Глава 11. Полет

      Выйдя на улицу ночью в субботу, я наконец вздохнула полной грудью, а температура воздуха показалась куда теплее, чем до этого. А поскольку трансгрессировать на территорию Хогвартса было нельзя, я, выкурив три сигареты, поднялась с ступени лестницы, ведущей к женскому общественному туалету, и «смылась» обратно в Артариум, откуда через каминную сеть попала к поместью Грин-де-Вальда. И уже оттуда с неизвестным человеком в чёрном плаще трансгрессировала к воротам Хогвартса, которые, к моему великому удивлению, открылись взмахом его волшебной палочки.       Дрова, а точнее угли, в камине уже давно тлели, когда я крадучись как мышь, прошла в комнату, выпила своё волшебное зелье и завернулась в огромное одеяло, а глаза распахнула только к обеду следующего дня. Голова была на удивление пустой, словно всю ночь кто-то старательно выбивал из неё мысли, и надо признать, у него это получилось.       Всё-таки говорить по-немецки мне довалось ещё тяжеловато, а учитывая то, что с Геллертом мы говорили именно на нём, я была вдвойне рада вернуться к мальчикам в Хогвартс. А погода за окном радовала приятным теплом, так что мы вместе с Роди и Антохой после обеда завалились на поляне делать уроки. Правда уже ближе к вечеру Антонин ускакал по своим делам, а мы не спешно прошлись вокруг всего замка, вернувшись как раз к ужину. Весь вечер воскресенья тоже прошёл на удивление спокойно, за непринуждённой игрой в шахматы, а пока мальчики отходили от вчерашней пьянки, которая продолжалась и после моего ухода, я настраивалась на новую неделю, ведь пришла пора начинать что-то делать…                         

***

      В понедельник я проснулась аж в семь и, натянув брюки, которые в августе мне отдал Эндрю по доброте душевной, ведь они лежали без дела уже несколько лет у него на самой дальней полке, вышла на свежий утренний воздух и… побежала.       Ещё летом, увидев себя в зеркале душевой дома Олдсона, я твёрдо решила приводить себя в форму, только вот руки дошли лишь сейчас. Еле как пробежав три круга с остановками, я вернулась в подземелья, и под косые взгляды своих однокурсниц, вся красная и потная прошагала в душ. А поскольку соседки вставали ещё раньше меня и наводили марафет, ванная комната уже была никому не нужна, так что я сорок минут просидела под струями горячей воды в душевой кабине, пялясь в одну точку, а потом решительно встала, высушила волосы, намазала лицо относительно неплохим кремом, купленным ещё в начале августа, и вышла одеваться.       До завтрака оставалось десять минут, и комната уже давно пустовала, так что я спокойно выудила из тумбы купленную рамку и наконец распечатала колдографию от Кевина, пролежавшую у меня в ящике несколько дней. С живой картинки мне помахал высокий красавец в кожанке, а рядом с ним, морщась от ярких солнечных лучей, стояла девочка с широкой улыбкой на лице и слегка распахнутыми глазами, подведенными чёрным. Я в голос рассмеялась со своей нелепой гримасы, а с картинки девочка помахала мне рукой и поцеловала красавца в щёку. Я так и распахнула глаза, на что я же скорчила рожицу и потянула чемоданы к составу поезда, а брови меня настоящей уже заползли на лоб.       «Никогда не пойму, как это работает, — я вставила колдографию в рамку и поставила на прикроватную тумбочку, а потом порылась в чемодане, выудив оттуда колбу с зельем. — Переложу-ка я их в шкаф, мало ли…».       Я сложила склянки ровными рядами на полочку, а отданный мне в субботу сундук вообще засунула в дальний угол, решив начать разбираться с молитвой чуть позже. А поскольку шкаф было открыть очень трудно, не зная контрзаклятия, я со спокойной душой расчесалась, натянула тёмно-зелёную приталенную кофточку с коротким рукавом и чёрную школьную юбку.       — Ого, кто-то сегодня бодрячком! — первым воскликнул Антоха, едва завидев меня около входа, а мальчики прервали каждый свою беседу и более-менее тепло мне заулыбались — каждый по-своему.       — Доброе утро, Роди, — я уселась как раз между ним с Антонином и приветливо помахала блондину рукой, приобняв за плечо. — И тебе, Антох!       Мы воодушевлённо с хлопком пожали друг другу руки и тоже обнялись, а Роди тем временем лучезарно заулыбался и проговорил:       — Доброе утро, Ивонет…       Я кивнула в ответ, мол, зачтено, и принялась накладывать в тарелку побольше бекона и яичницы, и спереди тут же послышался язвительный комментарий:       — Что, Ивонет, проголодалась?       — В моё время это называлось массонабор, — не менее язвительно хмыкнула я, приветственно посмотрев белобрысому засранцу в глаза, а Абракас скопировал мою ухмылку и добавил:       — Значит ты решила набирать вес?       — Именно, — подчёркнуто напускно хмыкнула я, и пара девчонок за столом удивлённо на меня покосились, но я благополучно сделала вид, что ничего не заметила и отрезала внушительный кусок яичницы.       — Такой настрой я одобряю, — довольно протянул Антоха, тоже с полным ртом еды, и мы сразу друг друга поняли, заискивающе закивав, а по столу тем временем прошелся лёгкий смех от наших кривляний.       Вскоре в зал запустили сов, и на оставшееся время все погрузились в чтение и обсуждение новостей, а я, прекрасно зная, что ничего интересного там не увижу, сидела и наслаждалась чудесной стряпнёй эльфов.       Первой парой шла травология, что сразу же нагнало скуку, а вкупе с плотным завтраком желание тащиться копать грядки отпадало и вовсе. Только вот препода по этому предмету я в глаза не видела, а прогуливать первое занятие было слишком, так что пришлось поднимать свою ленивую пятую точку. Вместе с Антохой мы выкатились на главное крыльцо и в общем потоке побрели в сторону теплиц, только вот по пути ненароком вместе с Сигнусом отбились от стаи и случайно оказались в курилке, где засели на добрые десять минут.       — Ненавижу понедельники и травологию, — протянул Блэк, затянувшись табачным дымом, и Антоха тут же сонно и согласно закивал, а мне лишь оставалось выдохнуть струйку дыма и закрыть глаза от безысходности.       — На кой нам это вообще надо? Нельзя проходить только теорию? Мне казалось, везде именно так и делают… — через минуту я удручённо повернула голову в сторону мальчиков, на что те синхронно пожали плечами.       — И не говори, — Антоха посмотрел между веток, разведывая обстановку, и потом снова сделал затяжку, а мы с Сигнусом последовали его примеру.       — Бири вредный тип, жду не дождусь, когда он отравится каким-нибудь удобрением и загремит в Мунго, — фыркнул Сигнус, щелбаном отправив погашенный окурок в кусты. — Бесполезнее урока в жизни не видел…       — Прорицания, — предложил альтернативу Антонин и поднялся с разваливающегося бревна, а мой и без того никудышный настрой на пару окончательно улетучился, как дым моей сигареты, через пару секунд оказавшийся там же, где и бычки мальчиков.       — У Наткомб хотя бы прогулять можно, — Сигнус вяло пожал плечами, всмотревшись в одну из башен замка, видимо туда, где находился кабинет прорицаний.       — И то верно, — Антоха окончательно скис, и мы дружно поплелись в сторону теплиц, где уже начался урок. — Ив, а ты как, любишь такое?       Я тут же выпучила глаза и выразительно скривилась, в красках представив вонь удобрений и прочих химикатов, а Антоха прыснул в кулак от моей красноречивой реакции.       — А что же тогда любит наша Ивонет? — насмешливо протянул Сигнус, начав спускаться с небольшого холмика.       — Здоровый сон и историю, — съязвила я в ответ, тоже начав спуск, а до теплиц оставалось меньше пяти метров.       — Я заметил, — Сигнус дёрнул ручку двери на себя, а пока мы гуськом протискивались внутрь, Антоха успел толкнуть меня в плечо, мол «я тоже». Я лишь закатила глаза и, проигнорировав подкол, показушно обогнала мальчиков, первой распахнув ещё одну дверь, а в глаза сразу ударили какие-то едкие выделения.       — Молодые люди, наденьте, пожалуйста, защитные очки и маски! — послышался приглушённый голос профессора из-под странной конструкции на лице, отдалённо напоминавшей современный респиратор. — Мы уже начали проверять домашнее задание, а вы опоздали. Минус пятнадцать баллов со Слизерина!       «Господь, да какое домашнее задание? Это же первая пара в году! — возмущённо промелькнуло в голове, пока я спешно натягивала очки на глаза, а по комнате пронёсся недовольный гул».       — Летом вам было нужно самостоятельно вырастить кустик бадьяна дома, чтобы его можно было использовать на зельеварении. Блэк, Долохов, вы выполнили это задание? — профессор недобро сощурился и постучал ногой по полу, а меня вдруг начал пробирать смех, пока что почти не заметный под защитной маской. Антоха и Сигнус как по команде виновато повесили головы, а я, только завидев их сникшие физиономии, так и покраснела, изо всех сил стараясь не выдать себя.       — Я сказал что-то смешное, мисс? — едко процедил Бири, застыв с горшком чьего-то домашнего задания в руках. — Как я посмотрю, в этом году вы только перешли в нашу школу…       — Всё верно, — с трудом проглотив волну смеха, я постаралась как можно серьёзнее посмотреть на профессора. — Ивонет Иммортали-игнис.       — Игниммортали, значит…       — Нет, я…       Но профессор уже умудрился удалиться из теплицы, явно проигнорировав правильное произношение моей фамилии, а когда мы втроём уже засели в самом дальнем углу и открыли мой учебник, поскольку мальчики их брали только выборочно, Бири неожиданно вернулся, открыл журнал, нашёл что-то в начале страницы и громогласно воскликнул:       — Блэк, Долохов, оба по Тролю!       В комнате поднялся дружный смех, а Антоха с Сигнусом окончательно поникли и уткнулись носами в учебник. На что я широко улыбнулась, достала перо и пергамент и принялась переписывать тему параграфа, изредка посмеиваясь со своих товарищей.                               ***       Ровно в одиннадцать мы первыми вылетели из воняющих теплиц и побрели в сторону замка, где наши пути разошлись. В итоге мальчики пошли выше, сославшись на важные дела, а я поднялась до шестого этажа и, прибившись к кучке однокурсников, засеменила по витиеватым коридорам на Нумерологию.       Если по рассказам Наткомб была профессором крайне лояльным и витающим в облаках, то Линда Грегори недалеко от неё ушла. Едва последний человек зашёл в душную комнату башни, женщина с крючковатым носом и жёлтыми прямоугольными очками появилась буквально из ниоткуда и медленно прошагала к учительскому столу, больше напоминавшему место для сна, заваленное подушками и чашками чая.       — Добрый день, класс, — тихо проговорила она, и я даже засомневалась, что на последних партах её расслышали. — Сегодня мы с вами вспомним материал прошлых лет и немного запишем.       Некоторые лениво зашуршали пергаментами, а профессор еле слышно напомнила своё имя, но быстро поняла, что её никто не слушает, и принялась рыться в ворохе учебников на столе.       — Как вы знаете, Нумерология — это эзотерическое учение о влиянии чисел на жизнь, а также большой отдельный блок Прорицаний. В этом году мы с вами изучим Китайскую, Ангельскую и Каббалистическую нумерологию, а за эту неделю кратко вспомним всё о нумерологии Таро, нумерологии классической, Индийской и Астронумерологии.       «Господи, ещё не хватало мне на картах гадать, — я устало вздохнула, посмотрев в сторону окна, но оно как на зло оказалось зашторено. — Нужно было слушать Антоху и выбирать Уход».       — Кто скажет мне, как звали человека, основавшего классическую нумерологию?        — Пифагор?.. — неуверенно протянула Гриффиндорка с соседнего ряда, та самая, что так усердно рвалась снова выбиться в лучшие ученицы класса на истории. Но место уже было намертво занято, зато здесь я напрягаться вообще не собиралась и конкуренцию составлять уж точно, так что я лишь уронила голову в ладони и вполуха принялась слушать, как же выяснить свою судьбу по дате рождения.       — Пожалуй, сейчас мы попробуем составить психологический портрет любого придуманного человека, — спустя десять минут Грегори наконец-то надоело болтать, и она взмахнула рукой, отчего на доске появился квадрат, разделённый на девять частей. Все тут же принялись перечерчивать фигуру на пергаменты, а профессор стала озаглавлять каждую ячейку. — Надпишите над каждым сектором обозначения: характер, энергия, интерес, здоровье, логика, труд, удача, долг и память.       После того, как на доске всплыла дата «21.08.1914», начался обряд экзорцизма. Грегори делала хитроумные вычисления, постоянно что-то складывала и умножала, каждое число записывалось в определёную секцию, потом секции снова складывались, разделялись, и так несколько раз по кругу. В итоге все пришли к выводу, что наш придуманный человек крайне пессимистичен, склонен к оседлому образу жизни и имеет никудышное здоровье.       «Ебаный рот… Что я здесь забыла?», — хорошо, что моего страдальческого лица никто не видел, как и саму меня на последней парте. И как только профессор ушла в другую комнату за картами, я быстрее пули собрала манатки и выбежала из душного класса под недовольные взгляды сокурсников. Пробежав несколько пролётов, я перевела дух и пошла уже медленнее, а в голове так и крутились ругательства о зря потраченном времени, да ещё и в такой духоте.       «Ладно, изменить уже ничего не получится, так что и тратить нервы смысла нет», — хотелось побыстрее оказаться на свежем воздухе, так что я отправилась прямиком к главному входу, стараясь не наткнуться на профессоров, а когда огромная дубовая дверь протяжно скрипнула, я облегчённо вздохнула и вышла на крыльцо.       — Ненадолго тебя хватило, — прыснул Антоха, когда я подошла к кустам с максимально серьёзным лицом. — Да не делай вид, что тебе всё равно!       Я не выдержала, криво улыбнулась, и мы дружно загоготали, что наши сокурсники, внимательно изучавшие что-то в загоне неподалеку, поочерёдно наградили нас недовольными взглядами. Впрочем, зрение у меня было не настолько хорошее, пусть теперь я и была на двадцать пять лет моложе, так что они вполне могли смотреть не на нас.        — А почему вы все вместе? У вас разве не было важных дел? — я оторвала взгляд от урока по Уходу и удивлённо посмотрела на Ориона, Абракаса, Хью и Гидеона, которые учились на курс выше и по идее у них сейчас должны были быть другие занятия.       — Так у нас Прорицания, — в один голос ответили парни, на что я состроила озарённое лицо, но.. что-то не складывалось, а точнее кого-то не хватало.       — А Роди гадает на хрустальном шаре? — я насмешливо изогнула бровь и плюхнулась на толстое бревно рядом с Абракасом, но едва я успела посочувствовать бедняге, как Орион с ноткой недовольства ответил:       — Родольфус сидит и тщательно изучает быт маглов девятнадцатого века.       — Так значит нашли нового учителя? — я вдруг вспомнила, какой же второй предмет выбрал Роди, и непонимающе посмотрела на Блэка, не догоняя, что плохого ему сделало Магловедениие, но пока я над этим думала, рядом прозвучало насмешливое:       — Нет, конечно! Угадайте, кто вызвался временно проводить уроки?       — Старик Дамблдор, — первым сообразил Абракас, сморщившись так, будто его заставили есть землю, а остальные мальчики тут же подхватили настрой и принялись обсуждать новость.       Я тоже выразительно скривилась, но не от неприязни к профессору, а от осознания того, что, собственно, какого хуя?! Дамблдор успевает крутить шашни на мировой арене, строит козни Грин-де-Вальду, да ещё теперь и работает с двойной нагрузкой! И как, собственно, мне к нему подобраться? Извините, давайте я вам помогу с рассказами о жизни людей, я же так много, блять, знаю!       — Эй, Ивонет, ты вообще слушаешь? — оказывается, рядом со мной сидел уже не Абракас, а Хью, который как раз таки обиженно и ткнул меня в плечо.       — Шутишь? Конечно, нет, — я возмущённо посмотрела в ответ, рывком отодвинувшись подальше, но, как оказалось, сзади уже уселся Антоха.       — Ай! Ив, да что с тобой?! — он активно замахал руками, стараясь удержать равновесие, чтобы не грохнуться в кусты, на что я закатила глаза и одним движением притянула его обратно к вертикальному положению.       — Да всё нормально со мной, — я подтянула ноги к груди. — Заебалась уже, вот что.       — Так сегодня только понедельник, — рассмеялся Антоха, заинтересованно на меня посмотрев.       — Что? — я непонимающе на него уставилась, на что тот отрицательно замотал головой, зато едкий голос за спиной не постеснялся озвучить мысли вслух.       — И чем же таким ты занимаешься, Ивонет, что к обеду понедельника уже устала?       Я в упор посмотрела на блондинистого засранца, застывшего с сигаретой в руках, а потом лучезарно улыбнулась, мол, тебя волнует в последнюю очередь, на что Абракас послал мне такую же широкую и пропитанную сарказмом улыбку.       — Ив, так я знаю, как поднять тебе настроение! — вдруг Антоха вскочил с бревна, словно в мягкое место его ужалил шершень, и пока я думала, как бы поостроумнее ответить Малфою, Антонин шепнул что-то на ухо Ориону, взмахнул палочкой и прокричал:       — Акцио метла!       Мальчики тут же оживились и заулюлюкали, а я так и распахнула глаза, догадавшись, что задумал этот шалопай.       — Нет! Нет! Нет! — я кинулась к Антонину и непонятно зачем начала трясти его за руку.       — Да не бойся, я профи! — метла подлетела уже через пару секунд, и Антоха резво на неё запрыгнул. — Ну что?!       — Ивонет, если боишься, можешь сесть со мной! — я обернулась и заметила, что Хью тоже оседлал средство передвижения и с нетерпением ждал команды старта. В надежде, что хоть Малфой меня поддержит, я развернулась на 180 и с мольбой в глазах уставилась на Абракаса, но и этот чёрт уже стоял с метлой между ног, отчего мои глаза так и поползли на лоб.       — Да вы что, шутки шутите?! — я обескураженно осмотрела всех пятерых парней, и снова в моей голове мелькнула мысль, что кого-то не хватает, и в этот же момент чьи-то руки подхватили меня за подмышки и посадили на метлу сзади Антохи.       — Орион?! — но едва я обернулась на предателя, как Антоха настолько резко прыгнул и взмыл в воздух, что я еле успела схватиться обеими руками за его плечи и зажмурить глаза.       — Ив, хватит орать, я глухим останусь! — долетел до меня недовольный крик Антохи, а я распахнула глаза и наконец сообразила, что мы уже давно выровнялись, а я всё продолжаю визжать как сумасшедшая. Но тут взор невольно устремился вниз, и сердце упало в пятки: до земли было как минимум пять этажей замка, а прямо сбоку из окна выглядывало ошалелое лицо Тома, застывшего с пером в руках.       Секунды растянулись в часы, а мы так и смотрели друг на друга, и что-то мне подсказывало, выглядела я не лучше обескураженного гадёныша. Но момент резко закончился — Антоха втопил вперёд, и я снова со всей силы сдавила его грудную клетку, пронзительно завизжав. Прошло всего пять секунд полёта, и нас резко тряхнуло, а меня кто-то схватил за талию и будто бы пересадил на другую метлу, что заставило открыть глаза.       — Да я вас всех переубиваю! — я не рискнула разжать руки, но огонёк в глазах Абракаса и его наглая улыбка подталкивали к обратному.       Мы снова с неимоверной силой ринулись вперёд, сделав крутой вираж, и я как по команде снова зажмурила глаза, и было уже плевать, что потом обо мне скажет этот наглец — я изо всех сил прижалась к корпусу впереди сидящего человека.       — Господь, да можно помедленнее, умоляю! — едва мы стали опускаться вниз, у меня началась истерика от свободного падения, а из глаз ринулись слёзы. — Абракас, хватит!       — Умоляешь? — гаденько пропел Малфой, не сбавляя скорости, а, когда он вновь обернулся, я на свой страх и риск распахнула глаза, как бы говоря этим «да».       Мимо просвистели три человека, не ожидавшие, что мы сбавим обороты, а мои лёгкие наконец-то сумели сделать судорожный вздох. Я ослабила хватку, шмыгнув носом, и уже собралась утереть дорожки слёз рукавом мантии, как Абракас без предупреждения крутанулся и оказался лицом ко мне, движением рук наполовину спихнув меня с метлы.       — Эй, эй, осторожнее! — он успел грубо схватить меня за руки, прежде чем я от неожиданности сорвалась бы вниз, а мы совсем зависли в воздухе.       — Ну чего ты, всё же хорошо, — почти жалобно протянул он, прищурившись и посмотрев в мои глаза, будто бы сомневаясь, что я действительно плачу. — Это же шутка.       — Уродская шутка, — проведя по щекам рукавом, я в который раз втянула сопли обратно, отчего они потекли по горлу, не добавляя настроения.       — Но я далеко не урод, — хмыкнул он, с ожиданием посмотрев на меня, а я, догнав, что это была всего лишь провокация, замахнулась и со всей силы, что была, ударила его в плечо. Абракас успел увернуться и захихикал, защитив лицо, а потом опять без предупреждения сменил позу и крикнул: — Держись крепче!       От кипящей злости страх ушёл, а когда я сообразила, что мы летим над чёртовым озером, пугливо визжать уже как-то не хотелось. День был в самом разгаре, а сентябрь только начался, так что солнце было ещё высоко над головой и даже на такой высоте воздух был достаточно приятным. Вместо очередной ругани, я заворожённо глядела на стаю птиц, пролетевших следом за веселящимся Сигнусом, и, чёрт возьми, какими же свободными они были…       — Ты никогда не хотел стать птицей? — неожиданно для самой себя я обратилась к Абракасу, на что тот недоумённо обернулся и нахмурил брови.       — Нет, зачем мне это?       «Действительно, зачем, когда у тебя с рождения есть всё, что нужно и не очень?» — я молча отвернулась, продолжив наблюдать за пейзажем, а Малфой учтиво сбавил скорость ещё больше, заметив, что я рассматриваю зелёный лес.       — Странно, что лес не желтеет, там не только хвойные деревья, — заметил он спустя пять минут молчаливого созерцания.       — В октябре начнёт, — я безразлично пожала плечами и поёжилась, нагло засунув ладони в карманы его кофты. — Ты что, против?       Я состроила невинное личико, едва он хотел возмутиться посягательству на его личное пространство.       — Нет, ты и так сидишь неприлично близко, — фыркнул он, отвернувшись и увеличив скорость.       — А никто не просил забирать меня с метлы Антонина! — прокричала я в ответ, а ветер снова начал свистеть в ушах.       Королевское величество не удостоило меня ответом из вредности, либо же не придумало, что сказать в своё оправдание, но по большому счёту мне было плевать. Рассматривать озеро было куда интереснее: не зря его назвали чёрным. Как такового ветра не было, и водная гладь была словно обсидантовое зеркало, ровность которого лишь изредка нарушалась лёгкими всплесками хвостов рыб. Масштабы поражали, вода уходила далеко в горы за горизонт, где ярким жёлтым диском светило солнце. Вокруг то и дело пролетали мелкие птички, а вместе с ними от несильных порывов ветра и капли воды.       — Спустись к воде, — крикнула я, плотнее сжав обруч рук вокруг его рёбер, чтобы моя просьба точно была услышана.       — А ты не пробовала просить вежливо? — упрекнул блондин, специально резко спикировав вниз, так что я пронзительно выкрикнула:       — А сам-то!.. — едва мы замерли в полуметре от кромки воды, я возмущённо открыла рот, поскольку человек передо мной на постоянной основе общался с окружающими в манере короля, но только конфликт опять начал разгораться, Малфой примирительно вскинул руки:       — Всё, смотри на ненаглядную воду, и мы улетаем!       Я ещё секунд десять молча сверлила его взглядом, но в конце концов здравый смысл взял верх, и я заинтересованно провела правой рукой по глади воды, предварительно схватившись за колено Абракаса.       — Кстати, в озере помимо огромного кальмара водится ещё очень много разных тварей, — как бы невзначай протянул он, едва я погрузила ладонь в воду.       — Тебе обязательно всё портить? — осмыслив сказанное, я показушно спокойно вытянула руку из холодной воды, но от жути меня всё равно заметно перевернуло, что сразу же спровоцировало наглую ухмылку.       — Я наоборот предупредил. Ты насмотрелась? И может хватит уже растягивать мои брюки, — в ответ на возмущение я лишь закатила глаза, про себя подумав, что обязательно научусь летать на метле, чтобы каждый вечер убегать от социума и любоваться этой красотой.       — Полетели, через семь минут начало обеда, — я отпустила штанину и покрепче сомкнула руки на животе своего спутника. — Давай с ветерком, я привыкла.       Он удивлённо обернулся, на что я приподняла бровь, подтверждая, что он не ослышался, и в ту же секунду мы стрелой взмыли вверх и понеслись в сторону замка, такого крошечного вдали.       — Эй, где вы были?! Мы вас потеряли! — первым воскликнул Антоха, как только мы спикировали вниз к курилке. — Аб, за каким ты Ивонет украл?       Абракас одним сильным движением отправил метлу обратно в полёт и, приняв обычный напыщенный вид, хмыкнул:       — Какая разница, если ей понравилось?       Парни тут же покосились на меня и хором заржали, а я, проследив за тем, как метла превратилась в еле уловимую чёрную точку, завернувшую за башню, показала язык громче всех хохочущему Хью, и, не обращая на остальных ни малейшего внимания, подхватила сумку с учебниками, пихнула Антоху в плечо, чтобы шёл за мной, и направилась в сторону главного входа. Через пять минут после начала обеда подтянулся Роди, и всё бы хорошо, только вот он был не один, а в компании крайне неприятной личности.       — Ивонет, удели мне пять минут после обеда, — проворковал Том, специально обойдя стол и встав рядом.       — У меня…       — У тебя заклинания через четыре часа, тебе не хватит этого времени, чтобы покушать?       «Вот гадёныш, покушать блять!»       — Хватит, — процедила я, внимательно всмотревшись в чёрные глаза, а потом недвусмысленно перевела взгляд на занятого обедом Антонина, по вине которого мы и подлетели ровно к окошку класса, где Том что-то писал. Только вот почему втык хотели дать только мне, а не нам обоим? — А теперь я могу покушать?       — Приятного аппетита, — Том смерил меня взглядом и двинулся в обратном направлении, а я так и сощурила глаза, внимательно проследив за тем, как он обошёл обеденный стол и сел на своё привычное место. Чего ему от меня надо?       — Ивонет, так тебе понравился полёт? Вы так быстро убежали, что мы ничего не поняли, — гаденько протянул Хью, блеснув хитрющей улыбкой, а по столу в который раз за день прошёлся дружный смех.       — Ну, уж если Абракас подтвердил… — многозначительно протянул Антоха, а семикурсники, не присутствовавшие на моём дебюте, так и пооткрывали рты.       — Ивонет, ты летала на метле? — изумлённо воскликнул Роди, а Эдриан Забини и Эдвард Эйвери поражённо переглянулись.       — Интересно, когда об этом доложат Министру Магии? — флегматично протянула я, усмехнувшись выпученным глазам мальчишек, а новость уже поползла дальше по столу.       — Здорово, тебе понравилось? — пропустив мои слова мимо ушей, Роди продолжал с искренней радостью на меня смотреть.       — Очень, — яд, сформировавшийся на кончике языка, мгновенно растаял, едва я увидела такие полные неподдельного чувства глаза. — Ты тоже умеешь?       — К сожалению, нет, научишь меня? — Роди застенчиво улыбнулся, закрыв румянец стаканом тыквенного сока.       — А я думал, ты нас всех убьёшь, — вставил Малфой, едва я собралась ответить, что ещё сама не научилась. Способность язвить в ту же секунду ко мне вернулась, едва наши с нахалом глаза встретились.       — Заметь, тот факт, что я осталась довольна, не отменяет сказанных мною слов, — я, вспомнив чувство бешено колотящегося сердца, надменно скрестила руки на груди.       — М-да, даже Мандрагоры в подростковом возрасте так не орут, — парировал он, а я так и ахнула под дружный гогот парней.       — Когда-нибудь я спихну тебя с метлы и ты упадёшь прямо в пасть кальмару, который утащит тебя на дно чёрного озера, а я посмотрю на твои останки через окно моей спальни. Оно как раз около кровати…       Я злостно отрезала кусок свинины, отвернулась и принялась усердно жевать, тем самым закрыв тему, а пока смех мальчиков окончательно не стих, я решила вообще ни с кем кроме Роди не разговаривать, с учётом того, что Антоха хрюкал громче всех!       Идей, как провести время, у меня всё равно не было, так что я решила испытать на прочность нервы Тома и как приклеенная сидела до конца обеда, пока зазвеневший колокол не заставил всех оставшихся подняться. А поскольку мальчики уже давно разошлись по делам, Том сразу указал взглядом на дверь и сам поднялся. Судя по скорости, с которой он удалился, нервы у него были отнюдь некрепкие, зато у меня настроение улучшилось от мысли, что я доставляю этому змеёнышу неудобства.       — И о чём же ты хотел поговорить? — копируя его манеру речи перед обедом, проговорила я, как только мы нашли укромный закоулок в подземельях.       Но Том теперь не выглядел готовым сыпать насмешливым сарказмом, так что спустя минуту молчания и недовольной мины перед собой, я тоже утратила всякий интерес к насмешкам.       — Дорогая Ивонет, — издалека начал он, скрестив руки за спиной. — Видишь ли, в субботу вечером, когда ты вызвалась одна идти через лес до Хогвартса, конечно же, я этому не поверил.       Я тут же постаралась сделать вид, что сказанное не произвело на меня ровно никакого впечатления, но судя по ухмылке Тома, получилось слабовато.       — Но тратить время на слежку за тобой я не стал, — Том принялся ходить кругами, а я, чтобы не испытывать чувство загнанного в круг зверя, встала на его место и прислонилась спиной к холодному камню. — Только вот, как мне известно, в замок ты вернулась не сразу.       — И когда же, по-твоему, я туда вернулась? — я напускно безразлично вздёрнула бровь и уверенно поймала зрительный контакт с чёртовым детективом.       — Не знаю, но не сразу, — усмехнулся тот, резко сократив расстояние. — Ивонет, где ты была?       — Почему тебя это так волнует? — я рефлекторно выставила руку вперёд, но на этот раз Том не собирался применять силу.       — Так значит, ты всё же не вернулась в замок? — едва Том нащупал брешь, его глаза блеснули каким-то нездоровым огоньком, но в моей голове тут же образовалась злость, ещё не успевшая до конца утихнуть с нервозного полёта. Я чёртов адвокат! Никто в этом замке, тем более этот жалкий мальчишка, не сумеет соврать лучше меня!       — Это значит, что ты суёшь нос не в своё дело. Я могла заплутать в лесу, задержаться на свежем воздухе или действительно куда-то слинять, и ты об этом никогда не узнаешь…       Я сама шагнула к Тому, с вызовом посмотрев ему в глаза, на что тот блеснул оскалом и прошипел:       — Я знаю обо всём, что происходит в этой школе, а если до тебя эта простая истина ещё не дошла, то у нас вагон времени…       — У тебя вагон, а у меня маленькая тележка, и я здесь вовсе не для того, чтобы льстить твоей игре в Шерлока Холмса. Строй из себя кого хочешь, а меня оставь в покое, я понятно выражаюсь?       Ещё с минуту мы испепеляли друг друга глазами, и едва в его будто бы загорелись угольки, я презрительно хмыкнула и развернулась, чтобы отправится в спальню.       — Имей в виду, Ивонет, долго играть в эти игры у тебя не выйдет. И, когда ты оступишься, будет поздно.       — Пошёл к чёрту, заносчивый мальчишка, — кинула я через плечо, но потом что-то заставило меня развернуться.       Том остался стоять неподвижно, но в его глазах полыхало такое пламя, примерно такое же, что и у меня на душе, а я собрала всю волю в кулак, подошла обратно и выплюнула:       — Поверь, когда я оступлюсь в своей игре, для меня всё будет кончено, и далеко не ты этому поспособствуешь. Так что давай просто не будем портить друг другу жизнь, играя в Санта-Барбару.       Частые вдохи Тома были единственным звуком, дававшим отсчёт времени, которое и вовсе перестало ощущаться, а чёрные глаза так и продолжали что-то внимательно выискивать в моих. Но в конце концов вся моя злость иссякла, а Том снова стал в моих глазах крикливым самодовольным ребёнком, так что я просто отправилась в гостиную, и уже никто не стал меня останавливать.       Придя в спальню, я так и не смогла заснуть, проворочавшись под одеялом до полпятого. Как, чёрт возьми, он догадался? Если так и дальше продолжится, в конце концов я действительно попадусь, и тогда придётся плясать под его дудку, чтоб он меня не сдал правительству! Хотя… Грин-де-Вальд и есть правительство, так значит можно не бояться?.. Но что-то всё равно не давало покоя. В любом случае Дамблдор от этого никуда не денется, а если Тома пошлют в Министерстве, то он прискачет к нему и всё выложит, а тогда я уже не смогу принести никакой пользы. Чёрт! Убить бы этого юнца-проныру, и дело с концом. Но этот вариант сразу отметался, слишком много шуму, тогда как?..       Полтора часа заклинаний не принесли никакого удовольствия, разве что получилось слегка выместить все накопившееся на заморозке манекена, но нужно было больше!       — Эй, Антоха, не хочешь дуэль устроить после ужина? — окликнула я своего друга, едва мы спустились со второго этажа.       — Ив, ты что, спятила? Мне сейчас и так хватило… Ай! — Антоха вытер пот со лба и непонимающе на меня уставился, но, засмотревшись, чуть не перевернулся через перила лестницы.       — Да, прости, не подумала, — протараторила я, схватив его за рукав, тем самым удерживая от падения. — «Но кто тогда, а?!»       Действительно, Антонина как лучшего в классе по части магии шпыняли больше всех и постоянно давали задания на уровень сложнее, поэтому требовать ещё и дуэли сегодня было нагло. Тогда Роди?.. Абракас? Блэки? Нет, всё не то, Роди слишком мягкий, компании Малфоя мне сегодня хватило на год вперёд, а у Блэков наверняка есть свои дела, и тратить время на меня никто не станет.       За ужином Том как воды в рот набрал, и все это заметили, поэтому особо оживлённой беседы и не было. Мне же вовсе не хотелось ни с кем болтать: вообще разговоры из пустого в порожнее осточертели ещё в середине августа и, хотя, теперь их число стократ уменьшилось, существенно это ничего не меняло.       «Насрать, сама найду пустой класс и там потренируюсь, — подытожила я самой себе и сразу поднялась из-за стола, пусть и прошло всего двадцать минут».       — Эй, Ив, ты куда так быстро? — тут же воскликнул Антоха, только вошедший в кураж поедания пирога с рыбой. За столом стало заметно тише, из чего можно было сделать вывод, что вслед мне смотрело по меньшей мере семь пар глаз, но оборачиваться я всё равно не стала и крикнула через плечо.       — Аппетита нет, Антох.       Выйдя из большого зала, я сразу свернула на главную лестницу и быстрым шагом принялась подниматься. А когда крепкая дубовая дверь скрипнула, я уверенно вошла в класс третьего этажа и принялась выбирать манекены.       — Ивонет? Что ты тут делаешь? — раздался удивлённый возглас рыжей акулы спустя полчаса моих жалких попыток выплеснуть злость, корёжа безжизненные фигуры.       — Профессор Томпсон, мне нужна ваша помощь! — едва дверь захлопнулась, я резко развернулась и с мольбой в глазах уставилась на преподавателя ЗОТИ. — Я очень хочу практиковаться в дуэлях, научите меня, пожалуйста!       Геральда так и застыла посередине огромного класса с открытым ртом, а маятник больших напольных часов неумолимо отсчитывал секунды, словно песок утекающих сквозь пальцы. Ну же, соглашайся: сама говорила приглашать тебя на дуэли!       — Ну что ж, надо сказать я польщена, — она вдруг неожиданно коварно улыбнулась и быстрым шагом прошла к винтовой лестнице, поднялась и скрылась за дверью. И теперь пришла моя очередь открывать рот от неожиданности, когда профессор спустилась, взмахнула палочкой, убрав все манекены и парты, а потом подошла ко мне в плотную и приняла приветственную стойку перед дуэлью.       — Спасибо, — одними губами прошептала я, в глубине души трусливо ожидая совсем другого решения. Но Томпсон пропустила мои слова мимо ушей и лишь сверкнула изумрудными глазами, развернулась и отошла на десять шагов. Я поспешно сделала то же самое, а злость быстро смешалась с адреналином. Это же не совсем школьная дуэль, да?       — Локомотор Мортис!       Видимо, она решила не использовать невербальных заклятий, как это было в прошлый раз. Всё-таки я просила меня научить… Я сразу выставила щит, и фиолетовая вспышка срекашетила в сторону.       — Оппуньо!       Я взмахнула палочкой, и тысячи маленьких насекомых с бешеным писком полетели на противника, но Томпсон с лёгкостью сожгла их всех, а потом направила пламя на меня. Я прокричала что-то нечленораздельное и еле успела отскочить в сторону, совершенно не представляя, каким должен быть щит, чтобы отразить такой пожарище. Она что, меня подкоптить решила?! Не теряя времени, Геральда наслала Остолбеней, и я еле как его отразила, в ответ послав жёлтую молнию, но через секунду в ушах зазвенело, я пошатнулась и, видимо, грохнулась на пол.       — Здорово я тебя оглушила, да? — проворковала Томпсон, подав мне руку уже через пару секунд, и я, тяжело дыша, схватила её ладонь и, выровняв положение, со всей злости про себя прошептала: Петрификус Тоталус…       — Эй, так не честно, милочка! — крикнула Геральда, в последний момент увернувшись. — Невербальные заклятия у тебя ещё слабо выходят… Ну-ка!       В меня полетело Инкарцеро, тоже невербальное, и дуэль приняла новый оборот.       — Депульсо!       Я послала белую молнию, и Геральда переместилась по воздуху на добрых пять метров назад, но не успела я позлорадствовать, она сразу кинула в меня Экспелиармус, который я отбила обычным Протего. Томпсон тут же сделала выпад, и в меня с оглушающим рёвом понёсся поток воды. Я попыталась загородиться Импервтусом, но загвоздка заключалась в том, что, как и сказала профессор, невербальные заклинания у меня выходили ещё очень плохо, так что щит от воды получился до того слабым, что уже через секунду меня окатило ледяной волной и отбросило назад к стене.       — Мерлин, Ивонет, ты цела?!       Томпсон подбежала и заклятием поставила меня на ноги, следом в одну секунду высушив с ног до головы. Но пока звёздочки перед глазами не погасли, я с трудом могла различить предметы перед собой.       — Извини, наверное, я переборщила… Ивонет, ты меня слышишь?       — Да, да, — я закашлялась, и наконец зрение ко мне вернулось. Геральда была слегка напугана, на лбу проступил пот, а её кошачьи очки съехали на переносицу, и теперь пронзительные зелёные глаза смотрели прямо в душу.       — Всё нормально, продолжаем, — я уверенне сжала палочку в руках и шагнула ей навстречу, а меня обвели оценивающим взглядом.       — Ты уверена?       — Да… Может, вы покажете мне какое-нибудь заклинание, и мы его отработаем? — голова ещё слегка кружилась, а руки тряслись, что не утаилось и от взора профессора ЗОТИ.       — Без проблем, — видимо, она сочла не нужным меня утешать, правильно интерпретировав моё предложение, как передышку.       До девяти часов я упорно тренировала Фините Инкантатем, заклятие, прекращающее действие любого заклинания. Ну или почти любого. В итоге Геральда прониклась моим талантом либо же сжалилась над такой убогой техникой, и мы договорились о дополнительных занятиях до конца этого года, в обмен на что от меня требовалась сдача СОВ на самый высшиий бал. Этого я обещать, конечно, не могла, но, думаю, с учётом практики эта задача перестанет казаться непосильной. Так что теперь каждый понедельник после ужина и каждый четверг сразу после основного урока я в отдельном порядке практиковала свой дуэльный навык.       Приятная усталость растеклась по венам, едва я попрощалась с Геральдой и не спеша двинулась по коридорам замка вниз, в подземелья. В гостиной было полно народу, но долго задерживаться у чёрных диванов я не стала, сославшись на сильную усталость, и поднялась в спальню. Сил не было вовсе, так что я просто плюхнулась на кровать лицом вниз и пролежала в этой позе до самого утра.                         

***

      В среду, как и в понедельник, до обеда шла Нумерология, вместо которой мы снова оседлали метла и пустились в полёт по бескрайним просторам природы. Только в этот раз я предусмотрительно села сразу к Абракасу, в конце концов мы уже как-то сработались: он знал, с какой скоростью лететь, и не чесал языком 24/7 как Антоха.       В целом дни летели однообразно, но меня это вполне устраивало. К слову, моя сила воли насчёт бега быстро закончилась ещё на первой попытке в понедельник. Во вторник первым уроком шли зелья, которые я уже успела возненавидеть за душность класса, замудренность предмета и начало урока в 10:00. В среду как-то не срослось, а сейчас, в четверг, сразу после завтрака шла пара зелий…       — Боже, как я их ненавижу, — застонала я, специально очень медленно идя по коридорам сырого подземелья.       — Не то слово, — вздохнул Антоха рядом со мной, так же как и я за завтраком набив живот до отказа. — Целых два с половиной часа…       Я скривилась ещё больше, уже начиная проклинать себя за постоянно откладываемую покупку самопишущих перий. А мы доползли до класса и шмыгнули внутрь, тщетно понадеявшись, что про нас забудут.       — Мистер Долохов, мисс Иммортали, мы уже второй урок проходим теорию Умиротворяющего бальзама, почему вы не можете написать мне все формулы, для этого задействованые?       Слизнорт как некстати в самом начале урока дал «лёгкий» тест, а сейчас, спустя десять минут, подошёл к нашей парте на отшибе и забрал пергаменты, где не было ровным счетом ничего. Точнее, чтобы уж совсем не наглеть, мы написали формулировки, описывающие действие зелья, только вот всё это было взято из скудных знаний Антонина и судя по всему являлось правильным дай бог на четверть.       Мы оба пристыжено опустили головы, а профессор, удручённо вздохнув, направился обратно к своему столу, то и дело отпуская замечания по поводу работ. В остальном зелья прошли как обычно хреново. Если убрать духоту помещения, может я бы и жаловалась меньше, только вот это всё равно бы не убрало недовольство от того, что меня второй раз в жизни запихнули на химию. Однако, химия, какой мне её преподавали в школе, оказалось, была гораздо терпимее, нежели Зельеварение. Будь мне действительно пятнадцать, я бы была в восторге от всех этих шипящих и булькающих котлов, но увы пятнадцать мне было примерно тридцать лет назад, так что едва ли хоть что-то кроме отвращения разноцветные снадобья вызывали в моей душе.       С непередаваемой радостью я вдохнула свежий воздух, а вместе с тем и едкий табачный дым, когда мы с Антохой засели в курилке сразу после пары.       — Когда же закончится эта череда нудных уроков, — заскулил он и уронил голову в ладони, откуда сразу же повалил плотный дым.       — Через… три года, — хмыкнула я, в душе даже сочувствуя бедолаге. — Да ладно тебе, Антоха, это лучшие твои годы, наслаждайся!       В ответ он ещё больше завыл, а я так и рассмеялась в голос, поднявшись с сухого бревна. Только вот едва ли мои годы можно было назвать лучшими, пусть мы и были фактически ровесниками. И, чёрт возьми, не успела я об этом подумать, как в конце следующего урока истории, судьба подкинула мне ещё одну проблему!       — Ивонет, не могла бы ты остаться на пару минут? — несвойственно учтиво попросил Гилберт, едва в глубине замка томно загудел колокол, обозначая конец занятий.       — Да, конечно, — уже пройдя половину пути до выхода, я заторможенно развернулась и непонимающе уставилась на профессора Истории магии, на что тот дождался, пока все ученики покинут класс, и прочистил горло.       — Видишь ли в чём дело, Ивонет, — он задумчиво скрестил руки в замок, пронзительно окинув меня взглядом сквозь стёкла квадратных очков. — Обычно на пятом курсе для интересующихся детей предусмотрены различные исследовательские работы… Они учреждаются Советом об Образовании, чтобы учащиеся могли проявить свой потенциал, и, если одну из таких работ одобрят в Министерстве, ребята смогут получить огромный плюс к дальнейшей карьере.       Я скептически изогнула бровь, не совсем понимая, зачем мне это было нужно, но зато отлично зная, почему захотели выбрать именно меня.       — Я уже давно планировал предложить эту идею Джози, но теперь на горизонте появилась ты, Ивонет. Конечно, Джози тоже будет работать над проектом, но…не сочти за непрофессионализм, ставки я делаю на тебя.       Я усмехнулась такому тщательному подбору слов и внимательно всмотрелась в цепкие глаза напротив, старательно взвешивая все за и против. И спустя пару минут я уже была готова дать отрицательный ответ, как профессор, словно только сейчас вспомнив, добавил:       — Над проектом обычно работают совместно… Заходи.       Дверь из каморки Гилберта протяжно скрипнула, а на пороге замер человек, которого я меньше всего ожидала увидеть именно здесь.       — Ты?!