О волках и овцах

Вернувшись из Нью-Йорка и входя в участок, Кейт ощутила дежавю. Снова встреча с Ренардом. Снова собеседование. Она надеялась, что сейчас сюрпризов не будет. Стоя перед кабинетом капитана, Беккет поправила лацкан своего пиджака — старая привычка из Нью-Йорка, помогающая собраться перед сложным разговором. Ренард сидел вполоборота к двери, изучая какой-то отчёт, пока не заметил Кейт. — Заходите, Беккет, — раздался голос капитана. Он сразу повернулся. На его лице была только вежливая улыбка, но внутри Ренард сгорал от желания узнать про Беккет всё. — Ну что, детектив, решили свои... юридические казусы? — Ренард слегка приподнял бровь, указывая на стул. — Да, капитан. Всё официально аннулировано. Спасибо за отсрочку, — Кейт села, сохраняя идеальную осанку. — И спасибо за то, что вообще нашли этот факт моего позора. Трудно признавать, но я не представляю, что бы делала, если бы этот «сюрприз» выплыл прямо перед моей настоящей свадьбой. Это была бы катастрофа. Ренард едва заметно приподнял бровь. Он решил проявить любопытство. — Скажите честно, Беккет, — он слегка наклонился вперёд, — вы действительно тринадцать лет не догадывались о подлинности того брака? Или просто не хотели знать? — Нет. Я была уверена, что это пьяная шутка, — Кейт не отвела взгляд. — Я рассталась с Роганом через пару недель. А потом... ещё через неделю убили мою мать... Моя жизнь тогда превратилась в ад, капитан. Этот «муж» просто выпал у меня из головы до нашего с вами разговора. Ещё раз благодарю за информацию. Ренард понимающе кивнул. Его губ коснулась едва заметная улыбка. — Что же. Я рад, что вопрос закрыт. Порядок в документах моих подчинённых — это порядок в моем участке. Я всегда стараюсь содействовать своим людям в подобных делах. Разумеется, жду такой же лояльности и отдачи в ответ. Мы здесь, в Портленде, — одна большая семья. — Конечно, сэр. — Беккет смутно почувствовала что-то подозрительное в словах Ренарда, но пока отпустила это. — Вы готовы приступить? — он переложил папку на край стола. — Ваши полномочия будут подтверждены мэрией и полицейским управлением, после сдачи экзамена на законы штата и принятие присяги. Вам также необходимо пройти стандартную процедуру: медицинское освидетельствование, психологическую оценку и квалификационный тест на полигоне. После этого вы получите значок и оружие. — Да, капитан. Я не так давно с этим сталкивалась, — Кейт ответила спокойно, она изучала вопрос трудоустройства в другом штате. — Конечно, — Ренард встал, поправляя манжеты. — Я читал ваш файл. История со стрельбой... — он сделал паузу, подбирая слово, — сотрясает. Не каждый возвращается в строй после такого ранения. И уж точно не каждый сохраняет те показатели по стрельбе, что были у вас в Нью-Йорке. Кейт невольно коснулась груди, там, где под кожей скрывался шрам. На секунду в кабинете воцарилась тишина, в которой, казалось, снова эхом отозвался тот роковой выстрел. — Ну, я думаю, у вас всё получится, — продолжил капитан, разряжая обстановку. — Но мне всё же хотелось бы узнать, как вы видите свою работу здесь, в Портленде. — Капитан, начальник Риз говорил о специальном отделе внутри Южного участка, — Кейт выпрямилась, возвращая себе профессиональный тон. — Я на это не претендую, но мне бы хотелось заниматься тем, что я умею лучше всего: убийствами и сложными, запутанными делами. Тем, что я вела в Нью-Йорке. Ренард чуть заметно улыбнулся и жестом предложил ей расслабиться. — Расслабьтесь, Беккет. Специальный отдел — это не просто бюрократическая прихоть Риза. Это необходимость. У нас действительно много дел, которые требуют... нестандартного подхода. И такой отдел с расширенными полномочиями — отличная идея. Насколько я понимаю, вы хотите работать в связке с Бёркхардтом и Гриффином? — Да, сэр. И ещё... с Каслом. Хотя бы над самыми сложными делами. У него уникальный взгляд на вещи. За последние четыре года его «писательские теории» помогли мне раскрыть дела, которые все считали безнадёжными. Ренард приподнял бровь, в его глазах промелькнул холодный блеск. — Мы иногда используем гражданских консультантов, но не на постоянной основе, — он замолчал на секунду, прикидывая риски. — Скажите, он заполнял бумаги об отказе от ответственности и неразглашении в Нью-Йорке? Нам не нужны судебные иски, если с миллионером-писателем что-то случится на задании. Беккет вспомнила их дело о няне в сушилке, когда Касл увязался за ней, раздражая своей непосредственностью, и как быстро он стал незаменим. Она едва заметно улыбнулась своим мыслям. — Да, капитан. Он подписал всё, что только можно было придумать. — Отлично, значит, и здесь подпишет аналогичные, — Ренард встал, давая понять, что аудиенция закончена. — Пойдёмте. Я хочу лично представить вас участку. Это снимет лишние вопросы.

***

— Детективы и офицеры, минуту внимания! — голос Ренарда перекрыл шум участка. Все замерли. Патрульные у входа, сержанты за столами и детективы с папками в руках — все обратили взгляды на капитана. — Хочу представить вам нашу будущую коллегу. Детектив Кейт Беккет. Она переводится к нам из двенадцатого участка Нью-Йорка. Ник и Хэнк стояли у своих столов. Хэнк, уже знавший от Ника, что «супермодель» — это его кузина и серьёзный профи, сохранял невозмутимость. Ву, стоявший неподалёку, просто вежливо кивнул Кейт. — Формальности с документами будут завершены в ближайшее время, — продолжил Ренард, — но я решил представить её заранее. Детектив Беккет возглавит наш новый отдел по особо тяжким делам и будет работать в тесном контакте с Бёркхардтом и Гриффином. Прошу оказывать содействие. Ренард коротко кивнул Кейт, подтверждая, что дело решено, и направился обратно в кабинет. Участок тут же ожил. Хэнк первым подошёл к Кейт, протягивая руку.                           — Детектив Гриффин, — он крепко пожал ей руку. — Добро пожаловать, Беккет. Надеюсь, ты готова к тому, что у нас тут... специфический контингент. — Спасибо, детектив Гриффин. Я слышала, Портленд умеет удивлять, — Кейт ответила с лёгкой улыбкой. Ник подошёл следом, его лицо было спокойным, хотя внутри он явно был напряжён. — Рад, что всё официально, — произнёс он, стараясь не привлекать лишнего внимания коллег к их родству. — Дел действительно накопилось много, так что помощь не помешает. В этот момент телефон в кармане Ника завибрировал. Он достал его, взглянул на экран и нахмурился. — Сообщение от Бада, он просит встречи в баре «Роуг Спиритс» вечером. Кейт, тебе лучше пойти со мной, пока Бад не разнёс слухи о тебе по всему Портленду.

***

Вечер в «Роуг Спиритс» тянулся медленно, наполняя пространство густым запахом хмеля и негромким гулом голосов. В самом дальнем углу, за массивным дубовым столом, сидел Бад, нервно сжимая в руках полупустой бокал с янтарным элем. Его взгляд постоянно метался к двери, и когда на пороге появились Ник и Кейт, он едва не подпрыгнул на месте. Ник подошёл к столу, жестом приглашая Кейт присесть. — Бад, привет, — негромко начал Ник. — Знакомься, это Кейт Беккет. Она будет работать со мной в участке... и во всех остальных делах тоже. Кейт вежливо кивнула, но прежде чем она успела произнести хоть слово, Ник добавил, глядя Баду прямо в глаза: — Сразу предупреждаю. Она Гримм. Эффект был мгновенным. Бад издал приглушённый писк, его лицо дёрнулось, и в ту же секунду на нем проступила густая серая шерсть, нос стал черным и влажным, а передние резцы неестественно удлинились. Древогрыз в нём вырвался наружу от чистого первобытного ужаса. — Привет, Бад. Не бойся, — мягко произнесла Кейт, сохраняя поразительное спокойствие. Она уже привыкла к этим метаморфозам, хотя в глубине души всё ещё чувствовала лёгкий укол удивления. — Друзья Ника — мои друзья. Ты ведь из Древогрызов, верно? Бад замер, его маленькие глазки испуганно моргали, глядя на Кейт. Постепенно шерсть начала исчезать, возвращая ему человеческий облик. — Д-да-а... — пролепетал он, вытирая пот со лба. — Ник, ты... ты не говорил, что в городе появился второй Гримм. Это же... это же меняет всё! Весь Портленд будет на ушах! Ник тяжело вздохнул и переглянулся с Кейт. — Эээ... Бад. Тут такое дело... На самом деле их сейчас в городе три. Бад, который только начал обретать самообладание, снова «схлынул». Его лицо вновь покрылось мехом, а бокал в руке опасно наклонился. — Три?! — взвизгнул он, переходя на ультразвук. — Три Гримма в одном городе? Нам конец! Всем нам! Это же... это же армия! — Успокойся, — Кейт накрыла его дрожащую руку своей ладонью. — Беда, хоть и диковата, но друзей не трогает. Просто совет на будущее: если увидишь на улице незнакомую девушку с короткой тёмной стрижкой, в кожаной куртке и с огромным мачете в руках... лучше просто перейди на другую сторону дороги. Пока что. Ник сочувственно кивнул: — Мы вас потом познакомим, когда обстановка уляжется. Бад, давай к делу. О чём ты хотел поговорить? Бад сделал большой глоток эля, пытаясь унять дрожь. Его лицо наконец вернулось в нормальное состояние, хотя нос всё ещё смешно подёргивался. — Джульетта позвонила и попросила меня зайти... — выдохнул он. — Сказала, что у неё проблемы с памятью. Я и не знал, что она была в больнице. Она начала расспрашивать о тебе. Ну, я-то был в полной уверенности, что она в курсе насчёт... ну, тебя. Так что я вроде как... возможно... сболтнул, что ты Гримм. — И что она ответила? — спросил Ник, его голос стал непривычно глухим. — Она спросила, что такое «Гримм». Я сразу понял, что она не знает, но нужно было что-то ответить, и я сказал, что это такое выражение... типа «хороший коп, который помогает людям» — Бад снова начал активно жестикулировать. — Что в твоём случае чистая правда! Мне правда очень неловко из-за этого. Я чувствую ответственность за всё, за что я должен чувствовать ответственность... Бад замолчал, выглядя совершенно раздавленным собственным красноречием. От волнения его лицо снова начало подёргиваться, и через мгновение перед детективами снова сидел перепуганный Древогрыз, который, казалось, был готов залезть под стол от собственного стыда. Беккет первой почувствовала на себе этот взгляд — холодный, липкий, прошивающий насквозь. Она не подала виду, лишь слегка прищурилась, изучая отражение в зеркале за стойкой. Там, среди полумрака и табачного дыма, стоял Нукелави. Существо не сводило глаз с их столика, и в этом взгляде не было страха перед Гриммами — только расчёт хищника. Ник, не заметив чужака, мягко положил руку на плечо всё еще подрагивающего Бада. — Бад, не волнуйся. Всё в порядке, приятель. — Я надеялся, что ты так скажешь, — выдохнул Древогрыз, постепенно принимая человеческий облик. Он вытер пот со лба и попытался улыбнуться. — О, кстати, пиво за мой счёт. — Если она позвонит снова, — серьёзно добавил Ник, — постарайся быть чуть более... — Недоступным! — тут же подхватил Бад. — Думаю, «быть недоступным» — это лучшее решение для меня. И для тебя, и для неё. Ник инстинктивно оглянулся, ведомый каким-то шестым чувством, но увидел лишь закрывающуюся дверь. Нукелави как раз покинул бар, растворившись в ночной прохладе Портленда. — Что-то не так? — Бад замер, снова готовый «схлынуть». — Эй, Бад, нам пора. Спасибо тебе за всё, — Ник поднялся, его лицо стало жёстким и сосредоточенным. — Конечно, конечно. Для чего ещё нужны друзья, верно? — пробормотал Бад им вслед, уже прикидывая, как незаметно выбраться через чёрный ход.

***

Как только они вышли на улицу, Кейт резко повернулась к Нику. Прохладный воздух Портленда после душного бара казался обжигающим. — Ты видел его? — Кого? — Ник нахмурился, оглядывая пустую парковку. — Я что-то почувствовал... но не смог определить точно. — За стойкой. Он не сводил с нас глаз, — Кейт поправила куртку, её рука привычно легла на рукоять пистолета. — И это был не испуганный бобёр, Ник. Ник выругался сквозь зубы. — Я забыл тебе сказать... капитан дал наводку на какого-то чудика, который не в ладах с копами. Ренард сказал, что информация пришла от кого-то из ваших. — Из наших? — Кейт удивлённо приподняла бровь. — Из полиции Нью-Йорка? — Да. Сказали, что в город направляется опасный тип. — И что дальше? — Кейт внимательно вглядывалась в тени между деревьями. — Пока ничего конкретного, — Ник покачал головой. — Но я чую что-то странное. Беда видела его за рулём такси, когда он следил за нами, но машину он уже бросил. Если этот парень действительно по нашу душу, он совершает большую ошибку. Нам нужно подготовить для него ловушку, Кейт. Кстати, как тебе Бад. — Он забавный, — улыбнулась Кейт. — И много тут таких. — Целая община. У бара ночной воздух Портленда казался особенно тяжёлым. Кейт и Ник ещё пару минут постояли у машины, внимательно сканируя взглядами тени между зданиями и ряды припаркованных автомобилей. — Видишь что-нибудь? — вполголоса спросила Кейт, не поворачивая головы. Её чувства Гримма были натянуты как струна, но улица молчала. Ник медленно обвёл взглядом окрестности. — Ничего. Тишина. Но я чувствую, что он где-то здесь. Раз он бросил машину, значит, теперь он на своих двоих и где-то совсем рядом. Они ещё раз осмотрелись, прочёсывая взглядами тёмные углы парковки, но Нукелави словно растворился в ночи. Понимая, что сейчас искать иголку в стоге сена бессмысленно, Ник кивнул Кейт на её машину. — Ладно, разъезжаемся. Мне нужно переварить всё, что выдал Бад, и подготовиться. План обдумаем чуть позже, когда соберёмся все вместе. Сейчас главное — добраться до дома без «хвоста». — Согласна, — Кейт села за руль, бросив последний взгляд в зеркало заднего вида. — Будь на связи, Ник.

***

Разъехавшись в разные стороны, Ник направился к своему дому. Каждый раз, открывая входную дверь, он надеялся увидеть прежнюю Джульетту, но дом встречал его лишь гулкой тишиной. — Джульетта? — позвал он, проходя в тёмную гостиную. — Эй, Джульетта? Ответа не последовало. Пустота комнат отозвалась тупой болью где-то под рёбрами. Ник достал телефон и набрал её номер. — Алло? — голос Джульетты звучал бодро, но в нем сквозила та вежливая отстранённость, с которой разговаривают с малознакомыми людьми. — Привет. Э-э, это я, Ник, — он непроизвольно запнулся на собственном имени. — Только что пришёл. Хотел узнать, где ты. — А, я пошла выпить с Брианой и Рикки. Помнишь их? Ник прикрыл глаза, устало опускаясь на диван. Он помнил всё, что было связано с их общей жизнью; она не могла это никак принять. — Конечно. Передавай им привет. — Обязательно, — возникла неловкая пауза. — Всё в порядке? — Да. Просто только добрался до дома. — Прости, эм... — в голосе Джульетты послышалось искреннее замешательство. — Мне стоило оставить записку или вроде того? Я обычно так делаю? Этот вопрос ударил сильнее, чем если бы она на него накричала. Она пыталась вычислить правила их совместной жизни, как математическое уравнение, в котором не хватало главного переменного — памяти. — А, не бери в голову, — Ник постарался, чтобы голос звучал непринуждённо. — Развлекайся. Увидимся, когда вернёшься. Пока. — Пока. В баре на другом конце города Джульетта отложила телефон и вернулась к подругам. — Ник передаёт привет, — сказала она, присаживаясь за столик. Бриана удивлённо приподняла бровь, помешивая коктейль трубочкой. — Ты не сказала ему, что идёшь с нами в бар? — Я об этом даже не подумала, — честно призналась Джульетта. Для неё это не казалось скрытностью — просто действие, не требующее отчёта перед посторонним человеком. Рикки пристально посмотрела на подругу, качая головой. — Ты правда совсем его не помнишь? — Не помню, — Джульетта вздохнула. — В это просто трудно поверить, — Рикки понизила голос. — Он ведь звал тебя замуж. Джульетта замерла. Этого фрагмента пазла в её памяти не было. — Правда? — Да, — подтвердила Бриана. — Но ты ему отказала. — Почему? — спросила Джульетта, и в этом вопросе было столько же искреннего любопытства, сколько затаённой печали. Подруги ответили дуэтом. — Я не знаю.

***

Удивительно, но утро в участке выдалось относительно спокойным. Ник и Хэнк медленно шли по направлению к буллпену, и разговор их, как и последние несколько дней, крутился вокруг одной и той же болезненной темы. — Меньше всего тебе сейчас нужно давить на неё, Ник, — Хэнк поправил пиджак, стараясь говорить негромко. — Это только оттолкнёт её... не то чтобы я был экспертом. Хотя, пожалуй, я всё-таки эксперт. Ник тяжело вздохнул, глядя куда-то сквозь столы коллег. — Мы были так близки. Все эти вещи, которые тебя связывают с человеком... если она ничего этого не помнит, что у нас осталось? Хэнк на секунду замолчал, подбирая слова. — Куча фотографий, с которыми не знаешь что делать. Их диалог прервал сержант Ву, возникший рядом с деловым видом. — Эй. Тут преподобный Лэнс Б. Кэлвин, хочет заявить о краже из своей церкви. Хэнк обернулся к сержанту: — Украли достаточно для крупного хищения? — По его словам, речь о довольно серьёзных суммах, — Ву кивнул в сторону невысокого, респектабельного мужчины, который нёс в руках папку с документами. — Зови его, — скомандовал Ник, на мгновение отодвигая личные проблемы на второй план. Ву жестом пригласил посетителя: — Преподобный Кэлвин, детективы Бёркхардт и Гриффин. Они в вашем распоряжении. Кэлвин подошёл к столу, на его лице читалась смесь растерянности и глубокого разочарования. — Мне очень жаль приходить сюда и заявлять о том, что я считаю очень серьёзным преступлением, — начал он тихим, но поставленным голосом. — Просто расскажите нам, что случилось, — Хэнк придвинул ему стул. — Ну, я не уверен до конца… — Кэлвин сел на край стула. — Сегодня утром позвонили из банка, «Cedar Hills Savings and Loan». Сказали, что обеспокоены, так как им нужно провести несколько чеков, но на счету нет денег. А там должно было быть более 357 000 долларов. Хэнк присвистнул. — Есть идеи, куда делись деньги? — В банке сказали, что они были выведены в пятницу вечером — переведены на номерной счёт в Кюрасао. Я предположил, что счёт взломали, но они ответили, что перевод был сделан с компьютера, который распознается онлайн-системой банка. Ник и Хэнк переглянулись. Дело о церковных деньгах пахло либо инсайдерской кражей, либо очень техничным взломом. Ник нахмурился, быстро делая пометки в голове. — Вы знаете, чей это был компьютер? — спросил он, глядя на преподобного. — Ноутбук, принадлежащий Норману Брюстеру, члену нашей церкви, — вздохнул Кэлвин. — Норман — бухгалтер. Он великодушно вёл наши дела бесплатно. Сразу после звонка из банка я заехал к нему домой, но его там не было. Я позвонил на его работу, и там сказали, что сегодня утром он не появился. Я решил, что лучше заявить об этом немедленно. Хэнк со скепсисом переглянулся с напарником и протянул руку за листом. — Нам понадобятся домашний адрес Брюстера, номера телефонов и место работы. — Конечно, всё здесь, — Кэлвин передал бумаги, — как и мои контакты в церкви. Ник облокотился на стол, внимательно изучая данные. — Что ещё вы можете сказать о Брюстере? Он женат? — Нет. И насколько мне известно, девушки у него нет. — Были явные проблемы с деньгами? — Хэнк прищурился. — Со мной он ничем таким не делился, — преподобный покачал головой, на его лице читалась глубокая печаль. Ник встал, давая понять, что разговор окончен: — Слушайте, мы позвоним вам, как только что-то узнаем. — Спасибо. Я молю Бога, чтобы я ошибался насчёт Нормана, и чтобы всё это оказалось ошибкой, — Кэлвин поправил волосы и направился к выходу. Как только преподобный скрылся за дверью, Хэнк устало потёр шею. — Я поговорю с банком, удостоверюсь, что это не ошибка. — А я займусь Брюстером, — Ник взял папку. Хэнк усмехнулся, уже направляясь к своему столу за телефоном. — Мой прогноз — он уже загорает на Кюрасао.

***

Спустя полчаса Хэнк пытался выяснить судьбу потерянных денег. — У нас есть какие-то рычаги, чтобы вернуть деньги? — ворчливо спросил он собеседника из банка. — Мы можем выяснить, на кого оформлен счёт? Сколько это займёт времени? Ладно, спасибо. Хэнк с раздражением бросил трубку на рычаг. Он обратился к Нику, который внимательно изучал личное дело бухгалтера. — В общем, если деньги уже в Кюрасао, они там и останутся. Любой юридический запрос займёт от 60 до 90 дней. А к тому времени их уже переведут куда-нибудь ещё. Ник усмехнулся, не отрываясь от бумаг. — То есть, по сути, у тебя ничего нет. — Ага, — Хэнк коротко рассмеялся, признавая поражение перед бюрократией. — А у тебя что? — По документам ничего, Брюстер чист. Если этот парень хотел сбежать, он выбрал идеальный способ. Тишину в буллпене прервал резкий звонок телефона Ника. — Бёркхард. — Эй, — раздался в трубке голос Ву. — Мы нашли машину Брюстера на железнодорожном вокзале. Она была открыта. Вскрыли багажник — там пусто, если не считать квитанции об оплате от «McFadden's Mulch». Хочешь, чтобы я снял записи с камер вокзала. — Да, — Ник выпрямился. — И отправь машину на экспертизу. — Понял. Занимаюсь, — Ву повесил трубку. Ник посмотрел на напарника, убирая телефон в карман. — Нашли машину Брюстера на вокзале. Ноутбука нигде нет. Хэнк задумчиво постучал ручкой по столу. — Интересно, перевёл ли он какие-нибудь деньги со своей основной работы? — он прищурился. — Если уж идти по-крупному, так забирать всё до копейки.

***

Выяснять это они решили на его рабочем месте. Ник и Хэнк шли по амбару в сторону небольшого офиса вместе с управляющей фирмой «McFadden's Mulch» Полой. — Когда вы в последний раз с ним общались? — спросил Ник, пытаясь понять мотивы бухгалтера. — В пятницу вечером, — Пола нервно сжала планшет. — Я ушла чуть позже девяти, а он всё ещё был здесь, заканчивал дела. Я пыталась дозвониться ему сегодня утром, когда он не пришёл. Хэнк продолжал задавать вопросы. — Когда вы в последний раз проверяли свои банковские счета? — Сегодня утром я была в банке, — она кивнула. — Мне нужно выплатить зарплату сотрудникам. — Заметили какие-то несоответствия? — Ник остановился. — Снятия наличности, необычные переводы? — Нет, нет, ничего подобного. Хэнк прищурился. Это не вязалось с образом бухгалтера-мошенника, который решил «зачистить» все доступные счета. — Как долго Брюстер работал на вас? — Около семи лет. И у нас никогда не было проблем. Я просто не могу представить, чтобы он был замешан в чем-то подобном. — Он когда-нибудь ездил в Кюрасао? — продолжил Ник. — Или говорил об этом? — Нет. Насколько я знаю, он был домоседом, вёл тихую жизнь. Он очень много времени уделял нашей церкви, бесплатно вёл их бухгалтерию. К ним резко подбежал один из рабочих, его лицо было землистого цвета, а руки заметно дрожали. — Простите, что прерываю, но у нас тут реальная проблема. Помните измельчитель, который заклинило сегодня утром? Пола нахмурилась:                 — Да? — Мы только что выяснили, почему, — голос рабочего сорвался, он молча кивнул на выход. Они вышли на задний двор, к огромной пасти промышленного измельчителя древесины. Рабочий указал на ротор с зубьями, где лежала нога, кости которой, частично заменили металлом. — Если бы не металлический набедренный протез, всё прошло бы насквозь, — прошептал рабочий, отводя глаза. — Мы бы никогда не узнали. Пола пошатнулась, её лицо стало белым как полотно. — О нет. О боже. Норману заменили тазобедренный сустав четыре года назад. Ник и Хэнк переглянулись. Версия с побегом на Кюрасао рассыпалась в прах. Теперь это было делом об убийстве, и убийца не просто украл деньги, он превратил бухгалтера в удобрение.

***

В буллпене Южного участка повисло тяжёлое ожидание. Хэнк бросил на стол папку с медицинским заключением. — Медицинская карта Брюстера подтверждает, что ему меняли правый тазобедренный сустав, — Хэнк сложил руки на груди. — Похоже, кто-то хотел, чтобы его обвинили в краже церковных денег. Ник задумчиво прокрутился на стуле. — Кто-то, у кого был доступ к ноутбуку Брюстера, — негромко произнёс он. — Или кто-то, кто убил его, чтобы получить этот доступ, — Хэнк прищурился, взглянув на компьютер Ника. — Ты проверяешь преподобного Кэлвина? — Кэлвин знал, сколько денег на счету, — кивнул Ник. — Но ведь это он заявил о преступлении, — возразил Хэнк. — Он заявил о краже, а не об убийстве. — Может, он и не знал об убийстве? — Ну, о деньгах-то он знал. — Но он здесь, а не на Кюрасао, — вступился за пастора Хэнк Возможно, потому что он не знает, что мы нашли тело. Глянь сюда. — Ник вывел на экране компьютера старый новостной архив. — Пять лет назад Фрэнк Арнестос, бухгалтер, служивший казначеем в церкви «Благодатная жатва» в Литтл-Роке, исчез вместе с церковными фондами. — Какая связь? — спросил Хэнк, хотя в его голосе уже послышались нотки узнавания. — Преподобный Лэнс Кэлвин был пастором той самой церкви «Благодатная жатва». Совпадение? Хэнк скептически хмыкнул, надевая пиджак: — Сомнительно. Что ещё у тебя есть?

***

Через пять минут они направились в кабинет Ренарда, на ходу обсуждая детали. — Через два месяца после исчезновения денег церковь обанкротилась, а вину свалили на Арнестоса, — доложил Ренарду Хэнк, рассказав ему то, что узнали ранее. — И преподобный Кэлвин собирает вещи, переезжает в Портленд и берет под начало другую тонущую церковь, — продолжил Ник. — Деньги из Литтл-Рока были переведены на счёт в Барбадосе. Их так и не нашли. Ренард, выслушав отчёт, сложил ладони «домиком». — Прихожанин — «козёл отпущения» — присваивает средства и исчезает. Есть доказательства, что Кэлвин сидит на куче денег? — Пока ничего не нашли, — признал Хэнк. — Парень водит «Фиесту», живёт при церкви. — И сам заявил о преступлении, — напомнил Ренард, в его глазах промелькнул холодный интерес. — Может, чтобы отвести от себя подозрения, — предположил Ник. — Одного он не ожидал, — Хэнк постучал пальцем по столу капитана, — что тело найдут. — Было бы очень интересно посмотреть на реакцию Кэлвина, когда он узнает последние новости, — Ник переглянулся с напарником. Ренард кивнул, его голос стал жёстким. — Встряхните его. Это может заставить его пойти на шаг, к которому он не готов. И Ник… если нужна помощь, можешь аккуратно подключить Беккет.

***

У входа в церковь царила тишина, нарушаемая лишь шорохом листвы. Кейт Беккет осталась в машине, её взгляд медленно сканировал улицу через зеркала заднего вида — преследователь мог быть где угодно, и она не собиралась оставлять напарников без прикрытия. Ник и Хэнк направились к тяжёлым дверям храма. В холле их встретила молодая женщина с решительным лицом. — О, простите. Я могу вам помочь? — спросила она, заметив незнакомцев, ставя на стол овсяное печенье. — Детективы Гриффин и Бёркхард, — Хэнк мельком показал значок. — Мы ищем преподобного Кэлвина. — Я Меган Марстон, его помощница, — она печально вздохнула. — Вы, должно быть, из-за Нормана. Это ужасно, просто кошмарно, через что он заставляет всех нас пройти. — Нам нужно поговорить с преподобным, — коротко бросил Ник, оглядывая скромное убранство церкви. — Да, конечно. Он в святилище, сообщает совету плохие новости. Я отведу вас к нему. Когда они вошли в зал, голос Кэлвина эхом разносился под сводами. Он стоял перед небольшой группой прихожан, его лицо выражало глубокую скорбь. — Я так же шокирован этим предательством, как и все вы, — вещал пастор, воздев руки. — Но сейчас не время для желчи и мстительности. Мы должны заглянуть в свои сердца и молиться за душу Нормана, чтобы он нашёл праведный путь обратно к нам. Среди прихожан поднялся рослый мужчина по имени Мэттью. Его кулаки были сжаты. — Но как кто-то из наших мог так поступить с нами? — выкрикнул он. — Тем более Норман. Неужели никто не предвидел этого? В этот момент лицо Мэттью исказилось. Перед Ником стояло Существо, внешне напоминающее кроткую овцу с мягкой белой шерстью и большими, испуганными ушами. — Ты что-то видишь? — шепнул Хэнк, заметив, как Ник напрягся. — Да, — так же тихо ответил Бёркхардт, не сводя глаз с прихожанина. — Что? — Пока не уверен, — Ник пытался понять, с кем он имеет дело. Кэлвин тем временем продолжал, мастерски перехватывая инициативу и подогревая эмоции толпы: — Братья и сестры, это мрачный день для нас, я знаю. Но неужели мы просто будем сидеть здесь и жалеть себя? Ну же, будем? — Нет! — хором отозвался зал, и в этом крике уже слышалось не столько раскаяние, сколько нарастающая ярость. Речь Кэлвина лилась легко и уверенно, словно он читал её не перед напуганными прихожанами, а на стадионе. — Тогда, с верой в качестве нашей брони, мы двинемся вперёд! — провозгласил он, и его голос эхом отозвался под сводами святилища. — На каждый растраченный доллар мы соберём два! Мне всё равно, сколько потребуется благотворительных распродаж выпечки, завтраков с блинами или моек машин. Мы не просто сохраним этот благословенный приход, мы сделаем его лучше, больше, сильнее! Меган подошла к Пастору вплотную. — Преподобный... — прервала она его, — полиция пришла поговорить с вами. Кэлвин на мгновение осёкся, но тут же нацепил маску благочестивого участия. — Я вынужден прервать наше собрание, — обратился он к пастве. — Эти детективы занимаются нашим делом. Проходите, джентльмены. Мы надеемся, что у вас есть для нас хорошие новости.

***

Ник и Хэнк медленно прошли к алтарю, чувствуя на себе десятки выжидающих взглядов. — Ну, мы продвигаемся в расследовании, — сухо ответил Ник. — Вы вернули наши деньги? — выкрикнул с места пожилой мужчина по имени Натаниэль, подаваясь вперёд. — Нет, — отрезал Ник. — Но это больше не дело о пропаже человека. В зале поднялся гул. Женщина по имени Арлин вскочила со своего места, её лицо выражало нетерпение: — Вы поймали Нормана? — Где он был? — вторил ей Мэттью. Хэнк обвёл зал тяжёлым взглядом и произнёс всего три слова, которые прозвучали как выстрел: — В измельчителе древесины. Тишина, последовавшая за этим, была оглушительной. — Теперь это дело об убийстве, — добавил Ник. Реакция последовала незамедлительно. Меган издала сдавленный всхлип и схлынула прямо на глазах у Ника: её лицо покрылось нежной белой шерстью, а уши удлинились и обвисли. За ней, словно по команде, истинный облик явили все остальные. Восемь Добряков уставились на Гримма, и в их кротких глазах читался первобытный, парализующий ужас. Меган же уставилась на преподобного. Кэлвин, в свою очередь то же схлынул. Но не в Добряка, а в Потрошителя. И в его красных глазах не было ни капли кротости. Он жестом указал на дверь своего кабинета, и его маска волка исчезла.

***

— Здесь мы можем поговорить наедине. Как только дверь закрылась, отрезая их от блеющего в панике стада, Ник встал около стола пастора. — Интересно видеть Потрошителя, ведущего стадо... — негромко заметил он. Кэлвин усмехнулся, и в этой ухмылке уже не было ничего святого. — Добряков, детектив, — добавил он, нацепив улыбку. — Такое не каждый день встретишь, — негромко произнёс Ник, присаживаясь напротив. — Как и Гримма, — Кэлвин ответил спокойным, глубоким голосом, садясь в кресло. — Должен признаться, вы для меня первый. Он дождался, пока Ник и Хэнк тоже сядут, и обвёл их внимательным взглядом. — Когда я понял... что ж, я был уверен, что наступил апокалипсис. А вы, детектив, — он перевёл взгляд на Хэнка, — кажется, понимаете, о чем мы говорим. — Я в курсе дел, — сухо отозвался Хэнк, не сводя глаз с «пастыря». — Тогда вы больше, чем все мы, понимаете значение веры, — Кэлвин едва заметно улыбнулся и снова обратился к Нику. — И как же они мирятся с вашим присутствием? — прямо спросил Ник. — Вы верите, что мы обречены идти по стопам наших предков? — Кэлвин приподнял бровь. — Говорят: «Грехи отцов...» — подал голос Хэнк. — Также говорят о прощении, искуплении, перерождении, — парировал Кэлвин. — Я не горжусь своими прошлыми грехами, но и не прячусь от них. Ник подался вперёд, сокращая дистанцию. — Прошлыми грехами? Вы имеете в виду то, что произошло раньше в Арканзасе. — Прискорбное совпадение, — голос пастора остался ровным, ни одна жилка не дрогнула на его лице. — И мои прихожане прекрасно осведомлены о моем личном пути просвещения и исправления. — При всем уважении, преподобный, ваша позиция кажется мне немного противоречивой, — заметил Ник. Кэлвин негромко рассмеялся, и в этом смехе послышалось что-то пугающе искреннее. — То же самое можно сказать и о вас, детектив. И тем не менее, вот мы здесь: Гримм, Потрошитель и обычный человек, ведём светскую беседу. Я научился принимать всех Божьих тварей. Если вы отрубите мне голову, я прощу вас. Но, возможно, вы тоже переросли свою жестокую историю, как и я. Хэнк решил, что с теологическими спорами покончено, и перешёл к привычному допросу. — Где вы были с семнадцати до двадцати двух часов в прошлую пятницу? — его голос прозвучал сухо и по-деловому. Кэлвин откинулся на спинку кресла, и на его губах заиграла снисходительная улыбка. — О, вот и пришло «просветление». Я под подозрением. Что ж, хорошо. Пусть правда будет сказана. Я был прямо здесь, готовил проповедь. — Кто-нибудь может это подтвердить? — Ник не сводил глаз с пастора, пытаясь уловить малейший признак лжи. — Меган? — негромко позвал Кэлвин, вставая с кресла. Помощница вошла незамедлительно. Она всё ещё выглядела бледной после недавнего откровения, но держалась стойко. — Детективы хотят знать, где я был в пятницу вечером, — пояснил пастор. — Вы были здесь, — Меган кивнула, глядя на Ника. — Работали над воскресной службой, как и каждую пятницу. Если это поможет — я тоже была здесь, составляла календарь мероприятий, это заняло целую вечность. Хэнк прищурился: — Во сколько вы ушли? — Эм, уже за полночь, это я точно знаю, — она устало потёрла виски. — Я была выжата как лимон. Кэлвин перевёл взгляд на детективов, в его глазах светилось фальшивое смирение. — Что-нибудь ещё? — Это всё, что нам нужно. Спасибо, — Ник поднялся, давая Хэнку знак, что пора уходить. — Конечно. Если я смогу быть хоть чем-то полезен... — Кэлвин проводил их до двери. — Это могло бы стать началом благодатных отношений. Ник и Хэнк вышли на парковку, вдыхая прохладный воздух. — Что скажешь? — Хэнк первым нарушил тишину. — Гладко стелет, — Ник нахмурился, оглядывая церковный двор. — Веришь во всю эту чушь с искуплением? — Не знаю, — вздохнул Ник, вспоминая Монро. — Но знаю одного Потрошителя, который верил.

***

Ник и Хэнк подошли к машине, стараясь не оглядываться на окна кабинета Кэлвина. Кейт сидела на пассажирском сиденье, её взгляд медленно перемещался от одного края улицы к другому. Когда напарники подошли, она опустила стекло. — Ну что там? — спросила она, не расслабляясь. — Всё подозрительно, — буркнул Хэнк, открывая водительскую дверь. — Говорит, что он теперь «новый человек» и всё в таком духе. — А помощница подтвердила его алиби на вечер пятницы, — добавил Ник. — Говорит, оба были в церкви до полуночи. Но все они Существа. Пастор — Потрошитель, а остальные, что-то вроде овец. Себя называют Добряками. Хэнк бросил взгляд на Кейт: — А у тебя что? Видела того типа? — Я никого не видела, — покачала головой Беккет. — Либо он осознал ошибку и теперь наблюдает за нами издалека, либо он уже в другом месте. Она на секунду задумалась, вспоминая странный взгляд того человека в баре. — Если он профессионал, он не будет торчать на виду. Ник, если этот «чудик», о котором говорил капитан, действительно в городе, нам нужно понять, зачем он здесь. Что-то подсказывает, что дело не только в разногласиях с полицией.

***

Дом Монро встретил детективов привычным запахом старого дерева и часового масла. Хозяин открыл дверь, переводя взгляд с Ника на Кейт, а затем и на Хэнка, который сверлил его подозрительным взглядом. — Так о чем вы хотели поговорить? — Монро замялся на пороге, невольно поправляя воротник кофты. — Что-то не так? У меня что-то застряло в зубах? Хэнк, не мигая, наклонился чуть ближе к Нику: — Он сейчас это делает? — Нет, — вздохнул Ник. Монро закатил глаза, пропуская гостей внутрь: — Ладно. Ну, у нас ведь много тем для обсуждения, да? Проходите. Когда все устроились в гостиной, Ник разложил на столе свой рисунок. Монро прищурился, изучая набросок существа-овцы. — Добряк. А их стадо называют Блаженными. — О, их там было гораздо больше, чем один, — заметил Ник. — Полная церковь, — добавил Хэнк, всё ещё не сводя глаз с Монро. — Это логично, — Монро зашагал по комнате. — Они любят держаться поближе друг к другу, понимаете? Есть люди — прирождённые лидеры, а есть Добряки. Они не из жестоких, просто... не знаю. Любая группа со стадным чувством меня немного пугает. Хэнк, ты опять это делаешь. Вот так... — Монро комично вытаращил глаза, передразнивая застывший взгляд детектива. — О, прости, — Хэнк смущённо кашлянул и отвёл глаза. Беккет, которая до этого внимательно слушала, подалась вперёд: — А эти Добряки опасны? Если они держатся толпой, ты с ними справишься? Монро скептически хмыкнул: — С одним — легко. С тремя — ну, наверное. Со стадом? Я, скорее всего, попробую убежать. А почему такой вопрос? — Есть ли шанс, что Потрошитель может возглавлять церковь, полную Добряков? — спросил Ник. Монро замер на месте, его брови взлетели вверх. — Вы серьёзно? Потрошитель? Это же готовый рецепт обеда! Если только, конечно, он не исправился. Как я. — Ну, он именно это и утверждает, — кивнул Ник. — Но я подумал — может, рыбак рыбака видит издалека? — О чем речь? — Монро нахмурился. — Типа работы под прикрытием? — Да, — подтвердил Хэнк. — Но неофициально, так как мы не можем всё это объяснить. — А-а. Ну, полагаю, я мог бы сойтись с ним один на один, — Монро почесал затылок. — Что он натворил? — Мы думаем, он подставил церковного бухгалтера, чтобы обчистить казну и забрать деньги себе, — начал Ник. — А потом сбросил тело бухгалтера в измельчитель древесины, чтобы замести следы, — закончил Хэнк. Монро заметно побледнел и сглотнул. — О-оу. Серьёзно? Эм... — Не бойся, — Кейт ободряюще улыбнулась ему. — Мы с Каслом и Бедой будем неподалёку. Наш отель в трёх минутах. Один из нас будет всегда поближе к церкви. В саму церковь мы не пойдём. В келью Касла точно не затащишь — он привык к комфорту, — а Беда своим видом и мачете распугает всех прихожан раньше времени.

***

Голос Кэлвина, глубокий и размеренный, заполнял пространство церкви, удерживая внимание прихожан. — В Испании есть памятник Христофору Колумбу, — вещал он с кафедры. — У его основания начертан национальный девиз Испании: «Ne Plus Ultra» — «Дальше ничего нет». Лапа льва тянется к надписи и стирает слово «Нет», оставляя фразу: «Дальше — больше». Колумб доказал, что «дальше» действительно есть нечто большее. И мы знаем, что то же самое верно для нашего ушедшего брата, Нормана. Там, за пределом — «больше». В этот момент тяжёлые двери скрипнули, и в зал вошёл Монро. Он намеренно позволил своим глазам на мгновение вспыхнуть алым. Реакция последовала незамедлительно: прихожане-Добряки, почуяв хищника, в ужасе схлынули, прижимаясь к скамьям. — Спокойно. Спокойнее, друзья, — Кэлвин поднял руку, гася нарастающую панику. — Под этой крышей вам ничего не грозит. Он перевёл взгляд на гостя, и в его глазах промелькнуло узнавание — волк увидел волка. — Ты вошёл в священное и миролюбивое место, сын мой. Что именно ты ищешь? — Спасения, — глухо ответил Монро. — О, да. Конечно. Я ему не верю! — выкрикнул кто-то из мужчин в зале, но Кэлвин лишь мягко улыбнулся. — Ну же, полноте. Мы принимаем всех. Как твоё имя, сын мой? — Эм, Монро. И простите, я не хотел наводить шороху. Просто... мне больше некуда было пойти. Таких, как я, обычно сторонятся в большинстве религиозных организаций. Я подумал, что это место может быть немного другим.

***

Позже, в тишине кабинета, маски были сброшены наполовину. — Я имею в виду... вы же знаете, каково это — эти порывы, — Монро замялся, изображая мучительное раскаяние. — Я совершал поступки, которых стыжусь. Кэлвин внимательно изучал его, словно оценивая потенциал нового «члена стаи». — У тебя проблемы с законом? — У меня проблемы со многими законами, — Монро ответил многозначительно. Кэлвин подался вперёд, его голос перешёл на доверительный шёпот: — Ты познал вкус охоты на людей. Монро не отвёл взгляда: — А вы — нет? Пастор на секунду замер, затем медленно кивнул. — Было время, когда я погружался во тьму плотской охоты. Но я искал прощения. И я сбросил кровавые цепи нашего прошлого. Я чувствую в тебе великую борьбу, Монро. Ты стоишь на краю ужасной бездны, но твоё мужество привело тебя в этот дом. Ты искал свет, и он нашёл тебя. — Да. — Монро изобразил облегчение. — И как раз вовремя, потому что мне некуда податься. — Ты здесь. Это всё, что имеет значение, — Кэлвин встал, звякнув ключами. — У нас есть маленькая комната с кроватью. В ней негусто, но она твоя, если хочешь. — Правда? Я имею в виду, если это не слишком обременительно... — Ты — не бремя. Ты — благословение, — Кэлвин открыл дверь, приглашая его следовать за собой.