Глава: 33

Лондон, Великобритания 20 ноября 1943 года — Мисс Барнс, если у вас найдется минутка, не окажете любезность? Хочу вам кое-что показать, — вежливо окликнул её Говард Старк из дверного проема столовой. Изабель оторвалась от своего наполовину съеденного завтрака под аккомпанемент оживленной перебранки новоиспеченной команды Стива. Бойцы вовсю спорили о названии для отряда, пока лучшим вариантом оставался «Боевая мощь», хотя он и вызывал лишь дружные стоны разочарования. — Конечно, — отозвалась Изабель, вытирая руки салфеткой и поднимаясь со стула. — А вы, мальчики, спорьте дальше. Я проголосую, когда вы сойдетесь на чем-то менее нелепом. Она последовала за Старком по извилистым, тускло освещенным коридорам базы СНР. Над головой гудели люминесцентные лампы. По мере того как они спускались в подземную лабораторию Старка, в воздухе всё отчетливее проступали запахи машинного масла и жженого металла. — Скоро заглянет Роджерс чтобы осмотреть новые прототипы оружия, — пояснил Говард, отпирая тяжелую стальную дверь и пропуская её внутрь. — Но пока мы одни, я хочу, чтобы вы кое на что взглянули. В лаборатории было холодно и стерильно — кругом царили стекло и сталь. В самом центре высилась герметичная камера из толстого бронированного стекла, излучающая изнутри слабое голубое сияние. Внутри нее, зажатая в механических тисках, покоился небольшой картридж, издающий зловещий гул. — Наденьте это, — бросил Говард, протягивая ей лабораторный халат и защитные очки. Изабель нахмурилась, облачаясь в предложенное. — Говард, я не ученый. Я же во всем этом ничего не смыслю. Он бросил на нее многозначительный взгляд. — Вы знаете больше, чем думаете. Брат рассказывал вам, на что способно оружие Гидры. — Он говорил, что они стреляют голубыми молниями. Люди просто распадаются на части… обращаются в пыль на ветру, — она пожала плечами. — А вы когда-нибудь задумывались, куда девается эта пыль? — Вкрадчиво пробормотал Говард, и в его голосе прозвучали нотки глубокого раздумья. Она нахмурилась. — Что вы имеете в виду? Я думала, она просто… испаряется. — Гидра не просто испепеляет людей. Не с такими технологиями, — произнес он, кивнув на картридж. — А теперь возьмите тот блокнот на стойке и записывайте всё, что я скажу. Необязательно слово в слово, мне просто нужен протокол. Изабель открыла блокнот на чистой странице и вывела сверху: Картридж Гидры — 20.11.43 Голос Старка стал сухим и бесстрастным, когда он просунул руки в перчатки герметичного бокса. С точностью хирурга он принялся разбирать кассету. — Первичные показания: сигнатура излучения аномальна. Альфа или бета-излучение не обнаружено. Низкий гамма-фон, крайне нестабилен. Роджерс бы этого не заметил, но эта штука прячется у всех на виду. Он снял секцию корпуса и изучил её под сенсорной панелью, что-то бормоча себе под нос. — Технологии Гидры основаны на чем-то более древнем… внеземном. — Древнее чего? — Спросила Изабель, отрываясь от записей. Старк бросил на неё мрачный взгляд. — Тессеракт. Шмидт разыскал его в прошлом году в Тёнсберге, в древних скандинавских руинах. То, что мы считали мифом? Оказалось не таким уж и мифическим. — Тессеракт? — Повторила она. — Это как… Тор, Один и всё прочее? — Именно, — отозвался он. — Похоже, у богов был доступ к технологиям, или энергии, которые мы до сих пор не в силах постичь. Тессеракт — это лишь сосуд для одного из шести так называемых Камней Бесконечности. Конкретно этот олицетворяет силу самого пространства. В дурных руках он способен открывать проходы между измерениями. Изабель уставилась на него. — Вы хотите сказать, что у Гидры есть какой-то камень, который позволяет им телепортироваться? — Нет, слава богу, пока нет. Шмидт понял, как выкачивать из него мощь, но не как управлять самим камнем. Впрочем, того, чего он уже добился, более чем достаточно для катастрофы. Изабель моргнула. — То есть это оружие… оно не просто уничтожает людей? Говард покачал головой. — Оно их стирает. Полностью. Ни следов, ни пепла. Будто их вытягивают сквозь трещину в самой ткани реальности. Возможно, куда-то совсем в иное место. — Господи Иисусе, — прошептала Изабель. — То есть вы хотите сказать, что Гидра, возможно, отправляет людей в другое измерение? — Или расщепляет их на атомы. Или и то, и другое. В любом случае, это сила, которой никто не должен обладать. Он замолчал, а затем едва заметно улыбнулся. — Хотя должен признать, у Гидры есть вкус к брендингу. Название, иконография — всё это сплошная мифология. Отсеки одну голову, и на её месте вырастут две новые, ну, вы знаете эту мантру. — Они безнадежно испоганили свою мифологию, — фыркнула Изабель. — Гидра была змеей, а не осьминогом. Один хвост, много голов. А не один череп и дюжина щупалец. Говард усмехнулся. — И тут вы правы. Но череп? Это символизм. Реверанс в сторону самого Шмидта, раз уж он окончательно превратился в Красный Череп. А щупальца — они олицетворяют охват Гидры. Не биологический, а идеологический. Гидра выстроила себя по принципу вируса. Уничтожь одну клетку и вырастет другая. Изабель беспокойно поежилась. — Мне не нравится, как складно это звучит. Говард выдохнул. — Мне тоже. Он снова сосредоточился на камере. — Продолжим. Энергетическая сигнатура картриджа слишком стабильна, чтобы быть случайной. Он словно жаждет, чтобы его использовали. Он снова привел в движение манипуляторы. Как только он коснулся голубого ядра внутри картриджа, раздался внезапный пронзительный свист, а затем… Бум. Импульс ослепительного света и ударная волна разорвали камеру изнутри. Стекло разлетелось вдребезги. Старка и Изабель отбросило назад, словно тряпичных кукол, и с силой впечатало в дальнюю стену. Эхо взрыва еще долго металось по лаборатории после того, как всё стихло. Изабель с силой рухнула на пол, дыхание перехватило, и она судорожно глотала воздух спазмированными легкими. Она поспешно поднялась, широко распахнув глаза, а сердце в груди колотилось как сумасшедшее. Защитная камера была стерта в порошок. Механические манипуляторы исчезли, просто испарились. А картридж? Он стоял на месте, целый и невредимый. — Говард, — задыхаясь, выговорила она. — Что, черт возьми, сейчас произошло? Старк стянул защитные очки, часто моргая. — Она дезинтегрировала манипуляторы. Не расплавила. Не разрушила. Они просто… исчезли. Прихрамывая, он подошел ближе, чтобы осмотреть повреждения. — Это подтверждает мою теорию. Энергия Тессеракта имеет пространственную природу. Манипуляторы были вырваны из самой реальности. Они оба замерли, глядя на мягко светящуюся ампулу. — Если такая капля этой жидкости способна на подобное, — пробормотала Изабель, — то на что же способен сам камень? Говард долго хранил молчание. Наконец он произнес, почти про себя, — мне страшно даже представить.