Why not?

      Шарлотта с застывшим взглядом, в котором плескалось кровавое безумие и полыхало адское пламя, сидела на стареньком диванчике викторианского стиля. Её полурасстёгнутая красная рубашка открывала соблазнительный вид на декольте, а закинутая нога на ногу вызывающе подчёркивала её упругие обнажённые бёдра. В воздухе ещё витало густое сексуальное напряжение и аромат феромонов вперемешку с редкими всполохами символов Вуду, которые вначале были яркими, но сейчас бледнели и становились прозрачнее. Эти вспышки угасали вслед за своим хозяином, в котором еле теплилась чёрная демоническая искра жизни.       Подперев подбородок ладонью, Шарлотта задумчиво провела пальцами по губам, испачканным ядовито-зелёной кровью. Густые капли стекали с её бледного подбородка и медленно окрашивали пышную грудь, словно предмет искусства. Вторая рука мёртвой хваткой лежала на макушке радио-демона. Чёрные ногти медленно размазывали его же кровь по ярко-алым локонам, чувствуя, как от смуглой кожи ещё исходит едва уловимое, исчезающее тепло. Голова Аластора безвольно покоилась на её бедре, пачкая нежную фарфоровую кожу яркими кислотно-зелёными пятнами крови. Его мохнатые ушки поникше свалились набок, словно их владелец погрузился в глубокий, безмятежный сон.       Подушечки пальцев принцессы едва заметно касались грязных спутанных прядей волос радио-демона, машинально поглаживая кожу его головы. Это было одно из излюбленных занятий Шарлотты — зарываться в волосы Аластора на затылке и ласкать, массировать, слегка тянуть за корни. Грешник молниеносно откликался на такие прикосновения, часто мурлыча с полуприкрытыми глазами. Он и сам не прочь был так же нежно играть с длинными локонами принцессы. Но сейчас это было невозможно.       Широко распахнутые глаза Шарлотты рассеянно смотрели в пустоту, избегая взгляда на то, что оставили на теле оверлорда острые клыки и необузданное желание насытиться его грешной колдовской кровью. Огромная, рваная, глубокая, рана на шее Аластора кровоточила, маня глаза принцессы удостоить своим вниманием. Но её душу и сердце сковывал пронизывающий ледяными иглами ужас.       — Помнишь, как в прошлый наш раз я позволила тебе меня укусить? — томным голосом спросила Шарлотта, запрокинув голову и наслаждаясь жадными поцелуями радио-демона на своей шее. После долгого дня разлуки этот ненасытный грешник был ей необходим, как воздух в момент удушья. Её пальцы требовательно впились в его затылок, вновь и вновь исследуя поверхность его черепа, а затем переключаясь на игру с волосами. — И ты попробовал меня на вкус… — сладострастно простонала она от лёгких покусываний на ключицах.       — Ох, да, Лотти.., — промурлыкал Аластор, блеснув яркими огоньками глаз, смотря на принцессу. — Я не прочь снова испытать это дивное мгновение, — его коготки умело срезали несколько пуговиц на белой рубашке Чарли, а затем перешли к брюкам, вскоре оставив принцессу в трусиках. Оставшаяся парочка пуговиц на рубашке добавляла лишь интригу на прекрасном теле демонической красавицы, и Аластор не спешил полностью обнажать его.       — Нет-нет, мой милый оленёнок, — с придыханием сорвалось с губ Шарлотты, окрашенных чёрной помадой. Её пальцы настойчиво ухватились за ворот рубашки оверлорда, а горящий взгляд красных глаз встретился с его, словно пытаясь вернуть его в реальность. — Сегодня я… хочу попробовать тебя, — полушёпотом произнесла она, игриво коснувшись языком кончика его носа, после чего удушливо рассмеялась, наблюдая за его реакцией.       — Ты же знаешь какой я токсичный, кхе-кхе, — пробормотал радио-демон с лёгким ворчанием, прищурившись и внимательно изучая принцессу. Но не в силах сдержать свой пыл, который буквально пожирал его изнутри при виде столь аппетитной добычи, он мягко толкнул Чарли на диванчик, обитый бордовым велюром, сел рядом и обжигающе лизнул в яркое яблочко её румянца на щеке. — Если твой вкус тяготеет к горькому, то я к твоим услугам, моя дорогая, — добавил он и кокетливо подмигнул, подставляя свою шею острым маленьким зубам принцессы.       Рот Шарлоты растянулся в хищной, опасной ухмылке, а в глазах появился странный дьявольский блеск, который должен был служить предупреждением. Она обхватила ладонями лицо радио-демона и жадно впилась в его тонкие губы. Неожиданное согласие оверлорда вызвало в Чарли бурю восторга и неутолимое желание познать его до конца. Она страстно терзала его губы, исследуя языком с такой силой, будто хотела его вырвать и поглотить. Почти задыхаясь от возбуждения и предвкушения, Шарлотта резко оторвалась от губ Аластора, пока он увлечённо исследовал её грудь, талию и бёдра, стремительно приближаясь к самому средоточию её чувственности. Пальцы одной руки принцессы схватили прядь его волос на виске и резко склонили голову набок, предоставляя доступ к смуглой коже на шее, а ладонь второй руки крепко обхватила его плечо. Облизнув губы и часто дыша, Шарлотта широко раскрыла рот и, обнажив острые белоснежные клыки, вонзилась ими в шею радио-демона.       На мгновение воцарилась звенящая тишина. Аластор вздрогнул всем телом, его мышцы напряглись. С его губ сорвался жалобный стон, переходящий в хриплый рык. А Шарлотту в это мгновение охватила необузданная эйфория. Такой изысканный, терпкий вкус плоти и особенно крови радио-демона, — с горчинкой, напоминающей кофейные зёрна после итальянской обжарки, — пробуждал каждый рецептор во рту принцессы и опьянял её разум. Она никогда раньше не испытывала ничего подобного и безумно желала продлить наслаждение этим необычным и экзотическим вкусом снова и снова.       Аластор с ошеломлённым выражением лица таращился в потолок и изо всех сил пытался отстранить от себя дочь дьявола. Его ладони скользили по её плечам, отталкивая принцессу, но его тело стремительно теряло силы каким-то необъяснимым образом. Вскоре его руки обессиленно опустились, а яркий огонёк в зрачках медленно стал угасать. Из горла пытались донестись жалкие попытки взвыть, но безуспешно. В следующий момент Шарлотта с чавкающим звуком вырвала кусок его плоти и, смакуя его во рту, тщательно разжевала и проглотила.       Едва живое тело Аластора с застывшими в немом ужасе глазами рухнуло на бёдра Чарли.       Внезапная мысль «Почему бы и нет?» посетила принцессу, когда она, наконец, снизошла до взгляда на демона, отчаянно цепляющегося за ускользающую жизнь.       Отвратительный вид разодранной в лоскуты смуглой кожи вызвал у Шарлотты неприятный озноб, а пустой, безжизненный взгляд и хриплое дыхание породили необъяснимое беспокойство. Вздрогнув, она обнаружила на себе кровь грешника. Применив магию, принцесса превратила кислотного зелёного цвета растекающиеся капли в тонкие нити, которые легко продела в игольное ушко. Указательный палец правой руки, источая магию, умело руководил штопаньем раны на расстоянии, а ладонь левой зависла над зияющей кровоточащей дырой и излучала яркое, живительное тепло, возвращая силы радио-демону.       Благодаря предпринятым действиям, тело Аластора начало восстанавливаться, возвращаясь к привычной жизнедеятельности. Бледность уступила место прежнему смуглому цвету кожи, глаза налились глубоким алым оттенком, а мохнатые ушки нервно затрепетали. Дыхание, хоть и оставалось рваным, восстановилось, но оверлорд всё ещё пребывал в состоянии шока, остро нуждаясь в возможности свободно дышать. Рана на шее затянулась, оставив лишь ровные, ядовито-зелёные стежки как немое напоминание о случившемся.       Шарлотта с нежной улыбкой наблюдала за этим чудом, а затем ласково провела пальцами по голове Аластора, радуясь его возвращению. Она не могла представить себе дальнейшую жизнь, если бы сама стала причиной гибели такого как он. Да, он был источником хаоса, непредсказуемых поступков и, возможно, разочарований. Но без него стало бы невыносимо скучно, тоскливо и одиноко. Он был единственным, кто смог вызвать в ней настоящее цунами эмоций и открыть целый океан возможностей, о которых она прежде и не догадывалась.       Шумно сглотнув, радио-демон подскочил на месте и с хищной опаской бросил взгляд на Шарлотту, прижав ушки к голове и испуганно ощупывая свою шею. Принцесса виновато поджала губы, опустив глаза на свои руки, а после по детски пожала плечами: — Прости?..       — Ты чего?.. За что, Лотти?.. — растерянно вопрошал Аластор, скалясь и хмурясь.       — Я подумала, а почему бы и нет? — с нотками непосредственности ответила Чарли, смущённо покусывая губы, а после с невозмутимостью на лице бросилась на шею к оверлорду, нежно обнимая его. — К тому же, теперь у тебя есть мой личный шрам, который будет напоминать обо мне.       Слова принцессы ошеломили Аластора, заставив его застыть на месте. Его взгляд, полный глубочайшего шока, устремился в никуда, пока его разум отчаянно пытался переварить осознание едва не наступившей смерти. Он с изумлением понял, что это радужное создание, которое он недооценил, оказалось чрезвычайно опасным. Однако, ещё более поразительным было открытие её способности к исцелению. Принять этот факт было необходимо в первую очередь, ведь такая сила могла стать ценным ресурсом для него в дальнейшем. А пока что Аластор с нерешительностью и осторожностью положил ладонь на спину принцессы и облегчённо выдохнул сумрак, что успел скопиться в его угасающей чёрной душе.