Глава 2

      Башня Гримуаров возвышалась над равниной, как выточенный из белого камня монолит. Её гладкие стены, украшенные символами Клевера, сверкали под солнцем, а от массивных дверей будто веяло тяжестью древней власти. Каждый год сюда приходили все, кому исполнилось пятнадцать — год, когда судьба должна была раскрыться в виде книги.       Юно и Астер стояли у входа вместе с другими ребятами из Хейджа. Толпа гудела возбуждённым шёпотом, но каждый переживал по-своему.       Юно, как обычно, выглядел спокойным: ровное дыхание, прямой взгляд. Но Астер видел — пальцы брата едва заметно дрожали, спрятанные в глубоких карманах штанов. Явное волнение, хоть и скрытое под привычным бесстрастным выражением.       Сам Астер сжимал навершие меча так, что костяшки побелели. Он не понимал, зачем взял его с собой — просто так было легче дышать. Другие подростки поглядывали на него с опаской: парень без магии, да ещё вооружённый — мало ли что. — Надеюсь, сегодня ты никого не зарубишь, — тихо бросил Юно, не отводя глаз от башни. — Я сам на это надеюсь, — усмехнулся Астер, пытаясь спрятать напряжение.       Тяжёлые двери башни дрогнули и медленно разошлись, впуская юношей и девушек внутрь.       Внутренний зал был огромен — круглая колонна уходила вверх на несколько этажей, теряясь в сиянии огромной фрески в виде трёхлистного клевера. Сквозь неё пробивался солнечный свет, превращая воздух в мерцающее золотое марево. Только теперь, войдя внутрь, ребята увидели бесчисленные полки, тянущиеся по стенам до самого потолка — тысячи, десятки тысяч гримуаров.       Астер замер, чувствуя, как сердце заколотилось в груди. В этом море книг где-то должна была оказаться и его… если судьба не отвернулась.       На возвышении впереди стоял старец-хранитель — седой, опирающийся на длинный посох. Его взгляд был мягким, но в голосе звучала сила. — Дети Клевера, — произнёс он, и зал мгновенно стих. — Сегодня вы вступаете в мир, где путь каждого из вас будет ведом магией. Пусть гримуар, что вас изберёт, принесёт вам мужество перед лицом тьмы… мудрость перед оковами… и силу перед судьбой. Хранитель поднял руки — и воздух, насыщенный маной, задрожал.       Полки вспыхнули мягким светом, и сотни гримуаров сорвались с места, как ожившие. Они кружили над головами, стремительно находя своих истинных владельцев. Крики восторга разносились по залу: кто-то смеялся, кто-то плакал, кто-то падал на колени, прижимая книгу к груди.       И в этот момент свет стал ярче — настолько, что многие невольно прикрыли глаза. Возле Юно медленно опустился гримуар, сияющий чистым золотом, с четырёхлистным клевером — как на гербе легенд.       Тишина опустилась мгновенно.       Юно поднял книгу, посмотрел на неё долгим, спокойным взглядом и произнёс: — Я стану Королём Магов.       Не громко — но в абсолютной тишине его голос прозвучал как удар колокола. Толпа взорвалась: шёпоты, крики удивления, вопросы, завистливые взгляды. Простолюдин из Хейджа — и четырёхлистник. Такого никогда не бывало.       В этой суете никто не заметил, как один человек тихо вышел из башни.       Астер шёл к лесу на автомате. Он радовался за Юно. Честно. И всё же… сердце сжималось. Хотелось кричать, разбить кулаки в кровь — но вместо крика он просто шёл, пока не добрался до деревьев потолще.       У старого дуба он остановился, сжал кулак — и ударил. Раз. Второй.       Дуб дрогнул, потрескался под ударами и, наконец, с хрустом повалился на бок. Боль вспыхнула в костяшках — щепки врезались в кожу, на пальцах выступили полоски крови. Но вместе с болью пришла ясность. «Ну не получил я гримуар. И что? Жил же без магии. И дальше буду. А за Юно… да рад я. Ему эта сила нужнее. Он сможет». Астер выдохнул, сжал кулак, стряхивая кровь, и направился обратно.       Едва он вышел на поляну перед башней, как замер. Юно стоял на коленях, стиснув зубы. Вокруг него скручивались чёрные цепи — гладкие, как металл, с фиолетовым свечением по рёбрам звеньев. Его гримуар уже был вырван из рук.       Рядом стоял мужчина в тёмном плаще, ухмыляясь, словно нашёл забавную игрушку. — Прекрати сопротивляться, мальчишка, — лениво сказал он. — Я возьму гримуар и уйду. Не усложняй.       Астер не крикнул. Выхватив меч, он рванул вперёд.       Настолько резко, что каменная кладка под его ногами треснула, будто её ударили кувалдой.       Хруст. Резкий звук. Мужчина обернулся в последний миг и вскинул руку. Астер уже заносил меч, целясь ровно в кисть, сжимающую гримуар. Но чёрные цепи сорвались в воздух, сомкнулись стеной. Удар.       Меч рассёк первое звено, но остальные тут же изогнулись, словно живые, ударили Астера в грудь и отбросили прочь.       Он врезался в стену башни — воздух выбило из лёгких, в ушах зашумело. — Ты кто такой… — пробормотал Лебучи, прищурившись. — Без маны, а рвёшься как бешеный зверь… Астер поднялся, шатаясь, снова вскинул меч. — Руку… — выдохнул он. — Убери от гримуара брата. — Брата? — незнакомец хмыкнул. — Двое отбросов: один бездарь без магии, второй с силой, которой он не достоин. Забавно.       Цепи взметнулись. Астер рванулся вперёд, меч сверкнул — металл встретился с металлом, цепи загудели, разлетаясь искрами. Астер бил быстро, яростно, раз за разом, но маг двигался спокойно, почти лениво, отражая каждый выпад. — Дерёшься неплохо, мусор. Но против мага ты никто. Цепи ударили одновременно — одна сверху, другая сбоку.       Астер отбил одну, ушёл от второй, шагнул ближе — и впервые заставил незнакомца чуть отступить. Тот нахмурился: — Наглец… Новое движение — и цепи сомкнулись сразу с трёх сторон. Астер не успел. Одно звено вошло ему в бок — насквозь. Холод. Потом огонь. Цепь вышла обратно, выдирая мясо.       Астер рухнул вперёд. Его зачарованный меч вылетел из руки, проскользил по камню и звякнул об плиту.       Юно закричал, пытаясь вырваться: — АСТЕР!!       Но новые цепи обвились вокруг его тела, не давая сделать ни шага. Лебучи — так звали незнакомца — бросил на Астера короткий взгляд через плечо и усмехнулся: — Я же говорил. Без маны ты — никто. Он развернулся и пошёл прочь, держа четырёхлистный гримуар Юно в руке.       Мир для Астера потонул в тёмной вате. Дыхание стало рваным. Сознание проваливалось. И тут тень под Астером дёрнулась. В голове раздался чужой голос — грубый, режущий, жестокий: — Ты лежишь. Как сломанная псина. Астер попытался вдохнуть — вышел только хрип. — Вот так ты умрёшь? В луже собственной крови? С разорванным боком? Даже не подняв руки? Голос рассмеялся. Тяжело. Хрипло. Как хохот существа, которое давно забыло, что такое милосердие. — Посмотри на себя. Ты мясо. Ты грязь. Тебя смяли. Астер заскрипел зубами. — Вставай, глупый мальчишка. Если хочешь жить — ВСТАВАЙ. Если хочешь убивать — БЕРИ МЕЧ.       Тень дёрнулась сильнее, отдаваясь болью в груди. — Твоё тело разорвано? Плевать. ВСТАВАЙ. — Они хотят, чтобы ты сдох? Так СДЕЛАЙ ИХ МЁРТВЫМИ. — Они ломают тебя? Так СЛОМАЙ ИХ. — Вставай, человек. РВИ. РЕЖЬ. УБИВАЙ.       Юно кричал — он не мог сдвинуться ни на шаг. Астер лежал в тёмном круге собственной крови, и казалось, что всё — конец. — АСТЕР!! ВСТАВАЙ!! — голос сорвался. — Я… я ещё не отдал тебе долг… НЕ СМЕЙ ТАК ЗАКАНЧИВАТЬ!! Вдруг Юно заметил, как земля под Астером вздрогнула и потемнела, словно её залили чернилами. Тень завибрировала, вздыбилась — и из неё поднялась книга. Гримуар. Чёрный, словно спрессованная бездна, где нет света вообще. На обложке сиял белый пятилистный клевер — едкий, режущий взгляд, будто вырезанный из холодной кости. Вокруг него шёл венец резных рун — выгравированных прямо в поверхность, но вспыхивающих холодным белым светом. От этих рун тянулись лучи вверх, вниз и в стороны, переплетаясь между собой, словно удерживали в книге то, что давно хотело вырваться наружу.       Юно замолк, не в силах даже вдохнуть. Лебучи остановился, почувствовав что-то в воздухе, и медленно обернулся. Лицо его заметно побледнело. Воздух задрожал. Вся мана вокруг башни стала стекаться к книге, будто её втягивала невидимая воронка. Гримуар раскрылся, зашуршав страницами. Из него хлынула тёмная, отдающая красным материя — не пламя, не дым, а тяжёлое холодное сияние, которое пожирало ману вокруг, оставляя воздух пустым, будто кто-то выжёг из него саму магию. Астер дёрнулся — резко, глухо.       И из раскрытого гримуара, как из распахнувшейся двери в иной мир, вышел меч. Угольно-чёрный клинок, цельный, гладкий, от гарды до кончика — единый кусок тёмного металла. По клинку шли те же руны, что и на обложке — светящиеся белым, будто прожигая тьму. Когда клинок коснулся воздуха, ближайшие нити магии просто исчезли, будто их вырвали из реальности. Тело, ещё секунду назад не слушавшееся, вдруг нашло силы. Астер оттолкнулся рукой от залитой кровью земли — и поднялся. Кровь всё ещё текла, ноги дрожали. Но он стоял. Рядом, лежал его первый, зачарованный меч. Он наклонился, поднял его. В одной руке — знакомая сталь, тёплая, родная. В другой — чужой, угольно-чёрный клинок гримуара. Два меча. Два разных мира. И одно намерение. Голос в голове затих, уступая место холодной, тяжёлой тишине. Лебучи, стоявший метрах в двадцати, уставился на него, словно увидел чудовище. — Ч-что?.. Как ты… стоишь?.. Астер не ответил. Шагнул. Ещё. Ещё. Каждый шаг был тяжёлым, мощным — камень под ногами трескался. Но двигала им не магия, а голая выдранная из отчаяния воля. — ЦЕПИ! — взревел Лебучи.       Чёрные звенья сорвались в воздух, накидываясь на Астера, как стальные кнуты. Светлый меч в правой руке отбивал часть цепей, развивая бешеную скорость. Тёмный в левой — одним лишь касанием заставлял другие исчезать: звенья просто пропадали, будто их никогда и не было. Лебучи отступил, дрогнув: — М-магия… моя магия… куда… она исчезает?.. Тёмный клинок скользнул вдоль очередной цепи — и та рассыпалась в ничто. В глубине сознания что то усмехнулося. Астер взвёл мечи. Он рванулся вперёд так резко, что каменная плитка под его ногами разлетелась. Лебучи взвизгнул, отскакивая: — НЕТ! СТОЙ! Я—       Астер взмахнул двумя мечами одновременно. Светлый клинок ударил сверху — Лебучи вскинул новые цепи, но тёмный меч прошёл сбоку, и цепи исчезли в воздухе. Лебучи рухнул на спину, отшатываясь, поднимая руки: — П-подожди! Давай договоримся! Всё можно обс— Голос в голове Астера прошипел: — Не слушай. Он сам выбрал себе конец. Астер шагнул ближе. Лебучи попытался отползти. — Ты не должен был трогать мою семью, — тихо сказал Астер. Клинки взлетели. Первый удар — тёмный меч в грудь. Металл вошёл легко, как в воду. Не вспышки, не магический взрыв — просто плоть, прорезанная до самого сердца. Вся магия, ещё теплившаяся в теле Лебучи, погасла мгновенно, как затушенная свеча. Глаза мага расширились. — Н-нет… т-так… не… может… Он закашлялся, хрипя, всё ещё пытаясь пошевелить пальцами и вызвать цепи — но ничего не происходило.       Астер выдернул клинок и, не давая тому упасть, перекрестил два меча. Второй удар — крестовым разрезом. Оба клинка вошли, прорубив плоть и кость. Тело мага просто не выдержало — разошлось, как треснувшая кукла. Лебучи успел выдохнуть только: — Н-не… человек… И замолчал. Тело упало мягко, без звука, будто брошенный мешок.       Гримуар Лебучи начал распадаться на хлопья белого света. То же произошло и с цепями, окружавшими Юно. Юно выдохнул — горло дёрнулось. Он не мог отвести взгляд от брата, стоящего в крови, с двумя мечами. — Астер… — голос у него дрогнул, впервые за годы. Астер стоял, тяжело дыша, опираясь на клинки. Его глаза были тёмными, но разум — ясным: без безумия, без пустоты. А голос в глубине сознания довольно прошептал: — Вот и всё. Теперь ты стоишь. Теперь ты живёшь.А дальше… мы убьём ещё много. Астер стиснул зубы. На сегодня — хватит. Но руки всё ещё сжимали мечи.