Глава 12. В гостях у бабушки

Июль, 1969 Наконец настал день давно запланированного визита к двоюродной бабушке Беллы по материнской линии — Аделаиде. По замыслу Тома, именно Аделаида должна помочь ему устроить встречу с нужным человеком — Каркаровым, в круг общения которого она как раз входила. Эту задачу он решил полностью переложить на плечи Беллы, будучи уверенным, что внучка обязательно найдёт подход к бабушке. Беллатриса же совершенно не имела ни малейшего представления, как обращаться к Аделаиде со столь странной просьбой. В конце концов она решила, что будет импровизировать на месте. Том и Белла встали с первыми лучами солнца, быстро собрали вещи и спустились вниз к трактирщику. Хозяин молча проводил их к камину. Том сверился с часами — пора. Белла первой вступила в камин. — Поместье Линдхольмов, — уверенно произнесла она. Пламя вспыхнуло, и Беллатриса исчезла. Том задержался на мгновение, потом подошёл к трактирщику и спокойно произнёс: — Обливейт. Ты забудешь, что мы были здесь и куда направились. Затем он тоже шагнул в камин. — Поместье Линдхольмов, — сказал Том и исчез вслед за Беллой. Из камина он вышел уже в большую гостиную. — Ах, моя дорогая! Какая ты красавица! Я не видела тебя лет десять, не меньше! Какое счастье, что ты решила навестить меня! Аделаида уже обнимала Беллу, не давая ей опомниться. — А это твой муж? Какой красавец… хотя я думала, он будет чуть моложе. Она уже было потянулась обнять Тома, но Белла остановила её. — Нет. Это брат моего мужа. Родольфус по работе в отъезде, а мне так хотелось посетить турнир… вот он и приставил своего брата сопроводить меня. Аделаида оценивающе посмотрела на них. В её взгляде мелькнуло явное недоверие, казалось, она не поверила ни слову. — Ох… и сразу после свадьбы… ну ладно. Она сделала паузу, будто решив пока не задавать лишних вопросов. Аделаида Линдхольм выглядела почти так же, как в воспоминаниях Беллы — высокая, с идеально выпрямленной спиной, в тёмном платье строгого кроя. Серебристые волосы были уложены безупречно, ни одна прядь не выбивалась из её причёски. В её лице читалась та самая холодная аристократичность, которая не тускнеет с возрастом. Беллатриса знала: уже много лет Аделаида была вдовой и жила здесь совсем одна. Дети же давно выросли и разъехались кто куда. Но в этом доме не чувствовалось запустения. Гостиная, в которую они попали, поражала с первого взгляда. Высокие потолки, тёмное дерево, тяжёлые портьеры и мягкий свет множества свечей. Стены украшали старинные портреты, строгие лица смотрели из полумрака, наблюдая за происходящим. В камине тихо потрескивал огонь, отражаясь в отполированном мраморе. Всё вокруг выглядело безупречно, ни пылинки, ни лишней детали. Этот дом был роскошным. — Присаживайтесь, выпьем чаю, — мягко сказала Аделаида, указывая на диван в гостиной. — Путешествие через камин, лично меня, всегда немного выбивает из колеи. Том и Белла сели рядом. Линдхольм сама разлила чай, не отрывая от гостей внимательного взгляда. Затем взяла поднос и, будто не замечая неловкости, устроилась прямо между ними. Им ничего не оставалось, кроме как отодвинуться в стороны друг от друга, уступая ей место. Она вручила каждому по чашке. — И давно вы знакомы? — С помолвки, бабушка, — ответила Беллатриса. — Вот как… — она на мгновение задержала взгляд на Томе. — А супруга у вас есть? — Осталась дома с детьми, — произнёс он спокойно. Белла на мгновение замерла. Пальцы дрогнули, и кружка выскользнула из её рук, с тихим звоном ударившись о пол. — Ох, дорогая… что же ты! — мягко произнесла Аделаида. — Ах… я просто слишком сильно сжала чашку. — Ты вся побледнела. — Линдхольм всматривалась в Беллу. Том улыбнулся, происходящее явно позабавило его. — Просто утомилась с дороги, — произнесла Белла, аккуратно убирая осколки взмахом палочки. Но сердце её бешено колотилось. Жена, дети?.. Нет, наверное, это просто блеф, чтобы бабушка не приставала с лишними вопросами… или? — Ове! — крикнула Аделаида. В комнату тут же прибежал маленький домашний эльф. — Прибери здесь до конца и подай девочке новую чашку чая. Ове кивнул и поспешил выполнить приказ. Пожилая женщина выпрямилась и снова посмотрела на Беллу. — Тебе стоит больше отдыхать, дорогая, — произнесла она спокойно. — Дорога, новые места… всё это так утомляет. — Да, наверное, — неуверенно произнесла Белла. Она чувствовала себя так неловко, ей хотелось поскорее перевести разговор на Каркaрова, но, растерявшись от слов Тома и пролитого чая, она не понимала, как это сделать. Реддл же, спокойно наблюдая за происходящим, кажется, совсем не собирался помогать ей в этом. — Ну расскажи… как вам турнир? — спросила женщина. — Победу одержал участник из Румынии, — ответила Белла, стараясь звучать ровно. — Но было много сильных участников. — Это чудесно! — с улыбкой ответила Аделаида. — Вам, должно быть, не хочется сидеть весь день в доме. После чая можно прогуляться. Воздух здесь… освежает. И у меня такая красивая оранжерея. Белла перевела взгляд на Тома. Он абсолютно не участвовал в разговоре, как будто полностью переложив всё на её плечи. Допив чай, они направились на прогулку. Дом оказался лишь частью владений Линдхольмов. За ним открывался обширный сад, переходящий в оранжерею, скрытую за стеклянными стенами. Даже снаружи было видно, что внутри что-то мягко светится. Линдхольм шла впереди, уверенно ведя их по узкой дорожке. — Я стараюсь поддерживать здесь порядок, — произнесла она как бы между прочим. Оранжерея оказалась больше, чем выглядела снаружи. И в ней было теплее, чем на улице. — Супруга… и дети? — едва слышно прошептала Белла, воспользовавшись моментом, когда Аделаида оказалась на достаточном расстоянии. Том не ответил сразу. Он посмотрел на неё. — А это тебя беспокоит? — тихо произнёс он. Белла ничего не ответила. Она только подняла на него взгляд, и в нём было всё. Горло сжалось, дыхание сбилось, мир на мгновение будто качнулся. Он не стал терзать её дальше. — Не было, — бросил он на ходу. И Беллатриса вновь ощутила почву под ногами. Внутри оранжереи росли растения, которых Белла раньше никогда не видела. Тонкие ветви с серебристыми листьями тихо звенели при малейшем движении воздуха. Глубокие тёмно-синие цветы медленно раскрывались и закрывались, словно дышали. Где-то в глубине мягко мерцал бледный свет, будто сами растения излучали его. Запах был густым, сладким и немного дурманящим. — Некоторые из них привезены издалека, — спокойно заметила Аделаида. — И далеко не все безопасны. Она провела рукой вдоль одного из растений, не касаясь его. Белла невольно задержала взгляд на длинных, почти прозрачных лепестках, внутри которых медленно двигалось что-то тёмное. — Красиво, правда? — прошептала Беллатриса, обращаясь к стоящему рядом Тому. Но он не смотрел на растения, он смотрел на Беллу и, не отрывая от неё взгляда, ответил: — Да. Их взгляды встретились и на несколько секунд задержались друг на друге. Ей вдруг стало жарко, несмотря на свежий воздух оранжереи. Аделаида развернулась к ним, бросила неодобрительный взгляд и поспешно встала между ними. — Белла, дорогая, — мягко произнесла она, — здесь есть куда более интересные растения. Она слегка коснулась её локтя, ненавязчиво уводя в сторону. — Некоторые из них, кстати, я бы не советовала рассматривать слишком близко. — Бабушка, я хотела тебя кое о чём спросить… тебе здесь не одиноко? — Одиночество — вопрос привычки, дорогая, — спокойно ответила она. — К тому же я не так уж оторвана от мира, как может показаться. — Ты поддерживаешь связи с… другими волшебниками? — Ну разумеется, — ответила она и сделала паузу. — Я как раз завтра должна была посетить один приём, но пришлось отменить его из-за вас... Но не переживай, милая! Ты важнее. Белла на мгновение перевела взгляд на Тома. Впервые за всё время в его лице мелькнула заинтересованность. Он чуть повернул голову, явно прислушиваясь к разговору. Беллатриса продолжила, уже увереннее: — А что за приём? Аделаида на мгновение задержала на Белле внимательный взгляд, словно оценивая, зачем ей это нужно, и чуть усмехнулась. — Небольшой приём, — произнесла она спокойно. — Закрытый. Можно сказать… встреча старых знакомых. Многие из нас когда-то учились в Дурмстранге. Такие связи, знаешь ли, редко теряются со временем. Ничего особенно интересного. Разговоры, новости, полезные знакомства. — И Каркaров будет там? — не выдержала Беллатриса. Аделаида прищурилась. — Откуда ты знаешь его? Хотя… кто не знает эту шишку, — презрительно усмехнулась она. — Куда же без него. Будет, разумеется. Белла на мгновение замялась, затем легко пожала плечами, словно ничего особенного не произошло. — Мне так неудобно, что твои планы рушатся из-за нас, — произнесла она почти беспечно. — Может, нам поехать завтра вместе? Аделаида на секунду удивлённо посмотрела на неё. Затем её выражение заметно смягчилось. — Ох, дорогая… — произнесла она, чуть качнув головой. — Не стоит так переживать из-за этого. — Но это действительно разумная мысль, — добавил Том. Белла закивала головой. — Ну… если вы настаиваете, — произнесла Аделаида, всё ещё внимательно глядя на них. — Что ж, повеселимся завтра! Вскоре они покинули оранжерею и направились обратно в дом. К обеду уже было всё готово. Столовая встретила их сдержанной роскошью: длинный стол, накрытый на троих, свет, падающий из высоких окон, и тихое движение домового эльфа, заканчивающего последние приготовления. Аделаида заняла своё место во главе стола. — Прошу, — мягко произнесла она. Места для Тома и Беллы были сервированы на достаточном расстоянии друг от друга. Белла едва заметно нахмурилась. После обеда Том сказал, что устал с дороги. — Разумеется, — тут же ответила Аделаида. — Ове уже подготовил комнату… правда, одну. Я думала, Белла будет с мужем. Но ничего, это легко исправить. Она чуть повернула голову. — Ове, проводи гостя в комнату в северном крыле. Домовой эльф тут же кивнул. Аделаида перевела взгляд на Беллатрису. — А для Беллы потом подготовь комнату в южном. А мы пока поболтаем. И Ове повёл Тома по длинному коридору, уводя всё дальше от основной части дома. Их шаги ещё долго отдавались эхом. Сомнений не было, она нарочно развела их по самым дальним комнатам. Аделаида некоторое время молчала, словно прислушиваясь, затем медленно повернулась к Белле. — Как ты себя чувствуешь, милая? — Нормально, — с удивлением ответила Белла. Аделаида чуть склонила голову. — Знаешь, в твоём положении нужно больше отдыхать. Беллатриса нахмурилась. — В моём положении? Аделаида мягко вздохнула. — Ох, Белла, я не слепая. Ты беременна. Потеряв дар речи, она с недоумением посмотрела на бабушку. — Твоя бледность и рассеянность с утра, это вполне объяснимо. Я сразу догадалась. И свадьба была такой быстрой и внезапной… Я понимаю, что обстоятельства бывают… сложными. Но главное, что всё устроилось. Она взяла руку Беллатрисы в свою и чуть сжала. — Родольфус ведь не знает? Белла приоткрыла рот от изумления. — Ты можешь не говорить, — тихо произнесла Линдхольм. — Я всё понимаю. — Я не понимаю, бабушка, — растерянно ответила Беллатриса. — Совсем не понимаю, что ты имеешь в виду. Аделаида вздохнула. — Ты беременна от женатого мужчины, — она кивнула в сторону, где недавно исчез Том. — Потому ты так спонтанно вышла замуж, чтобы как можно скорее найти отца для ребёнка. Белла всё ещё ничего не понимала. — Я вижу, как ты смотришь на него. Как он смотрит на тебя. Но, Белла, у него семья, дети. Оставь его. Пожалей Родольфуса. Так будет лучше для всех. Белла непроизвольно вырвала руку, уставившись на Линдхольм. — Только не говори мне, что Родольфус знает, что ты носишь под сердцем не его ребёнка? — продолжила Аделаида, уже не скрывая напряжения. — И ещё и отпустил тебя при таких обстоятельствах сюда… с ним? Она покачала головой. — Что за нравы теперь у мужчин… Белла на секунду замерла. А потом вдруг коротко рассмеялась. Не весело. Скорее нервно… не веря услышанному. — Бабушка… ты шутишь? Она долго объясняла, что та всё не так поняла, и, кажется, даже смогла её убедить, но тень сомнения всё же не исчезала из взгляда Линдхольм. Оставшееся время до вечера они провели вместе: делились историями, вспоминали родных. Белла рассказывала о Цисси, Андромеде, родителях. К ужину вернулся Том. За столом они обменивались новостями и слухами, и Аделаида заметно смягчилась по отношению к нему. После ужина все разошлись по комнатам. Белла лежала, глядя в потолок. За окном светила луна, заливая комнату мягким серебристым светом. На часах уже пробило полночь, но уснуть у нее не получалось. Белле было непривычно одиноко в пустой кровати. Она вдруг поняла, что впервые за неделю спит без него. И от этой мысли стало тоскливо. Она перевернулась на другой бок. Потом ещё раз. Тишина в комнате казалась слишком плотной. Беллатриса резко открыла глаза и встала. Она больше не могла. Ей казалось, будто всё её тело тянется к нему — почти болезненно. Он точно будет недоволен, но ей было плевать. Сама до конца не понимая, что делает, она накинула на себя мантию и тихо, на цыпочках, вышла из комнаты. В доме царила абсолютная тьма. Со стен доносилось сонное посапывание картин. Куда идти? Вдалеке показалась гостиная, та самая, из которой днём Том свернул в северное крыло. Значит, туда. Она пробиралась тихо, затаив дыхание. Повернула за угол — и вдруг чуть было не столкнулась с кем-то лбом. Мерлин, неужели Аделаида патрулирует дом? Белла чуть было не вскрикнула от неожиданности, но неизвестный быстро закрыл ей рот и прижал к стене. Нет, это была не Аделаида. Она замерла. Сердце ударило. Чужая рука всё ещё крепко закрывала ей рот, удерживая у стены. Она чувствовала его дыхание — слишком близкое. И слишком знакомое. Он не убрал руку сразу. Только чуть ослабил хватку, давая ей возможность вдохнуть. — Что ты здесь делаешь? — недовольно спросил он. — Решила добавить нам неприятностей? Белла на секунду замешкалась. — Тогда что вы здесь делаете? — тихо, но с вызовом спросила она. Он на мгновение задержал на ней взгляд. И вдруг едва заметно усмехнулся. В следующую секунду он резко притянул её к себе и повёл за собой в темноту. Они остановились у двери. Он открыл её без лишнего шума и втянул Беллу внутрь. Дверь тихо закрылась за их спинами. Том обернулся, и в следующую секунду впился в губы Беллатрисы страстным поцелуем. Она поняла сразу: не только ей не спалось этой ночью. Не прерывая поцелуя, он снял с неё мантию и толкнул на кровать. Еще мгновение и он был в ней. Стон сорвался с её губ. — Тише, — произнёс он с усмешкой. — Не разбуди свою бабушку. Дурмстрангцам сложнее стирать память. Она вдруг резко двинулась, оттолкнув его, и в следующую секунду оказалась сверху. — Если понадобится… — прошептала она, — я от неё сама избавлюсь. — Осторожнее, Белла, — добавил он с интересом. — Ты начинаешь мне нравиться. Она улыбнулась. — Вы только сейчас это поняли? Он не ответил. Она чувствовала его жар всем телом. У них уже не было ни сил, ни желания сдерживаться. Их дыхание сбилось, а голоса смешались — почти в едином стоне. И не осталось никаких сомнений, Аделаида этой ночью тоже не спала.