раздалось от парня. Курай, услышав это, также округлила глаза.       — Вчера мы весь день убили на твоё обучение остановке потока жизненной силы. Результат не сильно отличается от нуля… — продолжил крыс. — Обычно даже полные новички за целый день смогут научиться сидеть неподвижно и чувствовать свой поток жизни, но тебе нужно больше времени, а его у нас как раз и нет, — произнёс он. — Потому, для твоего скорейшего контакта с природной энергией, подохнуть тебе придётся по-настоящему… — ухмыльнулся крыс.       — Это ещё зачем?! — удивлённо воскликнула Курай, перебив брата.       — Хех… Я же пояснял… В вас, людишках, присутствует чакра. Со времён, когда Хагоромо ходил по земле, раздавая эту силу налево и направо, прошло достаточно времени, чтобы она прижилась. Теперь вы можете вырабатывать её сами, смешивая вашу физическую силу и дух или силу воли, желание, устремление, порывы сердец — называйте, как хотите… Мы — звери — либо полностью лишены подобного, как и вы были три с лишним сотни лет назад, либо, в очень редких случаях, можем управлять своей волей, природной энергией. Наша воля, в отличие от вашей, не столько завязана на разум, сколько на инстинкты. Вы умудрились преодолеть эти природные барьеры. Сила воли серьёзно вытесняет природную силу. В полной мере зависимы от природы лишь безвольные, вроде растений. В них природная энергия течёт свободно. В ком есть воля, там природная сила встречает значительное сопротивление. Только остановив поток жизни или воли, можно впустить в себя больше природной энергии, чем нужно для выживания. В вашем случае всё ещё сложнее… После того как Хагоромо даровал вам чакру, спустя несколько поколений она полностью вытеснила природную энергию. Теперь для поддержания жизни ваши тушки используют чакру, а чё им напрягаться, если и этого хватает и источник уже внутри, кхм… Потому и надо либо замедлить поток жизни первым вариантом, либо полностью остановить его, а это возможно только смертью! — почти прорычал крыс.       — От оно как… — задумчиво произнёс Клайв. — Значит, ледяной бассейн — чтоб остановить жизнь, но ещё и замедлить вообще все процессы в теле, так? Как если что-то охладить до нельзя, то и сохранится оно подольше…       — Ого! У кого-то прорезались мозги?! Знаешь, тебе не идёт быть умным, хотя принцип тут очень схож, пацан… — ответил крыс.       — Завали, твоё величество… — огрызнулся Клайв. — Штаны снимать?       — Нет смысла… — ответил крыс. — Вне зависимости от наличия одежды холод этого бассейна убьёт обычного человека за минуту, а тебя… Ну, я бы поставил на четыре-пять… — с сомнением произнёс крыс.       — Убьёт?! — испуганно воскликнула Курай. — Но…       — Спокойно… — прикрыл глаза крыс. — Вода перенасыщена природной энергией. Стоит его потоку жизни хотя бы значительно замедлиться, как природная энергия хлынет в его тело и смешается с чакрой. Если повезёт и он сможет это почувствовать, то даже с остановившимся сердцем сможет выбраться из бассейна до того, как пройдёт точка невозврата.       — А если не сможет?! — испуганно продолжала Курай.       — А ты больше не веришь, что твой брат избран Ашурой?! — спросил крыс, и Курай вздрогнула, а Клайв ухмыльнулся. — Ашура Ооцуцуки — аспект жизни! — произнёс крыс. — Его жизненная сила — ужасающе огромна! Он мог снимать усталость и сонливость одним своим присутствием и словом. Даже не касаясь тела, он мог лечить лёгкие раны. Чума и другие болезни были перед ним бессильны! В свои девяносто лет он без всякой чакры мог пальцами крошить камни и бегал быстрее коней. Чакрой он мог обратить бесплодную пустыню в цветущий лес! Вы и представить себе не можете его истинного могущества! К сожалению или к счастью, его потомки унаследовали лишь незначительную долю его сил, и с каждым поколением… Впрочем, вы и сами всё видите. Приблизиться к истинной силе братьев смогут лишь их воплощения на этой земле, ибо было сказано, что они вернутся после смерти… Один, чтобы осуществить свои цели, а второй, чтобы помешать своему брату уничтожить мир. Если в этом парнишке есть хоть толика силы Ашуры, то это для него даже не испытание…       — А если я не избранный, то не важно, что со мной случится… — произнёс Клайв и шагнул с первой ступеньки, обмочив ноги в ледяной воде.       — Этого я не говорил… Мы в любом случае постараемся тебя вытащить и…       — Это я сказал, ваше величество… — сморщившись, он уже вошёл в ледяную воду по пояс и сжал кулаки. — Что бы ни произошло… Не вздумайте меня вытаскивать! — оглянулся Клайв и с глубоким вдохом присел под водой, погружаясь на дно бассейна.       — Клайв! — окликнула его Курай, но он уже не всплыл. — Ваше величество, что будет, если его не достать вовремя?!       — Ну… Сперва он застынет, а потом… Природная энергия убьёт его безвозвратно, а тело за пару часов разложится на куски, а затем и вовсе на слизь. От него не останется даже костей…       — Боже…       — Спокойно… Прошло только полминуты. Пацан справится! Я уже в него поверил, иначе бы не пустил сюда. Ты бы о себе побеспокоилась… — Крыс кивнул мордой на её босые ноги, которые уже слегка посинели. Увидев это, Курай тут же сложила печать концентрации и, высвободив чакру стопами, а затем и почти всем телом, заставила себя подлететь на пару метров и зависнуть в воздухе, будто плывя.       — Хороший фокус… — одобрил крыс и повернулся взглянуть на несколько пузырей воздуха, поднявшихся со дна, которого уже должно было достичь тело парня.       «Не подохни так просто, пацан.»              

***

      «Чёрт, как же холодно! Даже мою шкуру печёт от холода этой воды!» — пронеслось в голове Клайва, когда он с головой нырнул под воду. Постаравшись расслабиться, он задержал дыхание и направил ноги вниз, чуть прогнувшись в спине, прилагая небольшое усилие, чтобы продолжить падение на дно и не всплывать.       «Больно… Это… Очень больно…» — сморщившись, он до предела стиснул зубы и сжал кулаки. Захотелось вдохнуть, но вместо этого он выдохнул и, прокрутив в голове все моменты, когда он чувствовал боль куда сильнее, расслабился, выпустив почти весь воздух из лёгких. Через пару секунд падения, достигнув уже середины бассейна, он открыл глаза.       «Странно… Постепенно боль уходит, уступая теплу. От кончиков пальцев странное жгучее тепло поднимается до сердца. Моя чакра…» — Своим глазом он видел, как чакра быстро выходит через его кожу, отдавая тепло и частично концентрируясь в его крови, стараясь остатки тепла удержать внутри. Кровь и сердце постепенно замедлялись, и каждый удар сердца причинял всё больше жгучей боли, пока его тело ложилось на самое дно.       «Чёрт… Я… Умираю…» — проносилось у него в голове, когда он не смог пошевелить пальцами, а руки и ноги стали слишком тяжёлыми, чтобы он смог пошевелиться без значительного усилия.       *Тук-тук*       Боль с каждым ударом сердца обжигала даже кости и зубы.       «Ну и где же эта природная энергия?! Я сейчас и в самом деле…» — На секунду его глаза накрыло тёмной пеленой, и он услышал вдалеке женский голос.       «Хотя… Дышать будто и не хочется… Будто есть что-то ещё кроме воздуха, но что?!» — Потянулся он рукой к поверхности, уже лёжа на дне.       «Клайв!» — отчетливо услышал он женским голосом, и тьма вновь накрыла его глаза. Спустя секунду и ещё один болючий удар сердца он проснулся и резко поднял туловище. Оглянувшись вокруг, он обнаружил себя в лёгких белых простынях на кровати в небольшой комнате деревенского дома. Рядом с ним на кровати лежала Ами и потянулась рукой, пытаясь вернуть обратно часть простыни, которой была укрыта по шею. Из окна за его спиной пробивалось утреннее солнце и чириканье птиц.       «Какого…» — пронеслось у него в голове. Глянув на свои руки, он попытался сжать кулак — и у него всё получилось. Здесь не было ледяной воды, боли и тяжкого груза ответственности за целый мир, а не только за свою жизнь. Будто умывшись, он шумно выдохнул и, перекинув ноги на деревянный пол, поднялся с кровати, обнаружив себя совершенно голым. В поисках одежды он обошёл всю комнату, но не нашёл ничего, что мог бы назвать своим.       «Что за бред?» — подумал он.       — Ами! — решился спросить он. — Ты не… — Глянув на кровать, вместо Ами он увидел высокого парня, чуть выше себя ростом, с короткими, торчащими во все стороны русыми волосами. Его лоб был перевязан хлопковой повязкой, а его лицо, хоть и было слегка похоже на Клайва, но нос был крупнее, а глаза куда уже. Бровей у незнакомца почти не было, в отличие от густобрового Клайва. — Ами… — продолжил Клайв и резко нахмурился. — Кто ты, чёрт бы тебя, где Ами и что здесь происходит?!       — Хех… Сколько вопросов в одном…       — Тебе бы лучше на них ответить и быстро! — сжав кулаки, выкрикнул Клайв.       — Это правда… — поднявшись с кровати в своём телесного цвета балахоне, спокойным голосом произнёс незнакомец. — Долго ты тут не протянешь… — добавил он, и всё вокруг затряслось, будто началось землетрясение. По полу пошли трещины. Не просто дом или стены… Сама реальность будто трещала по швам. Взглянув на окно, Клайв заметил, что треснули даже видимые глазу солнечные лучи, падающие на кровать.       — Ты… — начал догадываться Клайв.       — Верно думаешь… Похоже, пришло время нам поговорить по душам, — ответил незнакомец, сложив руки, накрытые длинными и широкими рукавами, на груди. — Хотя для тебя же лучше, если эта встреча будет последней…       — Так это правда?! Пророчество… Вся эта избранность и моё предназначение?!       — Думаешь, сейчас важно, что я отвечу на это? — произнёс незнакомец.       — Да! Чёрт бы тебя подрал, дед ты мне или кто… Если я тот, кто должен остановить Виктора, то…       — Тише… — жестом остановил его незнакомец. — Ты никому и никогда ничего не был должен и ничем не был обременён. Истина лишь то, что все бремена мы накладываем на себя сами, Клайв… Моего отца не устраивал порядок, установленный Императрицей — его матерью, о которой ты уже знаешь. Он изменил его, обретя при этом силу… Рано или поздно мы все придём к тому, что в этой жизни нас что-то не будет устраивать. Разница лишь в масштабах и возможностях... Кто-то волею случая может лишь выбрать судьбу солдата или крестьянина. Быть кузнецом или жрецом… Приручить собаку или нет… Забрать жизнь или создать… Всё есть лишь наши решения и их последствия. Если тебя не устраивает будущее, наступления которого жаждет Виктор, то ты волен его остановить. Если сможешь… — ухмыльнулся незнакомец.       — Разумеется не устраивает! — выкрикнул Клайв. — А что насчёт тебя?! Хочешь сказать, что позволишь безумцу пустить прахом всё, за что сражались твои внуки?!       — Я мало что могу, ведь я уже давно мёртв, но я бы тоже хотел узнать у тебя кое-что?       — М?       — Ты хочешь одолеть Виктора ради себя и будущего с этой девушкой? — незнакомец кивнул на кровать, которая также треснула и под грохот землетрясения её подкинуло в воздух и будто прожевало вместе с куском пространства. Сам незнакомец был вынужден отойти чуть вперёд и в сторону, нахмурившись, глянув на Клайва, слегка пошатнувшегося от очередной тряски. — Ты хочешь сразиться с ним ради будущего человечества и положить конец Кошмару, как предсказал Гамамару? Или же ты хочешь отомстить отцу, который оставил тебя в одиночестве думать о том, что ты слишком отличаешься от других, а потому не нужен им ни для чего кроме как служить вечным пугалом? — На этом Клайв задумался, опустив взгляд в пол и сжав кулаки.       — Да какая разница, если я хочу его смерти?! — выкрикнул Клайв. — Если можешь и хочешь помочь, то помоги, а если нет, то…       — Виктор — мой дорогой ученик… — признался незнакомец. — Потому я не уверен, что путь, который он избрал, не является следствием моих ошибок, из которых он сделал соответствующие выводы. — На этом Клайв округлил глаза. — Мне нужен твой ответ! Я хотел бы знать, какой путь предлагает этому миру мой правнук…       — Я… — прикрыл глаза Клайв. — Тц… У меня нет ответа. — На этом незнакомец шумно выдохнул, сложив руки на груди. Вокруг всё в очередной раз затряслось и потрескалось. — Я не собирался никуда вести целый мир… Это непосильная ноша для такого балбеса, как я! Но я знаю, чего я не хочу! Я не хочу, чтобы погибла Курай! Я не хочу, чтобы казнили Ами, даже если придётся сдохнуть самому, если я не прав! Я не хочу, чтобы жертва моей матери была напрасной. А если Виктор… — Под очередной грохот запнулся Клайв, едва не упав. Сверху куски потолка начали падать, открывая просветы в самом небе в виде молочно-белого варева. — Если мой отец, подобно Кагуе, желает устроить геноцид, стать богом и решать, кому жить, кому править, а кому умереть, то я эгоистично против этого, подобно твоему отцу, и хочу остановить его!       — Даже если мой брат будет против этого?       — Ха! С этим лысым я не против смахнуться ещё разочек… — ухмыльнулся он. — Этот парень выглядит потерянным, как я до встречи с Гоблином. Ему только нужно вставить мозги на место!       — Значит, таков твой ответ?       — Да!       — Хорошо… — Под очередной грохот и тряску незнакомец вытянул вперёд правую руку и коснулся середины груди Клайва. — Пусть горит и ведёт тебя пламя твоего сердца! — произнёс он, и Клайв ощутил с новым стуком сердца сильнейшее жжение. Своей рукой незнакомец будто залил ему в грудь кипяток, распространявшийся по всему телу, а затем пальцами впился в кожу, прожигая её до костей, и поставил его на колени от боли. Вокруг он снова почувствовал холод и вдалеке услышал очередной зов женским голосом.       «Клайв! Не умирай, Клайв!» — раздалось на краю его сознания.              

***

      — Уже почти четыре минуты… — взволнованно произнесла Курай, подлетев ближе к бассейну. — Я так больше не могу… Я достану его!       — Не сметь! — будто гром на всю пещеру прозвучал голос крыса, а его глаза сверкнули красными огнями, от чего Курай вздрогнула и резко остановила полёт. — Он ведь сказал то же самое! — прорычал крыс. — Верь в своего брата… — На этом куски льда в бассейне начали таять, и по всей поверхности воды пошли пузыри. Это заставило крыса и Курай напрячься, а затем бассейн будто внезапно взорвался, окатив их водой. Столб горячей и испаряющейся налету воды поднялся почти до самих сводов, почти на двадцать метров, и вместе с ним вылетело что-то яркое, устремившись в дыру, из которой река вливалась в пещеру с бассейном. Спустя несколько секунд, после того как вода с ощутимым хлопком и всплеском упала в бассейн, заставив девушку прикрыться и немного отлететь.       Прошло не больше секунды, и небольшой метеор из синего пламени ударил в середину бассейна, спровоцировав сильнейший взрыв, который был частично подавлен водой. От ударной волны и очередного всплеска, накрывшего Курай и крыса, потрескался лёд на полу и стенах. Поднялось облако пара, в мгновение разлетевшегося по всей просторной пещере, и температура значительно поднялась. Из-под водопада вышел парень, чьи ноги по пояс были покрыты шерстью, снизу спины висел длинный крысиный хвост, кожа покраснела, а и без того рельефные мышцы значительно вздулись. Руки больше не были человеческими, на пальцах появились звериные когти, и по локоть руки также покрылись короткой шерстью. На подошвах и ладонях горело ярко-синее пламя, не затухающее даже под накрывшим его водопадом. На голове волосы превратились в факел из ярко-белого пламени.       Сделав несколько шагов, парень вышел из-под водопада, поднимая правую руку и показательно сжимая её в кулак, пылающий синим пламенем. Он взглянул на крыса, а затем на Курай, которая вздрогнула от того, что теперь его правый глаз источал яркий свет, а левый полностью почернел. Она почувствовала, насколько стал сильнее его «дурной глаз». Сейчас он видел её насквозь.       — Ха! Ха-ха-ха-ха… — внезапно засмеялся крыс, вокруг которого будто потрескалась небольшая сфера из стекла. — Ты вобрал в себя много природной энергии за раз, парень. Чудо, что тебе удалось её стабилизировать и удерживать, но будь осторожен, ты всё ещё очень хреново с ней управляешься… Эта форма… Ты едва не превратился в крысу, пацан. — После этих слов Клайв глянул на своё отражение на поверхности воды и хмыкнул. Белый крыс сверкнул своими кроваво-красными глазами. — Похоже, что твоя сила буквально утекает сквозь пальцы, но какое-то время ты протянешь… Не хочешь узнать, на что ты способен в этой форме, а?! — Клайв опустил руку и взглянул на крыса.       — Я не против, вот только боюсь, Курай и помереть может… — раздалось от него низким искажённым голосом. — Жаб нам ждать некогда, я и сам чувствую, как сила утекает будто песок сквозь пальцы. Да и я уже побеждал сильнейшую жабу даже без этой силы. Кого против меня выставишь, а?       — Глупый вопрос… — раздалось от крыса, вышедшего к середине площадки у бассейна и повернувшегося к противнику. — Конечно же драться буду я сам!       — Ты?! Не обижайся, твоё величество, но ты мелкая крыса, я тебя… — На этом под белым крысом треснул пол и ступеньки у бассейна. Из его пасти раздался рык, не уступающий стае львов, а ударной волной от такого резкого взрыва силы, заполнившего воздух, Клайва откинуло на десяток метров, и он, едва отреагировав, пылающими когтями зацепился за пол и тающий лёд, оставляя пылающие борозды в торможении.       — Нихера себе… — подняв голову, произнёс Клайв. — Тогда… — Поняв, что крыс не шутит, Клайв использовал мгновенное перемещение и со вспышкой пламени в мгновение, за которое Курай не успела даже моргнуть, оказался в том же месте, где и крыс, накрывая его своей когтистой, пылающей рукой.       От удара ступень, где был крыс, оказалась раздроблена на осколки, и пол вокруг пошёл трещинами, а высвобожденное пламя расплавило часть камня и частично накрыло остатки льда вокруг, превращая его в воду и испаряя. В момент удара Клайв заметил кроваво-красную электрическую вспышку. Своим глазом он видел, куда устремилась прошедшая по воздуху энергия, и тут же поднял голову к потолку, но даже его теперешней реакции было недостаточно. С потолка на его голову уже устремился разряд кроваво-красной молнии. Едва успев, Клайв вспыхнул синим пламенем и с мгновенным перемещением подлетел назад и вверх, в мгновение оказавшись вновь под водопадом над серединой бассейна, а ударившая молния окончательно уничтожила предбанник бассейна. От яркости вспышки Курай прикрывала лицо рукой и едва-едва могла различать движения Клайва. Крыса она и вовсе перестала видеть. Внезапно Клайв в полёте увидел, как его за правую щиколотку поймало нечто, напоминающее плеть, и по ней мгновенно прошёл разряд красной молнии, заставивший его вскрикнуть от боли. Плеть крепко сжала щиколотку и резко дёрнула его тело обратно, а затем развернула и вышвырнула с огромной силой и скоростью в левый край пещеры. Клайв с грохотом врезался в своды и упал с трёх с лишним метров, принимая также удар несколькими камнями по голове и оставляя после своего падения внушительную выбоину. Плеть отпустила его и резко втянулась обратно в точку, где стоял крыс, оказавшись ничем иным, как его хвостом.       «С ума сойти!» — пронеслось в голове Курай.       «Клайв стал намного быстрее, но это… Такая сила и скорость за гранью человеческих возможностей. От такого удара кто угодно бы уже погиб.»       — Ну как тебе, пацан? Понравился мой хвост? — довольным и слегка искажённым голосом произнёс крыс. В тот же момент вокруг него сформировался стеклянный купол, ставший прозрачным, и он исчез. Лишь прикрыв свой человеческий глаз и используя только бьякуган, Курай смогла вновь его увидеть.       — Ой-ой-ой… — хрипя, отбрасывая камни и поднимаясь сперва на четвереньки, а затем на одно колено, произносил Клайв. — Больно, чёрт бы тебя… Но, чёрт… Я вроде даже не сломал ничего. — Хрустнув шеей и сплюнув кровью, произнёс Клайв.       — Естественно… Теперь ты — мудрец. В такой форме тебе такой урон вообще ни по чём, хотя в своём нормальном состоянии даже ты бы пяток костей переломал. Ты стал куда быстрее и сильнее, твой глаз видит лучше, ты ведь уже нашёл меня, а?! — Клайв сконцентрировался и, поднимаясь с колена, напряг свой правый, светящийся глаз. Им он видел, как со всей округи к крысу устремилась природная энергия. После того как он встал на ноги, факел белоснежного пламени на его голове уменьшился вполовину.       — Прикрываешь это обучением, а? Просто признай, что уже давно хотел надрать мне задницу, верно, твоё величество? — с улыбкой произнёс Клайв.       «И за кого ты меня принимаешь…» — услышал он прямо над своим ухом. Глянув на плечо, он увидел на нём белую крысу, а под его ногами их было ещё около десятка.       Клайв едва успел прикрыть лицо и голову руками, поняв суть атаки, и все мыши почти одновременно взорвались.       — Клайв?! — выкрикнула Курай. Взрыв полностью поглотил Клайва, а ударной волной и грохотом окончательно снёс весь лёд в пещере со стен и потолка. Парня вновь отбросило в стену, но в этот раз он был весь в крови: левую руку оторвало по локоть, левое плечо и часть лица обожжены и дымились, а обе ноги оторвало по колено.       — Я — один из Аспектов Мроздания, Аспект Тайн Мира! Божественный вредитель и скрывающий истину! Один из тринадцати верховных священных зверей и король всех крыс! Новорождённый мудрец мне ни разу не соперник…       — А это не перебор, ваше величество, — избежав удара от падающего льда с потолка, подошла поближе Курай и глянула на сморщившегося от боли Клайва, который едва мог пошевелиться.       — ЙАААА! — раздался крик боли от Клайва, открывшего глаза. — Мои ноги! Рука! Чёрт! — Зажал он культю свободной рукой, чтобы остановить кровотечение.       — Чем лежать и орать, лучше направь всю свою силу в кровь и клетки, чтобы они восстановили твои конечности. Это называется «Реконструкция тела!» Со своим глазом обучаться этому тебе не нужно, просто используй свою кровь, как делал раньше, — произнёс крыс.       — Ах, чёрт… «Искусство мудреца: Реконструкция тела!» — раздалось от лежащего у стены и сморщившегося от боли парня, поднёсшего руку к лицу и сложившего два пальца в знак концентрации. Кровь устремилась обратно к оторванным конечностям, и из неё начали формироваться новые ткани. За минуту почти полностью восстановилась рука и частично ноги, а факел на его голове почти погас. Синее пламя будто сдуло с рук. На оторванной руке начала быстро зарастать кожа, а на обоих ногах восстанавливались пальцы и покрывались плотью. Лицо и тело парня быстро возвращало себе человеческий вид, глаз более не источал свет. Мышцы вернули естественный вид и даже слегка потеряли в массе, как и сам парень заметно похудел. Ноги покрывались кожей, слегка источая пар, а по лицу и телу парня обильно тёк пот.       Сердце колотилось как бешеное, и дыхание было учащённым. К Клайву вернулся его естественный цвет волос, напоминающий белый снег на горной вершине. Восстановив дыхание, он с трудом поднялся на новые ноги, пошатываясь и прикрывая рукой лицо.       — Хех-хех… Чёрт… — раздавалось от него.       — Всё? — нахмурился крыс. — Жаль… Три минуты с реконструкцией — это очень мало, но лучше, чем ничего, и для первого раза в жизни вполне достойно, пацан. Тебе стоит гордиться…       — Было бы чем… — возразил Клайв. — Придурок, я же проиграл тебе с позором…       — Иначе и быть не могло! Но! Ты за раз многому научился, башка у тебя работает отлично. Сам понял, как атаковать, догадался прикрыть башку и о том, что я тебя сейчас взорву. Инстинкты у тебя отличные, есть чутьё… Ты прирождённый великий воин.       — Если ты такой крутой, то что ж вы с жабами сами не похороните Виктора и всех, кто вам мешает?       — А ты подумай головой, пацан… Виктор — враг куда хуже, чем ты можешь себе представить. Сейчас он сильнейший человек на планете, возможно даже равен по силам таким чудовищам, как Император Самаэль или Кагуя, хотя последнее маловероятно. В любом случае я бы не рискнул бросать вызов тому, кто одолел Девятихвостого. Думаю, лису я бы проиграл… — От этих слов Курай вновь округлила глаза.       — Даже так… — раздалось от неё.       — Жесть какая, ладно… — почесал затылок Клайв. — Нам ведь надо тренироваться с этим режимом, чтобы я… мог… — Перед его глазами всё поплыло, и ноги не удержали парня. — Свободно… Твою мать… — На этом он зашатался и упал в обморок.       — Клайв! — Курай тут же подбежала к нему и начала проверять признаки жизни.       — С ним всё в порядке. Пусть отдохнёт как следует… Отрастить ноги и руку природной силой — это, знаешь ли, весьма энергозатратно. Я удивлён, что он вообще встать смог после такого.       — Если он не сможет свободно использовать эту форму, то Виктора, то есть… отца не одолеть?       — Его даже так не одолеть. Вы, детишки, не до конца понимаете, с чем связались… Хех… Гамамару прав, как и всегда… Вам нужен второй пацан — наследник Индры.       — Я поняла… Я немедленно отправлюсь на поиски и…       — Зачем? — перебил её крыс. — Не родился ещё такой человек или зверь, способный скрыться от меня. Да и жабы со своей жемчужиной смогут помочь… Лучше позаботься о брате и помоги ему. Следующую неделю от сегодняшнего дня постараюсь обучить его хоть как-то работать с природной энергией и придумаем, как ему использовать эту форму. Тогда, думаю, у нас ещё есть шанс побороться со злом…              

***

      Полностью угольно-чёрный мускулистый мужчина без гениталий и со слегка светящимися золотыми глазами лишь мельком пересёкся взглядами с Клайвом. Последний сразу почувствовал исходящую от него удушающую ненависть и презрение, какой не чувствовал никогда ни от кого другого. В его взгляде он прочитал, что для этого существа жизни людей не стоят больше чем жизни насекомых. В мгновение оно атаковало и ухватило стоящего перед ним в десятке метров старика за лицо, но последний будто отделился от самого себя и, оказавшись за своей спиной, отпрыгнул со взмахом посоха в сторону, а левой рукой сложил печать концентрации. Его глаза также засияли золотом.       — «Искусство мудреца. Молния: Сияющая подмена!» — раздалось от старика, и его копия, схваченная чёрным нечто за лицо, засветилась синим светом и лопнула, вспыхивая электричеством. На почти невидимом лице чёрного мужского силуэта Клайв увидел искажение от боли и как тот на мгновение прикрыл глаза. Отведя посох назад, Мерлин направил в него огромное количество чакры и в секунду заставил его засиять громом и молнией, издавая характерный стрекочущий звук. Навершие посоха в виде кольца формой чакры было обращено в наконечник крылатого копья.       Вскрикнув и размахнувшись, старик ударил копьём и позволил ему влететь в цель, но в момент удара противника не оказалось в том месте, и копьё молнии взорвалось полностью, разрушив ступени и обвалив часть потолка, также остекленяя камень в глубокой выбоине. Клайв прикрыл левый глаз, сконцентрировав чакру в бьякугане, и внезапно направил меч остриём себе за спину, выполнив обратный колющий удар. Он попал прямо в чёрную ладонь, устремившуюся к его шее, и высвободившую большое количество чакры, не позволившее мечу пронзить руку.       «Этот глаз…» — раздалось искажённым голосом от чёрного. Клайв заметно напрягся и с криком продавил свою атаку, высвобождая чакру огня через лезвие клинка с разворотом назад. Ему удалось отбросить противника и, получив инициативу, Клайв тут же выполнил круговой взмах, крепко сжимая рукоять двумя руками и продолжая высвобождать огонь через свой меч. Круговой удар с огненным росчерком в движении разрушил вторую за Клайвом колонну, удерживающую потолок в подземном зале, но едва смог задеть чёрного противника с грязно-зелёными волосами, лишь срезая их часть с головы.       «От это скорость!» — пронеслось в голове Клайва, выполнившего ещё один рассекающий удар, от которого противник просто резко сместился назад, также избежав урона. Отведя взгляд в сторону, чёрный человек обнаружил у своей головы с левой стороны небольшую шаровую молнию, незаметно оказавшуюся вплотную рядом с ним. Шар чакры молнии засиял ярким светом, и чёрный человек едва успел поднять руку для верхнего блока. Раздался взрыв и вспышка пламени. Вокруг разбросало деревянные ошмётки, а зону поражения накрыло дымом и паром. Своим глазом Клайв видел, как перед противником из его руки выросла деревянная стена в виде полноценного дубового ствола и приняла на себя весь урон от сферы молнии.       Нахмурившись, старик вытянул посох вперёд, едва касаясь ещё одной сферы, летящей перед ним. Из неё вырвался неудержимый луч молнии, который был встречен противником второй вытянутой рукой. Собрав чакру в ладони, он смог сперва на секунду сдержать поток плотной электрической силы, а затем взмахом руки отразить его в сторону. Остаток потока грома разрушил основание крайней колонны у потолка, под которой находился труп Клариссы. Увидев, как камни после взрыва и вспышки полетели вниз прямо на тело, Клайв в мгновение оказался там и прикрыл тело женщины собой, крепко получая камнями по голове, шее и спине.       — Тц… — раздалось от старика, заметившего это. Он вновь обратил посох в копьё и приготовился атаковать, но внезапно пальцы на вытянутой руке чёрного человека задеревенели, и Мерлин, перехватив посох двумя руками, принял защитную стойку, создав на противоположном конце посоха такой же наконечник крылатого копья. Пальцы и ладонь противника обратились в дерево и рывком удлиняясь, создавая древесную массу, устремились поглотить старика перед собой. Последний принялся неистово вращать посохом, рассекая толстеющие ветви и с огромной скоростью нарезая поток дерева на дрова и щепки, парируя атаку. Поток дерева, высвобождающийся из чёрной руки, уже охватывая её по локоть, начал его пересиливать, как вдруг Клайв с криком обратил на себя внимание противника, заставив его повернуть лицо к нему. Удерживая тело Клариссы левой рукой подмышкой, он прыгнул вверх почти до потолка и с размаху направил рассекающий вертикальный удар с огненным росчерком по противнику. Не в силах быстро остановить свою же технику, чёрный человек нахмурился, принимая удар и, потеряв руку, проросшую деревом, отскочил назад.       Заметно сморщившись от боли, он обхватил свободной рукой свою культю, с которой капала на пол чёрная смола, слегка источая пар. Мерлин, избавившись от бесконечного напора, в секунду рассёк оставшееся дерево, разметав его по залу.       — Вы… сильны… — раздалось от потерявшего руку чёрного человека.       — Хех-хех… — тяжело дышал старик, развеяв форму копья и вернув посох.       — Это ещё не всё, скотина! — всё ещё удерживая подмышкой тело женщины, Клайв рванул к противнику на полной скорости и наотмашь взмахнул двуручным мечом от груди одной рукой. Противник среагировал и избежал удара, прогнувшись в спине. — Не всё! — в ярости кричал Клайв и продолжил махать мечом, выполнив ещё четыре рассекающих воздух удара уже без пламенного росчерка с большой скоростью, но противник, внимательно следивший за его движениями, смог избежать их всех. С последним ударом сверху меч Клайва ударил в землю, и он с криком был вынужден прервать серию атак, чтобы тут же начать новую, но инициатива была потеряна. Взмах снизу-вверх был встречен блоком руки противника, голой ладонью схватившего меч за лезвие и откинувшего его в сторону. В следующую секунду Клайв получил прямой удар ногой в грудь и полетел спиной вперёд, разрушая очередную колонну и врезаясь в стену. Прижав к себе тело Клариссы, он принял удар на себя и смог защитить её, будто она была ещё жива. Мимо противника пролетели ещё две шаровые молнии с сиянием, обратившиеся в громовых клонов Мерлина. Заняв позиции за спиной чёрного и по правую сторону, каждый из клонов и сам Мерлин одновременно ударили посохами в землю, выкрикнув…       — «Искусство мудреца: Трёхсторонний сияющий барьер!» — Между ними рассекло пол, и оттуда вырвался белый свет, образовавший полупрозрачные сияющие белым светом стенки. В одну секунду противник оказался в сияющем треугольнике и, оглянувшись по сторонам, понял, что ему не выбраться.       — Теперь не уйдёшь… — раздалось от настоящего Мерлина. — Эй, пацан, поднимайся, ты же ещё не умер! — Ответа не было, лишь пыль оседала в месте его столкновения со стеной. — Клайв! — выкрикнул старик. — Ты мне нужен!       — Кхе… Эх! — откидывая камень от себя и шатаясь, поднимаясь на ноги, произносил Клайв, кладя тело Клариссы у стенки. Едва не упав, он воткнул в землю меч, чтобы удержаться на ногах. Перед глазами всё слегка плыло, кости ломило от боли, колени дрожали, а с головы и из носа капала кровь.       — Хех-хех… — тяжело дыша, Клайв поднял взгляд на старика. — Блядь, твою мать… Чёрт… — выругался Клайв, поднимая меч и с трудом шагая вперёд, закидывая его себе на плечо. — Когда ж я уже перестану получать столько пиздюлей… — посетовал Клайв.       — Когда поймёшь значение слов «командная работа», — ответил Мерлин.       — Вопрос риторический, старик, — добавил Клайв и, оказавшись рядом с Мерлином, внимательно взглянул на чёрного человека без руки, спокойно стоявшего в середине ловушки и смотрящего на них своими золотыми глазами. — Ты… Что ты такое?!       — Воля… — искажённым голосом ответил чёрный человек.       — И чего же тебе надо?!       — Чтобы этот мир умер…       — Тц… Оригинально, твою мать… Хррр! Тфу! — сплюнул Клайв кровью в сторону.       — Моя мать дала вам жизнь, но её отвергли, а значит, вы не заслуживаете ни права жить, ни оставленной вам чакры!       — Мать… Чакры… — нахмурился Клайв. — Ты сейчас про Кагую?! — На этом старик взглянул на Клайва, округлив глаза. — Так ты что, её знал?! Как бы там ни было, это было так давно, что никто, кроме самой памяти, уже и не знает об этом, а если ты стремишься к тем временам… У меня для тебя плохие новости!       — Ты лишь тень её внука, а я порождён богиней! Вам меня не остановить… Через сотню или тысячу лет — не важно… Всё будет так, как задумала она! Семена уже посеяны!       — Долго я его не удержу, Клайв… Его нужно убить!       — Ага… Я тоже об этом подумал.       «Приготовься…» — голос Мерлина зазвучал уже у него в голове.       «Я сниму барьер, и ты пронзишь его мечом, а после сразу используй силу мудреца частично и сожги его синим пламенем своей матери!»       «Пламенем матери?!» — едва смог скрыть удивление Клайв.       «Да!»       «Но… Старик, я не могу просто высвободить силу мудреца, это ж мне помереть надо и…» — Внезапно в голове Клайва возникло знание и понимание того, как извлечь силу из печатей татуировок на его теле частично. Клайв прикрыл глаза, а затем вышел вперёд, ухмыльнувшись, и встал в стойку для стремительного пронзающего удара мечом.       «Теперь знаешь! Готов! Пошёл!» — выкрикнул старик в его голове. Клоны Мерлина развеялись, и свет барьера потух. Клайв рванул со всей скоростью и, прикрыв глаза, пронзил тело противника мечом, пробив его насквозь. Повалив его на землю, он воткнул меч в пол, прибивая врага к земле, но, глянув на него, он вздрогнул. Вместо чёрного человека он увидел перекошенное и мёртвое лицо Толмана. Противник в виде чёрной смолы устремился в трещины под ногами Клайва и быстро вытек в щели между камнями.       — Нет! Чёрт! — раздалось от старика.       «Ха-ха-ха-ха-ха… Глупцы! Вам никогда не убить то, что не может умереть. Ваши жалкие обезьяньи ручонки не смогут схватить то, что нельзя… Сейчас я вас покину, но я вернусь собрать урожай! Не в этом поколении, так в следующем… Я… Я вернусь…» — раздалось отовсюду искажённым голосом. После этого Клайв вытащил меч из тела Толмана и вновь закинул его себе на плечо.       — Значит, он тоже слизь, а? — произнёс Клайв, прикрыв глаза.       — Тц… Это значит, что мы проиграли и нашему миру конец! Другого шанса может и не быть…       — Ну… Я бы не был так категоричен с выводами, старик! Ты слишком быстро сдаёшься.       — Ты не понимаешь, Клайв… Оно или он… Бессмертно. Теперь никогда не угадаешь, где и когда ударит. Возможно, уже по твоим детям…       — Ну и хер с ним! — выдохнул Клайв.       — М?       — Мои дети будут готовы. Я лично верю, что так или иначе всё будет хорошо, а у нас ещё осталась работёнка…       — И какая же?       — Помоги мне с телами Клариссы и этого парня, Толмана, вроде. Они заслужили своё честное имя и нормальные похороны.       — Хех… — Перед глазами Мерлина вместо Клайва на секунду промелькнул образ Ашуры и его наивная улыбка.       «Ну тогда… Посмотрим, чего ты сможешь добиться против Виктора, пацан.» — пронеслось в голове Мерлина.              

***

      Смутно слыша женский и мужской голоса, Шин открывал будто песком набитые и едва различающие окружение глаза. Голоса затихли, и спустя несколько минут он смог частично почувствовать своё тело. Чувство подавленной боли и озноба распространилось по нему. В глаза будто выжали лук, и приходилось часто моргать, чтобы видеть хоть что-то — а именно деревянный потолок и часть стены с небольшим ковром на ней.       — Очнулся? — раздался женский голос позади, который он сразу узнал. — Сразу отвечу: прошли уже сутки, тебе бы лучше побыстрее очухаться, казнь уже через три дня, и если Клайв не появится, то нам придётся отбивать Ами самим, — произнесла Курай, обходя кровать и сверху взглянув на бледного, едва очнувшегося Шина. Он попытался молча подняться, но оказалось, что к кровати он был привязан ремнями по рукам и ногам.       — Чё? — раздалось от него.       — Извини, но ещё часов десять минимум я не могу позволить тебе активно шевелиться. Мы едва-едва твои переломанные кости в кучу собрали.       — Мы? — уточнил Шин.       — Да… Мне помог местный лесник. Он узнал меня. Он тоже воспитывался в нашем храме, но ушёл оттуда лет за пять до меня… — На этом Шин услышал ещё шаги, и в комнату вошёл мужчина среднего роста, примерно равный Курай, с тёмно-коричневыми в меру длинными волосами до шеи и длинной косичкой за спиной до самой поясницы. Будучи внешне похожим на Шина, с таким же подбородком, только покрытым лёгкой щетиной, он улыбнулся и взглянул на него своими ярко-зелёными глазами.       — Значит, ты и есть дитя того самого пророчества, а, парень? — спросил он и поставил стул рядом с Курай, кивая и предлагая ей присесть. Проморгавшись, Шин повернул голову и, взглянув на него, вздрогнул. Около десятка секунд он молчал, внимательно всматриваясь в его лицо.       — Ты… Откуда я… Я тебя знаю… Кто ты? — Курай удивилась этой реплике Шина и, округлив глаза, посмотрела на своего товарища по храму и на Шина.       — Исключено… — с улыбкой проговорил мужчина. — Меня зовут Джун. Я занимаюсь охотой, а теперь и лесничеством. У меня редко бывают гости, так что можете какое-то время побыть здесь. Стены Адена на горизонте… — глянул он в открытое окно, через которое комнату освещало дневное солнце. Одетый в обычную городскую серую рубаху с кожаной накидкой сверху, он, отойдя, снова взглянул на Курай и улыбнулся, а девушка улыбнулась ему в ответ. — Похоже, вам нужно продолжить разговор? Я пока пойду наколю ещё дров… — добавил он спокойным голосом и покинул помещение. — Поправляйся, парень. Не хотелось бы, чтобы началась война… — раздавалось от него.       — Шин… Ты ведь сейчас едва очнулся. Я сейчас принесу суп и покормлю тебя. Восстановишься и подумаешь, как следует. Ты никак не мог знать Джуна… — Он отвернулся, а Курай поднялась на ноги.       — Курай… — вполголоса окликнул он её. — Беги. Пожалуйста… — ещё больше побледнев, произнёс он.