Часть 42. "Это судьба, брат"

      Ломагин побледнел. Это было видно даже сквозь пыль. — Один? Там? — Один.       Ломагин закрыл глаза на секунду. Открыл. — Ждём, — сказал он. — Не лезем. У нас приказ. Если мы туда полезем и завалит — кто будет спасать тех, кто снаружи?       Влад хотел возразить, но не нашёл слов. Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. А потом изнутри дома донёсся звук.       Сначала глухой удар. Будто что-то тяжёлое рухнуло на бетон. Потом ещё один. Потом скрежет — долгий, противный, от которого Влада передёрнуло. — Кость! — закричал он. — Костя!       Для Влада такой вызов — первый. До этого он ни разу не видел, чтобы кто-то из бригады лез куда-то в опасное место.       Из дыры повалила новая волна пыли. Густая, белая, едкая. Влад закашлялся, вытер глаза. Ушаков схватил его за плечо, оттащил на пару метров назад. Когда пыль немного осела, все трое увидели, что проём стал меньше. Сверху с грохотом свалилась ещё плита. Перекрытие между вторым и третьим этажом рухнуло.       Внутри больше никто не кричал. Влад стоял, сжимая в руке бинт, и смотрел на завал. Ломагин рядом — молчал. Ушаков опустился на корточки, закрыл голову руками.       В голове сейчас у них было пусто. Хотя должна быть работа. — Владимир Юрич, — сказал Виктор, не поднимая головы. — Он... — Не смей, — перебил Ломагин. Голос сел, но он выдавил. — Не смей говорить, Витя. Он живой. Он выберется. — Как? — спросил Влад. — Как он выберется, Владимир Юрич? Там же... всё рухнуло.       Ломагин не ответил.       Где-то далеко завыли сирены — наконец-то. Пожарные. МЧС. Спасатели. Влад слышал их, но не мог пошевелиться. Стоял, как вкопанный, и смотрел.       Ответа не было. И не будет. Пока они не разгребут это. Пока не достанут. Пока не увидят...       Дробыш не договорил. Не мог. Отвернулся и его вырвало. Его не рвало даже на парах по патологоанатомиии в вузе, когда они смотрели на жуткие расчлененные тела. Это от стресса, который прямо сейчас подступил к нему. Коллега, похоже, умер, а двадцать минут назад пил кофе в машине и думал, наверное, о будущем.       Ушаков встал, подошёл к Владу. — Он выберется, — сказал Ушаков. — Ты его не знаешь, он всегда такой. — Откуда ты знаешь? — прошептал Влад. — Да столько лет работаем, он всегда везде лезет, — ответил Ушаков. — На своём первом вызове он в горящий дом зашёл вообще, хотя водителем работал. Кота вытащил, представь себе! — В смысле, водителем?...       Влад поднял голову. Посмотрел на завал, на дым, на спасателей, которые уже разворачивали технику. — Будем ждать, — сказал он. — И верить.       Они стояли вдвоём у края завала. Дробыш — бледный. Ушаков — глядя прямо перед собой, в дым, в пыль, в эту чёрную дыру, которая съела Кулыгина. Сирены выли. Но внутри было тихо. Один Ломагин сейчас выполнял свои обязанности, помогая пострадавшим. Очень много мертвых тел выносили МЧС из здания. Либо лёгкие ссадины, либо смерть... Так что работы для бригад было немного, к сожалению. Поэтому они позволили себе просто ждать. — Там наш врач. — сказал спасателю Володя. — Вы с ума сошли все? — чуть ли не криком ответил мужчина с противогазом, что-то сообщая в рацию, своим.       Через пятнадцать минут об этом знала Васильева. Ей всё сообщила полиция. А именно о том, что Кулыгина ищут спасатели, что он нарушил правила и что его привлекут к ответственности. Лиза была в недоумении, что ей делать в таком случае? Просто ждать? А потом уже выяснять? Как бы Арефьева поступила на ее месте? Она бы ждала, да, точно, ждала.       Ольга тем временем работала, в Питере. А Рыков ждал её, гуляя по городу: — Извините, мужчина, вы не могли бы мне помочь? — За плечо кто-то тронул Пашу. — Что такое? — сердито ответил Рыков. — Мне плохо, вызовите скорую, пожалуйста...       Это был худой подросток, который тут же упал в обморок, прям в ноги Павлу. — ЭЙ! Парень! — Рыков сразу же бросился спасать его.       Пульс слабый, зрачки широкие. Под глазами — круги. Ничего хорошего. — Ну молодец, угадал, к кому обратиться... — Вызывая скорую, сказал парню Павел. — Потерпи немного, сейчас врачи приедут.       У него случилась остановка сердца. Вокруг собрались зеваки, пока Рыков делал массаж сердца. — ОТОЙДИТЕ! ВЫ МНЕ МЕШАЕТЕ!       К нему подбежал другой мужчина, который сразу же решил помочь. — Вы врач? — спросил Паша, качая. — Да. Давайте я вас сменю.       Они поменялись, теперь он качал парня. — Дышит! — Вскоре заметил Рыков. — Убирай! — Ну наконец-то!       Скорая подъехала быстро, забрала пациента — Иван. — Мужчина протянул руку. — Павел. — Ответил Рыков, пожав её. — У парня, похоже, передоз был... — Я тоже так подумал. — Угу. — Рыков хотел уйти, больно ему неинтересны такие диалоги. Но тут же его остановили. — Вы давно врачом работаете? — Спросил Иван. — Ага. — А кто по специальности? — Врач скорой, 58 подстанция, в Москве. — А, так вы из Москвы! Я тоже в Москве работаю. — Понял. Мне это, идти надо, вот. До свидания!       Павел уже повернулся чтобы идти прочь от этого места. — А это не у вас на подстанции работает Арефьева?       Услышав знакомую фамилию, Рыков остановился. — Вы её знаете? — Переспросил Иван. — Да. — Настороженно ответил Паша. — А вы, простите?... — Я её мужа знаю, не подумайте ничего такого. — странно улыбнувшись, сказал он. — Мужа? — Мужа.       Рыков усмехнулся. — И как он? — спросил Паша. — Как там его... — начал крутить рукой, будто вспоминая что-то. — Рома Арефьев. Хороший мужик! Олю хорошо помню! — Понял, а Ольгу вы давно знаете? — Павел, давайте поговорим где-нибудь в другом месте? Я вижу, у нас много тем для разговора.       Ему вообще не хотелось идти с этим малознакомым мужчиной куда-то в чужом городе. Но за родную супругу ему стало страшно, ведь этот Иван не внушает никакого доверия своим внешним видом. Ярко-зеленые глаза, широкая, даже пугающая, улыбка. Светлые волосы длиной до плеч и достаточно худое телосложение. — Хорошо. Только не долго. — Нехотя сказал Рыков.       Уже через несколько минут они сидели в каком-то баре. Иван заказал себе пиво. А Рыков ограничился кофе. — Павел, мы вроде тут вместе в баре сидим, давай на ты? — Хорошо. Ты что-то хочешь от меня услышать? — Да, давай я буду откровенен: ты хочешь уйти с подстанции и зарабатывать больше? — Что!? Я про Арефьева узнать хотел. — А, да что Ромка, Ромка сидит там, у себя, в комитете. Приятель он мой давний. Вот супруга мне его всегда нравилась. Она у тебя начальником работает? — Да. Начальник мой. — сурово выдал Рыков, попивая невкусный капучино.       Во всех делах начальник. И на работе, и в постели. — Эх, я бы её отбил конечно у Ромы... — произнёс Иван. — Так она развелась с ним. — Да? И даже фамилию не сменила? Ты хочешь сказать, что она свободна? Я как раз в Москву еду скоро. — Она занята, Вань, боюсь, ты опоздал. А про фамилию ничего сказать не могу.       С сожалению, это правда. Ольга в паспорте Арефьева, а замужем за Рыковым. Это тогда ещё, когда они расписались в тайне от всех, она наотрез отказалась брать его фамилию, чтобы не светиться. А сейчас походу такая же история. — Эх. Повезло же её новому.       Паша невольно улыбнулся. — А ты, прости, кем работаешь? — Я в министерстве здравоохранения, в высших чинах. Моя женщина — Танька, у меня там же работает. — Так ты не одинок? Тогда зачем тебе Арефьева? — А чё ты за нее так вцепился? Нравится тебе что-ли? — Да не важно. Говоришь, в министерстве работаешь? Так может ты поможешь Ольге? — С чем это? А, так я помню, мне Таня рассказывала что-то недавно про какую-то Ольгу, это она что-ли? — Скорее всего. — Оля тут? В Петербурге? Конечно я ей помогу! Сказала бы сразу, что Арефьева! Почему она сразу ко мне не пошла? Знает же меня!       У Паши зазвонил телефон. Неожиданно. — Да? — Ответил Рыков. — Где я? Гуляю тут, всё хорошо...       Иван в этот момент уже позвонил кому-то на работе. Рыков закончил вызов. — Паша! Всё! Я знаю чем помочь вашей подстанции! Всё будет хорошо! Если Ольга мне заплатит только. — В каком смысле? — Ну я же не деньги прошу. Мне моя Танька надоела что-то... А вот Олю я добивался давно. А она, сучка, никак не хотела этого замечать. — Она замужем, тебя это не волнует? — Да мне плевать. — залпом допил свою кружку пива. — Ты только не выдавай меня, по-братски. Дай мне номер её? — А... У меня телефон разрядился, извини. — Так ты только что разговаривал с кем-то! С женой? Вижу, женат, раз кольцо носишь, верный. — Да, с женой. — И чё, никогда не хотел пойти налево?       Тут Паше стало так тошно. Ведь своей первой он изменял ужасно. И от Дианы ушёл. Такой сволочью был всю жизнь. И сейчас, похоже, остался той сволочью. — А ты чё, хотел? — Да я только так и выживаю! У тебя наверное баба хорошая. А чё ты в Питере забыл? — С женой приехал, ей по работе нужно было. — Ну это судьба, брат. Помогу я вашей подстанции выжить! Не зря мы того наркомана спасли! Бармен! Ещё пива! — стукнул по барной стойке. — Вань, я пойду, давай ты без меня дальше. — Хорошо. Сейчас, выпью, а потом буду её добиваться! Любви своей!       Рыков в гневе вылетел оттуда. Сразу набрал Арефьеву. — Оля! Я могу к тебе подойти сейчас? — Да, я ближайший час свободна. — Ответила женщина.       Паша тут же примчал к ней и рассказал всё, что случилось. — А почему ты не сказал, что ты мой муж? — Мне стало страшно, что он может что-то плохое сделать для подстанции. Так-то я бы ему только так вмазал за тебя... Но я тебя в обиду не дам, он к тебе пальцем не притронется! — Стой, мне Лиза звонит. — доставая телефон из сумочки, сказала брюнетка. — Алло? — Ольга Кирилловна, у нас ЧП... — Грустный голос донёсся из трубки...