Глава 6. Дурак и молния

      Цилиндр лежит на тумбочке. На кровати прямо с ногами сидели двое, третий стоял и проверял клеевой пистолет на картоне. — Ааа, у меня до сих пор колени дрожат, классно ж отыграли! — искрится восторгом Андрей, приклеивая карту "джокер" на свой причудливый цилиндр, затем добавил. — жаль только, что никому походу наша песня не зашла. — Я до сих пор себя корю, что налажал... — грустно отозвался барабанщик. — У меня знаешь, как будто от волнения руки как желейные были. — Ниче, Филипок, у меня вообще медиатор упал со сцены, не померли ж, отыграли. — Похихикал Дюша. — Да ну, не называй меня так. — Смутился собеседник. Тот третий упал на кровать и мечтательно вздохнул: — Да ну хер забейте. Я вам говорил, что мы на каверах вытянем. Это ж чистое читерство. У людей там и ностальгия и знакомые мотивы в свежем варианте... Не ценят самобытность.. — Тут ты прав. — Вздохнул Дюша. — А ещё нам бы имидж сменить, а то вы выглядите весьма заурядно. И вообще, Кость, ты мою гитару видел? Она ни сегодня завтра прикажет долго жить... Надо новую. Или две. И музыкантов бы толковых... Че мы втроем. Это ж едва ли музыка. Нам бы скрипочку.       Костя вздохнул, придвинул к себе Дюшин синтезатор и стал задорно петь и подыгрывать себе: — "Хотеть не вредно, вредно не хотеть Иметь не вредно, вредно не иметь Мечтать не вредно, вредно не мечтать Давать не вредно..." Дюша подбежал и нажал всеми пальцами по клавишам, чтобы заглушить последнюю строчку песни. — Тааак! Ротик прикрой, виртуоз, мама дома вообще-то! — Эх. Ну на самом интересном месте... — Я верю. Но мама дома.       Андрей ушёл обратно, проверить как там клей на шляпе. — А что, Лидия Валерьевна такое не слушала в молодости. — Лидия Валерьевна приличная женщина, филолог. — Это ещё ни о чём не говорит. — Костечка, чет ты сегодня заноза редкостная... Андрей надел шляпу. — Как вам? — Как пидор. — Костя иронично поднял большой палец вверх и заржал. — Да ну, иди ты.... — Андрей снял цилиндр и сам тихо посмеялся. — Ты просто нормисня ничего не понимаешь. — Филя в шутку толкнул Костю локтем. — Ой а сам то! Они начали шуточно шлёпать друг друга по рукам и смеяться. — Ну че как дикари? Андрей сделал им замечание, а затем мечтательно посмотрел в окно, попутно собирая свои волосы тёплого кофейного цвета в пучок. — Слышь, Дюш, тебя так однажды за патлы твои гопники какие-нибудь поймают и отмудохают. — Хаха, на вряд ли. Я тут к Ане на работу заходил на той неделе, сидели пацаны какие-то, меня всякими помоями обливали. Они кстати на вчера на наше выступление остались, в первом ряду стояли. Че ж им помешало меня побить? — Ещё не вечер. И вообще, че ты нам ничего про них не рассказал? — А толку? — Тебе не стрёмно? — встревоженно спросил Филя. — Мою кринжовую ауру никому не сломить. — Чудила ты. — Со вздохом сказал Костя, чуть улыбнувшись, с уважением удивляясь его храбрости. В таком маленьком городе с неотжившим советским консерватизмом и нетерпимости к новому Андрей гордо щеголяет в своих очках с красными линиями и кастомном цилиндре. Будто его невидимая сила спасает от напастей.       Костя начал наигрывать одну песню прямо с середины: — Весь сельский люд Смотреть на это выходил Как на холме безумец бегал и чудил Он, видно, в ссоре с головою Видно, сам себе он враг Надо-ж выдумать такое — во дурак! Припев уже подхватили все: — То парень к лесу мчится То к полю, то к ручью Всё поймать стремится Мол-ни-ю! — Пойдём прогуляемся, мне ещё к сестре надо на работу зайти. После прогулки, часам к 9 Андрей попрощался с друзьями и зашёл в шаурмичную. — Привет, Ань! — Дюша, сос. Сегодня от меня не отходи ни на шаг. — А че такое?       Аня выглядела напуганно. Андрей и сам встревожился. Она нагнулась, опершись на стол и вполголоса сказала: — Видишь там пацан сидит с волосами назад зачесаными? Он про тебя спрашивал, умолял прям, чтобы я тебя позвала. Ещё настырный такой. Я подумала может он фанат типа, ну на всякий случай погрозилась, что охрану вызову, он сразу осел, просто взял шавуху и сидел её точил. Щас просто сидит в телефоне залипает. Может реально маньячело будущее?       Андрей посмотрел в ту сторону. Узнал. Тот самый, что снимал его выступление, в первом ряду стоял. Именно с ним были те, которые ржали над Андреем, его внешностью. — Не, Ань, успокойся. Я сам разберусь. Лучше тряпку дай.       Он ушел в дальний конец зала протирать столы. С каждым столом, с каждым шагом всё ближе к Моте. Сердце тревожно стучало быстрее и быстрее, но он старался не подавать виду. Не понимал он только, зачем пацан настойчиво искал его. А что если Костины слова были пророческие? Ну нет. Андрей уже решил быть сильным, долой мальчишескую неуверенность и страхи. Если назвался лидером, будь лидером.       Мотя уткнулся в телефон, не поднимая головы. Кажется он даже не заметил что кто-то вошёл, пошептался с кассиршей и теперь в поте лица трудится и протирает столы. Андрей дошёл до Матвея. — Ну привет. Мотя дёрнулся, поднял глаза. Замер. Глаза по пять копеек, горло будто сдавило, во рту сухость.       Андрей выдержал паузу. Не знал как продолжить, сильно круто он начал. Да и этот парень перед ним не выглядел агрессивным — скорее испуганным. От этого стало ещё более неловко. — Ты меня искал? Мотя сглотнул, отодвинулся от стола. — Я... Это... Ты ж Андрей, да? Из Соляриса... — Допустим. — Ну я... Мне понравилось... Очень. Я имею ввиду твое выступление, там прям и энергия и жизнь Я просто хотел сказать... — Мотя посыпался, нервно барабанил пальцами по столу, пытаясь подобрать слова, тревога накатывала, вот уже и ком в горле. — Спасибо, короче. Андрей не ожидал такого. — Ты типа мой первый фанат? Ты это... Не надо в следующий раз сестру мою пугать. Оба как-то смутились этому неловкому разговору. Что один что другой пытались выглядеть увереннее, скрыть внутренний страх. — Я не хотел. Просто... — Мотя потянулся в карман, достал ту самую "премию" от Вовиного дяди. — Я хотел, может, на поддержку группе. Ну, на инструменты или типа того. Если надо... Я не прям фанат, но это... Дашь автограф? Он положил деньги на стол. Андрей опешил. Смотрел то на купюру, то на Мотю. — Ты обалдел? — По зарез просто надо — Мотя жалобно смотрел ему в глаза. — Забери свои деньги. Я тебе так распишусь. Мотя смущённо убрал деньги. И тут его осенило. — Только у меня ни ручки ни бумаги. — Не беда.       Андрей снял с плеч рюкзак и начал в нём что-то искать. Мотя успел краем глаза приметить значки на нём. Там и Король и шут, Кино, Linkin Park, Beatles и много чего ещё. — О, ты КиШ слушаешь? — Слушаю. — Я тоже. Когда один дома. Не все друзья любят такое. — Да твои друзья в целом от культуры далеки как я погляжу. — Ты про..? — Я все слышал, что вы обо мне говорили. И на концерте я вас видел. Мне тебя даже жаль. Ну этот разве что не пропащий... Блондинчик такой. — Аа, Никита. Ну он да. Впечатлительный такой... Андрей достал свой блокнот, вырвал оттуда страницу. — Тебе один или друзьям тоже подписать? — И друзьям... Так что четыре. — Хахах... Они потом дома на мишень от дартса прибьют и будут дротиками зашвыривать. — Ну мы ж не отбитые. Мне с Некитосом реально понравилось. Ты ведь ещё и с песней угадал моей любимой. — Да там много было таких... Каверы легче всего исполнять. Мотя погрустнел. Он воспринял это как упрек, мол на фоне кавера их песня меркнет. — Да и ваша песня в конце тоже была классная. — Спасибо. — Сухо ответил Дюша заканчивая с последним автографом. Парень почуял желание Моти сгладить углы, почувствовал в этом фальш. — Держи. — Спасибо большое.       Мотя резко встал, чуть не опрокинув стул, и быстро пошёл к выходу. Андрей остался стоять с тряпкой в руке, но тут опомнился: — Стой! — крикнул он уже в спину. — Как тебя зовут то хоть, герой? Мотя обернулся у двери. — Матвей, но можно Мотя. И вышел. — Ань, он безобидный , зря боялась! — Домой все равно вместе пойдём! Андрей ухмыльнулся и продолжил напевать под нос: —... Утром по сельской дороге Медленно шёл ночной герой Весь лохматый и седой И улыбался...       Мотя добежал до дома, прижимая автографы к груди, как священную реликвию. Пронёсся вверх по лестнице и вбежал в комнату. Ноги обдало холодным воздухом. — Блядь, балбесина, окно не закрыл...