Глава 9. Клетки

      Сознание вернулось медленно.       Сначала пришёл запах.       Тяжёлый, густой — смесь пота, сырой земли и железа. В нём чувствовалась кровь, старая и свежая, и дым костра, который, кажется, горел где-то совсем рядом.       Потом появилась боль.       Она не вспыхнула сразу — просто постепенно заняла всё тело. Тупая тяжесть в голове, резь в плече, неприятное жжение под рёбрами.       Я попробовал вдохнуть глубже.       Грудь отозвалась короткой болью.       Жив.       Мысль пришла спокойно, почти равнодушно.       Я открыл глаза.       Сначала увидел прутья.       Толстые, тёмные, грубо связанные между собой. Бамбук или какое-то похожее дерево. Между ними были узкие щели, через которые просачивался жёлтый свет костра.       Я лежал на боку.       Под щекой была земля — холодная, влажная. Руки связаны впереди верёвкой, грубой, с жёсткими волокнами. Когда я попробовал пошевелить пальцами, они неприятно заскребли по коже.       Я медленно перевернулся на спину.       Мир качнулся, но удержался.       Над клеткой висело ночное небо. Сквозь листву деревьев виднелись звёзды — тусклые, почти зелёные от влажного воздуха джунглей.       Я прислушался.       Лагерь жил.       Трещал костёр. Где-то хрипло смеялись люди. Кто-то кашлял. Металл иногда тихо звякал о камень.       Работорговцы.       Я повернул голову.       Клетка была не одна.       Вдоль вырубленной поляны стояли ещё несколько. Внутри сидели люди — мужчины, женщины, даже один мальчишка лет десяти. Они были худые, грязные, в изорванной одежде.       Некоторые спали.       Некоторые просто сидели, обняв колени.       Когда я шевельнулся, несколько человек сразу подняли головы.       Их взгляды задержались на мне.       Сначала — осторожно.       Потом дольше.       Я заметил, как женщина в соседней клетке тихо подтянула к себе ребёнка.       Мужчина рядом с ней сдвинулся чуть в сторону, словно стараясь увеличить расстояние между нами, хотя прутья не позволяли.       Я нахмурился.       Потом вспомнил.       Бой.       Крики.       Кровь.       Некоторые из этих людей, возможно, видели его.       Я медленно сел.       Верёвка на руках натянулась. Волокна впились в кожу.       Голова всё ещё гудела, но мысли постепенно становились яснее.       Я осмотрел лагерь.       Охотники сидели у костра. Человек шесть. Остальные, вероятно, спали или сторожили периметр. У огня лежали копья и короткие мечи. Рядом стояли мешки — добыча.       Люди.       Я перевёл взгляд обратно на клетки.       Женщина всё ещё смотрела на меня. В её взгляде не было ненависти. Только осторожность.       И страх.       Она тихо что-то прошептала мужчине рядом.       Тот ответил одним словом.       Я не сразу понял его.       Язык был грубее и проще, чем итиши Ло Ду, но всё равно знакомые звуки начали складываться в смысл.       — Валириец.       Слово прозвучало негромко, но его услышали все.       Несколько пленников сразу отвели глаза.       Я сидел, не двигаясь.       Валириец.       Я повторил слово про себя.       Мужчина в соседней клетке заметил это. Он наблюдал за мной внимательно, будто проверял, понимаю ли я.       Я провёл языком по сухим губам.       — Почему?       Он неохотно кивнул на мои волосы.       Я машинально коснулся их.       Серебряные пряди свисали на плечи, тускло поблёскивая в свете костра.       Мужчина тихо фыркнул.       — Волосы. Глаза. Кожа.       Он помолчал.       — Такие только у них.       Я некоторое время молчал.       Потом тихо спросил:       — У кого?       Мужчина смотрел на меня долго.       Потом просто отвернулся.       У костра кто-то громко рассмеялся. Один из охотников бросил в огонь ещё веток. Пламя поднялось выше, и свет коснулся клеток.       Я видел, как пленники стараются не смотреть на меня.       Как будто боялись не только работорговцев.       Я опустил взгляд на верёвку.       Пальцы уже начали нащупывать узел.       Он был тугой.       Но не идеальный.       Я слегка потянул волокна.       Они едва заметно сдвинулись.       Я замер.       У костра кто-то поднялся на ноги.       Шаги приблизились.       Тень человека легла на прутья клетки.       Он остановился и посмотрел внутрь.       Я поднял голову.       Охотник некоторое время рассматривал меня. Его взгляд задержался на волосах.       Он усмехнулся.       — Проснулся.       Он повернулся к костру.       — Эй. Серебряный тоже очнулся.