Часть 1 глава X: кто теряет-находит новое

Тёплый солнечный день. Лучи солнца мягко греют плечи, ветер играет листьями деревьев,вдалеке слышно пение птиц. Одна единственная дорога среди высоких зарослей полей. Казалось бы, что может пойти не так?Может вообще что‑то случится? Два парня в плащах с кровавыми облаками стояли друг к другу спиной. Они ни близки, не были друзьями, но сейчас они напарники — временные союзники в рамках миссии Акацуки. — Ты знаешь шиноби по имени Майто Дай? — нарушил молчание Дзюзо, не поворачивая головы. — Нет, — коротко ответил Итачи, его голос звучал ровно и бесстрастно. — Я знал только Майто Гая. Дзюзо хрипло рассмеялся, и в этом смехе прозвучала горечь давних воспоминаний: — А ты, похоже, про его сынишку. Я тогда был одним из семи мечников Тумана. Из‑за Майто Дая из семёрки остались только трое. Кто бы знал, что этот бородатый хер владеет такими техниками… Он на мгновение замолчал, вспоминая ту битву— вихрь стали, грохот взрывов и невероятную силу человека, который, казалось, бросил вызов самой смерти. — Так или иначе, — продолжил парень, — хочу тебе кое‑что прояснить. Мне не важно, из‑за чего или с какой целью ты в организации. Мне важно, зачем тут я. Если тебе не интересно, то ничего страшного. Бива резко поднял свой огромный меч и остановился у самой шеи напарника. Лезвие замерло в миллиметре от кожи. Угрожающе, но без намерения нанести удар. — Я хотел у тебя кое‑что спросить, — произнёс Дзюзо низким голосом. — Как ты видишь: чтобы кромсать врага, я использую этот меч. А ты? Итачи даже не дрогнул. Не поворачивая головы, он спокойно ответил: — Гендзюцу, огонь и сюрикены. Парень хрипло рассмеялся и опустил меч, проведя ладонью вдоль блестящего лезвия: — А ты чертовски скромен… Анбушник Итачи Учиха, обладатель шарингана. Клано убийца. Такими именами тебя окликнули из‑за дурной славы. После этих слов Итачи наконец повернулся к напарнику. В его глазах уже блистал шаринган. Три томоэ медленно вращались в красных радужках, фиксируя малейшее движение. — Ладно, перейдём к тактикам, — сказал Дзюзо, поигрывая мечом Кубикирибочо — тот весил не меньше двадцати килограмм, но Дзюзо держал его легко, словно тростинку. — Используй там свои сюрикены и гендзюцу или что ты там делаешь, а потом подключусь я, и ты окажешь мне поддержку. Это план Б. — А план А? — коротко спросил Учиха. — Делаем как знаем, — ответил Бива.  Итачи слегка склонил голову: — Понял. — Однако предупрежу, — Дзюзо поднял палец, его голос стал серьёзнее, — не недооценивай своего противника. —Хорошо. Шесть шиноби шли по той самой тропе.Двое из них несли паланкин — он шатался и издавал скрип при каждом шаге. Внутри кто‑то тихо стонал, но лица пассажира не было видно из‑за плотных стен. Их уже встречали Итачи и Дзюзо, преграждая путь. Плащи с кровавыми облаками слегка колыхались на ветру. — Вы кто? — настороженно спросил шиноби впереди строя, положив руку на рукоять меча. — Прочь с дороги, — холодно бросил второй шиноби, бросая взгляд на незнакомцев. Дзюзо усмехнулся, поглаживая рукоять своего огромного меча: — Деревни шиноби всегда говорят о мире и порядке, — начал он неторопливо. — Но они сильно обеспокоены, что их влияние уменьшается. За кулисами они хотят ослабить других и повысить свои силы, при этом не хотят,чтобы о их планах кто‑то узнал. Поэтому у нас всегда есть работа. И чем мирнее время, тем больше работы. Он на секунду замолчал, оценивающе глядя на шестерых противников, и тут же продолжил: — Мы выполняем каждую просьбу, и нам наплевать на детали. Будто почувствовав опасность, шиноби выхватили оружие, пропуская через него чакру.Воздух наполнился напряжением, аура силы стала ощутимой. — Ублюдки! — выкрикнул один из шиноби,сжимая кунай. — Катон: Гокакью но Дзюцу! — неожиданно произнёс Итачи, сложив печати. Огненный шар вырвался из его рта, окутывая местность пламенем и дымом. Жар опалил траву. Дзюзо мгновенно воспользовался замешательством врагов: в вихре пламени его огромный меч сверкнул — два шиноби рухнули на землю, не успев даже вскрикнуть. Итачи не терял времени. Его шаринган уже фиксировал движения оставшихся противников. Быстрым, отточенным движением он метнул сюрикены — три метательные звезды нашли свои цели, поражая еще троих шиноби. — Ах ты ж! — яростно крикнул последний оставшийся в живых шиноби, бросаясь на Итачи. Он нацелился в грудь Учихи,вкладывая в удар всю свою злость и отчаяние. Но Итачи даже не сдвинулся с места. Его глаза вспыхнули — шаринган активировал гендзюцу.Противник замер на полпути: взгляд остекленел, тело дрогнуло и безвольно опустилось на землю, словно марионетка с перерезанными ниточками. Тем временем Бива одним мощным движением разрубил паланкин пополам.Древесина треснула, занавеси разорвались, и из обломков потекла кровь. — Поэтому мы не знаем, кто там внутри, — равнодушно произнёс Дзюзо, вытирая лезвие меча о траву. — Да нам и не интересно.                                       *** — Старик, ты уже нас встречаешь! — воскликнул Шин, подходя к воротам храма и широко улыбаясь. Его шаги эхом отдавались по каменным плитам. — Старейшина, рад вас видеть в здравии, — почтительно произнёс Шиди, одновременно шутливо ударяя младшего брата по плечу. — И,кажется, кто‑то опять забыл о манерах. Монах стоял чуть впереди них, у массивных деревянных ворот храма. Его подол кимоно плавно развивался у самого пола от лёгкого ветерка. Лицо выражало величие и мудрость,глубокие морщины вокруг глаз говорили о прожитых годах и накопленной за них премудрости. Но, увидев двух парней, он тут же расхохотался. — Ну что за дети! — сказал мужчина, вытирая выступившие от смеха слёзы. — Младший называет стариком, старший — старейшиной.Вот внуки же пошли! Мэй улыбнулась этой сцене. Наконец‑то они дошли до дома. Девушка давно считала храм своим домом — она тут проживала с момента вступления в Анбу. Тут прошли самые светлые годы её жизни, хоть и было трудно:долгие тренировки на рассвете, изучение древних техник, ночные дежурства у ворот.Каждый уголок храма был ей знаком, каждый камень во дворе помнил её шаги. Шин и Шиди буквально были наследниками этого места — они внуки Бансая и единственные  выжившие члены  его семьи. Они всю свою жизнь провели в храме: учились ходить поэтим дворам, тренировались в тени древних деревьев, постигали мудрость старейшины.Для них храм был не просто домом — это была их крепость, их школа, их семья. Бансай окинул взглядом всю команду,задержавшись на девушке, что стояла позади остальных. Её лицо не выражало ничего, но она каждый раз чуть вздрагивала, будто стараясь подавить рвущиеся наружу эмоции — то ли облегчение от возвращения, то ли тяжесть пережитых битв. — Ты Юри? — спросил старик, внимательно вглядываясь в её лицо. Узумаки кивнула, глядя прямо в глаза собеседника.— Рад тебя видеть, дитя, — мягче произнёс монах. — Мэй, покажи ей комнату. Потом жду вас всех на заднем дворе. Нам есть о чем поговорить. Мэй кивнула и жестом пригласила Юри следовать за ней. Они направились вдоль галереи с резными колоннами, мимо цветущих сакур. — Здесь тихо и спокойно, — тихо сказала Мэй,ведя гостью по извилистым дорожкам. — В этой части храма гостевые комнаты. Ты будешь рядом со мной. Юри огляделась: стены украшали старинные свитки с иероглифами, на подоконниках стояли горшки с цветущими орхидеями. Воздух был наполнен ароматом благовоний и свежести. — Это место умеет исцелять, — улыбнулась Мэй. — Отдохни немного. Старейшина будет нас ждать.Готовься — разговор будет долгим и важным. Она открыла дверь в уютную комнату с низким столиком, татами на полу и окном, выходящим в сад. — Располагайся. Через полчаса встретимся у заднего двора. Зеленоглазая Юри шла по тропинке,внимательно наблюдая за происходящим вокруг. Пара молодых монахов тренировались неподалёку, отрабатывая техники.Монахи в возрасте следили за новым поколением: кто‑то одобрительно кивал, кто‑то делал замечания, указывая на ошибки, а один из старейшин демонстрировал правильное положение кистей. Воздух наполнял запах цветущих трав и благовоний, доносившийся из храма. — Юри, мы здесь! — громко крикнула Анами,махая рукой. Она стояла рядом с Шином и Шиди у небольшого фонтана, где вода тихо журчала,падая в каменный бассейн. Рядом на ветвях пели птицы, добавляя гармонии в эту мирную картину. Узумаки молча подошла к ним и кивнула в знак приветствия. Её взгляд на мгновение задержался на играющих бликах солнца на поверхности воды — они напомнили ей о водопаде. — И что с тобой уже происходит? — хмыкнул Шин, прищурившись. — На миссии была разговорчивей, а сейчас молчишь, будто воды в рот набрала. — Шин, заткнись, — беззлобно стукнула его Мэй, бросив на Юри обеспокоенный взгляд. — Видишь же, она не в настроении. Дай человеку прийти в себя. В этот момент к группе подошёл старейшина Бансай. Он на мгновение замер, словно оценивая обстановку, затем повертел головой,улыбнулся и, развернувшись, пошёл вперед вдоль дорожки, усыпанной лепестками сакуры. Ребята сразу ступили за ним, каждый погрузился в свои мысли. Шин тихонько что‑то напевал себе под нос, Мэй задумчиво теребила край рукава,Шиди украдкой поглядывала на Юри, а сама девушка пыталась собраться с силами. Старейшина остановился у входа в небольшую беседку, увитую плющом и диким виноградом.Он обернулся и твёрдо произнёс: — Все, кроме Юри, идите на тренировку.Шиди ты за старшего. Шиди кивнул: — Понял, старейшина. Пойдёмте, ребята. Шин недовольно скривился, но послушно двинулся следом за братом. Мэй на мгновение задержалась, бросила на Юри ободряющий взгляд и прошептала: — Всё будет хорошо. Мы рядом. Если что — зови. Когда остальные отошли на достаточное расстояние, монах жестом пригласил Юри войти в беседку. Он сел на низкую скамью,указал девушке на место напротив и внимательно посмотрел на неё своими мудрыми глазами, в которых читалась непросто забота, а глубокое понимание чего‑то скрытого — Люди не могут изменить прошлое. Всё, что мы можем, — стремиться принять будущее, — спокойно произнёс он, глядя на зеленоглазую с мудрой улыбкой. Его глаза, глубокие и проницательные, словно видели не только ее лицо, но и всю бурю эмоций, бушующую внутри. — Что? — удивилась девушка, слегка отпрянув.В её зелёных глазах отразилось недоумение. — Как это… относится ко мне? — Так считал Хаширама Сенджу, — пояснил монах, сложив руки на коленях. — У тебя сложное прошлое, его не изменить и не забыть.Но ты должна идти в будущее и не зацикливаться на прошлом. Оно тянет вниз,сковывает руки, мешает раскрыть крылья. — Я не… — начала было Юри, но старейшина мягко поднял руку, останавливая её. — Кто теряет, тот находит что‑то новое, — сказал старик, и в его голосе прозвучала древняя мудрость веков. — Я не хочу находить новое, — резко ответила Юри, сжимая кулаки. Её голос дрогнул, выдавая скрытую боль. — Новое — это неопределённость. Это страх снова потерять. — А разве ты уже не нашла? — улыбнулся Бансай и кивнул в сторону двора, где ее товарищи продолжали тренировку.  Шин, хоть и ворчал, старательно отрабатывал техники, Мэй корректировала свои движения, а Шиди следил за общей дисциплиной.— Взгляни на них, твой отряд. Они уже стали частью твоей жизни. Юри  посмотрела в ту сторону. На мгновение её взгляд задержался на Хаяси старшего— тот,заметив это, на секунду прервал тренировку и коротко кивнул ей, будто подтверждая слова старейшины. — Они не рады мне, — тихо произнесла Юри,опуская глаза. — Я чужая для них. — Ещё как рады, и ты рада, — мягко возразил старик. — Ведь ты готова была пожертвовать собой ради члена этого отряда, хотя вы и были на первой миссии вместе, и ты не знаешь их как старых друзей. Это многое значит. — Откуда вы знаете? — удивилась девушка,удивлённо вскинув брови. — Шин жаловался, — усмехнулся монах. — Он хоть и злится, и не принимает тебя, но это скоро изменится. Видишь ли, он не умеет скрывать свои чувства. И в том, как он ворчит,больше заботы, чем раздражения. Просто он еще не научился это показывать. Юри помолчала, обдумывая слова старейшины. Её взгляд снова метнулся к двору.Мэй что‑то объясняла парням, жестикулируя,Шиди одобрительно кивнул, когда та выполнила движение правильно, а Шин,закончив упражнение, вытер пот со лба и на секунду посмотрел в сторону беседки — прямо на Юри. — Ты усомнилась в воле огня, и это нормально, — начал собеседник Юри . Его голос звучал мягко, но твёрдо, словно камень, обточенный веками. — Ты запуталась и потерялась. Я много прожил в этом мире, чтобы понять человека по взгляду. Ты пытаешься скрыть свои эмоции, чтобы казаться сильной, но так ты теряешь себя. Юри опустила глаза, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. Ей хотелось возразить, сказать, что она вовсе не потерялась, что держит всё под контролем. Но слова застряли в горле. — Я… не понимаю, о чём вы, — тихо произнесла Юри, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Приходи завтра на тренировку, и увидим, — повторил Бансай, и в его голосе прозвучала непросто констатация, а обещание чего‑то важного. — Но прежде чем уйти, послушай еще несколько слов. Юри подняла взгляд, в её глазах читалась смесь сопротивления и затаённой надежды. — Воля огня — это не только сила, не только решимость идти до конца, — продолжил старейшина, медленно расхаживая по беседке.— Это ещё и способность гореть, не сгорая дотла. Умение принимать помощь, доверять тем, кто рядом. Вера в любовь и в дружбу.                                                          *** Они передвигались по лесу — ночному, зловещему, будто вышедшему из кошмара. Ветви цеплялись за плащи, туман стелился между деревьями, скрывая следы. Акацуки спешили к границе Туманной деревни, стремясь исчезнуть до рассвета.Но что‑то изменилось. — Эй, — внезапно произнёс Итачи, остановившись. Его шаринган напряжённо вращался, сканируя пространство. — Ага, Киригакуре но Дзюцу, — коротко кивнул Дзюзо, сжимая рукоять меча.  Плотный туман вдруг окутал лес, сгустился так, что даже опытные шиноби не могли разглядеть друг друга на расстоянии вытянутой руки. На мгновение казалось, что Акацуки исчезли — будто их и не было. Но резкий порыв ветра ворвался в лес, разрывая туман, как тряпку. И в этом порыве прозвучал голос: — Футон: Тайфука Микуджи. Гигантский вихрь ворвался в рощу, сбивая деревья, вырывая с корнем кусты. Земля вздрогнула, и туман рассеялся. — Это же… — Дзюзо на мгновение замер, его глаза расширились.Или удивился, или испугался. —Четвёртый? — Это Мизукагэ? — нахмурился Итачи, впервые за долгое время проявляя искру настоящего интереса. — Забыл, о чём я тебя предупреждал?—выпилил парень. Из разрыва тумана шагнул юноша. На вид ему едва исполнилось пятнадцать. Он стоял, не боясь, словно знал: это не просто встреча. — Это же ещё просто ребёнок, — скептически бросил Учиха, но его поза стала напряжённой. Шаринган уже анализировал каждое движение. — Он — джинчурики Трёхвостого, — тихо, но чётко произнёс Дзюзо, перехватывая меч. — И с ним спецотряд кровавого тумана. — Не думал я, что ты снова появишься у меня в деревне, Дзюзо, — подал голос четвёртый,делая шаг вперёд. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне лунного неба, а в голосе звучала смесь гнева и горькой ностальгии. — Не то чтобы я хотел, выбора не было, — коротко бросил Дзюзо, крепче сжимая меч палача. Его взгляд скользил по строю противников, оценивая расстановку сил. — Я столько хочу тебе высказать, но, покрайней мере, я верну обратно клинок палача,— продолжил Ягура — Даже если твой напарник обладает шаринганом. Бива хмыкнул, чуть наклонив голову: — М‑да, похоже, застать их врасплох с помощью твоего гендзюцу не  получится.Используем план С. — План С? — Итачи слегка приподнял бровь, но в глазах уже мелькнуло понимание. — Хорошо. Все сразу насторожились — и шиноби, и сам Ягура. Никто не знал,чего ожидать от этих двоих из Акацуки. Воздух словно сгустился от напряжения, каждый ждал атаки. Но вот какое удивление — вместо того чтобы напасть на врагов, Учиха резко развернулся и атаковал Дзюзо. Его движение было настолько стремительным, что даже опытные шиноби замерли, не веря своим глазам. — Осторожно! — крикнул Мизукагэ. — Это ловушка! Но он не успел предупредить своих людей:парень уже взлетел в воздух, занося меч для ударна.Лезвие вонзилось в почву, и в тот же миг земля под ногами противников задрожала. — Это водный клон! — разъярённо выкрикнул один из шиноби. — Проклятье, нас обманули! — Итачи! — Дзюзо ухмыльнулся, вытаскивая меч из земли. — Катон: Гокакью но Дзюцу! — произнёс Итачи, выдыхая огромный огненный шар. Пламя с ревом устремилось вперёд, охватывая Мизукагэ. — Четвёртый! — выкрикнул один из шиноби из кровавого тумана, но не успел он закончить фразу, как клинок палача молниеносно поразил его.  Движение Дзюзо было настолько быстрым, что никто даже не успел среагировать.Огонь постепенно угас, и Итачи отчётливо увидел черно‑красную чакру, окутавшую Ягуру. Аура была плотной,почти осязаемой — она пульсировала в ритме дыхания Мизукагэ, словно живое существо. — Вы двое, пощады не ждите! — прогремел Ягура, и его голос уже не был человеческим — в нём звучали низкие, звериные ноты. — Трёхвостый? — удивлённо произнёс Итачи. — Четвёртый может управлять своим зверем,это тебе не ребята из Конохи, — коротко объяснил Дзюзо. Зверь взревел, его три хвоста взметнулись, создавая вихрь из чакры. Одним мощным ударом лапы он бросился на парня, отталкивая того в старое дерево с такой силой, что ствол треснул. Итачи попытался помочь напарнику, сложив печати для новой техники, но Ягура оказался быстрее. Что‑то твёрдое,похожее на водяные цепи, окутало Учиху,сковывая движения. Он попытался разорвать путы, но они лишь сильнее сжимались,блокируя поток чакры. — Дзюзо! — крикнул Итачи, когда тот, с трудом поднявшись, отбил очередной удар Трёхвостого и отпрыгнул в сторону. — Это его техника коралловой ладони, — прохрипел Бива, вытирая кровь с губы.  Резкий грохот и дым окутал местность, клубы пепла и пыли взметнулись в воздух. Учиха отлетел в сторону, ударившись о ствол дерева.Встав и отряхнувшись, Итачи сквозь рассеивающийся дым увидел своего напарникаи его клинок — отломанный у основания,глубоко воткнутый в самого хозяина . — Дзюзо! — выкрикнул Итачи, бросаясь к нему. Дзюзо сидел, тяжело опираясь ствол дерева. Кровь струилась по его телу, капала на землю, смешиваясь с пылью. Он поднял взгляд на Итачи и слабо усмехнулся: — Итачи, уходи. У тебя ещё есть шанс. Трёхвостый не унимался — его массивная лапа снова замахнулась, целясь в Биву. Но в этот миг Итачи почувствовал, как внутри него что‑то изменилось. Его зрение исказилось, а затем глаза вспыхнули — активировался Мангекё. Чёрное пламя окутало Ягуру,мгновенно поглощая. Пламя лизало его доспехи,проникало в чакровые каналы, заставляя джинчурики отступить — Что это? — удивлённо произнёс Итачи, сам поражённый силой техники. — Сила Мангекё?.. Зрение тут же помутнело — острая боль пронзила глазницы, перед глазами поплыли темные пятна. Учиха схватился за глаз, пытаясь сфокусироваться, но мир вокруг дрожал и расплывался. — Ты его убил? — хрипло спросил Дзюзо, с трудом удерживаясь на ногах. — Нет, он ещё живой, — ответил Итачи, подходя ближе. — Уходи без меня, — парень горько улыбнулся. — Ты знаешь, мне не выжить.                                    *** Узумаки шла на тренировочное поле, где ее уже ждали. Она не знала, как и что хочет от нее узнать Бансай.Подойдя к отряду, она увидела, как монах улыбнулся — спокойно и чуть лукаво, словно знал что‑то, чего не знала она. — Юри, что у тебя за оружие? — спросил тот,внимательно изучая её позу и положение рук. — Я тренируюсь управлять катаной, но своей у меня нет, — честно ответила девушка, слегка пожав плечами. — На, пока мою, — Шиди шагнул вперёд и протянул ей клинок в простых, но в добротных ножнах. Юри хотела отказаться — она не любила быт обязанной, да и чужое оружие казалось ей неродным. Но, поймав взгляд старика — внимательный, чуть испытующий, — молча приняла катану. — Нападай, — коротко приказал Бансай,вставая в свободную стойку. — Чего? — удивилась Юри. Не то чтобы она сомневалась в силах монаха — она прекрасно знала, насколько он опытен, — но сама мысль паковать его казалась кощунственной. — Не переживай, нападай, — повторил Бансай слёгкой улыбкой. — Покажи, на что способна. Шин хмыкнул и чуть отошёл в сторону, не желая смотреть на то, что, по его мнению,должно было стать неловким зрелищем. Мэй сочувственно похлопала капитана по плечу,словно уже знала,что будет. Шиди последовал за ними, но обернулся через плечо — в его взгляде читалось любопытство. Вздохнув, зеленоглазая приготовилась. В голове промелькнули все уроки по владению катаной, которые она когда‑либо слышала.Собравшись с духом, она побежала на Бансая,занося катану вверх для широкого рубящего удара. Резкий хруст — и крик оглушил присутствующих. Юри зубами сжала губы,чтобы сдержать боль и эмоции, готовые вырваться наружу. Она упала на колено,держась за руку — та неестественно искривилась в районе предплечья.Узумаки стиснула зубы, сдерживая новый вскрик. — Боль — это часть обучения, но ты не должна ее закрывать, — произнёс монах твёрдо. — Ты притворяешься сильной, будь ей. Надеюсь,твоя регенерация детя действует быстро. Юри резко вырвалась из хватки, наплевав на боль. Стиснув зубы, она схватила катану левой рукой и снова встала в боевую стойку, готовая напасть. Но Бансай уже просто пнул её в бок — ломая ребра. — Тебе больно, но ты не плачешь. Ты не надопросе, чтобы сдерживать себя. Пусть твои эмоции возьмут верх. Боль, гнев, страх — все это часть тебя. Используй это, а не прячь. Юри почувствовала неприятное ощущение: ее ткани и кости начали срастаться. Регенерация действовала — сначала утихла острая боль в руке, затем перестало ломить рёбра. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в теле и бурю эмоций внутри. — Как вы одним ударом ломаете мои кости? — спросила Узумаки, всё же удерживая эмоции под контролем. Её голос дрожал, но в нем звучала не слабость, а искреннее любопытство. — Я просто вкладываю много чакры, вот и всё,— спокойно ответил Бансай, слегка кивнув. — В этом нет магии — только дисциплина и контроль. Спустя час Юри полностью восстановилась, и они снова продолжили тренировку. Только в этот раз у монаха в руках была какая‑то палка — простая, без украшений, с чуть потемневшей от времени древесиной.  Девушке было как‑то наплевать на это. Она хотела доказать себе — или другим, — что она не скрывает себя, что может выдержать всё. Палка старика всё время врезалась в тело девушки, оставляя неглубокие, но болезненные раны. Боль разносилась по всему телу,пульсировала в висках, заставляла мышцы сжиматься. Но Юри не отступала. Она поднималась после каждого падения, снова и снова бросалась в атаку, стискивая зубы и стараясь не обращать внимания на боль. В какой‑то момент она поймала ритм — удары Бансая больше не казались хаотичными. Она начала предугадывать их, уворачиваться,блокировать. В груди разгорался странный огонь — не гнев, не отчаяние, а что‑то новое: сосредоточенность, ясность, понимание. Монах сделал шаг назад и опустил палку. — На сегодня достаточно, продолжим завтра, — произнёс он, глядя на Юри с едва заметным одобрением. — И так каждый день, пока ты не откроешься.                                              *** Что может быть гнуснее удара со спины?Орочимару, словно скользкий змей, напал на своего напарника: из‑за спины его рука‑змея обвила тело Учихи, пытаясь сковать движения. — Итачи, ты понял, что такое вечная жизнь? — шептал он,будто змеиное шипение. — Вот и я не знаю… Но я в поисках тела. Тела, что поможет мне найти эту вечную жизнь. — Твоя главная проблема — твои желания, — спокойно ответил Итачи, даже не дрогнув. Орочимару  замер: — Не может быть! Ты использовал на мне Шаринган? Предатель уже попался: иллюзия Шарингана пригвоздила его к массивному деревянному столбу — позорно, беспомощно, словно пса за проступок. Орочимару попытался сложить печати, но реакция Учихи была бесценна:резкий взмах куная — и струйка крови вместе с рукой отлетели в  сторону, оросив сухую землю. — Орочимару, какую технику ты бы ни использовал, — начал Итачи, медленно приближаясь, — против моих глаз они бесполезны. — А ты довольно прямолинейный, — хрипло проговорил змей, пытаясь сохранить самообладание. — Не знаю, что с тобой делать, — произнёс Итачи, занося кунай ближе к лицу Орочимару.— Убить или оставить для чего‑то более полезного? — Итачи… — едва слышно выдохнул саннин. — Тебе просто не хватает желания жить, — холодно заключил Учиха. Но Итачи не позволили что‑то сделать: с тихим свистом в воздухе промелькнули сюрикены.Разве мог Учиха их не заметить? Он сразу отпрыгнул в сторону, легко уходя от атаки. — Орочимару‑сама! — раздался голос. Воздух дрогнул — взрыв грянул там, где только что стоял Итачи. Но Учиха успел увернуться. — Ты точно за это поплатишься! — яростно выкрикнул Орочимару, бросая последний взгляд на Итачи. В следующий миг саннин и его помощник растворились в клубах дыма и теней. Учиха остался один посреди опустевшей поляны. Он опустил кунай, медленно выдохнул и провёл рукой по лбу. Все уже узнали о предательстве Орочимару — кто‑то злился, кто‑то уже догадывался. Но сам лидер приказал оставить это на потом: сейчас им нужны были люди, а не разборки.  У Итачи появился новый напарник —Кисаме. И вместе с ним они отправились на поиски новых членов для Акацуки.                                     *** Осознание — это что‑то такое, что приходит не сразу. Только через труд и усилия ты можешь что‑то осознать. Все эти полгода Юри задумывалась, что же происходит не так.Почему она сейчас тут и каждый божий день ей ломают кости? Но в какой‑то момент она все поняла. Тренировочное поле было всё таким же — вытоптанная земля, старые храмы по краям,следы ударов чакры на камнях. Юри стояла перед Бансаем, тяжело дыша. Её одежда была порвана в нескольких местах, на коже — свежие ссадины и синяки. — И снова ты не открылась, — сказал монах,спокойно глядя на неё. В его глазах не было ни осуждения, ни раздражения — только терпеливое ожидание. — Эмоции — это не слабость, это сила. С ними ты можешь победить своих врагов. Без них — ты лишь марионетка,которая повторяет заученные движения. Юри опустила взгляд на свои дрожащие руки. В голове пронеслись тысячи воспоминаний из прошлого — моменты, которые уже не повторишь. Воспоминания, которые она так старательно прятала глубоко внутри, боясь, что они сделают её уязвимой. Слезы полились сами собой, будто это стало стартом большой истории. Сначала одна капля скатилась по щеке, затем другая… Узумаки не пыталась их остановить. Она просто стояла,позволяя эмоциям вырваться наружу. Бансай не шевелился. Он просто ждал — терпеливо, без слов. А потом что‑то внутри неё сломалось. Не кость,не мышца — барьер, который она возводила после первой смерти . Всхлип вырвался из груди, а за ним — ещё один.  Зеленоглазая опустилась на колени, всё еще держа катану в руке, но теперь оружие казалось ей не продолжением воли, а просто куском металла. Вся в крови, со сломанной ногой, которую она едва чувствовала из‑за боли, она лежала и смотрела на небо. Оно было таким же, как и всегда — бескрайнее, равнодушное, вечное.  Но сейчас оно не пугало её. Напротив — оно словно давало ей пространство, разрешало быль слабой, разрешало показывать эмоции. Сначала она тихо плакала, сдерживаясь, глотая слезы и всхлипы. Потом — громче,неудержимее. А затем, словно маленький ребенок после долгого дня обид и несправедливостей, она разрыдалась в голос.Рыдания сотрясали её тело, боль в ноге пульсировала в такт дыханию, но впервые за долгое время Юри не пыталась это игнорировать. Она чувствовала. Бансай подошёл ближе и присел рядом. Его голос прозвучал мягко, почти нежно: — Вот так, — произнёс он. — Теперь ты на верном пути. Боль, страх, гнев, радость, любовь— всё это часть тебя. Когда ты перестаёшь прятать свои эмоции, они перестают управлять тобой исподтишка. Они становятся топливом.Силой, которую ты можешь направить. Юри подняла на него заплаканное лицо. Слезы все ещё текли, но в груди что‑то изменилось.Впервые за долгое время она не чувствовала себя слабой. Наоборот — она ощущала, как внутри разгорается огонь. Не слепая ярость, а ясная, чистая энергия. — Я… я поняла, — прошептала она.  Монах улыбнулся и протянул ей руку: — Вставай. Теперь мы начнём настоящую тренировку. Юри ухватилась за его руку и поднялась на ноги. Боль в сломанной ноге всё ещё была ощутима, но она больше не сковывала.Девушка выпрямилась, подняла катану и встала в стойку — не идеальную, не заученную, а свою. — Да, — сказала она твёрдо. — Давайте начнём. Бансай кивнул, и в его глазах мелькнуло одобрение: — Хорошо. Первый урок: почувствуй свой гнев.Не подавляй его — направь в удар. Юри глубоко вдохнула, сосредоточилась на тепле внутри, на той силе, что родилась из её слёз, и шагнула вперёд.                                                           *** — Эй, неужели ты и вправду уходишь? — Мэй отвела взгляд, в её голосе звучала неподдельная грусть. — Ты же наш капитан! — Я всего лишь на неделю, Мэй, — мягок ответила Юри, стараясь улыбнуться. — Меня ждет брат. — Увидимся, — сказал Шиди, махая рукой. В его глазах читалась искренняя теплота — он искренне желал ей хорошего отдыха и встречи с близким человеком. Юри кивнула, благодарно улыбнувшись в ответ.Шин ничего не сказал — он просто стоял чуть в стороне и смотрел. Цокнув языком, он резко развернулся и ушёл, не проронив ни слова.Узумаки не обижалась: она понимала, что Шин навряд ли когда‑нибудь её по‑настоящему примет. В глубине души она даже не винила его— у каждого свой путь и свои барьеры. Девушка неторопливо подходила к дому — тому самому месту, где её ждал самый лучший мальчик на свете, её луч во тьме. Сердце билось чаще с каждым шагом: предвкушение встречи согревало изнутри, прогоняя остатки тревоги и усталости после долгих тренировок. Когда Юри зашла внутрь, Наруто ещё сладко спал. Его золотистые волосы разметались по подушке, а лицо было таким безмятежным, что на мгновение зеленоглазая замерла, боясь нарушить этот мирный сон.  Но тут же её взгляд скользнул по кухне — и Узумаки ужаснулась: ни нормальной еды, ни чего‑то, из чего можно было бы приготовить хоть что‑то. Она быстро накинула плащ и вышла в город.Знакомые улочки, запахи еды из лавок, голоса прохожих — всё это казалось каким‑то особенно тёплым и родным сегодня. В магазине Юри выбрала самые свежие ингредиенты: ароматные специи, упругие грибы шиитаке, нежную свинину, тонкую лапшу и, конечно, особый соус, который так любил Наруто. Вернувшись домой, она принялась за дело.Движения были чёткими, почти ритуальными:нарезать мясо аккуратными ломтиками,обжарить его до золотистой корочки, добавить грибы и овощи, залить ароматным бульоном. Лапша опустилась в кипящую воду, а Юри тем временем смешала соус — тот самый,фирменный, который делал рамэн по‑настоящему особенным. Кухня наполнилась уютными запахами: дымком от плиты, пряностью специй, насыщенным бульоном.Узумаки аккуратно разложила всё по тарелкам, украсив зеленью и половинкой варёного яйца.В этот момент из комнаты донёсся сонный голос: — Юри? Это ты? Девушка обернулась и улыбнулась так широко,как не улыбалась уже давно: — Да, Наруто, это я. Просыпайся — я приготовила твой любимый рамэн.Конечно,не так как в Ичираку,но надеюсь тоже вкусно. Наруто, ещё взъерошенный после сна, замер на пороге кухни, а потом его лицо озарилось такой искренней радостью, что у Юри защемило сердце. — Ты вернулась! И приготовила рамэн?! — он бросился к столу, но вдруг остановился и посмотрел на сестру по‑взрослому серьёзно. — Я скучал! Юри почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы — но на этот раз не от боли, а от тепла, которое разливалось внутри.Она подошла к брату, взъерошила ему волосы и села рядом: — Ешь, пока не остыло. И расскажи мне всё‑всё,что тут происходило, пока меня не было. Наруто с энтузиазмом взялся за палочки, одновременно начиная рассказывать какую‑то длинную историю. — Доедай и пойдём погуляем, — сказала, улыбаясь, Юри. — Давай лучше на тренировку! — тут же выпалил Наруто, глаза его загорелись азартом. — Я вчера почти научился делать тот трюк с кунаями, который нам показывали на уроке! Хочу попробовать ещё раз — с тобой будет веселее! И ты могла бы подсказать, где я ошибаюсь. Узумаки на мгновение замерла, потом рассмеялась — искренне, от души, так, как не смеялась уже давно. Звук собственного смеха удивил её: он прозвучал легко и свободно, без привычной внутренней скованности. — Вижу, ты уже всё спланировал, — она покачала головой, но в глазах светилась нежность. — Хорошо, с тобой — куда угодно. Но с одним условием: сначала доедаем, а потом — хоть на край света. Наруто вздохнул преувеличенно тяжело, но послушно вернулся к тарелке. — Ладно-ладно… Но я всё равно быстрее тебя закончу! — Спорим? — подмигнула девушка, беря палочки. — Да! —брат тут же заработал палочками вдвое быстрее. — На то, что я потом выбираю, куда пойдём обедать! — Согласна, — рассмеялась Юри. — Но если выиграю я, мы сначала зайдём к старушке Чиё — она вчера испекла свои фирменные моти. — О, это честно, — мальчик на секунду задумался, потом кивнул. — Моти — это серьёзно. Ладно, сражаемся! Они принялись за еду с удвоенным энтузиазмом, бросая друг на друга шутливо‑соревновательные взгляды. Через пару минут Наруто, торжествующе вскрикнув, отодвинул пустую тарелку: — Я победил! Юри только покачала головой, доедая последние кусочки: — Хитро ты, братец. Но я не возражаю. Куда пойдём? — На тренировочное поле у реки! — Наруто вскочил, уже представляя себе предстоящие упражнения. — Там просторно, никто не мешает, и вода рядом — если упаду, не так больно будет! — Логично, — улыбнулась Юри. — Идём. Они вышли из дома и зашагали по улицам Конохи. Наруто без умолку болтал, Юри слушала, кивала, иногда вставляла короткие реплики — и чувствовала, как внутри что‑то теплеет. Когда они добрались до поляны у реки, светловолосый сразу же достал кунаи и встал в стойку: — Смотри! Я делаю так: бросок, поворот, уклонение, ещё бросок… Он метнул кунай в мишень, попытался развернуться — но запнулся о корень дерева и чуть не упал. Юри вовремя подхватила его за плечо: — Помедленнее, Наруто. Ты слишком торопишься. Давай разберём движение по частям. Сначала — стойка. Поставь ноги шире, колени чуть согни. Да, вот так. Теперь дыхание: вдох перед броском, выдох — когда выпускаешь оружие. Она показала ему правильную позицию, поправила положение рук. — А теперь попробуй ещё раз. Медленно. Чувствуй каждое движение. Наруто сосредоточился, повторил всё, как сказала сестра. На этот раз кунай вонзился точно в центр мишени. — Получилось! — он радостно подпрыгнул. — Юри, ты лучшая! — Ты сам молодец, — Юри потрепала его по волосам. — Просто нужно слушать своё тело. Сила — не только в мышцах. Она — в осознанности, в контроле. — Осознанность… — Наруто наморщил лоб, пытаясь запомнить новое слово. — Это когда ты не просто машешь руками, а чувствуешь, что делаешь? — Именно, — кивнула Юри. — Давай ещё раз. И на этот раз — попробуй добавить прыжок после второго броска. Наруто кивнул, сосредоточился — и на этот раз выполнил всю последовательность почти идеально. Юри улыбнулась: в этот момент она отчётливо поняла, что именно такие мгновения и есть настоящая сила. Не та, что ломает кости, а та, что помогает другим становиться сильнее. — Отлично, — сказала она. — Теперь перерыв. Идём за моти? — Но я же выиграл спор! — возмутился Наруто. — Зато я научила тебя новому трюку, — парировала Юри. — Так что считаем это ничьей. По рукам? — По рукам! — рассмеялся Наруто и, схватив сестру за руку, потянул её в сторону лавки со сладостями.                                     *** Всю неделю Юри и Наруто проводили время вместе — тренировались, гуляли по Конохе, ели моти у старушки Чиё, заходили в Ичираку,смеялись и делились всем, что накопилось за время разлуки.  Только иногда девушка ненадолго уходила — чтобы проведать Саске. Из тени, так, чтобы он её не видел. Она приносила ему ужин, оставляла у двери, а потом пряталась в переулке и следила издалека за его безопасностью. После очередного такого визита Юри возвращалась домой лёгким шагом, с тёплой улыбкой — сегодня Саске хотя бы взял еду, не оставил её гнить у порога.  Но вдруг она почувствовала знакомую чакру брата — и еще пару чужих. Чакра Наруто была напряженной, почти дрожащей, а остальные излучали злорадство. Юри резко сменила маршрут и последовала за сигналами чакры. Она двигалась бесшумно,прячась за домами и деревьями, пока не вышла к старой игровой площадке на окраине деревни. То, что она увидела, разозлило её не на шутку. Четверо мальчишек окружили Наруто. Один из них, самый высокий, тыкал пальцем ему в грудь: — Да кто ты вообще такой? Сирота без родителей, да ещё и без таланта! Наруто не плакал — он стоял, сжимая кулаки, и пытался сдержать дрожь в руках. Перед этим он как раз пытался выполнить технику клона — так, как показывали на уроках в Академии. Но вместо десятка копий получился лишь жалкий дымок, который тут же рассеялся. — Ха-ха! — засмеялся другой мальчишка. — И это всё? Да ты даже простейшую технику сделать не можешь! Третий толкнул его в плечо: — Убирайся от сюда, урод! Никто не хочет с тобой играть! Наруто напружинился и сделал шаг к самому высокому обидчику, замахнулся, готовый ударить… Но в последний момент остановился.Сжал кулаки так, что побелели костяшки,глубоко вдохнул и выпрямился. — Я… я всё равно стану Хокагэ, — произнёс он твёрдо, глядя прямо в глаза противнику. — И тогда вы все увидите, на что я способен. — Хокагэ? — издевательски протянул высокий.— Да тебя даже в команду не возьмут после академии! Ты же никчёмный! В этот момент Юри вышла из‑за дерева,шагнула на площадку и громко, властно произнесла: — А ну, разошлись! Мальчишки обернулись. При виде Юри, с ее серьезном лицом и напряжённой позой, они невольно отступили от Узумаки. — Кто вы такие, чтобы так с ним разговаривать?— Юри подошла ближе, встала рядом с братом,заслоняя его собой. — Вы думаете, сила — это унижать тех, кто один? Сила — это защищать. А вы просто кучка трусов, которые нападают толпой на одного. Высокий мальчишка попытался взять верх: — Да кто ты такая, чтобы нам указывать? — Я его сестра, — отрезала Юри. — И я вам советую запомнить: если ещё раз увижу, что вы его обижаете, вы со мной иметь дело будете. Она сделала шаг вперёд. Мальчишки переглянулись — и, не сговариваясь,попятились. — Пошли отсюда, — буркнул самый высокий. — С сумасшедшими связываться — себе дороже. Они развернулись и поспешно ушли,перебрасываясь тихими репликами и бросая на Юри опасливые взгляды. Как только они скрылись из виду, Юри обернулась к брату. Он всё ещё стоял прямо,с гордо поднятой головой, хотя дыхание было прерывистым, а в глазах читалась усталость от напряжения. — Ты молодец, — сказала Юри, положив руку ему на плечо. — Видела, как ты сдержался. Не ударил, хотя мог. Это и есть настоящая сила — контролировать себя, даже когда тебя провоцируют. — Я хотел показать им клона, — тихо сказал Наруто. — Но не получилось… — И что? — Юри улыбнулась и взъерошила ему волосы. — У меня тоже не всё получалось с первого раза. Знаешь, сколько раз я падала,пока училась правильно держать катану? Зато теперь я могу показать тебе пару приёмов,которые точно впечатлят этих ребят. Хочешь? — Хочу! — Наруто тут же просиял. — Пошли скорее! Он схватил сестру за руку, и они зашагали прочь от площадки. Юри оглянулась через плечо — просто убедиться, что обидчики не вернулись. В груди всё ещё кипела злость, но теперь она была под контролем. Она защитит Наруто. Всегда.                                     *** Тихие шаги раздавались по тропе, ведущей к храму огня. Лёгкий дождь капал, а ветер развивал полы плаща. Парень шёл медленно, неся на руках подругу.Она тихо сопела, уткнувшись ему в грудь. На ее теле были раны, кое‑где проступала запекшаяся кровь, но кожа уже чуть порозовела. — Хатаке Какаши? — удивился Шиди, выходя из храма. Его брови взметнулись вверх, а взгляд метнулся с раненой девушки на спокойное лицо Какаши. — Что с ней? — Хаяси Шиди, приветствую, — Какаши чуть склонил голову. — Я нашёл её возле храма,возвращаясь с миссии. Она скоро восстановится, регенерация уже действует. — Давайте её мне, — Шиди протянул руки, в его глазах читалась тревога. — Лучше покажите, где её комната, я её отнесу,— твёрдо ответил Какаши, крепче прижимая Юри к себе. — Простите, но она мой капитан, — начал Хаяси,делая шаг вперёд. — И тем более, пока она ученица храма, и я, как его наследник, должен заботиться о всех, кто принадлежит храму. Какаши хотел возразить, но, встретив настойчивый взгляд Шиди, всё же передал подругу ему. Лицо Узумаки чуть дрогнуло, она простонала во сне. Имя — его имя: — Ит… Итачи… Хатаке остался внешне спокойным, лишь на мгновение в его единственном видимом глазу мелькнуло что‑то, чего он не стал показывать. А вот Шиди чуть расширил глаза — удивился.  — Шиди? Что с Юри? — подбежала Мэй, её лицо было бледным от тревоги. За ней тут же появился и младший наследник этого места. К удивлению Шиди, лицо Шина выражало явное беспокойство — он хмурился,глядя на безжизненно обмякшую в руках Шиди Юри. — С ней всё будет хорошо, — твёрдо произнёс Шиди, стараясь успокоить товарищей. — Как очнётся, всё расскажет. Шин, проводи гостя в комнату отдыха. Думаю, он не уйдёт, пока капитан не очнётся. Шин молча кивнул и повернулся к Какаши: — Прошу за мной,Какаши‑сан. Я покажу вам комнату. Какаши последовал за ним, но на мгновение задержался, бросив последний взгляд на Узумаки.Шиди уже уносил её вглубь храма, а Мэй поспешила следом, на ходу доставая целебные травы и бинты. Юри проснулась на следующий день,полностью восстановившись. Она ещё долго смотрела в потолок, прослеживая взглядом трещины в деревянных балках, пока не повернула голову и не увидела Хатаке. Конечно,она его уже почувствовала. — Привет, — коротко сказала девушка, стараясь говорить ровно. — Что случилось? — спросил Какаши, чуть наклонившись вперёд. Его голос звучал спокойно, но в глазах читалась неподдельная тревога. — И почему я почувствовал там Итачи? — Ты почувствовал его присутствие? — Юри резко повернулась к нему, в её глазах мелькнуло искреннее удивление. — Уж прости, Шаринган делает своё, — Какаши слегка пожал плечами, но взгляд остался внимательным. — Точно… Потом как‑нибудь расскажу, — Юри отвела взгляд, снова уставившись в потолок. В голове крутились десятки мыслей, но она не была готова делиться ими прямо сейчас. Девушка долго думала, задавать ли вопрос,который уже летал у неё в голове. Он не был каким‑то странным или неуместным — просто она не знала, имеет ли право его задавать. Но молчание становилось слишком тяжёлым. — Как ты? — всё‑таки решилась она,повернувшись к Какаши. В её голосе прозвучала искренняя забота, которую она обычно старалась скрывать. Какаши на мгновение замер, явно не ожидая такого вопроса. Он слегка улыбнулся под маской: — Я в порядке, Юри. Беспокойся лучше о себе.Ты сильно была ранена. — Но ты был там, — настаивала она. — Ты нашел меня,как и в детстве всегда рядом. Какаши помолчал, словно взвешивая, что можно сказать. — Скажем так, — наконец произнёс он, — я следовал за следом, который показался мне подозрительным. И вовремя свернул в нужную сторону. — Спасибо, — тихо произнесла она. — За то, что нашел. За то, что принёс сюда. — Не за что, — Какаши встал и подошёл к окну.— Главное, что ты в безопасности. А подробности… Они подождут, пока ты полностью восстановишься. Юри села на кровать,чувствуя, как силы действительно возвращаются к ней. — Хорошо, — она улыбнулась чуть шире. — Тогда давай договоримся: когда я буду готова, я расскажу тебе всё. Про Итачи, про то, что произошло… И про то, почему я оказалась там одна. Какаши обернулся и кивнул: — Договорились. А пока — отдыхай. Тебе ещё предстоит объясняться перед отрядом. Они чуть с ума не сошли, когда увидели тебя. Юри рассмеялась,на что и парень улыбнулся. — Ладно, дай мне пару часов, и я готова буду встретиться с ними.И с тобой — чтобы продолжить этот разговор. Какаши снова улыбнулся — на этот раз более открыто: — Отлично. Тогда я подожду снаружи. Позови,когда будешь готова. Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Юри откинулась на подушки, глубоко вздохнула и закрыла глаза. Теперь она понимала: у неё есть люди, которые готовы прийти на помощь. И это знание придавало сил.                                                 *** — Чёрт! — выругалась Юри, когда кунайпролетел мимо мишени в очередной раз. Через час после разговора с Хатаке она вышла на тренировочную площадку — ей нужно было выплеснуть напряжение, вернуть уверенность в собственных силах. Но сегодня всё шло не так:она не могла попасть по мишеням, будто потеряла все свои умения. Движения были резкими, неточными, дыхание сбивалось. Но самое главное — она потеряла часть себя:кулон, связывающий её с Кицунэ. Лисица уже отправилась на его поиски , а Юри попросила не волноваться. Вот сейчас она стоит и, будто маленькая девочка, не может попасть в цель. Да как тут не злиться и не волноваться? Руки дрожали, в груди нарастало отчаяние. Но тут резко ей вспомнились слова друга: «Кричи и кидай». Она так и сделала. Через крик она выдавала все эмоции за эту неделю: счастье от времени,проведённого с братом, боль от изнурительных тренировок, страх и растерянность после вчерашнего случая, горечь от потери кулона. Голос звучал хрипло, но с каждым криком становилось легче — будто она освобождалась от груза, который давил изнутри. — Шисуи, ты как всегда помогаешь… — прошептала Юри, утирая слезу. — Даже когда тебя уже нет… Вдруг послышались шаги. Девушка резко повернулась и увидела Шиди. Он улыбнулся,подходя ближе: — Вижу, ты уже восстановилась. — Вы, наверное, теперь думаете, что ваш капитан — малявка и слабачка, — отворачивая взгляд, сказала Юри. Её голос дрогнул, но она постаралась скрыть это, сжимая кулаки. — Так никто не думает, — твёрдо ответил Хаяси.В его голосе не было ни насмешки, ни жалости— только искренность. — Пойдём за мной,станет легче.                                   *** Они пошли в глубь леса. Звёзды уже появлялись на небе, слабый ветерок поддувал, шевеля листья деревьев и пряди волос Юри. Она шла чуть сзади парня, внимательно рассматривала местность: запоминала ориентиры, отмечала удобные позиции для засады, прикидывала, где лучше разместить ловушки. Привычка шиноби не отпускала даже в такой момент. Придя на место, ей открылся удивительный вид: небольшая поляна, окружённая высокими деревьями, а в центре — маленький столик с парой чашек и кувшином. Её брови поползли вверх. — Ты хочешь меня споить? — настороженно спросила Юри, скрестив руки на груди. — Споить? — рассмеялся Хаяси, оборачиваясь к ней. — Нет, просто хочу, чтобы ты расслабилась. Ты слишком напряжена. Будто каждый куст для тебя — потенциальный враг. — Не думала, что наследник клана Хаяси и храма огня увлекается алкоголем, — с сарказмом ответила девушка, но шагнула ближе к столику. — Мне всего тринадцать, я напомню. — У каждого есть свой скелет в шкафу, — подмигнул Шиди. — А насчёт возраста… Тебе тринадцать, но ты капитан отряда Анбу. И через полгода тебе уже будет четырнадцать — там и взрослой станешь. Юри прищурилась, изучая кувшин: — И ты решил, что мне это нужно? — Я знаю, что тебе это нужно, — серьёзно ответил Шиди.  — Что это? — Юри с подозрением посмотрела на кувшин, потом на Шиди. — Сакэ, — ответил парень, пожимая плечами. — Давай так: я — вопрос, ты — ответ. И так по кругу. Алкоголь поможет нам расслабиться от рассказов. К тому же, тут совсем немного — это не для опьянения, а чтобы снять напряжение. Юри всё ещё колебалась. Она окинула взглядом поляну: мягкий мох под ногами, мерцание светлячков между деревьями, звёзды, пробивающиеся сквозь кроны. Воздух был наполнен запахом лёгкой горечью трав. — Ладно, — наконец сказала она, осторожно присаживаясь на покрывало рядом со столиком. — Но если я начну говорить глупости, останови меня. — Договорились, — улыбнулся Шиди и разлил сакэ по чашкам. — За то, чтобы найти ответы на все вопросы. Она сделала первый глоток — по горлу прошёл разряд тепла,сладкий вкус с горьковатым привкусом отвлек её от тревожных мыслей. — Первый раз пьёшь? — спросил Шиди,наблюдая за её реакцией. — Это первый твой вопрос? — изогнула бровь Узумаки, слегка улыбнувшись. — Нет, просто интересно, — ответил он. — Первый вопрос… Хм. Ты вчера звала Итачи,когда я нёс тебя. Этот Итачи — это Учиха Итачи?Убийца собственного клана? Юри замерла, чашка чуть не дрогнула в её руке.Взгляд невольно устремился в сторону, будто там, среди деревьев, мог появиться тот, о ком шла речь. Она медленно поставила чашку на столик и вздохнула. — Да, это он, — тихо ответила она. — Но… всё не так просто, как говорят. — Не так просто? — Шиди слегка наклонился вперед, внимательно глядя на неё. — Я слышал истории: гений клана Учиха, который вырезал своих родных. Разве это можно оправдать? — Я не оправдываю его, — Юри покачала головой. — Но я видела его глаза в тот момент,когда он… когда всё случилось. В них не было жестокости. Была боль. Огромная,невыносимая боль. Как будто он делал это не по своей воле. Шиди помолчал, обдумывая её слова. — Ты его знаешь лично? — спросил он. — Да. Когда‑то мы были...Друзьями с детства. Да и наши…родители дружили. — И что произошло потом? Почему ты его завала? Юри глубоко вдохнула, собираясь с мыслями, и начала рассказ.                                     *** Последний день с Наруто прошёл быстро.Напоследок старшая сестра уложила его спать и ушла.Перед уходом она заглянула к Саске. Учиха тоже уже спал, она улыбнулась «Совсем уже большие». Оставив ему еду, она испарилась,будто ее и не было. — Хокагэ‑сама, — сказала девушка, заходя к своему сэнсэю. — Юри, уже уходишь? — Сарутоби поднял глаза от свитков. Юри кивнула.Хокагэ жестом показал ей остановиться. — Юри, тебе нужно будет отправиться на одиночную миссию. И после ты уже сможешь вернуться в храм. — Цель та же: найти и привести в Коноху, но если что‑то пойдёт не так, то убить, — сказал уже Данзо, появляясь из тени. Его холодный взгляд заставил, Юри закатить глаза. Юри просто кивнула головой и вышла. Ей дали информацию: кого искать, где искать, какие меры принять.                                    *** Два чёртовых дня она следила за мужчиной из Страны Риса. Он предал собственную деревню и убил пару семей. Юри ждала определённого момента, чтобы напасть — и вот этот момент настал. — Техника призыва! — сказала Юри, сложив печати. Перед ней в облаке дыма появилась Кицунэ. — Кицунэ, я свяжу его Мокутоном, а ты свяжешь его в иллюзии, — скомандовала Юри. — Будет сделано,леди Юри, — поклонилась лисица, её хвост плавно покачивался. Спрыгнув с ветки, девушка сформировала древесные лозы из земли — те стремительно обвились вокруг мужчины, прижимая его к стволу дерева. Он только хотел крикнуть, но Кицунэ уже связала его в иллюзию. Тысячи лисиц окружили жертву, шепча что‑то на ухо,лишая воли к сопротивлению. — Устроим допрос сейчас? — спросила лиса,поворачивая голову к Юри. Юри поправила свою маску и хотела уже подойти ближе, как вдруг почувствовала чакру.Слишком много — сразу несколько сильных источников приближались с разных сторон. — Чёрт, мы не успеем, — ответила она,напряжённо вслушиваясь в шорох листьев. — Кто‑то идёт. Придётся его убить, как сказал Данзо. Она быстро достала кунай. Движение — и все было кончено: быстрая, безболезненная смерть. Юри не любила мучить, не видела в этом смысла. Узумаки быстро стёрла следы крови, замаскировала следы борьбы и прыгнула на соседнее дерево. Она уже собиралась уходить, как вдруг заметила фигуру в тени. — Орочимару? — выдохнула она, невольно отступая на шаг. Юри лично не была с ним знакома, но слышала много рассказов от Хирузена и ещё пары человек. По фотографиям и описаниям она сразу его узнала: длинные тёмные волосы, бледное лицо, змеиная улыбка — будто вот‑вот готова тебя уничтожить. Его взгляд, холодный и пронизывающий, казалось, видел её на сквозь. Узумаки понимала, что против знаменитого саннина она не справится, как бы ей ни хотелось. К тому же она чувствовала ещё пару человек неподалёку — они приближались с разных сторон, осторожно, но неумолимо.  Сердце забилось чаще. Времени на раздумья не оставалось. Она приняла решение бежать. — Кицунэ, беги и сообщи, что тут Орочимару, — быстро прошептала Юри. — Хокагэ должен знать. Немедленно. — Юри, но ты… — начала лисица, её сиреневые  глаза расширились от тревоги. — Беги, быстрее! —зеленоглазая резко повернулась к ней, в её голосе прозвучала сталь. — Это приказ. — Как пожелаешь,леди Юри. Береги себя. В следующий миг она растворилась в облаке дыма, оставив после себя лишь мерцающие искры. Девушка глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дыхание. Она огляделась, оценивая ситуацию. Справа — густой подлесок, слева — высокие деревья с переплетёнными ветвями. Впереди — узкий овраг, который мог дать временное укрытие. «Овраг», — решила она. Девушка прыгнула с ветки, приземлилась на землю и пригнулась, скрываясь за кустами. Затем, прижимаясь к земле и используя каждую тень, начала отступать к оврагу. Шаги преследователей становились всё отчётливее. Юри слышала, как хрустят ветки под их ногами, как шелестит листва. Она ускорила шаг, перепрыгнула через поваленное дерево и наконец достигла края оврага. Оглянувшись в последний раз, она увидела, как из‑за деревьев показались силуэты. Впереди шёл Орочимару — его улыбка стала ещё шире, когда он заметил её. Не раздумывая больше, Юри спрыгнула вниз, в темноту оврага. Падение было недолгим — она ловко сгруппировалась, перекатилась и тут же вскочила на ноги. Овраг оказался глубже, чем она ожидала, и его склоны скрывали её от глаз преследователей. «Пока они решат, как спуститься, я успею уйти достаточно далеко», — подумала она, стискивая кунай. Юри побежала вдоль оврага, выбирая путь среди камней и корней. Ветер свистел в ушах, а в груди билась одна мысль: «Главное — добраться до Конохи. Главное — предупредить Хокагэ».                                      *** Кунаи полетели сразу, как Юри только хотела двинуться. В её маску попали сразу два — с треском расколов её пополам. Ещё один пролетел, задев кулон: цепочка порвалась, и артефакт отлетел в сторону, скрывшись в густой траве. Юри рванулась было за ним, но не успела сделать и шага — из тени выскользнула огромная змея. Она обвила тело девушки, сдавливая, захватывая в путы так, что перехватило дыхание. Чешуя холодом обожгла кожу сквозь ткань одежды, а кольца сжимались всё туже. — Нет, нет… — прошептала Юри, пытаясь вырваться. Она схватилась за кунай, но змея дёрнулась, выбив оружие из руки. Из‑за деревьев вышел Орочимару, его змеиная улыбка стала ещё шире. Он медленно приблизился, склонил голову, разглядывая её с холодным любопытством. — Какая прыткая девочка, — протянул он, и голос его звучал, будто шипение. — И как удачно оказалась на моём пути. — Отпусти меня, — процедила Юри сквозь стиснутые зубы. Она пыталась собрать чакру, но сдавливающее давление мешало сосредоточиться. — О, не стоит так волноваться, — Орочимару сделал шаг ближе. — Ты мне нужна живой. И даже невредимой, насколько это возможно. У меня к тебе… особый интерес. Санин махнул рукой — и что‑то острое, похожена шприц, воткнули в шею девушки. Юри почувствовала резкий укол, а затем всё поплыло перед глазами. Она потеряла сознание, безвольно обмякнув в руках шиноби.                                    *** Юри очнулась в каком‑то непонятном месте.Она не чувствовала ничего, кроме тупой боли в области запястий и лодыжек — её крепко привязали к металлическому столу. Сфокусировав взгляд, она ужаснулась: Орочимару стоял рядом с ней, выкачивая ее кровь через прозрачную трубку в стеклянный сосуд. Рядом на столе лежали странные инструменты и несколько пробирок с разноцветными жидкостями. — Что вы делаете? — хрипло спросила Юри,пытаясь пошевелиться. — Оу, милая, — улыбнулся змей, не отрываясь от своего занятия. Его глаза блеснули холодным интересом. — Твоя кровь очень интересная: врождённая регенерация и Мокутон. Редкое сочетание. Ты очень интересный экземпляр. Девушка почувствовала, как ярость поднимается внутри, но не могла дать ей выход.Она начала пытаться выбраться, напрягая мышцы, дёргая руками — без толку. Чакра была полностью заблокирована, словно её пережали невидимым зажимом. Орочимару аккуратно отсоединил трубку,закрыл сосуд пробкой и поставил его в специальный держатель. — Очень любопытно, — пробормотал он себе под нос. — Надо провести анализы… Спустя пару минут мужчина что‑то крикнул своим помощникам и скрылся за дверью,оставляя образцы крови на столе. Юри долго приходила в себя. Регенерация шла медленно,почти её и не было — видимо, действие препарата всё ещё сохранялось. В первые в жизни она по‑настоящему испугалась за себя. Час спустя в помещение вошёл какой‑то мужчина в чёрном халате, а за ним ещё двое — они о чём‑то перешёптывались и смеялись. — Ну что, куколка, — рассмеялся первый,подходя ближе. — Ты сейчас тут. Вот ваша сила шиноби?А ,красотка ? — Пошёл прочь, ублюдок, — плюнула девушка,с ненавистью глядя на него. — Ах, тварь! — мужчина замахнулся и ударил ее по лицу. Юри не потеряла сознание, лишь чуть морщилась, но осталась в сознании. — Эй, Муци, не надо! — встревожено воскликнул второй. — Господин Орочимару нас убьет, если с ней что‑то случится. — Да плевать! — он снова замахнулся, но резко упал на пол, пронзённый кунаем. В помещении появился Учиха Итачи — словно принц на белом коне, спасающий свою принцессу. Движения его были быстрыми и точными: один за другим нападавшие падали без звука, не успев даже понять, что произошло. Итачи быстро огляделся, оценил обстановку,затем подошёл к Юри и перерезал верёвки,связывающие её. Девушка попыталась встать, но ноги подкосились — он во время подхватил её на руки. — Итачи… — прошептала Юри, прижимаясь к его груди. Она чувствовала, как тепло его тела немного успокаивает её дрожь. — Моя кровь…на столе… забери её… — сказала она, теряя сознание. Итачи кивнул, быстрым движением схватил сосуд с кровью и спрятал во внутренний карман плаща. Затем он поднял Юри на руки и направился к выходу. В коридоре уже слышались шаги — кто‑то приближался. Учиха активировал Шаринган. Мир вокруг на мгновение замедлился, позволяя ему рассчитать траекторию. Он метнулся в боковой проход, растворился в тени и исчез из лаборатории, унося девушку подальше от опасности. Ветер с наружи ударил в лицо, принося запах свободы. Итачи ускорил шаг,направляясь к границам Страны Огня.  —Нужно доставить её к Хокагэ, — подумал он.                                  *** Зеленоглазая очнулась, когда парень нёс   её еще на руках. Она была до сих пор слаба — препарат так и не прошёл, мышцы едва слушались, а чакра по‑прежнему не откликалась. Машинально она прижалась к Итачи, будто он был ее спасательным кругом в бушующем море. — Итачи… ты… — начала она, голос звучал хрипло и слабо. — Помолчи, ты слаба, — коротко бросил парень, ловко прыгая с ветки на ветку.  Его шаги были уверенными, движения — чёткими,не смотря на ношу.Юри тут же замолчала. Нет, она не обиделась и не  злилась на него — просто она была счастлива, что увидела его снова. Итачи сильнее прижал девушку к себе, будто боялся уронить, будто хотел защитить от всего мира. Ветер свистел в ушах, деревья мелькали,сливаясь в тёмную полосу. Юри закрыла глаза,вслушиваясь в мерное биение его сердца — оно успокаивало, давало ощущение безопасности. Спустя час дороги Юри всё же подала голос.Она слегка пошевелилась, пытаясь собраться с силами. — Итачи, тебе нельзя в Коноху, — сказала девушка, стараясь говорить твёрдо, хотя голос все ещё дрожал. — Ты преступник. Тебя увидят— и сразу начнут погоню. Оставь меня не далеко от храма. Как восстановлюсь, я сама дойду. Или меня найдут утром дежурные. Итачи на мгновение замер на ветке, затем посмотрел на неё. В свете луны его глаза шарингана мерцали, но выражение лица оставалось непроницаемым. — Ты не дойдёшь, — холодно произнёс он. — Ты едва держишься в сознании. — Я справлюсь, — упрямо возразила Юри. — Но если тебя поймают из‑за меня… Я не смогу этого вынести. Он помолчал, обдумывая её слова. Лес вокруг затих, только шелест листьев нарушал тишину. — Храм ближе, чем Коноха, — наконец сказал Итачи. — Я донесу тебя до его границ.  Выдохнула Юри, чувствуя, как усталость снова наваливается на неё. — Спасибо, Итачи. Он кивнул и снова двинулся вперёд, ускоряя шаг. Через несколько минут они вышли на опушку — вдали, среди деревьев, замаячили очертания храма огня, освещённые лунным светом. Итачи осторожно опустил Юри на мягкую траву у подножия старого дуба. Она попыталась сесть прямо, но ноги подкосились.Он поддержал её, на мгновение задержав руку на плече. — Отдохни, — сказал он. — И не делай глупостей. — Итачи, — она подняла на него взгляд, — почему ты помог мне? После всего, что произошло… Он замер, затем слегка склонил голову. — Потому что ты — это ты, — тихо ответил он.  Развернувшись, он сделал шаг назад, затем еще один — и растворился в тени деревьев, оставив Юри одну под светом луны. Она глубоко вдохнула, чувствуя, как первые лучи рассвета уже пробиваются сквозь кроны.Слабость всё ещё сковывала тело, но в груди разливалось странное тепло. Он пришёл. Он спас ее. Собрав остатки сил, Юри подтянула колени к груди и закрыла глаза. Теперь она знала: она выживет. И она найдёт способ вернуть то, что у неё отобрали.   Учиха на самом деле не ушёл — он не смог бросить её. Не сейчас, когда она лежит вся в крови, без сил, на опушке леса. Он присел рядом, когда она снова потеряла сознание, и на мгновение замер, разглядывая её бледное лицо. Итачи осторожно коснулся её запястья — пульс был слабым, но ровным. Он знал, что должен уйти, раствориться в тени, пока его не заметили, но что‑то удерживало его на месте. С помощью своих глаз он увидел, как вдалеке,среди деревьев, движется знакомая фигура — Хатаке Какаши возвращался с миссии. Итачи глубоко вздохнул, последний раз посмотрел на Узумаки и, оставив рядом с ней что-то, бесшумно исчез в лесу. Какаши нашёл её там же, где оставил Итачи. Он сразу заметил не подвижную фигуру под старым дубом и бросился к ней.Приблизившись, он опустился на колени и осторожно проверил состояние девушки. — Юри… — тихо произнёс он, заметив следы крови на её одежде. С помощью Шарингана он уловил остаточные следы чакры Итачи — едва заметный след, уже почти рассеявшийся в воздухе. Какаши задумался, затем решительно подхватил девушку на руки.  Рядом с ней лежал свёрток — он поднял и его. Он быстро осмотрел рану на её плече, наложил временную повязку из бинта, который всегда носил с собой, и проверил, нет ли других повреждений. Юри тихо застонала, но не пришла в сознание. — Во время я возвращаюсь с миссии, — подумал парень, крепче прижимая её к себе. — Держись, Юри. Мы почти на месте. Он поднялся и быстрым шагом направился к храму.                                  *** — Шин, заткнись, я не слышу! — шептала Мэй,пихая локтем своего товарища в бок. — Анами, это ты замкнись! — так же шепотом  огрызнулся Шин, поправляя ветку, которая лезла прямо в лицо. Ребята сидели в кустах неподалёку. С помощью техники клана Мэй скрыла их присутствие . — Значит, Учиха спас тебя? — спросил Шиди,делая глоток. — Получается так, — ответила Юри, тоже отпивая из чаши.— Так, моя очередь вопросы задавать? Как долго ты был в Анбу? Хаяси на секунду задумался, вспоминая прошлое. Взгляд его на мгновение устремился вдаль, будто он видел не стены храма, а далёкие события минувших лет. — Хм, лет пять, — сказал парень. — Мы втрое пошли туда: я, Шин и Мэй. — А, это уже интересно, — Юри слегка приподняла бровь. — Ты знала, что раньше я учился в академии вместе с Хатаке Какаши? — Шиди слегка улыбнулся, вспоминая юность. Девушка резко подняла взгляд. Значит, он знал и остальных… — Ты знал Обито и Рин? — с дрогнувшим голосом задала вопрос Юри. — Да, — коротко сказал он. — Ты тоже знала их? — Мой дядя был их сэнсэем, — печально ответила Узумаки, опуская глаза. —Мы были друзьями. — А… — Шиди кивнул. — Тогда я уже вернулся в Храм. Знаю, тебе интересно и это. Наши родители с Шином погибли на войне. Ему восемь было тогда, и я вернулся, чтобы помогать дедушке его воспитывать. — Я… тебя понимаю. Соболезную, — Юри положила руку на его плечо.  Парень шмыгнул носом, достал из кармана свёрток бумаги и предложил: — Будешь? — Что, наш наследник ещё и курит? — усмехнулась Юри, но в её голосе не было насмешки, лишь лёгкая ирония. — Пожалуй,откажусь. — Я таким увлекаюсь редко, но метко, — Шиди усмехнулся, разворачивая свёрток. — Иногда помогает собраться с мыслями. Особенно когда вспоминаешь прошлое. Он сделал паузу, затем продолжил: —Мне исполнилось шестнадцать,когда в храм прибыла Мэй,ей было тогда одиннадцать.Совсем юна.                                  *** — Брат, ты слышал?! — крикнул мальчишка двенадцати лет, вбегая в комнату с раскрасневшимся лицом и растрёпанными волосами. — К нам сегодня приведут новых учеников! — Слышал, — улыбаясь, ответил Шиди, ласково хлопая брата по голове. — Пойдём. Мы — наследники, и должны присутствовать на церемонии. А ещё я слышал, там будет представитель клана Анами. Они отличные разведчики — так что идём быстрее! — Да, братик! — восторженно воскликнул Шин и тут же бросился к двери, но Шиди мягко дернул его за плечо. — Погоди, сорванец. Приведи себя в порядок,— он поправил воротник на рубашке брата и пригладил его непослушные волосы. — Так‑то лучше. Теперь можем идти. Они вышли во внутренний двор храма. Там уже все собрались: старейшины, простые монахи и новички. Братья встали возле деда. Тот, увидев их, улыбнулся и одобрительно кивнул. — Эй, брат, — сказал Шин, указывая на девочку с тёмно‑синими волосами. Она стояла чуть в стороне от остальных, настороженно оглядываясь по сторонам.— А это не она? — Возможно, — задумчиво ответил Шиди,внимательно разглядывая новенькую. — Выглядит серьёзной. — Добро пожаловать, гости и новички. Сегодня важный день не только для вас, но и для нас.Каждый из вас стал частью нашего храма,частью нашей жизни. Вы будете жить и учиться здесь, познаете настоящую силу и стойкость. Девочка внимательно слушала Бансая, но время от времени её взгляд невольно скользил в сторону братьев. Она заметила, как Шиди слегка кивнул ей, будто давая понять: «Не волнуйся, всё будет хорошо». Когда речь старейшины завершилась, новичков начали вызывать по одному — каждый должен был продемонстрировать хотя бы один навык. — Анами Мэй, — произнёс Бансай, глядя в свиток. Девочка сделала шаг вперёд, на мгновение замерла, собираясь с силами, а затем… исчезала прямо на глазах у всех. — Куда она делась?! — удивлённо воскликнул Шин, вертя головой во все стороны. Внезапно Мэй возникла прямо за спиной Шина,легонько коснувшись его плеча. Тот подпрыгнул от неожиданности, а все вокруг разразились смехом. — Впечатляет, — одобрительно произнёс монах. — Техника маскировки клана Анами в действии. Шиди громко рассмеялся и захлопал в ладоши: — Отлично сработано! — крикнул он. — Думаю,мы с тобой подружимся. Мэй слегка улыбнулась — впервые с момента прибытия. — Надеюсь, — тихо ответила она.                                         *** — Брат! — крикнул Шин, его голос дрожал от обиды и волнения. — Почему ты не рассказал, что ты пошёл в отряд Анбу? — Шин, успокойся, — вздохнул Шиди, опустив взгляд. Он подошёл к брату и положил руку ему на плечо. — Я просто хочу защищать деревню, где я учился. Деревню, что стала для меня домом. — А храм? Тебе он не дом? — кричал Шин, сжимая кулаки. Его глаза блестели от сдерживаемых слёз. — Ты же обещал, что мы всегда будем вместе! — Храм больше чем дом, был и будет, — твёрдо ответил Шиди. — Он — наша опора, наше наследие. — Я с тобой, я тебя не брошу! — не унимался брат, делая шаг вперёд. — Позволь мне пойти с тобой! Я тоже хочу помогать! — Ты ещё юн, тебе двенадцать, — мягко, но решительно сказал Шиди. — У тебя впереди ещё много лет обучения. Ты должен расти, набираться сил и опыта. — А Мэй одиннадцать! И она в твоём отряде! — возразил Шин, упрямо вскинув подбородок. — Почему ей можно, а мне нельзя? — У неё техники клана, — терпеливо объяснил старший брат. — С самого рождения её так воспитывали, готовили к разведке и скрытным операциям. Шиди уже хотел выйти из комнаты, но младший брат бросился вперёд и схватил его за рукав: — После смерти родителей мы договорились всегда быть вместе! — голос Шина сорвался. — Тогда позволь мне пойти с тобой! Я научусь, клянусь! Буду тренироваться день и ночь, только возьми меня! Шиди замер, глядя на отчаянное лицо брата. В его глазах читалась боль, страх потери и искреннее желание быть рядом. Он глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул и мягко, но твёрдо высвободил рукав. — Надо спрашивать дозволения у дедушки, — наконец произнёс он. — Только он может решить, готов ли ты. Но помни: я не бросаю тебя. Я всегда буду рядом, даже если не смогу быть рядом физически. Шин опустил голову, но не сдался: — Тогда пойдём к нему сейчас. Прямо сейчас! Шиди слегка улыбнулся, видя упорство брата: — Хорошо. Пойдём. Но будь готов к тому, что ответ может быть не таким, как ты хочешь. Они вышли из комнаты и направились по длинному коридору к покоям старейшины. Шин шёл рядом с братом, стараясь шагать в ногу, а Шиди, глядя на него, думал о том, как быстро младший брат повзрослел — и как важно сейчас не сломать его стремление, но и не подвергать опасности.                                    *** Тренировочное поле с самого утра наполнялось звуками боя: глухими ударами тело о землю, свистом рассекаемого воздуха,короткими командами и тяжёлым дыханием. Прошло уже пару лет с момента вступления в Анбу. Каждый по‑своему готовился к предстоящей миссии — оттачивал техники,проверял снаряжение, настраивался на работу в команде. — Эй, Шиди, — спросила Мэй, подходя к другу и вытирая пот со лба рукавом чёрной униформы Анбу. — Что это с Шином? Он как‑то изменился.Стал более резким и наглым. Шиди на мгновение оторвался от проверки кунаев, поднял взгляд на младшего брата. Тот отрабатывал серию ударов по тренировочному манекену — движения были чёткими, но в них чувствовалась излишняя агрессия.  Каждый удар сопровождался коротким рыком, а лицо искажала гримаса, совсем не похожая на привычную озорную улыбку Шина. — Да, я тоже это заметил, — вздохнул Шиди. — После последней миссии он стал другим. Мэй скрестила руки на груди: — Вы с ним всегда были близки. Может,поговоришь с ним? Он тебя послушает. Шиди кивнул: — Поговорю. Сейчас как раз перерыв. Он встал и направился к брату. Мэй осталась на месте, с тревогой наблюдая за ними. — Шин, хватит, — спокойно сказал Шиди,подходя ближе. — Остановись. Ты себя загоняешь. Шин замер на полуударе, тяжело дыша. Он обернулся, и Шиди увидел в его глазах непросто усталость — там была злость, почти отчаяние. — Что? — резко бросил Шин. — У меня все нормально. Тренируюсь, как и все. — Не нормально, — мягко, но твёрдо ответил Шиди. — Ты на манекен смотришь так, будто это твой враг. А он просто кусок дерева. Шин сжал кулаки, отвернулся: — Может, у меня теперь много врагов. И я должен быть готов. — К чему? — Шиди сделал шаг ближе. — К тому,чтобы потерять себя? Ты стал срываться на всех, огрызаешься, даже с Мэй сегодня повздорил. Это не ты. Шин резко развернулся: — А кто я? — в его голосе прозвучала боль. — Тот, кто чуть не погиб на прошлой миссии? Тот,кто подвёл команду? Если бы не ты… — Если бы не ты, — перебил Шиди, — мы бы не справились. Ты спас нас всех, когда отвлёк того шиноби. Помнишь? Шин опустил голову: — Я просто… боюсь снова оплошать. Боюсь подвести. И ещё… — он замолчал, сглотнул. — Боюсь, что в следующий раз ты не успеешь меня спасти. Шиди подошёл в плотную и положил руку на плечо брата: — Мы команда. Мы прикрываем друг друга. Но если ты будешь так загонять себя, ты станешь опасен не для врагов, а для себя и для нас.Доверие — это не слабость, Шин. Это сила. Мэй подошла ближе: — Он прав, — сказала она. — Мы трое — одна команда. И если один из нас сломается,сломаемся все. Так что хватит изображать из себя неуязвимого шиноби. Мы знаем, что ты можешь быть уязвимым — и это нормально. Шин поднял глаза, посмотрел на них — на старшего брата и подругу, которые стояли рядом, готовые поддержать. Его плечи опустились, напряжение постепенно покидало тело. — Простите, — тихо произнёс он. — Я… я просто боялся. — Все боятся, — улыбнулся Шиди. — Главное — не позволять страху управлять тобой. Давай‑ка отдышись, выпей воды. Через десять минут продолжим, но уже спокойно. Договорились? Шин кивнул, впервые за долгое время улыбнувшись по‑настоящему: — Договорились. Мэй хлопнула его по плечу: — И учти: если ещё раз на меня наорёшь, я тебя сама приложу кунаем. Понял? Все трое рассмеялись, и атмосфера на тренировочном поле снова стала прежней — напряжённой, но дружной, полной взаимопонимания и поддержки.                                  *** Вкус железа въедался в рецепторы, вызывая рвотный рефлекс. Слишком много крови.Земля была пропитана ею, трава прилипала к подошвам, а воздух густел от запаха смерти. — Шин, Мэй! — крикнул Шиди, оглядываясь по сторонам. Его маска Анбу была в кровавых брызгах, плащ порван в нескольких местах. — Капитал Нэй! Где вы? Из‑за обугленного ствола дерева показался их капитан. Он шёл медленно, прижимая руку к боку — сквозь пальцы сочилась кровь. — Я здесь, — сказал Нэй, подходя ближе. Его голос звучал глухо из‑под маски. — Остальные мертвы. Из десяти человек выжили только мы с тобой. Двое пропали — Шин и Мэй. Шиди почувствовал, как внутри все похолодело. Он сжал рукоять катаны так, что побелели костяшки. — Пропали? — переспросил он. — Как? Мы же были вместе пять минут назад! Нэй покачал головой: — Внезапная атака. Шиди стиснул зубы. Шин. Его младший брат.Тот, кого он поклялся защищать. — Мы их найдём, — твёрдо сказал он. — Должны найти. Капитан посмотрел на него долгим взглядом: — У нас приказ — отступать к границе Страны огня. Мы потеряли слишком многих. — И бросить их? — Шиди сделал шаг вперёд. — Вы знаете, что с ними сделают, если они попадут в плен! Нэй поднял руку: — Я понимаю твои чувства, Шиди. Но мы не знаем, кто их взял и куда увёл. У нас нет ни сил,ни информации для погони. Приказ есть приказ. Шиди сжал кулаки. Внутри бушевала буря: долг шиноби требовал подчиниться, но сердце кричало — брат в опасности. В этот момент из кустов донёсся слабый стон.Оба шиноби мгновенно развернулись,приготовив оружие. — Кто там? — резко спросил Нэй. Кусты зашевелились, и на поляну выполз раненый шиноби в униформе Анбу. Его маска была разбита, лицо в ссадинах, но Шиди узнал его. — Хару! — Шиди бросился к нему, помог подняться. — Что случилось? Ты видел Шина и Мэй? Хару с трудом поднял голову. Его глаза были затуманены болью, но он сумел прошептать: — Они ушли на запад, когда… произошла засада, — сказал Хару, с трудом выговаривая слова. — Я видел, как их уводили. Один был в чёрном плаще с серебряной вышивкой. Второй — в маске с символом, которого я не разобрал. Они двигались быстро, но… — он сделал судорожный вдох, — но Шин сопротивлялся. Мэй пыталась создать дымовую завесу, но её прервали. Шиди сжал кулаки. В груди бушевала буря эмоций — страх за брата и подругу, ярость на тех, кто посмел их захватить, и отчаяние от осознания, насколько неравны силы. — Капитан, я не брошу их, — твёрдо произнёс Шиди, поднимаясь на ноги. — Возвращайтесь к границе, докладывайте о случившемся. Я пойду за ними. Нэй посмотрел на своего подчинённого долгим взглядом. В глазах капитана читалась борьба: долг требовал следовать приказу и отступать, но сердце шиноби не могло оставить товарищей в беде. — Ты моя правая рука, Шиди, — наконец сказал Нэй. — И ты должен выжить. Но я понимаю тебя. Иди. Но будь осторожен. — Я буду осторожен, — кивнул Шиди. — Но я найду их. Капитан положил руку на плечо подчинённого: — Возьми это, — он отстегнул от пояса небольшой свиток и вложил его в ладонь Шиди. — Там сигнальная техника. Если попадёшь в безвыходное положение — активируй. Мы придём на помощь, сколько бы человек ни осталось. Понял? — Понял, — Шиди сжал свиток в кулаке.  — Спасибо, капитан. Нэй слегка улыбнулся: — Не благодари раньше времени. Просто вернись живым. И приведи их обратно. Шиди коротко поклонился, затем повернулся к Хару: — Держись. Помощь придёт. Раненый шиноби слабо кивнул: — Удачи, брат…                                   *** Шиди продвигался всё дальше на запад. Лес стал почти непроходимым — густые заросли, поваленные деревья, ямы, замаскированные листвой. Но он шёл, обходя ловушки, используя все навыки, которым его научили в Анбу. Наконец он услышал голоса. Притаившись за широким стволом, Шиди осторожно выглянул. В небольшой поляне, окружённой колючими кустарниками, стояли двое в чёрных плащах с серебряной вышивкой. Рядом с ними — Шин и Мэй. Оба выглядели измождёнными: на лице Шина кровоточила ссадина, рукав Мэй был разорван и пропитан кровью. Их держали в кольце печатей — попытка вырваться активировала бы ловушку. Шиди глубоко вдохнул, сосредоточился. Он достал кунай, сложил печати и метнул оружие в ближайшего противника. Кунай вонзился в плечо врага, тот вскрикнул и обернулся. —Ребята! — громко крикнул Шиди, выскакивая из укрытия. — Пора выбираться! Шин мгновенно оживился. — Шиди! — он резко дёрнулся в сторону, разрывая контакт с печатью. — Мэй, за мной! Мэй, не теряя времени, создала дымовую завесу. В тот же миг Шиди бросился к брату, схватил его за руку и рванул в сторону. Мэй последовала за ними, на ходу бросая дымовые шашки, чтобы скрыть их отступление. Захватчики бросились в погоню. Один из них сложил печати, и из земли вырвались звери, пытаясь схватить беглецов. Шин отпрыгнул, перекатился и метнул кунай в источник техники. Мэй, используя момент замешательства, бросила сеть кунаев, вынуждая врагов укрыться. Они бежали через лес, петляя между деревьями, но преследователи не отставали. Животные  снова потянулись к ним, на этот раз охватывая сразу троих. — Не успеем! — выдохнула Мэй. — Успеем, — сквозь зубы ответил Шиди. — Ещё немного… Но в этот момент из‑за деревьев показались новые фигуры в плащах. Путь вперёд был отрезан. Шиди резко остановился, загораживая собой брата и подругу. — Отходим назад! — приказал он. — Там овраг, попробуем оторваться! Они развернулись, но сзади тоже появились враги. Кольцо замкнулось. В самый опасный момент, когда захватчики уже приготовились атаковать, из леса вырвались две фигуры. Впереди бежал капитан Нэй, за ним — Хару, несмотря на раны. — Назад! — крикнул Нэй, бросаясь вперёд.  Он сложил печати, и перед беглецами вспыхнул барьер из чакры, на мгновение остановивший врагов. Хару, едва держась на ногах, активировал технику взрыва: земля под ногами противников дрогнула, разбрасывая их в стороны. — Бегите! — громко приказал капитан Нэй. — Это ваш шанс! — Но вы… — начал Шиди. — Уходите! — перебил его Хару. — Вы трое — наши. Мы сделаем остальное.Нам уже не выжить. Нэй  лабо улыбнулся: — Выполняйте приказ, — прошептал он. парень сложил последние печати.— Из десяти человек остались вы трое, — произнёс капитан, глядя прямо на Шиди. — Выживите. Выполните миссию. — Мы не забудем, — хрипло ответил Шиди, сжимая кулаки. — Клянусь. — Идите! — крикнули они вместе. Взрыв сотряс лес. Волна жара и света отбросила Шиди, Шина и Мэй вперёд. Они успели укрыться за скалой, когда позади них обрушились деревья и земля. Когда пыль осела, Шиди медленно поднялся. Его лицо было в саже, руки дрожали, но он твёрдо стоял на ногах. Шин и Мэй подошли к нему. — Они дали нам шанс, — тихо сказал Шиди. — Мы не имеем права его упустить.                                      *** —Он что про нас рассказывает?—спросил парень. —Похоже на то —ответила Мэй.—а еще это похоже на сведения. —Ты что дура ?—ответил младший Хаяси поворачивая взгляд на Юри и Шиди. Тем временем за столиком Юри дослушивала рассказ парня, который,раскрасневшись от выпитого,чуть даже спустил слезу. Их чаши были уже опустошены, а в глазах девушки уже появилась пелена опьянения — но разум оставался ясным. — Шиди, мне жаль… — тихо сказала Юри, когда парень наконец замолчал и отхлебнул еще сакэ.  Шиди слегка улыбнулся — устало, но искренне.Он провёл рукой по лицу, словно стирая следы старых воспоминаний. — Да ладно, это было в прошлом, — ответил он,слегка постучав пальцами по краю своей чаши.— Лучше расскажи, почему ты мне доверилась и рассказала? Юри задумалась, глядя на игру света в остатках сакэ на дне чаши. Она покрутила её в руках,прежде чем ответить: — Не знаю, просто… Ты будто старший брат,который готов помочь всегда. Ну или ты просто хороший психолог? — Ха, тогда я буду вашим личным психологом,принцесса. — Чего? Я не принцесса, — сказала Юри, отводя взгляд и слегка краснея. Шиди закурил и выдохнул дым, наблюдая, как тот рассеивается в воздухе. — Почему же? В тебе течёт кровь двух великих кланов.  — У Сенджу уже есть принцесса, и это не я, — тихо ответила девушка, опустив глаза.  — Знаешь, — сказал он, — настоящие шиноби не те, кто родился с громким именем. А те, кто готов встать на защиту других, даже если никто об этом не просит. Ты уже доказала, что можешь быть рядом, когда это нужно. И это важнее любых титулов.Но все равно теперь,для меня ты принцесса. Юри подняла взгляд и слабо улыбнулась: — Ты пьян,но спасибо, Шиди….Иногда мне нужно, чтобы кто‑то так вот… напомнил. — Всегда пожалуйста, — он слегка наклонился. —Ой, ладно, пора уже расходиться, — Юри встала, слегка покачнувшись, но тут же выпрямилась. — Тебе провести до комнаты? — спросил Хаяси. — Да я дойду, спасибо за вечер. Мне и правда это помогло, — она улыбнулась чуть шире, уже увереннее. — Поговорить, выдохнуть…Спасибо, что выслушал. — В любое время, — кивнул Шиди. — Мы же команда. А в команде важно не только сражаться вместе, но и уметь говорить по душам. Юри кивнула, поправила плащ и направилась к Храму.Девушка ушла, оставив Шиди одного за столиком. Он посмотрел на опустевшие чаши,потом на дым, всё ещё висевший в воздухе.                                      *** Парень зашёл в убежище тихо, будто тень,проследовал на своё место и сел. — Итачи? — спросил Кисаме, оторвавшись от заточки своего меча. — Где пропадал? Не уже ли нашёл какую‑то красивую девушку? Учиха ничего не ответил и продолжал сидеть с закрытыми глазами, сохраняя абсолютное спокойствие. Его дыхание было ровным, а поза— расслабленной, но в ней чувствовалась скрытая напряжённость. — Да брось, что такого? — сказал напарник,отложив меч в сторону и слегка наклонившись вперед. — Мы же напарники, в конце концов.Можешь со мной поделиться. В этот момент парень резко повернулся и посмотрел на него. В его глазах светился шаринган — томоэ медленно вращались,отбрасывая красноватый отблеск на лицо Итачи. Взгляд был пронзительным, почти осязаемым — словно проникал в самую суть собеседника. Кисаме на мгновение замер, затем громко рассмеялся, откинувшись назад и хлопнув себя по колену: — Да ладно тебе, — сказал Кисаме, махнув рукой. — Что сразу глаза подключать? Итачи медленно закрыл глаза, и Шаринган исчез. Он сделал глубокий вдох, словно возвращаясь из какого‑то далёкого места.                                        *** — Чего не спишь? — спросил Какаши, заходя в комнату. — А ты не стучишься? — спросила Юри, не отрываясь от бумаг. — Я просто составляю план нашей команды. Думаю, как её можно улучшить — через пару часов собрание. Какаши улыбнулся и подошёл ближе, с любопытством заглядывая в записи. — Ты уже капитан… Хотя недавно была в моем отряде рядовым, — заметил он. — Время быстро идёт, — ответила Узумаки,поднимая взгляд на друга. На её слова Хатаке снова улыбнулся — тепло и чуть ностальгически. — Ты так и не рассказала мне, что произошло,— сказал парень, усаживаясь напротив.  — А… Точно, — Юри вздохнула, откладывая свитки. Они сели друг на против друга. Какаши приготовился слушать внимательно, а Юри собралась с мыслями и начала рассказывать.Она поведала, как попала в плен к Орочимару,как оказалась на грани жизни и смерти — и как в самый отчаянный момент появился Итачи.Девушка описывала детали: холод лаборатории,запах лекарств и химикатов, голос Орочимару,его пугающую улыбку — и внезапное появление Учихи, его спокойный взгляд,решительные действия. Какаши слушал, и с каждым словом его лицо становилось всё серьёзнее. Он невольно сжимал кулаки, сдерживая злость и беспокойство. В глазах читалась тревога за девушку, с которой он провел все ее детство . — Значит, это твоё? — сказал он, осторожно доставая из кармана кулон и протягивая его ей. — Ты его нашёл? — удивилась Юри, широко раскрыв глаза. Её пальцы слегка дрожали, когда она брала кулон. — Я думала, что уже не найду его… — Да, — кивнул Какаши. — Вместе с Паккуном и Кицунэ. Я попросил её не говорить тебе — хотел сам передать. — Спасибо… — Юри сжала украшение в ладони,чувствуя, как к горлу подступает комок. Парень долго молчал, обдумывая, как продолжить. Девушка тоже не знала, что сказать — в воздухе повисло что‑то важное,почти осязаемое. — Когда я тебя нашёл, — начал Какаши, — я нашёл ещё это. Он протянул оружие — изящную катану с тёмной рукоятью, украшенной узорами. Глаза Юри расширились: она сразу поняла, кто мог оставить ее. — Там ещё была записка, — добавил Какаши. — Не волнуйся, я не читал. Юри кивнула, чувствуя, как сердце забилось чаще. — Ладно, будем прощаться, — сказал Хатаке,поднимаясь. — Мне надо возвращаться в Коноху. Юри резко встала и обняла парня — так, как в детстве, когда он впервые похвалил её. Она хмыкнула,отстранившись, и улыбнулась сквозь подступивший слёзы: — Ещё увидимся. Когда Какаши ушёл, Узумаки села за стол,положила катану перед собой и осторожно открыла записку. Дрожащими пальцами развернула листок — и одна маленькая слеза скатилась по её щеке, оставив влажную дорожку. На бумаге аккуратным, знакомым почерком было написано: «Наш прощальный подарок — вместе с Шисуи.Мы долго хотели подарить тебе её, но теперь я дарю её один. Прости и прощай». Юри закрыла глаза, сжимая в руке кулон и ощущая под пальцами прохладный металл катаны. Воспоминания нахлынули волной — смех, тренировки, обещания всегда быть рядом… Она глубоко вздохнула, вытирая слезы.                                              *** Новый день — новые испытания. Юри шла с гордо поднятой головой, твёрдо решив, что сегодня всё сложится иначе. Да, где‑то внутри нее бушевали эмоции — тревога,неуверенность, отголоски старых сомнений, — но она загнала их в глубь, сосредоточившись наглавной цели. Сейчас она была лидером, и отряд должен был это почувствовать. Её встречали три пары глаз. Мэй уже махала рукой, широко улыбаясь, словно утреннее солнце только для неё и взошло. Шиди сдержанно кивал, привычно скрестив руки на груди — в его взгляде читалась готовность к работе, но и не которая настороженность. А Шин…  Шин, как всегда, смотрел раздражённо,чуть прищурившись, будто она мешала ему сосредоточиться на чём‑то более важном. — Нам надо составить план, подобрать тактику нашего отряда, — твёрдо сказала Юри,останавливаясь перед товарищами и обводя их взглядом. — В начале я хочу, чтобы вы ответили:с каким оружием вам проще всего управлять?С этим оружием вы и будете работать на миссиях. От этого зависит, как мы распределим роли. — Я оставлю катану, — сразу ответил Шиди,чуть приподняв подбородок. — Ближний бой,скорость и точность. — Копьё! — восторженно воскликнула Мэй,хлопнув в ладоши. — Дальний бой,манёвренность, возможность держать дистанцию. Но только Шин не отвечал. Он отвернул взгляд,уставившись куда‑то в сторону, будто бы пейзаж на горизонте был куда интереснее разговора.Узумаки сделала шаг вперёд, стараясь говорить спокойно, но в то же время настойчиво: — Шин, я понимаю, что ты не рад мне, — начала она, глядя ему прямо в глаза. — Но я надеюсь,что ты меня примешь. Хоть когда‑нибудь. Я не выбираю вас в свой отряд — вы выбираете меня в свою семью. Ведь отряд — это семья. Так что доверься мне. Я не подведу. Шин помолчал ещё мгновение, затем резко выдохнул и коротко бросил: — Клинки. — Отлично, — Юри улыбнулась, и в её глазах мелькнуло облегчение. — Тогда распределяем роли: Шиди — ближний бой. Твоя стихия — огонь.Используй его для атак.Будь готов заменить меня,ты мой заместитель. Мэй — дальний бой и поддержка. Ты должна быть готова в любой момент скрыть наше присутствие с помощью клановых техник.Твоя стихия — молния,используй ее,проводи через копье. Шин — средний бой, мобильность и контроль. Твоя стихия — вода. Используй ее для ловушек и защиты. Я — ближний бой с элементами поддержки.Мои стихии — ветер и дерево. Буду отвечать за манёвры и координацию.Так же я врач нашего отряда. —Техники стихий будем использовать редко,только в крайнем случае. Нам важнее действовать тихо и слаженно. Она сделала паузу, затем добавила: — Ещё нам нужно придумать себе новые имена— их мы будем использовать во время миссий.Я — Кицунэ. — Дорагон, — без колебаний произнёс Шиди,слегка улыбнувшись. — Тори, — подхватила Мэй, её глаза заблестели от восторга. Шин на мгновение задумался, затем тихо произнёс: — Юнаги.                                  *** — Тенгу и Ямабуши обладали сверхъестественными способностями и глубокими знаниями о природе и энергии, — говорил Бансай, идя впереди. — Они обучали людей ниндзюцу. Тенгу считались посредниками между миром духов и людей. Их знания несли не только практическую, но и духовную ценность — дисциплину, уважение к природе, самоконтроль. — Вы хотите,чтобы я обучилась их учению? — спросила Юри, чуть ускорив шаг, чтобы идти вровень с наставником. Бансай остановился и обернулся к девушке. Его взгляд, глубокий и проницательный, на мгновение задержался на её лице. — Научить ниндзюцу — это не просто показать техники и движения, — произнёс он спокойно,но твёрдо. — Это путь, который требует полной отдачи. Ты готова к этому? Юри не колебалась ни секунды: — Да.  Старик слегка приподнял бровь, отметив про себя неожиданную твёрдость. — Хорошо, — кивнул Бансай. — Тогда начнём с основ. Первое, что ты должна усвоить: сила шиноби рождается не в мышцах и не в чакре.Она рождается здесь, — он коснулся пальцем своего лба, — и здесь, — затем приложил руку к груди, над сердцем. — В ясности ума и чистоте духа. — Я сделаю всё, что нужно, — ответила Юри без тени волнения. — Вижу, ты настроена серьёзно, — одобрительно кивнул Бансай. — Это хорошо. В ниндзюцу нет места сомнениям. Теперь слушай внимательно. Тенгу учили, что всё в мире пронизано энергией — ки. Она течёт в деревьях, в ветре, в тебе и во мне. Умение чувствовать её и направлять — вот что отличает настоящего шиноби. Он сделал несколько плавных движений руками, словно собирая что‑то в ладони.Воздух вокруг его пальцев едва заметно замерцал. — Попробуй почувствовать поток ки вокруг себя. Закрой глаза. Дыши ровно. Не ищи её — позволь ей найти тебя. Юри послушно закрыла глаза. Сначала она слышала только шум леса, биение своего сердца, дыхание монаха. Но постепенно,сосредоточившись, начала улавливать что‑то еще: едва заметное покалывание на коже,лёгкое движение воздуха, которое казалось теперь не случайным, а частью единого ритма. — Я… я что‑то чувствую, — прошептала она. — Хорошо, — голос Бансая звучал где‑то на границе этого нового ощущения. — Теперь попробуй направить это ощущение в руку.Представь, что энергия течёт от сердца к ладони. Девушка сосредоточилась. Через несколько мгновений она ощутила тепло в правой руке — слабое, но отчётливое. — Получилось? — открыла она глаза. — Это только начало, — улыбнулся Бансай. — Путь Тенгу долог и труден. Но я вижу в тебе потенциал — не только ученика, но и лидера. Ты умеешь ставить цели и идти к ним, не отвлекаясь на сомнения. Юри выпрямилась, её взгляд стал ещё более сосредоточенным. — Спасибо, старейшина. Я не подведу вас. — Верю, — кивнул старик.  И начались тренировки. Дни сливались в недели, недели — в месяцы. Юри тренировалась с упорством, достойным настоящего шиноби. Она оттачивала контроль чакры, изучала техники дыхания, училась чувствовать энергию вокруг себя. Каждое утро начиналось с медитации у водопада, затем шли физические упражнения — бег по склонам, прыжки по скалам, отработка ударов.  После обеда — изучение основ ниндзюцу: печати, тактики, работа с оружием. По вечерам Бансай давал ей духовные наставления, объясняя связь между силой тела и силой духа.После этого тренировки с отрядом.И так по кругу. Девушка не жаловалась на усталость. Даже когда мышцы горели от напряжения, а руки дрожали от изнеможения, она продолжала. В ней просыпались лидерские качества: она анализировала свои ошибки, корректировала подход, ставила чёткие цели и шла к ним, не отвлекаясь на мелочи.  Её серьёзность и сосредоточенность поражали даже Бансая.Однажды, когда Юри отрабатывала серию сложных печатей, Бансай подошёл к ней и сказал: — Сегодня ты познакомишься с Чирику. Он один из двенадцати защитников храма и главный монах. Он поможет тебе углубить понимание духовной стороны ниндзюцу. Из тени деревьев выступил мужчина в традиционных монашеских одеждах. Его лицо было спокойным, почти бесстрастным, но глаза излучали мудрость и силу. — Я слышал о твоём упорстве, Юри, — произнёс Чирику низким, ровным голосом. —Старейшина говорит, что ты не просто учишься — ты осваиваешь путь. Это редкое качество. Юри выпрямилась, посмотрела ему прямо в глаза и чётко ответила: — Я не просто хочу овладеть техниками. Я хочу понять суть. Чтобы использовать силу не ради силы, а ради защиты тех, кто мне дорог, и ради гармонии с миром. Чирику слегка склонил голову, и на его лице мелькнула едва заметная улыбка. — Хорошо сказано, — одобрил он. — Тогда начнём с медитации на поток энергии. Учись чувствовать, а не просто действовать. Юри кивнула, заняла позицию и закрыла глаза, готовясь к новому этапу обучения. В этот момент она ощутила, как её решимость и лидерская воля становятся ещё крепче — словно невидимая опора, которая поможет пройти через любые испытания.                                  *** Прошёл первый год обучения Юри в храме огня. За это время она не просто изучала техники и оттачивала контроль чакры — она познавала себя, училась слышать внутренний голос и доверять своим силам.  Но даже погружаясь в духовные практики, Юри ни намиг не забывала об отряде. Каждый день они тренировались вместе: отрабатывали совместные атаки, строили тактики, училисьпонимать друг друга без слов.  Шаг за шагом росла их командная работа — и Юри с радостью замечала, что Шин, которой поначалу относился к ней настороженно,наконец начал её принимать. Это грело душу, и в такие моменты она невольно улыбалась, вспоминая, как когда‑то мечтала стать частью чего‑то большего. На этой неделе Юри снова виделась с братом — короткие, но тёплые встречи давали ей сил. И,конечно, она не упускала возможности из тени проследить за Саске.Снова оставлять ему еду на пороге. Вернувшись в храм, она застала товарищей в зале для совещаний. На столе лежал свиток с печатью Хокагэ — второе совместное задание за всё время существования их отряда. — Значит, нам надо набрать информации? — осторожно спросила Мэй, нервно теребя край рукава. — Верно, — кивнула Юри, разворачивая свиток и бегло просматривая строки. — Собрать данные и позже доложить Хокагэ, а затем ждать следующих приказаний. — Есть чёткий план? — вмешался Шиди,скрестив руки на груди. — Или будем действовать по ситуации? Юри уверенно кивнула. Шин молча наблюдал за ней, и в его взгляде читалось непривычное внимание. — План прост, — произнесла она, поднимая глаза на товарищей. — Мы идём по следам.Говорят, цель любит задерживаться в барах.Там мы их и встретим. Двигаемся вместе и не разделяемся. — Уверена? Нас точно заметят, особенно в униформе Анбу в таком маленьком помещении, — возразил Шин, слегка нахмурившись. — В бар зайдем только мы с Мэй, — спокойно ответила Юри. — Вы будете наблюдать с улицы.И мы будем там не как шиноби. Зайдём как гражданские. Мэй вдруг оживилась, её глаза заблестели. — А если притвориться танцовщицами? — предложила она, хлопнув в ладоши. — Привлечь их внимание, подобраться поближе,всё рассмотреть и подслушать. — А тебе только потанцевать, — закатил глаза Шин, не скрывая иронии. — Заткнись, Хаяси, — резко бросила Анами,бросив на него сердитый взгляд. Юри на мгновение задумалась, взвешивая все«за» и «против». Затем на её лице появилась лёгкая улыбка. — План, в принципе, неплохой, — признала она.— Тогда с помощью техники превращения меняем свой облик. Мэй, ты скроешь нашу чакру с помощью клановых техник. Так нас будет сложнее обнаружить                                 *** Запах алкоголя витал в воздухе, дым от сигарет бил в лицо, клубился под низким потолком,смешиваясь с тяжёлыми благовониями. Но самое мерзкое — это запах разврата и пошлости, липкий и удушливый, будто осязаемая тьма, окутывающая всё вокруг. Юри невольно поморщилась, но тут же взяла себя в руки — нельзя выдавать эмоции. — Давай быстрее всё сделаем и уберёмся отсюда, — тихо, почти шёпотом сказала она, не поворачивая головы к Мэй. Её голос звучал твёрдо, без тени волнения, хотя внутри все сжималось от отвращения к этому месту. В центр зала вышли две девушки — и теперь их было не узнать. Они полностью отличались от своего обычного вида, словно две совершенно другие личности.  Мэй, обычно сдержанная и собранная, теперь излучала дерзкую уверенность. Вместо привычных синих волос — огненно‑красные локоны, струящиеся по плечам. Её глаза теперь светились голубым,будто две холодные звезды, манящие и одновременно предостерегающие. Юри выбрала чёрные волосы — гладкие,блестящие, ни спадающие почти до талии. Но глаза остались её собственными, ярко‑зелёные,как весенняя листва. Она не стала прятать их, понимая:именно этот взгляд может выдать её, если кто‑то приглядится слишком внимательно. Музыка заиграла — тягучая, ритмичная, с вкраплениями барабанов и флейты. Взмах ткани, плавные движения бёдер, поворот головы, лёгкий наклон — и вот они уже не куноичи, выполняющие опасное задание, а опытные танцовщицы, владеющие искусством соблазнения в совершенстве.  Каждое движение было отточено, выверено, наполнено скрытым смыслом: не просто танец, а сигнал,способ привлечь внимание, но не вызвать подозрений. Юри ловила на себе взгляды — жадные,восхищённые, оценивающие. Она улыбалась уголками губ, кивала, делала вид, что упивается вниманием, но её разум работал с холодной чёткостью: отмечал расположение дверей, количество охранников, пути отхода.  Краем глаза она следила за Анами — та тоже не теряла бдительности, её голубые глаза скользили по залу, запоминая лица, подмечая детали. Где‑то за стеной, на улице, их ждали Шиди и Шин — молчаливые тени, готовые прийти на помощь в любой момент. Узумаки знала: они видят все через заранее подготовленные точки наблюдения. Это придавало уверенности. «Ещё немного, — думала она, плавно двигаясь в такт музыке. — Ещё пара минут — и мы получим то, за чем пришли». Её рука скользнула к поясу, где под складками ткани скрывался кунай. На всякий случай. — Какие красивые! — воскликнул мужчина, его глаза блестели от выпитого саке. Он схватил Узумаки за руки и, не дожидаясь ответа, усадил к себе на колени. Юри сжала зубы, пытаясь унять вспыхнувший внутри гнев — ярость горячей волной ударила в виски. Но она тут же подавила её, загнала вглубь, где та превратилась в холодный, расчётливый огонь. Вместо вспышки ярости она рассмеялась — легко, звонко, будто наивная дурочка, очарованная вниманием. — Ох, какие сильные руки! — воскликнула Юри, осторожно коснувшись предплечья мужчины. Её пальцы скользнули по коже, будто невзначай, — а в голове уже складывался план. Сзади подошла Мэй и села напротив другого, более молодого парня. Она что‑то шутливо произнесла, кокетливо поправив прядь огненно‑красных волос, и тот тут же расплылся в улыбке, забыв обо всём на свете. Юри уловила обрывок разговора — как тут не услышать, когда звуки гула зала то и дело стихали между музыкальными композициями: — Господин ждёт нас на окраине, в той пещере, — сказал молодой парень, наклоняясь к Мэй. — У него информация для нас. Что‑то про перемещения шиноби у границы Страны Ветра. — Всё потом! — рявкнул мужчина, резко потянув Юри в сторону тёмного коридора. Его хватка была крепкой, дыхание — тяжёлым и пропитанным алкоголем. Он затянул её в небольшую комнату, тускло освещённую масляной лампой, и повалил на старый диван, наваливаясь сверху. Юри на мгновение замерла, позволяя ему поверить в свою победу, — а затем молниеносно перевернулась, используя его инерцию против него самого. В тот же миг в её руке блеснул кунай, прижатый к горлу мужчины. — Сейчас ты мне всё расскажешь, — тихо, но твёрдо произнесла Юри. Её голос больше не был игривым — в нём звучала сталь, от которой у мужчины по спине пробежал холодок. — И про вашего господина, и про шиноби у границы Страны Ветра. Каждое слово. И не пытайся лгать — я сразу пойму. Мужчина замер, широко раскрыв глаза. Он попытался что‑то сказать, но Юри слегка надавила лезвием. — Начинай, — повторила она. — И помни: чем быстрее ты заговоришь, тем больше у тебя шансов остаться в живых. В коридоре послышались шаги. Юри чуть повернула голову, но не ослабила хватку. Краем глаза она заметила тень у двери — вероятно, кто‑то из прихвостней. Но она была готова. Мэй знала, где её искать. Шиди и Шин уже наверняка заняли позиции. Оставалось только получить информацию — и действовать. — Я… я не знаю всего! — прохрипел мужчина, сглотнув. — Мы просто курьеры. Господин — это человек в маске, он никогда не называет имени. Пещера на северо‑западе от города, у старого русла реки. Там он встречается с разными… людьми. Сегодня ночью будет передача данных о передвижении отрядов Конохи у границы. Юри прищурилась: — Кто ещё в вашей группе? Где они сейчас? — Четверо… двое здесь, в зале, ещё двое ждут у пещеры. Мы должны были получить свиток и передать его дальше… Дверь скрипнула. Юри резко обернулась — на пороге стоял один из охранников заведения, массивный мужчина с татуировкой дракона на шее. Он хмуро оглядел сцену и потянулся к оружию. В тот же миг окно разлетелось вдребезги — внутрь ворвалась Мэй, кувыркнулась по полу и метнула три сюрикена. Охранник рухнул, не успев достать меч. — Пора уходить, — бросила Мэй, отряхивая платье. — Шиди и Шин уже зачистили задний двор. Юри кивнула, рывком поставила пленника на ноги: — Пойдёшь с нами. Будешь говорить с Хокагэ лично. Они выскользнули через окно, скользя вдоль стен. Внизу, в тени переулка, их ждали Шиди и Шин. — Получили информацию? — спросил Шин, коротко кивнув Юри. — Более чем, — ответила та, толкая пленника вперёд. — У нас есть точное место встречи, время и состав группы. Плюс живой свидетель. Шиди усмехнулся: — Тогда выдвигаемся. Нужно успеть до ночи. Юри последний раз оглянулась на бордель. Музыка всё ещё гремела, никто даже не заметил исчезновения двух танцовщиц. Она поправила пояс с кунаями и решительно шагнула в ночь — впереди их ждало настоящее задание. Выходя из борделя,Узумаки  ощутила тот же взгляд — пристальный, изучающий. Она знала, кто это может быть. Но не обернулась. Сейчас главное — доставить информацию в Коноху. Личные чувства подождут.                                    **** Ночь опустилась на холмистую местность у границы Страны Ветра — тёмная, безлунная, с редкими вспышками звёзд. Ветер шелестел сухой травой, создавая иллюзию чьих‑то крадущихся шагов. Четверо шиноби — Кицунэ (Юри), Дорагон (Шиди), Тори (Мэй) и Юнаги (Шин) — замерли на гребне холма, разглядывая цель: тёмный зев пещеры у старого русла реки. — Всё по плану, — тихо произнесла Юри, оглядывая товарищей. — Мэй, ты отвечаешь за маскировку. Используй технику, чтобы скрыть наши следы и приглушить звуки. Шиди, ты с Шином берёшь на себя охрану периметра. Если кто‑то попытается сбежать — перехватывайте. Я иду внутрь. — А если там засада? — хмуро спросил Шин. — Значит, будем импровизировать, — спокойно ответила Юри. — Но сначала попробуем обойтись без лишнего шума. Помните: нам нужны сведения, а не бойня. Мэй кивнула и сложила печати.Ребята растворились будто их и не было. Шиди и Шин бесшумно разошлись в стороны, растворяясь в темноте — их силуэты слились с неровностями ландшафта. Юри сделала глубокий вдох, активировала режим сенсорики и медленно двинулась к пещере. Её шаги были почти беззвучны, чакра — сдержанна, движения — плавны, как у хищника перед прыжком. У входа она замерла, прислушиваясь. Изнутри доносились приглушённые голоса.Узумаки скользнула внутрь, прижимаясь к стене. В глубине пещеры мерцал слабый свет факела. Двое мужчин в тёмных плащах стояли у каменного выступа. Перед ними на земле лежал свиток, перевязанный красной лентой. Третий, в маске с узором, напоминающим паука, что‑то тихо говорил им. — Свиток должен быть у нас к рассвету, — произнёс он. — Коноха усиливает патрули. Если они узнают о наших перемещениях… Девушка замерла за выступом. Её пальцы сложились в печать. В тот же миг снаружи раздался короткий свист — сигнал от Шина: «Ещё группа приближается с юга». Она не стала ждать. Резко выпрямившись,зеленоглазая метнула три куная — два попали в факел, разбив его, третий вонзился в стену рядом с головой одного из курьеров. Пещера погрузилась в полумрак. — Не двигаться! — её голос прозвучал резко, властно. — Вы окружены. Бросьте оружие и поднимите руки. Мужчина в маске резко обернулся. Его рука метнулась к поясу, но Юри уже была рядом. Удар ногой в колено — он рухнул, а следующий удар ребром ладони по затылку лишил сознания. В этот момент в пещеру ворвались  братья Хаяси. Шиди мгновенно связал одного из курьеров, Шин прижал второго к стене.Анами появилась следом, держа наготове сюрикены. — Чисто, — коротко доложил Шиди. — У них при себе свиток. Юри подняла факел, осмотрела пленников. Затем подошла к мужчине в маске, перевернула его лицом вверх и осторожно сняла маску. — Я его знаю, — тихо сказала она. — Это один из шпионов из кровавого тумана. Он уже был в розыске. — Тогда тем более нельзя терять время, — бросил Шиди. — Нужно доставить их в Коноху. —Тори, свяжи их покрепче, — распорядилась Юри. —, Дорагон,проверь окрестности — нет ли ещё кого‑то., Юнаги, помоги мне собрать улики. Этот свиток может содержать критически важные данные. Пока Мэй ловко орудовала верёвками, Шиди вернулся с докладом: — Ещё двое были снаружи, но ушли, как только услышали шум. Я оставил метки на их следах — можно будет отследить позже. — Хорошо, — кивнула Юри. — Берём пленников и свиток. Возвращаемся. Она последний раз оглядела пещеру. В воздухе ещё витал запах сырости и дыма от факела, но теперь здесь не осталось тайн. Задание было выполнено — не грубой силой, а тактикой, слаженностью и хладнокровием. Когда отряд уже спускался с холма, Юри на мгновение остановилась, глядя на звёзды. — Мы сделали это, — тихо сказала она, скорее себе, чем остальным. — И сделали правильно. Шин, идущий рядом, впервые за долгое время слегка улыбнулся: — Да, Кицунэ. Ты действительно умеешь вести за собой. Юри улыбнулась в ответ и ускорила шаг. Впереди их ждала дорога домой — и заслуженное признание.                                   *** Пару часов ранее.  Парень в чёрном плаще с красными облаками наблюдал за двумя мужчинами, анализируя каждое движение: как они переглядывались, куда бросали взгляды, как располагались относительно выходов.  Его глаза, острые и внимательные, фиксировали всё — от расположения охранников до едва заметных жестов. Под плащом угадывались очертания свитка с кольцом на пальце — знак принадлежности к Акацуки. Взгляд невольно переместился на двух девушек в центре зала. Их танец завораживал: плавные, отточенные движения, игра света на нарядах, улыбки — но что‑то в их поведении насторожило его. — Итачи? — тихо окликнул напарник, стоящий чуть позади в тени переулка. Учиха ничего не ответил. Его руки непроизвольно сжались в кулаки, когда мужчина в зале грубо схватил одну из девушек и повалил к себе на колени.  Итачи узнал её мгновенно— он не спутал бы эти глаза ни с кем. Ярко‑зелёные, с отблеском упрямой решимости даже в этой нелепой ситуации. «Юри…» — пронеслось в его голове. Девушка, с которой он провёл всё детство. Они вместе учились, вместе служили в Анбу, вместе мечтали о великих подвигах. Она была для него… А кем она была для него? Мужчина потянул девушку в сторону тёмного коридора. Итачи сделал резкий шаг вперёд, готовый броситься следом, но напарник крепко схватил его за плечо. — Эй, ещё не время, — сказал Кисаме, его низкий голос звучал почти насмешливо. — Пусть развлекаются. Когда наступит нужный момент — убьём и пойдём к его боссу. Итачи медленно обернулся. В его глазах вспыхнули Шарингана — три чёрные запятые закружились вокруг зрачка. Он посмотрел на Кисаме холодно и твёрдо. Кисаме хмыкнул, обнажив острые зубы в ухмылке. Его кожа слегка поблескивала в полутьме. — Да ладно тебе, Учиха, — протянул он, похлопав Итачи по плечу. — Просто шутка. Хотя… кто знает, как всё обернётся? Может, девчонка сама кого‑нибудь прирежет. Итачи проигнорировал его слова. Он снова сосредоточился на происходящем внутри. Юри уже скрывалась в коридоре, но он успел заметить, как её рука скользнула к поясу — верный признак того, что она готова к действию. — Она не просто танцовщица, — тихо произнёс Итачи. — Смотри на её движения. Слишком точные, слишком контролируемые. Это шиноби на задании. И, судя по всему, из Конохи. Кисаме прищурился, вглядываясь в полутьму зала: — Думаешь, они охотятся за теми же, за кем и мы? — Возможно, — кивнул Итачи. Он активировал Шаринган — красные круги с чёрными томоэ замерцали в полутьме, позволяя видеть мельчайшие детали: напряжение мышц Узумаки, едва заметный блеск куная у неё за поясом, ауру чакры, которую она старательно маскировала. — Запомни всех, кто с ней контактировал, — бросил Итачи напарнику. — И следи за второй девушкой. Она тоже не проста. Кисаме вздохнул, доставая свиток: — Как скажешь, Учиха. Хотя, должен признать, девчонка впечатляет. Не каждый день увидишь, как куноичи так ловко маскируется под танцовщицу. Итачи промолчал. Он прижался к стене, растворяясь в тени. Внутри него боролись противоречивые чувства: беспокойство за Юри и холодный расчёт. Он знал, что его долг — выполнять миссию, но не мог просто стоять и смотреть, если с ней что‑то случится. «Держись, Юри, — мысленно произнёс он. — Я не позволю, чтобы с тобой что‑то случилось. Даже если ради этого придётся пойти против Кисаме». В этот момент из зала донёсся громкий смех — Юри смеялась, но Итачи видел: её глаза оставались холодными и сосредоточенными. — Ну что, идём за ней? — спросил Кисаме, поигрывая рукоятью меча. — Ещё рано, — ответил Итачи, не отрывая взгляда от двери. — Подождём. Пока она справляется сама.Нам так будет легче.                                    **** Ночь у границы Страны Ветра была тёмной и безлунной. Итачи и Кисаме заняли позицию на вершине холма, откуда хорошо просматривался вход в пещеру у старого русла реки. Внизу, у входа в пещеру, Юри и её команда действовали слаженно и чётко. парень следил за каждым их движением: как Мэй создала туман, маскирующий следы, как Шиди и Шин заняли позиции на периметре, как сама Узумаки бесшумно скользнула внутрь. Из пещеры донеслись звуки короткой схватки, затем властный голос зеленоглазой: — Не двигаться! Вы окружены. Бросьте оружие и поднимите руки. Учиха видел, как она обезвредила противника — быстро, точно, без лишней жестокости. Её движения были экономны и профессиональны. Когда команда девушки начала отступать, забрав пленников и свиток, она на мгновение остановилась. Итачи знал, что она чувствует его взгляд — даже без Шарингана. Но она не обернулась. Просто покачала головой и ускорила шаг. — Они справились, — заметил Кисаме. — Неплохо для команды из Конохи. — Да, — коротко ответил Итачи, продолжая смотреть вслед удаляющейся фигуре Юри. Хошигаки покосился на напарника: — Ты всё ещё за ней следишь? — Оцениваю угрозу, — ровно ответил Итачи. — Мы не знаем, что в том свитке. Возможно, это касается и наших целей. Напарник усмехнулся: — Как скажешь, Учиха. Пойдём доложим лидеру? — Да, —парень последний раз посмотрел в сторону, куда ушла Юри, и повернулся. — Пора возвращаться. Но где‑то в глубине души он понимал: эта встреча — не последняя. И когда они снова увидятся, придётся дать ответы на вопросы, которые оба так долго откладывали.                                    *** Возвращение домой всегда что‑то тёплое и солнечное. Для Юри храм огня действительно стал домом — местом, где она приходила в себя, где каждый камень, каждый изгиб деревянных балок напоминал о стабильности и покое.  Здесь она восстанавливала силы — и телом, и духом. В центре храма, в тени древнего клёна с багряными листьями, стояли двое: Бансай и незнакомый мужчина в длинном плаще. Они о чём‑то оживлённо беседовали, жестикулируя,но, как только заметили приближающийся отряд, сразу улыбнулись. — Дед, встречай! — громко крикнул Шин,широко раскинув руки. Остальные трое  просто поклонились с уважением, не нарушая тишины священного места.монах окинул всех взглядом — внимательным, но добрым, — и выдохнул с облегчением: — Вернулись наконец! Как прошла миссия? А кстати, это… — Джирайя‑сама? — удивлённо воскликнула Юри, её глаза расширились от неожиданности.— Вы тут какими судьбами? Мэй тут же выглянула из‑за спины подруги, с любопытством разглядывая гостя. — Тот самый? Легендарный жабий санин? — прошептала она, едва сдерживая восторг. Мужчина усмехнулся, почесал затылок и слегка поклонился: — Да, это я. Юри, мне надо с тобой поговорить.Пройдём? Он жестом пригласил её отойти в сторону, к небольшому фонтану, где журчала чистая вода,отражаясь в солнечных лучах. Юри кивнула и последовала за ним, чувствуя,как внутри просыпается волна воспоминаний.Она была рада встрече с санином — они не виделись почти девять лет. Тогда Юри было всего пять лет. Она вернулась домой раньше обычного — хотела показать дяде новый трюк с кунаями. Войдя в дом, она увидела не только дядю и тетю, но и какого‑то высокого мужчину с длинными белыми волосами. — Вы кто? — спросила девочка, недоверчиво прищурившись. Минато улыбнулся и положил руку ей на голову: — Юри, это Джирайя—сэнсэй, он был моим сэнсэем. — Привет, малышка, — добродушно отозвался санин, присев на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. — Ты, должно быть, Юри? Я слышал, ты очень способная. — Я буду великой куноичи! — важно заявила девочка, гордо выпрямив спину. Джирайя рассмеялся: — Вот и отлично. А я помогу тебе в этом, если захочешь. Кушина мягко улыбнулась: — Он не шутит, Юри. Джирайя-сама многому может научить. Девочка посмотрела на него с восхищением — этот человек казался ей каким‑то волшебником. — Ты выросла, — сказал мужчина. — У меня для тебя подарок. Жабий санин протянул ей свиток, на котором был вышит символ клана Узумаки — сложный узор из переплетённых линий, напоминающий одновременно водоворот и распускавший цветок. Свиток был обвязан красной лентой с печатью, которую зеленоглазая не сразу узнала. — Это техники твоего клана, — пояснил Джирайя. — То, что удалось сохранить. Часть записей я нашёл в старых архивах Конохи,кое‑что восстановил по памяти. Юри осторожно приняла свиток. Её пальцы слегка дрожали. Она медленно провела по тиснению символа — такого знакомого. — Спасибо… — прошептала она, голос чуть дрогнул. — По‑настоящему спасибо. Узумаки прижала свиток к груди, чувствуя, как внутри разливается тепло. Это было больше,чем просто знания — это была связь с предками, с историей её рода, о которой она знала так мало. — Ещё одно… — продолжил санин, и его голос стал серьёзнее. — Цунадэ вернулась. Она хочет с тобой увидеться. Юри подняла глаза, в них мелькнуло удивление: — Принцесса Цунадэ? — переспросила она. — Она же не только ваша бывшая напарница, но и сестра моей матери? Почему она решила появиться только сейчас? Джирайя вздохнул, потёр переносицу: — У Цунадэ свои причины, Юри. Она долго избегала Конохи, слишком много боли было связано с этим местом. Но сейчас…обстоятельства изменились. И захотела встретиться. — Вы думаете, она… помнит..? — тихо спросила Юри. — Конечно, помнит, — кивнул мужчина. — И, думаю, Цунадэ чувствует долг перед памятью сестры. Она хочет передать тебе то, что знает сама, — техники клана Сенджу, сила регенерации,медицинские дзюцу… Всё то, что может помочь тебе раскрыть свой потенциал полностью. Узумаки опустила взгляд на свиток в руках, затем снова подняла глаза на Джирайю: — Когда она хочет встретиться? — Завтра, здесь, в храме. Она уже в пути. В этот момент к ним подбежала Мэй: — Юри, ты слышала? Нам дали три дня отдыха!Бансай‑сама сказал, что после такой миссии мы заслужили передышку! Шиди и Шин подошли следом. Шин хитро улыбнулся: — А ещё он сказал, что на ужин будет жареный угорь! Мэй всплеснула руками: — О, угорь! Наконец‑то нормальная еда, а не походные сухари! Все засмеялись, напряжение момента развеялись. Юри улыбнулась друзьям, но взгляд снова метнулся к свитку. «Техники клана Узумаки… встреча с Цунадэ… — пронеслось у неё в голове. — Это начало чего‑то нового». Джирайя заметил её задумчивость и мягко положил руку на плечо: — Не торопись, Юри. Освой то, что есть, и будь готова учиться дальше. Твой путь только начинается. Она кивнула, крепче сжимая свиток: — Я готова.                                 *** Юри шла в сторону леса, листья под ногами шуршали в такт её неровному дыханию. В груди билось предвкушение — наконец‑то она увидит ту, кто связан с её матерью кровными узами. Но в глубине души затаились и другие чувства: обида, недоумение, даже горечь. Почему Цунадэ вспомнила о ней только сейчас? После стольких лет молчания — вдруг желание встретиться? «Может, ей что‑то нужно от меня?» — мелькнула мысль, но Юри тут же отогнала её. Она не хотела верить, что эта встреча — лишь расчёт. Когда Юри подошла к месту встречи — небольшой поляне, окружённой высокими соснами, — она увидела двух женщин. Одна с тёмными волосами. Вторая — с белоснежными волосами, с ожерельем на шее. Кто из них Цунадэ? Юри замерла на мгновение, пытаясь понять. — Юри? — спросила беловолосая женщина. Она улыбнулась, хотя и попыталась это скрыть. — Я Цунадэ. Это Шизунэ, она моя ученица. Юри не могла проронить и слова, будто язык вырвали с корнем. Что она чувствует? Обиду? Злость? Стеснение? Она не знала. В горле стоял ком, а в груди — странное, колючее ощущение.  Столько лет она представляла эту встречу, придумывала, что скажет, как посмотрит… Ведь она знала о Цунадэ из рассказов Хокагэ и Джирайи.А теперь — просто стояла и смотрела, не в силах вымолвить ни звука. Шизунэ чуть склонила голову, изучая Юри внимательным взглядом. Её поза была сдержанной, но в глазах читалось любопытство. Цунадэ сделала шаг вперёд, её голос стал мягче: — Если ты готова, мы начнём? Юри просто кивнула головой, сглотнув. Она попыталась взять себя в руки, выровнять дыхание. — К сожалению, я не могу научить тебя каким‑то техникам Мокутона, — продолжила Цунадэ, — но я могу улучшить твои знания в медицине и твои удары голыми руками. Да и могу помочь раскрыть Бьякуго. — Бьякуго? — переспросила она, наконец обретя голос. — Вы думаете, во мне есть потенциал для этого? Цунадэ внимательно посмотрела на неё, словно оценивая каждую черту лица, каждую линию тела. — Да, — ответила она твёрдо. — В тебе есть сила. Я вижу это. Шизунэ подошла ближе: — Печать требует огромной концентрации и контроля чакры. Мы начнём с основ — медитация, дыхательные упражнения, работа с точками циркуляции. Юри глубоко вдохнула. Страх и сомнения отступали, уступая место решимости. — Я готова, — сказала она, глядя прямо в глаза Цунадэ. — Научите меня. Цунадэ улыбнулась — на этот раз искренне: — Хорошо. Тогда начнём прямо сейчас. Первое упражнение — сосредоточься на своём сердцебиении. Почувствуй, как чакра течёт по твоим каналам. Представь, что где‑то внутри тебя есть источник — глубокий, мощный. Он ждёт, когда ты его откроешь. Юри закрыла глаза, стараясь выполнить указание. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и далёким криком птицы. Где‑то глубоко внутри она действительно ощутила что‑то — едва заметное тепло, будто искра, готовая разгореться в пламя.                                     *** Вот и ещё один год прошёл в храме. Юри исполнилось уже пятнадцать. Каждый день у неё был однообразен: с утра — занятия с Бансаем и парой монахов, днём — изнурительные тренировки с Цунадэ, вечером — отработка командных техник с отрядом и изучения техник клана. Про Наруто она, конечно, не забывала — за этот год она приходила к нему дважды, приносила сладости и рассказывала забавные истории из жизни в храме. Да и про Саске не забыла. На миссии с отрядом она тоже ходила регулярно — короткие вылазки, сбор информации, иногда стычки с мелкими бандами. Сейчас она снова на тренировке с Цунадэ. С самого утра день не задался: проспала, пропустила утреннюю медитацию, да ещё и погода была отвратительной — серое небо, холодный ветер, моросящий дождь, который то начинался, то прекращался. — Тебе надо лучше стараться, — строго сказала женщина, наблюдая, как Юри в очередной раз не может удержать концентрацию чакры для техники. Что‑то щёлкнуло внутри девушки, и она резко повернулась. — Лучше стараться? — крикнула она, голос дрожал от накопившейся усталости и обиды. — Да у меня не получается вообще ничего! Достало всё! И вообще, почему вы появились только недавно? Где вы были раньше? Почему никто не учил меня, когда это было нужно? Почему я должна всё узнавать сама, методом проб и ошибок? — Юри… — начала Цунадэ, но в её голосе прозвучала непривычная растерянность. Но Узумаки ничего не ответила и убежала. В ней бушевали тысячи эмоций: злость на себя, обида на мир, усталость, отчаяние — и где‑то глубоко внутри понимание, что она поступила неправильно. Зеленоглазая убежала на окраину леса, прижалась к стволу старого дуба и заплакала, как маленький ребёнок. Она устала — эмоционально и физически. Силы были на исходе. В голове всплывали воспоминания о детстве: смех, игры с друзьями, тёплые объятия Кушины и Минато… Тех, кого уже не вернуть. Она не заметила, как прошло полчаса. Внезапно она почувствовала знакомую чакру — спокойную, ровную, успокаивающую. Подняв голову, она увидела Шизунэ. Та присела рядом на корточки, аккуратно поправила прядь волос, упавшую Юри на лицо. — Ты знала, что Цунадэ‑сама была с тобой с самого детства? — тихо спросила она. — Чего? — Юри шмыгнула носом, пытаясь собраться с мыслями. — Она следила за тобой издалека, но не подходила, — продолжила Шизунэ, глядя куда‑то вдаль. — Боялась, что ты её возненавидишь. И самое ужасное — она винила себя в смерти твоих родителей. Считала, что если бы она была рядом, всё могло сложиться иначе. Она всегда мне это рассказывает, когда выпьет. И да, она принимала роды у твоей матери. Она стала первой, кто увидел тебя.Она говорила,что это было самый лучший момент в ее жизни. Юри замерла. В голове не укладывались эти слова. — Но… почему она мне не сказала? — прошептала она. — Потому что боялась, — просто ответила Шизунэ. — Боялась разрушить то, что у тебя уже было: твой путь, твоих друзей, твоё понимание мира. Она хотела помочь, но не знала как. Юри вытерла слёзы рукавом. В груди что‑то отпустило — обида и злость начали сменяться пониманием. — И что теперь? — спросила она. — Теперь ты знаешь правду,—улыбнулась Шизунэ и протянула ей руку. — А дальше — решать тебе. Пойдёшь ли ты к ней, простишь ли её молчание… или продолжишь бежать. Но помни: она хочет быть рядом. Просто не всегда знает, как это сделать правильно. Юри посмотрела на протянутую руку, затем — в сторону храма, где, она знала, сейчас стоит Цунадэ и смотрит вдаль, ожидая, вернётся ли она. Глубоко вдохнув, Юри взяла Шизунэ за руку и встала. — Думаю, пора поговорить, — сказала она. — По‑настоящему. Шизунэ кивнула, и они вместе направились обратно к храму — сквозь моросящий дождь, который, казалось, начал понемногу стихать. Юри и Шизунэ подошли к храму. Цунадэ стояла у входа — спиной к ним, глядя вдаль, на лес. Ее поза казалась непривычно напряжённой, даже уязвимой. Когда девушки приблизились, она медленно обернулась. — Юри… — начала Цунадэ, но осеклась. В ее глазах читалась смесь вины и надежды. Юри остановилась в нескольких шагах от неё.Шизунэ мягко коснулась её плеча и тихо сказала: — Я оставлю вас. Если что — я рядом. Она отошла к краю террасы и села на ступеньки, делая вид, что разглядывает облака,но на самом деле оставаясь начеку. Юри глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в голосе: — Шизунэ сказала… что вы были со мной с самого детства. Что вы принимали роды у моей матери. Это правда? Цунадэ опустила взгляд, затем кивнула: — Да. Я была там. Я держала тебя на руках,когда ты только появилась на свет. И я видела,как твоя мать улыбалась, прежде чем… — ее голос дрогнул. — Я не смогла её спасти. И твоего отца тоже. — Почему вы не сказали мне раньше? — Юри почувствовала, как к горлу подступает ком. — Почему прятались? Наблюдали издали ? Цунадэ медленно подняла глаза: — Потому что боялась. Боялась, что ты возненавидишь меня за то, что не спасла твоих родителей.Ведь могла..если ты только оказалась рядом . Боялась, что моё присутствие будет напоминать тебе о боли, которую ты испытала в детстве. Я хотела защитить тебя, но выбрала самый глупый путь — молчание. — Но вы могли хотя бы научить меня! — голос Юри сорвался. — Когда я тренировалась до изнеможения, когда не знала, как контролировать свою чакру, когда мне было одиноко… Вы могли помочь! — Могла, — тихо признала Цунадэ. — И я виновата перед тобой. Но пойми: я тоже училась на своих ошибках. Я потеряла близких,бежала от прошлого, пряталась от мира. Я думала, что не имею права вмешиваться в твою жизнь, пока не стану достаточно сильной,чтобы дать тебе что‑то стоящее. Она сделала шаг вперёд и протянула руку: — Прости меня, Юри. Я не идеальна. Я совершала ошибки. Но сейчас я здесь — не как легендарный саннин, не как наследница Сенджу,а как та, кто хочет быть рядом с тобой. Если ты позволишь. Юри смотрела на протянутую руку, затем — в глаза Цунадэ. В них она увидела то, чего не замечала раньше: искренность, раскаяние,теплоту. — Вы… правда считаете, что во мне есть потенциал? — тихо спросила она. — Что я могу раскрыть Бьякуго? Цунадэ улыбнулась — в первые за этот разговор по‑настоящему тепло: — Я уверена в этом. В тебе течёт кровь Узумаки и Сенджу. Ты унаследовала силу, которую бояться и завидуют. Но главное— у тебя есть воля. Та самая, что была у твоей матери и отца, у Первого и Второго Хокагэ.Ведь ты наследница,наследница силы Хаширамы и его воли. Юри медленно протянула руку и коснулась ладони Цунадэ. — Хорошо, — сказала она. — Я… я попробую. Но обещайте, что больше не будете прятаться. Что будете говорить со мной честно. Даже если это будет больно. — Обещаю, — твёрдо ответила Цунадэ и сжала ее ладонь. — Больше никаких тайн. Они стояли так несколько мгновений, держась за руки, а затем Цунадэ слегка притянула Юри к себе и осторожно обняла. Это было непривычно, неловко, но в то же время — правильно. Шизунэ, наблюдавшая за ними, улыбнулась и тихонько встала, чтобы не мешать. — А теперь, — Цунадэ отстранилась, но всё еще держала Юри за плечи, — давай вернёмся к тренировке. Начни с дыхания. Сосредоточься на том, как чакра течёт по твоим каналам.                                  *** — Последняя миссия — и мы возвращаемся в Коноху, — твёрдо сказала Узумаки, обводя взглядом товарищей. — Надеюсь, вы готовы. Они направились к зданию. Оно не внушало доверия: покосившееся, с выбитыми окнами и зияющими дырами в стенах. Из трещин сочились красные лужи — кровь. Воздух был отравлен её густым, металлическим запахом. — Заложники — на четвёртом этаже, — напомнил Шиди, проверяя кунаи. — Преступники используют яды, ловушки и техники земли. — Действуем по плану, — скомандовала Юри. — Мэй, твоя задача — эвакуация. Шиди, прикрываешь тылы и обезвреживаешь ловушки. Шин, ты со мной — сегодня ты основной удар. Они ворвались внутрь. Первый этаж встретил их засадой: пятеро бандитов с мечами и отправленными сюрикенами бросились на встречу. — Призыв: Кицунэ! — выкрикнула Юри, быстро сложив печати. В облаке дыма появилась величественная лиса. Кицунэ взмахнула хвостом, создавая вихрь,который отбросил нападавших к стене.Двое бандитов остались лежать без движения, ещё двое отлетели к стене, оглашенные. — Призыв:Шу! — отозвался Шин. Из земли вырвался огромный пёс с густой шерстью, острыми клыками и свирепым оскалом. Шу бросился вперёд, сбивая с ног двоих противников и блокируя путь остальным.Его мощные челюсти сомкнулись на руке одного из бандитов — тот закричал от боли и выронил оружие. Мэй и Шиди тем временем пробирались к лестнице. — На третий этаж! — крикнула Юри. На площадке их ждали семеро. Один из них поднял руку — с пальцев сорвалась ядовитая туманная завеса. — Отравленная чакра! — предупредила Мэй. — Не вдыхайте! Юри увернулась от ядовитого облака,перекатилась и метнула кунаи — два попали точно в цель, заставив противников отступить. —Юнаги, прикрой! — бросила она. Шу прыгнул вперёд, блокируя путь противникам, а Кицунэ создала иллюзии. Шиди активировал технику клонов: несколько его клонов бросились в атаку,отвлекая внимание бандитов. Это дало Юри и Шину шанс прорваться дальше. —Тори, проверь заложников на втором этаже!— приказала Юри.  Мэй кивнула и скрылась в одном из коридоров. Третий этаж. Здесь обстановка была хуже:по всюду следы борьбы, разбитая мебель, пятна крови на полу. Трое бандитов охраняли лестничный пролёт на четвёртый этаж. Шиди сцепился с одним из них в ближнем бою.Его противник использовал технику земли — поднял каменные шипы из пола, но Шин ловко вернулся и контратаковал их. Юри тем временем сражалась сразу с двумя.Она уворачивалась от ударов, парировала атаки, использовала Кицунэ для дистанционных атак.  Лиса металась между противниками, хвостом сбивая их с ритма. Один из бандитов попытался атаковать сзади, но Юри почувствовала движение и резко развернулась, нанеся точный удар в солнечное сплетение — противник рухнул, хватая ртом воздух. Второй попытался использовать ядовитый порошок, но девушка успела бросить дымовую шашку — в облаке дыма она приблизилась в плотную и вырубила его ударом локтя в висок. Четвёртый этаж. В большой комнате,заваленной оружием и свитками, сидели главари банды. В углу, связанные и избитые,сидели заложники — семеро гражданских и двое юных шиноби. — Вы опоздали, — усмехнулся один из главарей,поднимая нож над заложником. Но Узумаки уже была рядом. Используя скорость и ловкость, она метнулась вперёд, одновременно приказывая Кицунэ атаковать с фланга.  Лиса отвлекла внимание главаря иллюзией, а Юри в этот момент перехватила руку с ножом,выкрутила её и мощным толчком отправила противника в стену. —Тори, эвакуируй их! — приказала она,указывая на заложников. Пока Мэй освобождала и выводила людей, Шин и Шиди вступили в бой с оставшимися преступниками. Кицунэ и Шу работали в паре:лиса создавала ловушки, пёс сбивал с ног и блокировал пути отступления. Юри сосредоточилась на главном главаре. Тот оказался опытным бойцом, владеющим техниками земли. Он поднял стену из камней,пытаясь раздавить её, но девушка увернулась,перепрыгнув через препятствие, и метнула серию кунаев — один попал точно в сонную артерию, заставив главаря вскрикнуть от боли и сразу упасть. Через полчаса здание было зачищено.Заложники эвакуированы, преступники убиты. Юри стояла на улице, тяжело дыша. Пот стекал по лицу, одежда была порвана в нескольких местах, на руке виднелась глубокая царапина,которая уже заживала.Но она улыбалась. — Получилось, — выдохнула она. Шиди подошел, хлопнул её по плечу. —Мы справились. Мэй улыбнулась: — Теперь мы точно готовы вернуться в Коноху.                                      *** Девушка зашла в свой дом — и в тот же миг к ней в объятия налетел десятилетний мальчик. — Наруто! — улыбнулась Юри, крепко обнимая его в ответ. — Я тоже рада тебя видеть. — Наконец‑то ты вернулась! Я так скучал,сестрёнка! — Наруто чуть ли не подпрыгивал от радости, его голубые глаза сияли. — Я тоже скучала, — искренне ответила Юри,взъерошив его светлые волосы. Они провели весь день вместе. Наруто безумолку рассказывал, как он жил эти два года без неё — даже о тех событиях, о которых они уже говорили при встречах. Он описывал свои тренировки, проделки в Академии, как его снова выгнали с уроков за очередную шалость, как он пытался научиться ходить по воде…  Юри слушала внимательно,иногда задавала вопросы, улыбалась его энтузиазму. В такие моменты она особенно остро чувствовала, как сильно привязана к этому неугомонному мальчишке. Вечером Юри отправилась к Хокагэ — её ждал доклад о последней миссии. Она вошла в кабинет и почтительно поклонилась: — Мы выполнили всё, как вы приказывали,Хокагэ‑сама и Данзо‑сама, — сказала она. — Я рад тебя видеть, Юри, — тепло ответил Сарутоби. — Помнишь, год назад твой отряд нашел тот список? Мы смогли его расшифровать. В нём сказано, что некто из Кровавого Тумана готовит нападение на Коноху. Готовит месть за что‑то. Узумаки подняла брови, насторожившись: — Вы хотите, чтобы мой отряд нашёл этого человека? Данзо усмехнулся и подошёл ближе: — Верно. И сразу уничтожить. Не важно ни возраст, ни его мотивы. — К сожалению, миссия будут долгая, — добавил Хирузен. — Через каждые полгода вы должны возвращаться и докладывать о том, что узнали и до чего дошли. — Снова бросить Наруто? — тихо спросила Юри, в её голосе прозвучала боль. — Ты шиноби Листа! — резко крикнул Данзо. — Ты обязана! — Данзо, успокойся, — мягко осадил его Хокагэ.— Юри, пойми, это важно для деревни. — Я и не отказываюсь от этого, спокойно ответила Юри, выпрямившись. — Когда отправляться? — Через месяц. *** На следующий день Юри собрала свой отряд на тренировочной площадке. Лёгкий ветерок шевелил листья деревьев, а солнце клонилось к закату, окрашивая небо в тёплые оттенки оранжевого и розового. — У меня для вас приказ от Хокагэ и Данзо, — начала Юри, стараясь говорить ровно. — Мы отправляемся на долгосрочное задание. Цель— найти и устранить угрозу из Кровавого тумана. Миссии будут долгими, возвращаться будем каждые полгода для доклада. Мэй удивилась: — Каждые полгода? То есть мы почти не будем видеть Храм и Коноху? Шин сжал кулаки: — И сколько это продлится? Год? Два? Шиди молча смотрел на Юри, ожидая ее реакции. — Точных сроков нет, — призналась Юри. — Но я не прошу вас идти со мной, если вы не готовы. — Мы — отряд, — твёрдо сказал старший из них. — И идем вместе. Верно, ребята? Мэй и Шин  переглянулись и кивнули. — Верно, — подтвердила Мэй. — Вместе. Юри почувствовала укол благодарности. — Спасибо. Через месяц выступаем.Используйте это время как хотите — для отдыха, тренировок, встреч с родными. Юри решила сообщить новость Наруто на следующий день. Они сидели на крыше дома, наблюдая, как солнце опускается за горизонт. — Наруто… — начала она мягко. — Через месяця снова уезжаю. Надолго. Мальчик замер, улыбка сползла с его лица. — Но… ты же только вернулась! — его голос дрогнул. — Опять на миссию? — Да. Очень важную. — И надолго? — тихо спросил Наруто, опустив голову. — Точно не знаю. Буду возвращаться каждые полгода, чтобы доложить о прогрессе и чтобы..Увидеть тебя. Наруто сжал кулаки, на глазах выступили слёзы.Юри обняла его, прижала к себе. — Я буду писать тебе, — прошептала она. — Каждый месяц. И присылать подарки. А когда вернусь — научу новой технике, хорошо? — Обещаешь? — он поднял на неё глаза,полные надежды. — Клянусь, — Юри улыбнулась и взъерошила его волосы. — А пока давай проведём этот месяц так, чтобы запомнить его на всегда! Следующие недели Юри посвятила Наруто.Они каждый день ели рамен в любимом кафе. Тренировались вместе — Юри учила его основам тайдзюцу и контролю чакры. Ходили на все фестивали, которые проходили в Конохе, устраивали пикники у реки. Рассказывали друг другу истории до поздней ночи. Однажды Наруто торжественно вручил ей самодельный кулон на шнурке: — Это оберег! Он защитит тебя на миссии! Юри бережно повесила его на шею: — Спасибо, Наруто. Я буду носить его всегда. Несколько раз в неделю Юри навещала Саске.Она помогала ему с уборкой, готовила его любимые блюда и молча сидела рядом, пока он тренировался.Так чтобы он не заметил.Хотя он уже точно догадывался обо всем. По утрам Юри занималась самостоятельно: изучала свитки с клана Узумаки,практиковала технику цепей. Так же пыталась активировать Бьякуго — но, как ни старалась, печать не появлялась. Каждый раз после неудачной попытки она лишь устало вытирала пот со лба и начинала заново, шепча себе под нос слова Цунадэ:«Источник внутри тебя. Он ждёт, когда ты его откроешь». *** В день отправления отряд собрался у ворот Конохи. Наруто стоял рядом с Юри, держа её заруку. — Не забывай писать! — повторил он в десятый раз. — Не забуду, — улыбнулась Юри и обняла его крепко‑крепко. — Береги себя, Наруто. И учись хорошо! — Я стану Хокагэ! — крикнул он ей вслед. — И тогда ты будешь гордиться мной! Юри обернулась и помахала рукой. — Я уже горжусь тобой, — тихо сказала она. Отряд двинулся в путь. Шиди шёл рядом с Юри: — Готова? — Готова, — ответила она, коснувшись кулона,подаренного Наруто. — Пойдём. Солнце поднималось над горизонтом, освещая дорогу, которая вела их в неизвестность. Но Юри знала: какие бы испытания ни ждали их впереди, она сделает всё, чтобы вернуться к тем, кто ей дорог.