Серия восьмая. Проблемы

История началась не там, где можно было бы ожидать. Она началась на ночном шоссе, где единственными свидетелями были луна и редкие придорожные огни. По асфальту, словно капля расплавленного металла, мчался мотоцикл красно-фиолетового цвета, по бокам которого были нарисованы языки пламени, светящиеся в темноте неестественным, призрачным светом. За ним гнались две машины, чьи очертания кричали об угрозе и чуждости. — Баррикейд, Тандеркрэкер... — женский голос, исходящий от мотоцикла, был спокоен, как поверхность озера перед бурей. — Сообщите ХотШоту, чтобы готовил аптечку. И передайте Дэд Энду: пусть возвращается на базу, пока я ему все клапаны не перекрутила за его выходку. Над ними с рёвом пронеслась тёмная тень. Самолёт, чья форма напоминала хищную птицу, спикировал и открыл огонь по преследователям, отсекая их от мотоцикла точными выстрелами. —Благодарю, Скайворп! На базу! — крикнула Флеймвор. —Всегда пожалуйста, Флеймформ, — раздался в ответ холодный, лишённый интонаций голос. —Сколько раз говорить?! Флеймвор! Не Флеймформ! —Как пожелаете. Мотоцикл нырнул в заброшенный туннель, самолёт — следом. За ними тяжёлая бронедверь захлопнулась, отсекая внешний мир. Они были дома. В просторном ангаре, скрытом в недрах скалы, мотоцикл преобразился. Механизмы сложились, перестроились, и на свет появилась Флеймвор — изящный робот красно-фиолетовых тонов, с огнями, пылающими на грудной пластине, словно застывшее пламя её духа. Она провела рукой по корпусу, смахивая дорожную пыль. — ХотШот, что известно? — её голос был теперь твёрдым и деловым. К ней подошёл бот с нервной, энергичной походкой. —То, что десептиконы пока не вышли на наше местоположение. А вот сообщение о возможном сотрудничестве до автоботов так и не дошло. А теперь — держись! — ХотШот уже доставал инструменты, и Флеймвор покорно подставила ему повреждённый участок плеча. К ним приблизился Баррикейд, его массивная фигура излучала беспокойство. —Слышал, опять проблемы на разведке? — в его голосе сквозила забота старого друга. —Ничего сверхъестественного. Десептиконы пытались взять след. К счастью, Скайворп подоспел. Как видишь, старый друг, жива, цела и почти здорова. —Может, я буду сопровождать тебя на заданиях? — настаивал Баррикейд. — Ты сама понимаешь. Если Мегатрон найдёт нас... он либо уничтожит, либо подчинит. Хуже того — сотрёт память, как тому человеку, что теперь при них... ХотШот закончил работу. Флеймвор выпрямилась, её системы гудели ровнее. —Не переживай. Со мной всё будет в порядке. А теперь... — она обвела взглядом собравшихся, — что стоите? Ждёте команды «отбой»? Тандеркрэкер,самый молодой и импульсивный, тут же кивнул: — А зачем ещё?! Флеймвор смотрела на них— на этого сорванца, на верного Баррикейда, на молчаливого Скайворпа и суетливого ХотШота. Они были её семьёй, её странной, непутёвой, но единственной семьёй. —Объявляю вам выходной до следующего сигнала тревоги. Всё понятно? Скайворп молча кивнул и удалился в свою нишу. Остальные начали расходиться, но Тандеркрэкер замер на месте, уставившись в решётку вентиляции. В густой темноте, среди теней, он увидел их — две светящиеся точки. Нежно-фиолетовые, как далёкие звёзды, но гораздо ближе. И тогда Тандеркрэкер, поддавшись первобытному страху, завопил, оглушая тишину базы: —ТРЕВОГА! ЗА НАМИ СЛЕЖКА! ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ТРЕВОООГА! Он сунул руку в вентиляцию,яростно рыская в темноте, но таинственный незнакомец был слишком проворен. Из своей каюты выбежала Флеймвор, а следом за ней — остальные, готовые к бою. —ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ, ТАНДЕРКРЭКЕР?! — её голос гремел под сводами. —Там! Там! Какое-то маленькое существо! — он всё ещё пытался вытащить застрявшую руку. ХотШот скептически постучал пальцем по своему виску. —У тебя микропроцессоры перегрелись? На радарах — только мы. И больше никого! Если не считать... слабый, прерывистый сигнал в вентиляции. Похоже, у нас завёлся полумёртвый миникон! Флеймвор нахмурилась. —Откуда? —Неважно, — перебил Скайворп, его голос был ледяным. — Главное — определить намерения. Надеюсь, он не от десептиконов... А если так... — он провёл когтями по стене, оставляя глубокие царапины. — Вы понимаете... я себя не сдержу. — Не порть стены, — мягко, но твёрдо сказал Баррикейд. — Если этот бот полумёртв, значит, он нашёл нас либо случайно, либо неспроста. Дэд Энд, принеси мини-жучка с камерой. Тот вскоре вернулся с устройством. —Ты хоть умеешь им управлять? —Да. Баррикейд запустил жучка в тёмный лабиринт вентиляции. На голографическом экране поплыли изображения — пыльные трубы, паутина, тени. И вдруг — они. Два фиолетовых огонька, смотрящие прямо в объектив. —Так... Вон они... Странно, они мне кого-то напоминают... — Баррикейд замолчал, и по его лицу пробежала тень воспоминания. — Вы испугались восьмилетней Искры? ХотШот хлопнул себя по лбу. —Точняк! Искры могут по случайности издавать сигнал, похожий на повреждённого бота! Вот оно что! Флеймвор задумалась,её пламя на груди словно потускнело. —Что же теперь? Оставить его там? Или попытаться выманить? —Можно приманить чем-нибудь? — предложил Тандеркрэкер. —Тише, — Баррикейд не отрывал взгляда от экрана. — Он увидел жучка. На экране показалась маленькая рука, которая аккуратно взяла жучка. Камера зафиксировала лицо — мальчик лет восьми или девяти, с серо-фиолетовыми волосами, в большом свитере, из-под которого виднелся воротник рубашки. Он смотрел прямо в камеру, и его губы дрогнули: —Привет?... Флеймвор застыла. Она смотрела в эти глаза — огромные, испуганные, не по-детски усталые. Баррикейд, видя её реакцию, всё понял без слов. ХотШот пытался разглядеть, в чём дело. Тандеркрэкер всё ещё не мог сообразить. А Скайворп, наблюдая за лицом Флеймвор, почуял неладное — дело пахло не просто проблемой, а перегоревшими схемами судьбы. Флеймвор отступила на шаг, и в её глазах зажёгся новый огонь — не боевой, а решительный. —Мы выманим его, — объявила она. — Нам понадобится энергон... и человеческая еда. Что-нибудь сладкое. Печенье, например. Сможете? Баррикейд кивнул: —Я раздобуду. Во время последнего патруля люди пытались угостить меня пончиками. Не знаю, с чего бы. —Отлично. ХотШот, на тебе энергон. Баррикейд, пончики. Пока вы заняты, я кое-что принесу. Она снова превратилась в мотоцикл и выкатилась из ангара. Баррикейд, став полицейским седаном, последовал за ней. Скайворп,оставшись с другими, развёл руками. —Кто-нибудь понимает, что они задумали? --- Спустя час они вернулись. —Спасибо, старый друг, что помог довезти пуфик и одеяло, — сказала Флеймвор, снова приняв свою основную форму. — Я слышала, мягкое привлекает детей. Дарит ощущение безопасности. Баррикейд,держа в одной руке пуфик, а в другой — коробку с пончиками, лишь кивнул: —Всегда пожалуйста, босс. Флеймвор бережно приняла груз и отнесла его к вентиляционной решётке. —Предупреди остальных, чтобы не подходили и не пугали его. Она положила пуфик на пол, накрыла его мягким одеялом, а сверху поставила коробку с пончиками, приоткрыв крышку, чтобы распространялся соблазнительный аромат. —Я за энергоном. Когда они вернулись с остальными членами команды, картина, которую они увидели, заставила их замереть. Маленький мальчик-Искра, тот самый Оззи, с трудом, но с невероятным упорством затаскивал пуфик обратно в вентиляцию. Увидев Флеймвор, он испуганно шмыгнул в темноту. Флеймвор медленно, как хирург, выполняющий тончайшую операцию, пододвинула подношение обратно к решётке. —Эй? — её голос стал тихим, тёплым, почти колыбельным. — Не бойся... Я не причиню тебе вреда... Всё это для тебя. Просто скажи мне своё имя, хорошо, маленькая Искра? Прошла минута. Затем из темноты показалось личико. Глаза Оззи смотрели на неё с смесью страха и надежды. —Я?... Оззи... Вы... вы меня не обидите?... —Нет, — её голос дрогнул. — Зачем мне это делать? Она медленно, с бесконечной осторожностью, протянула свою гигантскую, металлическую руку, повернув её ладонью вверх, как готовое гнездо. Мальчик колебался секунду, потом другой, а затем осторожно ступил на её ладонь и прижался к большому пальцу, обняв его. Флеймвор подняла руку, и её сердце — или то, что выполняло его роль, — сжалось. Он был таким лёгким, таким хрупким. —Бедняга... Сколько ты уже скрываешься у нас на базе?... —Не знаю... — его голосок был тише шепота падающего листа. Она повернулась к своим товарищам, которые наблюдали за сценой, затаив дыхание. Тандеркрэкер смотрел, широко раскрыв глаза, ХотШот утирал какую-то воображаемую пылинку со своего оптического сенсора, Баррикейд стоял, скрестив руки, с мягкой, почти отцовской улыбкой, а даже Скайворп казался менее угрюмым. — Команда, — сказала Флеймвор, и её голос прозвучал торжественно и ясно, — познакомьтесь. Это Оззи. С сегодняшнего дня он под нашей защитой. — Она посмотрела на мальчика, который робко улыбнулся, видя, что его не прогоняют. — Кажется, наша база только что обрела не просто гостя. Она обрела новую цель. И в тот вечер самая секретная база отступников, место, созданное для войны и выживания, на мгновение перестала быть крепостью. Она стала домом. А в вентиляционных шахтах, среди пыли и тени, теперь лежал мягкий пуфик, пахнущий пончиками и надеждой.