Глава 9

Прошло почти две недели после той тяжёлой ссоры и разговора в подземельях. За это время многое успело измениться. Они больше не пытались решать споры криками и ультиматумами. Если один из Драко начинал слишком остро реагировать на долгий взгляд или слишком затянувшийся поцелуй, они останавливались и говорили об этом сразу — тихо, иногда напряжённо, но без желания ранить. Гермиона училась замечать эти моменты раньше, чем они успевали разгореться, а оба Малфоя постепенно переставали воспринимать каждый её жест как выбор. Это было непросто. Иногда между ними всё ещё пробегала острая, колючая ревность. Иногда кто-то из них уходил проветриться на несколько часов. Но в целом стало легче. Они снова могли сидеть рядом за одним столом, снова могли шутить, снова могли просто молчать втроём, не чувствуя, что воздух вот-вот разорвётся. Именно в один из таких спокойных вечеров, когда за окном уже совсем стемнело, а камин горел ровным низким пламенем, разговор зашёл туда, куда Гермиона не ожидала. Они сидели на одной кровати, как часто теперь бывало: Гермиона посередине, оба Драко по бокам. Один полулежал, закинув руку ей за плечи, и лениво перебирал пальцами пряди её волос. Другой сидел, прислонившись спиной к изголовью, и медленно гладил её щиколотку большим пальцем. Атмосфера была тихой и сонной, когда один Драко вдруг заговорил голосом, в котором слышалась осторожность. — За последние две недели у нас всё стало налаживаться, — сказал он тихо. — Мы научились останавливаться, прежде чем снова наговорить лишнего. Но я всё равно ловлю себя на том, что иногда внутри поднимается тот же страх. Тот самый, из-за которого мы чуть не подрались. Другой Малфой кивнул, не прекращая гладить её ногу. — Я тоже. Иногда, когда ты слишком долго целуешь его или слишком мягко на него смотришь, у меня всё ещё сжимается что-то в груди. Мы стали спокойнее к этому относиться. Но я не уверен, что этого достаточно. Нам нужна проверка. Гермиона слегка повернула голову, чтобы видеть обоих. Внутри поднялось смешанное чувство — тревога и одновременно понимание, что этот разговор назревал уже несколько дней. — Какая проверка? — спросила она спокойно. Первый Драко некоторое время молчал, будто собирался с мыслями. Потом заговорил ещё тише и осторожнее: — Мы думаем пригласить кого-то четвёртого, на одну ночь. Не потому что нам мало тебя или что мы хотим разбавить то, что есть между нами. А потому что нам нужно увидеть, сможем ли мы делить тебя с кем-то ещё и не разрушить друг друга ревностью. Если мы пройдём через это и останемся целыми — значит, то, что мы строим, действительно крепкое и настоящее. Если нет, тогда лучше узнать сейчас, пока всё не зашло слишком далеко. Второй Малфой добавил хрипло, глядя на огонь: — Мы выбрали Тео. Он умеет держать язык за зубами, никогда не станет потом использовать это против нас и достаточно умён, чтобы не лезть в наши отношения глубже, чем нужно. Плюс достаточно безрассудный, чтобы вообще согласиться на это. Если кто-то и сможет стать для нас этой проверкой — то только он. Гермиона откинулась на изголовье и долго молчала, глядя в потолок. Мысли путались. С одной стороны — страх. Настоящий, тяжёлый страх перед тем, что может произойти, если ревность вспыхнет снова, но уже в присутствии чужого человека. С другой — странное, почти запретное любопытство. И самое главное — понимание, зачем они это предлагают. Они действительно пытались найти способ сделать свою связь сильнее, а не просто снова замять проблему. — Вы хотите проверить, сможете ли вы не ревновать, если рядом будет кто-то ещё, — тихо сказала она. — И одновременно проверить, смогу ли я быть с кем-то другим при вас и при этом не потерять то, что есть между нами троими. Первый Драко кивнул. Движение вышло медленным и тяжёлым. — Да. Если после этой ночи мы всё ещё будем хотеть быть с тобой втроём, если ревность не сожрёт нас изнутри — значит, мы способны на большее. Значит, у нас есть будущее. Если же один из нас не выдержит, тогда лучше разобраться с этим сейчас. Второй Малфой осторожно взял её руку и провёл большим пальцем по костяшкам. — Мы не будем настаивать. Если тебе противна сама мысль — мы забудем этот разговор и больше никогда к нему не вернёмся. Но если ты чувствуешь хотя бы каплю того же любопытства, что чувствуем мы, тогда это может стать нашей общей проверкой. Но решение за тобой. Гермиона смотрела то на одного, то на другого. В их глазах сейчас не было давления и не было привычной Малфоевской самоуверенности. Только усталая честность и готовность принять любой ответ. Она медленно выдохнула и сжала пальцы обоих. — Хорошо. Позовите Тео. Но только если он будет понимать с самого начала, что это на один раз. Первый Драко коротко кивнул, и в его глазах мелькнуло настоящее облегчение. Другой Малфой тихо выдохнул и произнёс уверенно: — Тогда мы поговорим с ним и устроим всё через несколько дней. Гермиона кивнула и прикрыла глаза, всё ещё держа их руки. Внутри было тревожно, но вместе с тревогой уже росло какое-то торжественное ощущение, что они действительно собираются укрепить свою связь этим необычным способом. *** Прошло ещё три дня после того разговора. Гермиона почти не поднимала эту тему. Ждала, когда оба Драко сами скажут, что разговор с Тео состоялся. Внутри у неё всё это время было странно и тревожно - одновременно страшно и горячо от ожидания. Она ловила себя на том, что во время занятий подолгу смотрит в одну точку, а по ночам ей снились чужие руки и голоса, которые она не могла толком разобрать. Они подошли к ней после ужина, когда Большой зал уже почти опустел. Первый Драко коротко кивнул в сторону бокового выхода, и Гермиона, не задавая вопросов, последовала за ними. В узком коридоре у лестницы в подземелья Второй Малфой остановился и тихо произнёс: — Мы поговорили с Тео сегодня после зельеварения. Он согласился. Гермиона почувствовала, как сердце резко и сильно ударилось в рёбра. Она прислонилась спиной к холодной каменной стене и некоторое время просто смотрела на них, пытаясь привыкнуть к тому, что это действительно происходит. — Как он отреагировал? — спросила она негромко. Первый Драко чуть заметно усмехнулся уголком губ, хотя глаза оставались серьёзными. — Сначала решил, что мы шутим. Потом, когда понял, что нет, очень долго смотрел на нас обоих с этим своим выражением, будто мы предложили ему продать душу. А потом рассмеялся и сказал, что от такого предложения даже святой бы не отказался. Мы сразуозвучили условия: одна ночь, никаких разговоров после, никаких попыток сделать это чем-то большим. И что ты — наша. Второй Малфой добавил хрипло: — Он будет у нас в комнате сегодня вечером после отбоя. Сказали ему прийти через час после того, как погаснут факелы в коридорах. Если ты до этого момента передумаешь — просто скажи. Отправим его обратно, и больше никто никогда об этом не вспомнит. Гермиона медленно кивнула. Горло внезапно стало сухим. Она посмотрела на их лица и увидела, что оба тоже волнуются, хотя старательно это скрывают. Один Драко то и дело поправлял манжету рубашки, другой держал руки в карманах слишком глубоко, будто не знал, куда их деть. — Я не передумала, — тихо сказала она. — Но мне нужно время до вечера. Просто побыть одной и привыкнуть к мысли. Оба сразу кивнули. Никто не стал спорить и не стал настаивать на том, чтобы остаться с ней. Первый Драко только коротко коснулся её запястья пальцами, а другой слегка наклонил голову, глядя ей прямо в глаза. — Мы будем в комнате, — произнёс он. — Если захочешь прийти раньше — приходи. Если нет, будем ждать тебя вместе с ним. Гермиона ещё раз кивнула и, не говоря больше ничего, направилась в сторону гриффиндорской башни. За спиной она чувствовала их взгляды до самого поворота. Оставшиеся часы до отбоя тянулись мучительно медленно. Она сидела в гостиной с книгой, которую так и не смогла толком начать читать, потом долго стояла под горячим душем, пытаясь смыть лишнее напряжение, и наконец просто лежала на кровати, глядя в потолок. В голове крутились одни и те же мысли: как это будет выглядеть, смогут ли оба Драко действительно выдержать, не вспыхнет ли снова та же жгучая ревность, и что она сама будет чувствовать, когда рядом окажется третий. После того как по замку разнёсся сигнал отбоя, Гермиона ещё несколько минут лежала неподвижно. Потом тихо встала, накинула мантию поверх простой ночной рубашки и вышла из спальни, стараясь не разбудить Джинни и Лаванду. Дорога в подземелья показалась ей особенно длинной. Каждый шаг отдавался в висках. Когда она наконец остановилась перед дверью их комнаты, внутри всё сжалось в тугой комок. Она подняла руку, чтобы постучать, но дверь открылась раньше. На пороге стоял первый Драко. За его плечом был виден второй, а чуть дальше, у камина, уже сидел Тео Нотт — расслабленный, с привычной лёгкой усмешкой на губах и внимательным, чуть насмешливым взглядом. — Ты пришла, — тихо сказал один из Драко. Гермиона кивнула и переступила порог. *** Дверь закрылась, отрезая комнату от остального замка. В камине горел низкий огонь, отбрасывая на стены мягкие блики. Воздух был тёплым и чуть спёртым, пахло деревом, дымом и лёгким терпким ароматом, который всегда сопровождал Тео. Гермиона остановилась в нескольких шагах от порога. Один Драко стоял слева от неё, второй — справа, оба молчали, но их присутствие ощущалось почти физически. Тео сидел в кресле у камина, закинув ногу на ногу, и смотрел на неё с лёгкой, почти ленивой усмешкой. В тёмных глазах читалось любопытство и вполне откровенное желание, но без наглости — скорее с уважением к границам, которые ему уже обозначили. — Привет, Грейнджер, — произнёс он тихо, голос низкий и чуть хрипловатый. — Признаюсь, я до последнего думал, что они пошутили. Гермиона не сразу нашлась с ответом. Она чувствовала, как оба Драко слегка напряглись рядом с ней, будто готовые в любую секунду остановить всё, если она покажет хоть малейшее сомнение. Это знание странным образом успокоило. — Не пошутили, — наконец сказала она. Голос прозвучал тише, чем хотелось, но достаточно твёрдо. Тео медленно поднялся с кресла. Он был ниже обоих Малфоев на полголовы, тёмные волосы чуть растрёпаны, рубашка расстёгнута у ворота. Он не подошёл сразу, давая ей пространство, и только кивнул в сторону кровати. — Тогда перепроверим правила: я здесь, потому что вы этого захотели. Всё, что происходит — только сегодня. И я отдаю себе отчёт, кому ты принадлежишь. Один Драко чуть заметно кивнул, подтверждая. Второй Малфой молча протянул руку и коснулся пальцев Гермионы — лёгкое, почти невесомое прикосновение, которое означало: «мы здесь». Гермиона глубоко вдохнула. В груди всё ещё сжимался тугой комок тревоги, но вместе с ним уже поднималось тяжёлое, горячее любопытство. Она сделала шаг вперёд, и оба Драко двинулись вместе с ней, не отступая. Тео подошёл ближе только когда она сама остановилась у края кровати. Он не стал сразу касаться. Сначала просто смотрел — внимательно, изучающе, будто запоминал. Потом медленно поднял руку и провёл тыльной стороной пальцев по её щеке. Прикосновение было тёплым и чужим. Гермиона невольно дрогнула, и сразу почувствовала, как пальцы одного Драко чуть сильнее сжались на её талии, а второй Малфой едва слышно выдохнул у неё за спиной. — Расслабься, — тихо сказал Тео. — Я не буду торопиться. Он наклонился и поцеловал её. Поцелуй вышел совсем другим, чем с Драко: медленнее, глубже, с лёгкой горчинкой вина на губах. Гермиона ответила осторожно, чувствуя, как оба Малфоя стоят вплотную, наблюдая. Один из них провёл ладонью вверх по её спине, под мантией, второй наклонился и прижался губами к её виску, не мешая поцелую, но напоминая о своём присутствии. Когда Тео отстранился, глаза у него стали темнее. — Можно снять с тебя одежду? — спросил он тихо, уже глядя не только на неё, но и на обоих Драко, будто спрашивая разрешения и у них тоже. Первый Драко коротко кивнул. Второй молча начал расстёгивать застёжки её мантии. Ткань тяжело соскользнула с плеч и упала на пол. Под ней оказалась простая светлая ночная рубашка. Тео провёл ладонями по её бокам, собирая тонкую ткань, и медленно потянул вверх. Гермиона подняла руки, позволяя. Рубашка последовала за мантией. Теперь она стояла между тремя мужчинами только в тонких трусиках. Воздух в комнате казался гуще. Один Драко прижался к ней сзади, обнимая за талию, и прикасаясь губами к плечу. Второй Малфой взял её лицо в ладони и поцеловал глубоко и жадно, будто заявляя свои права даже сейчас. Тео наблюдал несколько секунд, потом опустился на колени перед ней и медленно провёл губами по низу её живота, совсем рядом с краем белья. Гермиона тихо выдохнула. Чужие губы на коже ощущались остро и непривычно, но руки обоих Драко держали её крепко, не давая провалиться в это ощущение полностью. Она чувствовала их дыхание, их запах, их тепло — и это не позволяло тревоге подняться слишком высоко. Тео зацепил пальцами край трусиков и медленно потянул вниз. Ткань скользнула по бёдрам и осталась лежать у её ног. Он не стал торопиться. Сначала просто смотрел, потом провёл большими пальцами по внутренней стороне бёдер, разводя их чуть шире, и только после этого наклонился и провёл языком по влажной плоти — медленно, от низа до самого верха. Гермиона вздрогнула всем телом. Один Драко сильнее прижал её к себе, удерживая. Другой Малфой поцеловал в шею и тихо, почти беззвучно произнёс ей в кожу: — Мы здесь. Тео работал языком уверенно и глубоко, без спешки, будто изучал. Гермиона запрокинула голову на плечо Драко и закрыла глаза, позволяя себе просто чувствовать: горячий рот между ног, сильные руки на талии, губы на шее, чужое дыхание. Возбуждение поднималось тяжело и густо, смешанное с острым ощущением, что за ней наблюдают двое самых важных людей в её жизни. Когда колени начали дрожать, первый Драко подхватил её и осторожно уложил на кровать, второй Малфой сразу лёг с одной стороны, Тео — с другой. Оба Драко смотрели на неё сверху вниз, и в их глазах было столько всего сразу — желание, напряжение, ревность, которую они пытались контролировать, и что-то ещё, очень похожее на любовь. Тео наклонился и снова поцеловал её, уже глубже, пока один Драко медленно проводил ладонью по её груди, а второй Малфой спускался поцелуями ниже, к животу. Гермиона закрыла глаза и позволила себе утонуть в ощущениях. Кровать прогнулась под их весом. Гермиона лежала на спине, раскинув руки, и тяжело дышала, глядя в тёмный полог над головой. Один Драко устроился слева, опираясь на локоть, и медленно проводил ладонью по её груди, обводя пальцами затвердевший сосок. Второй Малфой лежал справа, прижавшись губами к её плечу, и оставлял на коже влажные, почти ленивые поцелуи. Тео опустился ниже, между её разведённых ног, и снова провёл языком по чувствительной плоти — глубоко, медленно, с нажимом, от чего Гермиона выгнула спину. Она тихо застонала, вцепившись пальцами в простыню. Один Драко сразу наклонился и поймал этот звук своими губами, целуя глубоко и жадно, будто хотел забрать его себе. Второй Малфой в этот момент прикусил кожу у неё на ключице чуть сильнее обычного, и Гермиона почувствовала, как по телу пробежала дрожь — смесь удовольствия и острого осознания, что оба сейчас следят не только за ней, но и друг за другом. Тео не торопился. Он работал языком уверенно, то обводя круги вокруг набухшего бугорка, то спускаясь ниже и проникая внутрь, собирая влагу. Его ладони крепко держали её бёдра, не позволяя свести ноги. Гермиона чувствовала, как внутри нарастает тяжёлая, тянущая волна. Она запрокинула голову и встретила взгляд Первого Драко — тёмный, напряжённый, полный желания и едва сдерживаемой ревности. Он смотрел, как чужой рот ласкает её, и при этом продолжал гладить её грудь, будто доказывая себе и ей, что они справятся. Второй Малфой поднял голову и тихо, хрипло произнёс ей в висок: — Смотри на меня. Гермиона повернула лицо. Он поцеловал её медленно, глубоко, пока Тео внизу ускорил движения языка. Поцелуй получился почти отчаянным. Гермиона отвечала, запутывая пальцы в его волосах, и одновременно чувствовала, как Первый Драко спускается ниже и берёт в рот её второй сосок, посасывая и слегка прикусывая. Ощущения накрывали волнами. Чужой язык между ног, горячий рот на груди, глубокий поцелуй, запах кожи Малфоев, смешанный с более терпким запахом Тео. Гермиона уже не могла лежать спокойно — бёдра сами поднимались навстречу рту Тео, пальцы то сжимали простыню, то вцеплялись в плечи или волосы тех, кто был рядом. Тео внезапно отстранился, и прохладный воздух ударил по мокрой, разгорячённой плоти. Гермиона невольно всхлипнула от потери контакта. Он поднялся выше, опираясь руками по обе стороны от её талии, и посмотрел сначала на неё, потом на обоих Драко. — Я хочу войти, — сказал он низко. — Если вы не против. Один Драко молча кивнул, хотя челюсть у него была сжата. Второй Малфой тоже дал короткое согласие, но его ладонь на животе Гермионы на мгновение сжалась сильнее. Тео наклонился и снова поцеловал её, уже более жёстко, пока одной рукой направлял себя. Он вошёл медленно, сантиметр за сантиметром, давая ей привыкнуть к новой толщине и ритму. Гермиона выдохнула в его рот, чувствуя, как тело растягивается и принимает. Это было другое ощущение — не хуже и не лучше, просто чужое. И именно эта чужеродность сейчас остро чувствовалась на фоне рук и губ обоих Малфоев, которые не отстранились ни на секунду. Один Драко прижался лбом к её виску и тихо дышал, наблюдая, как Тео начинает двигаться. Второй Малфой целовал её в шею и плечо, иногда поднимаясь к губам и перехватывая поцелуй, будто не желая полностью отдавать её даже на эти минуты. Тео двигался глубоко и размеренно, держась на вытянутых руках, чтобы оба Малфоя могли продолжать касаться её. Гермиона стонала в голос, уже не сдерживаясь. Каждый толчок отдавался внутри тяжёлой сладкой волной, а руки и губы Драко не позволяли ей потеряться в этом ощущении полностью. Она всё время чувствовала их — запах, кожу, дыхание. Один Драко в какой-то момент взял её руку и направил вниз, к своему члену. Гермиона обхватила пальцами твёрдую плоть и начала медленно двигать рукой в том же ритме, в котором Тео двигался внутри неё. Второй Малфой сделал то же самое с её второй рукой. Теперь она касалась обоих, пока третий был в ней, и это оказалось до безумия интенсивным. Гермиона закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать. Тело дрожало, дыхание сбилось, внутри нарастало тяжёлое, почти болезненное удовольствие. Она была окружена со всех сторон и впервые за вечер тревога полностью отступила, оставив только густое, пьянящее желание. Нотт слегка изменил угол и начал входить глубже. Гермиона вскрикнула и выгнулась, вцепляясь пальцами в оба возбуждённых члена сильнее. Один Драко тихо застонал ей в волосы. Второй Малфой прикусил кожу на её плече. Тео двигался внутри неё глубоко и ровно, каждый толчок был точным и сильным. Гермиона уже не пыталась сдерживать голос — стоны вырывались свободно, смешиваясь с тяжёлым дыханием троих мужчин. Она лежала, раскинув ноги шире, и продолжала двигать руками, обхватывая сразу обоих Драко. Пальцы скользили по горячей твёрдой плоти в том же ритме, в котором Тео входил в неё, и это ощущение тройного контакта было почти невыносимым. Один Драко наклонился ниже и начал целовать её грудь, беря сосок в рот и посасывая с такой силой, что у Гермионы потемнело в глазах. Второй Малфой в это время прижался губами к её шее с другой стороны и оставлял там влажные, кусающие поцелуи, иногда поднимаясь к уху и тихо выдыхая её имя. Они больше не пытались делать вид, что ревность исчезла. Она чувствовалась в каждом более жёстком движении губ, в каждом слишком крепком сжатии пальцев на её бёдрах или талии. Но оба продолжали оставаться рядом, не отстраняясь и не требуя остановиться. Тео внезапно замедлился, почти остановился, и глубоко вошёл до конца, прижавшись бёдрами к ней. Он наклонился ниже, опираясь на локти, и посмотрел прямо в глаза Гермионе. — Ты такая узкая, — хрипло произнёс он. — И такая мокрая. Они действительно хорошо тебя подготовили. Гермиона не смогла ответить. Вместо этого она только сильнее сжала пальцы на обоих членах, вызывая у одного Драко низкий стон, а у второго Малфоя — резкий выдох сквозь зубы. Тео начал двигаться снова, уже быстрее и жёстче. Кровать тихо скрипела в такт толчкам. Воздух в комнате стал жарким и тяжёлым, пахло кожей, возбуждением и лёгким дымом камина. Драко слева в какой-то момент отстранился от её груди и поднялся выше, становясь на колени у её головы. Он осторожно провёл головкой по её нижней губе, и Гермиона сразу открыла рот, принимая его. Тяжёлый, солоноватый вкус разлился на языке. Она начала медленно двигать головой, стараясь сохранить ритм с тем, как Тео продолжал входить в неё. Второй Малфой в это время спустился ниже, почти к тому месту, где они соединялись с Тео, и начал целовать внутреннюю сторону её бедра, иногда проводя языком совсем близко к растянутой плоти. Ощущения стали слишком сильными. Гермиона чувствовала себя полностью окружённой и заполненной. Член во рту, член внутри, горячие губы на бедре, руки, которые гладили её грудь, живот, бёдра. Она стонала вокруг плоти во рту, и вибрация этих стонов заставляла Драко сильнее сжимать пальцы в её волосах. Он двигался осторожно, не глубоко, давая ей возможность дышать, и при этом позволяя полностью контролировать темп. Тео внезапно изменил угол и начал входить короткими, жёсткими толчками, каждый из которых попадал точно в нужную точку. Гермиона резко выгнулась, и член выскользнул у неё изо рта. Она громко вскрикнула, вцепляясь пальцами в простыни. Второй Малфой сразу поднялся и поцеловал её глубоко, глуша крик, пока Тео продолжал двигаться всё быстрее. — Вот так, — хрипло выдохнул Тео. — Кончай. Я хочу почувствовать, как ты сжимаешься. Гермиона уже не могла сопротивляться. Оргазм накрыл её тяжёлой, почти болезненной волной. Тело задрожало, внутренние мышцы судорожно сжались вокруг члена Тео, ноги напряглись, а из горла вырвался долгий, дрожащий стон. Один Драко наклонился и поцеловал её в висок, удерживая за плечо. Второй Малфой продолжал целовать её губы, глотая каждый звук. Тео продолжал двигаться сквозь её оргазм, продлевая его, пока Гермиона не начала отстраняться от слишком острой чувствительности. Только тогда он замедлился и почти остановился, всё ещё оставаясь глубоко внутри. Комната наполнилась тяжёлым дыханием. Гермиона лежала с закрытыми глазами, пытаясь прийти в себя. Пальцы одного Драко медленно гладили её волосы. Второй провёл ладонью по её влажному животу, будто успокаивая. Тео осторожно вышел из неё, обхватывая член, и после нескольких движений рукой, кончил ей на живот. Гермиона тихо всхлипнула от внезапной пустоты. Он отодвинулся чуть в сторону, давая место, и оба Драко сразу стали ближе, будто их тела сами стремились заполнить освободившееся пространство. Первый Драко наклонился и прошептал ей на ухо: — Ты в порядке? Гермиона кивнула, всё ещё не открывая глаз. — Да… просто дайте минуту. Второй Малфой прижался губами к её плечу и оставил там долгий, нежный поцелуй. Тео молча наблюдал за ними с лёгкой полуулыбкой, будто понимал, что сейчас происходит нечто большее, чем просто секс. Гермиона постепенно выравнивала дыхание. Тело всё ещё мелко дрожало, а между ног оставалась горячая, пульсирующая влажность. Она открыла глаза и встретила взгляды обоих Драко — тёмные, напряжённые, полные желания. Она ещё не успела полностью отдышаться, когда Первый Драко осторожно перевернул её на бок, притягивая спиной к своей груди. Его твёрдый член прижался к ягодицам, горячий и требовательный. Второй Драко сразу придвинулся ближе спереди, поднимая её ногу выше и укладывая себе на бедро. Теперь она оказалась плотно зажата между ними, и это ощущение парней с обеих сторон сразу вернуло остроту, которая немного притупилась после оргазма. Тео не остался в стороне. Он поднялся выше и сел у изголовья, опираясь спиной на подушки, чтобы видеть всё. Его взгляд был тёмным и внимательным, без прежней лёгкой насмешки, скорее сосредоточенным. Один Драко провёл головкой между её ягодиц, собирая влагу, и медленно начал вдавливаться в тугое кольцо мышц. Гермиона резко выдохнула и вцепилась пальцами в плечо второго. Растяжение было жгучим, слегка болезненным, но он входил очень медленно, давая ей время привыкнуть, пока другой Малфой целовал её губы и гладил между ног, отвлекая и одновременно усиливая ощущения. Когда Драко полностью вошёл сзади, Гермиона уже дрожала. Внутренняя полнота была острой и глубокой. Второй Драко в этот момент тоже направил себя в неё и начал входить спереди — медленно, сантиметр за сантиметром, пока оба не оказались внутри одновременно. Гермиона громко застонала в поцелуй. Ощущение двойного проникновения было ошеломляющим: плотно, горячо, даже слишком. Она чувствовала, как их члены трутся друг о друга через тонкую стенку внутри неё, и это знание заводило сильнее любого физического ощущения. Они начали двигаться. Сначала медленно и осторожно, подстраиваясь под ритм друг друга. Один Драко коротко и глубоко толкался сзади, Второй Малфой — длиннее и чуть мягче спереди. Гермиона оказалась полностью обездвижена между ними, могла только принимать и стонать. Тео в это время наклонился и провёл ладонью по её волосам, потом опустил руку ниже и начал медленно ласкать её грудь, перекатывая пальцами твёрдые соски. — Красивая, — тихо сказал он, глядя, как оба Малфоя двигаются внутри неё. — Особенно вот так. Гермиона уже не могла связно отвечать. Каждый двойной толчок выбивал из неё дрожащий стон. Она чувствовала, как один Драко иногда толкается глубже и тяжело дышит ей в затылок, будто сдерживаясь. Второй Малфой целовал её жадно, почти грубо, и иногда шептал что-то совсем тихое, что тонуло в общем тяжёлом дыхании. Они постепенно ускорялись. Движения стали жёстче, глубже, синхроннее. Кровать ритмично скрипела. Гермиона чувствовала, как внутри нарастает новая, ещё более мощная волна. Она уже не просто принимала — она двигала бёдрами навстречу, насаживаясь на обоих одновременно, и каждый такой импульс вызывал у обоих Драко низкие, звериные звуки. Тео в какой-то момент взял её руку и направил к своему члену. Гермиона обхватила пальцами и начала двигать рукой в том же бешеном ритме, в котором её трахали. Теперь она снова была связана со всеми троими. Ощущение было оглушающим. Первый Драко внезапно ускорился и начал входить особенно глубоко и резко. Гермиона вскрикнула и выгнулась, забывая дышать. Второй Малфой сразу подхватил этот темп, и вдвоём они буквально раскачивали её между собой. Оргазм накрыл внезапно и жестоко. Гермиона затряслась всем телом, внутренние мышцы судорожно сжались вокруг обоих членов сразу, а из горла вырвался долгий, неистовый стон. Она продолжала кончать длинными волнами, пока оба Драко двигались сквозь её оргазм, продлевая его до предела. Драко сзади кончил первым — с глухим стоном, глубоко вдавившись и заливая её горячим семенем. Второй Малфой последовал почти сразу, впиваясь зубами ей в плечо и толкаясь до самого конца. Гермиона чувствовала, как внутри разливается тепло от обоих, и это ощущение казалось странно интимным даже в присутствии Тео. Они ещё несколько мгновений оставались неподвижны, тяжёло дыша. Потом первый Драко осторожно вышел, а за ним и второй. Гермиона тихо всхлипнула от внезапной пустоты и влажности, которая сразу потекла по бёдрам. Тео всё ещё держал её руку на своём члене, но не торопил. Один Драко прижался лбом к её затылку и просто дышал. Второй Драко поцеловал её в висок и провёл ладонью по животу, будто успокаивая. Гермиона лежала между ними, полностью изнеженная и дрожащая. Тео наклонился ближе и тихо спросил, глядя на обоих Малфоев: — Моя очередь снова? Один Малфой молча кивнул. Второй Драко тоже дал короткое согласие, хотя пальцы на талии Гермионы на мгновение сжались сильнее, напоминая о себе. Тео снова опустился между её ног. Гермиона всё ещё дрожала после оргазма, тело было гиперчувствительным, но когда он провёл языком по мокрой, пульсирующей плоти, она только тихо застонала и развела бёдра шире. Один Драко лежал сзади, придерживая её за талию, и наблюдал. Второй Малфой целовал её плечо и шею, иногда поднимаясь к губам и перехватывая поцелуй. Тео не стал медлить. Он поднялся, подхватил её ноги под коленями и одним плавным движением вошёл до конца. Гермиона выгнулась и громко вскрикнула — тело всё ещё было слишком чувствительным после предыдущего раза, и новое проникновение ощущалось остро и глубоко. Тео начал двигаться сразу жёстко и быстро, без той осторожности, что была в начале. Каждый толчок выбивал из неё дрожащий стон. Первый Драко в какой-то момент поднял её правую ногу ещё выше, открывая Тео больший доступ, и это заставило Гермиону задыхаться. Второй Малфой наклонился и начал ласкать её грудь ртом, посасывая соски по очереди, пока она дрожала между ними. Руки Гермионы снова нашли обоих Драко — она обхватила их члены и старалась двигать ладонями в том же ритме, в котором Тео вбивался в неё. Комната наполнилась тяжёлыми влажными звуками, стонами и прерывистым дыханием. Гермиона чувствовала, как внутри снова нарастает мощная волна. Она уже не контролировала голос — кричала каждый раз, когда Тео входил особенно глубоко. Один Драко прижался лбом к её виску и тяжело дышал, наблюдая, как чужой мужчина берёт её. Второй Малфой в какой-то момент взял её лицо в ладони и заставил смотреть на себя, пока Тео продолжал жёстко двигаться. — Вот так, — хрипло выдохнул Драко. — Пусть он тебя трахает. А ты смотри на меня. Гермиона смотрела. Глаза у неё были затуманены удовольствием, губы приоткрыты, щёки горели. Оргазм накрыл внезапно и сильно. Она затряслась, внутренние мышцы судорожно сжались вокруг члена Тео, и долгий сорванный стон вырвался из горла. Тогда он ускорился ещё сильнее и через несколько глубоких толчков вышел, кончив с низким стоном ей на грудь. Гермиона почувствовала, как по груди растекается горячее семя. Тео ещё несколько мгновений оставался неподвижен, потом осторожно отодвинулся и тяжело опустился на край кровати, откидывая влажные тёмные волосы со лба. Наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием. Гермиона лежала между обоими Драко, полностью обессиленная, с дрожащими ногами и влажной от пота кожей. Один Драко сразу притянул её ближе, укрывая собой. Второй провёл ладонью по её животу и ниже, медленно собирая пальцами смесь их семени и её влаги, будто отмечая, что она всё равно остаётся их. Тео молча поднялся, нашёл свою одежду и начал одеваться. Движения были спокойными, без неловкости. Когда он застегнул рубашку, то коротко взглянул на троих на кровати. — Было хорошо, — сказал он просто. — И я умею держать язык за зубами. Можете не беспокоиться. Первый Драко кивнул, не отпуская Гермиону. Второй тоже коротко кивнул в ответ. Тео задержался ещё на секунду, потом развернулся и тихо вышел из комнаты. Они прошли через это. Ревность была, напряжение было, но никто не сорвался и никто не потребовал остановиться. Они остались здесь — втроём — и держали её так, будто боялись, что она исчезнет. Один Драко тихо произнёс ей в волосы: — Ты наша. Второй Малфой повторил это же, прижимаясь губами к её плечу. Гермиона закрыла глаза и позволила себе просто быть между ними. Тело ещё дрожало, между ног было мокро и горячо, но внутри впервые за всю ночь поселилось странное, глубокое спокойствие. Они справились. *** Как только замок щёлкнул, оба Драко стали ещё ближе. Один уткнулся лицом в её волосы и глубоко вдохнул. Второй Малфой поцеловал её в мокрый висок и провёл губами по скуле. Гермиона лежала между ними, слушая, как постепенно выравнивается их дыхание, и понимала, что проверка состоялась. Некоторое время никто не говорил. Слышно было только дыхание и редкий треск углей в камине. Гермиона чувствовала, как оба держат её слишком крепко, даже отчаянно, словно боясь, что стоит ослабить хватку — и она исчезнет. Драко слева первым нарушил тишину, низким и хриплым голосом спросив: — Ты в порядке? Гермиона кивнула, всё ещё не открывая глаз. Она лежала, прижавшись спиной к его груди, и чувствовала, как быстро колотится сердце. — Да. Просто это было очень интенсивно. Второй Малфой наклонился и поцеловал её в висок, оставляя губы на коже чуть дольше. — Мы оба смотрели на тебя всё это время, — тихо сказал он. — И оба хотели остановить его в какие-то моменты. Особенно когда ты слишком громко стонала. Но мы не остановили. И это оказалось важнее, чем я думал. Другой Драко сильнее прижал её к себе и провёл ладонью по её руке, переплетая пальцы. — Я ревновал, — признался он прямо. — Несколько раз внутри поднималось желание вышвырнуть его. Но я видел, что ты не отстраняешься. И каждый раз, когда это желание появлялось, я заставлял себя остаться. Просто остаться и продолжать касаться тебя. Гермиона медленно открыла глаза и посмотрела сначала на одного, потом на другого. В их лицах сейчас не было ни торжества, ни облегчения — только тяжёлая, глубокая усталость и что-то очень уязвимое. — А теперь? — спросила она тихо. — После всего этого. Что вы чувствуете? Второй Малфой некоторое время молчал, гладя её бедро большим пальцем. Потом ответил честно: — Я всё ещё чувствую ревность. Она никуда не делась полностью. Но поверх неё теперь появилось и нечто другое. Я увидел, как ты выглядела между нами. И я понял, что даже когда внутри тебя был кто-то третий, ты всё равно оставалась нашей. Это ощущение сильнее, чем злость. Первый Драко кивнул, прижимаясь губами к её плечу. — Я тоже. Мне было тяжело. Но когда он ушёл, и ты осталась здесь, между нами, я впервые за эту ночь смог нормально выдохнуть. Ты не ушла. Не отстранилась. И не посмотрела на него так, как смотришь на нас. Гермиона повернулась сначала к одному, потом к другому, и медленно провела ладонями по их щекам. Кожа у обоих была горячей, слегка влажной от пота. — Я соглашалась на эту ночь не потому что мне был нужен кто-то ещё, — сказала она спокойно. — А потому что вы оба этого хотели. И теперь я вижу, что вы выдержали эту проверку. Это важно. Драко сзади поймал её ладонь и прижался к ней губами. — Ты наша, — произнёс он тихо, но очень отчётливо. Второй спереди повторил эти же слова, целуя её другую ладонь. — Наша. Гермиона закрыла глаза и позволила им обнять себя ещё крепче. Тело всё ещё хранило следы этой ночи — тянущую тяжесть между ног, следы укусов на плечах, запах кожи, смешанный вместе. Но внутри впервые за много часов было тихо и спокойно. Они лежали так, пока дыхание у всех троих не выровнялось окончательно. Никто не спешил вставать, никто не пытался заговорить о будущем или о том, что будет завтра. Просто оставались рядом — уставшие, но всё ещё возбуждённые от пережитого и впервые по-настоящему уверенные, что способны пройти через ревность и остаться вместе. Первый Драко в какой-то момент тихо произнёс ей в волосы: — Больше никакого четвертого. Второй Малфой сразу согласился, прижимаясь губами к её шее. — Только мы. Гермиона слабо улыбнулась и кивнула, не открывая глаз. — Только мы.