Глава 15

Нью-Йорк, Ноябрь 2011 года Рыжего засекали ещё дважды, и дважды Леон срывался в больницы и собирал данные. В одной больнице пропали образцы крови, и несколько человек так и не пришло на пересдачу, в другой — взломали базу и ничего не забрали. Неуловимый рыжий подлец начал действовать Леону на нервы вместе со своей тёмной деятельностью. После второго выезда Леон и сам периодически просматривал базы полиции и запрашивал новые данные у центра, но там всё никак не могли найти связи между пропавшими людьми, образцами крови и больницами. — Думаешь, этот неуловимый ублюдок ищет кого-то, из кого мог бы сделать биооружие вроде Тирана? — в очередной вечер спросила Джилл, устроившись рядышком на диване и подогнув ноги. Он, конечно, не хотел грузить её рабочими делами, но слишком уж увлёкся поисками, да и она была не только заботливой, но и наблюдательной. — Да чёрт его знает, — хмуро сказал Леон, просматривая на ноутбуке доступную информацию. — Может, и для оружия, а может, и для опытов, а может, ещё для чего… — М-м… — лишь отозвалась Джилл, включив телевизор. Судя по звукам, она смотрела передачу про животных. По крайней мере, перед глазами Леона мелькали какие-то птицы, цветы и деревья, пока он сам строил маршрут похождений Рыжего и переключался с одного полицейского участка на другой, чтобы узнать их текущие отчёты о разных событиях. — А у вас как? Свалилось что-нибудь или хоть немного спокойнее стало? — между делом спросил Леон. — Да как обычно, — устало отозвалась Джилл, придвинувшись ближе, — то пусто, то густо. Крис, кстати, из-за лаборатории уже нервничать начинает… — Всё не терпится ему найти её и повоевать с плохишами? — усмехнувшись, спросил Леон. — Типа того, гоняет всех… как сумасшедший, — зевнув, ответила Джилл и положила голову ему на плечо. — Ну да, узнаю вояку Редфилда, — согласился он и открыл за первым отчётом, второй, а за ним третий. — Интересно, у Криса когда отпуск выдаётся, он чем занимается? По бутылкам стреляет? Или тупо бухает и грустит? Джилл не ответила, и Леон не сразу понял почему. Бегло просмотрев ещё десяток отчётов, он загрузил данные по другому участку и лишь сильнее нахмурился, чувствуя, что впустую тратит время. — А знаешь… — начал было он и замер, повернув голову. Джилл дремала, не слыша ни его, ни телевизор. Похоже, она тоже вымоталась за день, но захотела побыть с ним хоть немного. Укорив себя за невнимательность, Леон закрыл ноутбук и отложил в сторону. Придержав рукой плечо Джилл, он поднялся на ноги и просунул вторую руку ей под колени. — М-м… прости, я… — забормотала Джилл, очнувшись на его руках. — Ш-ш… не напрягайся, — мягко сказал он, неся её в спальню. Кажется, она хотела что-то сказать, но сомкнула губы, смотря на него с некоторой растерянностью. Леон же аккуратно развернулся в дверном проёме, пронёс её по коридору и развернулся в следующем проёме ещё раз. — Давай, отдыхай, сладких снов, — пожелал он, уложив Джилл на кровать, и накрыл одеялом. — А ты? — спросила она, положив ладонь поверх его ладони. — Я тоже скоро к тебе присоединюсь, — тихо сказал Леон, поцеловав её в щёку, и погасил ночник. Вернувшись в зал, он выключил телевизор и ещё немного посидел за ноутбуком. Изучать разную информацию так-то, конечно, должны были аналитики или операторы, но из-за неспособности временами угомониться, как порой иронично говорила про него Ханниган, Леон, бывало, делал это и сам. От поисков его отвлёк вибрирующий телефон. Он по привычке было вскинул руку, но понял, что вибрирует не его телефон, и заметил второй аппарат на кофейном столике. Трогать телефон Джилл Леон, конечно, не имел привычки, но невольно глянул на экран и увидел там имя её напарника. Вот уж с кем, а с Пирсом можно было говорить спокойно — не Крис, беситься и орать не станет, да и к тому он уже не раз бывал у них в гостях и вёл себя адекватно. — Надеюсь, у вас там не срочный вылет куда-то? — спросил Леон, приложив телефон к уху. — Э-э… нет. Привет, а где Джилл? Она может подойти? — растерянно спросил Пирс. — Нет, она спит, а что? — Она мне сейчас вот прям очень нужна, ты не мог бы её разбудить? — Нет, не мог бы. А чего она тебе вдруг посреди ночи так сильно понадобилась, если это не срочный вылет? — Да тут дело такое… — Можешь мне сказать, ну, или подожди звонка Джилл до утра. Пирс на той стороне тяжко вздохнул и наконец-то признался, что он в полицейском участке. Мало того, что, следуя примеру Джилл, он тоже приобрёл себе мотоцикл, так, видимо, и гонять стал как сумасшедший, свято веруя, что его, лучшего во всём, никто не догонит и не остановит. Собственно, почему он звонит Джилл, тоже стало понятно. Не Крису же — командир наверняка рассердится и накажет, если узнает, что его бойцы неподобающе себя ведут на улицах города. Джилл в этом плане добрее. Она поймёт, простит и поможет. — Ладно, не нервничай так, — подумав о ней, сказал Леон. — Сейчас порешаем твой вопрос, подожди немного. Сбросив вызов на телефоне Джилл, он взял свой и сделал пару звонков. Сказал специалисту в центре, что некоего Пирса Ниванса из АПБТ, помогавшего ему, Леону, в важном деле забрали в полицейский участок, а он ему очень срочно нужен. Специалист не стал уточнять, что там за дело и для чего Леону сотрудник АПБТ посреди ночи, но подержал его немного на линии и очень скоро сообщил, что Пирс Ниванс отпущен и, если нужно, его вместе с мотоциклом доставят туда, куда надо. — Не надо, он сам знает, куда ехать, — ответил Леон. — Спасибо за помощь. — Был рад помочь, сэр, — отозвался сотрудник. Через какие-то минуты снова завибрировал телефон Джилл. Опять звонил Пирс, в этот раз поблагодарить за помощь. — На здоровье и не носись там, не на гонке, — сказал ему Леон и сбросил вызов. Зевнув, он тоже решил, что пора отдыхать и направился в спальню. Свет уличных фонарей отчаянно пытался пробиться сквозь шторы и едва касался кровати. Джилл уже крепко спала, лёжа на боку и вытянув руку туда, где обычно спал он. Возможно, она хотела его обнять даже во сне. Леон, раздевшись, немного на неё засмотрелся. На рассыпавшиеся по подушке локоны, нежные руки, расслабленное лицо. Такая беззащитная и милая, способная быть упрямой, бесстрашной и дерзкой. Удивительная женщина. Люди, которые успевают её немного узнать, так и тянутся к ней за общением, вниманием или помощью. Тот же бесстрашный непоколебимый Крис Редфилд, оказывается, может превращаться в обеспокоенного заботливого друга, готового и помочь, и искупить вину. Удивительно, как при всех её качествах и талантах Джилл так долго удавалось оставаться одной. Леон наконец опустился на кровать, укрылся одеялом и придвинулся к ней. Обнял Джилл и почувствовал себя намного спокойнее и лучше. Она выбрала его, а не кого-то другого. Большего ему и не требовалось. Он закрыл глаза и скоро заснул.

***

После нескольких недель, проведённых вместе, беспокойство Джилл заметно убавилось, но вот некоторые тревожные мысли иногда всё ещё возникали, особенно когда Леон опять хмурился из-за Рыжего и упоминал «Триселл». Стоило ему, конечно, отвлечься и вспомнить о ней, как все эти мысли уходили прочь, но Вселенная, видимо, иногда умеет слышать и, словно назло, давать знаки. Так и произошло утром, когда Джилл встала немного позже обычного и застала Леона на кухне у плиты. — Ого… Ты чего это вдруг? — удивлённо спросила она. — Подумал внести разнообразие, — с улыбкой ответил он, держа за ручку сковороду, в которой жарилась яичница с беконом. — Ты, кстати, садись, чего стоишь. — Знаешь, если ты из-за меня… из-за того, что я вчера вырубилась и… — смущённо начала было Джилл. — Нет, это я из-за себя, хотел бросить себе вызов и вроде справился, — дружелюбно возразил Леон и поставил на стол тарелки. — И потом, не всё же тебе за мной ухаживать. Расслабься. Ей осталось разве что скромно улыбнуться, смотря как он раскладывает им по тарелкам завтрак и разливает по чашкам чай. Было необычно и вместе с тем приятно. И именно в это утро Крису понадобилось позвонить не по работе. — Привет, — сказала ему Джилл, поднеся телефон к уху. — Ты чего так рано? Случилось что-то? — Привет, я это… замотался вчера и не успел тебе сказать, — с некоторым напряжением произнёс Крис. — Отец твой, в общем, звонил… спрашивал, как ты… не надумала ли пообщаться… Джилл перестала улыбаться и невольно замерла, смотря в грязную тарелку. Красивую и пустую, какой ещё пару лет назад была она сама. — И что ты ответил? — сухо спросила она. — Сказал, что всё по-старому, — ответил Крис. — Но если тебе вдруг нужен его номер, то… — Не нужен, — перебила она и быстро прибавила: — Спасибо, что ответил. Увидимся. Отложив телефон в сторону, Джилл сделала глоток чая и поняла, что не может поднять на Леона глаза. Он всё видел, а может, и что-то услышал, возможно, потому и молчал, чтобы снова дать ей время заговорить самой, но впервые ей стало трудно признаться в том, что она так долго и отчаянно гнала от себя. — Что-то случилось? — нарушил заминку Леон. «Ничего», — могла бы сказать она кому-то другому, а вот он точно не заслуживал ни её грубости, ни недоверия, даже сердце в груди застучало чуть быстрее, словно перед очередным испытанием. — Да так… отец опять через Криса пытался связаться, а я… не хочу с ним общаться, — тихо призналась Джилл. — А чего так? Вы поссорились? — спросил Леон. — Нет, мы… Всё намного хуже, — ответила она и снова замолчала. Леон не стал спрашивать, что это значит, и, поднявшись, подобрал со стола тарелки. — А я своего и не помню… — вдруг сказал он, двинувшись к раковине, и оставил тарелки там. — Смутно припоминаю лишь, что он промышлял чем-то нехорошим и однажды его и мать пришили… Джилл невольно вскинула брови, обратив к нему взгляд, но Леон только отмахнулся и достал из шкафа упаковку печенья. — Давно это было, я уже и не помню, когда в последний раз был на их могиле, — прибавил он, опустившись за стол. — Так ты поэтому в полицию пошёл? Чтобы таких ублюдков ловить? — спросила удивлённая Джилл. — Да нет, не только поэтому… Скажем так, один добрый полицейский здорово мне помог, и я… типа вдохновился, что ли, — задумчиво ответил Леон. — Подумал, буду тоже помогать людям, расследовать всякие запутанные дела, призывать виновных к ответу… Наивный был, что ещё сказать, — иронично подытожил он и хрустнул печеньем. На кухне на какие-то мгновения воцарилась тишина. За окном медленно поднималось солнце, и в его лучах всё выглядело светлым и не таящим в себе опасности. — А мой отец всегда хотел сына… — вдруг призналась Джилл, вцепившись в кружку с тёплым чаем, и опять опустила глаза. — А я всё время хотела ему доказать, что я не хуже и не слабее мальчишек, — прибавила она и сделала глоток. — И поэтому в армию пошла? — спросил Леон. — Ну… поначалу да, думала, они с мамой будут мной гордиться, а потом… Потом и её не стало, и столько всего произошло, изменилось… Мне всё это уже стало не нужно: ни его уважение, ни любовь, — продолжила она и сделала глубокий вдох: — А потом меня признали погибшей… и ему отошло всё, что у меня было, как наследство, а он всё промотал… Нет, дело не в этом, конечно, просто… когда я типа вернулась к жизни, я… думала поехать к нему… погостить немного… или вроде того, а он… А он сказал, что зря я приехала, его дочь вроде как умерла и смотреть на мертвеца ему тошно, — прибавила Джилл дрогнувшим голосом и не смогла выпустить из пальцев кружку. — А теперь вот он иногда звонит Крису… наверное, опять тупо нуждается в чём-то… не знаю и не хочу знать. Я вообще не хочу иметь с ним ничего общего. Она замолчала и невольно напряглась, ожидая один из страшных для неё вопросов. Например, что же такого произошло, что её так долго считали погибшей. Или почему ей было так плохо, что пришлось искать помощи даже у того, кто никогда не ценил её по достоинству. Леон ведь читал её досье, а значит, знал основное: и заслуги, и мнимую гибель, и месяцы, проведённые в медцентре, и многое другое. Но Леон ни один страшный вопрос не задал. Вместо этого он протянул руку и положил свою крепкую тёплую ладонь поверх её напряжённой и похолодевшей на кружке. — Я могу для тебя хоть что-то сделать? — спросил он, аккуратно отцепив её пальцы и легонько сжал их в своих. — Давай мы больше не будем о нём говорить, — подняв на него глаза, попросила Джилл. В его взгляде не было ни осуждения, ни удивления, ни даже осточертевшей ей жалости. — Хорошо, давай больше не будем, — спокойно согласился он. — Тебя подбросить до базы? — О… ты меня так избалуешь, — смутилась Джилл. — Да и, наверное, лучше не стоит… Крису потом какой-нибудь балабол с пропускного пункта доложит, что мисс Валентайн на Порше подвозили, и он пойдёт проверять записи с камер… — Ну и хорошо, представь его лицо, когда он вобьёт номер машины в систему, а там всплывёт окошко, что информация о владельце ему недоступна, — невозмутимо сказал Леон. Джилл представила, и уголки её губ невольно дрогнули в слабой улыбке. Крис определённо начнёт злиться — он терпеть не может, когда чего-то не знает или не может узнать. Не то чтобы ей нравилось его злить… но в последнее время он переходил всякие границы, когда лез не в своё дело. Это из-за него теперь приходилось думать о Рождестве как об ещё одной опасной операции, а не о празднике. Сдалось вот ему напрашиваться к ней в гости, чтобы познакомиться с Леоном… Неудивительно, что родная сестра старается скрывать от него своих парней: Клэр как никто знает, что Крис обязательно прогонит их личности по базе и на правах старшего брата нагрянет «познакомиться». — Хм… тогда подвези, — согласилась Джилл. — Хорошо, дай мне пару минут, — ответил Леон. В машине он рассказывал ей про ночной звонок Пирса и крутил руль одной рукой — пальцы другой были переплетены с её пальцами — и Джилл думала, что это слишком необычно. Утро, когда не она хозяйничает на кухне и готовит для него, утро, когда они не предаются животной страсти в душе или на кухонном столе. Необычно и вместе тем так волнующе. Внезапные откровения показались ей более... интимными, нежели порывы страсти. Последние всегда сулили удовольствие, а первые обычно вызывали некоторый страх и огорчение, но теперь сохранились в душе не хуже любых других приятных впечатлений. Когда машина остановилась у знакомого здания, Леон повернулся к ней и посмотрел в глаза. — Ну что, хорошего дня, — пожелал он и криво улыбнулся. — Передавай там капитану Редфилду привет от твоего… Джилл не дала ему договорить и потянулась навстречу, к его губам, крепкому телу, спокойствию духа. Леон ответил на её поцелуй и приложил ладонь к затылку. Его губы раскрылись чуть больше, и язык соприкоснулся с её языком, пробуждая в груди знакомое волнение. Он её понимал и не лез как некоторые с этим своим важным мнением или наставлениями. Джилл не знала, как ещё ему сказать, насколько она признательна. — Если у меня к вечеру сохранятся силы, то с меня ужин, — после чувственного поцелуя произнесла она. — А чего это опять с тебя? — не согласился Леон. — Давай это я что-нибудь вытворю или закажу. Но если у тебя сохранятся силы… то тогда мы и к десерту перейдём, — прибавил он раньше, чем бы она возразила, и Джилл улыбнулась, догадавшись, что он имеет в виду. — Хорошо, договорились. Она вышла из машины в прекрасном расположении духа и двинулась ко входу. На базе всё было, как и обычно: кто-то суетился, кто-то лениво шёл по коридору, кто-то тренировался в тире или качался в зале, а кто-то изучал информацию за компьютером. Джилл, все ещё думая, насколько необычным бывает утро, решила сходить в лабораторию и навестить Ребекку. Соратница очень обрадовалась её появлению, поделилась наработками, сплетнями, которые ей приносили другие, и, конечно, заинтересовалась личной жизнью Джилл. — Ну... всё очень необычно, — сказала последняя. — Почему? У вас что-то произошло? — удивилась Ребекка. — Нет, всё в порядке, просто... Мы стали больше говорить о личном, — поделилась Джилл. — Это так... странно, что ли. — Почему? Вы же с ним в отношениях, а отношения как бы предполагают взаимодействие, — рассудила Ребекка. — По-моему, это хорошо, если есть о чём поговорить, а особенно, если тянет делиться даже очень личным. Мы когда с Морганом жили, так его интересовал только он сам и... — Подожди, а с каким это ещё Морганом? Ты мне не рассказывала ни про какого Моргана... Джилл впервые застряла в лаборатории на целый час и без дела, потому что даже дружеские отношения оказались очень важными, особенно когда вы обе готовы чем-то делиться и слушать друг друга. Дошло до того, что она и Ребекку захотела пригласить к ним на Рождество, решив, что они с Леоном точно быстро поладят, да и вряд ли он будет против неё. — О, я бы с радостью, но у меня уже планы... — погрустнев, отказалась соратница. — Ну, тогда заглядывай в любой другой раз, хоть завтра, — добродушно сказала Джилл. Возможно, она задержалась бы и подольше, но через стекло лаборатории была видна крупная фигура Криса, твёрдым шагом идущего по коридору. Все другие сотрудники уже спешили или встать перед ним по стойке и пожелать доброго утра, или же найти себе дела и исчезнуть с его пути. — Привет, — зайдя в лабораторию, бросил Ребекке Крис и посмотрел на Джилл. — А где это сегодня твой напарник пропадает? — А разве в тире его не было? — спросила она. — Он обычно там соревнования устраивает и купается в лучах своей непобедимости. — Не было, — ответил Крис. — И в тренажёрке его тоже не видел. Звонил, не отвечает. Короче, найди его и пусть катится в медцентр. У них там то ли база полетела, то ли кто-то криворукий завёлся… В общем, ему надо кровь сдать и ещё какие-то там анализы. — А давно это в нашем медцентре такая ерунда стала происходить? — заинтересовалась Джилл, припоминая, что последние выезды Леона тоже начинались с чего-то подобного. — А я откуда это должен знать?! — огрызнулся Крис. — Мне теперь ещё и в их дела сунуться?! Я уже сказал их директору, что если ещё раз у них там что-то «полетит», то я лично его вые… навещу и разберусь в проблеме. Как будто мне вот делать больше нечего, как ребят туда-сюда гонять! Ходи вот теперь за каждым, разъясняй! — Ладно-ладно, не кипятись, я всё сделаю, — заверила Джилл. После его ухода она попрощалась с Ребеккой и подумала набрать Леона, но в коридоре её охватили сомнения. У него там вроде фигурировали в деле обычные больницы и частные клиники, вряд ли Рыжий настолько сумасшедший, чтобы соваться в специализированный медцентр, где периодически бывают обученные люди вроде неё и других бойцов. Джилл хмыкнула, но на всякий случай всё равно надела наплечную кобуру с пистолетом, а к бедру прицепила нож. Осталось лишь найти Пирса, но с этим проблем не возникло. На её звонок напарник ответил и сказал, что он на парковке, вроде как чинит мотоцикл, хотя Джилл подозревала, что он тупо избегает Криса, опасаясь, что тот может быть в курсе его ночных приключений. — Отлично, не уходи никуда, я сейчас спущусь, и мы поедем твою кровь сдавать, — сказала она напарнику и двинулась к лифту. — Чего поедем делать? — переспросил обескураженный Пирс. — На анализы тебя сдавать, Крис сказал, без этого никак, — ответила Джилл и отжала вызов. На мгновение её взгляд снова задержался на номере Леона, но она так и не решилась нажать на кнопку вызова. Ещё не хватало без оснований дёрнуть его к медцентру, когда там реально произошёл сбой или вроде того. В последние дни он и так к ней слишком участлив, и Джилл невольно прикусила губу, опять подумав, насколько это необычно. У неё отношения, как сказала Ребекка, и теперь, наедине с самой собой и без шуток, это звучало очень серьёзно.