Глава Вторая, Осенние чары и кровавые предчувствия или о том как мать одиночка вливается в «тихий, маленький провинциальный городок».

Лето в Мистик Фоллс выдалось жарким и влажным, словно сама природа хотела очистить город от скверны горя. Осень пришла легко, нежно окрашиваю листья в яркие оттенки. К началу учебного года воздух стал прохладнее, а в отношениях между новоиспеченной семьей наметились первые, хрупкие мостки. Тедди, чьи волосы в первый школьный день переливались всеми оттенками осеннего клена, прежде чем любимая мама напомнила ему о контроле и он вернулся к привычному черному цвета кудрей, отправился в младшую школу без тени волнения. Для него это был новый лес, полный диковинных существ — детей. Дафна, провожая его, чувствовала знакомое щемящее чувство в сердце — та самая смесь гордости и страха, что и в день, когда она сама впервые пошла в обычную магловскую школу. За лето Поттер методично, как боевую операцию, выстраивала мир вокруг себя. Она наладила отношения с Гилбертами —главной ее тактической победой стал Джереми. Она не читала ему лекций. Брюнетка привыкла действовать иначе. После того как в третий раз нашла заначку в его комнате, она не стала кричать. Она молча выбросила траву в унитаз, а затем отвела его в спортзал на окраине города. Тренер, бывший морпех, взглянул на потерянного парня и просто кивнул. Через неделю Джереми, весь в синяках и с растянутыми связками, начал приходить домой, и впервые за полтора месяца смог съесть весь ужин. Он не бросил полностью — срывы случались, — но теперь у его ярости и боли был другой выход. Физическая усталость стала лучшим снотворным. Елена все еще была бледной тенью, но теперь эта тень иногда спускалась к ужину и даже один раз попросила у Поттер книгу по британской поэзии. Иногда она пила чай вместе с Дженной и Дафной. Это был прогресс. Идиллию, как это часто бывает в жизни Дафны, нарушило зловещее эхо. На местном новостном канале появился выпуск о «нападении животных» на окраинах. Обнаружили парочку туристов с разорванными горлами. Местные шерифы списывали на стаю одичавших собак или койотов. Но у Дафны, прошедшей через Вторую магическую войну, нутро сжалось в ледяной комок. Это не было похоже на животных. Слишком аккуратно, слишком... целенаправленно. Паранойя, старый товарищ, зазвонила в колокол тревоги. «Постоянная бдительность, вашу ж мать!» закричал её внутренний Грюм. В ту же ночь, пока город спал, она обошла свой новый дом на опушке леса. В руках она держала не палочку, а ритуальный кинжал для рун, взятый из закромов Блэков, которые оказались теми ещё хомяками. Она чертила руны на косяках дверей и оконных рамах, закапывала заряженные кристаллы по периметру участка. Защита была сложной, многослойной: одни руны отводили нежелательное внимание, другие предупреждали о проникновении, третьи... третьи были куда менее миролюбивы. Этот дом стал ее крепостью, и она не собиралась допускать сюда никакое зло. У неё есть сын, и никакие твари не должны даже когтем коснуться её мальчика. Тедди с трёх лет носил экстренный портключ в виде браслета, но паранойя Дафны требовала сильнейшей защиты на доме. Именно во время одной из таких «прогулок» по своему участку она столкнулась с Шейлой Беннет. Пожилая женщина с мудрыми глазами и ворохом каких-то кореньев в корзине остановилась по ту сторону невысокого забора. — Защитные меры, дорогая? — спросила она, и ее голос звучал так, будто она знала о рунах все. — На фоне последних событий — разумно. Дафна на мгновение остолбенела, почувствовав легкое покалывание в воздухе — признак другой магии. Не столь древней, сложной и пахнущей смертью как её, а что-то более природное, тонкое. Викканская магия одним словом. — Просто меры предосторожности, — осторожно ответила Дафна. Шейла улыбнулась, и в ее улыбке не было угрозы, лишь понимание. — Я Шейла Беннет. Моя внучка Бонни примерно того же возраста, что и Елена. Если понадобится помощь... или просто совет о странностях этого города — вы знаете, где меня найти. Этот город хранит много секретов. Некоторые из них стоит знать новым жителям. Она кивнула и удалилась, оставив Дафну с чувством странного облегчения. Она была не одна. Здесь были свои «странности». Лучше иметь связи с местными ведьмами и в случае проблем остаться не в одиночестве. Были и светлые моменты. Один из них — вечерние чаепития с Дженной, а иногда и со всей семьей Гилберт. Они сидели на веранде дома Дафны, пили английский чай, и смотрели за детьми которые учились общаться с Тедди. — Он стал... спокойнее, — как-то раз сказала Дженна, глядя, как Тедди уговорил Джереми и Елену поиграть в догонялки, и теперь подростки гонялись за ловким мальчишкой. — Спасибо, Дафна. За все. Но самые важные разговоры происходили позже, когда гости уезжали, и в доме воцарялась тишина. Тедди, умываясь перед сном, говорил ей, глядя в зеркало: — В лесу кто-то есть, мама. Я чувствую. Он пахнет... сталью и старой кровью. Не как я. Другой. Дафна проводила рукой по его радужным волосам. — Я знаю, дорогой. Поэтому наш дом должен стать крепостью. Никто не тронет нашу стаю, малыш. Никто. И не снимай пожалуйста браслет. И глядя в темноту за окном, на красивый, но таящий смерть лес, она мысленно перебирала оборонительные заклинания. Школьный автобус, чаепития и тренировки Джереми были лишь тонким фасадом. Под ним начиналась другая война. И Дафна Поттер была готова к ней. Как всегда.