Глава 11

Июнь 2000 года Выпускной Джинни был долгожданным для всех. Для Гермионы, Гарри и Рона, для семьи Уизли, для Блейза. И в особенности для самой Джиневры Уизли, которая сейчас кричала от радости в выпускной мантии Гриффиндора и обнимала подруг. Гермиона стояла в стороне и смотрела на эту картину с чувством, которое трудно было описать словами. Гордость. Радость. Лёгкая грусть. Они прошли через столько вместе — войну, потери, страх, надежду. И вот теперь Джинни стояла здесь, в мантии, с распущенными рыжими волосами, сияющая, и кричала что-то Полумне, которая смеялась в ответ. Она выросла, — подумала Гермиона. — Мы все выросли. Гарри разговаривал в стороне с Полумной. Рон стоял рядом с Лавандой. Близнецы носились вокруг них, позируя для фото. Артур держал в руках камеру, созывая всех встать вместе. — Гермиона! Иди сюда! — крикнула Джинни. Гермиона подошла, и Джинни закинула руки на её плечи. Рядом с ней встал Гарри, с Джинни — Рон и Лаванда. Полумна встала рядом с Гарри. Близнецы подошли сзади, ставя парням рожки. — Эй! — Рон сбросил руку брата. Джинни засмеялась сильнее. — Так, все, не портите мне выпускную фотку! — голос рыжей заставил всех встать по струнке. Артур сделал одну фотку, после чего к ним подошёл Блейз. Он поздоровался с Молли и пошёл к ним. Джинни мгновенно обняла его. Рон закатил глаза. Фред и Джордж тут же оказались подле пары: — Ну, и когда свадьба, зятёк? — Ты имей в виду, она возврату и обмену не подлежит. — Джинни хотела стукнуть братьев по головам, но не дотянулась. Парни рассмеялись. — Не торопите события. — Билл и Флёр шли с Нимфадорой и Римусом. — Я бы сказала, не сглазьте, если бы верила в это. — Дора подошла к Джинни и обняла её. — Они просто хотят выжить меня из дома. Не дождётесь. — Фред фыркнул. — Дорогая, если выйдешь за него замуж, у тебя будет дом побольше. — Намного больше, — согласился Джордж, подмигнув Забини. Тот был одет в классический костюм с белой рубашкой. Он обнимал девушку за талию и ухмылялся. Да, с близнецами они определённо нашли общий язык. — Выйдет. Может, даже совсем скоро. — Он посмотрел на Джинни. Та (наверное, впервые в жизни) покраснела. Рон прищурился: — И что это значит? Билл рядом пожал плечами. — Что следующей свадьбой после моей будет Джинни? — Флёр улыбнулась, держась руками за уже круглый живот. — Так, хватит о свадьбах. — Молли подошла к ним и, взглянув на счастливую дочь, улыбнулась. — Ну-ка. Блейз, сынок, встаньте рядом. — Артур направил на них с Джинни фотоаппарат и сделал снимок. Оба улыбались до ушей. Рука Забини всё ещё лежала на её пояснице. Гермиона улыбнулась. Джинни была правда счастлива. Без наигранности, как раньше, без лишней бравады. Искренние чувства, которые все были написаны на её лице. Она горячо влюблена. По-настоящему, может, впервые в жизни. Интересно, каково это, — подумала Гермиона. — Быть настолько уверенной в ком-то, чтобы связать с ним всю жизнь. Она почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не зависть. Нет. Скорее, тоска по чему-то, чего у неё никогда не было. — Здравствуйте. Гермиона резко обернулась. Драко стоял рядом с Тео и разговаривал с Андромедой. Гермиона отвела взгляд от блондина, чувствуя, как горят щёки, когда к ней направилась Пэнси. Девушка не сказала ни слова, просто встала рядом, вяло крутя в пальцах палочку. Тёмное каре было, как всегда, идеально уложено. Паркинсон была одета в чёрную юбку и такой же жилет с голубой блузкой. Да, она определённо точно была элегантна, красива и хорошо разбиралась в моде. — Как работа? Никогда бы не подумала, что экономика — это твоё признание. — Пэнси усмехнулась. — Зато твоё место тебе очень подходит, Грейнджер. И, спасибо, всё хорошо. Мне действительно нравится. В чём мой отец правда помог мне, так это в выборе профессии. Гермиона краем глаза уловила, как Гарри подошёл к бывшим слизеринцам. Её глаза расширились, когда парни пожали друг другу руки. О, это что-то новое. Пэнси рядом усмехнулась: — Неожиданно, да? Гермиона кивнула. Рядом мгновенно возникла Джинни. — О, а ваши парни помирились? Или им теперь и без вас весело? Смотри, Пэнс, а то Малфой уведёт твоего избранного. Гермиона покачала головой, игнорируя её намёки. Хотя нет, она говорила вполне прямо. — Они ещё с последнего года не собачатся. Но сейчас... Видимо, зарытый топор войны перерос в товарищество. — Даже если бы и нет. Вам всем всё равно придется терпеть друг друга. Скорее всего, всю жизнь. — Две волшебницы вопросительно посмотрели на третью. — И что это значит? — Пэнси выгнула бровь. Джинни хитро улыбнулась и подняла вверх руку. На пальце красовалось кольцо. На безымянном пальце. Обручальное кольцо. Гермиона и Пэнси удивлённо застыли, не произнеся ни слова. — Поздравляю! — Нимфадора втянула Джинни в крепкие объятия и шепнула так, чтобы услышала только она: — Хоть кто-то из этих змей решился. Гермиона вышла из оцепенения. Пэнси рядом ошарашенно схватила Джинни за руку. — Ну, что, миссис Забини? — выдохнула она. — Ещё не миссис, — Джинни рассмеялась, но глаза её сияли. — Но скоро. — Рассказывай! — потребовала Гермиона. — Когда? Как? Джинни счастливо вздохнула. — Два дня назад. Мы гуляли в саду, и он вдруг встал на одно колено. Я думала, он шутит. А он достал кольцо. Сказал, что не хочет больше ждать. Что любит меня. Что хочет, чтобы я стала его женой. — И ты, конечно, сказала «да», — усмехнулась Пэнси. — А что мне оставалось? — Джинни пожала плечами, но улыбка не сходила с её лица. — Он же такой... Блейз. Я не могла отказать. — Родители знают? — спросила Гермиона. — Мы сказали только родителям. Мои дали добро. Его мать... она была в восторге. Сказала, что наконец-то дождётся внуков. — Ты только школу закончила! — возмутился подошедший Рон. — Какие внуки? — Не дыши в затылок, Рональд. — Джинни отмахнулась. — Внуки будут не скоро. Но свадьба — да. — И когда? — спросил Гарри, который тоже подошёл к ним. — Через два месяца. Мы хотим устроить всё в Италии, в поместье Забини. Там красиво летом. — И вы все приглашены, — добавил Блейз, подходя и обнимая Джинни за талию. — Через неделю будет помолвка в моём поместье. Так что готовьте наряды. Будет всё британское магическое общество. И не только — родственники из Италии приедут. — Какие родственники? — удивился Рон. — Моя тётя. Милла. Она очень весёлая. Вам понравится. — Надеюсь, она не такая, как твоя мать, — усмехнулась Джинни. — Она хуже, — Блейз закатил глаза. — Но в хорошем смысле. Фред и Джордж тут же обступили пару. — Зятёк, а нам презент будут? Мы же теперь почти родственники. — Только если вы будете хорошо себя вести, — парировал Блейз. — А если нет? — Тогда получите только выкуп за невесту. Джинни замахнулась на братьев, но те уже отскочили. Гермиона смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло. Джинни была счастлива. Блейз — тоже. Они смотрели друг на друга так, будто вокруг никого не было. — Ладно, — сказала Молли, хлопая в ладоши. — Все домой. Завтра обсудим детали. А сейчас — праздновать. Они аппарировали в Нору. Дом встретил их запахом свежеиспечённого пирога и смехом. *************************** За ужином собрались все. Блейз припёр друзей — конечно. И теперь Драко сидел рядом с Гермионой. Так близко, что их локти почти касались. Она чувствовала его тепло и старалась не смотреть в его сторону. "Почему он всегда так близко? — думала она. — Почему я не могу просто... не замечать его?" — Так, — начала Молли, разливая суп. — У нас сегодня важный вечер. Мы празднуем выпуск Джинни. И её помолвку. — И мою беременность, — добавила Флёр. — И твою беременность, — улыбнулась Молли. — Но я хочу поговорить о другом. Дети мои, вы все выросли. Разъезжаетесь. Кто куда? Билл поднял бокал. — Мы с Флёр переезжаем в коттедж. Он недалеко отсюда. Будем рады гостям. — Мы с Джорджем по будням живём в Лондоне, над магазином, — сказал Фред. — Места мало, но весело. — А ты, Перси? — спросила Молли. — У нас с Одри своя квартира. Всё хорошо. — Чарли вообще за границей, — вздохнула Молли. — А ты, Рон? — Я пока с вами, — Рон усмехнулся. — Кто-то же должен следить за близнецами. — Мы сами за собой следим, — возразил Джордж. — Именно поэтому вы и нуждаетесь в присмотре, — парировал Рон. Лаванда, сидевшая рядом, рассмеялась. — А ты, Лаванда? — спросила Молли. — Я пока живу с родителями. Но мы с Роном... — она посмотрела на него, — думаем о будущем. — Она хочет сказать, что ей придётся всё делать по дому, когда она выйдет за меня, — пошутил Рон. — Только если ты будете хорошо себя вести, — ответила Лаванда. Все рассмеялись. — А ты, Гарри? — спросил Артур. — Я живу в доме родителей, в Годриковой Впадине, — сказал Гарри. — Но мне достался ещё дом Сириуса. Гриммо, 12. Так что у меня два дома. — Два дома? — удивился Рон. — И ты молчал? — А что я должен был сказать? «У меня два дома, а у тебя один»? — Примерно. — Ты невыносим. — Знаю. Молли покачала головой, но улыбнулась. — А ты, Гермиона? Где ты будешь жить? Гермиона замялась. Все посмотрели на неё. Она чувствовала, как внутри поднимается волна тревоги. Этот вопрос мучил её уже несколько недель. Она не хотела быть обузой. Не хотела, чтобы её жалели. Но и остаться без крыши над головой тоже не хотела. — Я пока в общежитии для стажёров, — сказала она. — Но с сентября не знаю. Кингсли, наверное, даст место, если попрошу. — Ты можешь жить у нас, — тут же предложила Молли. — Спасибо, — Гермиона улыбнулась. — Но я не хочу быть обузой. — Ты не обуза, — сказал Гарри. — Слушай, у меня же два дома. Гриммо, 12, пустует. Я там почти не живу. Можешь пожить там. Или в Годриковой Впадине, если хочешь. Комнат полно. Гермиона задумалась. Она хотела быть самостоятельной. Всегда хотела. Снимать квартиру, платить за неё, чувствовать, что у неё есть свой угол. Но цены в Лондоне кусались. А переводить фунты в галлеоны было ещё тем квестом. — Я подумаю, — сказала она. — Спасибо. — О чём ты думаешь? — спросила Джинни. — Бери и живи. — Я хочу быть самостоятельной. Снимать квартиру. У меня есть деньги. Родители давали, я не тратила. И зарплата была. — Ты всегда была слишком самостоятельной, — вздохнула Джинни. — Это плохо? — Это... по-твоему. Гермиона пожала плечами. — Я подумаю, — повторила она. — Ладно, — Молли подняла бокал. — За ваше будущее. За то, чтобы у всех всё получилось. — За будущее! — повторили все. Разговор зашёл о планах. О работе, о жизни, о детях. — Кстати, о детях, — сказала Дора, глядя на бегущего Тэдди. — Мы с Римусом решили больше не рожать. — Почему? — удивилась Джинни. — Потому что одного достаточно, чтобы сойти с ума, — усмехнулась Дора. — А я ещё хочу сохранить рассудок. — Я не против, — улыбнулся Римус. — У нас есть Тедди. Этого достаточно. — А вы? — спросила Молли, глядя на Билла и Флёр. — У нас будет один, — сказал Билл. — Потом посмотрим. — У нас будет двое, — сказала Флёр. — Я решила. — Ты решила? — удивился Билл. — Да. Ты не против? — Я вообще ничего не решаю в этой семье. Все рассмеялись. — А вы, молодёжь? — спросила Молли. — Какие у вас планы на детей? Гарри пожал плечами. — Наверное, один или два. Можно и троих, если будет возможность. Пэнси, сидевшая рядом, посмотрела на него. Задумчиво. — Я не привыкла к большому количеству детей, — сказала она. — Но... наверное, стоит попробовать. Гарри смотрел только на неё. Всё понимали. Рон обнял Лаванду. — Я привык к большой семье, — сказал он. — Четверо-пятеро. Главное — смочь обеспечить. Как мои родители. Дать любовь и воспитание. Лаванда прижалась к нему. — Идеальная пара, — прошептала Джинни. — А вы? — спросил Артур, глядя на Джинни и Блейза. — Мы пока не хотим детей, — сказала Джинни. — Работа, путешествия, веселье. Но потом... почему бы и нет. Двое. Может, даже близнецы, кто знает. — Только не двойня, — взмолился Блейз. — Один ребёнок — это уже много. А два — это катастрофа. — Ты справишься, — усмехнулась Джинни. — С тобой — да. — А вы, Тео? — спросила Молли. — Мы с Дафной не против детей, — сказал Тео. — Но не сейчас. Наверное, один. — Один — это мало, — сказала Дафна. — Тогда двое. — Договорились. Все рассмеялись. — А ты, Гермиона? — спросила Джинни. Гермиона замялась. Все смотрели на неё. Она чувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое и одновременно болезненное. Дети. Она никогда серьёзно не думала о детях. Война, выживание, работа — всё это отодвигало мысли о семье на задний план. — Я... — Она помолчала. — Я честно не думала об этом. Не думала о себе в роли матери после... всего. Гарри кивнул. Понимал. Тоже чувствовал подобное. Джинни сжал её руку. — Но, наверное, — Гермиона улыбнулась, — двое. Мальчик и девочка. Драко смотрел на неё. С пониманием. Разделял мысли, переживания. — А ты, Драко? — спросил Блейз. — Я всю жизнь был единственным ребёнком, — сказал Драко. — Так было принято веками у Малфоев. Но... я бы хотел двоих. Мальчика и девочку. Дора закатила глаза и шепнула Джинни: — Кто бы сомневался. Блейз поднял бокал. — За наших будущих детей. И за то, чтобы мои дочки разбивали сердца их сыновьям. — Только через мой труп, — усмехнулся Драко. — Договорились, — парировал Блейз. Пэнси фыркнула. Все рассмеялись. Гермиона чувствовала тепло в груди. Они были здесь. Все вместе. Бывшие враги, бывшие друзья, бывшие незнакомцы. А теперь — почти семья. "Как странно, — подумала она. — Как странно и как правильно. " ****************************** Через несколько дней в поместье Забини было шумно и многолюдно. Миссис Забини пригласила всех близких друзей и знакомых на вечер перед официальной помолвкой. Все, кто был до этого на приёмах, здесь. Плюс ещё тётя с мужем. Гермиона вошла в зал и почувствовала, как сердце забилось чаще. Она никогда не привыкнет к таким мероприятиям. Слишком много людей, слишком много взглядов. Они разговаривали на английском, но с итальянским акцентом. Мужчина разговаривал с Люциусом (который тоже здесь, авроры рядом). Нарцисса и Андромеда разговаривали с миссис Забини и Молли. А женщина была элегантная, статная, но весёлая и позитивная. Знала, кто такая Гермиона, общалась с ней. — А, это вы — знаменитая Гермиона Грейнджер, — сказала Милла, подходя к ней. — Блейз много о вас рассказывал. Самая умная ведьма своего поколения. — Блейз преувеличивает, — улыбнулась Гермиона. — Он никогда не преувеличивает, когда дело касается умных людей, — парировала Милла. — Вы такая... молодая. А уже столько сделали. — Спасибо, — сказала Гермиона. — Вы будете подружкой невесты? — спросила Милла. — Да, — ответила Джинни, подходя к ним. — Она моя лучшая подруга. — О, это прекрасно, — Милла улыбнулась. — Тогда мы увидимся ещё не раз. Она отошла, и Гермиона выдохнула. — Она хорошая, — сказала Джинни. — Не бойся. — Я и не боюсь. — Ты вся напряжена. — Это не из-за неё. Джинни проследила за её взглядом. Драко стоял рядом с Блейзом. Они подошли к ним. Блейз обнялся с тётей. — Тётя Милла, это мой друг. Драко Малфой. Он будет моим шафером. — О, — Милла посмотрела на Драко. — Какой красивый молодой человек. Ты тоже женишься? — Пока нет, — ответил Драко. — Скоро, — шепнул Блейз, так, чтобы слышала только Гермиона. Она почувствовала, как щёки заливаются краской. Драко смотрел на неё. Буря эмоций в обоих. Он понимал, что для них всё только начинается. С этой свадьбы. На ней. Джинни и Блейз улыбались. Пэнси это заметила и выгнула бровь. Гарри наблюдал. Гермиона чувствовала его взгляд на себе. И не хотела, чтобы он отводил его. "Что со мной происходит? — думала она. — Почему он так на меня действует?" Она вспомнила его пальцы на своей руке. Его дыхание на своей шее. Его голос, когда он шептал её имя. Ей хотелось, чтобы он подошёл. Чтобы сказал что-нибудь. Чтобы коснулся её. Но он не подходил. Стоял в стороне, разговаривал с Блейзом, улыбался, кивал. А она смотрела на него и не могла отвести взгляд. — Ты в порядке? — спросила Джинни. — Да, — ответила Гермиона. — Всё хорошо. — Ты смотришь на него. — Я не... — Смотришь, — повторила Джинни. — И он смотрит на тебя. Гермиона промолчала. — Это ничего, — сказала Джинни. — Это даже хорошо. — Почему? — Потому что вы оба этого заслуживаете. Гермиона не знала, что ответить. Вечер был счастливым, весёлым, с напряжением между некоторыми участниками. И предвестием чего-то хорошего. Новой семьи. Истории. Она чувствовала его взгляд на себе. И не хотела, чтобы он отводил его. Было ощущение лёгкости. Принятия. И предвкушении.