20. Искусный манипулятор

      Своды главного зала в замке Виндфорда содрогались от тяжелого шага воинов Манбурга. К королю Шлатту прибыл Эрет. Мужчину в длинном тяжелом распашном одеянии, украшенным темно-бардовым бархатом и парчой, сопровождала внушительная частью его войска. Однако внимание всех присутствующих было приковано лишь к одной фигуре, которая оказалась в центре происходящей драмы.       Эрет подтолкнул вперед молодого гвардейца, чьё лицо было страшно опухшим и покрытым множеством синяков. Боль при каждом шаге четко читалась в его глазах и вздохах. — Это сир Карл Джейкобс, — тяжело произнес правитель Манбурга. — Он остался в живых после страшной схватки с Дримом, тем самым наемником, чей меч принес столько бед вашему дому. Мой верный гвардеец, храбрый боец всеми своими силами, отчаянно и без колебаний пытался спасти вашего юного принца, защитить его от смертельной опасности, но наемник оказался сильнее. Его напраник был повержен, но, к счастью, сир Карл остался жив, чтобы рассказать нам о случившемся.        Шлатт, восседавший на массивном троне с кубком вина в руке, подался вперед. Его глаза блеснули недобрым желтоватым светом. — Подойди ближе, рыцарь, — приказал он. — Рассказывай нам всё, без утайки. Что произошло в тот день? Как выглядел мой племянник? С ним всё в порядке?       Карл с трудом сглотнул, его горло сдавило от страха и волнения. Он начал переминаться с ноги на ногу, как загнанный зверь. Когда он открыл рот, его голос дрожал, слегка срываясь, но парень старался говорить как можно чётче и понятнее, преодолевая боль и смущение. — Мы... мы с сиром Артуром видели их, ваша милость, — начал он. — Мы добросовестно дежурили на посту, когда заметили Дрима. Он вел вашего племянника в сторону конюшен, но совсем не в ту сторону, не туда, куда указывал нам до этого другой человек, которому мы доверились. Мы поняли, что нас обманули, что произошло предательство, и немедленно проследовали за похитителем, стараясь не потерять их из виду — И что сделал этот подонок? — выплюнул Шлатт, сжимая ножку кубка.      Карл крепко зажмурился, словно пытался забыть ту ужасную сцену, которая предстала передним и не давала покоя последние ночи. — Он был невероятно быстр, Милорд — прошептал парень. — М-мы не успели надлежащим образом скоординироваться, он ударил меня... я отлетел в дерево и потерял сознание, но перед этим... — парень запнулся, его кадык дернулся. — Я-я видел, как он набросился на сира Артура. Мой б-боевой товарищ пытался защищаться, н-но Дрим был просто не из этого мира. Он прижал Артура к земле с невероятной силой, придушил его своими руками, не давая ему даже возможности крикнуть. И я услышал... — голос Карла сломался, а в глазах появился страх. Парень перевел взгляд прямо на Шлатта, пристально глядя в глаза. — Я услышал хруст. Он просто свернул его шею, как цыпленку.       Шлатт изобразил на своем лице гримасу глубокого сочувствия, скорби и ужаса, хотя внутри него, вскипала и клокотала ледяная ярость от того, что наемник, ускользнул от его правосудия. По залу прокатились вздохи и всхлипы придворных дам. — Бедный, Артур... — печально пробормотал король, на мгновение прикрыв веки, — не сомневаюсь, что он был добрым и честным человеком. — но затем его глаза резко распахнулись. — А Джордж? Мой племянник? Он звал на помощь? Пытался ли вырваться из лап этого проклятого чудовища? Он оказывал сопротивление?      Рыцарь помедлил, явно собираясь с мыслями, его брови медленно и грозно сошлись на переносице, создавая глубокую складку между ними. — В том-то и дело, ваша милость, — произнес он с некой неуверенностью. — Принц Джордж... он не выглядел как заложник. Когда началась схватка, он не побежал к нам. Вместо этого он прятался за спину Дрима, словно ища защиты именно у него. И когда у молодого принца была прекрасная возможность сбежать, пока наемник был полностью поглощен боем с сиром Карлом, он остался. Он не хотел его оставлять. Мне показалось... — гвардеец испуганно посмотрел прямо в лицо короля Шлатта, — что он был с ним заодно.       В зале воцарилась тяжелая, гнетущая тишина. Ни один из присутствующих не осмелился даже пошевелиться. Король Долины медленно, величественно поднялся со своего трона, спустился с высокого подиума и подошел вплотную к израненному гвардейцу. Он тяжело положил руку на его плечо, заставив юношу болезненно зашипеть. — Послушай меня, парень, — вкрадчиво начал он, обращаясь не только к нему, но и ко всем присутствующим. — Дрим не просто убийца. Нет, он куда опаснее. Он хитрый, искусный манипулятор. Этот проклятый выродок учился забираться в головы людям, влезать в их умы и сердца с самого рождения, с самого детства. Скорее всего, он мастерски отравил разум принца, загрязнил его ложью и фальшью. Он наговорил мальчику такого, что выставил всех нас — весь королевский двор, всю нашу семью — в самом мерзком, чёрном свете, как заклятых врагов, как монстров и тиранов. Он посеял в сердце Джорджа семена недоверия и страха. Мальчик попросту напуган и обманут. Его разум опутан сетью лжи, как паутиной. Он не виноват в этом, парень. Он жертва манипуляций.       Шлатт медленно повернулся и оглянулся на стоящего в глубокой тени стражника, чье лицо было едва различимо в полумраке тронного зала. — Сир Сапнап, — обратился он к нему с особым достоинством, — я поручаю вам важное дело. Сопроводите сира Карла в гостевые покои замка. Позаботьтесь чтобы его осмотрели опытные лекари и врачеватели. Парнишка достаточно настрадался. Пусть получит надлежащую помощь и заботу. После того как вы убедитесь в его благополучии, зайдите ко мне в кабинет. У нас есть о чем поговорить.      Гвардеец, чье смуглое лицо оставалось непроницаемым и пустым, молча кивнул. Без единого слова он приблизился к раненому рыцарю, взял его под локоть и начал вести по длинным, мрачным коридорам замка.              Карл шел медленно, заметно прихрамывая. Когда они отошли достаточно далеко от тронного зала, и звуки позади них стали едва слышны, Сапнап нарушил молчание. — Ты видел его вблизи, — произнес гвардеец Долины, стараясь подавить нарастающие эмоции. — С Джорджем действительно всё было хорошо? Как он выглядел?      Карл посмотрел на своего сопровождающего. В темных глазах рыцаря он заметил глубокую, затаенную боль, которую тот пытался скрыть под маской суровости и хладнокровия, но она все равно просвечивала сквозь трещины его доспехов. — Он был в добром здравии, сир Сапнап, — ответил Карл, вспоминая события. — Когда я показывал ему лагерь, проводил по его разным уголкам в тот день, перед побегом, он выглядел... неплохо. Даже лучше, чем я бы ожидал от молодого человека в его ситуации. Он был необычайно спокойным. Даже... даже спокойнее, чем следовало бы быть пленнику.       Брюнет кивнул, его взгляд на мгновение стал мягче, почти умиротворенно ясным, но через секунду, словно спохватившись, он снова стиснул зубы, и его челюсти напряглись. — А... как вел себя Дрим? — спросил Сапнап, и в тоне появилось что-то холодное, почти угрожающее. — Как он относился к принцу? Был ли агрессивен?       Парень  невольно схватился за бок. Под одеждой на всё его тело расплылась огромная, болезненного вида черно-синяя гематома, огромный синяк от мощного удара, нанесенного наемником. — Он...был странным, сир, — медленно произнес Карл, подбирая слова. — Пока мы находились в лагере, он не проявлял открытой агрессии. Большую часть времени он просто крутился возле принца Джорджа, постоянно находился рядом, охранял его, защищал... Но за пару часов до того, как произошел побег, он был совершенно сам не свой. Он был нервозным и лихорадочно искал какого-то парня по всему лагерю, заглядывал в каждый шатер, допрашивал всех и каждого. Что-то его явно беспокоило.       Стражник долго молчал. Они продолжали идти, пока не дошли до каменной двери гостевых покоев. Сапнап помог израненному гвардейцу переступить через высокий порог, помог войти в комнату и передал лекарям, ждавших их у окна. Когда черноволосый рыцарь собирался уходить, Карл внезапно окликнул его срывающимся голосом: — Сир! Извините за вопрос, но... он был дорог вам?       Сапнап замер в дверном проеме. Он медленно повернул голову, обращаясь к раненому рыцарю. Пламя факелов в коридоре позади него отразилось в его тёмных, почти чёрных глазах, создав иллюзию темных искр, горящих углей внутри его глаз, словно внутри него пылало пламя. — Больше, чем жизнь, — отчеканил он. Его голос был низким, напряженным, дрожащим от подавленной ярости и боли. — Джордж был дорог мне больше, чем моя собственная жизнь и я клянусь, — он сжал кулак до хруста костяшек, — я лично отомщу Дриму за то, что он сделал с Джорджем. Я отомщу ему за то, что он сделал со всеми нами, за боль, которую он принес в этот замок. За каждую пролитую кровь.     Гвардеец захлопнул дверь, оставив Карла в тишине, а сам направился обратно к королю.

***

    Тяжелая дубовая дверь кабинета  приоткрылась после короткого, стука Сапнапа. На пороге его встретил Фанди. С тех пор как Квакити занял пост Мастера над монетой, за королем стал присматривать рыжеволосый гвардеец.      Внутри стоял густой аромат дорогого вина и старой бумаги. Король Шлатт, Квакити и король Эрет склонились над картой, разложенной на массивном столе, и о чем-то негромко спорили. Рыцарь вошел и низко поклонился. — Ваше величество, вы вызывали меня?      Бывший Регент поднял голову, оторвавшись от дискуссии. На его лице промелькнуло подобие дружеской улыбки, хотя глаза оставались холодными. Он жестом махнул Эрету и Квакити продолжать, а сам поднялся с кресла. — Пойдем, Сапнап. Прогуляемся, — предложил король, указывая на выход к королевскому  саду. — Душные залы плохо влияют на ясность мысли.      Они спустились с высоких каменных ступеней замка во внутренний двор, где вечерняя прохлада, свежая и чистая, приятно освежала лица обоих мужчин. Правитель шел неспешно, размеренно, с королевским достоинством, заложив руки за спину, время от времени поглядывая на ухоженные кусты роз, которые были высажены вдоль дорожки для украшения. При свете луны эти красивые цветы казались не красными, а черными, словно впитали в себя весь мрак ночи. — Я наблюдал за тобой в последнее время, Сапнап, — начал старший. — Видел, как твои кулаки сжимаются, видел твой взгляд, твое выражение лица каждый раз, когда произносят имя этого... предателя, этого изменника. Видел, как ты не находишь себе места, как беспокойство и гнев грызут тебя изнутри, как ты не можешь ни сидеть, ни спать по ночами.       Брюнет на мгновение замер посередине дорожки, его дыхание на секунду прервалось, но он тут же собрался с силами и продолжил путь рядом с королем. — Джордж мой друг, Милорд. Я практически вырос с ним, я клялся защищать его. А Дрим... я считал его братом по оружию. Я верил ему так, как верю себе. Его предательство - это личное оскорбление для меня, удар в спину от того, кого я называл семьей. — Именно это мне в тебе и нравится больше всего, Сапнап, — произнес Шлатт с явным одобрением в голосе. — Твоя верность, твоя преданность. Редкое качество в наши дни. Я дорожу такими людьми, как ты. Ты — подлинный меч этой короны, Сапнап, живой клинок её власти. И я не хочу, чтобы этот клинок ржавел и тупился от сомнений и обид, разъедаемый внутренней болью.       Король подошел вплотную к своему рыцарю, так близко, что между ними остался всего лишь шаг. Его голос стал более низким, более вкрадчивым, почти как змеиный шепот, но в нем звучала абсолютная уверенность. — Новый Лорд-командующий Фулиш превосходно справляется со свой ролью, но угрозы становятся всё изощреннее. Мне нужен человек, который будет его правой рукой. Мой человек. Тот, кто будет смотреть на мир так же, как я. Я хочу назначить тебя заместителем Лорда-командующего Ветряной Долины.       Брюнет резко вскинул голову. Темные глаза расширились от неожиданности и шока. Это была огромная, колоссальная власть, о которой он никогда и не мечтал. Это был прямой путь в высшие круги королевского совета, в самый центр власти государства. Его сердце забилось быстрее. — Мой король... это великая честь, огромная честь, — начал дрожащим голосом. — Я не ожидал, не предполагал, что вы когда-нибудь- — Ожидал или нет, ты заслужил этого, — перебил король. — Я разделяю твою ненависть к Дриму. Поверь мне, Сапнап, я сделаю всё, чтобы этот подонок страдал так, как никто до него. Мы выжмем из него жизнь по капле, когда поймаем. А пока...      Король опустил руку в карман своей роскошной мантии и достал тяжелую серебряную брошь. Она была выполнена в форме изящного меча, обвитого дубовыми листьями — знак высшего командования. — Возьми, — Шлатт вложил холодный металл в ладонь стража, сжав его пальцы своей рукой. — Пусть это служит напоминанием о твоей цели. С этой брошью перед тобой откроются все двери и все архивы. Используй это влияние, чтобы выследить его. Твои решения и наблюдения могут помочь вернуть принца, а с наемником... делай, что посчитаешь нужным.       Сапнап смотрел на сверкающее серебро в своих руках. Тяжесть броши казалась ему весомее любого доспеха. Теперь у него были большие полномочия и ресурсы целого королевства, чтобы отомстить. — Я не подведу вас, мой король, — твердо произнес гвардеец, пристегивая брошь к своему плащу. — Дрим ответит за все.      Шлатт довольно хмыкнул, похлопал рыцаря по плечу и, не сказав больше ни слова, направился обратно в замок, оставив новоиспеченного заместителя в тишине ночного сада.

***

      Двое путников неспешно ехали на Спирит по извилистой горной тропе, где пыльная дорога петляла между остроконечными скалами и редкими, почти чахлыми соснами.       Честно говоря, принцу начинало казаться, что он сходит с ума. За эти бесконечные дни в седле он отсидел себе абсолютно все части тела, которые только могли болеть от постоянной тряски и трения. А по ночам, когда они вынуждены спать прямо на твердой, холодной земле под открытым небом, усеянным звездами, он отлежал остальное. Сейчас шатен лег спиной на грудь Дрима, стараясь не налегать на его левый бок с еще не зажившей раной, но и сидеть прямо у него попросту не было сил. Спина ныла постоянно, ноги окончательно затекли, а в голове крутилась одна-единственная, навязчивая мысль - о скуке - бесконечной и мучительной скуке. Вчерашняя игра в слова, которую они затеяли, отчаянно пытаясь скоротать время, давно уже надоела ему до отвращения. Джордж издал протяжный, полный страдания вздох — Дриииим...       Наемник, державший поводья одной рукой тяжело вздохнул сквозь маску. — Что? — отозвался он. — Хочешь продолжить играть в слова? — Нет! — категорически отказался принц, чуть повернув голову. — Хватит с меня этих словесных загадок. Я хочу поговорить о чем-то совершенно другом, о чем-то более интересном. Например... когда состоится наш следующий привал? Или, может быть, мы сможем хоть как-то разнообразить эту монотонность?      Блондин снова вздохнул, но в этот раз намного тяжелее, с отчетливой ноткой раздражения, которую уже не скрыть. — Скоро, — ответил он, стараясь сохранить спокойствие. — Когда солнце окончательно сядет за тот хребет, что виднеется впереди. Ещё час, может быть, полтора. Не больше.       Джордж закатил глаза в отчаянном жесте. Он устал, до глубины своей измученной души, играть в слова, бесцельно сидеть и считать ворон, которые парили над ущельями. К слову, ворон в этой местности было ну слишком много. Птицы снова и снова кружили над головами путников, словно предчувствуя какое-то событие или просто наслаждаясь теплыми деньками. Чтобы отвлечься от монотонного цокота копыт, он решил задать более интересные вопросы. Они ехали по землям короля XD фактически незаконно, без разрешения, прячась от патрулей. Любопытство взяло верх. — А расскажи о безумном короле, — попросил принц. — Мы же сейчас на его территориях. Ты когда-нибудь встречал его лично? Говорят, XD король наемников и головорезов.       Дрим издал задумчивое мычание, его взгляд скользнул по горизонту, словно проверяя, нет ли вдали всадников. — Возможно, видел его, — коротко ответил он. — Давно. — А бывал в Черном Замке? — не унимался шатен, оживляясь от темы. — В столице?      Наемник натянул поводья чуть сильнее, заставив Спирит замедлить шаг. — Один раз, — буркнул блондин. — Но я хочу забыть об этом.      Джордж хмыкнул, не заметив напряжения в голосе спутника. Он сам начал погружаться в воспоминания. — Когда мой отец был жив, он брал меня на некоторые собраний королей и лордов. Я видел XD вживую. Он напугал меня до смерти. Мне тогда было около девяти лет. Несколько ночей меня преследовали кошмары.      Дрим повернул голову, а маска блеснула в лучах заходящего солнца. — Что же тебя так напугало? — спросил рыцарь, и в голосе проскользнул интерес. — Он в целом не вызывал приятных впечатлений для ребенка. Но если подумать, — шатен задумчиво почесал подбородок. — Глаза. Они были очень яркие. Но это не главное, в них было... какое-то безумие. Как будто он видит мир не так, как все мы. Полный ярости и хитрости.       Масочник резко натянул поводья, и Спирит остановилась. Лошадь недовольно фыркнула и цокнула копытом. — А что еще? — голос наемника стал тише и настойчивее. — Ты запомнил что-то еще в его внешности?     Дальтоник задумался, перебирая воспоминания. — Он вроде как светловолосый. Лицо было усеяно веснушками, как у мальчишки. Ну и конечно его знаменитые шрамы. Они пересекались крестом, проходя через нос, щеки, глаза... Видимо, поэтому он взял псевдоним XD, учитывая безумную улыбку до ушей.      Наемник уставился в пустоту. Его пальцы сжались на поводьях, но наконец он тряхнул головой и снова пустил Спирит шагом. — Интересно, — пробормотал парень, но в голосе не было легкости. — Держи глаза открытыми, нам ехать еще пару часов.       Принц кивнул, но внутри шевельнулось смутное беспокойство. Разговор, казалось, задел блондина сильнее, чем он ожидал, принц решил не давить. Возможно у него был плохой опыт с людьми безумного короля.       Спирит продолжала неспешно брести  по тропе. Шатен, удобнее устроившись спиной на друге, решил продолжить разговор в другом направлении. — А почему ты так небрежно относишься к королю Филзе? Когда отец был жив, Фил считался одним из самых справедливых и добрых правителей континента. Люди любили его. Да и сейчас хорошо отзываются о нем. — Справедливых людей не существует, Гоги. А королей тем более. Каждый хотя бы раз марал свои благородные руки в грязи. Здесь вопрос того, насколько хорошо они это скрывают. — скептически и горько усмехнулся масочник.      Джордж  был готов возразить, но гвардеец первым задал вопрос: — Но мне интересно, почему ты так боготворишь и восхищаешься этим человеком? Почему он твой кумир?      Принц улыбнулся, вспоминая образ короля Севера. — Филза элитрианец. У него огромные чёрные крылья. Намного больше, чем у обычных представителей его расы, примерно в два раза. Поговаривают, что он бессмертен. Его называют Ангелом Смерти. Он легенда, Дрим.      Наемник громко прыснул, но смех прозвучал издевательски. — Ого, Ангелом Смерти называют твоего чистого и невинного кумира? — переспросил он, качая головой. — Довольно забавно для человека, который якобы так добр и справедлив. Смерть и справедливость весьма странные спутники.     Джордж надулся, как обиженный ребенок. — Он добр только к тем, кто заслуживает этого! — с жаром произнес шатен. — Врагов же он страшно карает. Он и сир ТехноБлейд , до того как Техно стал Лордом-командующим нашей гвардии, завоевывали Север вместе. Они объединили враждующие народы, племена, разные расы. Объединили их под одним знаменем и возглавили. Благодаря им Север стал един и силен!     Дрим кивнул, признавая этот момент. — Да, я слышал про похождения ТехноБлейда. Его прозвали Богом Крови, что, признаю, вполне заслужено. Но меня интересует другое. — Голос масочника  приобрел издевательский тон. — Сколько же лет этому Филзе? Не едем ли мы с тобой к дряхлому старику, который вот-вот доживет последние деньки своей жизни? Может быть, мы опоздали, и пернатик уже лежит трупом в могиле? — Какая глупость. Филза не стареет. — фыркнул Джордж. — Филза - человек, — спокойно ответил Дрим, — а значит, рано или поздно он умрёт. Это закон природы. Даже великим правителям не избежать смерти. — Он не человек. Он элитрианец! — возразил юноша. — Птицы тоже долго не живут, Гоги. Даже магические, — пожал плечами блондин, с преувеличенной небрежностью.      Джордж обречённо вздохнул и повернулся лицом к дороге. — Ты невыносим, Дрим. Просто невыносим. — Парень посмотрел на ворона, что сидел на старом пне около дороги, птица слегка повернула голову и крикнула. — Вот скажи мне честно, как звали того, кто правил Севером до Филзы?    Наемник на мгновение задумался. — Его отец, — ответил он без особого интереса. — Это очевидно! — выпалил дальтоник. — Но сколько лет назад это было? Когда Филза стал королём? Давно ли умер его отец?      Блондин театрально зевнул, подчёркивая своё безразличие к этим фактам. — Я не изучал историю в отличие от вас, принц, — сухо заметил Дрим. — Я слышал лишь слухи и байки в тавернах, но история  мне не интересна, Джордж. Мне интересны только факты: жив ли этот король, может ли он нам помочь, и не предаст ли как это сделал Эрет. — Филза честен. Он не предаст. — уверенно произнес шатаен. — Все честны до первого звона монет, — заметил Дрим, но в его голосе было не столько убеждения, сколько усталости. — Надеюсь, твой Ангел Смерти будет исключением.