20 …а демоны ликуют

      POV Маргарита       — Огонёк мой, — я проснулась от его прикосновения. Не от толчка, а от мягкого, почти невесомого скольжения пальцев по моей щеке. Я встрепенулась, и взгляд мой утонул в его тёмных, бездонных глазах. Это не был сон. К счастью, это реальность.       — Мы въехали в Вольтерру, — прошептал он, и его голос был подобен шёлку, ласкающему слух. Его пальцы не прекращали свой нежный путь — от виска к подбородку, сметая остатки сна. Я кивнула, приподнимаясь, и взгляд мой устремился в окно.       За стеклом, в сгустившихся сумерках, на вершине холма парил застывший во времени средневековый город. Башни и колокольни, словно вырезанные из чёрного бархата, пронзали небо, усеянное первыми робкими звёздами. В узких переулках, похожих на щели в скале, загорались золотые огни фонарей, их свет дрожал в прохладном ночном воздухе, отражаясь в древней брусчатке. Это была не просто красота. Это было то, о чём я так часто думала и мечтала.       Его рука мягко, но неумолимо обвила мою талию, снова притягивая к себе. Я ощутила всю длину его твёрдого холодного тела. Его губы коснулись моей щеки, пылающей от сна, затем скользнули к уху, и тихий влажный выдох заставил меня вздрогнуть и затаить дыхание.       «Неужели сейчас?»       — Не бойся, — тут же выдохнул он, уловив малейшую дрожь, и его губы снова прильнули к моей коже, на этот раз в успокаивающем, почти целомудренном поцелуе у основания шеи. — Это случится на церемонии. Как и подобает.       Мои брови поползли вверх от удивления, смешанного с разочарованием. Я надеялась, что он сделает это наедине.       — И вообще, никогда меня не бойся, — добавил он горячо, страстно, его пальцы вновь поднялись, чтобы задержать моё лицо, заставляя смотреть только на него. В его глазах плясали алые искры, но в них читалась не угроза, а какая-то почти болезненная нежность. — Я не причиню тебе вреда. Никогда. Ты ведь это знаешь, огонёк.       Я кивнула, уже не в силах выдержать напряжённость этого взгляда, и опустила глаза к его губам. Таким знакомым, таким манящим; запретный плод, вкус которого я помнила даже во сне.       — Тш-ш-ш, — он мягко, но властно положил палец на мои губы. — Но и не дразни меня так. Твои чувства… они выбивают почву у меня из-под ног. Лишают меня того контроля, которым я гордился тысячелетиями.       Я покорно закрыла глаза, и губы мои сами прикоснулись к его пальцу в лёгком, едва ощутимом поцелуе — поцелуе нежности и восхищения.       — Так всегда было? — прошептала я, всё ещё чувствуя прикосновение его кожи к своим губам.       — Да, — его ответ был низким, обжигающим признанием. — С самой первой секунды. Ты всегда сводила меня с ума… Каждая твоя мысль, каждая улыбка, каждое биение твоего невероятного сердца. Вся ты. Целиком.

***

      Мы приехали слишком быстро. Аро распахнул дверь и протянул руку. Его пальцы, холодные и твёрдые, сомкнулись вокруг моих, и я вышла, вдыхая влажную ночную прохладу непривычного региона.       Мы стояли во внутреннем дворе замка, чьи остроконечные шпили и ажурные арки вонзались в свинцовое ночное небо. Монументальные стены из тёмного камня, испещрённые трещинами времени, подавляли своим масштабом. Воздух был густым и неподвижным, пахнущим старым камнем, влажной землёй и чем-то ещё — медью, озоном и древней пылью. У массивного дубового входа, освещённые факелами, стояли вампиры. Их было не меньше десятка — бледные, прекрасные и абсолютно безмолвные статуи, чьи разноцветные глаза — золотые, кроваво-красные, угольно-чёрные — с немым жгучим любопытством впивались в меня, единственное живое, трепещущее существо в этом каменном гнезде.       Аро, не обращая на них ни малейшего внимания, притянул меня к себе, заслонив собой от их взглядов. Его объятия были одновременно властными и бесконечно бережными.       — Я оставлю тебя. Ненадолго, — прошептал он мне в волосы, и его губы коснулись моего лба в поцелуе.       Он сделал почти незаметный жест рукой, и из тени арки материализовалась привлекательная брюнетка-вампирша.       — Тебе помогут подготовиться, а я совсем скоро за тобой приду, — его голос, обращённый ко мне, был мягким. — Ничего не бойся. Никто не посмеет тебя тронуть. У Мари безупречный контроль. — И мне ничего не оставалось делать, как ему поверить.       Повернувшись к брюнетке, он преобразился. Его осанка стала жёстче, а взгляд, которым он окинул девушку, был ледяным и несущим безмолвный приказ.       — Роскошно, Мари. Как королеву, — его слова повисли в воздухе, обретая вес. — И беречь больше собственной жизни.       Вампирша склонила голову в почтительном, безоговорочном поклоне. Аро поцеловал мою руку и мягко подтолкнул к ней, и в этот момент я заметила движение у входа. Группа вампиров медленно, но неуклонно приближалась к нам. Во главе шёл высокий блондин с кожей цвета слоновой кости, чья длинная чёрная мантия стелилась за ним по камням, словно живое воплощение ночи. Его лицо, идеальное и холодное, было искажено откровенной злостью и раздражением. Кайус.       Аро, не выказывая ни капли беспокойства, спокойно пошёл ему навстречу. Мари же, ловя момент, бережно, но настойчиво взяла меня под локоть.       — Пойдём со мной, — тихо сказала она, и ее улыбка была старательной, но не достигающей глаз.       Мы затерялись в лабиринте сумрачных коридоров. Высокие своды терялись в темноте над головой, а под ногами скрипели древние половицы. Стены украшали гобелены, поблекшие от времени, и портреты давно забытых красавиц с пугающе живыми глазами. Мари шла чуть впереди, подстраивая шаг под мой человеческий, но я чувствовала её нервозность — она была напряжена, как струна, и её взгляд постоянно метался по сторонам.       — У нас мало времени, — наконец пояснила она, подводя меня к резной дубовой двери.       Она распахнулась, впустив нас в просторные покои, где в воздухе витал сладкий аромат воска и каких-то цветов. У камина, в кресле с высокой спинкой, сидела другая вампирша. И она была сногсшибательна. Её красота была не классической, как у Мари, а опасной и экзотической — острые скулы, губы-банты и волосы медового оттенка. Она подняла на меня взгляд, и в её глазах цвета старого золота вспыхнул такой неподдельный хищный интерес, что по моей спине пробежали мурашки.       — Это она? — её голос был низким, с легкой хрипотцой.       — Да, — кивнула Мари.       Незнакомка медленно поднялась и подошла ко мне, обводя меня оценивающим, затянувшимся взглядом.       — Неплохо. Для человека. Хоть и жутко уставшая, — её губы растянулись в хищной самодовольной улыбке. — Аро в очередной раз подтверждает, что у него отличный вкус. Пойдём знакомиться ближе, Маргарита. Я — Аполин.       Я собрала остатки сил и кивнула, выдавливая на итальянском:       — Ciao. Её улыбка стала ещё шире, обнажив идеально ровные, ослепительно белые зубы. — О-о! Così conveniente!