204.9 от З.Э

      Это место совсем не походило на другие замки. Стены тоньше, аккуратнее, из белого и рыжего камня; окна — кружево из дерева; каждая комната светлая, даже большой зал, где проводились пиры — вместо тёмного потолка над ним вздымался купол, как в септе. От этого болела голова.       Поцелованный солнцем Летний Замок прятался среди гор у озера. Принц Бейлор упоминал о нём. Льстец писал, что вода здесь такая же, как глаза Лиадан: спокойная, сверкающая и невыносимо красивая. Лжец.       Щёки всё ещё горели после пира. Лиадан хотела навестить сира Брайса. Её смущала внезапная дружба рыцаря с придворным шутом Колокольчиком. Два безумца в одном замке — слишком много. И хотя вдвоем им однозначно весело, волнение не покидало ни на минуту. Несколько дней назад дамы рассказали, что Колокольчик посворачивал шеи всем куропаткам во время прошлой королевской охоты.       Няни драконят не захотели искать рыцаря, но помогли найти путь в покои. Леди не винила их, у самой дергался глаз от плача младших и перепалок старших детей, а эти бедные женщины проводили так каждый день.       Лиадан поселили в дальних комнатах, где за дверью из хрустального стекла дремал сад. Пушистые ели и кусты можжевельника окружали поляну у входа. Это радовало, ведь никто не мог вторгнуться сюда без предупреждения, и она сама выбирала время, когда выходить пообщаться с другими дамами. Их было немного — только те, чьих мужей принц Мейкар забрал по пути из столицы. Он сказал, что сначала в замок приезжает мелочь, затем мелочь поважнее, а сюзерен с лордом Коннингтоном и лордом Морригеном примыкают к кавалькаде короля и приезжают на охоту вместе с ним, как самые важные люди. Тяжело представить, насколько мелкой была Лиадан, раз оказалась здесь первой среди лордов.       Почему-то только сегодня взгляд зацепился за гобелен. Неприличный, потому особенно интересный. И чем дольше девушка всматривалась, тем сильнее нуждалась в свежем воздухе. Разгоряченный вином разум дорисовывал всякое. Кто вешает подобное в комнате?       Как только Лиадан вышла в солярий, увидела через стекло, что в саду горят огни и незваный гость отбрасывал тень на куст гортензии. Эти цветы не любили тень. Удивлённая леди тут же вышла в сад — никто кроме Брайса не захаживал сюда.       Принц Мейкар сидел за столом и играл серебряным ножичком, насвистывая что-то. — Добрый вечер, — буднично пробурчал он. — Снова. — Уже не вечер, — луна давно висела в небе ярким фонарём. — Разве вы не остались на пиру?       Пурпурные глаза насторожились. — Вы что, надулись из-за того, что я вас выпроводил? — Нет, нет. Няни объяснили, что «горячие улитки»… — «Горячие ракушки», — исправил принц. — Какая разница, — махнула рукой Лиадан — ей всё равно, как это безобразие называлось.       Леди достаточно помолчала, перед тем как хмель заговорил за нее. — Но вы-то остались! — Да, — скорчил довольное лицо Лимон. — Хотел хлопнуть леди Сванн по заднице. Если б знал, что она костлявая и пресная, то ушёл бы раньше. — Я не хотела знать о заде леди Сванн. — А о чьём заде вы бы хотели узнать?       Леди закрыла пылающее лицо руками. — У дочери старины Эррола неплохая, но она всегда остается дома. Зря, почему какому-то конюху можно, а уважаемым людям нельзя? — Прошу, не продолжайте, — задыхаясь, пропищала Лиадан.       Принц громко рассмеялся, стукнув несколько раз ножичком о стол. — М-да, — вздохнул он, перед тем как поднял глаза и встал.       Лиадан последовала за его взглядом — из-за кустов можжевельника показался принц Бейлор. Уставший и недовольный, он всё равно выдавил учтивую улыбку, когда пожал руку брату. Сердце тут же подскочило, и хотелось перевернуться вместе с ним. Но леди взяла себя в руки и сделала хмельной реверанс, склонив голову. — Это ещё что? — поднял брови Десница. — Леди Сванн, — девушка покосилась на Мейкара, — говорит, что мы должны так делать, когда приветствуем принцев.       Ничего такого не было, просто хотелось посмотреть на смущённого Лимона. Не получилось, он только пуще скривился. — Признаться, я ожидал немного другого приветствия — хмыкнул Бейлор, присаживаясь, и они последовали его примеру. — Да и леди Сванн здесь нет. — Как дорога? — постаралась исправиться Лиадан. — Не хочу об этом говорить. — Отец? — уточнил Мейкар. — Я не хочу обсуждать это.       Принц был раздражён? Расстроен? Зол? Совсем непонятно, но растерянный взгляд Лиадан было невозможно игнорировать. — У вас новая причёска?       Лиадан потрогала завитки на затылке. После танцев наверняка всё растрепалось. — Леди Джинн была очень добра и попросила своих служанок уложить мои волосы по последней моде Штормовых земель. Должна признаться, мода — это очень неприятно. От неё болит макушка и ноют виски.       Если бы она знала, что Бейлор приедет сегодня, то не позволила издеваться над прической. Кажется, принцу нравились её волосы. По крайней мере, он упоминал об этом, когда писал, что нет чести выше, чем томиться в плену у столь совершенной красоты. Не надо было вспоминать, а то леди сможет зажигать костры одним прикосновением. Глупый, наверняка заставлял кого-то выдумывать такие ужасные слова специально, чтобы кровь приливала к лицу от одного взгляда на письмо. — Вас будто корова облизала, — отвлёкся Мейкар от вина.       Десница скользнул взглядом по прилипшим к макушке волосам брата с изящным пробором ровно посередине. — Тебя тоже, — сказал он и тут же обратился к Лиадан: — Я рад, что вы нашли общий язык с другими леди. — Это оказалось несложно: они всё время разговаривают, и единственное, что нужно, — кивать. Только леди Сванн постоянно хочет ссориться.       Мейкар оперся локтями о стол. — Это ещё почему? — Говорит за глаза, что я страшная как жаба. — Мне тоже мать говорила, что я страшный прямо в глаза. — Не говорила тебе такого мать, — цокнул языком Десница. — Не говорила, — признался Лимон. — Но кто-то должен утешить твою маленькую леди пока ты сидишь как олух. — Достаточно — борода мужчины поежилась — Спасибо Мейкар, Роланд уже пришел. Он присмотрит за нами.       Лиадан повертела головой и быстро нашла знакомую белую фигуру. Он стоял у статуи копейщицы и задорно махал рукой. — Ну, раз все приличия соблюдены — издевательски протянул принц — Доброй ночи. Ведите себя хорошо. Будто вы умеете иначе.       Пурпурные глаза закатились, прежде чем мужчина пропал в темноте сада. — Говорили, что вы приедете только завтра, — Лиадан не могла спокойно усидеть на стуле и осторожно улыбалась.       Не удалось узнать, как должна вести себя леди при встрече с мужчиной, который проявляет симпатию. В сказках было всё просто: рыцарь заявлял о своих намерениях, девушка вздыхала, дарила платок, ленточку, он совершал подвиг, и жили они долго и счастливо. Теперь это казалось слишком глупым и немыслимым. Что они делали в свободное от томных вздохов время? Никто об этом не писал. Дамы тоже не помогли. Леди Джой рассказала, что заставляла своего мужа проиграть турнир и назвала это испытанием стыда. А её сестра мучила возлюбленного отказами. Лиадан возмутилась. Эти женщины оказались более неразумными, чем леди из сказок. — Отец не захотел останавливаться в охотничьем домике и мы приехали быстрее. Простите, если разочаровал. — Почему говорите глупости?       Десница отвел взгляд и поправил свою брошь. Совсем не похоже, что «ожидание встречи стало его единственным занятием». — Я привез вам Морригена и Баратеона. Завтра сможете закрыть вопрос. — Спасибо — растерянно сказала Лиадан, сжав руки в замок. — Я обязательно верну вам деньги.       Прозвучало совсем не так, как хотела Лиадан, но слова уже сказаны. Бейлор зажмурился, устало протер глаза и кажется, простонал что-то матерное. — Вы не простили меня. — Что? — Я виноват и попросил прощение за это. Должен ли я просить прощения каждый день? Может, пускай Роланд изобьёт меня, чтобы я мучился? — Роланд не может ударить вас. — Я могу попросить Мейкара. Принц мотнул головой, тяжело выдыхая. — Что я должен сказать, что мне сделать, чтобы ты не смотрела на меня так, словно я убил младенца? — Я не смотрю на вас так! — Теперь двоих. — Неправда! — Ты притворилась больной, когда мы останавливались в Пенарвине после похорон. — Вы притащили в мой замок короля! — шикнула Лиадан. — Я должен был оставить папу ночевать в лесу? — Можно было предупредить! — Мы были вместе в Штормовом Пределе, понятно, что возвращаться тоже будем вместе. — Если бы это было понятно, то вы бы меня не застали в замке вовсе.       Принц вздохнул. — Ты не вышла даже попрощаться с нами, не приехала на турнир, всё ещё не ответила ни на одно письмо. Что это, если не обида?       Можно ли сказать правду? Не смешна ли она? Лиадан никогда не писала подобных писем. Поблагодарить за комплименты? Поблагодарить значит согласиться, а леди не была согласна с откровенной лестью. Она не была подобна цветку, голос никогда не был ручьем и улыбка не светила ярче солнца. Это всё приятные глупости, в ответ на которые не подобрать слов. А даже если подобрать, то лучше быть съеденной драконом, чем написать их и отправить. — Это не обида, милорд.       Лиадан сжала губы и поправила платье. — Пусть. Как скажешь. Должен ли я достать волантийских орешков? Мешок? Два? — При чём здесь орехи? — Может мне они тоже помогут? Сомневаюсь, что Мейкар заслужил твое расположение обаянием и харизмой.       Уголки губ Лиадан дёрнулись, но она вовремя прикрыла рот рукой. — Просто ваш брат пока не лгал мне.       Бейлор зажмурился, провёл рукой по бороде. — Я тоже не совсем обманул тебя. Ты назвала меня Баэлем… — То есть это я виновата, сир? — Нет, боги, Лиадан. Нет надобности перекручивать. — Я перекручиваю? Вы и не собирались признаваться! — Собирался. — принц то мотал головой, то крутил кольцо. — Признаться после турнира казалось самым лучшим решением. Мне не хотелось огорчать тебя до того, как вручу венец. — А Роланд заскучал и пошел рассказывать небылицы кому попало. — По-твоему, я должен был разоткровенничаться со своим гвардейцем? — возмутился принц. — Я действительно думал, что у тебя хотя бы останется возможность выбрать жениха получше, если ты рассердишься на меня. Я не ошибся — ты адски рассердилась. — Неправда! Я просто огорчилась. Сильно. — Потому год молчала и не принимала подарков? — нахмурился Бейлор, но сразу же смягчился. — Прости. Глупый разговор, — он протянул руку. — Я уже не понимаю… ты злишься или просто боишься меня? В любом случае, прошу, Лиадан, смягчись хоть немного.       Странно наслаждаться чьим-то безнадежным ожиданием и ещё страннее, когда сердце перестает стучать, встречая тёплый взгляд, переполненный тревогой. Холодные пальцы, не подчиняясь запрету, сами юркнули в его ладонь, и Лиадан не стала себя ругать. — Бейлор. — Что? — Меня зовут Бейлор. — У вас, милорд, слишком много имён, чтобы я запомнила, — хихикнула Лиадан своей глупой шутке.       Принц выровнялся, и глаза его переменились, точно своровали луну с неба. — И да, ты не приехала на турнир, но должна знать, что я победил, — вдруг сказал он, и улыбка на лице стала шире. Лиадан потребовалось несколько секунд. — Простите? Сир что, хвастается? — Именно так, — он выглядел довольным, как мальчишка. — Уверена, что вам поддавались. — Тогда нужно было лично убедиться, что бой был честным.       Улыбка скрылась за рукой леди. — Я… — плечи его дёрнулись. — Так как я получил небольшую награду, то…       Рука потянулась к камзолу, и через мгновение в ладони оказался бархатный мешочек. Тяжёлый, но не от того, что внутри. — Я обещал подарок за каждую победу. — Спасибо, — Лиадан уже вовсю пыталась распутать завязки неловкими пальцами. — Это что?       Небольшое украшение с завитками из мелкого жемчуга, глазами-опалами и носиком из розовой глазури. — Это нельзя носить, но я всё равно решил, что тебе понравится, — принц цокнул языком. — На самом деле, я думал, ты будешь в восторге. Вышло как вышло. — Я в восторге, — выдохнула Лиадан, разглядывая золотую фигурку. — Это же овечка. — Да, — улыбнулся Бейлор, — такая же упрямая, и такая же нежная, как ты.       Воздух застрял в горле, Лиадан отвернулась к статуе копейщицы, где Королевский Гвардеец делал вид, что не подслушивает. — Вы такой глупый, милорд, — кровь тут же отлила от щёк. Уместно ли называть Десницу глупым? Но когда леди нашла в себе смелость вновь повернуться, тот казался довольным.