Глава 13. Месть

      За окнами бойницами вдруг грянул раскат грома, и яркий свет на одно мгновение проник в помещение, осветив бледное идеальное лицо Тома. Мы так и стояли на своих местах, хотя прошла целая вечность. Он внимательно изучал меня взглядом, наверное, пытаясь отгадать, кто же научил меня окклюменции. А я пыталась понять, кто же обучил его легилименции. И если пару часов назад я думала, что Дамблдор — единственный легилимент в Хогвартсе, то теперь судьба описала ещё один зигзаг, от которого ничуть не становилось легче.       — Ну?.. Так и будем стоять или уже начнём работать? — с требовала я ещё через полминуты абсолютной тишины, нарушаемой лишь далёкими раскатами грома. — Я не собираюсь сидеть здесь до ночи.       Я отлипла от стеллажа и вопросительно посмотрела на Тома, на что тот, как-то странно блеснув глазами, тихо, почти шёпотом протянул:       — Неожиданно, Ивонет. Ты полна сюрпризов.       — Дай угадаю, а ты не любишь сюрпризы? — тут же догадалась я, и Том ухмыльнулся.       — Не люблю.       «Но ты ничего мне уже не сделаешь. Моё сознание для тебя закрыто. Теперь осталось расплатиться за долг и возвести свои магические способности выше твоих, и рычагов влияния на меня у тебя не останется».       — Так что?..       — Да, идём, — он, наконец, сделал выводы и теперь шагнул в сторону прохода к секции шкафов. — Тут архивы исторических событий, происходивших здесь, на окрестных территориях. Навряд ли Наполеон когда-то был в этом месте и видел замок, но поискать что-то стоит.       Я ничего на это не ответила, лишь подняла мирно покоящийся на полу пергамент и прошагала следом за Томом в темноту.       — Тогда мои наброски пока не нужны? — после удовлетворительного кивка я щёлкнула пальцами, и наброски исчезли.       — Ищем всё с конца восемнадцатого века. Ты что-нибудь знаешь?       Я равнодушно посмотрела на пыльные корки, прекрасно понимая, что ничего мы здесь не найдём, ведь войск Наполеона в Англии никогда не было.       — В начале войны Третьей коалиции должно было произойти вторжение, но не сложилось. Ещё были какие-то попытки в девяносто шестом и восьмом, но я не прям-таки помню.       — Не густо, — он пождал губы и покачал головой из стороны в сторону, а во мне вдруг всколыхнулась гордость.       — А сам-то что полезного сделал для нашей работы?!       — Не кипятись, у меня тоже есть кое-какие знания, просто ещё не время их выкладывать! — тут же огрызнулся Том, до этого уже присевший к нижним полкам и теперь смотревший на меня сверху вниз.       — Да? И какие же интересно? — язвительно переспросила я, скрестив руки на груди, а Том растянул губы в ухмылке и заявил:       — Например, австрийский публицист Генц говорил, что Наполеон — явление природы. И пытался совершенно объективно подойти к этой сложной и огромной фигуре, интересовался не только мотивацией его поступков, сколько их историческим значением. Я предлагаю нам сделать так же.       — Да, но Фридрих фон Генц был вовлечён в непрерывную полемику против каждого нового проявления наполеоновской диктаторской власти. Если говорить проще, то он не самый лучший пример в любом случае. Неважно, какую точку зрения мы изложим в работе, Генц — немец. А в связи с нынешней ситуацией на мировой арене про Германию лучше не вспоминать.       — Я не предлагаю нам упоминать Генца, я лишь говорю, что можно было бы поступить так же, как он.       — Но я уже предлагала точно такой же ход работы, разве нет? — я тоже опустилась на корточки, только вместо фолиантов выразительно смотрела на хмурившегося Тома.       — Да, но… Боже, ладно! Ты предложила этот ход работы, ты молодец, теперь мы можем начать искать? — в его глазах снова начинало полыхать раздражение, и, чёрт возьми, как же мне нравилось выводить его из себя!       — Можем, но это пустая трата времени, — я перевела взгляд на пыльные корки, а рядом послышался вздох:       — Может здесь есть сведения, как к нему относились современники или что-то похожее?..       Я поджала губы, красноречиво покачала головой и всё же вытащила с полки ветхую книгу.        «Дьяволиада двенадцатого века», — я развернула рукопись на середине и всмотрелась в текст.       — Фу, господи, какая гадость!       — Что там?       — И кто только додумался пересаживать кожу свиньи человеку, чтобы вылечить заболевание кожных покровов?!       Я захлопнула книгу, сунула её обратно наугад, и в воздух поднялось облачко пыли. А рядом послышался смешок.       — В любом случае восемнадцатый век находится выше, — я поднялась и вытянула новую книгу с золотой тесьмой. — «Величайшие события волшебного мира в восемнадцатом веке».       «Надо же, в самое яблочко. Может здесь действительно что-то будет… — думала я, листая страницы. — Пятьдесят второй восстание гоблинов. Гоблины объединяются с оборотнями, не то. За следующие тридцать лет сменяются четверо министров, опять не то. Не то… Не то… В девяносто втором на очередном Турнире Трёх Волшебников задание поймать василиска заканчивается трагедией. Турнир закрыт».       «Поймать василиска?… Дичь какая, — тут же подумала я, дойдя до конца книги. — Кевин рассказывал про акромантулов, но про василиска речи не шло. Неужели они существуют?»       — Какие-то проблемы? — из раздумий меня выдернул заинтересованный голос Тома, оказывается, за мной наблюдавшего.       — Нет, — отрезала я, выкинув прочитанное из головы. — Здесь ничего нет.       — У меня тоже пусто, — отозвался он, как-то подозрительно щурясь, но и этого я старательно не замечала. — Зато мы убедились, что про Наполеона действительно никто ничего не слышал.       Он поднялся и принялся отряхивать руки от пыли, но мне всё же не давала покоя одна вещь.       — А тебе не кажется это странным? Волшебники всегда боялись, когда войны маглов становились слишком масштабными, и пытались их контролировать.       — Навряд ли волшебников Шотландии это трогало, — пожал плечами Том, наблюдая за тем, как я задумчивым взглядом сверлила стену. — Лучше, как ты и сказала, выбраться в библиотеку Хогсмида.       — Я говорила, про библиотеку магловских деревень. Что ты собрался искать в библиотеке Хогсмида, если он так же, как и Хогвартс, находится в Шотландии? А вот у обычных людей точно что-то будет.       Видимо, Том придумал, как мне возразить, но в моих словах уже содержался ответ и на возражение в том числе, так что из его рта запоздало вырвался лишь несогласный звук.       — Лучше и там посмотреть, — наконец процедил он с нажимом, а я догадалась, что сейчас снова начнутся бесконечные препирания, поэтому быстро поднялась и хмыкнула:       — Как хочешь, значит на выходных разделимся и будем искать информацию. А сейчас давай набросаем хотя бы план.       На это Том лишь взглянул на меня исподлобья, а потом коротко кивнул и двинулся в основную часть библиотеки.       «Господи, как же туго всё идёт… Если так будет каждый раз, мы даже на йоту не продвинемся», — мы как раз проходили мимо уже знакомой мне секции, а в голове тут же всплыли все накопившиеся вопросы.       — Вот скажи мне на милость, почему чертежи потайных ходов находятся именно в запретной секции? Зачем всё так усложнять? — крикнула я вдогонку Тому, который уже успел выйти в основную часть библиотеки.       — Если бы они находились в общем доступе, ходы перестали бы быть потайными. А так доступ к ним имеется лишь у некоторого количества учеников, и, поверь, никому кроме нас они не нужны.       Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня как на отстающего в развитии человека, на что у меня сразу же сформировался яд на кончике языка.       — Подозреваю, если бы они всё-таки находились в основной библиотеке, положение вещей бы не поменялось.       Том, наконец, сменил гнев на недовольство и закатил глаза к потолку, а в моей голове уже сформировался новый вопрос:       — Слушай, а можно ли было использовать на библиотекарше Остолбеней, а не усыпляющее зелье? А ещё, она разве не заметила, что с ней не всё так, как должно быть? Или вы подчистили ей память?       — Сколько вопросов, — с усмешкой протянул Том, присев за один из множества деревянных столов. — Если я расскажу, не используешь ли ты это против меня в будущем?       Я скопировала хитрую ухмылку и плюхнулась на стул рядом.       — Если ты не дашь мне повода, то ничего и не случится, — один щелчок пальцами, и в руке тотчас появился пергамент. — Ну так расскажешь?       — Ты меня настораживаешь… А если я расскажу, что получу взамен?       «Нихуя себе! — глаза распахнулись сами по себе. — Он ещё что-то требовать собрался?!».       — Почёт и вечное уважение, —прошипела я, глядя ему в глаза, в которых так и плескалось бесящее ехидство. — Да и вообще, ты часом не ах?..       — Нет, я в полном порядке, — тут же отреагировал Том, так и смеясь с моего возмущения. — Заметь, это не я под маскирующими чарами шпионил за делами людей, совершенно меня не касающимися.       — Ладно, чего ты хочешь? — вздохнула я, подумав, что сейчас наконец-таки расплачусь за несчастный долг, и уже приготовилась выслушивать невыполнимые требования.       — Будешь помогать нам искать ходы, а взамен я сейчас отвечу тебе на все вопросы.              — Что?! — тут же вскрикнула я, не обращая внимания на то, что мы находимся в библиотеке. — Да не так уж нужны мне твои ответы!       Я оттащила ладонями глаза и протяжно завыла от абсурда предложений. Я-то думала, он придумал что-то стоящее и мы, наконец, будем квиты!       — Но у тебя тоже будет выгода! — тут же отреагировал Том, пододвинувшись ближе, словно желая обратить на себя большее внимание. — Только подумай, десятки потайных лазов, комнат, которые могут помочь быстрее передвигаться по замку или вообще незаметно из него исчезнуть!        Я продолжала обречённо закрывать руками глаза, но Том знал, как подобраться с правильной стороны, а последние слова как раз таки меня очень заинтересовали.       — Что значит исчезнуть? — осторожно прошептала я, искоса глядя на хитреца, умело завлекавшего в свои сети людей.       — Мы ещё не до конца уверены, но где-то на территории замка есть проход, по которому незаметно можно пройти до Хогсмида за считанные минуты.       Я удивлённо подняла брови, подумав, что незаметный лаз в замок мне ой как нужен, ведь если я стану слишком часто возвращаться по ночам через главный вход, меня точно в один момент поймают. Но, как много времени займут поиски? И так уж ли мне это нужно?..       — Мы собираем информацию по крупицам, она разбросана по всей библиотеке; а некоторая и вовсе хранится в гостиных, потому что те ходы, что там отмечены, принадлежат лишь факультетам и никто другой не должен о них знать. У меня есть свои люди везде, но те, что работают особенно расторопно, как назло учатся только на Слизерине.       Продолжал Том, глядя на меня, но я принципиально смотрела в стену отрешённым взглядом, дожидаясь, пока он выложит, всё, что знает.       — Наверно, только Диппет знает о всех ходах, хотя… Не думаю, что старик вообще этим интересуется.       — А Дамблдор? Дамблдор может знать о проходах? — перебила его я, наконец, развернув голову и посмотрев прямо ему в глаза.       — Ты хочешь выведывать информацию у него или трусишь, что он однажды обломает наши поиски? — усмехнулся Том, вздёрнув бровь, но мне было не до смеха.       — Просто ответь на вопрос. И я ещё ни на что не соглашалась.       Том едва дёрнул краешком губ и внимательно просканировал меня взглядом, а потом всё же ответил:       — Дамблдор, очевидно, больше Диппета осведомлён обо всём, что творится в замке, но вряд ли сейчас главная его проблема — школьники, разыскивающие ходы.       Я задумчиво и согласно вздохнула, в целом осознавая все риски, но они, относительно плюшек от удачных поисков, были крайне несущественны.       — А как ты собираешься объяснить своим дружкам моё внезапное посвящение в ваши тайные дела? — наконец, издевательски хмыкнула я, уже приняв окончательное решение.       — Это мои проблемы, — вполне мирно отозвался он, увидев кем-то забытый пустой лист на подоконнике. — Главное, чтобы они увидели в тебе потенциал и приняли в семью.       — Говоришь так, будто мне есть до этого дело, — фыркнула я, положив на середину исписанный лист, чтобы Том мог видеть записи. — Я делаю это потому, что есть польза для себя самой, а не для ваших детских игр. На вопросы можешь не отвечать, я сама найду ответы.       — Гордость — черта характера Гриффиндорцев, — низким голосом протянул Том, снова занятый мной, а не записями.       — А это не гордость, это чувство собственного достоинства, — процедила я ему в лицо и демонстративно выпрямила спину, занеся перо над чистым листом.                         

***

      Я стояла в тёмной комнате, освещаемой лишь полоской лунного света, и всё никак не могла понять, где же я нахожусь. Вдруг в углу что-то шевельнулось, и следом послышался противный лязг метала, а следом зазвенели… оковы?       — Ивонет, ты слышишь меня? — раздался натужный шёпот, словно до этого человек не говорил несколько дней или наоборот громко кричал, срывая связки. — Подо.. подойди ко мне…       Нога сама двинулась вперёд на зов голоса, но тут чья-то рука схватила меня за запястье, не давая сдвинуться с места. Вокруг была всё такая же темнота, и сколько бы я не пыталась разглядеть лица людей и узнать их голоса, ничего не выходило.       — Ивонет, кому ты доверяешь больше: мне или этому мальчишке? — снова послышалось шипение из угла и звон цепей. — Кто из нас приносил… тебе?       Отчего-то мне стало трудно слышать слова, а вместо них в уши стал отдавать грохот собственного сердца. Тени стали сгущаться в и без того тёмной комнате, а нечто в углу вдруг дёрнулось и с невиданной силой ринулось ко мне.       — Ивонет, ты должна сделать это!       Я проснулась от собственного крика и больно ударилась головой об каркас кровати. И прямо в этот момент что-то с силой ударилось прямо в окно в полуметре от меня, так что я снова в ужасе вскрикнула, и второй раз приложилась головой, но уже об шкаф.       «Ебаный пиздец! — во рту пересохло, глаза болели от резкого пробуждения, а голова и вовсе раскалывалась на две части». Едва шок прошёл, я подскочила к окну и всмотрелась в муть, но дальше трёх метров ничего не было видно кроме одиного болтающихся водорослей на стенах замка. «Наверно русалка хвостом ударила, — решила я, приложившись лбом к ледяному стеклу, дабы хоть как-то успокоиться. — И всё-таки что это за сон дурацкий?!»                   

***

      Утром я проснулась от того, что мои соседки вовсю прихорашивались, что-то радостно щебеча, а в воздухе витал тошнотворный запах ванильных духов.       «Ненавижу ваниль, — проскрипела я про себя, с трудом разогнувшись и приняв вертикальное положение. — Ещё слишком рано?»       Я медленно осмотрела стайку девчонок в бархатных тёмных платьях и невольно задалась вопросом, в честь чего такой показ мод? И тут в голове постепенно начали всплывать события прошлого дня.       «Мы сидели с Томом в библиотеке, а значит вчера была вторник. Получается, сегодня среда… Блять! Дуэльный кружок, точно!»       Я уронила лицо в ладони и протяжно застонала, ведь желание идти куда-то совершенно отсутствовало, да и предчувствие у меня было какое-то нехорошее! Сегодня явно что-то случится. Только вот что?       Едва мои соседки услышали, что я проснулась, радостные разговоры разом стихли, а девочки одна за другой выпорхнули из комнаты, оставив за собой облако ванили. Я поднялась с кровати и на деревянных ногах прошагала к шкафу, взмахнула палочкой, и ко мне в руку прилетела колба с зельем.       «Когда же вы уже вырастете, мои хорошие? — подумала я, глядя вниз, на грудную клетку, а потом залпом выпила одну из последних баночек. — Сегодня уже надо готовить ещё… Только вот где?»       Мой взгляд упал на окно, за которым весело крутились рыбки. Может, показалось? И всё это было частью сна? Только вот затылок так болел, что сомнений не оставалось — ударилась я точно по-настоящему.       «Значит, после обеда мне нужно зайти к Слизнорту и разузнать, можно ли засесть в лаборатории. Чтобы сварить мазь от ушиба. Хотя пустит ли он меня? На уроках я ничего не делаю, навряд ли он поверит, что в зельеварении я хоть что-то смыслю…» Перспектива была так себе, но наведываться без повода было ещё хуже. Интересно, а у нас сегодня вообще есть Зелья? Да уж, прошло полсентября, а я до сих пор не удосужилась выучить расписание. Господи, что со мной происходит? Я же такой не была!       Я закинула пустую склянку в шкаф и прошагала в душ, решив быстро привести себя в порядок, а потом с чистой (в буквальном смысле) головой врываться в новый день. Боже, какое же было наслаждение, отмокать под струями кипятка, а потом ещё большее наслаждение высушить голову одним взмахом палочки.       — Как же мне надоели эти юбки! — в сердцах воскликнула я, натягивая чёрную ткань. — Ещё и верх — одни рубашки и блузочки. Тьфу!       Твёрдо решив, что перед походом в библиотеку я закуплюсь одеждой как следует, я расчесала растрёпанные кудри, кинула в сумку учебник по трансфигурации и вылетела в коридор. Когда я вошла в Большой зал, завтрак был уже в самом разгаре. Сверху летали редкие, опоздавшие совы, скидывая адресатам письма и посылки, а количество еды на блюдах заметно уменьшилось.       — Я отложил тебе твой любимый омлет и ветчину! — вместо приветствия воскликнул Антоха, довольно заулыбавшись.       — Ой, моя ж ты лапочка! — я чмокнула его в щёку и довольно потёрла ладони друг о друга, готовясь проглотить этот чудесный завтрак. Как сбоку послышался ехидный голос:       — Видимо, нашей Ивонет следует пораньше…       — О, заткнись, Малфой! — перебила его я, даже не глянув в его сторону, ведь терять только что начавшее появляться настроение я совершенно не собиралась. — Мне всю ночь снились кошмары, и, если кто-то из вас посмеет начать портить мне настроение, я поджарю вас вместо этой яичницы.       Я пристальным взглядом обвела всех мальчиков, особо акцентировав внимание на шибко довольном Томе, который лишь усмехнулся моим угрозам и аккуратно поднёс ко рту вилку с глазуньей.       — Правильно, давно пора его приструнить! — поддакнул Антоха, и по столу прошёлся насмешливый гогот, а Абракас поджал губы и оскорблённо отвернулся.       — А где Роди? — обратилась я ко всем, едва дожевав первую порцию.       — Он отсыпается, — хмыкнул Сигнус, но тут Орион еле заметно шикнул на него, взывая к молчанию.       Сигнус хотел оправдаться, но понял, что уже поздно, а я прищурила глаза и внимательно уставилась именно на безмятежного Тома.       — Ах, да, друзья, — поняв смысл моего взгляда, Том глотнул тыквенного сока и жестом призвал всех к вниманию. — Ивонет, Родольфус вчера всю ночь возился со специальной картой, нанося на неё координаты нового прохода, поэтому на завтрак он не придёт.       Мальчики, до этого наклонившееся ближе к Тому так, чтобы никто другой за столом не мог расслышать разговора, теперь откровенно пооткрывали рты от шока и с выпученными глазами поочерёдно смотрели то на меня, то на Тома.       — Как?.. Ты?! Том! — первым очнулся Орион, а я по взгляду не присутствовавших при поисках парней поняла, что несмотря на это они тоже были в курсе происходящего.       — Ивонет теперь будет с нами искать проходы, — непринуждённо объяснил Том, но в его голосе отчётливо ощущался намёк на то, что решение было неоспоримым.       Антоха подле меня даже перестал есть, а Абракас сверлил меня насмешливым, сомнительным взглядом, словно я была нерадивой, ни на что не способной дурочкой.       — Абракас, если ты во мне сомневаешься, скажи об этом вслух, — вкрадчиво проговорила я, глядя ему в глаза. Но он лишь хмыкнул и уткнулся в тарелку.       «Да уж, кое-кто не считает нужным обсуждать свои решения с «подчинёнными». Эх, помяни моё слово Томми, когда-нибудь это выльется в проблему».       Обсуждения стихли, и то и дело кто-нибудь да бросал на меня изучающие взгляды, но я мирно доедала свой завтрак, давая переварить мальчишкам неожиданную новость. А когда звон колокола ознаменовал конец завтрака, почти сразу поднялась из-за стола и направилась к выходу на улицу.       Я закурила прямо на ступеньках школы, ведь уже скоро было нужно мчаться на шестой этаж в кабинет трансфигурации. Но едва я сделала первую затяжку, дверь за спиной скрипнула и послышался любопытный голос:       — Ну что, Ивонет, теперь ты с нами?       — Ты слышал Тома, — я подняла глаза и всмотрелась в плохо выбритое лицо, а взгляд Антохи тут же скользнул в сторону.       — Никто не ожидал такого поворота, — подтвердил он, присев ко мне на ступеньку и зажав сигарету меж зубов.       — Ещё бы вы ожидали! — усмехнулась я, а едкий дым тут же обжёг слизистую, и из моего рта теперь вырвались хриплые смешки.       — Не хочу язвить как этот напыщенный фрик, — задумчивым голосом произнёс Антоха. — Но… Вообще-то я ищейка ещё та! И как так вообще произошло, что Том решил рассказать тебе о проходах?       — Женское обаяние не знает границ, — заискивающе промурлыкала я, а рядом послышался такой же хриплый смех.       — Навряд ли на Тома оно когда-нибудь подействует, — Антоха улыбнулся, словно зная Тома лучше кого бы то ни было, и стряхнул пепел на ступеньку.       — Ты хорошо его знаешь?       — Хорошо? Лучше чем эти аристократишки уж точно!       Я недоумённо вытянулась, ведь до этого я даже не задумывалась над тем, каково же было русскому человеку в англоязычной школе на отшибе. Только вот разве Антоха не жил здесь с детства?       — А разве ты не?..       — Наша семья бежала от Советских властей, — вдруг выдал он, выдохнув струйку дыма. — В тридцать восьмом году, когда мне было десять, моего отца выгнали из партии. Не знаю уж за что конкретно его так возненавидели, но, когда к власти пришла ежовщина, дела стали совсем плохи. А в один день за нами приехали чёрные воронки… НКВДшники сраные! Но я только мельком успел увидеть, как они выломали дверь в подъезд нашего дома. Конечно, им бы потребовалось куда больше времени, чтобы разобраться с чарами, но за нами следили ещё и волшебники… Мы всей семьёй, благодаря связям отца, по порталу перенеслись в какой-то странный дом… Знаешь, тогда я в первый раз увидел отцов Роди и Абракаса, а потом несколько дней общался только с матерью и гулял по бесконечным коридорам того особняка. Как-то раз я набрёл на лабораторию, в конце которой была толстенная железная дверь. Не знаю, каким макаром, но её забыли закрыть, и я пробрался внутрь. До сих пор не могу забыть, что я там видел…       «Большая железная дверь?.. Где-то я это уже видела».       — Что ты там видел, Антоха?       — Я… — он осёкся, раздражённо выкинул бычок, и, поежившись, наклонился ближе ко мне. — Не знаю, Ивонет, я до этого ещё ни с кем кроме Тома не делился. В общем… Это… Это были какие-то чудовищные всплески света! Крики, словно кого-то разрывало на части!.. Я, конечно, не из пугливых, но это было слишком даже для меня... Ещё несколько дней мы прожили там, а потом уехали. Было тяжело адаптироваться, но постепенно жизнь нормализовалась: отец купил дом, получил должность в министерстве, меня отправили учиться сюда. А потом…       — Постой! А какая у твоего отца должность в министерстве?       — Он заместитель министра магии, — как-то странно на меня взглянув, ответил Антоха, а у меня в голове промелькнула догадка.       «Так значит вот, кто из кабинета министра доносит всё Грин-де-Вальду! Да и дверь эта… Я ведь тоже её видела. Ну не может это быть совпадением!»       — А что?       — Да нет, просто так… — протянула я, так же выбросив уже сто раз истлевшую сигарету. — Так что было потом?       — Наверно, Том заметил во мне то, чего не замечали другие. Он помог мне освоиться, впихнул в нашу компанию, хотя некоторые не особо были рады меня видеть. Он стал для меня другом. И теперь я бесконечно ему предан.       «Ловко, ловко, ничего не скажешь», — я изучала взглядом собеседника, поражаясь про себя, в какое же фантастически трудное время прошло его детство. Не то чтобы я желала оказаться в союзе в эту эпоху, но с научной точки зрения, было бы здорово увидеть всё это хотя бы глазами Антохи, пусть он и был ребенком. Но тут над головой, словно приговор, раздался звон колокола.       — Чёрт! — воскликнула я и молниеносно подскочила, ринувшись обратно ко входу.       — Эй, Ивонет, ты так торопишься к старику Дамблдору?! — донеслрсь мне вслед, но дверь уже захлопнулась, а я понеслась вверх по ступеням.       «Ну да… Кот Баюн Грин-де-Вальд и здесь преуспел. Господи! Тридцать восьмой год, ежовщина, репрессии! Какие многоходовочки…» — я буквально летела по ступеням, ещё чудом не свернув себе шею, а в голове так и крутились таинственные взаимоотношения Геллерта с отцами моих товарищей. И сколько подобного ещё вскроется? И коснётся ли это всё меня?       — Извините за опоздание, профессор Дамблдор! — наверное, чуть громче положенного воскликнула я, ворвавшись в класс Трансфигурации.       «Чёрт, первая парта уже занята! Надо как-то их отсюда выкинуть! Ай.. А может не стоит проявлять такое рвение, вдруг со стороны это выглядит подозрительно?»       — Доброе утро, Ивонет, проходи, — мягко проговорил Дамблдор, приспустив очки полумесяцы. — Может, в качестве компенсации за опоздание, ты расскажешь нам, как превратить стул в колибри?       — Э-эм.. Знаете, сэр, я лучше наглядно продемонстрирую!       Я тут же взмахнула палочкой, и стул под мальчишкой за первой партой превратился в птицу, а тот больно шлёпнулся на пятую точку. Только вот едва чирикающее существо показалось свету во всей красе, стало ясно, что никакая это не колибри, а розовый воробей!       — Надо же, мисс Иммортали, никогда не видел таких колибри, — съехидствовал профессор, а я виновато вздохнула и спрятала палочку за спину.       — Ивонет, ты так торопилась, что забыла сумку на крыльце! — за спиной раздался бас Антохи, и я аж подпрыгнула на месте от неожиданности, а он прошагал в класс и всучил мне сумку.       — Ух ты! А что это за разноцветный воробей у вас здесь летает?       Я закрыла ладонью лицо, представляя, как бы посмеялся Геллерт, тренировавший меня целый месяц, но ведь учили меня боевой магии, а не стулья в колибри превращать!       — У Ивонет просто специфические представления о колибри, — посмеиваясь, ответил Дамблдор, а рядом послышался голос Антохи:       — Так это должна была быть колибри? — я обреченно закатила глаза к потолку, а по классу уже разносились коротенькие смешки, и тут Антонин взмахнул палочкой, ловко превратив воробья в изящную, миниатюрную экзотическую птичку.       — Браво, мистер Долохов! — Дамблдор улыбнулся, взмахнул палочкой, вернув бедному мальчику стул, и пригласительно указал руками в сторону свободных парт. — Отличное волшебство уровня ЖАБА.       — Ц-ц, колибри, колибри. Да ну вас, — тихо проворчала я Антохе, когда мы разместились за столом.       — Ивонет, тебе надо просто больше концентрироваться! — рассмеялся мой сосед по парте, а я смерила его недовольно-показушным взглядом и проворчала:       — Я вообще боевой маг, а не вот это…       — Ну тогда тебе вообще не о чем переживать! Дамблдор сам бы с удовольствием спихнул Томпсон с насиженного места и занялся защитой…       — Да?! — поражённо воскликнула я, а с другого конца класса послышалось предупреждающее:       — Ребята, будьте потише!       Я мельком взглянула на профессора в синей мантии с россыпью серебряных звёзд и вернула внимание Антонину, на что тот заискивающе сверкнул глазками и наклонился ближе.       — Он вообще уже несколько лет пытается занять эту должность, но пока что его доводы недостаточно влияют на Диппета. Да и Дамблдор сейчас занят другим… Хотя это не мешает ему вести свой предмет, занятия по магловедению, да ещё и дуэльный кружок!       — Это точно, — усмехнулась я, а профессор уже объяснял теорию новых чар. — Всё-таки хорошо, что мы опоздали, а то я домашку не сделала…       — Та пошли они со своими эссе! — хрюкнул Антоха, и мы захихикали как две крыски, а потом достали перья и принялись предписывать материал с середины.                   

***

      — Ай, хорошо жить на свете! — воскликнула я, когда мы всей компанией вышли на улицу, как всегда пропуская мою нумерологию и их занятие по выбору. Правда меня до сих пор удивляло, как это так у двух курсов совпали эти самые занятия, но… это было их делом. И, если честно, больше ни в какие тайны лезть не хотелось.       — Да-а!.. Побыстрее бы обед, а то я уже есть хочу, — Антоха грел лицо на солнышке, пока остальные мальчики разбирались с мётлами. А я довольно улыбнулась и сказала:       — Да, что-то гречки захотелось!       — Ну и темы для беседы, — фыркнул Малфой, щурясь от яркого солнца. — К тому же, какая к чёрту гречка, ей кормят скот!       — Ему не понять русского человека, — Антоха посмотрел на меня, и мы рассмеялись в голос, а потом я шлёпнулась прямо на зелёную траву и раскинула руки в стороны.       — Слушай, Ивонет, а может нам научить тебя самой управляться с метлой? — вдруг предложил Антоха, и все обсуждения разом смолкли, а я прям-таки кожей почувствовала, как мою спину прожигало шесть пар глаз.       — А, давайте! — я резко села и с вызовом посмотрела на раззадоренного Антоху, который только и ждал команды старта.       — О-о-о! — вокруг сразу поднялся дружный вой, а Антонин подскочил ко мне, схватил за руку и потянул на себя.       — Вот, смотри! — он положил метлу рядом с правой ногой, и в ту же секунду она оказалась у него в руке. — Возьми у Малфоя!       Антоха молниеносно развернулся на сто восемьдесят и прежде, чем Абракас успел среагировать, с помощью заклинания притянул его метлу ко мне. Конструкция явно была дорогой, а не такой, какую каждый обычный человек привык видеть. Веточки были словно обмазаны гелем, чтобы ни одна не выбивалась из общей конструкции, имели определённую изогнутую форму. Древко из красного дерева с выведенной фирмой по средние, и куча каких-то примочек по бокам.       — Класс, — я сощурила глаза и положила метлу рядом с ногой, а потом силой мысли попробовала призвать её подняться. Но ничего не произошло.       — Не всё так просто, — послышался гаденький голосочек блондина, а я вопросительно взглянула на Антоху.       — Смотри, когда ты вытягиваешь руку, если метла не твоя, то нужно крикнуть «Вверх!», — пояснил он, а я снова протянула руку и сосредоточилась на объекте.       — Вверх!       Но снова ничего не вышло, и я ещё более раздражённо крикнула:       — Вверх!!!       Древко даже не думало шевелиться, а со спины ко мне подошёл Аб и безмолвно поднял древко в воздух.       — Видимо, тебе нужна никому не принадлежащая метёлка из кладовки.       — Да нормальная ей метла нужна! Вот, попробуй с моей, — возмутился Антоха и сунул на место метлы Малфоя свою.       — Вверх! — призвала я, но в который раз ничего не вышло. — Ну, вверх е-мае!       — Да ты не так делаешь!       — А как надо?!       — Так ты почувствуй просто! — объяснил он и тут же накрыл своей ладонью мою руку. — Давай.       — Вверх… — уже без особого энтузиазма протянула я, но вдруг древко молниеносно взметнулось в воздух, чуть не отбив мне пальцы.       Вокруг раздался довольный гул, а я облегчённо вздохнула, а Антоха зря времени не терял и схватил меня за щиколотку.       — Ай, осторожнее! — я вырвала ногу и сама сунула ее за металлическую перегородку. — Скажи просто, что делать, и я всё сделаю!       — Ой, недотрога, — закатил глаза мой учитель и поднялся с корточек на ноги. — Ладно. Значит суй вторую ногу за левое крепление и садись к кончику метлы.       Я неуклюже протиснулась и осторожно присела к хвосту, словно до этого никогда не летала, но почему-то в одиночку даже сидеть было неудобнее.       — А теперь толкайся ногами и лети!       — А можно мне другого учителя… — протянула я, покосившись на остальных, а потом под дружное ржание и обидное мычание Антохи, толкнулась ногами и зажмурила глаза.       — Если ты так и будешь висеть на месте, то скоро упадёшь, — послышалось над ухом, а я открыла глаза, и тут же горло сдавил крик. По ощущениям я отлетела от земли на пару метров, а на деле же мальчики, оставшиеся внизу, казались мне с метр ростом.       — Тихо! Вот так и знал, что нельзя тебя одну отпускать! — Малфой принялся судорожно останавливать мою метлу, начавшую вертеться во все стороны, а у меня потихоньку начинала кружиться голова и руки сами собой расцеплялись.       — Ты можешь просто успокоиться? Ивонет! Ты меня слышишь?!       Голос доносился сразу со всех сторон, но мне никак не удавалось взять верх над взбесившейся метлой. Напротив, при попытке она начинала ещё больше крутиться.       «Так, спокойно, надо взять верх над эмоциями! — успокаивала я себя, пока глаза не видели ничего, кроме смазанных пятен. — Малфой не даст мне упасть, всё будет хорошо!»       — А с каких пор ты доверяешь этому прохвосту? — отзывалось подсознание, и в целом здравым умом я понимала, что была полностью с ним согласна.       «Ну же, остановись! Давай! — умоляла я, стискивая изо всех сил древко и упираясь ногами в подставки. — Нет, так дело не пойдёт! Как же тебя остановить?!»       И тут мою голову пронзила мысль. Я наоборот расслабила руки, зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. И на удивление, метла перестала вертеться и полетела! Правда в том же бешеном ритме.       — Ивонет, ты куда? — донеслось мне в догонку, а уши уже заложило от воя ветра. Причём, весьма холодного на высоте.       — Я лечу! — заверещала я, предполагая, что внизу меня ещё можно было расслышать. — Вы видите, я лечу?!       Правда в скором времени я поняла, что метла летела куда было надо ей, а если быть точнее, то прямо в стену одной из башен замка.       — А как ей управлять-то?! — громче прежнего заорала я, пока Малфой пытался догнать скоростную метелку Антохи, припустившую, словно за нами гнались самые отпетые бандиты.       «Так, ладно, спокойно! Просто поведу в сторону!»       Но видимо я слишком резко дернула рукоятку и метла резко сменила курс, чуть не сбросив меня прямо с высоты пятнадцати метров. И полетала, мать твою, в кусты.       — Нет, мне надо наверх, а не вниз! — в ужасе заверещала я, пока земля неумолимо приближалась. — Нет!       Я со всей дури потянула древко метлы на себя, а та стала параллельно тормозить и подниматься вверх. И, казалось бы, еще чуть-чуть и Абракас остановил бы меня, но я снова взмыла вверх. Страх проходил, а острые шпили башен остались позади, правда мне не нравилась та высота, на которой я летела. Больно уж большим был риск летального исхода, если не справиться с управлением.       «Так, надо спускаться. Только плавно! — пока я пролетала над поляной, стала давить на метлу и наклонять её вниз, но теперь без резких движений. — Осторожно, осторожно… Осторожно е-мае!!!»       К сожалению, я слишком поздно заметила, огромную иву прямо рядом с опушкой, и со всей дури врезалась в ствол.       — А-а-ай!!! — завыла я, почувствовав нестерпимую боль в ребре. Но тут неожиданно огромная ветвь дерева, на которой я лежала, начала шевелится. Или мне показалось?..       — Ивонет, вот ты где! — мальчики дружно подлетели на метлах, правда я уже с ужасом осознала, что чёртово дерево реально шевелится! — Осторожно, сейчас мы тебя вытащим!       Но едва Хью Нотт приблизился ко мне, гигантская ветвь с силой отбросила его на пару метров в сторону, а следующая уже тянулась к метле, где вдвоем сидели Эйвери с Антохой.       — Ивонет!.. — крикнул Сигнус. Но его в ту же секунду отбросило куда-то вниз, а я завопила от ужаса, ведь ветвь обвилась вокруг меня тугим кольцом, грозя сломать мои ребра, как щепку.       — Ну уж нет! — завыл Орион и метнул какое-то заклятие в дерево, правда ива только больше обозлилась и потянула свои корни к нему. Послышался вопль, и Ориона пригвоздило к земле, а откуда-то сверху послышалось громкое:       — Ребята, держитесь, мы за Томом!       «Какой к чёрту Том?! Профессуру сюда надо, нас же перелопатит всех! — в ужасе подумала я, а меня всё больше сдавливало, лишая спасительного кислорода».       Правда, в ту же секунду откуда ни возьмись появился Малфой с какой-то странной штукой в руках и кинул её в извивающиеся ветви.       — Не тупи, Ив! — крикнул он, и в ту же секунду я заметила, как хватка ослабла, и сделала судорожный вдох. Правда лёгкие тут же обожгло, а сильные руки подхватили меня, и мы взмыли вверх. Туда, где бы нас не достали щупальца химеры.       — Вот так, осторожно, — хрипел Абракас, укладывая меня где-то на опушке, а я пыталась сказать о том, что сломала ребра, но изо рта вырывались лишь нечленораздельные вздохи. — Терпи, я не умею такое лечить! Скоро придет Том!       «А он прям умеет, да?!» — хотелось закричать мне, но я лишь откинулась головой на траву и принялась считать вздохи.       — Какого чёрта?! — через пару минут Том появился прямо в небе и спикировал на нас, а я с облегчением выдохнула, уже согласная на любую помощь. — Чёрт, да она вся синяя!       — Сделай что-нибудь! — заверещал Малфой, а на до мной склонилось четверо встревоженных лиц.       — Живо летите к иве! У самого короткого корня вроде как есть участок, при нажатии на который она замрёт и перестанет буйствовать! — гаркнул Том, и парни второпях оседлали мётлы и пустились спасать товарищей.       — Задержи вдох, — приказал он, и я послушно выполнила приказ, а уже в следующую секунду рёбра пронзила такая боль, что из моего рта вырвался полный боли вопль.       Едва я осознала, что это означало, перестала кричать и принялась делать судорожные вздохи, и теперь ничего не препятствовало мне это делать! А потом взгляд упал на разъярённого старосту.       — Я спас тебе жизнь во второй раз, — констатировал он, а я, едва услышав это, протяжно завыла и снова откинулась на опушку.       — Чего ты ждёшь? — вдруг страх сковал лёгкие, и я снова выпрямилась, с выпученными глазами глядя на Тома.       — Слов благодарности как минимум, — непонимающе протянул он, но я тут же схватила его за плечи и прокричала:       — Чего ты ждёшь, а если кто-то ещё сломал рёбра у ивы?!       Том тут же с ужасом распахнул глаза и подскочил, а следом взмыл в воздух, стремительно удаляясь в сторону грозного растения. А мне не оставалось ничего, кроме как ковылять за ним.       «Ох, какой кошмар, как мне теперь идти на дуэльный кружок?.. Вот так и знала, что что-то произойдёт! Чёрт!»       Едва я издалека завидела, как ива перестала всех дубасить корнями, чуть ли не завизжала от радости и бегом пустилась по траве, правда чуть-чуть прихрамывая, ведь место недавнего перелома ещё ныло.       — Все живы?! — крикнула я, таки подбежав к мальчишкам, а все они уже потихоньку поднимались с земли и приводили себя в порядок с помощью магии.       — Да-а, ну и ну, она и правда остановилась! — восторженно прогудел Орион, а я вскинула брови, ожидая любой другой реакции, кроме этой. Их же чуть не убило из-за меня!       — Да… Том, а как ты узнал? — вторил Сигнус, на что Том неопределённо повёл плечом и ответил:       — Как раз таки сидел в архиве сейчас и разбирался с теми записями, где говорится про иву.       — Да, поэтому мы не сразу его нашли… Ух, я думал без лазарета сегодня никак не обойдётся! — Антоха поражённо провёл пятернёй по мокрым волосам и посмотрел в мою сторону. — Ивонет, ты живая?!       — Ещё да, — облегчённо вздохнула я, а Антоха подпрыгнул ко мне и со всей дури сжал в объятьях. — Ну слава Богу, а то я уж думал всё!       Но он тут же отпрыгнул на добрых полметра, едва я завопила от боли, пронзившей ребра с правой стороны.       — Ой-ой прости пожалуйста, я не специально! — тут же заверещал он, а я пару секунд постояла с перекошенным лицом, выпрямилась и виновато проговорила:       — Это ты меня прости, твоя метла наверно сломалась…       — Да, сломалась, но это ничего, пустяки! — заверил Антоха, выудив из кармана пачку сигарет. — Отец мне новую пришлёт. Ух, ну и полётик!       — Эй, нет, так дело не пойдёт! Я куплю тебе новую! — тут же заверила я, возмущённо посмотрев на Антоху, а тот удивлённо вскинул брови и прохрипел:       — Да брось, Ивонет, ты же сирота, откуда у тебя столько денег?       — Значит я возьму у кого-нибудь в долг! И буду отдавать с заработанных денег!       — Ты его за всю жизнь не погасишь! Всё, хватит, живая, и уже хорошо! Ничего мне не надо…       — Зато мне ты теперь должна по горло, — темнее тучи заявил Том, скрестив руки на груди. — И если вы ещё не заметили, то там под корнями открылся проход.       Я сокрушённо вздохнула, а вот все парни загудели и дружно двинулись туда, куда указал командир.       — Ничего себе, да там целый тоннель! — оповестил Антоха, полезший в проход вместе с Эйвери, как самые не потрёпанные.       — Отлично, мы наконец-то его нашли, — довольно заключил Том, двинувшись ближе к дереву. — Идём, проверим, куда он идёт, а то ива замерла не навечно.       — Том, но Ивонет сломала рёбра, а Сигнус с Орионом получили синяки и шишки, — неожиданно вставил Малфой, обведя глазами собравшихся. — Может, лучше в другой раз?       — Я не собираюсь потом снова усмирять иву и искать корень, открывающий проход, — со сталью в голосе проговорил Том, однако с сомнением покосившись на потрёпанную меня и ребят.       — Ладно, вы трое в замок, остальные за мной.       — Ивонет, постарайся дожить до нашего возвращения, — кинул Абракас, а мне лишь оставалось пустым взглядом смотреть туда, где они исчезали во тьме. Тем более, что отвечать смысла уже не было.       В итоге мальчики пропустили обед, а я поклевала особо не вдохновлявшую еду, и первый раз, невзирая на сырость, добровольно спустилась в подземелья, без сил упав на кровать. И сознательно послав на три буквы травологию вместе с вонючкой Бири.                   

***

      Сон получился не очень спокойным, ведь где-то на подкорке постоянно крутилось, что мне никак нельзя проспать дуэльный кружок. Таким образом я и вскочила с кровати, подгоняемая чувством, что время уже поджимает. Часы показывали начало шестого, свидетельствующее о том, что скоро мои соседки вернутся с занятий и начнут наводить марафет. Так что я быстренько собралась с силами и пошла в душ отмываться от приключений, тем более впереди уже маячили новые… И ведь было какое-то гадкое чувство на душе, что я что-то забыла!..       Вечером Большой зал было не узнать. Все пять столов исчезли, освободив место для зрителей; свечи под потолком превратились в звёздное небо. Флаги факультетов слились в один огромный герб Хогвартса, а в середине зала поставили длинный подиум, на котором уже стояли Дамблдор вместе с Томпсон.       — Дорогие мои! — начал профессор трансфигурации, обведя глазами всех собравшихся. — Совсем скоро мы начнём. Сегодня, как и на последующих занятиях, вы все получите возможность практиковать свой дуэльный навык в течение трёх месяцев. То есть до самой зимы. В главном холле размещены расписания проведения занятий. Ознакомьтесь с ними позже. А сейчас, пожалуйста, разбейтесь на пары и приготовьтесь к дуэлям!       Толпа загудела, все стали разбиваться на группы, некоторые отошли в стороны и предпочли остаться зрителями. А мы с Антохой как всегда встали в стойку и приготовились к сражению.       — Как вы знаете, мы с профессором Дамблдором каждый год проводим краткий курс самозащиты для всех возрастов… Сегодняшний урок мы хотели бы начать с очень полезного заклятия «Протего»!       — Напомню, что использование опасных для жизни заклинаний категорически запрещено! — Дамблдор также встал в стойку и выставил щит, а Томпсон тут же наслала на него какое-то пустяковое заклинание.       Шум вокруг сразу же увеличился стократно. Сотни палочек падали, искры шипели, заклятия с шумом ударялись об щиты. Через пару минут профессора спустились с подиума и принялись раздавать советы, в основном мелюзге.       — Следующим полезным, необычным и многим неизвестным заклятием, станет «Каве инимикум», с латинского «Остерегайся врага».       — Вся суть чар в том, чтобы создать вокруг себя защитный купол, сделав себя невидимым для людей снаружи него! — объяснила Томпсон, вторив Дамблдору, а я удивлённо посмотрела на Антоху и прошептала:       — Ого! Я никогда о таких не слышала…       «А что, моя дорогая, ты думала, Геллерт тебя всему научил за месяц?» — протянул голосок в голове, а я недовольно цыкнула и принялась слушать объяснения Антохи:       — Это пустячные чары, ничего сложного в них нет. Но если рассматривать с точки зрения практики, против сильного волшебника они ничем не помогут, нужно учить более сложные варианты.       — Ох, ясно, — вздохнула я, посмотрев в сторону сцены, где профессора старательно разъясняли формулу заклинания. — Научишь?       Антоха понимающе улыбнулся, ведь стояли мы довольно далеко от основного действия, и принялся выписывать в воздухе какие-то загогулины, а я старательно следила за его движениями и повторяла.       Так прошло ещё около сорока минут и первый успешно проведенный урок подошёл к концу… Только вот едва ли мои нервы дошли до предела, ведь я так и не смогла подобраться к Дамблдору, как на весь зал прозвучало громогласное:       — А сейчас, по традиции, последние десять минут урока мы проведём дуэль! Кто хочет попробовать себя? — Дамблдор зорко оглядел толпу, и пока дети стояли и неуверенно озирались на своих товарищей, я поняла, что это мой шанс.       — Я!       Цепкий взгляд тут же упал на меня, а вокруг воцарилась гробовая тишина, и даже мои товарищи, находившиеся где-то поблизости, не отпускали никаких шуточек и подъебов.       — Почему-то я даже не сомневался! — наконец Дамблдор радушно улыбнулся и пригласительно махнул рукой, а я принялась пробираться через толпу. Впрочем, этого делать не пришлось, дети сами расступались, с интересом глядя мне вслед.       — И с кем же ты хочешь провести дуэль, Ивонет? — спросил профессор, подняв кустистые брови, а я, поднявшись на подиум и не глядя по сторонам, уверенно заявила:       — С вами. С кем же ещё?       Не успел он удивиться, из-за спины послышался довольный смех рыжей акулы, а я продолжала неотрывно следить за его эмоциями. Только вот ничего, кроме удивления на его лице не сквозило.       — А вот теперь я ничего другого не ожидала! Браво, девочка! Дамблдор, а ты берегись, эта леди коварно пользуется проклятиями!       Профессор трансфигурации как-то странно и одновременно хитро усмехнулся, словно говоря этим: «Ну посмотрим кто кого», и вернул внимание мне. А я пригласительно улыбнулась и подняла палочку вверх, ознаменовав финальную готовность к дуэли.       — Давай, всё получится. Если что я рядом, — прошептала профессор, когда мы разошлись на положенное расстояние, а в моих ушах громом раздавался стук сердца, почти заглушая все посторонние звуки.       Совсем недавно уяснив, что исход дуэли часто предопределяет первая атака, я, не дожидаясь удара, первой наслала невербальный Петрификус Тоталус, с недавних пор начавший отлично получатся. Стараниями Томпсон в том числе. Дамблдор выставил настолько мощный щит, что заклятие срикошетило и попало бы в ученика, но Геральда была на подхвате и мастерски устранила проблему. Только вот мне было не до наблюдения за обстановкой, ведь в ответ было запущено обезоруживающее заклятие Экспеллиармус. Я защитилась Протего, решив не тратить силы на более мощные чары, но едва ли силы, затраченные сейчас, можно было назвать пустяковыми. По силе мне с ним было явно не тягаться, но хоть что-то должно было выйти!       — Импедимента! — я послала заклятие помех, а мой оппонент перенаправил его в меня сражу же! И я едва ли успела увернутся с помощью Фините Инкантатем.       Кажется, вокруг раздавались подбадривающе голоса и восклики, но моё внимание привлекало совсем не это. Противник не пользовался сильными чарами, проблема была в том, что даже самые базовые заклинания у него были гораздо сильнее моих. Причём, почти самых коварных!       — Брахиабинда! — я запустила более мягкий вариант «Инкарцеро», связывающий противника на месте, но Дамблдор, использовал какой-то непонятный щит, и чары соскользнули с него, даже не коснувшись.       «Что за чёрт?.. Или это какая-то особо сильная магия?»       В любом случае думать было некогда и, отбившись от Остолбенея, я решила проверить свои догадки и крикнула:       — Аква Эрукто!       Дамблдор открыл портал, чтобы мощный поток воды ушёл туда. Да, чёрт возьми, это было рискованно, ведь в прошлую мою такую попытку Томпсон знатно окатила меня водой. Но этот риск будет оправдан! Пока его внимание было сосредоточенно на устранении проблемы, я всего лишь невербально создала стайку птиц, предназначенную для создания мелких неприятностей над головой противника. Они сменили направление, не долетев до цели полметра, словно их перенаправили силой мысли. Но такого просто не могло быть! А Дамблдор почти сразу же сжёг птиц, сделав вид, что всё честно. И всё же, я всё видела!       — Авифорс! — со злости я применила сложные чары транфигурации, превращающие живой объект в стаю птиц или чего-то похожего. Но увы, несколькими часами ранее, мной было продемонстрировано умение трансфигурировать стул…       Так что что-то пошло не так. Только вот я поздно заметила, что конкретно. Вместо ответного заклятия ко мне приближалось что-то конкретно дурно пахнущее, а в моменте в голове промелькнула мысль, что же я забыла сегодня сделать. Сварить новую порцию зелья. И если с ним я ещё кое-как успевала, чтобы не прерывать приёма, то защитится от этого я уже не могла никак. В меня летела огромная, вонючая, и позорная порция ДЕРЬМА!       Секунды тянулись одна за другой. Я даже успела мельком увидеть ошалелое лицо Дамблдора, почти пустившего в меня заклинание. И наконец навозная бомба достигал своей цели. Этот момент я запомню на всю жизнь.       — Ивонет?.. — неуверенно позвал профессор, сочувствующие глядя на облитую с ног до головы меня. Но в данный момент мне было совсем не до него. Бегущей строкой в моих глазах читался трёхэтажный мат, и обращён он был в сторону того, кто это сделал. А если быть точнее, то это сделал не один человек и даже не два. Под ехидное хихиканье Пивза, быстро растворившегося в пространстве, я медленно развернулась и отыскала глазами стайку девчонок, с чьих миловидных лиц не спадали довольные сучьи улыбочки.       В какой-то момент плотину прорвало, и по залу стали раздаваться смешки, перерастающие в хохот, а я таки ничего не могла поделать. У меня нет чёртовых доказательств, что это сделали они, но, блять, я чувствую! И ведь ничего не могу им сделать прилюдно!.. Ну подождите, мы ещё посмотрим, кто кого опозорит. Любимые соседушки…       — Ивонет, позволь я тебе помогу… — снова подал голос Дамблдор, а я, еле как подавив желание кого-нибудь прибить, развернулась и проговорила на сколько это было возможно будничным тоном:       — Конечно, профессор.       Мастер трансфигурации взмахнул палочкой, и все следы позора тут же стёрлись, и я, гордо вздёрнув подбородок, спустилась со сцены и направилась к выходу из зала. Вслед раздавались свист и смешки, но я не обращала на это никакого внимания, только непоколебимо шагая вперёд, на воздух. И вот, когда дверь была так близко, раздался встревоженный крик:       — Ивонет, подожди!       — Не трогайте меня! — тут же разъярённо взвизгнула я, наотмашь отмахнувшись от рук Антохи, за которым ещё раздавался топот чьих-то ног.       «О-о-ох, противные суки! Что же за день сегодня такой?!»       Буквально вылетев на воздух, я бегом пустилась прочь от замка по спутанной зелёной траве. В ушах до сих пор стучало, а, когда гнев достиг своего апогея, я резко затормозила у самой кромки озера и в голос завыла от безысходности. Следом в воду пинком ноги полетел камень, потом я с помощью магии раскрошила увесистый булыжник, но чёртова злость всё никак не проходила, хотя раньше у меня довольно быстро получалось брать себя в руки.       — Ивонет!..       Я резко развернулась и уставилась на Антоху, Роди и Абракаса, неуверенно мявшихся друг за другом, а потом возмущённо крикнула:       — Что?!       Ответа не последовало, а я, наконец, поняла, куда можно было выпустить свой гнев.       — Чего вы от меня хотите?! Понравилось увиденное?! Можете сказать спасибо нашим сокурсницам, их довольные рожи не видел только слепой!       — А почему… Почему ты… Почему ты решила, что это были именно они? — проблеял Антоха, аккуратно подбираясь ко мне мелкими шажками, словно опасаясь, что я ударю его каким-то заклятием.       — А ты действительно не понимаешь?! — осипшим от возмущения голосом проскрипела я, поочерёдно оглядев всех собравшихся. — Вы серьёзно не видите?!       Мальчики неуверенно покачали головами, а я ещё пуще прежнего завыла и плюхнулась на землю.       — Да ещё в начале сентября мои соседки по комнате были полны возмущения, как это так я попала в самую обсуждаемую компанию школы?! Мне же нельзя! Я же сиротка без громкой фамилии! Я тогда вполне справедливо послала их куда подальше, но нет, они затаили на меня обиду и всё это время готовили план сраной мести! Такой глупый поступок! И всё эта девчачья ревность к кучке красавцев! Сука…       — Эм, ну ты… — начал Антоха, но я лишь махнула рукой и крутанулась на сто восемьдесят, достав из кармана сигареты.       — М-да… — протянул Малфой, осторожно присев рядом и искоса глядя на меня. — Ситуация.       Я, уже раскурив сигарету, только флегматично повела рукой, мол, да, херня случается. Но тут Роди вдруг воодушевлённо воскликнул:       — Ивонет, а помнишь в прошлый раз мы здесь видели русалок?! — я вздохнула и из последних сил повернулась к нему через плечо, недоумевая, к чему это вообще было сказано. — Я знаю пару фраз на русалочьем языке, хочешь, могу их позвать?       — А они нас не сожрут?.. — озвучил мои мысли Антоха, а я неуверенно посмотрела на Роди, но всё же слабо кивнула. Он подошёл к кромке воды и стал бормотать что-то странное, а мы втроём скептически следили за его действиями, пока из воды не вылезла русалка…       Я предусмотрительно отползла подальше, нащупав в кармане палочку. Хотя мозгом я прекрасно понимала, что против такой толстенной чешуи моя магия вряд ли поможет. И тут русалка заговорила:       — Что нужно тебе, человек?       Мы удивлённо выпучили глаза, ведь это был английский с немного странным акцентом. Видимо, с русалочьим.       — Ты понимаешь по-человечески? — первым удивился Антоха, но амфибия тут же оскалилась и надменно на него взглянула.       — Я живу на этой планете сотни лет, дитя. Конечно, я понимаю вас, оборванцев.       Я продолжала поражённо смотреть на существо, чья голова скорее напоминала по форме голову акулы-молота, цвет кожи был мутно-зелёно-фиолетовый, а по всему телу россыпью свисали бородавки и наросты.       — Эй, Антоха, а какая из девчонок за тобой бегает? — вдруг спросил Малфой, тоже с опаской глядя на гостью, а Антонин, «в прострации прибивающий», дёрнулся и проговорил:       — А? Какая девчонка?       — Я говорю, кто из соседок Ивонет к тебе не ровно дышит?       Тут уже я вопросительно покосилась на интригана, безмолвно кивнув, как бы спрашивая, что он задумал. А хитрец довольно улыбнулся, искоса глядя на русалку, и принялся излагать план мести мне и нашей новой знакомой.