Часть 40

Глава 40

В то самое время, когда Лин Ся вырывал с корнем семью Чжао и освобождал несчастных, запертых в подземелье, военный комендант округа Кайюнь, Сюй Инь, завершил мобилизацию войск. Губернатор округа Кайюнь, Вэнь Янь, также собрал всех своих лучших телохранителей. Под защитой армии и множества мастеров двое высокопоставленных чиновников прибыли к воротам поместья Чжао, где лишь недавно стихли громоподобные раскаты. Сейчас поместье было ярко освещено, так что даже ночная тьма не мешала обзору солдат. Вэнь Янь и Сюй Инь один за другим спешились и начали методично отдавать приказы. Многочисленные закованные в броню воины рассредоточились, взяв поместье Чжао в плотное кольцо. Часть солдат, выстроившись в боевые порядки, ворвалась внутрь, чтобы выяснить, что именно там произошло. Вскоре генерал гарнизона южной части города, Нин Мин, которого из-за его оплошности с ночным патрулированием отправили в авангарде, вернулся с докладом. — Господин Вэнь, господин Сюй, перед главным залом семьи Чжао стоит юноша. Если мы не ошибаемся, это тот самый Мастер высшего класса, Усмиритель Янься. Ваш покорный слуга не посмел действовать самовольно и просит вас принять решение, — произнес Нин Мин, ловко выдавая свое трусливое бегство за почтительное обращение к начальству. «Похоже, он действительно ждет меня для переговоров», — мысленно заключил Вэнь Янь, но внешне остался совершенно невозмутимым. — Показывай дорогу. Я лично встречусь с этим человеком, — приказал он. Нин Мин пошел впереди, а Вэнь Янь в сопровождении своих лучших телохранителей направился вглубь поместья Чжао. Сюй Инь молча следовал рядом, не проронив ни слова, лишь жестом приказав своим элитным гвардейцам не отставать. По пути им открывалась ужасающая картина: поместье Чжао было усеяно трупами. Растерзанные пулями тела слуг, охранников, женщин и членов семьи вперемешку с лужами крови в беспорядке валялись на земле. Двое Мастеров первого класса из числа телохранителей напряглись до предела. Сжимая в руках оружие, они разогнали Внутреннее дыхание в меридианах до максимума, готовые в любой момент броситься на защиту двух высокопоставленных особ. Честно говоря, если бы не присутствие множества других, пусть и чуть менее искусных охранников, а также закованных в броню солдат, эти двое Мастеров первого класса ни за что бы не осмелились встать лицом к лицу с Мастером высшего класса, владеющим Искусством Грома, славящимся своей разрушительной мощью. Вскоре процессия достигла главного зала семьи Чжао. И действительно, перед входом, заложив руки за спину, стоял юноша в высокой короне и широком поясе, с лицом, прекрасным, словно резной нефрит. Выражение его лица нельзя было назвать ледяным, но вокруг него клубилась холодная аура убийства, впитавшая в себя сотни и тысячи отнятых жизней, внушая невольный трепет. — Я — губернатор округа Кайюнь, Вэнь Янь! — Вэнь Янь со своей свитой остановился на тренировочной площадке в десяти чжанах от главного зала. Сохраняя величие высшего должностного лица округа, он холодным тоном обратился к юноше: — Кто ты такой? Зачем устроил здесь эту кровавую бойню? Если у тебя есть обида, немедленно говори! Конечно, несмотря на суровый тон, он тем самым давал Лин Ся возможность оправдаться, предоставляя ему пространство для маневра. — Прошу выслушать меня, господин Вэнь, — Лин Ся прекрасно понял намек губернатора, сложил руки в почтительном жесте и ответил: — Меня зовут Лин Ся, второе имя — Янь Сюй. Я всего лишь странствующий учёный. Сегодня, проездом оказавшись в городе Кайюнь, я остановился в гостинице «Приходящей Радости» на юге города. Однако семьи Чжан и Чжао, позарившись на мое имущество, привели своих людей, чтобы убить меня. К счастью, помимо чтения книг, я немного владею боевыми искусствами. Мне удалось отбиться от злодеев из семей Чжан и Чжао. Преследуя их до этого места, я обнаружил, что эти мерзавцы также промышляли похищением и торговлей людьми. Прошу вас, господин, проявить проницательность. Я не нарушал законов Империи Дахэн. То, что сегодня ночью я потревожил покой начальства и мирных жителей — лишь вынужденная мера. Прошу простить меня. На самом деле, то, что Вэнь Янь не приказал армии немедленно атаковать, а решил поговорить лично, уже было явным признаком готовности к мирному урегулированию. Однако правительство, будучи величайшей силой страны, не могло позволить себе открыто заискивать, поэтому им пришлось использовать столь суровое вступление. Мастер высшего класса, особенно тот, за кем не числится дурных дел, обладал огромным весом. Его ценность как союзника была несоизмеримо выше, чем у парочки погрязших в грехах местных могущественных семей. «Лин Ся, второе имя Янь Сюй... Должно быть, это настоящее имя Усмирителя Янься», — подумал Вэнь Янь. То, что Хуан Мао было лишь псевдонимом, не являлось секретом для всех, и уж точно не было новостью для губернатора. Выслушав объяснения Лин Ся, Вэнь Янь смягчился. Его лицо утратило суровость, и он произнес уже более мягким тоном: — Вот оно как. Убийство грабителей при самообороне, согласно законам Империи Дахэн, действительно не является преступлением. А спасение похищенных людей и вовсе заслуживает награды. Эти семьи Чжан и Чжао воистину заслужили смерть. То, что Янь Сюй столкнулся с подобным в моем округе — это мое упущение как чиновника. — Вы слишком скромны, господин Вэнь, — ответил Лин Ся. — То, что вы прибыли сюда при первой же вести о злодеях, уже говорит о многом. Вы воистину усердный чиновник, любящий свой народ. Жителям округа Кайюнь невероятно повезло иметь такого справедливого правителя. Ответив лестью на проявленную доброжелательность, Лин Ся продолжил: — Семьи Чжан и Чжао похитили в общей сложности триста двадцать три человека. Я уже оказал им первую помощь и успокоил. Дальнейший сбор доказательств преступлений этих двух семей я оставляю на вас, господин Вэнь. Время уже позднее, поэтому я откланиваюсь. Сказав это, он сделал шаг назад, и его силуэт растворился во мраке главного зала семьи Чжао, где уже давно погасли все свечи. Затем он открыл Врата двух миров и покинул это беспокойное место. — А этот юноша знает, когда нужно отступить, — с восхищением произнес Вэнь Янь, обращаясь к стоящему рядом Сюй Иню, и отвел взгляд от того места, где только что исчез Лин Ся. Лин Ся намеренно упомянул о спасенных людях и предложил властям собрать доказательства вины семей Чжан и Чжао. Тем самым он передал им в руки не только политические заслуги, но и право конфисковать имущество этих семей. И хотя Лин Ся наверняка уже забрал львиную долю, оставшихся богатств было более чем достаточно. По самым скромным подсчетам, в двух поместьях можно было наскрести десятки тысяч лянов серебра. Вэнь Янь подумал, что если бы в каждом месте его службы находился такой вот странствующий герой, который помогал бы ему сокрушать местных тиранов, зарабатывать политические очки и предоставлял возможность разбогатеть, то он, Вэнь Янь, рано или поздно вошел бы в Императорский секретариат и стал бы Главным министром. — Воистину так, — кивнул Сюй Инь. Состояние семей Чжан и Чжао было огромным, и даже просто пропустив эти богатства через свои руки, он мог бы неплохо нажиться. Это была просто сказка. По этой причине Сюй Инь не испытывал к Лин Ся никакой неприязни. Да и кто станет ненавидеть человека, который помогает тебе разбогатеть? Перекинувшись парой слов, Вэнь Янь перевел взгляд на своего телохранителя, Мастера первого класса и члена своей семьи, Вэнь Яна: — Что ты думаешь об этом Усмирителе Янься? Вэнь Ян прекрасно понимал, что на самом деле губернатор спрашивает, есть ли у него шансы на победу, если дело дойдет до открытого столкновения с этим юношей по имени Лин Ся. Немного поразмыслив, он осторожно ответил: — Реки крови в городе ясно доказывают, что его Искусство Грома обладает непревзойденной, свирепой мощью, достойной Мастера высшего класса. Однако он страдает от той же слабости, что и все мастера, полагающиеся на Искусство Грома или скрытое оружие. Из-за чрезмерной зависимости от внешних предметов, его собственные внутренние навыки и техника передвижения крайне слабы. Судя по его ауре, Сущности, Ци и Духу, он находится лишь на уровне Мастера второго класса. Если Мастеру первого класса или выше удастся подобраться к нему вплотную, или если его отравят и нападут исподтишка, он легко может погибнуть. Вероятно, семьи Чжан и Чжао решили, что смогут воспользоваться этой уязвимостью Усмирителя Янься, что и привело к их сегодняшнему самоубийственному поступку.