Вода меняет берега.

Они вышли из замка, не оглядываясь. Каменные стены остались за спиной. Шум — тоже. Вечер опускался медленно. Свет становился мягче. Тени — длиннее. Карета уже ждала. Слуги суетились, укладывая последние сундуки. Лошади били копытами, чувствуя спешку. Кассандра села первой. Авелина задержалась. Всего на мгновение. Она обернулась. Красный замок возвышался над городом, как и прежде. Холодный. Неприступный. Чужой. Её взгляд поднялся выше. К окнам. И в одном из них она увидела принца. Дейрон. Он стоял неподвижно. Смотрел прямо на неё. Без выражения. Без жеста. Как будто не прощался. Как будто… знал. Мгновение растянулось. Потом он кивнул. Коротко. Почти незаметно. Авелина ответила тем же. Едва уловимо. И отвернулась. Села в карету. Дверь закрылась. Они ехали молча. Когда добрались до причала, уже темнело. Факелы горели неровно. Матросы кричали. Канаты тянулись по доскам с глухим скрипом. Сундуки поднимали на борт. Корабль ждал. Авелина поднялась по трапу. И только на палубе позволила себе остановиться. Ветер сразу ударил в лицо. Сильный. Холодный. Она подошла к борту. И посмотрела назад. Город раскинулся вдоль берега — шумный, тесный, живой. Над ним возвышался Красный замок. Слишком большой, чтобы быть просто домом. Слишком далёкий, чтобы стать своим. Все эти недели она смотрела на море с его стен. Скучала по дому. Ждала возвращения. Теперь море было под ногами. А дом — впереди. И она вдруг поняла: она не хочет возвращаться. Мысль пришла тихо. Но осталась. Корабль начал отходить. Медленно. Потом — всё дальше. Замок становился меньше. Растворялся в сумерках. Она смотрела до тех пор, пока он не исчез. И только тогда отвернулась. В тот же миг, за стенами, которые она оставила, раздался крик. Первый. Громкий. Живой. Ребёнок родился. Эйгон. Пятый этого имени. Новый принц. Новый Таргариен. Его передали в руки отца. Маленький. Тёплый. Кричащий. Но радость не закрепилась. Слишком быстро. Слишком рано. Голоса изменились. Движения стали резче. Мейстеры говорили вполголоса. И вскоре стало ясно: жена Мэйкара не пережила роды. Он держал сына. Дольше, чем следовало. Смотрел. Но взгляд его был не здесь. Как будто часть его осталась там, где уже ничего нельзя было изменить. В эту ночь в Красном замке появился новый принц. И в эту же ночь Мэйкар Таргариен остался один.