11. Как он

***

Глубокая ночь. 2:47. Я сижу за столом уже не первый час. В комнате темно, только синий свет от экрана ноутбука падает на лицо и на перебинтованную руку. Бинт слегка пожелтел от йода — рана всё ещё ноет, особенно когда я нечаянно задеваю край стола. Из окна виден привычный двор: кривые дороги в жёлтом свете фонарей, старые пятиэтажки с выцветшей краской, редкие машины, припаркованные кое-как. Вдали мигает розовая неоновая вывеска круглосуточного магазина — через раз, будто и она уже устала жить. На экране открыта программа Word. Проект реконструкции старого парка Конохи-Люкс. Почти закончен.Чертежи делала в AutoCAD, потом перенесла сюда. План-схема парка: Я обозначила зоны — где восстановить дорожки, где посадить новые деревья, где добавить освещение, чтобы ночью не было так темно. Осталось только завтра сходить туда лично. Сфотографировать, проверить, совпадают ли реальные пропорции с чертежами. Диалог с Итачи не выходили из головы: Инженер. Поиски. КПП. Какаши. Всё это крутилось, как заезженная пластинка, которую не выключить. Я открыла браузер. В который раз за ночь. Пальцы сами набрали имя инженера уже который раз: Генма Ширануи. Пропал без вести. Сухие строки. Официальные релизы. «Поиски продолжаются». «Совет просит сохранять спокойствие». «Не распространять слухи». Интернет был пустым. Остались только скелеты новостей — без мяса, без крови. Я откинулась на стуле. Глаза болели от экрана. Волосы растрепались, под глазами тени. На столе — пустая чашка из-под кофе и упаковка таблеток от головы. Вдруг кто-то мягко коснулся моего плеча. Самуи. Она стояла позади, сонная, волосы растрепаны, глаза полуприкрыты. — Ты уже не человек, — пробормотала она хриплым голосом. — Ты зомби. Каруи даже не поднималась с кровати. Просто зевнула, уткнувшись в подушку. — Она не спала со вчерашнего дня. Я проверяла. Я даже не взглянула на них. — Проект, — коротко ответила я. Самуи вздохнула. Окинула меня взглядом сверху вниз: болезненное лицо, круги под глазами, пожелтевший бинт. — Если ты себя угробишь, проект никто не доделает, — сказала она устало, но без злости. — Да знаю я… — прошептала я. — Осталось совсем чуть-чуть. Самуи задержалась ещё на секунду, глядя на меня каким-то очень тяжёлым взглядом. — Ты меня пугаешь, Мира, — сказала она тихо, но с ноткой злости. — Ты же понимаешь, что ты так долго не протянешь? На этот раз я ничего не ответила. Просто вымученно кивнула. Она ещё постояла, потом просто сдалась – выдохнула сквозь зубы и легла обратно. А Каруи демонстративно зевнула и отвернулась к стене, всем видом показывая, что её это уже не касается. Я осталась наедине с экраном и собой. Экран загорелся в темноте. Почта. Новое письмо. Я кликнула открыть письмо. Отправитель… Я замерла на секунду, глядя на строку «От». Потом медленно, почти не дыша, открыла содержимое. Экран чуть мигнул, текст загрузился. ___________

Объявление

От: orochimaru@konoha-lux.ac.jp

Тема: Осенний проект — дедлайн «Уважаемые студенты. Все концепции и чертежи реконструкции старого парка Конохи необходимо загрузить в систему Академии до 23:59 понедельника. Требования к точности и качеству — максимальные. Любое заимствование, несоответствие или отклонение будет рассматриваться как грубое нарушение. Наказание — немедленное отстранение от проекта и, возможно, отчисление. Каждую работу проверю лично. С уважением, Орочимару ___________ Я перечитала дважды. «Каждую работу проверю лично». От одной этой фразы по спине опять побежали мурашки — как тогда, в конференц-зале. Потянулась к сумке. Достала маленький потрёпанный блокнот — обложку когда-то заклеила скотчем. Это было единственное место, куда я могла выливать всё, что копилось внутри. Я открыла его и начала писать. Надписи выходили не ровными: Проект Я устала. Если не облажаюсь — мне можно будет остаться здесь. Если нет… Я даже не знаю, что тогда. Отчисление? Вернуться домой с пустыми руками? Сказать маме «не получилось»? Не могу. Расследование Всё запутано. Маки в контейнере Какаши. Пропавший инженер. Перекрытые дороги. Совет «закрывает» всё. Итачи сказал — «дело у специалистов». Как будто смерть — это просто строчка в отчёте. Академия Давление . Взгляды. Тишина. Игла в ручке шкафчика. Надпись «ЗАПОМНИ» Кто-то хочет, чтобы я запомнила. Чтобы сдалась. Чтобы была тенью. Но терпеть и быть тенью я больше не могу!…. Я закрыла блокнот. Положила на стол. Ручка покатилась и упала на пол. Вдруг телефон на столе завибрировал. Экран снова загорелся. Я вздрогнула — сразу подумала: вдруг опять от него. Что на этот раз… в три часа ночи… Медленно потянулась к телефону, пальцы чуть дрожали, пока брала его со стола. Поднесла ближе к глазам, задержала дыхание. Но когда увидела отправителя — облегчённо выдохнула. Наруто: Эй, ты не спишь? Я посмотрела на сообщение. Усмехнулась безрадостно, уголком губ. Я: Не сплю. Как ты? Наруто: Жив-здоров. Отстранение, конечно, жесть , но если честно… мне и в Академии уже давно было хреново. Держался только ради Какаши-сенсея. Наруто: А ты как держишься? Я посмотрела на экран. Потом на бинт на руке. Я: Нормально. Сижу над проектом. Наруто: В три часа ночи? Я: Приходится…. Хотела написать что-то лёгкое, но вместо этого вырвалось честное: Я: Тяжело тут без тебя. Всё какое-то… мрачное. Наруто: Эй, ну ты чего. Я же не умер 😅 Просто сижу дома, ем рамен и смотрю новости по телеку. Я: Рамен. Завидую… А здесь… каждый день как на минном поле. Я: Орочимару теперь не просто следит — он давит по полной, ждёт любой моей ошибки, и если я её сделаю, то мне конец…. А все вокруг отводят глаза, будто я уже приговорённая. Наруто: ….. Наруто: Я знал, что он мразь, но чтобы так нагло… Наруто: Слушай, Мира. Держись от него подальше… Я уставилась на последнее сообщение. Сердце сжалось — от того, насколько точно он попал в точку. Наруто: И ещё… я написал ещё по одному поводу… Наруто: Я покопался в старых записях и книгах сенсея. Нашёл кое-что. Через пару секунд пришло фото. Старый лист, с загнутым краем, почерк неровный, будто писали на коленке:

⸻

4:00 — подъём.

5:00 – 7:00 — встреча с Орочимару.

7:00–14:00 — работа, инженеры.

14:00–18:00 — Академия.

18:00–20:00 — отдых. Бар.

20:00–00:00 — встречи с кланами.

00:00 – 04:00— сон.

⸻

Я перечитала дважды. Потом ещё раз. Просто не верилось, что человек может жить в таком ритме и не сломаться. Я: Ничего себе… Как он вообще выживал с таким графиком? Ответ пришёл не сразу. Наруто: Вот именно! В последнее время он был очень нервный. Пил таблетки от бессонницы, от стресса. Эти встречи… кланы, инженеры… Он будто жил на износе. Я: Наруто… Пальцы замерли над клавиатурой. Горло пересохло. Я: Скажи, Какаши ведь работал с инженерами, да? Наруто ответил почти мгновенно: Наруто: Да. А что? Внутри похолодело. Я: Я случайно услышала у КПП… Недавно пропал один инженер. Один из сотрудников обмолвился, что это как-то связано с Какаши. Наруто: Жесть… Я: Просто… странно всё это. Сначала Какаши. Потом инженер. Я: Оба работали с одними и теми же людьми. С проектами. С инфраструктурой. Я: А теперь один мёртв, второй пропал. Я: Может, я накручиваю себя… но думаю, что это не просто совпадение.. Наруто: Да ну нафиг. Наруто: Ты это серьёзно? Я: Это просто моё предположение.. Наруто печатает... Наруто: Сенсей не заслуживал этого. Ни хрена не заслуживал. Наруто: Я не могу просто сидеть и смотреть новости. Я в бешенстве, Мира. По-настоящему! Я: Только не лезь на рожон. Пожалуйста. Не хочу, чтобы тебя … пометили. Наруто: Это мы ещё посмотрим! Наруто: Прости, что втянул в это тебя. Но я не остановлюсь. Ни за что. ___________ Экран на телефоне погас, я даже не заметила, как он заблокировался. «Смотри, чтобы тебя не пометили». От этих слов по спине пробежали мурашки. Я выключила ноутбук. Комната сразу утонула в темноте, только слабый свет фонаря с улицы пробивался сквозь жалюзи. На подоконнике сидел кот. Серый, пушистый. Он свернулся клубком и тихо мурлыкал, словно в мире всё спокойно. Просто грелся. Просто жил. Я посмотрела на него и едва заметно улыбнулась. На мгновение несчастные мысли улетучились. Но длилось это не долго... Вдруг пришла тяжесть. В виске кольнуло сначала слабо, почти незаметно, но боль быстро усилилась. Я сжала виски, пальцы зарылись в волосы. Дыхание сбилось. Я замерла, пытаясь просто переждать. Но боль накатывала волнами, становилась всё сильнее и настойчивее. На столе лежали таблетки. Я уже выпила слишком много. Передозировка — глупость. Та самая глупость, которая может закончиться плохо. Очень плохо. Боль снова ударила резко. Я схватилась за голову. И она перекрывала всё остальное. Я взяла две – закинула в рот и запила водой из стакана, который стоял тут уже третий день. Горький вкус остался на языке, в горле першило. Потом рука потянулась к другой упаковке — от бессонницы. Руки дрожали, когда я отсыпала ещё одну. Я даже не думая — просто проглотила. «Мне надо поспать. Хоть пару часов.» Я медленно опустилась в кресло, откинулась назад и уставилась в потолок. Дыхание замедлилось, стало глубоким. В ушах появился тихий звон. Я почувствовала, как язык слегка онемел по краям, а веки налились свинцом. Тошнота подкатывала, но быстро прошла, оставив только тяжесть и пустоту. Я закрыла глаза. В голове тянущая тяжесть, мысли плыли медленно, как в густом тумане. И вдруг до меня дошло. Я становлюсь похожей на него.… Та же усталость, которая не уходит. Работа на износ. Сроки, которые давят, как камень на грудь. Встречи, которые хочешь избежать. И таблетки — чтобы просто дожить до утра. Я даже не заметила, как начала идти по его дороге.