XXVII — Спортивный фестиваль, Второй раунд

Твой второй Спортивный фестиваль проходит... паршиво. Абсолютно, беспросветно паршиво. И ты этому совсем не рада. Ты действительно хотела выложиться на этом Фестивале — черт возьми, ты хотела победить. Ты столько раз повторяла, что выиграешь, что теперь тебе должно быть стыдно за свой результат. Ты клялась Оборо, Ямаде, Шоте и Немури, что заберешь этот кубок. А вместо этого ты облажалась по полной. Довольно жалко. Но суть в том, что ты могла бы этого избежать. Могла бы больше тренироваться. Могла бы сильнее стараться выспаться в дни перед началом. Могла бы меньше нервничать. Могла бы лучше сосредоточиться. Но ты этого не сделала, потому что в голове были совсем другие мысли. ВЗО начал по-настоящему захватывать твое сознание. Ситуация с Компрессом, конечно, тоже не помогала. Уделять внимание школьным делам было просто... трудно. Ты не хотела отлынивать, тем более что училась в UA — и Незу не будет вечно прикрывать твой тыл. К тому же ты обожала школу! Ты любила своих друзей, тренировки и саму идею стать суперкрутым героем. Тебе нравилось проживать опыт UA на полную катушку. Это была привилегия, которой мало кто мог похвастаться. Но... было просто невозможно отрицать, что другие вещи, о которых тебе приходилось беспокоиться, были... хуже. Серьезнее. Смертельнее. И школа просто отошла на второй план. Сначала не было ничего критичного. Всего лишь тест, к которому ты могла бы подготовиться получше, или тренировка, где ты была немного рассеянной. Но к моменту, когда настал Спортивный фестиваль — через неделю с небольшим после нападения на твою квартиру, — ты поняла, что совершенно к нему не готова. Ты устала. Мысль о том, чтобы оказаться под таким мощным светом прожекторов, пугала тебя, потому что ты была уверена: ВЗО где-то там, наблюдает. Изучает. Высматривает все тонкости твоей причуды. Выжидает подходящий момент, чтобы напасть снова, и в этот раз — в этот раз, после того как он уже однажды потерпел неудачу, он не совершит ту же ошибку дважды. Всемогущий, кстати, был с тобой согласен. Он сказал, что поймет, если ты решишь вообще не участвовать в Фестивале. Хотя он, конечно, будет там, на трибунах, готовый вмешаться в любой момент, участие в Спортивном фестивале всё равно оставалось для тебя риском. — Ты имеешь право думать прежде всего о своей безопасности, а не о карьере, юная (Т/Ф). Тем более что ты всё еще просто ученица. Но в конечном счете, попытка как-то навредить тебе во время Фестиваля, на глазах у всех, была бы совсем не в стиле ВЗО. К тому же Ночноглаз в этот день будет смотреть в будущее Тенко, а Тенко будет смотреть на тебя по телевизору — а значит, если бы он увидел, что тебе больно, Ночноглаз почувствовал бы его горе и предотвратил это. Да и пропуск Фестиваля только усложнил бы ситуацию. Что бы подумали Оборо и Ямада? В последнее время они становились всё более подозрительными. Хотя нет, это уже даже не было подозрением. Они знали, что что-то не так, просто не хотели лезть в душу и рисковать, расстраивая тебя еще сильнее. Или что, если ты не пойдешь, Шота отправится один и пострадает? Что, если Тенко почему-то не станет смотреть Фестиваль из-за твоего отсутствия, и Ночноглаз не сможет предсказать нападение на Шоту и... Да, у тебя развивалась паранойя. Но суть была в том, что Фестиваль вряд ли представлял для тебя физическую опасность. Нападение ВЗО в такой момент было почти невозможным. Зато было очевидно другое: он будет смотреть. Он будет ловить каждую секунду, извлекая информацию из каждого твоего движения. Все улучшения, над которыми ты работала последний год со времен прошлого Фестиваля, все новые приемы и навыки — он узнает обо всем. Поэтому ты решила, что у этой проблемы есть одно простое решение: мастерски всё провалить. Возможно, план не был идеальным. Но даже сейчас, стоя на арене, ты считаешь его лучшим из того, что пришло в голову. ВЗО наверняка уже изучил записи прошлого Фестиваля, так что он имеет неплохое представление о твоих способностях, но он всё еще отстает на целый год. Ты много тренировалась за это время, особенно со Всемогущим. На этом Фестивале ты могла бы похвастаться множеством новых навыков, о которых ВЗО иначе никак бы не узнал. И ты не можешь позволить ему это узнать. Поэтому ты не станешь ими хвастаться. На самом деле, ты облажаешься так сильно, так чертовски сильно, что этот старый придурок не получит абсолютно ничего от шпионажа за тобой. Ты будешь сосать так мощно, что он, вероятно, задастся вопросом, не перепутал ли он студента. Ты будешь обложатся так, что каждый профи на трибунах отвернется от испанского стыда. Будет ли это унизительно? Да, пожалуй. Вообще-то — очень. Но кого это волнует. На кону безопасность Тенко и Кайя. Твоя собственная безопасность. Безопасность Шоты. В общем-то, всех. Пропуск Фестиваля выглядел бы подозрительно, и к тому же — это послало бы ВЗО сигнал, что он уже побеждает. Что ты напугана и забилась в угол. Но всё равно пойти на Фестиваль? Это пошлет совсем другой сигнал. «Ты меня не пугаешь». А затем облажаться так, что даже твоим предкам будет стыдно? Это тоже будет сигналом. «Я знаю, что ты шпионишь за мной, так посмотри же на этот огромный жирный средний палец». В конечном счете, именно ты выйдешь из этой ситуации самой крутой. Просто, ну... об этом никто не узнает, кроме тебя. Все остальные будут лишь гадать, что за чертовщина случилась на твоем втором курсе, из-за чего твои показатели так упали по сравнению с первым Фестивалем. Они и не догадываются, но я на самом деле всех их сделала. Несмотря на твое желание провалиться, вылететь на первом же испытании сложно. Ты проходишь дальше, хотя и с жалкими результатами. Шота, который, очевидно, в курсе твоего плана и в какой-то мере его разделяет, проходит чуть лучше тебя. Оборо и Ямада, показавшие куда более высокие результаты, бросают на тебя странные взгляды, но решают, что тебе просто нужно время, чтобы включиться в игру. И ко второму испытанию ты «включаешься». Становясь полным нулем во всём. Ты не планируешь доходить до индивидуальных боев, потому что это заставило бы тебя либо хоть немного показать свои навыки в драке, либо просто сдаться. Но отказ от боя без попытки борьбы сделал бы очевидным, что ты не просто посредственная ученица: здесь кроется что-то подозрительное. Ты блестяще выступаешь на первом Спортивном фестивале, затем показываешь значительный спад на втором... а потом сдаешься. Любому герою с парой извилин станет ясно, что ты пытаешься скрыть свои силы. Ты не хочешь выглядеть подозрительной: ты просто хочешь выглядеть глупо. Ты хочешь выглядеть как идиотка, которой повезло на первом Фестивале, потому что только она знала причуду Шоты, но теперь, пролодырничав целый год, ты, к сожалению, деградировала. Так что на второе испытание ты выходишь с четким осознанием того, что проиграешь. И ты проигрываешь. Шота уже это знал. Он не проигрывает, хотя ты в курсе, что он планирует сделать это во время первого тура соревнований. Оборо и Ямада, очевидно, и понятия не имели. У них отвисают челюсти, когда они видят результаты, и несколько секунд они смотрят на тебя так, будто не могут поверить в реальность происходящего. Ты знаешь, что они в шоке. Они знают твои способности лучше всех и не понимают, как такое могло случиться. Они не понимают, почему ты не выглядишь расстроенной. После всех твоих разговоров о победе на Фестивале — почему ты кажешься такой абсолютно невозмутимой из-за того, что вылетела еще до начала турниров? Они просто не понимают. Но у тебя нет для них объяснений прямо сейчас. — Удачи на турнирах! — вместо этого улыбаешься ты, маша рукой и поспешно покидая арену. — Я буду за вас болеть! Они даже не успевают помахать тебе в ответ, как ты уже исчезаешь. Миссия «Облажаться и проиграть» выполнена. Выкуси, Все За Одного.

****

— Так... что за чертовщина происходит? Ты знала, что если пойдешь обедать с друзьями, тебя завалят вопросами «как», «почему» и «что за дела» — и ты понятия не имела, как с этим справляться. Поэтому ты просто купила что-то в столовой и нашла уединенное место на трибунах, надеясь поесть в тишине. Свое исчезновение ты планировала оправдать тем, что звонила родителям обсудить Фестиваль — и это даже не было ложью. Ты действительно им звонила. Просто разговор не затянулся. Они были явно обеспокоены, но не хотели, чтобы ты чувствовала себя виноватой за провал. Ты объяснила, что устала, и это был просто неудачный день. В остальном же у тебя всё было отлично. Ты обожала UA! И в следующем году обязательно победишь! Успокоенные твоим оптимизмом, они в итоге поверили. А почему бы и нет? У тебя ведь не было привычки скрывать от них опасных сирот. У тебя просто иногда случались плохие дни, как и у всех, и так уж вышло, что этот недавний плохой день совпал с датой Спортивного фестиваля. Меньше всего твои родители хотели, чтобы ты чувствовала, будто разочаровала их, поэтому, поняв, что ты не кажешься расстроенной, они в основном успокоились. Однако кое-кто другой — нет. А именно Ширакумо Оборо, которому каким-то образом удалось разыскать тебя, когда ты заканчивала обед. Он не стал тратить и пары слов на приветствие, прежде чем начать допрос. Ты не глупа и понимаешь: он догадывается, что за твоими действиями что-то стоит. Но ты также знаешь, что самый простой способ выйти из этого разговора — заставить его почувствовать себя неловко, виноватым или и то, и другое. — Слушай, — ты отводишь взгляд, поджимая губы от смущения, — мне и так хватило того, как я облажалась. Мне не нужно, чтобы ты приходил сюда и сыпал соль на рану. Как ты и предсказывала, весь напор Оборо рушится в тот миг, когда он думает, что заставляет тебя стыдиться. Вид твоей неуверенности неизбежно вызывает у него дискомфорт, а люди склонны бежать от того, что им неприятно. Этого должно было хватить, чтобы он захотел сменить тему, хотя бы просто чтобы отвлечь тебя. — Я... я не хотел! — клянется он. — Мне на самом деле плевать на твой результат на этом Фестивале — я знаю, насколько ты сильная. Тебе не нужно мне ничего доказывать. Я просто... волнуюсь. Но, судя по всему, ему недостаточно неловко. Обеспокоенность в его взгляде всё еще сильнее. Ты надеялась, что твой план сработает быстрее. — Не о чем тут волноваться, — фыркаешь ты, идеально изображая скучающего и разочарованного подростка. — Я просто провалилась. Не знаю, просто не смогла сосредоточиться. Иногда случается всякое дерьмо, полагаю. К счастью, у меня есть еще один год, так что я точно выступлю лучше... — (Т/И)... По какой-то причине, хотя его тон был тише твоего, его голос заставляет тебя замолчать. Он смотрит на тебя с чем-то похожим на печаль. Что было бы логично, ведь ты только что упустила один из величайших шансов в своей карьере — было бы нормально немного расстроиться за тебя. Но это другое. Это глубокое чувство. Мучительное. — Тебе не обязательно продолжать мне лгать, — шепчет он. — Ого, — усмехаешься ты, хотя твои руки слегка подрагивают, — это грубо. Я только что сказала, что в следующем году справлюсь лучше, так это твой способ сказать, что я всегда буду так лажать? Даже твоя попытка сострить не заставляет его улыбнуться. Ты начинаешь нервничать. Где, черт возьми, Шота, когда он так нужен? Наверное, стоит где-то, пока Хизаши выносит ему барабанные перепонки. Ты сомневаешься, что он придет на помощь. — Нет, — Оборо всё же удостаивает твой вопрос ответом, хотя тот заслуживал игнора, будучи явной попыткой сменить тему. — Я совсем так не думаю. Я считаю, что ты более чем способна на большее. На самом деле, я считаю, что ты более чем способна выиграть Фестиваль. И мне интересно, что остановило тебя сегодня. Ты молчишь. Возможно, ты просто надеешься, что если будешь смотреть на него достаточно долго, он испарится. А может, он тебе вообще галлюцинирует из-за недосыпа. — Я не хочу заставлять тебя рассказывать, — продолжает он, и кажется, будто каждое слово дается ему с огромным трудом. — Правда, не хочу. Я хочу, чтобы ты знала: я уважаю твои границы, и ты можешь говорить мне что угодно или не говорить вовсе. Но я просто... волнуюсь. Ты была той, кто первой поклялся выиграть этот Фестиваль, и ты звучала так уверенно, что мы все просто пошли за тобой. Я тоже начал это повторять и по-настоящему загорелся, но... это потому, что ты сказала это первой. Я хотел вложить столько же сил и страсти, сколько видел в тебе. И видеть, как ты проигрываешь сейчас и тебе даже всё равно... вот что меня пугает. Не сам проигрыш. На него мне плевать. Я просто боюсь, что в тебе что-то надломилось, а я даже не знаю, что это и как всё исправить. Тебе следовало ожидать чего-то подобного. Вы близкие друзья уже больше года. Он знает тебя. И в какой-то степени ты рада, что он чувствует себя достаточно свободно, чтобы выразить свои опасения. И всё же у вас никогда не было настолько значимого разговора. Возможно, раньше для этого не было причины. Теперь она есть, она веская, и ты не знаешь, что делать. У тебя нет намерения всё объяснять. Тем более теперь, когда ВЗО знает, где ты — чем меньше людей втянуто, тем лучше. — Клянусь, — заявляешь ты, стараясь вложить в свои слова всю решимость, на которую способна. — Дело не в том, что мне стало всё равно. Я обожаю UA, мне нравится учиться с вами и тренироваться, чтобы стать героем — и я выиграю следующий Фестиваль. Обещаю. Просто... в последнее время всё было непросто. Я позволила обстоятельствам немного раздавить себя. — Пожалуйста, скажи мне правду, — Оборо выпаливает слова так быстро, будто боится растерять смелость в любую секунду. — На тебя кто-то напал? Ты в опасности? Когда у тебя были бинты на шее... тебя кто-то ранил, верно? — Не о чем беспокоиться. Твой голос мгновенно смягчается. Его же, напротив, становился всё более надрывным по мере того, как он продолжал. Очевидно, он хотел сказать тебе это еще с того дня, когда ты пропустила занятия и вернулась с повязками и другим взглядом — он держал это в себе, пока тишина не стала такой огромной и тяжелой, что начала его давить. Но чем сильнее щемит сердце от его тона, тем мягче звучит твой. Ты делаешь шаг вперед и кладешь руку ему на плечо. — Не о чем беспокоиться, — нежно повторяешь ты. — Всё уже решилось. Прости, что не могу рассказать подробности. По крайней мере, не сейчас. Просто доверься мне, ладно? Клянусь, всё улажено. И это правда. Улажено довольно радикально, если честно. Жаль только, что человек, напавший на тебя, не был истинным мозгом всей операции. Хотя твои туманные заверения потенциально могли сделать ситуацию еще более подозрительной, Оборо, кажется, искренне успокаивается. Он испускает дрожащий выдох и медленно кивает, словно наконец почувствовав облегчение. — ...Я верю тебе, — выдыхает он. — Я доверяю тебе. Если ты так говоришь, то... я рад это слышать. Ты рада, что он не давит. Ты бы не знала, как объясниться. Понятно, что он осознает потенциальную опасность ситуации, и ты этого не хотела, ведь теперь он будет переживать. Но он переживал гораздо сильнее, даже не зная, в безопасности ли ты. По крайней мере, ты надеешься, что развеяла часть его страхов. — Я всё тебе расскажу, когда-нибудь, — клянешься ты. — Рассказала бы и сейчас, если бы могла. Просто это... не только от меня зависит. Не полностью, по крайней мере. Это нечто большее, чем то, с чем я могу справиться в одиночку. — Я так и думал, — слабо усмехается Оборо. — Я не в обиде. Полагаю, ситуация... куда сложнее, чем я могу вообразить. Ты думаешь, что ты мастер маскировки, но мне показалось странным, что два твоих «кузена» буквально живут в твоей квартире, а твои родители при этом даже слышать о них не могут за ужином. Я не совсем тупой. Ты открываешь и закрываешь рот несколько секунд, чувствуя себя почти оскорбленной. — Э-эй! Это не моя вина, что такие ситуации сложно объяснять! Спорим, ты бы и вполовину не справился лучше, будь ты на моем месте. — Я бы справился в разы хуже, — беззаботно признает Оборо. — Я бы никогда не смог присматривать за двумя детьми. Хотя Кай ведет себя как взрослый побольше твоего. — Так, а вот это уже было обидно... — Но в любом случае. Я верю тебе. Я рад слышать, что... что на самом деле ничего не изменилось. Я правда боялся, что ты... — он хмурится, выглядя сомневающимся. — Не знаю, на самом деле. Даже если бы ты решила уйти из UA, это было бы нормально, если бы ты сама этого хотела. Наверное, в итоге я просто боялся, что ты... не счастлива. Это признание почти заставляет тебя прослезиться. В последнее время ты и правда чувствовала себя не очень-то счастливой. Ты чувствовала усталость, паранойю, тревогу, страх и кучу других «не-счастливых» эмоций. Но в целом — ты бы никогда не сказала, что жалеешь хоть об одном своем выборе. Возможно, они были неправильными, возможно, тебе стоило просто отдать Тенко Всемогущему при первой встрече и умыть руки — но ты никогда не пожалеешь о том, что выбрала другой путь. Он просил тебя не оставлять его, и ты не оставила. Как ты могла бы об этом пожалеть? — Я счастлива, — шепчешь ты, и твои глаза увлажняются, пока ты улыбаешься парню. — Правда. — Я рад, — тихо шепчет он. На несколько секунд воцаряется тишина. Ты обдумываешь то, что только что ему сказала, и понимаешь, что не солгала. Хотя сейчас трудно думать о счастье... ты всё же счастлива. Но ты уверена, что если начнешь копаться в этом слишком глубоко, то в итоге расплачешься — а на сегодня грусти уже хватило. — Вообще-то, считай, что тебе повезло, — фыркаешь ты. — Если бы не все эти причины, я бы абсолютно точно размазала тебя на этом Фестивале. — А-а-а? — Оборо картинно хмурится, с радостью хватаясь за возможность перевести разговор в более легкое русло. — Ты правда так думаешь? Ну-ну, продолжай храбриться. А пока что я выиграю этот Фестиваль, как ты и обещала... — Ни за что, — ты показываешь ему язык. — Кто-нибудь другой надерет тебе зад вместо меня. — Тогда забьемся? — он ухмыляется, наклоняясь к тебе. — Потому что я спорю, что выиграю. — А я, — ты принимаешь вызов в его тоне, — спорю, что ты проиграешь. — На что спорим? Вопрос застает тебя врасплох. Ты не была готова заходить так далеко. Сомневаешься, что и Оборо был готов, но он явно настроен поиздеваться над тобой. — Я так и знал, — самодовольно произносит он. — У тебя кишка тонка. — Что? — ты сужаешь глаза. — О, заговорил самый смелый человек на свете. Ты чуть не умираешь от перегрева каждый раз, когда я отвечаю на твои комплименты. — Это неправда! — Оборо вспыхивает, но ты едва даешь ему закончить фразу. Вместо этого ты наклоняешься еще ближе, а твои губы растягиваются в улыбке чеширского кота. — Я поцелую тебя, если ты выиграешь, — бросаешь ты вызов. — Ну, что скажешь? На мгновение тебе кажется, что его сердце бьется так быстро, что ты слышишь его, даже не касаясь груди. В воздухе буквально повисает гул; его щеки становятся всё краснее, и он, кажется, не может отвести от тебя глаз. Он весь одеревенел, как загнанный в ловушку зверь. Это даже забавно. — Впрочем, — ты насмешливо пожимаешь плечами, отворачиваясь, — если ты слишком труслив для этого, всё нормально. Ты всегда горазд поболтать, но мы все знаем, что на деле ты не собираешься отвечать за свои слова... — Я согласен! — выпаливает он, и ты не понимаешь, чего в нем сейчас больше: злости или смущения. — Я согласен! И я выиграю! Ты... Ты увидишь... и... и когда увидишь... я... я... я выиграю! — В этом предложении даже смысла нет, — невозмутимо замечаешь ты. Оборо, похоже, не в состоянии исправиться. Он тяжело дышит, будто уже прошел весь Фестиваль, хотя миновала лишь половина. У тебя такое чувство, что даже если у него и были шансы на победу, ты только что их разрушила, обеспечив ему сердечный приступ. — В любом случае, — ты пожимаешь плечами, всё еще в настроении подшучивать над ним, — мне пора домой. Тенко и Кай, наверное, заждались. Я буду смотреть на тебя, идет? Посмотрим, выиграешь ли ты. Цепочка слов, которой он тебе отвечает, не имеет никакого понятного смысла. Ты почти уверена, что окончательно его сломала.

****

Ты в итоге остаешься на первые турнирные бои. Как ты и думала, Шота проигрывает, и вы вместе возвращаетесь домой. Ты задержалась ровно настолько, чтобы немного поболеть за Ямаду и Оборо, так что чувство вины за ранний уход почти не грызет. В обычной ситуации ты бы осталась ради них до конца, но учитывая обстоятельства... чем скорее ты окажешься дома, тем лучше. Хотя ты знаешь, что Тенко и Кай под защитой, часть тебя никогда не чувствует себя по-настоящему спокойно, когда ты не с ними. В такой важный день пробки предсказуемо сумасшедшие, и у вас с Айзавой уходит больше часа на дорогу. К тому времени, как вы заходите в гостиную, весело приветствуя Тенко, Кая и Цукаучи, Фестиваль уже подходит к завершению. — Оу, — тянешь ты, заставая журналиста, рассуждающего о «очередном достойном финале» и «огромном потенциале, который раскроется в следующем году». — Не думала, что мы так опоздали. Пропустили почти все бои. — Зная их, — пожимает плечами Айзава, — они всё равно вылетели довольно быстро. — Грубиян, — упрекаешь ты его, хотя сама невольно хмыкаешь. — Вообще-то они были суперкрутыми! — восторженно восклицает Тенко. — И Оборо, и Мик-парень! Фаворитизм в именах очевиден, но, с другой стороны, Оборо — это тот самый парень, который всегда отвозил Тенко в садик на облаке, так что ты понимаешь, откуда у ребенка такие симпатии. — Правда? — улыбаешься ты. — Они были крутыми? — Суперкрутыми, — кивает Тенко. — Оборо победил! Вся кровь отливает от твоего лица. — ...Что? Ну всё, приплыли.