Глава 5. Это не всегда красиво, но всегда необходимо

      Это началось внезапно. Даша даже не сразу поняла, почему закричали люди. Но один взгляд по сторонам подсказал причину. Огромная волна, которую было видно даже отсюда, откуда до моря было не так уж и близко, обещала обрушиться на город в считанные минуты, если не секунды.       Даша замерла. Она видела боковым зрением, что люди кричат и куда-то бегут, но в голове никак не хотело появляться понимание, что ей не мерещится то, что она видит. Цунами в их море? Нелепость. Если это и возможно, хотя Даша была уверена, что нет, то что-то маленькое, несерьезное, чреватое разве что затоплением самой прибрежной зоны и то в пределах, может быть, метров. Но никак не огромная волна, на которую она смотрела в упор.       А потом что-то в голове переключилось. Даша отмерла и помчалась вперед со всех ног. Бежать навстречу явно смертоносной волне — глупость. Но она бежала вперед не поэтому. Мозг будто зажил отдельной жизнью, начал работать четко, как никогда. Даша бежала, не чувствуя под собой земли, к двенадцатиэтажным домам, до которых было не так уж и далеко. Возможно, это не окажется спасением, но это хотя бы какой-то шанс.       В голове прокрутился вариант забежать в подвал какого-то дома, но тут же был отвергнут. Стена воды — это стена воды, она найдет дорогу через любые щели, а значит, подвалы точно будут затоплены. Внутри росло холодное понимание, что она не успеет. До домов, может, и добежит, но попасть внутрь, забраться на крышу — это все займет драгоценное время, которого явно нет. Волна все приближалась и приближалась с ужасающей скоростью.       В голове ярко вспыхнули два образа: матери и Сергея. Даша едва не закричала в голос. Мозг быстро начал просчитывать ситуацию с матерью. Та находилась дома. Пятый этаж — это, конечно, не двенадцатый, но сам дом находится на хорошей возвышенности, а расстояние до моря позволяло надеяться, что, когда волна дойдет, она затопит максимум первые три этажа. Уверенности в выводах не было, но Даша отчаянно цеплялась за надежду, которую они подарили.       Попытка позвонить на бегу успехом не увенчалась: связи не оказалось. В голове роились вопросы: когда случилось настолько сильное землетрясение? Почему в городе не было даже толчков? Как вышло, что в относительно небольшом море поднялась волна, которая и океану может сделать честь?       Сергей. Имя вновь выплыло резко, когда Даша влетела в подъезд, который оказался открыт просто потому, что из него выбегали люди. Даша на миг замерла, размышляя, попытаться их образумить? Что руководило теми, кто вместо того, чтобы забраться как можно выше, бежал вниз? Вопрос остался без ответа, когда ее грубо толкнул какой-то мужчина. Даша тряхнула головой и побежала дальше. Она будто чувствовала невидимый секундомер, и он отсчитывал последние секунды.       Лифт выглядел заманчиво, но здравый смысл возобладал. Слишком много рисков, хотя потенциально лифт может сэкономить драгоценные секунды. Даша побежала по лестнице, стараясь на ходу хоть немного выровнять дыхание. Впрочем, тщетно.       Мысль о Сергее вернулась и забила в голове тревогой. Друг, брат, любовник, — все в одном флаконе. И только благодаря тому, что как-то сопровождала его на работе, она сейчас знала, где в доме ключи от чердака и крыши в этом доме. Где он сейчас? Связь по-прежнему отсутствовала, в чем Даша убедилась, набрав Сергея в промежутке между восьмым и девятым этажом. В груди кололо, и было не разобрать, от быстрого бега, или от тревоги. А может, все вместе.       Восьмой этаж. Щиток с ключами. Даша трясущимися пальцами схватила связку, на которой висели ключи от чердака и крыши. Не давая себе ни секунды передышки, Даша побежала дальше. Девятый этаж, десятый этаж. Ужасающий гул и звук бьющегося стекла слились в одно целое. Вода рванулась в небольшое окно на лестничной клетке, окатила мощным потоком и хлынула вниз. Потеряв равновесие, Даша полетела на лестницу, и ударилась головой о перила. Перед глазами все поплыло, а затем закружилось с бешеной скоростью.              Собственный крик оглушил. Даша резко села в кровати и не сразу поняла, что это был сон. Дыхание было учащенным, словно она пробежала марафон в пару километров, не меньше. Не может быть! Это просто не могло быть сном, все было слишком реально.       — Даша, ты в порядке? — оклик мамы из соседней комнаты убедил, что она все-таки в реальности, где никакие огромные волны на город не обрушивались.       — Да, — голос звучал сипло и не слушался. Даша откашлялась и попробовала еще раз: — Да!       — Тогда чего кричала? — мама заглянула в комнату и выглядела хмурой.       — Просто плохой сон, — Даша постаралась одновременно выдержать беззаботный тон и сдержать раздражение от того факта, что постучать мама привычно забыла.       Ответа не последовало, но она хотя бы осталась в одиночестве. Даша провела руками по лицу, мысленно убеждая себя, что это был просто сон. Но убеждалось плохо. Дурное предчувствие не получалось объяснить впечатлительностью или пережитым во сне адреналином. Даша заставила себя пару раз спокойно и глубоко вздохнуть и потянулась к телефону. От Сергея привычно нашлось сообщение с пожеланием доброго утра. Впрочем, он желал его слегка специфично, умышленно саркастично издеваясь над утром, но сейчас такие мелочи не волновали вообще.       «Ты где сейчас?» — Даша набрала сообщение раньше, чем сообразила, зачем спрашивает, и неумышленно проигнорировала любые приветствия.       Но ей нужно было увидеться с Сергеем, она чувствовала это так ярко, как еще ни разу за долгие годы их общения. Даже если это все просто бред, даже если она просто паникует из-за кошмара, то и пусть. Сергей давно привык к ее странностям, и вряд ли ей что-то скажет. Но если нарастающее предчувствие беды в груди имеет смысл, то нельзя терять время.       Даша вскочила с кровати и чуть ли не бегом отправилась в ванную. Наспех совершая привычные утренние процедуры, она слегка вздрогнула, когда телефон пискнул, сообщая о сообщении.       «К сожалению, работаю. Где мне еще быть?» — ответное сообщение от Сергея прояснило мало.       «Где именно работаешь? Надо встретиться, я подъеду». — Даша быстро набрала ответ, не обращая внимания на то, что схватила телефон мокрыми руками и на дисплее остались капли воды.       «Что-то случилось?» — Сергей явно понял, что она интересуется не праздно, и сменил тон, это ощущалось даже через обычный текст.       «Да. Или нет. Не знаю. Но мне надо с тобой поговорить».       «Минут через двадцать буду на двенадцатиэтажках. Удобно?» — Сергей умел быть лаконичным и конкретным, когда было надо, и сейчас это порадовало.       «Отлично, я буду. Дождись меня внизу, если будешь раньше». — Даша согласилась мгновенно, прикинув, что доберется за десять минут, а еще десять ей хватит на сборы.       — Ты куда собралась? — с явным недоумением поинтересовалась мама, когда Даша уже спешно натягивала первое попавшееся платье, мысленно радуясь, что на улице лето и одеться можно за минуту.       — Прогуляюсь. Надо с Сережкой встретиться. Выпьем кофе, и я вернусь, — коротко проинформировала Даша, вдевая серьги в уши и готовясь к возражениям.       — А завтракать не надо? — мама не подвела, в ее голосе отчетливо послышалось раздражение. — Этот твой Сергей…       — Он не мой, — автоматически возразила Даша, схватила сумочку и проскользнула в прихожую. — Мам, это правда важно. Люблю тебя, не злись, приду и позавтракаю, — скороговоркой выдала Даша, обувая босоножки. — Я ненадолго.       — Глаза разлепить не успела, а уже куда-то несется, — донеслось вслед ворчание, когда Даша уже бежала вниз по лестнице, но остановить не могло.       Какое-то странное чувство подгоняло, не давая ни секунды на размышления: быстрее, быстрее, быстрее. Ей надо спешить. Зачем? Куда? Почему? Вопросы возникали, но оставались без ответов. Даша почти бежала.       Просто сон же. И чего она устроила такой кипиш? Но из головы никак не шла навязчивая мысль, что совсем не просто сон. Только что это могло быть тогда? Ну не предзнаменование же, в самом деле.       Даша остановилась только у подъезда и позволила себе перевести дух. Высоток было две, но подъезды были неподалеку друг от друга и все в зоне видимости. К какому бы из них ни подошел Сергей, она его увидит. Но, похоже, она пришла первой.       Едва она это подумала, взгляд зацепился за знакомую машину. Сергей подъехал и теперь явно искал, где припарковаться. Даша облизнула губы и внезапно поняла, что понятия не имеет, что сказать. Мне приснился странный сон? Даже в мыслях звучало глупо, пусть что-то подобное она, порой, Сергею и выдавала.       — Привет, — Сергей отвлек ее от размышлений. Даша моргнула, понимая, что он успел и припарковаться, и подойти к ней. — Выпьем кофе?       — Да. Если ты не очень спешишь, было бы супер, потому что дома я… не успела.       — Пойдем, тут до кофейни два шага, — Сергей махнул рукой и поинтересовался: — Так что уже приключилось?       — Я… Ладно, слушай, я не знаю, как это объяснить, и это будет странно. Просто… этот сон… только я не уверена, что это просто сон…       Крики людей заставили умолкнуть. Даша обернулась и почувствовала себя как во сне. Она знала, что-то внутри прямо кричало о том, что она сейчас увидит, но поверить в это просто не получалось. Может, случилось что-то другое. Кто-то подрался, или, упаси Бог, кого-то сбила машина. Она хваталась за эти возможные объяснения те две секунды, которые нужны были для разворота.       А потом она увидела волну.       — Пиздец, — выдал Сергей, который выглядел ошарашенным и смотрел на волну неверящим взглядом.       — Ладно, вещий сон, — слегка истерично выдала Даша, запрещая себе теряться и паниковать, схватила Сергея за руку и потянула обратно к высоткам, от которых они, благо, отошли недалеко.              Этого не может быть! Не может!              Мысль стучала в голове на повторе, но это уже происходило. Даша потянула Сергея сильнее и перешла на бег.       — Куда ты меня тащишь? — Сергей, похоже, только начал осознавать происходящее.       — На крышу, — лаконично бросила Даша, мысленно молясь, чтобы итог оказался не как во сне. С другой стороны, во сне Сергея не было, а от домов она была намного дальше. Может, это хороший знак. — Если успеем, это хотя бы шанс.       — Это реально цунами. Да блин, быть не может… — Сергей явно никак не мог поверить в происходящее.       — Но есть! — резонно заметила Даша, отказываясь думать, что ей и самой кажется, что она просто заснула снова.       Они бежали по лестницам, пока наконец не добрались до щитка, где хранились ключи от крыши. От чувства дежавю внутри все перемешалось. В сознании мелькали какие-то странные образы, будто мини-сценки, но Даша не могла поймать ничего конкретного. Сосредоточиться просто не получалось. Она знала одно: им надо бежать, нельзя терять ни секунды.       Они успели добраться почти до одиннадцатого этажа, когда волна добралась до дома. Это было высоко, и на миг Даша поверила, что сценарий сна не повторится, но тут же услышала звон разбивающегося стекла. Стоило учесть, что дома хоть и были высотными, но располагались в низине. Ее сбила с ног лавина воды. Сергея, который поднимался следом за ней, поток настиг на ступеньке перед лестничной клеткой. Даша хотела закричать, когда увидела, как поток опрокинул Сергея с лестницы, но горло сжало спазмом.              Нет, нет, нет! Это все просто не может происходить на самом деле!              Но это происходило. Необъяснимо и непонятно, а от того еще более страшно. Вода устремилась вниз. Даша сбежала по лестнице раньше, чем осознала, что делает. Сергей лежал на лестничной площадке. Понадобилась секунда, чтобы понять, что он не дышит. Паника накрыла с такой силой, что руки начали трястись.       Даша понимала, что надо что-то делать, немедленно, только не могла заставить себя собраться. Даже просто дышать казалось непосильной задачей. Может, у нее просто шок. Но Сергею это не поможет. Она должна была что-то сделать. Сознание неожиданно помутилось. Даша с отчаянием подумала, что упасть в обморок — это последнее, что ей сейчас нужно, но уже ничего не смогла сделать. Все поглотила темнота.              Она с наслаждением подставляет лицо ветру. Он прохладный, даже, пожалуй, холодный, но невероятно приятный и свежий. Океан волнуется. Шторм, на самом деле, сильный. Она ищет глазами Афрания. Друг изъявил желание купаться, с присущей ему самоуверенностью заявив, что волны его не пугают.       — Дайна, — Афраний машет рукой, поднявшись на гребне очередной мощной волны. — Иди купаться.       — В другой раз, — она кричит, чтобы быть услышанной, и позволяет ветру донести ее ответ.       Афраний разводит руками, жестом дает понять, что она не понимает, что теряет, и ныряет под новую волну. Она улыбается и переводит взгляд на небо. Оно потрясающе красивое: местами голубое, местами особенного синего оттенка, который только и можно увидеть при сильных ветрах, а где-то мелькает и фиолет. Облака пушистые, большие, разные: местами белые, местами — всех оттенков серого. Где-то за облаками прячется яркое солнце, его лучи видны то тут, то там.       Она любуется естественной красотой долго. Не то чтобы она наблюдает ветренную погоду впервые, но каждый раз природа уникальна, и это ли не повод ценить и сохранять в памяти любой миг? Легкая улыбка умиротворения не сходит с губ.       Ветер усиливается. Мелькает мысль, что надо поторопить Афрания. Будет буря. А они на Гее начинаются обычно быстро. Она переводит взгляд на океан. Волны, кажется, стали еще выше. На миг идея окунуться привлекает, но здравый смысл берет верх. Она еще не настолько искусна во взаимодействии с водной стихией и не обладает самоуверенностью Афрания.       В груди разгорается тревога, когда Дайна понимает, что не видит друга, хотя взгляд скользит по водной поверхности снова и снова уже долгий миг. Но шапки темных волос не видно.       — Фран! — она кричит, даже понимая, что в этом нет смысла, и бежит к воде. — О Вечность, нет! Фран!       Ответа нет. Чуда не происходит, и в пределах видимости друг так и не появляется. Она колеблется только миг, решая, бросаться в бушующую стихию или нет. Это неразумно и действительно опасно, но бросить друга она не может.       На ходу скидывая платье, которое станет только помехой, она мысленно передает сообщение Маре, и, не позволяя себе размышлять, ныряет под очередную волну. Вода поглощает мигом, тащит будто бы в разные стороны одновременно, и вернуть себе контроль над телом получается не сразу.       Она понятия не имеет, куда плыть. Течения сильнее из-за шторма. Если Афраний под водой, его могло отнести куда угодно. Нет даже уверенности, что она сможет выплыть вместе с другом, если сумеет его найти, но и просто сдаться она не может.       Связь. Она может использовать связь, чтобы почувствовать Афрания. Мысль дает надежду. Даже если с телом что-то случилось, это неважно для связи. Преодолевать волны и концентрироваться одновременно сложно, но у нее очень хороший стимул. Результат есть через долгий миг: ее буквально дергает на запад.       Она плывет, не обращая внимания на воду, которая заливается в рот и нос. Уже близко, она чувствует. Нога под водой ударяется о чью-то ногу. Она ныряет без колебаний и промедления. Вода слегка мутная, но рассмотреть Афрания получается. Он явно без сознания, и непонятно только, почему еще не на дне. Хотя, возможно, дело как раз в прихотливых течениях.       Она не запоминает, как плывет к берегу, таща Афрания за собой и преодолевая волны, которые то подталкивают вперед, то норовят утянуть на глубину. Возможно, ей помогает то, что океан — антигравитационная среда. Возможно, она плавает лучше, чем думает. А возможно, их спасает ее мольба, адресованная стихии воды, отпустить их. Но в тот момент, когда они оказываются на песке, вне досягаемости основной силы волн, она понимает, что лицо мокрое не только от воды, но и от слез.       — Фран! — она зовет друга и трясет его за плечи, но он никак не реагирует.       Нужен только короткий миг, чтобы понять, что Афраний не дышит. Ей самой сбивает дыхание. Она не понимает, что сделать, чем помочь. Мысли мечутся, но ощущения подсказывают, что Афранию нужен воздух. Нужно насытить им тело, чтобы оно начало дышать. Она доверяется наитию без размышлений, от которых нет проку и на которые нет времени.       Она зажимает Афранию нос и вдыхает ему воздух прямо в рот. И еще, и еще. Это должно помочь. Она чувствует, что это может помочь.       — Ну, пожалуйста, — бессмысленно шепчет она в почти неуловимый миг перерыва и делится с Афранием воздухом снова.       Тот внезапно заходится кашлем, судорожно начинает хватать воздух сам. Она обессилено откидывается назад и запрокидывает голову. Из глаза неконтролируемым потоком текут слезы.       — Тьфу, — Афраний, видимо, выплевывает остатки соленой воды. — Что?.. Знаешь, если хотела меня поцеловать, можно было просто так и сделать.       Она смеется сквозь слезы так сильно, что начинает болеть живот. Руки и ноги охвачены дрожью, а сознание, кажется, только начинает разбирать все, что произошло. Говорить нет сил, но она выдавливает в ответ:       — Я учту.       — Дайна, что значит твое: «Фран, кажется, утонул»? — голос Мары переключает внимание и слегка трезвит. Дайна оборачивается и видит, как Мара бегло оценивает ситуацию, а после со вздохом интересуется: — И что здесь произошло?       — Уже все хорошо, — она устало улыбается и ловит теплый, благодарный взгляд Афрания.              Света очнулась так резко, что не сразу поняла, кто она и где находится. Стоп, Света?! Даша вздрогнула и мотнула головой. Что с ней такое? Какая еще Света? Что это было за яркое, но непонятное… видение? Сон наяву? Внутри прошла дрожь. С ней определенно происходит что-то действительно странное.       Взгляд упал на Сергея, который лежал без движения, и в один миг все стало неважно. Она должна ему помочь. Понимание, что видение, или что оно там такое было, как нельзя более кстати, толкнуло к действию. Она никогда не делала искусственное дыхание, но хотя бы читала о нем. Или делала? Как Дайна. О Боже, знать бы еще, кто такая Дайна. Но сейчас не до этого.       Даша опустилась на колени рядом с Сергеем, отгоняя странную мысль, что на самом деле ее зовут Света. Может, это все-таки новый сон? Или она просто сошла с ума? Потому что этого всего быть не может, но… По сути, мертвый Сергей есть. Мысль окатила диким холодом и встряхнула.       Так, нос зажать, вдох в рот, пауза. Даша старательно запрещала себе думать и полностью сосредоточилась на действиях. Попытки проваливались одна за другой, но наконец-то Сергей шевельнулся и закашлялся.       — О Боже! — Даша вцепилась в руку Сергея, веря и не веря, что все обошлось. — Скажи, что ты не проглотил вместе с водой стекло, или мусор, или?..       — Пого-ди, — Сергей еще кашлял, но все равно ответил. — Я… Что тут вообще произошло?       — Цунами, помнишь? — Даша всхлипнула, хотя как таковых слез и не было.       — Да откуда у нас цунами, это бред какой-то, — хрипло пробормотал Сергей и попытался встать.       Его повело к стене, и Даша тут же схватила его за локоть, не давая упасть.       — Не знаю. Я не знаю, что тут происходит, но я видела это во сне. Сегодня. Мне снилось, что я спустилась за покупками, и тут волна, и я побежала сюда, потому что крыша казалась хоть каким-то шансом. И я звонила тебе и маме, но никто не отвечал… О Боже, мама!       Даша выхватила телефон, молясь, чтобы он работал. Она с удивлением поняла, что у нее болит плечо, но не смогла вспомнить, где и когда им ударилась. События вообще странно перемешались и смазались. Ей казалось, что вот вода, а вот она уже бредит видениями наяву и неумело делает искусственное дыхание. Но в промежутке явно было что-то еще.       Телефон на удивление работал, но связи не оказалось. Едва ли было чему удивляться.       — Ладно… Надо выбираться отсюда, — Сергей предложил логичное действие, однако резко умолк.       Даша проследила его взгляд, направленный вниз, и сглотнула. Как минимум первые пять этажей были затоплены. Может, и шесть, глядя с высоты, сказать точно было сложно.       — Давай на крышу, — она сама не поняла, как предложила это, и машинально нащупала ключи в кармане, понятия не имея, когда она успела их туда положить. — Там можно осмотреться, может, прояснится хоть что-то.       — Ну, вариантов у нас, походу, и нет, — согласился Сергей и слегка закашлялся.       Даша даже удивилась, но на крышу они выбрались без проблем. Сильный ветер едва не сбил их с ног. Странное видение тут же напомнило о себе. Даша глубоко вздохнула и заставила себя сосредоточиться на реальности. Открывшийся вид ужасал.       Не было привычной улицы, которую они знали. Мелкие магазинчики в лучшем случае можно было рассмотреть по крышам. Кругом была вода. Небо сильно хмурилось, словно собиралась буря. А еще все внутри кричало о том, что это только начало. Даша сжала кулак, не понимая, ни чего начало, ни что вообще может кричать внутри нее. Внутренний голос? Интуиция?       Послышался рокот над головой. Отогнав паническую мысль, что вода оказалась и в небесах, Даша подняла голову. Над ними летел вертолет с яркой эмблемой службы помощи. Облегчение затопило с головой. Значит, помощь будет, у них есть шанс выбраться, она сможет узнать, что с мамой и что вообще случилось.              «Но того, что произошло, ты не отменишь, не изменишь и не забудешь. Пути назад нет».              Холодная мысль в голове прозвучала будто бы чужим голосом, и это напугало до чертиков. Даша задышала чаще, даже не понимая, чего так испугалась. Мало ли как могут себя проявлять последствия шока, а он явно имел место быть.       Но что-то подсказывало, что шок тут ни при чем. И голос в голове вовсе не потому, что она тронулась рассудком. И сон не просто так. И то, что в видении она была Дайной, ощущала себя ей, тоже не просто так тоже. Может, если она была Дайной, то тот, кого она спасла в видении, это Сергей в какой-то другой версии? Внутри вспыхнуло яркое отрицание, которое перебил возникший в голове вопрос, о каких других версиях она вообще думает. Ответа не нашлось, но почему-то возникло ощущение, что только что она открыла ящик Пандоры лично для себя.       — Пожалуйста, все находящиеся на крышах, сохраняйте спокойствие и не предпринимайте никаких действий, в скором времени вас эвакуируют, — усиленный громкоговорителем голос раздался то ли с вертолета, то ли откуда-то еще, но вселил надежду.       Сергей выдохнул с уловимым облегчением, но тут же закашлялся. Даша подняла взгляд и уставилась на облака. По какой-то странной иронии они оказались похожи на те, что рассматривала Дайна.       Вдруг пришло какое-то спокойствие. Вся ее жизнь круто изменится. Сейчас Даша это просто знала. На самом деле, уже изменилась, просто она только сейчас начала это понимать. Но перемены неожиданно вызывали не страх, а предвкушение. Она просто чувствовала, что в итоге будет странно, безумно, но хорошо.        И в моменте довериться этому чувству оказалось легко.