Часть 1. Становление. Глава 14

      – Здесь отвратительно холодно, – проговорил Шао Кан, спускаясь по трапу на южный балкон. Он осмотрелся, жестом подозвал одного из солдат.       – Цацки не таскайте, – сказал Первый Советник.       – Мародёрство карается по законам военного времени, вся добыча сдаётся под личную ответственность… – начал солдат, но Шао Кан его перебил:       – Я знаю, что вы у меня не воры. Но на корабли добычу тоже не сдавайте. Сначала пусть проверят маги. Напомни всем. Солдат метнулся оповещать. Шао Кан же прошагал по коридорам замка, порой отпихивая с дороги трупы стальным сапогом. Ему нужны были маги и разведчики – первые исследовали магические вещи, вторые узнавали, как вампиры связывались с другими замками на больших расстояниях. И те, и другие отыскались в подвале Королевы. Шао Кан окинул взглядом трупы вампиров с крестами на лицах.       – Есть что? – спросил он. Солдаты встали навытяжку, маги и разведчики отвлеклись от своих занятий и поклонились.       – Есть некие зачарованные вещицы, я бы лучше сказал, проклятые, – заговорил старший из магов. – Но все они служат одной цели – ослабить волю и поработить того, кто их носит. Не знаю, дарили их смертным или, может, пытались воздействовать друг на друга.       – А связь? Как они держали связь? – Шао Кан посмотрел на одного из разведчиков, неизвестно, старшего или нет – все они были одинаково одеты в тёмную форму и глухие тканевые маски с небольшой прорезью для глаз.       – Мой господин, к сожалению, нам не удалось узнать этого до вторжения, не удалось и сейчас, – виновато признался мужчина. – Только вот это похоже на какой-то ритуал, может быть, так хотели с кем-то связаться?       – Это было открытие портала. Ещё чувствуется свежая рана в ткани материи, – вставил маг.       – Вопрос, проходил ли через него кто-нибудь, – проговорил Первый Советник.       – Это, к сожалению, мы выяснить не можем, – старик развёл руками.       – Как они связывались между собой?.. – задумчиво произнёс Шао Кан.       – Как будто никак, мой господин, – сказал разведчик. – Просто отправляли гонцов, как мы.       – Но хотя бы сигнальные огни, дозоры, патрули – что-то должно быть.       – Они жили очень расслабленно. Кого им было бояться? Выше них хищников нет.       – Только дракон, – Шао Кан нахмурился.       Первый Советник собрал небольшой отряд, в который включил и Карвуса с сумкой лекаря, погрузился в маленькую скоростную лодку. Облетел прочие корабли – те ждали дракона и держали бортовые орудия в полной готовности. А затем Шао Кан спустился в поселение смертных у подножия гор.       В деревне уже стояли войска. Сопротивления им не оказали, многие люди даже не покинули дома. Первый Советник планировал собрать всех жителей и потребовать присяги на верность. Но местные – вялые, совершенно инертные, были готовы и так подчиняться кому угодно.       – Они все больны, – презрительно сказал один из офицеров и бесцеремонно оттянул воротник ближайшего к нему ватернианца. Шао Кан подался вперёд, рассматривая кожу. Шея мужчины была усыпана язвами с бледными, обсосанными краями. Широкие и глубокие, словно колодцы, они были запечатаны коркой, которую образовывала вампирская слюна. Вампиры питались по-разному; кто-то любил калечить, кто-то берёг свою скотину и пил из одних и тех же укусов. У этого человека шея была поражена с двух сторон, а ещё запястья рук.       – Кормит нескольких хозяев, – прокомментировал Карвус и поправил себя: – то есть, кормил.       – Прилетят другие хозяева и защитят нас, – подал еле слышный голос искусанный; его запавшие глаза смотрели тупо и равнодушно, от слабости он едва стоял.       – Мы прилетим к ним первыми, – пообещал мужчине Шао Кан и оглянулся на своих: – Возьмите местных под наблюдение, сгоните в одно помещение. Они точно служат вампирам, не выпускайте их из виду. Если вампирские чары не будут развеиваться над ними, казните всех. Они бесполезны. Только не забудьте ловушки для душ. В небе раздался грохот, и все подняли головы на звук. Корабли палили по дракону.       – Больше Онаги, – с тревогой проговорил Карвус, наблюдая полёт чешуйчатой твари.       – Значительно, – признал Шао Кан. Пока местные, у кого были силы на это, метались в поисках укрытия, а солдаты принимали боевой порядок, Первый Советник купал в яде лезвие своего копья и кинжала. Карвус, закусив губу, помогал.       – Как ты вообще себе это представляешь? – не удержался он. Шао Кан проигнорировал вопрос и поспешил к лодке, махнув магу следовать за собой.       Лодка взлетела в сторону дракона и помчалась, всё набирая скорость. Огромный зверь уворачивался от ядер, вокруг него роем крутились небольшие лодки-разведчицы, стреляя гарпунами и арбалетными болтами. Маги на кораблях, в свою очередь, колдовали щиты, охлаждали воздушное судно, как могли, чтобы спасти людей от огня, который обрушивал на врагов дракон.       Шао Кан потребовал у Карвуса отделиться от группы маленьких лодок и подлететь к морде чудовища. Маг подчинился, а полководец откинул люк в крыше и вылез наверх.       – Нет! Куда?! – закричал Карвус. – Тебя просто сдует ветром! Куда?! Дракон же понял – или почувствовал – что перед ним важная цель, а может, просто хотел наказать излишне назойливую муху перед носом. Он раскрыл пасть, готовясь выдохнуть струю огня. Карвус зажмурился и вцепился в штурвал, стараясь держать его ровно. Шао Кан размахнулся и метнул копьё, усилив его заклинанием. Мелькнула зелёная молния – ни воздушные потоки, ни расстояние не смогли отклонить оружие, заклятое убить, оно летело точно в цель, направленное верной рукой, и воткнулось прямо в глотку дракона. Вместо струи огня крылатый ящер издал кашель и отхаркнул копьё. Тут же, на лету, он попытался сожрать лодку-разведчицу, но промахнулся – нижняя челюсть проскребла по крыше, заставив Карвуса в панике заметаться. Но – минуло, и зверь пролетел дальше, удаляясь от лодки.       – Ф-фух!.. – выдохнул Карвус и посмотрел на дыру в корпусе на месте оторванной крышки люка.       – Господин! – с нарастающим ужасом позвал он. – Господин?! Маг заклинил штурвал и выглянул в дыру. На крыше трепыхалась содранная драконом металлическая пластина, удерживающаяся на последнем болте. Шао Кана нигде не было. Карвус вернулся за штурвал. С минуту он думал, что делать. «Надо сказать разведчикам», – принял решение он и направил лодку к замку.       Разведчики решили не поднимать тревогу – вторжение должно продолжаться, несмотря ни на что, а весть о пропаже и вероятной гибели командира серьёзно подкосит дух бойцов. Часть разведчиков спустилась на землю и прочёсывала лес под местом битвы, другая часть вместе с Карвусом полетела следом за драконом – он, конечно, уже скрылся из вида, но его преследовал целый рой лодок, и они обязательно дадут о себе знать выбросом сигнального дыма.       – Он знал, что его послали на гибель, – Карвус заламывал руки. – Знал, что так может быть. Разведчики хмуро переглядывались, но молчали, напряжённо высматривали своих впереди. Лодка облетела очередной скальный выступ, и воздухоплаватели увидели панораму: дракон рухнул на голое каменное плато. Вокруг стояли приземлившиеся лодочки, и солдаты столпились у морды чудовища. Пилот без раздумий пошёл на посадку. Едва днище лодки коснулось земли, Карвус вылез наружу и побежал к толпе людей.       Дракон был мёртв, и уже закоченел – так действовал яд. Карвус понял это, потому что солдаты силились оттянуть вниз челюсть, и не могли. Голова дракона лежала на боку, ничто не мешало разжать челюсти, но мышцы намертво свело токсинами.       – Не трогайте зелёное! – заорал Карвус на бегу. – Не трогайте зелёное, это яд!!! Солдаты обернулись на крик. Увидев мага, они почтительно разошлись – в цветах «мистического индиго» больше не ходил никто, а волшебников очень уважали, несмотря на странности в поведении и физическую слабость.             Карвус подошёл близко и заметил между зубов дракона неестественно вывернутую ногу в стальном сапоге.       – Он жив, – ответил один из солдат на немой вопрос, застывший у Карвуса на лице. – Но поломан весь. Не в сознании, но тёплый и дышит. Крови не очень много. Говоривший солдат придерживал голову, торчащую из пасти дракона, чтобы не запрокидывалась.       – Так, – Карвус вздохнул, собираясь с духом. – Дракона убил яд. Видите зелёную жижу у него во рту? Это яд. Он очень опасен. Нам надо достать господина, не задев этот яд. Иначе господин умрёт. Я попытаюсь разжать челюсти. Карвус сосредоточился и принялся читать заклинания, с помощью которых когда-то давным-давно он учился поднимать в воздух тяжёлые каменные кубы. Он направил свою силу и представил дело так, будто пытается поднять в воздух верхнюю челюсть, отталкиваясь не от земли, а от нижней. И постепенно начало получаться. Ловким солдатам не нужно было много пространства для маневра, и они вскоре уложили Шао Кана на носилки с одной из лодок. Перетаскивание привело полководца в сознание, его веки дрогнули. Кто-то из солдат вскрикнул, привлекая к этому внимание, и все вокруг склонились над Первым Советником. У него были белые от боли губы, но он всё же выговорил едва слышно:       – Продолжать… Наступление…       – Быстро в лодку и в лазарет! – приказал Карвус. Сам он последовал за носилками, роясь на ходу в лекарской сумке.       …Вторжение продолжалось. Вампирские замки уничтожались один за другим, но дело усложнилось. Как только вампиры узнали о беде, они покинули обжитые места и скрылись в самых труднодоступных местах. Однако, они не могли без крови. И потому людей сгоняли в большие города, уплотняя население до предела, чтобы было легче охранять и контролировать. В масштабах целого мира это было трудная и долгая работа. Усложнялась она ещё тем, что вампиры могли долго перебиваться кровью животных, а также терпеть голод. И чем старше вампир, тем дольше он мог воздерживаться от пищи. Только молодые, обезумев от кровавой жажды, вылетали прямо в города, где их и убивали солдаты. Быстрой победоносной войны и не планировалось, но вампиры становились постоянной отнимающей силы проблемой. Шао Кан сердился, что его военные ресурсы распыляются на охрану местных, а назначить стражу из самих ватернианцев было сложно – большинство из них было под влиянием вампиров, служило им. Укушенные могли открыть городские ворота хозяевам, могли портить металлические сети, натянутые над городами от налёта чудовищ, а то и просто сбегать, чтобы накормить господ. Борьба с вампирами из области военных завоеваний почти сразу перекочевала в тяжёлую, бесконечную и изматывающую борьбу с преступностью. И, по-хорошему, это было делом самих местных жителей. Должно смениться несколько поколений, чтобы очищенных от укусов стало много, и они смогли бы вступить в эту борьбу.       Карвус начал обживаться в Ватернусе. Главным здесь для внешнемирцев оставалась тёплая одежда. Было легко отличить своего от местного – вторженцы ходили закутанными даже в тёплую погоду. Они обустроили в городах особые жилища, которые сохраняли тепло лучше, чем простые хижины. Карвус жил в таком при Шао Кане. Каждый день он находил себе какие-то дела, хлопотал, и как мог отвлекался от тоски по дому. Вместе с тем его снедала тревога. Уже пару месяцев было слишком спокойно, не считая постоянных местных происшествий. Карвус ждал, что что-то случится, и жизнь пойдёт иначе. Но всё шло своим чередом. А может, он тревожился, потому что Первый Советник долго не выздоравливал. Он не контактировал с ядом напрямую, но ущерб от него всё-таки получил. И раны его заживали плохо; кости только-только срослись, хотя обычно перелом организм Шао Кана мог зарастить за две недели, поверхностные раны затягивались за ночь, а более глубокие – за несколько суток. Швы на коже постоянно расходились, и их приходилось снова и снова зашивать. Поэтому Карвус не получал приказов, как маг: его единственной задачей теперь было отслеживать содержание яда в крови хозяина, снижение его количества, и записывать, за какое время он распадётся и всё-таки покинет организм. Другими словами, Шао Кан исследовал действие своей отравы в том числе и на себе самом. Так что Карвус регулярно ходил к открытию портала во Внешний мир, когда оттуда прибывала очередная партия продовольствия и вещей. Ему присылали нужные для исследований компоненты.       В этот раз, помимо свежей порции реагентов, колбочек и перьев с бумагой Карвусу передали письмо. Все знали, что он – доверенное лицо, так что маг припрятал за пазухой свиток в кожаном мешке, перевязанный красным шнуром и залитый печатью с оттиском чешуйчатого пальца. Мужчина сразу понял, что именно такого события он и ожидал всё это время. «Вот и началось, – подумал Карвус. – А он ещё слишком слаб».       Содержание письма стало быстро известно Карвусу, и оно не удивило мага. Император просил Шао Кана назначить Ватернусу наместника и вернуться к своей обычной должности в мирное время. Приказ был самым обычным, разве что направлен слегка раньше, чем ожидалось. Но Карвусу он показался зловещим, так что маг даже не радовался скорому возвращению домой.       …Однажды Карвус слегка задержался с вечерним обходом. Он спешил, на боку у него болталась лекарская сумка с объёмной поклажей. От спальни господина на весь коридор разносился запах целебных припарок и мазей: перевязку начали без Карвуса, так что маг ещё больше ускорился – Шао Кан был плохим больным, менее дотошного и навязчивого, чем Карвус, он мог просто прогнать, решив, что хватит с ним возиться, и раны оставались без ухода.       Маг постучал и вошёл – хозяин сидел на постели и сам перематывал колено прокипячёнными отрезами ткани. При нём никого не было: не дождавшись Карвуса, он перевязался сам.       – Когда уже заживёт? Проклятая туша, – заругался Первый Советник.       – Господин, ты зря ругаешь своё тело, никто не служит тебе преданнее, чем оно. Дай ему отдых. После твоего яда удалось выжить только тебе одному, это легко не проходит, – Карвус мельком оглядел повязки – наложены крепко, мази и трав в горшочках убыло, значит, господин вспомнил солдатское прошлое и провёл перевязку как надо, хоть и ворчит.       – Я должен быть готов к битве, мне некогда отдыхать, – Шао Кан встал, и от мага не укрылось, что поднялся на ноги он осторожно, очевидно, испытывая боль. – Давно не тренировался. Скоро копьё удержать не смогу!       – Господин, ты должен лежать. И заниматься только едой и сном. Иначе не сможешь полноценно тренироваться вдвое дольше, чем получилось бы с отдыхом. Присядь, не надо вскакивать, нога недавно срослась. Некоторое время они молчали. Хозяин всё-таки сел, потёр ноющее колено. Карвус решился было сказать, что лучше написать Императору о своём состоянии и никуда не ехать, но Шао Кан заговорил вслух, будто прочитав его мысли.       – Я не могу не ехать, – не глядя на мага, сказал Первый Советник. – У меня нет уважительной причины.       – Как это? А болезнь?       – Не стоит давать знать врагу, что ты ослаблен. Только если это не часть плана. Ехать придётся. Что бы ты сделал на месте Онаги, узнав, что я еле ноги таскаю и недавно едва не помер?       – Попросил бы вернуться, – кивнул маг. – Домой, в нормальный климат, к хорошим врачам…       – А я бы подослал убийц на его месте, – перебил Шао Кан. – Так что он не должен знать точную дату моего отъезда. Ко мне будешь заходить только ты, передай это распоряжение разведке. Если в моих покоях появится кто-то другой, я его убью. Будь готов, собери вещи. Как только я скажу, мы должны без промедления уйти. Понял?       – Да, – Карвус кивнул.       – Из здания больше не выходишь, будь всегда под рукой, – Шао Кан слегка прищурился и спросил: – Что там у тебя в сумке?       – Э-э… – маг слегка испугался, потому что заметил огонёк недоверия в глазах хозяина; временами казалось, что Шао Кан не доверяет совершенно никому, и сам Карвус всегда под подозрением. – Подарок… Я хотел успеть вручить до отбытия.       – Разве я похож на того, кто нуждается в подарках? – Первый Советник слегка склонил голову набок. – И разве подарки не делает высший низшему, а не наоборот?       – Кхм, – Карвус прочистил горло. – Мой господин, подарки делаются без причины. Иногда по поводу, но всегда от души. То, о чём говоришь ты, это не подарок. Это поощрение или взятка. А подарки – их дарят не потому, что в них нуждается тот, кому дарят. Их дарят, потому что хотят порадовать, или отметить что-то.       – Так что, в итоге, отмечаем? – саркастично спросил Шао Кан. – Чему радуемся?       – Здесь другой повод – это на память. Я не знаю, мой господин, как доказать, что мы, смертные, конкретно в этом случае никакого умысла не имеем. Отмечаем победу над драконом. Радуемся тому, что ты остался жив.       – Мы? – уточнил Первый Советник.       – Да. Я могу достать?.. – маг показал на сумку, и Шао Кан, помедлив, кивнул.       – Эту вещь создали наши кузнецы и маги, – Карвус вынул из сумки свёрток и начал осторожно разматывать ткань. – Солдаты добыли материал, а я осмелился преподнести. В честь твоей победы над драконом Ватернуса. Каждый воин готов салютовать твоему триумфу. Память о тебе останется на всю нашу короткую жизнь, но я смею надеяться, что и у тебя останется память о нас. Последний слой ткани съехал с блестящей поверхности, и взору Первого Советника открылся шлем. Костяное основание было покрыто металлом с шипами вдоль темени, два тонких, длинных острия галкой сходились на лбу. Шею и затылок защищали красные изогнутые пластины в цвет плаща; при движении они находили друг на друга, не мешая поворачивать и наклонять голову. Лицевая часть была выточена из кости с большим искусством и повторяла человеческий череп без нижней челюсти, позволяя смотреть через глазницы. Внутри крепился мягкий подшлемник, который можно было снять.       – Он создан из черепа дракона, – гордо сказал Карвус, подавая шлем хозяину. Тот ничего не сказал, но явно был впечатлён. Осмотрел подарок со всех сторон, примерил.       – Как подобрали размер? – спросил Шао Кан – шлем сидел идеально.       – Это я снял мерки, пока перевязывал тебе голову, – признался Карвус. Первый Советник снял шлем, ещё раз осмотрел его.       – Устрашает, – с довольным видом резюмировал он.       – Угодили? – улыбнулся Карвус. Шао Кан кивнул.       – Когда швы на голове зарастут, эта вещь всегда будет при мне, – пообещал хозяин.