Глава 12.

      Уже четвёртый день Грейнджер надо мной издевается. Буквально каждый вечер в гостиной собирается компания из восьми человек, чтобы выпить сливочное пиво, поболтать, обсудить квиддич, поиграть во взрывные карты или в шахматы. Но я смотрю только на эту гриффиндорку. То, как она бросает на меня короткие взгляды, как обсасывает свои сахарные перья… От этого вида становится тесно в штанах. За все эти дни я ни разу не оставался с ней наедине. Она будто специально бегала от меня и откровенно дразнила.       Кто бы мог подумать — Блейз очаровал Уиезлету. Пока я наблюдал, как пытают маглов в подвале Мэнора, Забини играл в спасителя в Хогвартсе. Самое обидное, что он мне ничего не сказал. И Пэнси… Как она могла не похвастаться, что трахает Избранного? Драко точно знал, кто кого трахает. Они с Пэнси были друг у друга первыми и на протяжении почти полутора лет старательно изучали друг друга. Пэнси была его единственной девушкой. Многие считали, что он не упускает ни одной юбки, но это было не так: эти девушки сами распускали грязные слухи, которые Драко просто не стал опровергать.       Но шестой курс выдался для него адом. Тёмная метка жгла кожу, отец сидел за решёткой, сверху давили приказами убить директора, а страх за собственную жизнь не отпускал ни на секунду — стресс накрыл его с головой. Драко отдалился от друзей. Они не понимали, что происходит, пытались докопаться до сути, но он не хотел подвергать их опасности. Поэтому и вёл себя так, будто он самый настоящий ублюдок.       Тогда отношения с Пэнси прекратились. С Тео он не виделся после убийства Дамблдора, и на седьмой курс он тоже не вернулся — просто сбежал от садиста-отца. Конечно, если бы он этого не сделал, стоял бы в первых рядах пожирателей.       Блейза он видел редко в Хогвартсе, когда навещал крёстного. Тот смотрел на Драко с презрением и отвращением. Только в августе, за месяц до школы, они наконец встретились и обсудили всё. Драко был прощён за своё поведение.       «Лучше бы змееподобный ублюдок, прикончил отца за мой побег, но я всё‑таки надеюсь, что он хорошенько одарил его Круциатусом», — сказал тогда Тео.       «Хорошо, что бывший моей матери подох, иначе я бы тоже стоял среди пожирателей», — сказал Блейз. «На твоём месте я бы поступила точно так же», — сказала Пэнси.       И в тот день он выдохнул с облегчением: он не один, у него есть друзья.       Сейчас, сидя в Большом зале, он думал о сегодняшнем матче по квиддичу со сборной Хаффлпаффа. И о Грейнджер.

***

      Всё складывается отлично: с понедельника мы каждый день собираемся в гостиной — без ссор и скандалов, просто пообщаться. Рон оказался прав: с Тео действительно весело, хоть его шутки и не блещут остроумием — зато они здорово разряжают обстановку. Мы с Пэнси наконец поговорили и выяснили, что не держим друг на друга зла.       Гарри быстро нашёл общий язык со слизеринцами — в отличие от Рона. Впрочем, ситуация меняется: Рон сдружился с Ноттом и стал терпимее к окружающим. Это большой шаг вперёд, и я надеюсь, что так будет и дальше.       С Малфоем творится что‑то непонятное — я никак не могу разгадать его мотивы. У меня стойкое ощущение, что он меня нарочно избегает: стоит мне взглянуть на него, как он тут же отводит глаза. Я хотела хоть что то выяснить обратившись хорьком, но ничего не вышло. Он больше не появляется у озера, постоянно сидит в гостиной.       Я пообещала себе, что сегодня докопаюсь до истины. И если он вдруг решил, что всё случившееся было ошибкой, он точно не станет попадаться мне на глаза все выходные, потому что меня не будет в замке.       Я попросила Виктора поехать со мной в Мунго на этих выходных, чтобы проведать родителей. Да, ему пришлось пожертвовать индивидуальными тренировками с командой, но разве не в этом суть дружбы? Друзья всегда готовы прийти на помощь.

***

      Мне страшно. Я уже почти отошел от случившегося в понедельник. За три дня слава Мерлину никакая дичь со мной не происходила. Но все-таки курить марихуану с Уизли я отказался. Но зато в гостиной мы отжигали по полной, было реально весело. Как оказалось Блейз трахается с сестрой Уизли. Я охуел! Но Рон ни как на это не отреагировал. Было пиздец странно видеть Поттера рядом с Малфоем, надо отдать Драко должное: он еще ни разу не продул ему в шахматы. Уизли играть с Драко отказался, сказал не хочет ранить его хрупкое эго. Это было смешно. Но на самом деле мне кажется, что он ещё не привык к компании бывшего пожирателя.

***

      До игры было ещё около тридцати минут, почти вся команда была в сборе и обсуждала стратегию с Виктором. Не было только Малфоя. Гермиона решила не упускать шанс поговорить с ним наедине и отправилась в раздевалку.       Зайдя в помещение, она огляделась:       — Малфой?       Из‑под шкафчиков показалась блондинистая макушка.       — Грейнджер? Что ты тут делаешь? — недоумевая, спросил он.       — Мы можем поговорить? — неловко спросила она.       — Эм, да, конечно. Что‑то случилось? — прочистив горло, сказал Малфой.       Гермиона подошла к нему на расстоянии вытянутой руки. Окинула его взглядом: он как раз закончил надевать форму, и, о Мерлин, она чертовски ему шла. Поняв, что пялится, она перевела взгляд на его лицо:       — Нет, просто… Ты что, меня избегаешь? — чуть запнувшись, спросила она.       — Я? Нет, это ты издеваешься надо мной! Ты специально это делаешь? — возмутился Драко.       — Что? Нет! Я думала, ты жалеешь о том, что случилось, — немного подумав, она добавила: — Ну, в смысле, о том, что было в понедельник во время обеда.       Малфой сократил расстояние — они находились всего в полудюйма друг от друга. Его губы приблизились к её уху, и он прошептал:       — Называй всё своими именами, Грейнджер, — он аккуратно положил руки ей на талию и с ехидной улыбкой продолжил: — Нет, я ни о чём не жалею. А ты? Тебе понравилось кончать на мои пальцы?       Гермиона слегка покачала головой и тихо выдохнула:       — Не жалею.       Медленно повернув голову, она встретилась с ним взглядом. Драко рывком притянул её за талию к себе и без слов, без колебаний — он наклонился и поцеловал её так, что у обоих перехватило дыхание. Поцелуй был стремительным, горячим: губы двигались в едином порыве.       Малфой прижал её к стене. В этот момент Гермиона погрузила свои пальцы в его волосы, притягивая ближе. Он застонал ей в губы, толкнувшись своей эрекцией в живот. Она резко откинула голову назад, задыхаясь от нахлынувших ощущений.       Горячими поцелуями Малфой прочертил путь от скулы, стремительно спускаясь к ключицам. Его пальцы нетерпеливо расстёгивали пуговицы на её блузке. Наконец, добравшись до цели, он спустил вниз чашечку лифа и жадно приложился губами к уже затвердевшему соску.       Гермиона силой закусила губу, чтобы заглушить стон и сильнее зарылась в его волосы. От чего член в его штанах дернулся от желания. Драко опустил руку к её бедру, его пальцы подбирались под юбку. Но она резко одёрнула её и, задыхаясь, произнесла:       — Нет, Малфой, теперь моя очередь.       Отстранив его голову от груди, Гермиона приподняла её и жадно впилась в его губы. Одна рука выскользнула из его волос: девушка рывком выдернула заправленную футболку из‑под ремня и легко прошлась кончиками пальцев по его обнажённому торсу.       Драко перестал дышать. В этот момент Гермиона пробежалась пальцами по его твёрдому члену, подбираясь к пряжке ремня. Несколькими быстрыми движениями она избавилась от всех препятствий. Грудной стон вырвался из него, когда она взяла в руку основание его горячего члена, размазала предэякулят по головке и сделала несколько поступательных движений.       Он прикрыл глаза, уткнувшись своим лбом в её лоб, и изо всех сил старался не кончить в тот же момент. Она прошлась языком от его скуле к шее, продолжая двигать рукой в нарастающем темпе. Всё его тело напряглось, челюсть плотно сжалась, и на скулах заиграли желваки.       Гермиона проложила дорожку поцелуев от шеи к его уху и прошептала:       — Расслабься, Малфой, у нас мало времени. Давай, кончи для меня, как я кончала для тебя.       — Бляяяядь… — простонал он. Малфой схватил её за волосы и вовлёк в новый глубокий поцелуй. Буквально через минуту он излился в её руку с протяжным громким стоном.       Гермиона опустила взгляд, посмотрев между ними, подняла руку и прошлась языком по белой жидкости.       Драко заворожённо наблюдал за этим движением. Слегка поморщившись, Гермиона сказала: — Неплохо, но говорят, ананасовый сок улучшает вкус. — Ананасовый сок? — непонимающе спросил Драко.       Она лишь кивнула, достала палочку из кармана и наложила очищающие чары на обоих. Пока Гермиона застёгивала блузку, он просто стоял, не смея шелохнуться, и смотрел на неё нечитаемым взглядом.       — Иди, Малфой, скоро игра начнётся, — ухмыльнулась она, переводя на него взгляд. — Я выйду через десять минут.       Драко наспех привёл себя в порядок, но всё так же продолжал стоять. Гермиона сократила расстояние, встала на носочки и чмокнула его в щёку.       — Ну же, Малфой, иди, — сказала она, подталкивая его к выходу.       Он нехотя развернулся и направился к полю, услышав напоследок:       — Удачи, Малфой.       «Пиздец, Гермиона Грейнджер дрочила мне в раздевалке. Похоже, я влюблён», — подумал он, идя на поле, а на его лице застыла глупая улыбка.

***

      Теодор Нотт ловко увернулся от квоффла и, заложив крутой вираж, оглядел поле. Вдруг он замер, едва не потеряв равновесие на метле.       В дальнем конце поля парил дементор. Его чёрный балахон колыхался в воздухе, а под капюшоном клубилась тьма. Холод, резкий и пронизывающий, ударил по коже, вытесняя все радостные мысли.       «Пиздец, он пришёл за мной», — пронеслось в голове Тео. Сердце забилось чаще, в висках застучало. Он вцепился в рукоятку метлы так, что побелели костяшки.       Но никто не реагировал. Ни судьи, ни игроки, ни зрители — все продолжали кричать, свистеть, следить за игрой, будто посреди поля не висело воплощение кошмара. Тео растерянно переводил взгляд с одного лица на другое: неужели он один видит эту тварь? Может, это галлюцинация? Но он не курил марихуану уже несколько дней, не пил со всеми пиво, сидя в гостиной, и его приступы не повторялись.       Пока Тео думал, дементор медленно двинулся вперёд, скользя над полем, словно ища кого‑то. Тео почувствовал, как внутри всё сжимается. Он сглотнул, пытаясь собраться с мыслями.       И тут в бок ему врезался бладжер, чудом не сбив с метлы. Рефлекс сработал раньше, чем разум: Тео вскинул биту, развернулся и, не раздумывая, изо всех сил ударил по второму бладжеру, направляя его прямо в грудь дементора.       Шар врезался точно в цель. Силуэт замерцал, исказился… а затем вдруг распался, и вместо жуткого существа Тео увидел Драко Малфоя. Бладжер угодил ему прямо в солнечное сплетение.       Драко резко выдохнул, глаза закатились, руки разжались — и он, потеряв сознание, начал падать с метлы.       — Драко! — Тео рванул вниз, сердце ушло в пятки.       К счастью, рядом оказался Блейз. Он спикировал, подхватил Малфоя буквально в паре метров от земли и аккуратно опустил на траву у края поля.       В этот самый момент над стадионом разнёсся торжествующий крик комментатора:       — Ловец Хаффлпаффа поймал снитч! Матч окончен! Победа Хаффлпаффа с перевесом в 140 очков!       Судьи тут же остановили игру. На поле выбежали мадам Помфри и Минерва Макгонагалл. Тео приземлился рядом, чувствуя, как дрожат руки.       — Что произошло? — строго спросила директриса.       — Я… я не знал, — хрипло произнёс Тео. — Мне показалось, там дементор. Я ударил бладжером…       Вокруг собрались игроки обеих команд. Кто‑то недоверчиво качал головой, кто‑то смотрел на Тео с осуждением.       — Дементор? — переспросила Макгонагалл. — На стадионе Хогвартса?       — Знаю, звучит безумно, — Тео сжал биту. — Но я его видел. Чётко. Холод, тьма… Всё как тогда, в поезде на третьем курсе.       — Мистер Нотт, жду вас в своём кабинете через час, — приказала директриса и перевела внимание на лежащего без сознания блондина.       Теодор с ужасом наблюдал, как Блейз подхватил на руки Малфоя и потащил в сторону замка. В этот момент Уизли схватил его за предплечье и потащил подальше от чужих глаз:       — Что ты, блядь, принял? — взревел он. — Какой, нахуй, дементор?!       — Клянусь, Рон, я ничего не принимал, чёрт! Я даже марихуану с тобой не курил! — всё ещё не оправившись от шока, поспешно ответил Тео.       — Да что, блядь, с тобой происходит, Нотт? — недоумевая, спросил рыжий. — Сходи, блядь, в Мунго, — сказал он напоследок, оставив Теодора одного.

***

      Всё произошло за секунду. Резкий взмах биты, свист бладжера — и тот, словно выпущенный из катапульты, летит прямиком в грудь Малфою.       Гермиона видела, как его глаза закатились, и он камнем полетел с метлы вниз. Облегчение накрыло её волной — она была готова броситься к Забини и расцеловать его за то, что он успел поймать Драко до падения.       Гермиона сжала кулаки, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. Она перевела взгляд на Нотта — тот застыл в воздухе, побледнев, и неотрывно смотрел вниз. В его глазах читалось что‑то вроде шока и запоздалого ужаса.       «Это была случайность, он не хотел этого», — мелькнуло в голове у Гермионы.       Она заметила, как Теодор медленно спустился к земле, нерешительно подошёл к группе собравшихся вокруг Малфоя, но остановился в нескольких шагах, не решаясь приблизиться. Он говорил о чём‑то с Макгонагалл.       Гермиона перевела взгляд на блондина, лежащего на траве, и невольно сделала шаг вперёд — пальцы дрожали. Хотелось броситься к нему, проверить, дышит ли он ровно, убедиться, что с ним всё в порядке. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Но он не приходил в себя. Его бессознательное тело подхватил Блейз и направился к замку. Все звуки вокруг вдруг перестали иметь значение, и лишь мысль о том, что всё плохо, не выходила у неё из головы.

***

      — Директор Макгонагалл, можно к вам? — аккуратно спросил Теодор.       — Мистер Нотт, войдите, я вас ждала, — спокойно ответила она.       — Извините, директор, я клянусь, я не хотел, чтобы так получилось. Это всё последствия… — Макгонагалл подняла руку в останавливающем жесте.       — Не нужно передо мной оправдываться, лишь ответьте на мой вопрос, — посмотрев на собеседника серьёзно, сказала она. — Перед матчем употребляли ли вы какие‑либо дурманящие вещества?       — Нет, честно, это всё последствия круциатуса, кому, как не вам, знать об этом, — в надежде на понимание ответил Теодор.       — Я надеялась на честный ответ, — тяжело вздохнув, она продолжила: — Мистер Нотт, я знаю абсолютно обо всём, что происходит в стенах этого замка и, конечно, в его окрестностях. Поэтому подумайте ещё раз и ответьте мне на вопрос.       — Чёрт, да. Да, я покупал марихуану в «Кабаньей голове», но клянусь, перед матчем я ничего не употреблял! — воскликнул он. — Я… Я в понедельник вдруг просто забылся и пошёл в подземелья, стоял у стены и не мог подобрать пароль, а потом пришёл профессор Слизнорт, и я вдруг всё вспомнил. Я испугался и больше не употреблял, клянусь Мерлином! — От страха перед исключением он решил ничего не скрывать, но и крысой становиться не собирался, поэтому не упомянул Уизли.       — Что‑то ещё странное происходило с вами? — осторожно спросила Макгонагалл.       — Эм, да. Тоже в понедельник, на чарах я не смог прочесть учебник. Но это было недолго — спустя где‑то полминуты всё вернулось на свои места, — честно ответил он.       — Понятно, мистер Нотт, — она встала со стула, посмотрела на него и продолжила: — Подготовьтесь, завтра утром вы отправляетесь с мисс Грейнджер и мистером Крамом в Больницу святого Мунго.       — Я что? Зачем? Вы думаете, я сумасшедший? — с ужасом в голосе спросил Тео.       — Нет, но я знаю о вашей проблеме, Теодор, вам нужно обратиться к вашему лечащему колдомедику. Когда вы последний раз были там? — спокойно ответила она.       — Что? Кто вам сказал? — Он проследил за взглядом директора и наткнулся на портрет профессора Снейпа. «Ну просто заебись!» — тяжело выдохнув, он всё же ответил: — В прошлом году.       — То есть после диагноза вы больше не проходили обследование? — возмущённо спросила она.       — Нет, зачем? Мне сказали, что это не лечится, просто нельзя допускать повреждения головы, ну и не испытывать стресс, и ещё там что‑то.       — Понятно, вы свободны, мистер Нотт. Сообщите мисс Грейнджер, что вы присоединитесь к ней. Я отправлю письмо в больницу, чтобы предупредить о вас, — закончила Макгонагалл.       — Всего доброго, директор, — попрощался Тео и направился к выходу.       Он не стал больше спорить со старухой. В этом не было никакого смысла, главное — речь не шла об исключении. И посещение Мунго — отличная идея: может, колдомедик пропишет ему какие‑то зелья от галлюцинаций.

***

      В гостиной башни старост собрались гриффиндорцы в ожидании новостей. Рон сидел в кресле, скрестив руки на груди. Джинни расслабленно расположилась на диване, а рядом с ней — Гарри, опустивший голову на руки, упёртые в колени. Лишь Гермиона не находила себе места и нервно расхаживала взад‑вперёд, то и дело бросая взгляды на портрет.       В этот момент в гостиную вошли слизеринцы.Грейнджер тут же бросилась к ним с расспросами:       — Ну что там? Как он? Пришёл в себя? — быстро спросила она.       — Салазар, Грейнджер, ты чего так распереживалась? — ухмыльнулась Пэнси.       — Это ты её ещё не видела, когда я в него «Сектумсемпрой» кинул. Клянусь, такого отборного мата ты в жизни не слышала! — усмехнулся Гарри, на что Гермиона закатила глаза.       — Да ты чуть его не убил! — воскликнула она и перевела взгляд на Блейза.       Он, поняв, что от него ждут ответа, поднял руки в жесте капитуляции и сказал:       — С ним всё в норме: трещина в грудной клетке и сломано четыре ребра. Он очнулся, Помфри дала ему «Костерост» и влила «Зелье сна без сновидений». Так что спокойно, Грейнджер, жив твой… дружок?       — Ой, да иди нахер, Забини, — обиженно выпалила она, шутливо ударяя его в плечо. Тот лишь рассмеялся и потёр место удара.       — Да я ведь пошутил. Драко завтра придёт в себя, но его оставят до утра понедельника — ну, для наблюдения, — закончил мулат.       — Слушай, Грейнджер. Можно тебя на пару слов? — подошёл к ней Тео. Она насторожилась, но всё же последовала за ним в сторону спален.       — Старуха сказала, ты завтра с Крамом отправляешься в Мунго? — неловко спросил он.       — Ну да, — ответила Гермиона, не понимая, к чему он ведёт, — у меня там личные дела.       — Ты больна? — осторожно спросил он.       — Что? Нет! У меня всё нормально, мне нужно навестить кое‑кого. Переходи к делу, Нотт, чего ты хочешь? — раздражённо сказала она.       — Ладно, — Макгонагалл сказала, чтобы я отправился с вами. Она уже отправила письмо в Мунго, так что да, я отправляюсь с вами, — быстро ответил Теодор.       Гермиона на мгновение задумалась:       — Эм, ну ладно. Мне нужно ещё что‑то знать?       — Нет, это всё. Тогда до завтра?       — Мы отправляемся после завтрака, не проспи, Нотт, — напоследок сказала она и направилась к спальням.