Эпизод 9: «Пробуждение Гнева»

Акт I: Суд Белой Маски Внутри «Очистителя» воздух дрожал от переизбытка энергии. Дитрих Штайн, сохраняя ледяное спокойствие, волок обмякшее тело сына через лабиринт из гудящих конденсаторов. — Ваше Святейшество, Сэм доставлен к ядру, — отрапортовал он в интерком. — Отлично. Передай тело Шварцу. Пусть напитает реактор — грешники должны быть стерты очищающим светом! — голос Саружа из флагмана флота звучал как приговор. В самом сердце ядерной установки темный эльф Дитрих Шварц, коверкая общий язык своим резким акцентом, уже готовил систему к перегрузке. — Тай мнэ сфои ушы и клыки... Уништош этат михр! — прошипел он, с силой вгоняя Клинок Равновесия в разъем цепи питания. — Я узнать польше о тепе и этай зила! Реактор взревел. Кристаллы на титанической броне Очистителя вспыхнули золотом, когда искра Демиурга начала питать механизмы геноцида. Саруж, сжимая в руках и Некрономикон, и украденную Книгу Мироздания, отдал приказ. Луч из лба статуи ударил по особняку, превращая Лаф в облако сияющей пыли. Но торжество Ордена было недолгим. Из руин особняка начал исходить мертвенно-бледный, ледяной свет. Лина, надев маску, перешагнула порог человечности. Воздух вокруг неё обратился в эфирный иней, а за спиной соткались призрачные цепи Десятой Казни. Она чувствовала всё: и агонию Лаф, и затухающее сознание мужа в ядре. Она вышла навстречу легионам, туда, где Мия уже была схвачена рыцарями. — Солдатики, заигравшиеся в Богов... — голос Лины, усиленный тысячью шепотов бездны, заставил гравий под её ногами треснуть. — Прочь с моего пути! Волна чистой энергии смела авангард Ордена, как сухие листья. Полевые командиры в ужасе закричали в рации о появлении Казни. — Э… это… Казнь! — раздавались голоса в интеркоме. — Вот стерва! — Гаррет — Брат, я помогу! — Кассиэль Инквизиторы Гаррет и Кассиэль, не желая отступать, рухнули с небес прямо перед ней, готовя свои мечи к схватке, которая решит судьбу Элизиума. — Жалкие черви... — голос Лины теперь походил на скрежет ледников. — Вы действительно верите, что способны совладать с Казнью? — Ты одна! А нас — легион! — взревел Гаррет, вскидывая сияющее копье. Но его слова захлебнулись в реве эфирного шторма. Облик Казни окончательно поглотил Лину. Её хрупкое тело скрыла тяжелая броня, пульсирующая голубым пламенем, а голову увенчал шлем с ослепительно-белым визором, в котором отражалась сама пустота. За её спиной, разрывая пространство, соткался Фантомный Дух Тела (ФДТ) — исполинское драконоподобное существо с крыльями, застилающими горизонт. Сама Лина расправила собственные призрачные крылья, от которых по земле пошли глубокие трещины. — Ничего подобного... не видел... — прошептал Кассиэль, чувствуя, как его священная уверенность тает. — Ересь! Чушь! Во славу Порядка! Проредим стадо! — Гаррет сорвался в атаку, но Лина лишь медленно подняла на него взгляд. — Где... мой... муж? — этот шепот тысячи судей заставил Данте и Вергилия в ужасе отступить. Мать больше не шла — она скользила над полем боя, и реальность под её весом крошилась, как сухая глина. На вершине «Очистителя» Саруж вскинул руки, призывая небо обрушиться на предательницу. Но небеса над Элизиумом внезапно почернели, и в этой кромешной тьме зажглись два исполинских вертикальных разреза — глаза Десятой Казни, взирающие на титана как на букашку. — ВЗЯТЬ ЕЁ! — взвизгнул Саруж. Инквизиторы бросились вперед, но Десятая коротким взмахом призрачной цепи отшвырнула их, словно тряпичных кукол. Гаррет попытался метнуть копье, но ФДТ Казни одним ударом когтистой лапы вбил инквизитора глубоко в землю. — На колени, черви! — пророкотала Лина. Кассиэль в отчаянии попытался применить свою главную силу — вторжение в разум. Но едва его сознание коснулось ауры Казни, он оказался в ледяном лабиринте её воли. — Церковник, — прозвучал голос Лины в его голове, — славная попытка. Но это МОЕ поле. И ты здесь — лишь ГОСТЬ. Мощным ментальным ударом Десятая вышвырнула разум Кассиэля из сопряжения. Инквизитор замер, его тело задрожало, а в глазах застыл первобытный, нечеловеческий ужас. — Оу... инквизитору стало страшно? — издевательски прошептала Лина, склонив голову набок. — Бедненький мальчишка... Кассиэль, чей разум был расколот мощью Десятой, в панике бежал под защиту титанических ног «Очистителя». Оставшись один, Гаррет взревел, принимая Форму Возвышения. Его окутала плотная золотая аура, а за спиной развернулся тяжелый плащ-щит, способный выдержать залп танковой батареи. — Нападай, инквизитор! Потешь меня! — пророкотала Десятая, и её ФДТ хищно оскалился. Внизу, в гуще стальных легионов, кипела иная битва. Данте и Вергилий врезались в ряды рыцарей, оставляя за собой просеки из разрубленного металла. Джек, сцепив зубы от боли в не заживающих ранах, окутался Серебряной Искрой и ринулся в бой. Поле превратилось в кровавое месиво: среди трупов солдат Ордена метались черные тени Кошмаров, а воздух расцветал багровыми, синими и красными вспышками магических разрядов. Гаррет метеором бросился на Лину, но она лишь издевательски уклонялась, позволяя ФДТ принимать на себя основные удары. Исполинский дух поймал летящее копье инквизитора прямо в пасть — копия взорвалась в облаке золотого пламени, но когда дым рассеялся, ФДТ даже не вздрогнул. — Детские фокусы! — Лина вскинула руку, и десятки призрачных клинков прошили щит Гаррета, впиваясь в его «святую» броню. Не давая врагу вздохнуть, Десятая с прыжка вбила его в землю ударом цепи. Призрачные звенья, соединенные с оковами ФДТ, обвили горло инквизитора и рывком вздернули его в небо. Там, в зените, Лина настигла его Призрачной Дланью. — И это — ваша элита?! Ха-ха-ха! — её смех, лишенный человечности, разнесся над полем. — Даже ведьмы в аду теперь хохочут над вами! Вергилий, наблюдая, как тело Гаррета безжизненным мешком рухнуло на камни, смахнул одинокую слезу. — Теперь я понимаю... какая сила была у Неро, — прошептал он. — Брат, берегись! — выкрикнул Данте. Кавалерист Ордена на призрачном скакуне несся на Вергилия. Синий волк мгновенно исчез, оставив после себя лишь холодный иней. Вспышка стали, сухой щелчок клинка о ножны — и всадник вместе с конем рассыпался на аккуратные обрубки. — Я в порядке, Данте. Продолжим жатву! Акт II: Восстание Бога Ордена Гаррет, лишившийся золотого сияния, хрипел в пыли, судорожно сжимая флакон со святой водой. — Даже... не... думай... — выплюнул он кровь. — Никому еще не удавалось упокоить инквизитора навсегда! Мы вернемся из света! Лина в маске Десятой Казни медленно подняла руки, и небо над Элизиумом отозвалось каскадом синих молний, признавая свою новую госпожу. — Для таких, как ты, приговор один — абсолютное истление! — пророкотала она. ФДТ, сорвавшись с призрачной цепи, черной молнией прошил пространство. Огромная пасть сомкнулась на Гаррете, подбросила его, и в следующий миг челюсти духа раздробили «святую» броню вместе с плотью. Яркая золотая вспышка ознаменовала окончательную гибель инквизитора, осветив на мгновение, замершее поле боя. Во флагмане флота Саруж в ярости сжал подлокотники кресла. — Брат Гаррет... твоя жертва не будет напрасной! Шварц! Несите Клинок Равновесия и тот фальшивый осколок, что вы сотворили в лабораториях Мьюни! — взвизгнул он. — Но он ше нэ настоячий! Эта апасно, мы техрять контхроль нат ядхром! — взмолился алхимик. — ИСПОЛНЯТЬ! — взревел Саруж, и Шварц, дрожа, бросился в оружейную. Когда фальшивый сегмент коснулся древней стали, меч неожиданно «узнал» форму. Клинок Равновесия со щелчком сомкнулся, впервые за долгое время выглядя целым, но источая нестабильную, черную энергию. В это время в недрах реактора один из офицеров Ордена, выждав уход Шварца, поспешно перенастроил консоль. Силовое поле, подавляющее волю Сэма, ослабло. — Демиург, слушай! Твое тело мертво, но эта машина... она может стать твоим новым домом! — прошептал офицер. — Синхронизируй разум с процессором, стань мозгом Очистителя! Живо! Сэм, собрав остатки искры, рванулся сознанием в цифровой лабиринт машины. Магия Демиурга просочилась в схемы, подчиняя себе гиганта. Очиститель содрогнулся, его мертвые глаза вспыхнули не синим, а багровым светом Творца. — Давай, спаси своих друзей! — выдохнул офицер, но за его спиной лязгнул металл. — Куда-то собрался, предатель?! — Дитрих Штайн вышел из тени, обнажая клинок. Пока отец Сэма и таинственный спаситель исчезали в коридорах в смертельной схватке, 300-метровый титан медленно поднял голову, нацеливая свои орудия не на особняк, а на флот Ордена в небесах. Исполинская статуя содрогнулась, когда воля Сэма прошила её механические нервы. Огромные каменные руки и лазерные батареи всех калибров синхронно развернулись к небу. Залп! Флот Ордена вспыхнул десятками огненных шаров, когда «Очиститель» начал методично стирать своих создателей. Автономные истребители, пытаясь перехватить контроль, роем жалили обшивку колосса, но их выстрелы бессильно рикошетили от усиленной магией брони. — Ваше Святейшество! — запыхавшийся посыльный ворвался в командный зал флагмана. — «Очиститель» захвачен! На борту диверсия, мы теряем управление! Саруж, чье лицо исказилось от ярости, резким жестом руки испепелил вестника на месте. — ПРЕДАТЕЛИ! Найти и уничтожить любого, кто посмел поднять руку на мой порядок! — взревел он. В этот момент Шварц, пошатываясь, внес восстановленный Клинок Равновесия. Саруж принял меч, и его глаза отразили нестабильный блеск фальшивой стали. — Он еще прекраснее, чем в легендах... — прошептал Саруж, любовно поглаживая лезвие. — Если мы не можем владеть статуей, она не достанется никому! ПОГАСИТЬ КРИСТАЛЛЫ! РАЗБИТЬ ИХ ВСЕ! Тысячи дронов-камикадзе получили новый протокол: уничтожить энергетические узлы «Очистителя». Титан взревел всеми орудиями, разрывая боевые машины прямо в воздухе, защищая свое новое металлическое тело. Но на земле триумф сменился трагедией. Гаррет, умирая, успел совершить последний акт веры — облако распыленной Святой Воды накрыло Десятую Казнь. Магия бездны зашипела, вступая в реакцию с освященной влагой. Лина вскрикнула, когда серебристая броня начала осыпаться пеплом, а маска — трескаться. Силы покинули её, и она, вновь став хрупкой крольчихой, без чувств рухнула на окровавленную землю. Данте и Вергилий, бросив всё, метеорами сорвались к матери, закрывая её собой от наступающих рыцарей. Вергилий и Данте сомкнули свои ауры, создавая над бесчувственной Линой непроницаемый защитный купол, в который бессильно бились молнии Очистителя. Мия в облике дракона выдыхала каскады первородного пламени, выжигая пространство вокруг них. — Надо убираться! Она истощена! — выкрикнул Вергилий. — Джек, отступаем к особняку! — позвал Данте, но серый кролик его не слышал. Джек несся сквозь строй рыцарей, и каждый его взмах «Расщепителем» был посвящен памяти друзей. Перед глазами мелькали кадры: Кэтрин, смеющаяся над его шутками за кофе; робкая радость в глазах Лаф при их встрече; тяжелый, но исцеляющий разговор с Нелли о Даниэле... Вся теплота тех вечеров теперь превратилась в ледяную сталь его клинка. — Они за всё заплатят... ЗА СЕМЬЮ! — рычал он, прорубая путь к флагману. Саруж, наблюдая за ним с высоты, раскрыл черные страницы Некрономикона. — Этот кролик слишком много на себя берет, — прошипел жрец. Слова древнего проклятия содрогнули небо. Из портала, сотканного из золотого света и гнилой плоти, явилась Амальгама. Многорукое чудовище, чье тело было обвито кольцами с сотнями мигающих глаз, расправило шесть ангельских крыльев. Это был жуткий гибрид демона Фершехра и небесного Шестикрыла — воплощенный кошмар Ордена. — Вот же срань Господня... — Джек замер, глядя на парящую гору плоти. — И в каком склепе откопали это чучело? — Как ты смеешь... смертный... — искаженный, резонирующий голос Амальгамы ударил по ушам. — Так эта куча дерьма еще и болтливая? Класс! — Джек перехватил рукоять меча, и Серебряная Искра вокруг него вспыхнула с новой силой. — Мы поглотим тебя! — Амальгама обрушила на него град ударов своих многочисленных рук. — Давай, попробуй! — взревел Джек, окончательно отдаваясь во власть Потрошителя. — Я скормлю тебя своему гневу! Удары Амальгамы сотрясали землю, превращая остатки построек в щепки и каменную пыль. Джек, ослепленный яростью Потрошителя, пытался зайти в тыл чудовищу, но из внезапно открывшегося портала вылетела когтистая лапа, вминая его в землю. Собственный «Расщепитель» скользнул по боку, вспарывая броню; теплая кровь начала заливать мех. — Не сопротивляйся, смертный... — рокотал искаженный голос Амальгамы. — Смерть — это лишь избавление от твоей слабости! Мир перед глазами Джека поплыл. В мареве боли ему явились призраки: Скай в ее боевом облачении и маленькая, невинная Скай из их школьных лет. — Джек, мы с тобой... ты сможешь, — их голоса звучали как шелест листвы. — Я верю в тебя. Я люблю тебя. — Скай... не уходи... — прошептал Джек, пытаясь ухватиться за ускользающие тени. Амальгама занесла все шесть рук для финального сокрушительного удара, но путь ей преградил Алистер. Приняв облик Судьи Душ, благородный олень окутался золотым сиянием, его рога превратились в сияющие короны закона. — Давно не виделись, Судья! — осклабилась Амальгама. — Кто выпустил тебя из забвения? — Не важно. Ваш тандем — это извращение природы. Пора его разъединить! — отрезал Алистер. Вместе с Джеком, воспрянувшим после видения, они бросились на монстра. Сталь и магия переплелись в безумном танце. Саруж, видя, что Амальгама теряет преимущество, отдал приказ корвету «Герри» поддержать атаку с воздуха. Алистер вынужден был отвлечься, чтобы щитом отразить залп с небес, и этой секунды хватило чудовищу. Порталы окружили Судью, и град ударов обрушился на него. Острый хвост Амальгамы вонзился в грудь Алистера, высасывая его божественную эссенцию. — Судье пришел конец! — взревел монстр и применил «Суд Души». Золотой дух Алистера с криком расщепился на тысячи искр, навсегда покидая этот мир. Корвет «Герри» начал повторную зарядку орудий. — ОГОНЬ! — скомандовал капитан. Но выстрела не последовало. Мощный, ослепительный луч, наполненный чистым гневом Сэма, ударил прямо из глаз Очистителя. Корвет разнесло на части; пылающие обломки стальной громады рухнули вниз, погребая под собой остатки рыцарей. Оставшись один на один с многоруким ужасом, Джек перегрузил реактор костюма. Серебряная Искра вокруг него превратилась в ослепительный белый кокон. — ЗА СЕМЬЮ! — его крик перекрыл гул Очистителя. Потрошитель двигался на грани фола, превратившись в размытую стальную молнию. Амальгама металась, открывая десятки порталов, но её когти вонзались лишь в остаточные изображения. Настоящий Джек, возникнув из пустоты прямо на загривке чудовища, с хрустом вогнал «Расщепитель» в сочленение ангельских крыльев и демонической плоти. Монстр взревел, извиваясь. Хвост Амальгамы, подобно стальному хлысту, раз за разом вгрызался в тело кролика, дробя кости и разрывая тактический композит. — Я не сдамся... ты, кусок дерьма! — Джек кашлял кровью, но его пальцы намертво вцепились в связку гранат на поясе монстра. — Я не дам тебе победы, пушок! — Амальгама начала процесс «Суда Души», готовясь расщепить Джека в упор. Это были последние секунды. Джек с криком вырвал чеку. Колоссальный взрыв поглотил обоих, превратив центр поля боя в огненный гриб. Когда дым рассеялся, от Амальгамы остались лишь обугленные фрагменты колец, а изувеченное, бездыханное тело Джека рухнуло в грязь. Лина видела это. Видела, как погиб её последний защитник. В её глазах, только что полных слез, застыл ледяной штиль. Белая маска, валявшаяся в пыли, сама взмыла в воздух, притянутая её гневом. Едва фарфор коснулся лица, серебряное пламя Казни вспыхнуло с такой силой, что рыцари Ордена в радиусе ста метров превратились в пепел. Десятая Казнь вернулась. И теперь она не будет милосердной. Акт III: Перехват контроля Десятая Казнь двигалась сквозь легионы Ордена подобно живому жнецу. Кассиэль, чей дух был сломлен, в панике забился в технические шлюзы «Очистителя», надеясь, что метры брони спасут его от взора Маски. — Какая громоздкая игрушка... — прошептала Лина, запрокинув голову. Её белый визор отразил 300-метровую сталь титана. — Посмотрим, с каким грохотом ты рухнешь! Она обрушила каскад эфирных цепей на ноги статуи, но в этот момент Сэм, запертый в цифровом чреве машины, содрогнулся. Протоколы «Очистителя» перехватили контроль над его восприятием: в его сознании Лина превратилась в «Объект: Угроза Альфа». Демиург-машина взревел, и колоссальный кулак статуи накрыл тенью поле боя, нанося удар по Казни. А в недрах «Очистителя» Дитрих Штайн выжигал коридоры, загоняя перебежчика в тупик. — Остановись, предатель! — рык Штайна вибрировал в металле стен. — Окстись, Штайн! Саруж безумен, его разум поглощен Некрономиконом! — офицер выкатился из-под обломков переборки. — Он приказал сжечь твоего сына как уголь в топке! В тебе осталось хоть что-то, кроме приказов?! — Плевать! — Каратель одним ударом разнес укрытие офицера. — Орден — это священная воля Мироздания. Ты предал всё, во что мы верили, Кредос! Кредос выпрямился, отбросив сломанный шлем. Его взгляд был чист и ясен. — Возвращаю твои слова. Плевать! Плевал я на такое Мироздание, если его жестокость переходит границы разумного! — он вскинул руки, и его тело вспыхнуло золотом. Облик Возвышения преобразил рыцаря: за его спиной раскрылись шесть сияющих механических крыльев, а доспех стал подобен ангельскому изваянию. Дитрих Штайн лишь хищно оскалился, перехватывая меч поудобнее. — Что ж... покажи, на что способен падший ангел! В недрах «Очистителя» металл стонал от перегрузок. Удары Десятой Казни снаружи сбивали ритм дуэли рыцарей, заставляя их пошатываться, но Дитрих Штайн и Кредос сходились снова и снова. — Посмотри! Твой сын не узнает жену, он готов раздавить её! Она поглощена Маской! — выкрикнул Кредос, едва парируя тяжелый выпад Карателя. — Заткнись и дерись! — прорычал Штайн, его превосходство было неоспоримым; каждое движение Карателя дышало вековым опытом убийств. Очередная встряска едва не сбила их с ног — Лина нанесла сокрушительный удар в центральный кристалл на груди статуи. Раздался оглушительный хруст. — Ага... они всё-таки ломаются! — пророкотала Десятая, и её ФДТ начал методично вырывать питающие узлы из обшивки титана. В командной рубке Саруж получил отчет. Его лицо исказилось в презрительной усмешке. — Значит, Кредос и Глория... Я не удивлен. Сомнение — это семя ереси. Оставив Некрономикон и Книгу Мироздания на стойке, он отдал последний приказ: «Пусть Каратель исполнит приговор. Здесь нет места предателям!» В это время на поле боя исполинский кулак «Очистителя» впечатал Лину в землю. Пыль еще не осела, а Казнь уже стояла на тыльной стороне механической руки, готовясь к прыжку. Данте и Вергилий в отчаянии кричали матери, но Диана Раябланка, наблюдая за показателями энергии, лишь покачала головой: — Она не слышит. Маска взяла верх. Лины больше нет. А в самом сердце машины Глория, истекая кровью, доползла до пульта управления ядром. Она успела запустить процесс термического таяния, когда тень Дитриха Шварца накрыла её. — Фройляйн... — прошипел алхимик, вонзая нож ей в спину. — Вхремя умихрать! — Пошел ты... — прохрипела Глория, из последних сил нажимая кнопку детонатора. Шварц в ужасе бросился наутек, но огненный вал взрыва настиг его в коридоре, превращая всё вокруг в раскаленный ад. В разуме Лины происходили дебаты. — Отринься от своего тела, дай нам свободу! — голоса Казней — Нет я не могу! Это мое тело, мои правила! — Лина — Ты больше не существуешь, ты убьёшь своих друзей и сыновей! Орден победит, если мы не возьмем верх! — Казни Лина собирая волю светлые воспоминания, стала сильнее духом. Она пережила детдом, кровавый бунт, жила бок о бок с хищниками, защищалась от демонов других сверх естественных существ. И Сэм был ее мужем, ее любовью! — Нет вы больше не властны надо мной! Подчинитесь или сгиньте в небытие! — Лина Голоса совещались. — Наша сила слишком велика для тебя, зайка! — голоса — Она нужна мне, прошу дайте мне спасти друзей, умоляю! — Лина — Нам нужно вместилище, тело, что примет нас! Твое нам подходит, иначе мы исчезнем на строках истории. — Казни Казни конвертировались в единое существо, Верховную Казнь. Приняв этот титул Лина смогла контролировать силу Казней, всех Десяти. — Ух ты теперь я понимаю ощущения Сэма от его силы! — Лина тут же получила в голову от статуи. — Кхе, э ты чего, совсем того! — Лина Очиститель вновь замахнулся для удара, Лина увернулась. Голоса подсказали ей. — Мы никуда не исчезли и готовы тебе помогать. Твой муж топливо реактора, и он же управляет статуей. Найди способ достучаться до него! — Казни — Хорошо, попробую! Данте, Вергилий, ко мне! — Мам, ты снова здесь? — Данте — Да, я снова стала самой собой. Помогите вразумить вашего отца! — Лина Близнецы окинули взглядом статую. — Это будет не просто. Близнецы и Казнь вступили в бой, напоминавший кошки-мышки. Дитрих и Кредос в бою друг с другом разнесли пол коридоров перед комнатой управления. — Отступи, брат! — Кредос — Не брат ты мне, гнида беложопая! — Штайн Их бой заходил в тупик, но Штайн нанес несколько ударов выбив оружие из рук Кредоса, тот применил ослепляющую гранату и ринулся к ядру. Плавление почти закончилось. — Сэм, очнись! — Кредос просыпающемуся Демиургу. Но раздался крик и звук разрубающийся плоти. Саруж воткнул Клинок Равновесия в Кредоса, тот потерял боевой облик. — Ты предал нас... как и твоя сестра Глория. Почему?! — прошипел Саруж, проворачивая лезвие. — Я служил мечте о честном правосудии... — прохрипел Кредос, истекая кровью. — Но убийства невиновных... моя семья... они этого не заслужили! Саруж вогнал клинок дальше. — Любовь к родичам и грешникам, как глупо! — Саруж с хрустом вырвал клинок, и тело Кредоса рухнуло в бездну шахты реактора. Саруж обернулся к ядру, но оно было пусто. Сэм исчез, растворившись в технических туннелях машины. — Брат Штайн! — Саруж вскинул окровавленный меч. — Виноват, Ваше Святейшество! — отозвался Каратель из тени. — Найди его. Живым или мертвым, верни его в ядро! Штайн отдал честь и бесшумно растворился в темноте коридоров, начиная свою последнюю охоту.