Драббл. Приговор любви. Часть 1

      Улицы Вольтерры в вечерний час были похожи на декорации к готической пьесе. Узкие мостовые, выложенные грубым булыжником, блестели от недавнего дождя, отражая жёлтый свет старинных фонарей с коваными решётками. Тени от высоких, тесно прижавшихся друг к другу зданий с глухими ставнями ложились длинными, неровными полосами. Воздух пах сырым камнем, влажной землёй из редких внутренних двориков и далёким дымом каминов — запахом старой, спящей крепости.       — Как же хорошо, что ты легка на подъём! — восхитилась Аполин, шустро направляясь вдоль тёмной улочки, её каблуки отчётливо цокали по мокрой брусчатке. За ними, как бесшумные тени на стенах, двигались двое охранников клана, — Афинодора вообще не хочет разделить мои интересы.       — Она вообще не очень-то любит покидать свои покои, да? — нахмурилась Маргарита, машинально отмечая архитектурные детали фасадов.       — Да, — просто ответила Аполин, резко сворачивая к ярко освещённой витрине, — Кай схоронил в ней все радости мира, оставив лишь холод, — фыркнула вампирша, — Жутко сломанная парочка. Вот мы с тобой — другое дело!       Бутик, в который они вошли, был крошечным, но ослепительным оазисом в этой каменной пустыне. Воздух внутри был густым от запаха дорогой кожи, нового шёлка и ванили из аромадиффузора. Стены, обитые бледно-серым бархатом, служили фоном для считанных, но безупречных вещей, расположенных на полках из светлого дерева.       Их охрана осталась у входа, растворившись в темноте. Маргарита лениво опустилась на низкий диван из бежевой замши, отмахнувшись от услужливых консультантов, и подхватила со стеклянного столика глянцевый журнал. Зная Аполин, они проведут здесь не один час. Но как только она открыла первую страницу, её взгляд упал не на фото, а на странный листок, аккуратно вложенный между страниц. На нём, словно проступая из самой бумаги, проявлялись ровные, чёткие буквы:       «Марго, выйди во внутренний двор. Одна»       Внизу подпись:       «Майк»       Вампирское сердце, обычно холодное и неспешное, сжалось в груди с такой силой, словно её пронзили серебряным шипом.       «Невозможно. Это чья-то дурная шутка?!»        Её пальцы, чуть дрогнув, коснулись листка. В ту же секунду бумага рассыпалась у неё в руках в горстку тончайшего пепла, не оставив и следа.       Она резко подняла голову, сканируя пространство. Всё выглядело как обычно: Аполин увлечённо расспрашивала консультанта о крое какого-то платья. Мягкая музыка, приглушённый свет, безмятежная роскошь. И тут её взгляд выхватил в глубине зала неприметную дверь, ведущую, судя по указателю, в «зелёный дворик для гостей».       «Бред. Он не мог быть здесь. Не в Вольтерре, в сердце владений Вольтури!       Ловушка? Но кто еще мог знать о нем? О, боги. Что если и в правду он?»       Маргарита, стараясь побороть волну тревожной тошноты, поднялась и подошла к Аполин:       — Дорогая, я выйду во двор. Нужно… подышать, — сказала она, и её собственный голос прозвучал для неё чужим и плоским.       Та лишь кивнула, даже не отвлекаясь от разговора со смертной.       На ватных, не слушающихся ногах Маргарита двинулась к двери. Каждый шаг отдавался в висках глухим стуком.       «Что ему от меня нужно? Зачем лезть в самую пасть льва?»       Она вышла в крошечный, замкнутый со всех сторон каменными стенами дворик. Воздух был прохладным, пахло сыростью и… её нос сморщился от резкого, ужасного запаха мокрой собачьей шерсти и лесной грязи. Оборотень.       Они столкнулись взглядами мгновенно. Майкл сидел на низком каменном парапете, и при её появлении с лёгкостью дикого зверя спрыгнул на землю. Он не изменился. И в то же время изменился полностью. В его позе читалась та же сила, но теперь она была отягощена напряжением и печалью. В глазах, которые она когда-то знала такими тёплыми и насмешливыми, бушевала буря — боль, гнев, недоумение.       — Нет! Боги!— вырвался у неё сдавленный, шипящий звук, — Какого чёрта ты здесь делаешь?! Это же территория вампиров! Как ты вообще смог попасть в этот город?!       Майкл молчал, разглядывая её. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, скользил по её безупречному лицу, по платью, по холодному блеску украшений, которых раньше не было. В его сжатых кулаках читалась готовность к бою, но в глубине глаз отражалась такая щемящая боль, что её собственное нутро сжалось в ответ.       — У меня есть хороший друг. Колдун, — наконец глухо ответил он, как будто это объясняло всё, — Я должен был сам лично убедиться.       — В чём?! — её голос дрогнул       — Да, — он кивнул, будто подтверждая свои худшие опасения. — Похожа. Но не ты. Совсем не ты. Что они с тобой сделали… — Он горько, безнадёжно покачал головой.       — Какого чёрта, Майкл?! — она зашипела, озираясь. — Это самоубийство! Белла ведь сказала тебе всё! Если тебя найдут здесь…       — Я должен был убедиться, что ты мертва, — перебил он её, и его голос сорвался на хрип, — Я не хотел верить. Не мог.       — Убедился?! — она сделала шаг вперёд, забыв об осторожности, — Теперь убирайся! Немедленно! Прийти сюда — вершина твоей глупости!       Он грустно, криво усмехнулся, — Я не мог иначе, Марго. Если бы ты только знала…       — Майкл, это безумие! — она почти крикнула, но тут же замерла, прислушиваясь к звукам из магазина. Голоса. Шаги. Ее охрана, — Я вампир, да. Но я… в порядке. Слышишь? Уходи, прошу тебя. Они узнают, что ты был здесь …       — В порядке? — он горько рассмеялся, и в этом смехе не было ничего весёлого, — Ну и какова на вкус человеческая кровь, а? Многих ты уже убила?       Слова ударили, как пощёчина. Что-то болезненно заныло внутри, будто ее ткнули серебряной иглой.       — Ты… пришёл читать мне нотации? — её голос стал тихим, опасным и абсолютно чужим.       — Нет, — он покачал головой, и внезапно вся ярость из него ушла, сменившись бесконечной усталостью, — Лишь убедиться, что тебя больше нет.       — Хорошо, — она яростно кивнула, чувствуя, как по щекам готовы побежать несуществующие слёзы, — Той Маргариты больше нет.       — Марго… — он скривился, будто от физической боли, — Когда мы впервые встретились, ты едва не бросилась под машину, спасая кошку. Ты всегда ставила чужую жизнь выше своей… Такой, как ты, я не встречал. Я не могу поверить, что этого не стало.       Он делал ей больно. Не когтями, не зубами. Он взывал к призраку, к той девушке в её памяти, заставляя чувствовать всепоглощающую, удушающую вину.       — Даже став… такой, — он сделал шаг ближе, — где-то внутри должен был остаться человек. Тот светлый человечек, которого я… знал.       — И чего ты от него хочешь?! — взорвалась она, отступая.       — Хочу, чтобы он не умирал! — Майкл тоже сорвался на хриплый, отчаянный шёпот, — Чтобы ты боролась! Слышишь? С этой тварью внутри, с ними, со всем! Ради всего, что было в тебе. Ради… меня.       Из магазина донёсся голос Аполин, смех, затем — низкий, деловой тон Роджера. Время вышло.       — Послушай меня, Майкл, — её собственный голос прозвучал мёртво и плоско, как приговор, — Если ты хочешь, чтобы моя человечность не умерла сегодня вместе с тобой, то прямо сейчас беги. Укройся среди своей стаи. Мой муж узнает, что ты был здесь, и я точно знаю — ему это не понравится. У тебя нет шансов против него. Беги. Сейчас же. Используй каждую секунду!       — Твой муж…, — он скривился, и в его глазах вспыхнула прежняя ярость, — Мне нужно было забрать тебя с собой тогда, у Калленов. И этого кошмара бы не случилось…       — Майкл! — она почувствовала, как знакомый жар закипает в жилах. Ну как еще до него достучаться?!       — Я не боюсь вампиров, — он покачал головой с упрямой, обречённой храбростью волка, — Единственное, чего я боялся, уже произошло. Ты мертва.       Отчаявшись, она резко взметнула руку. Между ними вспыхнуло и с шипением рассеялось короткое, ослепительное пламя, не задев его, но опалив воздух и осветив его лицо — лицо человека, который пришёл прощаться с призраком.       Майкл отпрянул, шокированный демонстрацией силы.       — Если ты действительно… любил, — она с трудом выжала это слово, — то выживи. Ради меня. Ради Хлои. Беги!       Он смотрел на неё через дымящееся пространство, и на его лице появилась печальная, прощальная улыбка:       — Любил? — он тихо повторил, — Я до сих пор люблю тебя, глупая.       Эти слова повисли в воздухе смертным приговором. Маргарита обречено закрыла глаза:       «Теперь Аро точно не пощадит его»       У неё исчезла последняя, призрачная надежда его спасти.       — Что здесь происходит?! — Резкий голос Роджера разрезал тишину. Он и Аполин стояли в дверном проёме. Маргарита открыла глаза. Дворик был пуст. Майкл исчез.       «Хоть в этом он проявил хоть крупицу разума.»       — Маргарита?! — Аполин ахнула, а Роджер и его напарник мгновенно оскалились, их ноздри затрепетали, втягивая воздух.       — Почему так пахнет псиной? — прошипел второй охранник, Дрейсон.       — Оборотень, — монотонно, словно отчитываясь, произнесла Маргарита.       Внутри всё было пусто и холодно. Ее охрана метнулась на осмотр территории.       — Что?! — Аполин в ужасе прикрыла рот рукой, — Они не могли посметь…       — Один… особо отчаянный, — выдавила Маргарита. Ей дико хотелось разрыдаться, но слёз не было. Только ледяная, сковывающая пустота в груди.       — Возвращаемся! Сейчас же! — Роджер был снова рядом, его взгляд, полный подозрения и немого вопроса, сверлил её, — Он сбежал, но наши уже в курсе. Поймают.       — Как он проник сюда?! — Дрейсон шагал к ним.       — Ты что-то знаешь об этом? — Роджер навис над ней, забыв о титулах в пылу охоты, но тут же опомнился и склонил голову, — Моя королева?       — Об этом я буду говорить только с Аро, — устало сказала она, — Давайте вернемся. ***       Буквально через десять минут они были уже у входа резиденции. Пока охрана отдавала распоряжения, Маргарита схватила Аполин за руку.       — Ему нужно время. Хотя бы какое-то, — отчаянно прошептала она, и в её глазах впервые за весь вечер мелькнула беззащитная мольба.       Подруга смотрела на неё в немом недоумении и сочувствии:       — Это был… твой знакомый? Из человеческой жизни?       Маргарита лишь кивнула, игнорируя тяжёлый, изучающий взгляд Роджера.       — Аро и других владык ещё нет, — Аполин кивнула на пустую стоянку. — Их машины отсутствуют.       — Хорошо, — Маргарита выдохнула, — Спрячь меня куда-нибудь. Умоляю. Хотя бы ненадолго.       — Тогда будем прятаться вместе, — Аполин без колебаний взяла её под руку и повела к своим личным апартаментам в восточном крыле. Роджер шагнул вслед.       — Угомонись, — резко обернулась к нему Аполин, и в её голосе зазвенела сталь, — Мы не собираемся покидать резиденцию. Займись лучше поисками, а мы просто будем ждать владыку у меня. В целости и сохранности.       Роджер оскалился, но Аполин уже развернулась, и две вампирши растворились в полумраке коридора.       Маргарита должна была сделать хоть что-то, чтобы помочь Майклу уйти. Но единственное, что оставалось в её власти — избегать Аро как можно дольше. Чтобы он не коснулся её кожи, не увидел в её памяти этот дворик, это лицо, эти слова. Чтобы ярость, холодная и безжалостная, не настигла Майкла мгновенно.       И впервые за долгое время — с момента, как она стала бессмертной, — Маргарите стало по-настоящему, до дрожи в коленях, страшно. Не за себя. За призрак своего прошлого, который только что рискнул всем, чтобы сказать ей «прощай».