Глава 8. Охотники

      Джунгли в тот день были странно тихими.       Не пустыми — жизнь вокруг всё равно шевелилась, шуршала, кричала — но привычный ритм леса будто сбился. Птицы поднимались раньше, чем я успевал их заметить. Обезьяны держались выше в кронах. Даже ветер казался осторожнее.       Я шёл по следу кабана.       След был свежий: взрытая земля, влажные отпечатки копыт, сломанная ветка. Запах зверя держался в воздухе тяжёлой тёплой нитью. Я чувствовал его так ясно, что почти видел перед собой.       Кабан был крупный.       Он держался у ручья, где земля была мягче. Я заметил его раньше, чем он услышал меня.       Зверь стоял между корней огромного дерева и рыл землю пятачком.       Я не стал медлить.       Два быстрых шага.       Прыжок.       Кабан успел повернуть голову, но я уже был рядом. Руки нашли его шею, пальцы вжались в жёсткую шерсть. Тело зверя ударило меня грудью, тяжёлое, горячее, полное силы.       Он бился яростно.       Путь обратно к храму занял меньше времени, чем обычно.       Чем ближе я подходил к Си-Цо, тем сильнее становилось ощущение… неправильности.       Запах.       Я остановился.       Ветер принёс дым.       Не тот тихий запах очага, к которому я уже привык. Этот был резче — свежий, грубый.       Я ускорил шаг.       Через несколько минут деревья расступились, и я увидел храм.       Каменные ступени.       Статуя тигриного бога.       И тишину.       Кабан тяжело скользнул с плеча на землю.       Я поднялся по ступеням.       Дверь была распахнута.       Внутри всё было перевёрнуто.       Сосуд с водой разбит. Ветки очага раскиданы по полу. Стены, где Ло Ду рисовал знаки, испачканы грязными следами.       Я сделал шаг.       Под ногой хрустнула глина.       И увидел его.       Старик лежал у стены.       Посох был рядом. Он сжимал его даже после смерти.       Я опустился на колено.       Кожа уже остыла.       Глаза были открыты.       На груди — тёмное пятно.       Кровь высохла.       Я долго смотрел на него.       Потом медленно закрыл ему глаза.       Запах вокруг стал сильнее.       Чужие люди.       Много.       Я поднялся.       Следы были везде. Тяжёлые сапоги, грубая кожа, запах железа. Они не пытались скрыться — наоборот, двигались уверенно.       Я вышел из храма.       На ступенях ветер подхватил запах и повёл его вглубь джунглей.       Я пошёл.       Сначала быстро.       Потом бегом.       Джунгли расступались передо мной. Я почти не смотрел на землю — запах держал путь яснее любой тропы. Пот, кожа, дым, кровь.       Иногда попадались следы борьбы.       Сломанные ветки.       Капли крови.       Они тащили кого-то.       Я ускорился.       Через некоторое время впереди появился дым. Тонкая серая струя поднималась над кронами.       Я замедлил шаг.       Потом пригнулся и двинулся тише.       Лагерь располагался в небольшой ложбине между холмами. Там было вырублено несколько деревьев, и земля была вытоптана.       Я остановился у края зарослей.       Клетки.       Грубые, из толстых прутьев.       Внутри люди.       Мужчины. Женщины. Один ребёнок.       Некоторые лежали, не двигаясь. Другие сидели у решёток, обхватив колени.       Вокруг ходили вооружённые люди.       Больше, чем я ожидал.       Десять.       Может, больше.       Кожаные доспехи, копья, короткие мечи. У костра лежали мешки и связки верёвок.       Работорговцы.       Я почувствовал, как в груди поднимается жар.       Руки сами сжались.       Один из охотников стоял у клетки и пил из фляги. Другой точил нож, проводя камнем по лезвию медленно и лениво.       Я шагнул вперёд.       Первый удар пришёлся точно.       Человек у костра даже не успел закричать. Я ударил его в горло, и он рухнул на землю.       Второй обернулся.       Я уже был рядом.       Кулак врезался в лицо. Кости хрустнули.       Кто-то закричал.       Мир снова стал резким.       Я двигался быстро, слишком быстро для обычного человека. Один из охотников попытался ударить копьём — я схватил древко и вырвал его из рук. Ударил обратно.       Человек упал.       Но их было много.       Один ударил меня сзади.       Металл скользнул по рёбрам.       Я почувствовал, как кожа разошлась.       Потом ещё один.       Копьё вошло в плечо.       Я рванулся, вырывая его, но в этот момент что-то тяжёлое обрушилось на голову.       Мир качнулся.       Я попытался удержаться на ногах.       Перед глазами всё поплыло.       Последнее, что я увидел — лица людей, склонившихся надо мной.       Потом темнота накрыла всё.