Привет, Портленд

Частный джет Паттерсона оторвался от полосы аэродрома Тетерборо, оставляя позади силуэт Нью-Джерси. В салоне разгорелся привычный для Беккет и Касла спор. — Ван-Найс, Кейт. Поверь моему опыту, — Касл расправил на коленях карту Лос-Анджелеса. — Там терминалы быстрее, и мы не застрянем в пробках на подступах. — Санта-Моника ближе к Малибу, Касл, — парировала Беккет, не отрываясь от иллюминатора. — Ближе — значит быстрее. Это простая геометрия. — «Ближе» не всегда означает «быстрее», Беккет. Я тебе это твердил ещё в тот день, когда мы искали грязную бомбу. Если бы я тогда тебя послушал, добрая часть Нью-Йорка сейчас представляла бы собой радиоактивную пыль под завалами. Кейт устало выдохнула, признавая поражение. — Ладно, Касл, тебе лучше знать. Я в этих краях второй раз в жизни. Просто закажи машину до Малибу. — На этот раз нам понадобится что-то внушительное, — Рик уже что-то быстро печатал в телефоне. — Багажа слишком много, а Беда, кажется, планирует конфисковать половину запасов еды из самолёта. Она так обрадовалась, что мы вернули ей этот тесак, что у неё аппетит вырос в два раза. Хотя, казалось бы, куда ещё. Я серьёзно предлагаю взять вертолёт прямо до виллы. — Касл, нам нужно как-то перемещаться по Малибу самостоятельно. Никаких вертолётов и личных водителей. Арендуй внедорожник, помощнее. И нам нужно будет заскочить в магазин позже — не думаю, что Мередит держит в холодильнике что-то, кроме капусты и шампанского. — Какое счастье, что я неприлично богат, Беккет, — самодовольно усмехнулся он. — Хватит хвастаться, Касл. Я ведь не за это тебя люблю… — Кейт вдруг осеклась. Слова сорвались с губ, прежде чем она успела их остановить. Это было не то место, не то время и совсем не те обстоятельства, которые она рисовала в своих редких девичьих фантазиях. Но Каслу, похоже, было плевать на обстоятельства. Он замер, и его лицо осветилось таким искренним восторгом, которого Кейт не видела у него никогда. — Ты… ты меня любишь? — прошептал он, сияя. — Конечно, Рик. Как ты вообще мог в этом сомневаться? — Она накрыла его ладонь своей. — Каждый раз, когда я говорила тебе «всегда» — это и было моим «я тебя люблю». И у меня будет целая жизнь, чтобы доказывать тебе это каждый день.

***

Спустя восемь часов перелёта и борьбы с калифорнийским трафиком, арендованный внедорожник остановился у виллы Мередит. Мередит явно не ждала делегации из Нью-Йорка. Когда массивная дубовая дверь распахнулась, первая жена Касла предстала перед ними в экстремально коротких шортах и лёгком топе, с бокалом чего-то ледяного в руке. Увидев на пороге четверых хмурых гостей, она опешила, но рефлекторно отступила, пропуская их в прохладную глубину дома. — Привет, Мередит, — почти прошипел Касл, проходя мимо неё. — Похоже, в нашем браке ты забыла упомянуть о себе одну ма-а-аленькую деталь. Мередит непонимающе переводила взгляд с Ричарда на замершую Алексис. — Котёнок? Сладкая? Что вы здесь делаете? — Она попыталась улыбнуться своей фирменной голливудской улыбкой, но та вышла натянутой. — Привет, мам, — голос Алексис прозвучал глухо. Она сделала шаг вперёд. Лицо девушки на мгновение исказилось, под кожей проступили острые скулы, а щёки покрылись нежным рыжим мехом. На Мередит уставилось испуганное, но дикое лисье обличье. Хозяйка дома вскрикнула, едва не выронив бокал, и попятилась. Она схлынула мгновенно. Её лицо вытянулось, приобретая те же лисьи черты, что и у дочери, только более зрелые и хищные. Взгляд Мередит метнулся к Кейт и Беде. Те синхронно сняли солнцезащитные очки. Два угольно-чёрных провала — глаза Гриммов — впились в неё. Мередит отбежала к камину, прижимая руки к груди. — Что происходит?! Сладкая… как это возможно? И Гриммы! — Она в ужасе указала дрожащим пальцем на Кейт. — Котёнок, это же твой детектив! Ричард, почему у твоего детектива глаза убийцы?! — Мередит, это я хотел у тебя спросить — что здесь происходит, — Касл сделал шаг вперёд, загораживая остальных. — Говорят, наша дочурка теперь по праздникам обрастает мехом. Я этого, к сожалению, не вижу, но, судя по твоей физиономии, у тебя та же привычка. — Вы… вы меня не убьёте? — прохрипела Мередит, глядя на Беду, чья рука подозрительно близко лежала к складкам куртки. — Мередит, успокойся. Никто тебя не тронет, — Беккет сделала голос максимально спокойным и властным. — Но нам нужна правда. Вся. От начала и до конца. Кейт коротко кивнула Беде, и обе женщины снова надели очки, скрывая пугающую тьму зрачков. Алексис, тяжело дыша, заставила мех на лице исчезнуть. Тишина в доме стала невыносимой.

***

Мередит опустилась на край белоснежного дивана, её руки дрожали, сжимая пустой бокал. Лисьи черты лица окончательно растаяли, оставив лишь измождённую женщину с размазанной тушью. — Я выросла в семье Рыжехвостов, — начала она, глядя куда-то сквозь Касла. — Мы жили в коконе, счастливые и беспечные. Родители оберегали меня, но совершили роковую ошибку: они не научили меня выживать в мире существ. Когда они погибли в автомобильной аварии, я осталась одна. Я бросилась в актёрскую карьеру, не понимая, что сама рисую мишень у себя на спине. Для меня Гриммы были просто сказкой, страшилкой, которой пугают непослушных лисят. Она перевела взгляд на Касла, и в её глазах на миг промелькнула тень прежней нежности. — Потом была та встреча с Мартой на прослушивании. Я ей приглянулась, и она познакомила нас. Ричард, я влюбилась без памяти. Ты был молод, успешен, чертовски красив... и ты был человеком. Когда я забеременела, я ни о чём не думала. Ты позвал меня замуж, и всё было как в сказке. Я любила тебя. И я любила Алексис, пусть и проявляла это... по-своему. Мередит сглотнула, её голос стал сухим, как песок Малибу. — Всё рухнуло, когда Алексис исполнилось три. На одном из кастингов я не сдержалась и случайно схлынула. Это увидел продюсер. Ты его помнишь, Ричард. Он был троллем. Мерзкие грубые существа. Но хуже всего то, что он был мелким членом Ордена Чистой Крови. — Какого ордена? — хором спросили Кейт и Касл. — Орден Чистой Крови, — прошептала Мередит, и по её коже пробежала видимая дрожь. — Древний орден фанатиков. Они помешаны на расовой чистоте и ненавидят союзы существ с людьми, даже между существами разных видов. Я боюсь даже представить, что они сделают, если узнают о ребёнке Существа и... Гримма. Она посмотрела на Беду и Беккет с неприкрытым ужасом. — Он начал шантажировать меня. Алексис — полукровка, по их меркам она — ошибка природы, подлежащая искоренению. Он требовал ответа: кто она — человек или существо? Наш брак уже был предрешён, но судьба Алексис зависела от того, кто она была. Ценой его молчания были... услуги. Сексуальные услуги. Он хотел не просто тело, он хотел унизить меня, растоптать гордость Рыжехвоста. Тот случай на диване, Ричард... Это не была измена. Это была плата за то, чтобы он не донёс Магистру Ордена. У тех нет компромиссов. Если бы они узнали об Алексис — они бы казнили меня, её... и, возможно, тебя, просто за то, что ты «осквернил» их вид. В гостиной воцарилась тишина. Касл стоял неподвижно, его лицо превратилось в каменную маску. — Поэтому я ушла, — продолжала Мередит, вытирая слёзы. — Поэтому я почти не навещала её. Я забросила карьеру, жила на твои алименты и редкие роли в театре, лишь бы не мелькать на экранах, где меня могли узнать братья Ордена. Мой «переезд» в Нью-Йорк был блефом. Я знала, что ты поможешь мне с работой, но я никогда не сблизилась бы с тобой снова. Ради неё. Но теперь... Она с ужасом посмотрела на Алексис. — Теперь в ней проснулась кровь Рыжехвоста. Она больше не может прятаться за человеческой маской. Она под трибуналом Ордена, Ричард. Ты должен что-то придумать. Ты должен защитить её. Алексис, бледная как полотно, медленно подошла к матери и обняла её. Касл закрыл глаза, пытаясь осознать, что женщина, которую он презирал за эгоизм, всё это время несла на себе клеймо позора, чтобы их дочь могла просто дышать. Беккет первой нарушила молчание. Её голос звучал по-детективному холодно, но в нём чувствовалась сталь: — Значит, мы добавим Магистра Ордена в наш список. Сразу после сенатора Брэкена.

***

После нескольких минут молчания Касл наконец заговорил. Его голос звучал глухо, лишённый привычного налёта бравады. — Мередит... прости меня. У меня просто не хватает слов. Я всю жизнь недооценивал тебя. Ты принесла эту жертву ради Алексис, убедив меня, что ты просто ветреная, пустая особа. Я буду твоим должником до конца жизни. В этом не сомневайся. Мередит закрыла глаза, и одна-единственная слеза скатилась по её щеке. — Я сделала это не ради твоей благодарности, Ричард. Я сделала это, чтобы у неё был отец, которому не нужно оглядываться через плечо каждую секунду. — Но что нам делать дальше? — спросил Касл, переводя взгляд на хмурые лица двух женщин, замерших у двери. — Касл, — вмешалась Беккет, она уже просчитывала варианты. — Нам нужно найти способ разлучить тебя и Алексис в Портленде. Юридически и социально. — В Портленде? — Мередит ахнула, её глаза расширились от тревоги. — Там же находится одна из крупнейших ячеек Ордена. Зачем вам туда?! — Я не собираюсь разлучаться с Алексис, — твёрдо отрезал Касл, перекрывая вопрос Мередит. — Успокойтесь оба, — скомандовала Беккет. — Я имею в виду, что для неё нужно придумать прикрытие, «легенду». Хорошо, что ты оберегал её от прессы практически всю жизнь, Касл. Она не мелькала в таблоидах, и там её лицо вряд ли кто-то знает. Нам нужно будет обсудить это с Ником. Нам нужны новые документы. Теперь я понимаю слова Гейтс — Гримму часто приходится идти по «серой зоне». Остаться чистенькими в этой игре не получится. Она снова повернулась к Мередит. — Что касается ячейки в Портленде... нам так или иначе придётся с ними разбираться. Алексис не может и не должна бояться их до конца жизни. Мередит, мне нужно имя того продюсера. Нам нужен выход на Магистра. — Это уже неважно, — Мередит устало покачала рыжей прядью. — Он сейчас в тюрьме, отбывает долгий срок за изнасилование. Если вы начнёте его трясти, он может что-то заподозрить и передать весточку Магистру. Лучше оставить его гнить там. Пока он думает, что я всё ещё у него под каблуком, он будет молчать. Беккет посмотрела на Касла. — Нам нужно как-то связать Алексис с тем знакомым Ника — с Рыжехвостом, о котором он говорил. Жаль, мы пока не знаем его или её имени. Документы должны создать дистанцию между тобой и Алексис, чтобы вы могли общаться, не вызывая подозрений в кровном родстве. Воспитанница, дальняя родственница, друг семьи — мы что-нибудь придумаем. Надеюсь. — Значит, так, — вздохнул Касл, глядя на дочь, которая всё ещё осознавала, что её мать была тайной мученицей. — Мы едем в логово львов, чтобы научить лисицу драться. Беда, всё это время молча наблюдавшая за семейной драмой, наконец не выдержала: — Это всё, конечно, трогательно. Но какие у нас планы? Нам нужно в Портленд. Прямо сейчас. — Возвращаемся в Ван-Найс, наш джет всё ещё ждёт на полосе, — ответила Беккет, уже доставая телефон. — Я сейчас наберу Нику. — Бёркхардт, — отрывисто отозвался Ник после первого же гудка. — Ник, привет, это Кейт. Мы будем у тебя часа через четыре. Диктуй адрес. — 805, Норт-Ист Прескотт-стрит. Кейт, я сейчас в таком эпицентре событий, что не уверен, буду ли дома к вашему прилёту. Я в больнице — моя девушка без сознания, и врачи не знают, что с ней. Но я постараюсь подъехать. Я зашиваюсь, мне нужна помощь. Нам нужно срочно поговорить. — Ник, с ней всё будет в порядке? — Кейт нахмурилась, чувствуя его панику на расстоянии. — Не знаю, Кейт. Скорее всего, это не обычный обморок. И ещё... Купите одноразовые телефоны для связи. Берите сразу партию. Всё, отключаюсь. — Это было странно, — заметил Касл, когда Кейт убрала телефон. — Видимо, не только у нас земля уходит из-под ног. Поехали в аэропорт.

***

Ник, положив трубку, посмотрел на нервничающего Монро. — Что ещё она успела рассказать тебе про эту кошку? Хоть что-нибудь? — спросил Монро. — Только то, что Адалинда принесла её в лечебницу, и кошка её поцарапала, — Ник прислонился спиной к холодной стене. — Джульетта не верила ни одному моему слову об Адалинде. Поэтому я и отвёз её к трейлеру. Поэтому я привёл её к тебе. — Ладно, я понял. Но должен тебе сказать, дружище, для «предупреждения об опасности» это было как-то маловато и поздновато. Когда она её поцарапала? — Сегодня. — Слушай, Ник, я понимаю, ты надеешься, что врачи что-нибудь наколдуют, но ты же видел, что случилось с Хэнком. Ты видел, что было с твоим сержантом. Нам нужно найти эту чёртову кошку, мужик. Любой ценой. Из палаты вышел врач и направился к ним. — Детектив Бёркхардт? Мы стабилизировали её состояние. Если это инфекция, ей придётся остаться в карантине. Обычно кошачьи царапины не так опасны, так что здесь может быть что-то ещё. Результаты тестов будут готовы нескоро. Сейчас вы ничем не можете ей помочь. Советую вам ехать домой. Как только что-то прояснится, мы сразу позвоним. Врач ушёл, оставив их в тишине. — Ник, я знаю, ты хочешь остаться здесь и быть с ней, — Монро положил руку ему на плечо. — Хочу. Но это ей не поможет. Пошли искать кошку. Они направились к выходу, когда телефон Ника снова зазвонил. — Да? — Ник, это Хэнк. Сержант Ву нашёл след Кимуры в мотеле «Палмс». Но когда ребята пошли проверять номер, на них напали. — Они целы? — В целом да. Но это был не Кимура. Это была женщина. Мы думаем, он работает с кем-то, с кем лучше не связываться. Так что береги себя. — Ты тоже, Хэнк. Ник сбросил вызов и посмотрел на Монро. — У нас гости из Нью-Йорка на подходе, кошка-убийца на свободе и таинственная напарница Кимуры в мотеле. Кажется, Портленд официально сошёл с ума.

***

Ник и Монро приехали в ветеринарную клинику Джульетты. В глубине коридора слышался разноголосый лай, но в кошачьем отделении царила тишина. — Мы держим кошек отдельно, — ветеринар вела их мимо рядов клеток. — Если бы мы поселили их вместе с собаками и птицами, они бы выли и орали всю ночь напролёт. Монро, чей нос Потрошителя улавливал в этом месте слишком много лишних запахов, поморщился. — Ладно, а как нам понять, какая из этих фурий наша? — На каждой клетке указано имя владельца. Вы его знаете? — Да, — отрезал Ник. — Шейд. Адалинда Шейд. — Хорошо. — Врач остановилась у одной из верхних клеток. — О, привет, Маджик. На вид ты вполне здорова. Она потянулась к замку, но кошка внезапно метнулась к решётке. Её глаза вспыхнули недобрым огнём, и она с яростным шипением бросилась на руку женщины. Монро отступил на полшага, его зрачки на мгновение расширились. — Да, это определённо она. У неё такой же скверный характер, как и у хозяйки.

***

Хэнк Гриффин подъехал к своему дому, чувствуя себя, будто отработал смену в шахте. У дома его ждал офицер Франко. — Эй, как дела? Всё тихо? — спросил Хэнк, оглядывая тёмные окна своего жилища. — Да, детектив. Никакого движения. Здесь спокойнее, чем на кладбище. — Ладно. Увидимся утром. Хэнк кивнул, не подозревая, что спокойствие скоро сменится кошмаром, который заставит его усомниться в собственном рассудке.

***

Дверной колокольчик звякнул, пропуская Ника и Монро, тащивших накрытую плотной тканью клетку. За прилавком их ждала Розали, чьё лицо было бледным от беспокойства. — Так, назад, все назад! — командовал Монро, опуская клетку на стол. — Не подходите близко. Нам нужно вырубить эту тварь. Розали, если у тебя нет подходящей химии, принеси мне увесистый брус, и я решу вопрос по-свойски. — Как Джульетта? — проигнорировала его выпад Розали, глядя на Ника. — Мы не знаем. Врачи бессильны, — Ник сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Ты сможешь понять, что в неё вкололи через эту кошку? — Я сделаю всё возможное. Сначала проверю образцы с когтей, но если этого будет мало... Ник, мне придётся осмотреть саму Джульетту. Ник коротко кивнул. — Вы справитесь здесь вдвоём? — Вообще-то, не очень! — честно признался Монро, поглядывая на клетку, которая ходила ходуном. — Да, Ник. Мы справимся, — твёрдо ответила Розали. — Эй, ты куда? — Монро проводил Ника взглядом. — Я иду искать Адалинду. Ник стремительно вышел, оставив друзей один на один с бешеным животным. Монро с опаской заглянул под накидку. Маджик оскалилась, издав звук, больше похожий на рычание Потрошителя. — Может, я ей просто не нравлюсь? — пробормотал Монро. — Потрошители и домашние питомцы — плохой союз. Мы привыкли видеть в них не друзей, а... скажем так, лёгкий перекус между обедом и ужином. — Я начну с экстракта валерианы лекарственной, — Розали поспешила к полкам с флаконами. — Это должно её утихомирить. Монро снова посмотрел на кошку. Та зашипела так, будто проклинала всю его семью. — Ладно-ладно, понял. Молчу.

***

Хэнк вошёл в дом и сразу почуял неладное. А потом он увидел гостиную. Это было не просто ограбление, это было осквернение. Мебель перевёрнута, подушки вспороты, фотографии разбросаны по всей комнате. Он пробирался сквозь обломки, чувствуя, как пульс стучит в висках. Когда он дошёл до спальни, разум предал его. Каждая тень казалась ему оскаленной мордой того волка из леса. Краем глаза он уловил движение — Женщина в чёрном выскользнула в окно с грацией призрака. Хэнк резко обернулся, уверенный, что монстр наконец пришёл за ним. Заметив шевеление в шкафу, он выстрелил. Грохот выстрела вдребезги разнёс зеркало и его остатки самообладания. — Нет, нет, нет! Не стреляй! — Франко ворвался в комнату, подняв руки. — Эй, тише. Положи пушку! В кого ты палил, Хэнк? Там же никого нет!

***

Ник выбил дверь, держа комнату на мушке. — Адалинда! Адалинда! Дом был пуст, в нём застоялся запах старых духов и предательства. Телефон завибрировал. — Да? — Он был у меня дома, Ник, — голос Хэнка дрожал, он был на грани срыва. — Всё разнёс. — Ладно, я еду к себе, — Ник прищурился, его взгляд стал стальным. — Если он ударил по тебе, значит, следующим будет мой дом. — Джульетта дома? — Нет. Она в больнице. — Что? Что случилось? Она в порядке? — Я ещё не знаю, — отрезал Ник, чувствуя, как тяжесть мира давит на его голос. — Я могу встретить тебя у твоего дома. — Нет, оставайся у себя. Охраняй свой дом. Я вызову подкрепление. — Ладно. Я запрошу официальный наряд. — Не беспокойся, — пробормотал Ник, думая о «подкреплении», которое как раз приземлялось в аэропорту. — Я тоже.

***

В лавке пряностей воздух был пропитан ароматом валерианы. — Ты уверена, что это вырубит кошку? — спросил Монро, зависнув над котлом. — Не вырубит, — поправила Розали, её руки были твёрдыми, несмотря на хаос вокруг. — Парализует минут на тридцать. Этого хватит, чтобы проверить когти. Снимай накидку, Монро.

***

В нескольких милях от них, в больничной палате, писк мониторов нарушила внезапная судорога. Тело Джульетты выгнулось на кровати. Её глаза резко распахнулись. Зрачки расширились настолько, что поглотили радужку целиком. Две бездонные чёрные дыры, уставившиеся в люминесцентный свет ламп.

***

Дом Ника на Прескотт-стрит превратился в зону боевых действий. Акира Кимура, чьё лицо исказилось в зверином оскале, впечатал Ника в стену. — Ты — Гримм. У тебя монеты. Отдай их мне! — прорычал якудза, на мгновение схлынув в своё уродливое обличье. — Я дам тебе вот это! — Ник с трудом вырвался и вложил всю ярость в сокрушительный удар в челюсть. — Ты убил моих родителей! Зачем?! Драка вспыхнула с новой силой, мебель разлеталась в щепки, пока в дверях не возник силуэт Женщины в чёрном. Она двигалась очень быстро и расчётливо. Ник, не узнав её, бросился в атаку, но женщина легко парировала удар и переключилась на Кимуру, который пытался отползти к выходу. В этот момент тяжёлая входная дверь, и без того висевшая на одной петле, распахнулась настежь. В дом ворвались Беккет и Беда, на ходу выхватывая своё оружие. Акира Кимура замер. Он медленно обернулся, переводя взгляд с избитого Ника на высокую Женщину в чёрном, а затем на вошедших Беккет и Беду. В комнате повисла тишина. Кимура почувствовал это кожей — давление, исходящее сразу от четырёх пар глаз. Четыре Гримма. Древний ужас его предков ожил прямо здесь, в пригороде Портленда. Сердце якудзы не выдержало первобытного страха, и он рухнул на пол, теряя сознание. Женщина в чёрном, не теряя ни секунды, вонзила шприц ему в шею, вводя мощный транквилизатор. Она медленно выпрямилась и повернулась к Нику. Тот стоял, тяжело дыша, направив на неё пистолет. Мачете Беды и пистолет Беккет тоже были направлены в центр комнаты. — Ник. Ники... Это я, — голос женщины дрогнул, в нём пробилась нежность, которой не было места в этой бойне. Ник замер, его пальцы на спусковом крючке задрожали. В памяти всплыл голос из детства. — Мама?