Больше никаких секретов

Пока за закрытыми дверями кабинета шло обучение Алексис, в гостиной лофта воцарилась тяжёлая тишина. Касл мерил шагами комнату, пока наконец не остановился напротив Кейт. Вопрос, который он задал, явно жёг его изнутри уже давно. — Кейт, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал мягко, но уверенно. — Ты обмолвилась о Демминге. Ты сказала, что не поехала с ним в те выходные. Ты говорила мне, что рассталась с ним, но так и не уточняла — когда именно? Беккет подняла на него взгляд, полный тихой грусти. — В тот самый день, Касл. В день твоего отъезда. Ты забыл? Я ведь сама подошла к тебе в участке и попросила о разговоре. Я… я хотела сказать тебе, что между мной и Томом всё кончено. Рик замер. В его голове со скрипом начали проворачиваться шестерёнки, восстанавливая события двухлетней давности. — То есть… подожди. Ты хочешь сказать, что тогда ты собиралась сказать «да»? На моё приглашение поехать в Хэмптонс? — Да, Касл, — выдохнула она, и этот звук прозвучал как признание в давней ошибке. — Я собиралась поехать с тобой. Но тут появилась Джина. — Я идиот! — Касл ударил себя ладонью по лицу. Он замер, уставившись в ковёр, а через секунду поднял голову. Взгляд стал жёстким. — Нет. Стоп, Беккет. Я не идиот. Я научился читать твои знаки ещё с нашей первой встречи. И в тот день ты не дала мне ни единого намёка на то, что ответишь согласием. Последнее, что я помню перед тем финалом, — это твою ложь о том, что ты «занята на работе», и твои слова о том, что обсуждать личную жизнь тебе «некомфортно». Он подошёл ближе, его голос стал тише. — Теперь мне понятно, почему ты была в такой ярости, когда вы нашли меня над телом Майи Сантори. Но в чём была моя вина? Ты чётко дала понять: твоя личная жизнь — это закрытая территория, и я, как последний дурак, пытался уважать твои границы. Касл грустно усмехнулся и сделал шаг назад, увеличивая дистанцию. — Кейт, пока ты была с Деммингом, я чувствовал себя лишним на каждом чёртовом месте преступления. Вы начали «случайно» забывать меня, не брать с собой… Я чувствовал, как мои идеи отодвигались на второй план. Я видел твою «идиллию» с Томом и думал, что наш тандем просто распадается. Я не уходил от тебя, Кейт. Я уходил, чтобы не смотреть, как ты выбираешь не меня. Он на мгновение замолчал, подбирая слова, и добавил с ещё большей горечью: — А потом оказалось, что я ещё и виноват во всём. Парни и Монтгомери смотрели на меня как на врага народа. Они были злы на меня за то, что я «бросил» тебя, хотя на самом деле я просто отошёл в сторону, чтобы не мешать твоему счастью. Я стал для всех козлом отпущения за ситуацию, в которую ты сама меня загнала. Тишину, последовавшую за этим признанием, нарушил скрип кожи. — О, глядите-ка, в раю проблемы, — подала голос Беда, лениво потягиваясь в кресле. — А я-то думала, вы уже вовсю выбираете занавески для нового дома. — Рик, — Кейт сделала шаг навстречу, её голос дрогнул. — Ты тоже не так виноват, как сейчас себя выставляешь. Честно говоря, после взрыва в моей квартире я много думала о нас. Да я и раньше думала, но… каждый раз, когда мне казалось, что ты вот-вот сделаешь настоящий шаг, ты просто менял тему. Она грустно усмехнулась, вспоминая их бесконечные «танцы» вокруг да около. — Ты флиртовал, Касл, постоянно. Но в этом никогда не было серьёзности. А потом… Элли Монро. Твой флирт с Мэдди. Знаешь, ты довольно странно демонстрировал свою «заинтересованность» во мне. Касл помрачнел, этот укол из прошлого попал точно в цель. — Беккет, я думаю, всё, что ни делается — к лучшему. Мы тогда явно не были готовы. Мы не боролись друг за друга, а значит, настоящей любви ещё не было. Демминг ведь спрашивал меня напрямую, есть ли что-то между нами. И я сказал ему, что нет. Хотя мог бы… мог бы сказать, что мы к этому движемся. Но я не имел права решать за тебя. У нас была ревность, было дикое напряжение, но любовь… Он замолчал, глядя в окно. — Хотя после того, как Данн взорвал твою квартиру, я испугался так, как никогда в жизни. Мне казалось, мои чувства к тебе достигли пика. Твой переезд ко мне в лофт мог стать той самой проверкой, шансом всё изменить. Но ты при первой же возможности сбежала от меня в первый попавшийся вариант. — Касл… — Кейт подошла почти вплотную. — Я всегда любила уединение. Особенно тогда. И ты прав: мы не боролись. Я тоже могла бы вызвать тебя на разговор, когда в участок явилась Джина, а не просто молча сдаться. В этот момент на кухне раздался ритмичный треск — Беда с невозмутимым видом поставила попкорн в микроволновку, готовясь к финалу этой драмы. — Кейт, — Касл взял её за руки. — Я, конечно, должен извиниться за Элли, Мэдди и Джину. У нас всё и всегда было невпопад. Но я точно помню, что в деле с грязной бомбой я бы лучше взорвался рядом с тобой, чем продолжал жить без тебя. И плевать, что ты тогда была с Джошем. — О какой бомбе речь? — подала голос Беда из кухни, но пара синхронно, не оборачиваясь, шикнула на неё: — Тихо! — Касл, я думаю, уже тогда испытывала к тебе сильные чувства, — прошептала Беккет. — Я хотела признаться, когда мы замерзали в той морозильной камере. Но потом появился Джош, и я решила дать ему шанс. Эти отношения были мертворождёнными, ошибкой от начала и до конца, хоть он и хороший человек. Ты был прав: я пряталась за мужчинами, которых не любила. Но сейчас всё изменилось. Ты — мой якорь, Касл. Всегда. — Всегда, — эхом отозвался он, и его лицо снова озарила привычная мальчишеская улыбка. — А ещё я самый смешной парень в классе. И очень этим горжусь. — Касл… — простонала Беккет, не зная, смеяться ей или злиться, и просто притянула его к себе для поцелуя. — Мы только что пережили нашу первую настоящую ссору! — довольно провозгласил Касл, когда они наконец отстранились друг от друга. Он бросил быстрый взгляд на закрытые панели кабинета и сокрушённо вздохнул: — Вот только… нам даже негде заняться примирительным сексом. В кабинете сейчас Гейтс, в гостевой обитает Беда. Беда скривила выразительную мину, а Беккет, покраснев, ощутимо пнула Касла по голени.

***

Панели кабинета разошлись с тихим шорохом. Гейтс махнула головой в сторону гостиной, пропуская вперёд Алексис. Та выглядела измождённой, как после марафона, но в её осанке появилась уверенность. Гейтс подошла к замершим в ожидании Каслу и Беккет, сложила руки за спиной и обвела их всех взглядом. — Я показала ей основы: как схлынивать и как возвращать человеческую форму усилием воли. Но признаюсь, Алексис для меня — ещё большая загадка, чем ты, Беккет. Если твою позднюю инициацию можно списать на колоссальный стресс, то Алексис… это аномалия. Я подозреваю, что даже её мать не знает всей правды. Прожить до восемнадцати лет, не видя мира Существ, — это необъяснимо. Гейтс сделала паузу. — Такие совпадения не случаются просто так. Обычно ими заканчиваются целые эпохи. Присматривайте за ней. Точнее — все вы теперь должны держаться друг друга. Я помогу, чем смогу, в этом не сомневайтесь. Каковы ваши планы? — Искать билеты, — ответила Кейт, стараясь вернуть себе деловой тон. Она повернулась к девушке в кожанке. — Беда, как у тебя с документами? Нам нужно бронировать места. — Документы? — Беда хмыкнула, скрестив руки на груди. — Кроме мачете у меня за душой ничего нет. Ни бумажек, ни прописки. То есть в системе-то я есть, — добавила она с мрачным смешком. — У копов на меня досье в милю длиной: кражи в Нью-Йорке, взломы в Аллентауне, Кливленде и Сент-Поле. Последний раз я «отметилась» в психушке Спокана, откуда успешно сделала ноги. Если я сунусь в обычный аэропорт, мне выдадут не посадочный талон, а наручники прямо у стойки TSA. Мы могли бы попробовать всё это разгрести, но на суды и апелляции уйдут месяцы. А времени у нас нет. Гейтс вздохнула, представляя себе объём юридического ада, который ей пришлось бы разгребать. Касл на мгновение задумался. — Беккет… Кажется, мне пора сделать один очень важный звонок старому другу. У Паттерсона есть частный джет, и он всё ещё должен мне крупную сумму после нашей последней игры в покер. Таким образом Беда сможет лететь как «частный гость», и никакой агент не будет сверять её отпечатки со списком разыскиваемых. К тому же, она сможет взять с собой свои специфические «документы», и при досмотре багажа никто не лишится конечности. Хотя в Портленде нам всё равно придётся искать способ легализовать её прошлое. Беда с тоской посмотрела на верхнюю полку шкафа, где в тени лежало её мачете. — Беда, ты, наверное, ему уже имя дала, — мягко заметила Беккет. — Скорее всего, с ним придётся проститься. Мы не будем рисковать даже на частном борту. Звони Паттерсону, Касл. Нам нужны все ресурсы. Кейт на секунду замолчала, а потом лукаво посмотрела на Касла. — Но знаешь, Рик… тебе определённо нужно писать больше книг. Почему у Паттерсона есть личный джет, а у тебя — нет? Ты подводишь бренд «Ричард Касл». Касл вскинул брови и посмотрел на неё с самым комичным выражением обиды. — Это был удар ниже пояса, Беккет! Он не проводит кучу времени, бегая за преступниками Нью-Йорка! — проворчал он, уже набирая номер «короля триллеров».

***

— Папа, подожди, — Алексис положила руку на запястье отца, останавливая его, прежде чем он успел нажать кнопку вызова. В её голосе всё ещё слышалась дрожь, но взгляд был твёрдым. — Мы ведь ещё не решили, поеду ли я в Портленд. И что будет с бабушкой? Касл медленно опустил телефон и посмотрел на дочь с нежностью. — Тыковка, я не могу заставить тебя лететь. Но я очень не хочу оставлять тебя здесь одну в такой ситуации. В Портленде тебя ждёт наставник, да и в Малибу нам нужно заскочить — с твоей матерью пора перекинуться парой слов. Очень громких слов. Он тяжело вздохнул, подбирая аргументы. — Алексис, решать тебе, но обдумай всё хорошенько. Как отец, я настоятельно рекомендую лететь с нами. Всё, что происходит, слишком подозрительно, и нам действительно нужно держаться вместе. Я говорю это не для того, чтобы отнять у тебя Колумбийский университет, а потому что так будет безопаснее. Что касается бабушки... — Касл на секунду замялся. — Мы что-нибудь придумаем. Но всю правду ей открывать не стоит. Ты же её знаешь: пара бокалов хорошего вина, душевный разговор — и она может разболтать лишнего, сама того не заметив. Её школа актерского мастерства отвлечет её, да и самолёты никто не отменял. Кто знает, может, новая серия о Никки Хит — теперь уже как об охотнице на монстров — позволит мне наконец догнать Паттерсона по гонорарам. — Мистер Касл, я бы настоятельно не советовала вам об этом писать, — ледяным тоном вмешалась Гейтс. — Совет Существ внимательно следит за подобной литературой. Они наказывают тех, кто раскрывает нашу жизнь обычным людям. — Совет Существ? — переспросила Беккет, чувствуя, как список тайных организаций растёт с каждой минутой. — Да, Беккет, есть и такой, — кивнула капитан. — Мы соблюдаем правила, которые позволяют нам оставаться в тени, и Совет следит за их выполнением. Его цель — безопасность нашего вида любыми способами, порой весьма неприятными. Существа, ведущие публичный образ жизни, всегда рискуют схлынуть на камеру. Одно дело, если это увидит другое Существо, но совсем другое — если это заметит Гримм старых устоев. Поэтому такие Существа учатся сдерживать себя перед объективами. Они буквально «играют» роль людей. Мистер Касл, видимо, можете спросить об этом вашу первую жену. — Да ладно, капитан, — фыркнул Касл. — Мередит провела на экране меньше минут, чем я. — Тем не менее, — отрезала Гейтс. — Совет также следит за тем, чтобы Существа не показывали свою истинную сущность обычным людям. Это абсолютно вне закона. — Подождите, это возможно? — хором воскликнули Касл и Беккет. — То есть Алексис может показать мне своё лицо намеренно? — добавил Касл. — Может, — подтвердила Гейтс. — Но я не буду её этому учить. Во-первых, в этом мало смысла — это используется в основном для запугивания. Во-вторых, Рыжехвосту будет гораздо проще обучить её этому, чем мне. Касл повернулся к дочери: — Тыковка, что ты решила? Готова когда-нибудь показать отцу свои рыжие меховые щёчки? Алексис глубоко вздохнула, глядя на отца, Беккет и невозмутимую Беду. — Ладно, пап. Я согласна. Может быть, когда я окрепну в этом новом мире, я вернусь сюда, чтобы поддержать бабушку. Но решать это мы будем вместе. — Хорошо, Алексис, — Касл заметно расслабился и снова поднял телефон. — Звоню Паттерсону.

***

Гейтс коротко кивнула на прощание и покинула лофт, возвращаясь в участок. Пока Касл в другой комнате убеждал Паттерсона, что частный самолёт — это малая цена за старый карточный долг, Беккет замерла у окна. Она вдруг осознала, что в этом вихре событий забыла о самом важном человеке. Она достала телефон и набрала номер Джима. — Папа, привет. — Привет, Кэти, — голос Джима звучал ласково, но с ноткой иронии. — Ты за последние четыре дня звонила мне чаще, чем за весь прошлый месяц. — Да, пап. Дело в том… я уезжаю. Надолго. На том конце провода повисла тяжёлая пауза. Джим Беккет слишком хорошо знал свою дочь, чтобы не почуять неладное. — Кэти… и куда же? — В Портленд. Мне нужно быть рядом с Ником. Сейчас нам всем стоит держаться вместе. Большего я пока сказать не могу. — Кэти, — вздохнул Джим, — а кто меня совсем недавно отчитывал за то, что нельзя хранить секреты? Беккет прикусила губу. Ощущение дежавю ударило под дых: она оказалась ровно в той же ситуации, что и её отец годами ранее, пытаясь защитить близких ложью во благо. — Папа… ты прав. Прости. Но это не для телефонного разговора. Приезжай завтра в Хэмптонс. Мы устраиваем прощальную вечеринку для друзей. — «Мы»? — переспросил Джим. — Да, мы. Я и Касл. — Дочка, ты ничего не хочешь мне сказать? — в голосе отца послышалась улыбка. — Может быть… — застенчиво ответила Кейт, чувствуя себя подростком. Ей всё ещё было неловко признаваться, что она начала встречаться с любимым автором своей матери. И своим собственным, если быть честной до конца. — Кэти, это то, о чём я думаю? Мне пора готовить поздравительную речь? Или мне стоит захватить с собой дробовик? — иронично поинтересовался Джим. — Папа! В смысле… нет, дробовик ни в коем случае не бери. Мы с Каслом теперь пара. Я думаю… я лю… — Кейт осеклась. Она хотела впервые вслух признаться в любви к Рику своему отцу, но вовремя остановилась. Первым это должен был услышать сам Касл. — Но мне всё же нужно спросить его о намерениях по отношению к моей дочери, — не унимался Джим. Беккет закатила глаза так эффектно, что жаль — отец этого не видел. — Папа, хватит. Ты приедешь завтра к Рику в летний дом? Там и поговорим. — Хорошо, дочка. На самом деле я искренне рад за вас. Рик показался мне достойным человеком. Знаешь, я даже просил его поговорить с тобой, чтобы ты бросила дело матери… ещё до твоего ранения. Мне казалось, он единственный, кого ты можешь послушать. — Папа?! — Кейт едва не выронила телефон. — Ты встречался с Риком до похорон? И молчал? — Дочка, ты же сама сказала — завтра поговорим. Связь барахлит, Кэти. До завтра! Джим поспешно повесил трубку. Беккет медленно опустила руку и обернулась к Каслу, который как раз закончил разговор с Паттерсоном. — Ну что, Касл? Кажется, нам предстоит ещё один серьёзный разговор. Касл посмотрел на неё с искренним испугом. — Что? Что я опять сделал? — Ты никогда не рассказывал мне, что мой отец разговаривал с тобой о деле моей матери. — Не только твой отец, — Касл виновато пожал плечами. — Монтгомери тоже. Почему-то они оба считали, что у меня есть на тебя какое-то магическое влияние. И это при том, что у тебя тогда был парень! На меня и так возложили огромную ответственность, Кейт. Я не считал правильным обсуждать это с тобой тогда. В конце концов, сейчас это уже неважно. Кейт внимательно посмотрела на него, и гнев внутри неё окончательно угас, сменившись нежностью. — Да, Касл. Ты прав. Это уже неважно. Я надеюсь, теперь между нами действительно не осталось тайн. И все решения отныне мы будем принимать вместе. — Конечно, Кейт, — Рик подошёл и мягко обнял её. — Всегда.