Фазовая диаграмма

      Собрание было назначено на десять утра.       Акари пришла за пятнадцать минут до начала, как всегда.       В конференц-зале уже сидели несколько старших магов — те, кого она видела только на официальных мероприятиях. Их числа были высокими — от 12 000 до 25 000. Опытные. Сильные. Скептичные.       Она села в углу, раскрыла блокнот.       — Это и есть та самая девочка? — услышала она шёпот.       — Да. Аналитик. Говорят, Годжо её протеже.              — Протеже? — усмешка. — С таким резервом?       Акари не подняла головы. Она уже привыкла.       — Годжо-сэнсей просил передать, что задержится, — объявил секретарь, входя в зал. — Начинайте без него.       — Отлично, — старший маг, мужчина с седыми волосами и тяжёлым взглядом, встал. — Тогда приступим. У нас операция в портовом районе. Проклятие, которое, по данным разведки, может быть первым классом. Возможно — граница особого.       В зале зашептались.       — Нам нужен план, — продолжил он. — Я предлагаю стандартную тактику: три группы, удар с трёх сторон, зачистка.       — Это не сработает.       Все взгляды обратились к Акари.       Она подняла голову.       — Простите?       — Я говорю, стандартная тактика не сработает. — Она встала. — Проклятие в портовом районе имеет нестабильную энергетическую структуру. За последние три дня его число выросло с 45 000 до 78 000. Если атаковать с трёх сторон, оно ответит веерным ударом, который накроет всю зону.       — Откуда вы знаете? — спросил другой маг.       — Я отслеживаю его параметры каждые шесть часов. — Акари раскрыла блокнот. — Вот график роста. Вот точки нестабильности. Вот предполагаемая зона поражения при стандартной атаке.       Она положила блокнот на стол, открыв на нужной странице.       Маги склонились над записями. Тишина.       — Это... впечатляюще, — сказал седовласый. — Но теория — это одно. А практика?       — Практика показывает, что при атаке с трёх сторон вероятность веерного удара составляет 94%. При атаке с одной стороны — 23%. Но с одной стороны мы не можем, потому что проклятие защищено.       — Тогда что вы предлагаете?       — Создать ложную цель.       Акари развернула схему.       — Мы посылаем одну группу в центр, как приманку. Когда проклятие сфокусируется на ней, вторая группа бьёт с тыла. Третья — перекрывает пути отхода.       — А центр? — спросил кто-то. — Та группа погибнет.       — Нет. — Акари покачала головой. — Я буду в центре. Моя техника позволит уравновесить удар.       — Вы? — седовласый усмехнулся. — С вашим резервом? Вы не выдержите и секунды.       — Я выдержу.       — Это самоубийство.       — Это расчёт.       Дверь открылась.       — Она права.       Годжо вошёл в зал, и атмосфера мгновенно изменилась. Маги выпрямились, кто-то даже встал.       — Годжо-сан, — седовласый поклонился. — Мы не ждали...       — Я знаю, что не ждали. — Годжо прошёл к столу, встал рядом с Акари. — Но я следил за обсуждением. Она права. Стандартная тактика не сработает.       — Но её план...       — Рискован. — Годжо посмотрел на Акари. — Но это лучший вариант.       — Я пойду в центр, — сказала она.       — Нет.       Голос раздался с порога.       Акари обернулась. Итадори стоял в дверях, тяжело дыша — видимо, бежал.       — Юдзи? Что ты здесь делаешь?       — Я слышал про операцию. — Он вошёл в зал, игнорируя возмущённые взгляды магов. — Я пойду в центр.       — Это не твоё задание, — сказал Годжо.       — Тогда сделайте моим. — Итадори посмотрел ему в глаза. — Я выдержу удар. У меня больше резерва, чем у Акари.       — Юдзи, — Акари шагнула к нему. — Это моя техника. Только я могу уравновесить...       — А я могу защитить. — Он взял её за руку. — Я не дам тебе рисковать одной.       В зале повисла тишина.       Годжо смотрел на их соединённые руки.       — Это не обсуждается, — сказал он. — План утверждён. В центр идёт Акари.       — Сэнсей! — Итадори шагнул вперёд.       — Юдзи, — голос Годжо стал холодным. — Ты будешь в третьей группе. Перекрывать пути отхода.       — Но...       — Это приказ.       Они смотрели друг на друга. Впервые Акари видела напряжение между ними. Годжо — непроницаемый, как всегда. Итадори — сжавший кулаки, готовый спорить.       — Хорошо, — сказал Итадори. — Я выполню приказ.       Он отпустил руку Акари, развернулся и вышел.       Акари смотрела ему вслед.       — Он справится, — сказал Годжо. — Он сильный.       — Я знаю.       — Тогда готовься. Операция через два часа.       Он вышел следом.       Маги переглядывались.       — Что это было? — прошептал кто-то.       Акари не ответила. Она смотрела на дверь, за которой скрылись оба, и чувствовала, как внутри всё сжимается.       Она нашла Итадори во дворе.       Он сидел на скамейке, сжимая кулаки.       — Юдзи.       — Я не понимаю, — сказал он, не поднимая головы. — Почему он не хочет, чтобы я тебя защищал?       — Потому что это моя работа.       — Твоя работа — не умирать.       — Я не умру.       Он поднял голову. В его глазах было что-то, чего она раньше не видела. Боль.       — Ты не можешь этого знать. Ты считаешь вероятности, но ты не знаешь. Никто не знает.       — Юдзи...       — Я боюсь за тебя. — Он встал. — Каждый раз, когда ты уходишь на задание, я боюсь. А ты идёшь в самое пекло. И он... — Итадори замолчал.       — Что он?       — Он смотрит на тебя так, будто ты его. Будто он имеет право решать, рисковать тебе или нет.       Акари замерла.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты не видишь? — Итадори посмотрел на неё. — Или не хочешь видеть?       — Юдзи, Годжо-сэнсей просто...       — Просто что? Просто твой наставник? Просто сильнейший? — Он шагнул ближе. — Акари, он смотрит на тебя так, как не смотрят на учениц.       — Откуда ты знаешь?       — Потому что я смотрю на тебя так же.       Тишина.       Акари смотрела на него, и слова застряли в горле.       — Я люблю тебя, — сказал Итадори. — Не как друг. Не как напарник. Я люблю тебя.       — Юдзи...       — Не говори ничего. — Он отступил. — Я знаю, что ты не готова. Я знаю, что ты считаешь, анализируешь, не веришь в чувства. Но я хотел, чтобы ты знала. Чтобы понимала, почему я так боюсь за тебя.       Он развернулся и ушёл.       Акари осталась стоять посреди двора, чувствуя, как мир вокруг меняется.       За час до операции она сидела в пустом зале, пытаясь сосредоточиться. Но цифры не шли. Перед глазами было лицо Итадори.       «Я люблю тебя».       Она слышала эти слова впервые в жизни. Никто никогда не говорил ей такого. И она не знала, что с ними делать.       — Ты должна готовиться.       Она подняла голову. Годжо стоял в дверях.       — Я готовлюсь.       — Ты сидишь в темноте и смотришь в стену.       — Это тоже подготовка.       Он подошёл ближе. Сел напротив.       — Я знаю, что сказал тебе Итадори.       — Вы подслушивали?       — Я слышал. Это разные вещи.       Она не ответила.       — Акари. — Годжо наклонился вперёд. — Ты должна сосредоточиться. Операция через час. От неё зависят жизни.       — Я знаю.       — Тогда отложи личное.       — Вы можете? — спросила она. — Отложить личное?       Годжо замер.       — Что ты имеешь в виду?       — Итадори сказал, что вы смотрите на меня не как на ученицу.       — Итадори много чего говорит.       — Он говорит правду?       Тишина повисла в зале.       Годжо смотрел на неё долго. Очень долго.       — Сейчас не время, — сказал он. — Операция.       — После операции?       — После операции... — Он замолчал. — После операции я отвечу.       Он встал.       — Готовься. Мы выходим через час.       Он вышел.       Акари осталась одна.       Сердце билось так сильно, что она слышала его в тишине.       Операция началась в пять вечера.       Акари шла в центре группы прикрытия. Вокруг неё — старшие маги, те, кто должен был её защищать.       — Фудзима-сан, вы уверены? — спросил один из них.       — Абсолютно.       Она закрыла глаза. Весы проявились перед ней — огромные, тяжёлые.       Проклятие было там. 78 000. Пульсировало, дышало, ждало.       — Первая группа, начинайте движение, — сказала она в рацию.       — Понял, — голос Нанами.       — Вторая группа, приготовиться.       — Готовы, — голос старшего мага.       — Третья... — она замерла. — Юдзи, ты на месте?       — На месте, — голос Итадори был ровным. Профессиональным. Без намёка на то, что случилось час назад.       — Жди сигнала.       — Жду.       Она видела, как проклятие реагирует на движение первой группы. Его число росло.

78 000... 82 000... 85 000...

      — Сейчас, — прошептала она.       Удар.       Первая группа атаковала. Проклятие взревело, развернулось. Его щупальца ударили во все стороны.       — Вторая группа, бейте!       Удар с тыла. Проклятие закричало. Его число скакнуло —

85 000... 90 000... 95 000...

      — Третья! Сейчас!       Итадори ударил.       Акари видела, как его техника — чёрная, тяжёлая, сила Сукуны — врезалась в проклятие. Число дрогнуло.

95 000... 80 000... 60 000...

      — Ещё! — крикнула она. — Бейте все!       Три удара одновременно. Проклятие рухнуло.       Тишина.       — Готово, — голос Итадори. — Уничтожено.       Акари опустилась на колени. Её резерв был почти на нуле. Но она сделала это.       — Акари! — Итадори бежал к ней. — Ты как?       — Я... я в порядке.       Он подхватил её, помог встать. Его руки были тёплыми, надёжными.       — Я же говорил, — сказал он. — Я буду рядом.       Она посмотрела на него. На его лицо, на котором не было ничего, кроме облегчения и радости.       — Юдзи...       — Что?       — Я...       — Акари.       Голос Годжо раздался сзади. Они обернулись. Он стоял в нескольких шагах, глядя на них.       — Хорошая работа, — сказал он. — Оба.       — Спасибо, сэнсей, — Итадори кивнул.       — Акари, мне нужно с тобой поговорить.       — Сейчас?       — Сейчас.       Она посмотрела на Итадори. Он кивнул, отпустил её.       — Я подожду, — сказал он.       Акари пошла за Годжо.       Они стояли на пустыре за зданием. Вдалеке слышались голоса магов, разбирающих последствия боя.       — Ты хорошо работала, — сказал Годжо.       — Вы не за этим меня позвали.       — Нет.       Он повернулся к ней. Повязка на месте, но она чувствовала его взгляд.       — Ты спросила, говорю ли я правду. О том, что чувствую.       — Да.       — Я скажу. — Он сделал шаг ближе. — Но сначала ты должна понять одну вещь.       — Какую?       — Я — Годжо Сатору. Сильнейший маг современности. Моя жизнь принадлежит миру магии. Моя сила — это оружие. Моё существование — это гарантия безопасности тысяч людей.       — Я знаю.       — Ты не знаешь главного. — Он снял повязку. — Я не могу быть с тобой. Не потому что не хочу. Потому что не имею права.       — Не имеете права?       — Если я позволю себе чувствовать... если я позволю себе любить... я стану уязвимым. А сильнейший не может быть уязвимым.       — Вы боитесь.       — Да. — Он посмотрел ей в глаза. — Я боюсь больше, чем любого проклятия. Я боюсь, что если откроюсь, то потеряю тебя. Или ты потеряешь меня. Или... я перестану быть тем, кем должен быть.       — А кем вы должны быть?       — Защитником. — Он усмехнулся горько. — Не человеком.       Она смотрела на него. На его глаза — невероятно синие, почти прозрачные. На его лицо, на котором не было привычной насмешки. Только боль.       — Вы поэтому отстраняетесь? Поэтому позволяете Итадори быть рядом, а сами стоите в стороне?       — Он может дать тебе то, чего я не могу.       — Что?       — Спокойствие. Нормальную жизнь. Будущее, в котором ты не будешь ждать, что твой муж погибнет в очередном бою.       — Вы решили за меня?       — Я пытаюсь сделать правильный выбор.       — Для себя или для меня?       Он замолчал.       — Я не знаю, — сказал он наконец. — Я не знаю, что правильно. Я знаю только, что не хочу делать тебе больно.       — Вы уже делаете.       Он посмотрел на неё.       — Чем?       — Тем, что уходите. Каждый раз. Когда я нуждаюсь в вас, вы уходите. Когда я хочу понять, что между нами, вы говорите о долге. Когда я...       Она замолчала.       — Что? — спросил он.       — Когда я думаю о вас, я не могу считать. Цифры исчезают. Формулы рассыпаются. Остаётся только... вы.       Тишина.       Годжо стоял, не двигаясь. Его глаза смотрели на неё так, будто она была единственным, что имело значение.       — Акари, — сказал он хрипло. — Ты не понимаешь, что говоришь.       — Я всегда понимаю, что говорю.       — Тогда ты понимаешь, что если я сделаю шаг... я не смогу остановиться.       — Кто просит вас останавливаться?       Он шагнул вперёд.       Один шаг. Два. Три.       Он остановился в сантиметре от неё. Она чувствовала его дыхание, его тепло, его пустоту, которая вдруг перестала быть пустотой.       — Если я поцелую тебя сейчас, — сказал он, — я не смогу быть просто твоим наставником.       — А кем вы сможете?       — Я не знаю. — Он поднял руку, коснулся её щеки. — Но я хочу узнать.       Его губы были в миллиметре от её, когда сзади раздался голос.       — Акари?       Они отпрянули.       Итадори стоял в нескольких шагах, глядя на них. Его лицо было бледным.       — Юдзи... — начала Акари.       — Я искал тебя. — Его голос был ровным. Слишком ровным. — Нанами-сан сказал, что ты здесь.       — Юдзи, я...       — Не надо. — Он посмотрел на Годжо. — Я всё понял.       Он развернулся и ушёл.       Акари сделала шаг за ним, но Годжо остановил её.       — Не сейчас, — сказал он. — Дай ему время.       — Но...       — Он сильный. Он справится.       Она смотрела вслед Итадори, чувствуя, как внутри всё разрывается.       — Что мне делать? — прошептала она. Годжо не ответил.             Он стоял рядом, но между ними снова была пропасть.