Chapter III: Madara

      Мадара лениво смотрела на букет красных роз в руках курьера, едва сдерживая желание отхлестать этим букетом несчастного парня. Он не виноват. Нет. Виноват идиот, что решил, что этими цветами может принести извинения за слова своего брата сказанные на кануне вечером. Жалкие потуги, которые очевидно должны стереть из памяти слова, когда ее младшую сестру рассматривали как жалкий трофей или приз. Она взяла букет, нарочито небрежно, пальцами, словно касаясь чего-то отвратительного, и с деланной улыбкой проговорила:       — Передайте вашему… работодателю, что его щедрость меня тронула до глубины души. Особенно учитывая, как дешево он оценил честь моей семьи.       Дверь захлопнулась прямо перед носом остолбеневшего курьера. А цветы почти сразу отправились в мусорку. Нет, если о хочет принести извинения за испорченный вечер, то ему лучше явится лично. Впрочем...лучше не стоит. В квартире повисла тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов в гостиной. Она прошла на кухню, налила себе бокал вина и, прислонившись к столешнице, сделала глоток. В голове роились мысли, хаотичные и неприятные. Вчерашний вечер был испорчен окончательно и бесповоротно. Слова, сказанные этим недоразумением, до сих пор звучали в ушах, обжигая словно кислота.       "Я хочу твою сестру"       Просто, грубо и отвратительно. Как будто речь шла о покупке новой машины, а не о живом человеке, с чувствами и собственной волей. Вино приятно обожгло горло, но облегчения не принесло. Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, пробиравшую все тело. Ярость вскипала, требуя выхода. Ей хотелось кричать, ломать, крушить все вокруг. Но она лишь крепче сжала бокал в руке, боясь, что он не выдержит напряжения и разлетится на мелкие осколки как и вчера. Она всегда защищала сестру, с самого детства, когда родители были слишком заняты собой, чтобы уделять девочкам достаточно внимания. Да пусть они выросли. да и Изуна сама в состоянии оторвать яйца любом желающему, кто видит в ней лишь трофей из-за красивого личика. И она бы честно забыла об этом, сделав вид, что ничего не было, если бы не этот веник брошенный словно тряпка перед быком. Мадара отставила бокал, чувствуя, как алкоголь лишь слегка притупляет остроту ощущений. Она решительно направилась в кабинет, ее шаги отдавались четким эхом в тишине квартиры. Открыв ящик стола, она достала папку с документами. Давно пора было заняться тем, что она откладывала из-за нехватки времени. Бизнес-план по расширению ее компании ждал своего часа. Нужно было переключить мысли, сосредоточиться на чем-то конкретном, требующем внимания и сосредоточенности.       Она уселась за стол, разложила бумаги перед собой и углубилась в чтение. Цифры, графики, прогнозы – все это должно было вытеснить из головы оскорбительные слова и унизительный жест с цветами. Но как только она начинала вникать в суть, в памяти всплывало надменное лицо Тобирамы и настойчивое желание доказать ему, как он ошибался, недооценивая ее семью. Учиха откинулась на спинку кресла, чувствуя, как напряжение сковывает плечи. Бизнес-план лежал перед ней немым укором. Цифры плясали перед глазами, отказываясь складываться в стройную картину. Ей нужно открыть эти магазины. Территория Сенджу даст достаточный приток прибыли, который должен восполнить убыток от европейского филиала. Она потеряла из-за него столько нервов и денег, что проще было закрыть к чертовой матери. Ювелирный бизнес, всегда был полон конкурентов. Она знала этого с самого начала. Но все же смогла добиться, чтобы имя ее семьи всплывало первым если речь заходила об этом бизнесе. Естественно она предполагала что трудности будут возникать. Но не все сразу. Предательство менеджера, проверки доходов, плюс вдобавок в Европе у нее увели пару толковых ювелиров. Учиха прикрыла глаза, массируя виски. Голова гудела от напряжения. Она всегда гордилась своей способностью просчитывать ходы наперед, видеть возможности там, где другие видели лишь препятствия. Но сейчас даже ее проницательность давала сбой. Европейский филиал стал настоящей черной дырой, затягивающей ресурсы и энергию. Вздохнув, женщина бросила ручку на стол. Бесполезно. Она то и дело возвращается к событиям вчерашнего вечера. Значит все таки вино. Возвращаясь на кухню, едва пальцы касаются хрупкого бокала, до слуха доносится тихая трель входящего звонка на телефон. Она отвечает не глядя.       — Вы получили цветы? — Спокойный голос на том конце, смиренно ожидает ответа, заставляет ее лишь усмехнуться. Удивительно, что Хаширама решил связаться с ней. Наверняка курьер как раз сообщил о ее последних словах, вот он и поспешил связаться.       — Да, мусорку они украсили отлично. Благодарю. — Она сделала еще один глоток вина, наслаждаясь тем, как ее голос звучит ровно и холодно, несмотря на бурю внутри.       — Полагаю, это не тот эффект, на который я рассчитывал, — в голосе собеседника проскользнула едва заметная ирония, словно он предвидел подобный исход. — Что ж, тогда, возможно, мне стоит лично принести свои извинения?       — О, безусловно, ваше личное присутствие добавит остроты этому фарсу, — парировала она, отставив бокал на столешницу с нарочитой громкостью. — Только учтите, я не гарантирую, что вы уйдете отсюда целым и невредимым.       В трубке повисла короткая пауза, словно собеседник обдумывал ее слова. Затем раздался тихий смешок.       — Интригующе. Боюсь, мой визит придется отложить. У меня есть дела, требующие моего внимания. Но будьте уверены, мы еще поговорим.       — Я буду ждать с нетерпением, — заверила она его, вкладывая в свой голос максимум сарказма. — И, возможно, припасу для вас кое-что поинтереснее мусорного ведра.       Она отключилась, бросив телефон на стол. Раздражение никуда не делось, лишь немного трансформировалось, приняв форму предвкушения грядущего столкновения. Пусть он думает, что может откупиться цветами и извинениями. Она покажет ему, чего стоит честь ее семьи. И, может быть, заодно преподаст урок хороших манер его бесцеремонному братцу. Мадара прошла в гостиную, где большие окна выходили на город, раскинувшийся внизу, словно усыпанный искрами драгоценных камней. Но даже этот вид не мог успокоить ее. Она чувствовала себя натянутой струной, готовой вот-вот лопнуть. Слишком много всего навалилось в последнее время. Бизнес в Европе, наглость Тобирамы, и теперь еще и это унизительное "извинение" от Хаширамы.       Она подошла к окну, рассматривая детали городского пейзажа. В свете фонарей мерцали автомобили, спешащие по своим делам. Люди жили своей жизнью, не подозревая о том, что где-то там, в одной из этих квартир, разгорается пламя гнева, готовое вырваться наружу. Мадара знала, что не может позволить себе потерять контроль. Но слова брошенные очередным избалованным мужчиной, думающим что все можно купить вывели так, что до сих пор нельзя прийти в норму. Внезапно, взгляд зацепился за отражение в стекле. Ее собственное лицо, искаженное тенью ярости и обиды. Она едва узнавала себя. Женщина, которую она видела перед собой, была готова на необдуманные поступки, движимая лишь жаждой мести. И это пугало. Учиха глубоко вздохнула, отступая от окна. Ей нужно было взять себя в руки. Нельзя позволить эмоциям управлять ее решениями. Она всегда гордилась своим хладнокровием и способностью мыслить рационально даже в самых сложных ситуациях.       Решительным шагом она вернулась в кабинет. Бизнес-план ждал ее, как маяк в бушующем море. На этот раз она постаралась абстрагироваться от личных переживаний и сосредоточиться исключительно на цифрах и графиках. Она начала анализировать рынок, изучать конкурентов, просчитывать риски и возможности. Постепенно, голова начала проясняться, а мысли – упорядочиваться. Работа захватила ее целиком, отвлекая от негативных эмоций и помогая вернуть контроль над собой.       Сейчас не время для эмоций. У нее есть еще год, чтобы доказать своим братьям, что ее решение уйти в ювелирный бизнес принесет компании хорошие акции и доход. Не то, чтобы семья в этом нуждалась. Нет, у семьи уйма дочерних компаний, во главе которых стоят амбициозные родственники, которые приносят прибыль. И у каждого прямого наследника этой корпорации есть два варианта пути. Первый – занять должность руководителя, подчиняться совету директоров всей корпорации Учиха, или же получить определенный капитал, и начать развивать своё направление какое посчитает нужным под именем семьи. Но если в течении двух лет основанная компания не превышает определенную планку дохода – Учиха ее ликвидируют, а ты по факту становишься обычным работником. Подчиняться кому-то из своих братьев и уж тем более совету директоров, что состоял сплошь из консервативных стариков-придурков, которые знали только одну фразу «Семья Учиха всегда будет следовать по пути того, с чего начинали» и неустанно ее повторяли – Мадара точно не хотела. Поэтому сейчас у нее нет времени на эмоции, ей необходимо расширить своё влияние и добиться успеха в этом направлении.       Время шло, и цифры складывались в обнадеживающую картину. Мадара углубилась в изучение последних тенденций ювелирной моды, анализировала предпочтения разных сегментов рынка, искала новые возможности для расширения бизнеса. Она видела, как из хаоса цифр и графиков постепенно вырисовывается четкий план действий. План, который позволит ей не только доказать свою состоятельность, но и превзойти ожидания семьи. С самого начала работы она окружала себя лучшими из лучших: талантливыми дизайнерами, опытными ювелирами, проницательными маркетологами. Она прислушивалась к каждому мнению, оттачивала идеи, превращая их в безупречные изделия. Ее ювелирные украшения стали не просто аксессуарами, а произведениями искусства, отражающими индивидуальность и стиль владельца. Каждое кольцо, серьги, кулон – это история, воплощенная в драгоценных металлах и камнях. И потерять все это из-за незначительных эмоций, просто потому что кто-то захотел ее младшую сестру? Ну уж нет. Эта семейка не получит ничего из этого. Ни ее потерю контроля, ни сестру. Кстати, о ней. Женщина нахмурилась, взглядом обводя поверхность рабочего стола. Где-то тут, под огромным количеством бумаг бизнес-плана и недоработанными эскизами новых украшений должен быть ее телефон.  Наконец, пальцы нащупали гладкий корпус.       Экран ожил, высвечивая короткое сообщение:       "Сегодня устала, поговорим завтра".       Мадара вздохнула. Сообщение от Изуны вызвало легкую улыбку. Забота младшей сестры всегда согревала, напоминая о том, что не все в этом мире измеряется прибылью и акциями. Жаль конечно, наличие Изуны в ее квартире могло бы помочь привести голову в порядок, но настаивать, чтобы сестра приехала к ней было бы слишком. Она, вероятно, и правда устала.       Вздохнув, Учиха пролистала список входящих звонков на телефоне, чтобы проверить не пропустила ли она что-то пока была погружена в работу. Привычка игнорировать все вокруг во время занятия вкупе с перфекционизмом который не успокаивается пока не доведешь дело до конца – с детства только обрела силу, и теперь Мадара могла даже апокалипсис не заметить, если занята своей работой. Взгляд вновь зацепился за номер Сенджу. Может зря она это все затеяла? Она могла и дальше развивать свой бизнес в Европе, купить еще пару зданий, найти ювелиров – все что она делала до этого. Почему ее дернуло расширить бизнес в сторону их территорий и города? Потому что, Сенджу держали большую часть направлений бизнеса тут? Это что отчаянная попытка доказать им и себе, что за пределами их влияния есть не менее влиятельная семья? Не только в этом регионе большой процент процветания, есть еще и другие. Так почему же она здесь? Мадара потерла переносицу, чувствуя нарастающую усталость. Вопросы роились в голове, подтачивая уверенность, которую она так тщательно выстраивала. План кристально прост: сотрудничество с Сенджу, чтобы получить выгодное расположение для аренды магазинов, они владеют большей частью недвижимости, поэтому выкупить ее не получилось бы в любом случае, далее реклама, сотрудничество с местными модными домами для презентации украшений, получение прибыли. Ничего нового из того, чтобы она не делала раньше. Кроме одного. Найти новых ювелиров, которых нагло увели с европейских филиалов. И вот тут, Сенджу могут вставить палки в колеса. Рынок почти всех ниш здесь контролировался Сенджу, они диктовали условия будучи инвесторами, и чтобы получить доступ к вожделенной недвижимости, приходилось идти на контакт. Решение расширяться в их регионе казалось все более и более опрометчивым. Но отступать было не в ее правилах. Ей придется рискнуть. Она играла в эту игру не первый год и знала, как обходить расставленные сети. В конце концов, их сотрудничество должно быть взаимовыгодным, а не превращаться в одностороннюю уступку. Перед мысленным взором возник образ ее будущего первого магазина здесь– элегантного и роскошного пространства, где каждое украшение сияет, словно звезда. Она видела восторженные взгляды покупателей, слышала шепот восхищения. Как и всегда.       Сотрудничество с Сенджу – это лишь инструмент, средство достижения цели. Она не позволит им диктовать свои условия. У нее есть свои козыри, своя репутация, свои связи. И она не побоится их использовать если необходимо. Она откроет свой магазин, даже если для этого придется пройти по головам. Ее украшения – это произведения искусства, и они заслуживают лучшего места, чем пыльные витрины европейской глуши. Здесь, в этом городе, они засияют во всей красе, привлекая взгляды самых взыскательных ценителей. Учиха усмехнулась, вспомнив свои первые шаги в этом направлении. Тогда ей тоже говорили, что у нее ничего не получится, что она слишком молода и неопытна. А братья так и вовсе сочли идею бестолковой, но согласились молчать пока не пройдет необходимое время. И она доказала всем, что они ошибались. И сейчас докажет снова.       От бесконечных мыслей и стратегических ходов ее отвлекает звук входного звонка. Легкий ненавязчивый, но все же заставляющий вздрогнуть от неожиданности. Вздохнув, брюнетка поднимается с кресла, направляясь к двери. Если это очередной курьер, она выкинет его с окна. Но нет, это не курьер. На пороге она видит Хашираму Сенджу собственной персоны. Скользя взглядом по мужчине, Учиха едва тихо вздыхает. Казалось, она ясно сказала, что разговор о прошедшем вчера окончен, и любое появление Сенджу перед глазами может закончиться плохо. Для него. А она ведь не припасла ничего для этого случая. Даже мусорное ведро и то занято ранее привезенным букетом. Хаширама, казалось, ничуть смущен ее враждебностью. В его руках букет цветов, розы в этот раз отдают персиковым оттенком, а на губах мягкая улыбка.       — Я все же решил убедиться, что вчерашнее поведение моего брата не повлияет на наше с вами деловое сотрудничество. Ну и принести извинения лично. – голос у Сенджу спокойный. Размеренный. Он уверен, что это сработает. Он замечает, легкую усмешку на женских губах, и пока Учиха думает, пристально оглядывает ее. Она одета в домашний комплект насыщенного винного цвета: широкие брюки, держащиеся на бедрах, короткий топ, словно широкая полоска ткани на груди и длинный халат с объемными рукавами. Длинные волосы собраны в высокий, небрежный пучок, открывая ее лицо и шею. Удивительно, как меняется восприятия стоит увидеть ее в таком образе. Он вспоминает, как она выглядела в первую их встречу в его кабинете: В строгом, идеально сидящем костюме, с безупречной укладкой и холодным взглядом, пронизывающим насквозь. Сейчас же перед ним стояла живая женщина, уставшая, но от этого не менее опасная.       — Не думала, что вы справитесь со своими непредвиденными обстоятельствами так быстро. Я, честно сказать не успела приготовить для вас все необходимое. Есть только мусорное ведро, для ваших очередных извинений. – Учиха улыбается, кивком головы показывая направления. Взгляд мужчины скользить к мусорному ведру, из которого словно издеваясь виднеется прошлый букет алых цветов. Он усмехается, игнорируя колкость в её тоне.       — Боюсь, мои извинения более долговечны, чем эти розы, — ответил он, протягивая букет. — Надеюсь, вы найдете для них подходящую вазу.       — Одну точно найду, — Мадара медленно забирает букет, и почти сразу отправляет его в мусорку под внимательным взглядом. Хаширама не моргнул и глазом, наблюдая за актом вандализма над букетом, и как в один момент персиковые розы присоединились к алым собратьям. Лишь уголки его губ дрогнули в легкой усмешке. Он ожидал подобной реакции, если не хуже. Мадара облокотилась о дверной косяк, скрестив руки на груди, наблюдая за Сенджу. Она не собиралась приглашать его внутрь. Пусть стоит на пороге, как провинившийся мальчишка, осознавая последствия своих действий. В его взгляде не было ни тени обиды или раздражения, лишь спокойное ожидание. Это злило ее больше всего. Она привыкла к тому, что люди реагируют предсказуемо: злятся, обижаются, пытаются оправдаться. Но Сенджу стоял здесь, словно скала, непоколебимый и невозмутимый. В своем отглаженном костюме, в кашемировом пальто, с длинными волосами, откинутыми за спину.       — Что-то еще? — сухо спросила Мадара, нарушая молчание. — Если вы действительно хотели извиниться, то вместо работы флористов стоило притащить своего брата. Но, вероятно, вам нужно было лично убедиться, что я все еще заинтересована в сделке.       — Боюсь в таком случае, он бы не поместился в мусорное ведро, в отличии от них.  —Хаширама слегка склонил голову, словно размышляя над ее словами, прежде чем снова едва заметно усмехнуться. — Что касается сделки, то да, это тоже важный вопрос. Но я уверен, что мы оба достаточно умны, чтобы не позволить личным разногласиям повлиять на наши деловые отношения, даже не смотря на вчерашнее поведение Тобирамы которое было…недоразумением.       Мадара приподняла бровь, оценивая его слова. Он был прав, конечно. Слишком много было поставлено на карту, чтобы позволить вчерашней выходке Тобирамы все испортить. Но ей нравилось заставлять его нервничать. Нравилось видеть, как он старается сгладить углы, как подбирает слова, чтобы не задеть ее. Это давало ей какое-то странное удовлетворение, ощущение контроля в ситуации, где его было не так много.       — Вы льстите мне, Сенджу, но я не столь великодушна, как вы. И да, вчерашнее поведение вашего брата было не просто "недоразумением", а откровенным хамством. Впрочем, это не меняет того факта, что мы оба заинтересованы в сотрудничестве. Так что давайте считать, что инцидент исчерпан.       — Отлично, тогда я рад, что мы понимаем друг друга, — произнес Хаширама, и в его голосе промелькнули довольные нотки. — Может быть, в таком случае, вы позволите мне войти и обсудить детали нашего сотрудничества за чашкой чая или чем вы обычно избавляетесь от нежеланных гостей?       Мадара на мгновение задумалась, оценивая ситуацию. С одной стороны, ей хотелось захлопнуть дверь перед его носом и оставить его гадать, что она думает на самом деле. С другой стороны, затягивать переговоры было не в ее интересах. Она хотела как можно скорее приступить к реализации своего плана, и для этого ей нужно было уладить все вопросы с Сенджу. С легким вздохом она отступила от двери, пропуская его внутрь. Мужчина вошел в квартиру, оглядываясь вокруг с любопытством. Интерьер был выдержан в минималистичном стиле: светлые стены, темная мебель, минимум декора. Ничего лишнего, только функциональность и элегантность. Здесь не было места случайности или излишеству, лишь четкий баланс между роскошью и практичностью. В воздухе, витал тонкий аромат муската, приправленный неуловимой пряностью, — словно сама суть Мадары, ее строгость и глубина, нашли отражение в этом организованном, удобном для жизни пространстве. Квартира не перегруженная деталями, говорила о хозяйке больше, чем тысячи слов.       —Только учтите, чай у меня крепкий, а настроение переменчивое. Не жалуйтесь потом, если я вас отравлю.