Эпизод 8 «Очиститель: Тень колосса»

Акт I: Увядающий мир Мир Сэма, когда-то безупречный Элизиум, теперь напоминал выцветающую, изъеденную тлением фотографию. Небо затянуло пепельной дымкой, сквозь которую едва пробивался больной, желтушный свет. Из заброшенных окраин, некогда стертых с карт, вновь поползли Кошмары — искаженные твари, рожденные из страхов Демиурга. Но страшнее всего было увядание самих богов: Сэм чувствовал, как ноют старые шрамы, а раны, полученные в стычках, больше не затягивались за мгновения. Время просочилось в его убежище, превращая вечность в обратный отсчет. — Время не просто утекает, оно покидает нас! — прохрипел Сэм, глядя на свои дрожащие ладони. — Отец, что будем делать? — Данте стоял рядом, его алый плащ казался потускневшим. — Понятия не имею, — Сэм горько усмехнулся. — Мы все потеряли... это не война, это просто скотобойня. — Нам нужно пробудить мамину силу, только она нас спасет! — настаивал Данте, но Вергилий, не проронив ни слова, направился к выходу. — Я... буду в архивах, — бросил он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Отец, он не сухарь, — тихо произнес Данте. — Потерять сына, едва обретя его... — Я понимаю его, — отрезал Сэм. — Он был моим внуком. Я даже не видел его маленьким. Тяжелую тишину разорвал голос Алистера, пропитанный невыразимой печалью: — Сэм... Нелли, Кэтрин и Даниэль. Они убиты Карателем. Эта весть выжгла в Демиурге последние крупицы милосердия. Когда он узнал, что отец направился к фермам семьи Джуди, в его глазах вспыхнуло багровое пламя. Он отправился туда — в край бескрайних полей и уютных нор, но вместо золотого урожая его встретил запах скошенной плоти. Поля, где раньше играли дети, были застелены кровью. Члены семьи, добрые и ни в чем не повинные, были распяты на столбах или брошены в пыли, превращенные в кровавые ошметки во славу безумного порядка Ордена. В самом центре двора, среди изуродованных тел, восседал Каратель. Его золотые доспехи, оскверненные кровью невинных, тускло мерцали в свете заходящего солнца. У его ног, в луже собственной крови, еще теплилась жизнь в теле Джил. Сестра Джуди смотрела в пустое небо, её дыхание становилось всё реже. — ПАЛАЧ! ЗАЧЕМ ЭТО ВСЁ?! — крик Сэма разорвал тишину, в нем смешались боль и безумие. Каратель даже не вздрогнул. Он медленно повернул голову, и в его взгляде не было ничего, кроме холодного, бесстрастного спокойствия. — Шшш... Зачем так кричать? Я не глухой. И наша юная леди вот-вот уснет. Шшш... всё будет хорошо. Он почти ласково положил руку на её шею. В следующую секунду скрытый клинок в его запястье с сухим хрустом пронзил плоть. Девушка обмякла, её жизнь угасла мгновенно. Сэм почувствовал, как внутри него что-то окончательно сломалось. Они были его семьей. Его миром. — Ты пожалеешь об этом дне! — Сэм начал стремительно меняться. Его тело окутало обсидиановое марево, из спины вырвались четыре свинцовых крыла, а руки превратились в когтистые орудия возмездия. Карающая Длань пробудилась во всей своей ужасающей красе. — До тебя всё еще туго доходит, сын? — Каратель медленно поднялся, вытирая окровавленное лезвие. — Даже в этой форме ты мне НЕ РОВНЯ! — Да... Не ровня... Только ТЫ МНЕ! — Сэм метеором сорвался с места. Отец и сын столкнулись. Звон их клинков разлетался над полями на многие мили, заглушая стоны умирающего мира. Массивное распятие Карателя в каждой стычке вспыхивало белым светом, оставляя на теле Сэма глубокие, дымящиеся ожоги, которые больше не заживали сами собой. — Ты стал Созидателем. Как ты думаешь, почему? — Каратель с легкостью парировал яростный выпад. — Мироздание позволило тебе творить, потому что ты — лишь пешка в большой игре. Тебе дали песочницу, чтобы ты не мешал взрослым. — А ты? Ты не пешка?! Саруж правит вами, как марионетками! — Сэм нанес удар с разворота всеми четырьмя руками. Отец лишь усмехнулся, его движения были экономны и безупречны. — Знаешь... Орден приказал мне убить тебя. Я долго раздумывал. Думал, просто дам тебе «отцовского леща», и на этом всё закончится. Но ты... ты прямо нарываешься на забвение. — ТЫ СЧИТАЕШЬ ЭТО СПРАВЕДЛИВЫМ?! — Сэм закричал, вкладывая всю мощь в новый удар. — Ты начал убивать моих друзей! Мою семью! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ОТНЯТЬ ЕЩЕ И МОИХ СЫНОВЕЙ! Ярость Сэма достигла критической отметки. В мощном рывке он обрушил на Карателя серию ударов, от которых звенел сам воздух. Очередной выпад Демиурга пришелся точно в перекрестье мечей, и инерция бросила отца вперед. Не давая ему опомниться, Сэм перехватил родителя за ногу в полете и с глухим хрустом впечатал его в податливую землю. Оседлав противника, он начал методично вбивать кулаки в золотое забрало, выплескивая всю боль за павших близких. В финальном жесте ненависти он швыРнул Карателя в дельту дома, а следом вонзил его собственный меч, пригвоздив врага к стене, словно энтомологическую коллекцию. Сэм тяжело дышал, его обсидиановые доспехи дымились. — Полегчало? — раздался за спиной спокойный, почти издевательский голос. Каратель с леденящим душу скрежетом вытаскивал лезвие и самого себя из каменной кладки. — Кажется, я недооценил твои... способности, — произнес он, стряхивая пыль с доспехов. — ТЫ... прошел церемонию возвышения? — Сэм замер, осознавая масштаб угрозы. — Как и ты... все мы... и они, — Каратель указал рукой на горизонт. Над золотыми полями, заслоняя солнце и погружая мир в вечную тень, медленно плыл «Очиститель». Колоссальная механическая статуя сканировала землю мертвенно-синими лучами, выжигая «грешников» прямо в их домах. С неба, пронзая пепельные облака, обрушился метеоритный дождь, превращая сельскую идиллию в огненный ад. — Не волнуйся, сын! — Каратель внезапно оказался за спиной Сэма. Острый шприц-нейтрализатор с шипением вошел в позвоночник Демиурга. — Больно не будет! Сэм рухнул на колени, чувствуя, как божественная мощь покидает его тело, заменяясь свинцовой тяжестью. В этот момент на поле боя ворвалась Ирин. — Отец, что ты творишь?! — закричала она, видя поверженного брата. — То, что давно должен был! Уйди, я не хочу калечить еще и тебя! — отрезал Каратель. Но Ирин не собиралась отступать. Вокруг ее рук закрутилось марево Сингулярности. Пространство начало схлопываться, сковывая отца и сжимая его золотые латы. — Я жила одним днем! Мечтала увидеть брата, выбить из него дурь — за тебя, за себя! Да он эгоист..., и ты тоже! Что с вами не так?! — ее голос сорвался на крик, она была готова стереть родителя в пыль черной дыры. Но завершить атаку ей не дали. Резкий, обжигающий удар мечом по спине заставил Ирин вскрикнуть и потерять концентрацию. Из теней, прикрывая Карателя, вышел Кредос, его глаза светились холодным фанатизмом Ордена. Акт II: Пробуждение Казни над палачами Пока на полях сражения разверзался ад, в сердце Элизиума Вергилий прорубал себе путь сквозь хаос. Алистер видел в его ледяных глазах не просто холодную решимость, а яростное пламя надежды. В небе над ними Мия, приняв облик первородного дракона, превращала отряды Ордена в пепел, её чешуя сверкала в сполохах магических взрывов. — Мам, все сюда! Есть решение! — голос Вергилия заставил уцелевших членов семьи сплотиться. Лина, прижимая к себе младенцев, впилась взглядом в сына. — Силы отца — это силы Созидателя, и только. Да, это величественно, но он лишь строит и оберегает. Глобально влиять на фундаментальный порядок вещей он не может и никогда не мог. Он строитель, а не судья, — Вергилий тяжело дышал, его синее пальто было опалено. — Ты хочешь сказать, есть силы куда опаснее? — Ник Уайлд прищурился, поправляя галстук, ставший удавкой в этой бойне. — Да. Мироздание создало регуляторы. Всадников Апокалипсиса: Войну, Смерть, Чуму и Голод. У каждого были слуги, как Жнецы у Смерти. Но над всеми ними стояли два столпа: Орден и Казни. Десять Казней Мироздания. — Но Сэм истребил их! Астрал схлопнулся вместе с ними! — Джек, чьи раны едва затянулись, недоверчиво качнул головой. — В том и суть, — Вергилий обвел всех лихорадочным взглядом. — У нас есть Десятая. Она потенциально мощнее всех остальных. А теперь, когда остальные мертвы, тот, кто примет титул Десятой Казни, станет Главенствующей и единственной силой правосудия во Вселенной. Все взгляды обратились к Лине. Тишина стала осязаемой. Семья смотрела на белоснежную крольчиху как на последнюю искру в гаснущем мире. — Лина, колись, — Лаф подошла ближе, положив руку ей на плечо. — Что на самом деле произошло в Астрале под давлением Альдуса? — Да, подруга, жги! Нам нужна правда, чтобы выжить! — выкрикнула Хлоя. Лина медленно опустила руки, её небесно-голубые глаза затянулись призрачной дымкой воспоминаний. — Хорошо... я расскажу. Это случилось в самом сердце пустоты, когда мы с Сэмом остались в эпицентре вихря силы. Лина прикрыла глаза, и пространство вокруг неё начало подергиваться зыбким маревом. Семья замерла, погружаясь в её воспоминание о том дне, когда Астрал должен был стать их общей могилой. Перед ними разверзся хаос. Сжимающийся вихрь Астрала ревел, пожирая остатки реальности. Сэм, еще не утративший божественного величия, крепко сжимал Лину в объятиях. — Я с тобой до конца! Куда бы ты ни пошла! — его голос перекрывал грохот распадающегося мира. — Прости... я хотела спасти всех, но я всё испортила! — Лина плакала, прижимаясь к его груди. — Мы не выберемся... Но в миг абсолютного отчаяния артефакты — кулон темной магии, светлый скипетр, алый Орихалк, серебряный медальон и золотая искра — вырвались из их рук. В ослепительном танце они слились в единый монолит — «Сердце Мира». Его пульсация остановила коллапс, превратив бушующий вихрь в звенящую, стерильную пустоту. — Кажется... мы живы, — выдохнул Сэм, оглядываясь. Среди бесконечного «ничто» лежал необычный предмет — безмолвная маска белого кролика. — Вы развеяли Астрал, который веками питался страхом, — раздался спокойный голос. Из белого марева вышел пес рыжевато-желтого окраса в помятом плаще. Детектив Дейл Вандермеер выглядел так, будто только что закончил сложное дело. — Кто вы? — Сэм прижимая Лину к себе — Я тот, кто однажды убил представителя Десятой Казни, — представился он, поправляя шляпу. — И теперь это место вакантно. Поскольку Астрал рассеялся, силе нужно новое вместилище. Лина, ты — следующая. — Вакантное место? — Лина с ужасом посмотрела на маску. — Именно. Кстати, это я тогда устроил переполох на ритуале с первенцем, чтобы дать вам шанс, — Дейл едва заметно улыбнулся. — Оставьте маску себе. Такую мощь нельзя бросать в пустоте. Сэм поднял серебряный медальон, чувствуя, как он резонирует с его волей. Портал в Элизиум открылся с тихим звоном. — Значит, прощаемся, — Сэм потянул Лину за собой. — Если встретимся снова — буду рад! — крикнул им вслед детектив, исчезая в белом тумане. Воспоминание оборвалось. Лина снова стояла в библиотеке, её дыхание было прерывистым. Она медленно подняла взгляд на Вергилия. — Маска... она всё еще у меня. Я спрятала её, надеясь никогда не надевать. Но если это единственный способ спасти Сэма и детей... Акт III: Искупление грехов Белоснежная маска в руках Лины пульсировала холодным, потусторонним светом, отбивая такт в унисон с умирающим сердцем Элизиума. — Надевай! Чего ты ждешь?! — закричала Лаф, видя, как тени Кошмаров подступают к самому порогу. — Я боюсь... — голос Лины дрожал. — Это другая личность. Что, если я не вспомню саму себя? Что, если маска сотрет мать и жену, оставив лишь палача? — Ты сильна духом, мама! — Вергилий сделал шаг вперед, его взгляд был тверд. — Мы пошли в тебя так же, как и в отца. Если ты не сделаешь этого сейчас, нас просто не останется в ткани бытия! Слова Вергилия перекрыл полный ужаса крик Данте с балкона: — Ребята... у нас крошечная проблема! Размером с три сотни метров чистой погибели! Все замерли. Над особняком, разрывая облака, нависла голова колоссального «Очистителя». На самой вершине титана, подобно безумному пророку, стоял Саруж. Его золотые одежды развевались на штормовом ветру, а внизу Кассиэль и Гаррет уже вели авангарды Ордена на финальный штурм. — Не бойтесь! — голос Саружа, усиленный магией статуи, гремел над миром. — Очиститель пришел исправить ошибки заигравшегося Бога! Склонитесь! Молитесь и кайтесь! Мироздание не заметит вашего исчезновения! Из лба статуи вырвался ослепительный лазурный луч. Он мгновенно расщепил защитные турели особняка, превращая сталь в пар. — Лина, давай! — Лаф в последний момент толкнула подругу вглубь зала, сама оказавшись на пути выжигающего света. Тело Лаф на мгновение замерло в ореоле искр и медленно распалось на сияющие частицы. В памяти Лины вихрем пронеслись годы их дружбы, смех и общие тайны. В следующую секунду луч пере нацелился на Лину и колыбель с младенцами. — НЕТ! — Вергилий закрыл мать своими драконьими крыльями, с рыком отражая поток энергии в сторону. Лина подняла маску. На её лице больше не было страха — только ледяная, абсолютная пустота. — Долой страхи... За вас, мои друзья, — прошептала она и прижала холодный фарфор к лицу. Над горящими полями Элизиума разносился гул работающих механизмов «Очистителя». Кредос, тяжело дыша после схватки, смотрел вверх, где в небе разворачивались колоссальные энергетические крылья статуи. — Саруж кажется перегибает палку... — прошептал он, вытирая кровь с лица. — Что это за мощь? Каратель, чей шлем был разбит, окинул поле боя холодным, торжествующим взглядом. Его доспехи искрили от остаточного заряда Блиц-формы. — Тебе ли сомневаться в триумфе, Кредос?! — прорычал он. — Остался последний штрих. Последний живой компонент, и тогда «Очиститель» станет воистину непобедимым богом этой реальности! Кредос вздрогнул, переводя взгляд на обмякшее тело Сэма. — Брат Дитрих... он же твой сын! Неужели ты позволишь этому случиться? Дитрих (Каратель) медленно подошел к Кредосу, и в его глазах не было ни капли родительской любви — только выжженная пустота и фанатизм. — В самую глубокую точку такого сына! — Дитрих сплюнул на землю. — Всё, что я делал, было ради него, а какова отдача? Он не хотел моего восстановления, он бросил меня гнить в забвении. Теперь настал его черед. Пусть его плоть и искра станут топливом для ядра «Очистителя». Дитрих закинул парализованного Сэма на плечо, словно охотничий трофей, и зашагал к сияющему порталу. Кредос на мгновение задержался. Он посмотрел на раненую Ирин, истекающую кровью в пыли. В нем что-то дрогнуло. Выхватив флакон с эссенцией жизни, он швырнул его к ногам волчицы, даруя ей призрачный шанс на спасение. Секунду спустя его тело окутало золотое сияние, и Кредос, приняв облик крылатого Альто-рыцаря, устремился вслед за Наместником на командный мостик колосса.