Глава 37

— Не могу поверить, что ты это сделала, — голос Алисы звучал взволнованно, но в нём слышалось и одобрение. — И почему именно сейчас? Разве твои доходы позволяют так просто отказываться от помощи матери? Девушки по очереди протиснулись в дверях университета, обходя толпу первокурсников, бурлящую у входа. — Я думаю, лучше сейчас, чем потом жалеть, что не решилась раньше, — Лита указала пальцем в сторону отведённого для курения места, и Алиса кивнула. Они направились туда. — После всего, что случилось на работе, я больше не хочу просто ждать и терпеть. Они быстро дошли до курилки. Лита привычным движением достала сигарету, прикурила и сделала первую затяжку, выпуская струйку дыма в прохладный воздух. — А может и со мной случится такое, что в один день я зайду домой абсолютно здоровая, а на следующее утро меня будут выносить в гробу? — она говорила спокойно, но в её словах чувствовалась та самая новая, хрупкая решимость. — Жизнь слишком непредсказуема, чтобы откладывать всё на «удачный момент». Я хочу сама строить свою судьбу, даже если для этого придётся брать кредиты и пахать как проклятая. Алиса немного помолчала, обдумывая её слова, а затем ободряюще улыбнулась и похлопала подругу по плечу. — Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать в любой ситуации? — Конечно знаю, — Лита ответила тёплой, благодарной улыбкой и сделала ещё одну затяжку. Дым смешивался с паром от дыхания в осеннем воздухе. — Но сейчас мне нужно попробовать самой. Алиса кивнула, и в её взгляде читалась не только поддержка, но и уважение. Она видела, как её подруга меняется — не просто бунтует, а взрослеет. И в этом была своя, горьковатая правда. — Тогда держи курс, капитан, — шутливо сказала Алиса, на что Лита фыркнула и потушила окурок. — А теперь бежим, а то опоздаем на пару по лексикологии. У нас сегодня тест. Лита вздохнула, но уже с лёгкостью говорила. — Бежим. Что ещё остаётся? — Кстати, — Алиса взяла Литу за руку, притормозив шаг. — У меня для тебя кое-что есть. Лита вопросительно подняла бровь. — Что? — Так. Просто потому, что могу, и потому, что ты сегодня молодец, — Алиса улыбнулась и достала из кармана куртки маленькую бархатную коробочку. — На, открывай. Лита взяла коробку, щёлкнула замочком и замерла. На чёрном бархате лежал изящный серебристый браслет с тонкой подвеской в виде розы. — Боже, — тихо выдохнула Лита. — Ты как угадала? Смотри, они почти одинаковые. Она тут же поднесла браслет к шее, к той самой цепочке с кулоном-розой, которая теперь была для неё не просто украшением. Две розы, будто из одной коллекции, замерли рядом — одна у сердца, другая у запястья. — Я просто увидела и сразу подумала о тебе, — пожала плечами Алиса, но в её глазах светилось удовольствие. — Ну-ка, давай надену. Лита протянула руку, и Алиса, с притворной важностью, застегнула браслет. Металл был прохладным и приятным на коже. — Спасибо, — Лита сжала запястье другой ладонью, как бы сохраняя это мгновение. — Правда, большое. — Обращайся, — Алиса фыркнула, уже снова шагая вперёд. — Хоть у кого-то из нас должен быть вкус, раз уж ты упорно носишь эти свои растопыренные спортивные штаны. Лита рассмеялась, догоняя её, и лёгкий звон браслета сопровождал каждый её шаг. Это была маленькая, ни к чему не обязывающая вещь, но в ней чувствовалось что-то важное — знак, что она не одна, что её кто-то видит и ценит не только за труд, но и просто так. И сейчас это было нужно ей почти так же сильно, как и воздух. Сэт и Аарин остались наедине в тихой квартире, пытаясь найти хоть какую-то зацепку в своей почти безнадёжной ситуации. Мысль о нейтрализации «якоря» висела в воздухе тяжёлым, неразрешимым вопросом. Уничтожить его — значит уничтожить и Аарина. Значит, нужен обходной путь. Идея Сэта, высказанная им ранее, витала между ними — простая по замыслу, но невероятно сложная в исполнении. — Ну, не знаю, что твоего папашу раздражает? — Сэт развалился в кресле, закинув ногу на ногу, его поза была расслабленной, но взгляд острым. Аарин, сидя на диване, устало запрокинул голову на спинку, глядя в потолок, словно ища ответа в трещинах штукатурки. — Даже если мы его достаточно сильно разозлим, я сомневаюсь, что он покажется в своем истинном обличии и выйдет из света, как это было в первый раз. Эта идея настолько логична и, казалось бы, проста, но невероятно сложна в реализации. Он поднялся и начал медленно расхаживать по комнате, его шаги были бесшумными, но в каждом движении чувствовалось напряжение. — Весь план держится на трёх этапах, каждый из которых — самонадеянная авантюра, — он перечислял на пальцах, голос звучал глухо. —  Во-первых, выманить отца в его истинной сути. Во-вторых, незаметно подложить ему «якорь». В-третьих, надеяться, что, возвращаясь в Рай, он заберёт его с собой, разорвав связь с этим миром. Здесь слишком много «если», Сэт. — Зато это единственный план, который у нас есть, — парировал демон, но в его голосе не было прежнего воодушевления, только скептическая констатация факта. Аарин замер у окна, глядя на ночной город. Огни машин были похожи на цепочки холодных звёзд. — Он не глуп, — повторил ангел. — Он почувствует ловушку. Любая прямая провокация будет выглядеть как отчаянная и очевидная уловка. Ему не нужно выходить к нам. Ему достаточно наблюдать через других. Отец играет в долгую, а мы пытаемся устроить дурацкий театр одного акта. Сэт молча встал. Подход Аарина был правильным, и это раздражало больше всего. Демон привык к прямым действиям, к силовым решениям. — Тогда думай, — сказал Сэт, уже направляясь к двери. Его тень, отброшенная светом торшера, казалась неестественно длинной и угловатой. — Как только придумаешь, чем можно раздраконить Отче Нашего — звони. Пока что у нас есть только этот «дохлый номер», как ты выразился. И лучше плохой план, чем полное бездействие. Дверь закрылась. Аарин остался один, продолжая наблюдать за ночным городом, его мысли уже работали с холодной, нечеловеческой скоростью, выстраивая ходы в игре, ставкой в которой было его собственное существование.