Глава 8. Сокол и Дракон.

Небо над Долиной было ясным, и солнце стоящее в зените заливало Лунные горы ярким светом. Холодный ветер хлестал лицо Дейрона пока он направлял Тессарион, свою голубую драконицу, чья чешуя переливалась на солнце, словно сапфировая лента. Впереди, на могучей Вхагар, летел его старший брат Эймонд. Его высокая, статная фигура казалась крошечной на фоне огромных медных крыльев дракона, чьи мощные взмахи рассекали воздух с низким гулом. Вхагар, старейшая и крупнейшая из ныне живущих драконов, скользила над зубчатыми вершинами с устрашающей грацией, её тень накрывала скалы. Идея полёта над Долиной принадлежала Эймонду. Он всегда питал странное влечение к этим суровым, первозданным ландшафтам Вестероса, к горам и долинам, которые не подчинялись ни королям, ни их законам. "Полетим брат, взглянем на Долину сверху, прежде чем спуститься в Орлиное Гнездо," — сказал он утром, и в его единственном глазу мелькнула искра, которую Дейрон не мог разгадать. Дейрон ценил красоту этих земель: крутые пики укрытые снегом, ущелья где гулял ветер, и зелёные долины лежащие далеко внизу. Но сейчас его мысли были заняты другим — холод пробирал пальцы, ноги дрожали от напряжения, а в груди росло предчувствие, что их визит к леди Джейн Аррен будет не просто формальностью. Внезапно Эймонд обернулся в седле, и крикнул что-то, едва слышимое за рёвом воздуха. Он указал рукой в перчатке вниз, к скалистому склону. Дейрон прищурился, защищая глаза от хлёсткого ветра, и проследил за жестом брата. Там, у подножия неровной скалы, притаилось скопление хижин наполовину укрытых в пещерах. Над ними поднимались тонкие струйки дыма, выдавая присутствие жизни. Горные племена Долины — дикие, неподвластные никому кланы, что веками сопротивлялись власти Арренов. Их ненависть к лордам Орлиного Гнезда была так же стара, как сами горы. Прежде чем Дейрон успел осмыслить увиденное, намерения Эймонда стали ясны. Вхагар заложила крутой вираж влево, её крылья с гулом рассекли воздух, и она начала снижаться, направляясь прямо к поселению. Тессарион под Дейроном беспокойно зашевелилась, словно ощущая тревогу своего всадника. — Эймонд, что ты делаешь?! — крикнул Дейрон, но его голос потонул в шуме ветра. Сердце сжалось от дурного предчувствия. Вхагар приземлилась с оглушительным грохотом, от которого задрожала земля, камни посыпались вниз по склону. Ее массивное тело опустилось, когти вонзились в скалу, а затем она испустила рёв от которого, казалось, задрожали сами горы. В следующее мгновение из пасти дракона вырвалась струя пламени — ослепительно-яркая, неумолимая, она поглотила хижины. Камень раскалился докрасна, дерево и трава вспыхнули как факелы, а крики людей — полные ужаса, боли и агонии — эхом разнеслись по ущелью, заглушаемые низким, гортанным рычанием Вхагар. Дейрон, удерживая Тессарион на безопасной высоте, смотрел в оцепенении, как пламя пожирало всё живое. Его руки сжали поводья так сильно, что пальцы побелели. Через несколько минут, что показались вечностью, Вхагар расправила крылья и тяжело поднялась в воздух, оставив за собой дымящиеся руины. Тессарион последовала за ней, и Дейрон молчал, пока они летели к Орлиному Гнезду. Холодное беспокойство сжимало его грудь как тиски. Он бросил взгляд на Эймонда, чьё лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня, серебристые волосы развевались на ветру, а единственный глаз смотрел вперёд, будто ничего не произошло. Они приземлились на узком утёсе у подножия Орлиного Гнезда, где высокие пики окружали крепость словно стражи. Тессарион и Вхагар заняли почти всё свободное пространство, их чешуя блестела в лучах солнца, а присутствие внушало трепет, сравнимый с величием самих Лунных гор. Спешившись, Дейрон повернулся к брату, не в силах больше сдерживать вопрос что жёг его изнутри. — Зачем ты это сделал? — спросил он тихо, почти шёпотом. Его голубые глаза, обычно мягкие, теперь были полны смятения и гнева. Эймонд замер, его взгляд устремился к белоснежным стенам Орлиного Гнезда, возвышавшегося на Копье Великана, словно орёл на гнезде. Затем он посмотрел на Дейрона, и уголок его рта дрогнул в едва заметной, холодной улыбке. — Весть, дорогой брат. Та, что долетит до леди Аррен быстрее ворона и заставит её понять, с кем она имеет дело. Это смягчит её и сделает более сговорчивой на переговорах. Дейрон хотел возразить, но слова замерли на губах когда из ворот крепости показались стражники. Их доспехи поблёскивали под солнцем, но движения были осторожными, а взгляды нервно метались между двумя драконами и принцами стоявшими в их тени. Старый капитан стражи выступил вперёд, его рука лежала на рукояти меча. — Назовите свою цель, — произнёс он хриплым голосом, в котором сквозило беспокойство. Эймонд, сбросив напряжение, нацепил обезоруживающую улыбку и шагнул вперёд. — Приветствую, добрые люди, — сказал он, поднимая руки в перчатках. — Мы здесь лишь для того, чтобы получить аудиенцию у Девы Долины. Ничего более. Стражники переглянулись, их настороженность не ушла, но капитан бросив последний взгляд на Вхагар, чья пасть ещё дымилась после бойни, неохотно кивнул. — Следуйте за мной, мои принцы, — сказал он уже спокойнее, но с явной осторожностью. Их провели через узкие ворота в Орлиное Гнездо, где холодные горные ветра сменились пронизывающим холодом каменных коридоров. Эхо шагов гулко разносилось по высоким сводам возвещая об их прибытии. В большом зале их ждала леди Джейн Аррен, Дева Долины, восседавшая на высоком троне под знаменем с изображением сокола и луны. Она была женщиной поразительной красоты, с резкими, царственными чертами лица и осанкой, полной достоинства. Её тёмно-синие глаза, словно отражение холодного неба Долины, смотрели с проницательной твёрдостью. Каштановые волосы были заплетены в сложную косу, а платье насыщенного синего цвета с серебряной вышивкой подчёркивало эмблему дома Арренов на лифе. — Принц Эймонд, — произнесла она, её голос был мелодичным, но с ноткой настороженности. — Принц Дейрон. Это весьма неожиданный визит. Ворон не сообщал мне о вашем прибытии, — глаза девы слегка сузились, изучая братьев. Эймонд склонил голову, его улыбка была почти неуловимой, но полной уверенности. — Я решил, что в этом нет необходимости, миледи. Мы не задержимся надолго, — он сделал паузу, словно взвешивая слова. — Но есть вопросы которые я хотел бы обсудить наедине, если вы окажете мне такую любезность. На лице Джейн промелькнула тень сомнения смешанная с любопытством и подозрением. Она кивнула, жестом отпустив всех, кроме своего верного капитана который остался стоять у трона. Дейрон молчал, чувствуя, как напряжение в зале нарастает, а намерения Эймонда начинают раскрываться. — Вы явились просить моей руки, — констатировала Джейн. Её голос был ровным, но не лишённым внутренней силы. Она смерила Эймонда оценивающим взглядом, в котором читался немой вопрос: «Ради чего?» Эймонд выдержал её взгляд, слегка наклонив голову. Холодный блеск его единственного глаза был подобен отблеску льда. — Вряд ли в Семи Королевствах для меня найдётся лучшая партия, миледи. Вы должны это знать. Долина — оплот силы, а ваш дом — один из древнейших. Этот брак укрепит позиции моего дома и принесёт стабильность этим землям. Воздух сгустился, став почти осязаемым под тяжестью затянувшегося молчания. Взгляд Джейн буравил Эймонда. Она мельком взглянула на Дейрона, стоявшего позади. Лицо его оставалось каменным, но внутри он боролся с чувством неловкости за действия брата. — Возможно, — наконец произнесла она, сохраняя голос безэмоциональным. — Но прежде чем я соглашусь на союз, мне нужны гарантии. К примеру… присутствие дракона в Долине, лучше всего в Орлином Гнезде, дало бы мне уверенность и защиту. Эймонд приподнял бровь, но остался невозмутим. — Вы хотите, чтобы Вхагар осталась здесь? — уточнил он. — Или, быть может, рассчитываете удержать меня самого? — Именно так, — без колебаний подтвердила Джейн. — Вы станете моим мужем, разве нет? А король Визерис, насколько мне известно, не пожаловал вам ни земель, ни титула. В таком случае естественно, что вы останетесь здесь, рядом со мной. Эймонд слегка нахмурился, склонив голову набок. — Долина едва ли выдержит присутствие зверя величиной с Вхагар, миледи. Логистика её содержания не так проста: кормёжка, уход, безопасность. Она способна уничтожить целое стадо за один приём пищи, и без строгого планирования ваши земли рискуют обеднеть, а ваши вассалы — начать роптать. Джейн на мгновение замолчала, её выражение лица оставалось непроницаемым, пока она обдумывала его слова. Наконец она коротко кивнула, её тёмно-синие глаза встретились с взглядом Эймонда без тени сомнения. — Это вполне реально, принц Эймонд. Это не столь серьёзная трудность. У нас достаточно пастбищ и стад, чтобы обеспечить необходимым вашего дракона. Думаю, Долина способна потянуть такие расходы, особенно если присутствие вашего дракона укрепит нашу безопасность. С этим решённым вопросом, переговоры сдвинулись с мёртвой точки, и Эймонд плавно затронул другие аспекты их потенциального союза — торговлю, оборону. Он говорил уверенно, с той расчётливой харизмой, которая делала его опасным как в битве, так и за столом переговоров. — Организация торговой гильдии в Чаячьем городе, строительство гарнизона возле Кровавых Врат и защита торговых путей, пересекающих Долину, — всё это укрепит нашу общую силу. — Гильдия в Чаячьем городе могла бы привлечь больше торговли из Браавоса, возможно, даже прямые маршруты из Лората или даже Пентоса, — продолжил он, его голос стал чуть мягче, но всё так же убедителен. — Если мы создадим её сейчас, доходы и влияние Долины значительно возрастут, миледи. Это также означало бы укрепление экономической базы для нашего будущего союза, делая нас менее зависимыми от капризов Королевской Гавани. Джейн кивнула, хотя выражение её лица оставалось немного настороженным — она была не из тех, кто легко поддаётся на лесть. — Гильдия, безусловно, принесёт пользу Чаячьему городу, и я вижу, как это укрепит Долину в целом. Но строительство гарнизона возле Кровавых Врат — дело не из лёгких, принц Эймонд. Это дорого обойдётся казне: материалы, рабочие, снаряжение. И некоторые из моих знаменосцев, особенно те, чьи земли граничат с горами, возможно, не захотят выделять людей и деньги на такое предприятие, опасаясь, что это ослабит их собственную оборону. Губы Эймонда слегка изогнулись в хитрой улыбке — знакомой Дейрону, предвещавшей, что брат уже просчитал все ходы наперёд. — Тогда я предоставлю половину денег и людей, необходимых для этого. Оставшиеся расходы для вас и ваших вассалов будут компенсированы безопасностью, которую это обеспечит для торговли и путешествий по Долине. Безопасный торговый путь выгоден каждому знатному дому в регионе — от Корбреев до Уэйнвудов. Что касается мужчин, то в мои намерения не входит отбирать их у ваших знаменосцев — по крайней мере, не давая ничего взамен. Глаза Джейн сузились, она откинулась на троне, оценивая его предложение. — А взамен вы предлагаете что? — Снижение налогов для тех домов, которые вносят свой вклад в содержание гарнизона, — вкрадчиво предложил Эймонд. — Как мастер над монетой, я могу принимать такие решения независимо от Малого Совета. Поддержка ваших вассалов обеспечит безопасность всей Долины, и этот стимул облегчит их бремя, укрепив лояльность и предотвратив недовольство. — И кто же будет командовать этим гарнизоном? Люди верные мне, или люди по вашему выбору, принц Эймонд? Я не потерплю, чтобы моя Долина стала плацдармом для чужих амбиций, — холодно спросила Джейн, постукивая пальцами по подлокотнику трона. Эймонд слегка наклонил голову, не переставая улыбаться. — Я бы предложил совместное командование. Командир из дома Арренов, выбранный вами, и командир, которого я выберу сам. Таким образом,укрепляется доверие, и ни одна из сторон не имеет полного влияния на силы гарнизона. Это равновесие, миледи, — основа любого прочного союза. На мгновение между ними повисло молчание, отягощённое невысказанными соображениями. Джейн перевела взгляд на Дейрона, который спокойно стоял в стороне, наблюдая за происходящим со смесью интереса и настороженности. Младший принц чувствовал напряжение в воздухе, и гадал, не слишком ли далеко заходит брат в своих планах. — Это смелое предложение, — наконец задумчиво произнесла Джейн, её голос стал чуть теплее, но все ещё осторожным. — Я вижу преимущества, хотя некоторым моим лордам потребуется время, чтобы привыкнуть к идее. Но, как вы сказали, принц Эймонд, безопасная Долина выгодна всем нам. Торговая гильдия, гарнизон — они могли бы помочь не только Долине, но и всему королевству стать сильнее. Я готова продолжать эти начинания, при условии, что мы будем вместе следить за их выполнением и корректировать по мере необходимости. Эймонд кивнул, его осанка оставалась уверенной. — Это всё, о чем я прошу, миледи. Сотрудничество и общая цель — вот что сделает наш союз нерушимым. Глаза леди Долины слегка сузились, в них мелькнула искра решимости. — Я полагаюсь на вас, принц Эймонд. И не потерплю обмана. С достигнутым соглашением, разговор в конце концов перешёл к особенностям их свадьбы — церемонии, традициям, которым следовало следовать, и ожиданиям обеих сторон. Эймонд выдвинул свои условия с той же расчётливостью: имена, которые будут носить их дети, намёки на лояльность и благоразумие, которые скрывались под поверхностью разговора. Он также упомянул леди Джессамин Редфорт. Дейрон, не полностью в курсе контекста, заметил, как при этих требованиях губы леди Джейн сжались в тонкую линию, глаза сузились, а поза напряглась — явный знак недовольства. Тем не менее, даже несмотря на своё недовольство она не отказалась прямо. Джейн была женщиной привыкшей взвешивать издержки и выгоды, и хотя эти условия были явно не идеальными для неё — они ограничивали её независимость и намекали на контроль, — альянс с королевским домом, на её взгляд, стоил того. Она кивнула, соглашаясь на компромиссы, но с оговорками, подчёркивающими её роль как равной. В конце концов, соглашение было заключено. Глаза леди были безмятежны, её согласие больше походило на то, как королева рассматривает возможность выгодного вложения, чем на то, как невеста принимает предложение от возлюбленного. Она поднялась с трона, склонив голову в знак уважения, и произнесла: — Так тому и быть. Пусть союз Арренов и Таргариенов будет нерушим, скреплённый словом и клятвой. Когда они покинули большой зал, Эймонд вывел Дейрона из Орлиного Гнезда через лабиринт каменных коридоров, и холодный горный ветер снова ударил им в лицо. Тессарион уже начала беспокоиться на утёсе, беспокойно ёрзая на краю пропасти и шелестя лазурными крыльями в предвкушении полёта. Вхагар стояла неподвижно, как древняя гора, её вековой взгляд был устремлён куда-то вдаль, а присутствие было таким же неизменным и грозным, как само Копьё Великана. — Старомест? — спросил Дейрон, искоса взглянув на Эймонда, который, казалось, погрузился в свои мысли. Эймонд посмотрел на север, и его единственный глаз загорелся холодным огнём . — Пока нет, Дейрон. Мы должны нанести визит Старкам в Винтерфелл. У нас есть кое-какие дела, которые нам ещё предстоит обсудить — дела, касающиеся лояльности Севера и баланса сил в королевстве. Дейрон кивнул, хотя и почувствовал, как холод ветра пробирает его до костей, смешиваясь с внутренним ознобом. Во взгляде брата было что-то такое, что не терпело возражений — смесь амбиций и решимости, которая могла перевернуть весь Вестерос. Что бы Эймонд ни искал на Севере, это, должно быть, имело огромное значение, возможно даже большее, чем только что заключенный союз. Взмахнув крыльями, они снова поднялись на своих драконах, оставляя Орлиное Гнездо и его холодные залы позади.