Важный разговор

Ренард стоял в своём кабинете, глядя на огни ночного Портленда. Он ждал Ника. В голове Шон уже прокручивал сценарии: Бёркхардт наверняка вытряс информацию либо из Эскибеля, либо из Мии Годо. Капитан рассчитывал на тяжёлый, но все же профессиональный разговор в рамках привычного «коп против начальника». Поэтому он совершенно не ожидал, что дверь распахнётся от удара, и Ник, не тратя слов на приветствие, просто влетит в кабинет и пробьёт ему в челюсть. Ренард пошатнулся, прижимая ладонь к лицу. В голове помутилось, а во рту быстро разлился металлический вкус крови. Боль отрезвляла, но больше всего Шона поразила именно эта первобытная, открытая агрессия. — Бёркхардт, какого чёрта?! — капитан выпрямился, пытаясь вернуть себе самообладание, хотя внутри всё кипело. — Извините, ваше высочество. Забыл про этикет, — выплюнул Ник. Ренард смотрел на него и видел, что детектив на грани. Шон прищурился, вытирая губу. В голове мелькнула мысль: «Он знает слишком много. Слишком быстро». — Ник, мне оформить тебя за нападение на старшего офицера? Или сразу начать расследование о пропаже «иностранного гостя»? — Валяй. Сразу после того, как я предъявлю тебе обвинение в соучастии в покушении на тётю Мари и Хэнка. — Я не имею к этому отношения, — холодно отрезал Ренард. — Да что ты? Кроме того, что отдавал приказы Адалинде Шейд? И о каком именно госте речь? Об Антоне Круге или Томасе Вулзи? Думаю, поднять дела и найти их связь с тобой будет несложно. В кабинете повисла звенящая тишина. Ренард понял, что тактика отрицания больше не работает — Ник пришёл с фактами. Капитан тяжело выдохнул и указал на кресло. — Ладно. Давай успокоимся. Веришь ты или нет, сейчас я на твоей стороне. — На моей стороне?! Когда моя девушка не может вспомнить, кто я, но видит твою рожу каждый раз, когда я пытаюсь её поцеловать? — Ты... уже пытаешься её целовать? — в голосе Ренарда проскользнула непроизвольная ревность. Он тут же взял себя в руки. — Извини. Я этого не планировал. Моей целью было лишь спасти Джульетту. Но в последние дни со мной что-то не так. — Ты её разбудил. Как? — Способ уже не важен, Ник. Важны последствия. И они дерьмовые, — Ренард прижал салфетку к разбитой губе. — Я начинаю испытывать к Джульетте навязчивое, нездоровое влечение. Поверь, мне это нужно меньше всего на свете, и я первый в очереди на то, чтобы от этого избавиться. — Как я могу тебе верить, когда ты пытался прикончить мою тётю? — Дело никогда не было в ней лично. Она была Гриммом, который встал на пути у Семей. В тот момент я действовал в рамках их интересов. Им нужен был ключ. И мне он тоже был нужен. — Был? — Ник опасно прищурился. — Скажем так: если ты спрячешь его так, что Семьи его не найдут — я не стану мешать. Каждый ключ в их руках — это козырь для моих венских родственников. А мне их усиление невыгодно. У них уже есть четыре штуки. Если соберут все — плохо станет нам обоим. — Я всё равно не понимаю, нахрена было убивать тётю Мари, — голос Ника вибрировал от ярости. — Она умирала, она едва дышала! — Ник, всё, что я могу сказать: сейчас я бы этого не сделал. — Ренард поправил рукав пиджака, возвращая себе маску ледяного спокойствия. — Тогда мне нужно было либо взять тебя под контроль, пока ты не начал резню, либо... устранить угрозу. Ты разобрался во всём сам и быстрее, чем я ожидал. А она... в конце концов, она всё равно была обречена. — И ты решил, что я должен благодарить тебя за «милосердие»? Ты болен, Ренард. — Я защищал этот город, Бёркхардт. Я не мог позволить тебе превратиться в очередного Гримма-мясника, который вырезает всё живое на своём пути. — И для этого убрал единственного человека, который мог научить меня человечности? — Ник сделал шаг вперёд, почти вплотную к столу. — Ты хоть знал, что она не была фанатиком? Знал, что её парнем был Фарли Кольт? Орлоклюв, Ренард. Капитан замер. Его рука с салфеткой застыла на полпути к лицу. На мгновение его безупречная маска треснула, пропустив искреннее, почти детское недоумение. — Нет... — тихо произнёс он. — Этого в моих отчётах не было. Там она значилась как «Железная Мари». Легенда среди Жнецов, не знающая жалости. Он медленно опустил руку и посмотрел Нику прямо в глаза. — Видишь? Мы оба многого не знаем. Но если ты хочешь и дальше носить этот значок в Портленде, нам придётся научиться работать в одной связке. Иначе Семьи сожрут нас поодиночке. — Ренард, ты серьёзно угрожаешь мне увольнением? Ты уверен, что у тебя хватит власти здесь, в Портленде? — Ты надеешься на свою кузину? Не ожидал от тебя, — Ренард усмехнулся, но взгляд остался жёстким. — И на Касла тоже. У тебя нет никакого влияния на них обоих. Да и на меня тоже. Ренард медленно обошёл стол, сокращая дистанцию. — А если я возобновлю расследование убийства Кэтрин Шейд и бойню на лесопилке, сделав подозреваемой Кейт Беккет? Я знаю, что ты в это время был здесь, в участке, Ник. У тебя железное алиби. Но кто-то же убил Сквернозуба, пока ты бежал к Джульетте. — Ты ничего не найдёшь, Ренард. Она их не убивала. — Скажи честно, Ник. Она Гримм? Я могу это легко проверить, просто уточняю. Кимура говорил о четырёх Гриммах у тебя в тот вечер. Что ещё ты скрываешь? Ник молчал несколько секунд, понимая, что Ренард уже всё просчитал. Скрывать очевидное было глупо. — Я не собираюсь раскрывать все свои карты перед тобой. Но да, Кейт — Гримм. Ренард медленно выдохнул, словно эта информация одновременно и пугала его, и давала новые возможности. — Что случилось с Мией? — После того, как я её отпустил, она попала в зубы Потрошителю. Мы её не успели спасти. Тебе нужен труп? — Улики вашего пребывания остались? — Нашего? Нет. Только два брошенных автомобиля. — Пусть тогда покоится с миром. Что ей нужно было от тебя? — Убить моего друга. Это было недопустимо.

***

Ник несколько секунд молчал, справляясь с эмоциями, прежде чем задать главный вопрос. — Ренард, что мы будем делать с Джульеттой? — Ник скрестил руки на груди, не сводя тяжёлого взгляда с капитана. — Если это устроила Ведьма, кто может вас вылечить? Тоже Ведьма? Шон на мгновение замер, и в кабинете воцарилась тишина. Он медленно подошёл к окну, вглядываясь в своё отражение в тёмном стекле. Он мог бы связаться с матерью или Генриеттой, но сама мысль об этом вызывала инстинктивное отторжение. Шон всё ещё надеялся, что Ник не догадался о его истинной природе — это был его последний козырь. Вдруг Ренарда прошиб холодный пот. Он осознал пугающую вещь: за всё это время мысль найти Ведьму даже не коснулась его сознания, словно в его разуме стоял невидимый барьер. — Ник, я даже не думал об этом раньше, — Ренард обернулся, и в его голосе прозвучала искренняя растерянность. — Моим первым порывом было найти опытного травника среди Существ. Они зачастую разбираются в подобных вещах не хуже Ведьм, но лишены их природного коварства. — Что же, хорошо, что я знаю такую. Но её сейчас нет в городе, — Ник чуть расслабил плечи, но голос оставался сухим. — Расскажи честно: ты ещё способен себя контролировать? Или вас с Джульеттой нужно изолировать и лечить немедленно? Ренард криво усмехнулся, коснувшись пальцами разбитой губы. — Наваждение становится всё сильнее. Оно пульсирует где-то на периферии сознания, мешая сосредоточиться, но я пока держу его в узде. Капитан прошёлся вдоль стола, восстанавливая привычную маску невозмутимости. — Скоро намечается торжественное мероприятие — вручение премии Landmark. Я хочу, чтобы ты был там вместе с Джульеттой. Это станет своего рода тестом. Если при личном контакте в толпе наваждение усилится до предела, нам придётся действовать радикально и быстро. Если я смогу сдержаться — значит, у нас есть время дождаться твою травницу. — Я позвоню ей утром. Сейчас уже слишком поздно, а мне нужно хотя бы пару часов, чтобы всё это переварить. — Что ты скажешь Джульетте? — Ренард замер, внимательно наблюдая за реакцией Бёркхардта. Капитан понимал: от того, как Ник проведёт этот вечер дома, зависит стабильность их общего секрета. — Правду говорить ей сейчас — всё равно что бросить спичку в бочку с порохом. Это опасно. — Я знаю, — Ник тяжело вздохнул, и на его лице отразилась вся горечь последних дней. Он вспомнил её потерянный взгляд за ужином и то, как она вздрогнула от его прикосновения. — Но и молчать я больше не могу. Я спросил её о тебе напрямую, и она не смогла солгать. Теперь она в любом случае начнёт задавать вопросы, откуда я всё узнал. Мне придётся дать ей хоть какие-то ответы, если я не хочу потерять её окончательно. Ник бросил последний взгляд на Ренарда. Не прощаясь, Бёркхардт развернулся и вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь.

***

Ник вошёл в гостиную, стараясь ступать как можно тише, но Джульетта не спала. Она сидела в кресле, завернувшись в плед, и в тусклом свете торшера казалась совсем бледной. Увидев его, она лишь крепче сжала края пледа. — Ник... что это было? — Её голос дрогнул. — Там, за ужином. Когда ты меня поцеловал, я... я увидела его. Капитана Ренарда. Он стоял на твоём месте. Ник медленно опустился на колени перед ней. Он видел, как её мелко трясёт от пережитого шока. — Джульетта, послушай меня внимательно, — Ник заговорил спокойным тоном, каким обычно говорят с пострадавшими на месте происшествия. — Ты ни в чем не виновата. И ты не сходишь с ума. Она подняла на него глаза, в которых блестели слезы. — Тогда почему я увидела его? — Всё дело в Адалинде Шейд. Помнишь её? — Ник дождался короткого кивка. — Мы выяснили, что она использовала против тебя экспериментальный нейротоксин. Это сложная химия, которая бьёт по памяти и восприятию. Капитан Ренард помог достать один из компонентов антидота, пока ты была в коме. Похоже, из-за этого произошёл какой-то сбой в нейронных связях. Мозг просто... перепутал лица в тот момент, когда антидот начал действовать. — Сбой в связях? — Джульетта нахмурилась, пытаясь осмыслить это как медик. — Ты хочешь сказать, что это просто визуальный артефакт? Как ложное воспоминание? — Именно. Реакция на яд и лекарство. Капитан здесь ни при чем, он просто оказался частью процесса твоего спасения. Это временный побочный эффект, галлюцинация, которая скоро пройдёт. Тебе нужно просто постараться не фиксироваться на этом. Это не твои мысли, Джульетта. Это просто химия Адалинды. Джульетта тяжело выдохнула, и её плечи наконец немного расслабились. — Слава богу... Ник, это было так жутко. Я испугалась, что со мной что-то не так на глубоком уровне. Но подожди. Если это токсин, почему его не нашли в анализах? В больнице меня обследовали лучшие специалисты штата, Ник. И откуда у Адалинды доступ к технологиям, которые вызывают такие специфические галлюцинации? Она же просто юрист. Ник не отвёл взгляда. Он знал, что этот вопрос возникнет. — В том-то и проблема, что это не стандартный препарат. Мы узнали, что Адалинда связана с... очень специфическими кругами. Группировки, которые занимаются промышленным шпионажем и разработкой психотропных веществ. Обычные тесты их не видят, если не знать, что искать. — Но почему я? — Она мстила через тебя мне. Я разоблачил её и хотел арестовать, но она скрылась. Перед потерей сознания ты рассказала мне о том, что она приходила в клинику. Я пытался принять меры, но не успел. — А Ренард? — она недоверчиво прищурилась. — Откуда у капитана полиции связи, позволяющие достать антидот от секретного оружия? — Капитан одно время работал в Европе, в отделе по борьбе с международным терроризмом. У него остались там контакты. Он использовал свои старые связи, чтобы вытащить тебя, Джульетта. Это было неофициально, поэтому врачи в больнице даже не знали, что именно сработало. Джульетта молчала, переваривая информацию. Это звучало как сюжет одного из шпионских романов, но спокойный, уверенный голос Ника и её собственное медицинское понимание того, как сложно устроена память, заставили её поверить. — Всё в порядке, — Ник протянул руку и осторожно накрыл её ладонь своей. Джульетта не отстранилась, хотя он чувствовал, что она всё ещё напряжена. — Я найду способ это убрать. Обещаю.

***

Проснувшись утром, Ник первым делом позвонил Розали. — Привет. Как твоя тётя? — спросил Ник, прижимая трубку плечом и пытаясь одновременно налить себе кофе. — Привет, Ник. Без изменений, — устало ответила Розали. — Врачи говорят, нужно время. Но я места себе не нахожу, так далеко от лавки и от всех вас. Что-то случилось? Голос у тебя... напряжённый. — Розали, я вчера общался с Ренардом. Лично. Обо всём. Но самое важное вот что: между ним и Джульеттой возникла какая-то связь. Сильнейшее, нездоровое влечение. Оно начинает сводит их с ума, и я боюсь, что это только начало. Нам нужно разрушить эту привязанность, пока дело не дошло до беды. На том конце провода воцарилось молчание. Розали явно сопоставляла факты. — Магическая одержимость... Ты не спрашивал, как именно он её разбудил? Какой ритуал или состав он использовал? — Он сказал, что способ не важен. Был крайне уклончив. Если это поможет делу, я могу позвонить и вытрясти из него подробности, даже если придётся снова съездить ему по лицу. — Пока не нужно, — быстро ответила Розали. — Слушай внимательно. Ник, пускай Алексис и Монро найдут в моих бумагах список ингредиентов, которые просила та Ведьма, мать Адалинды. Я давала тебе её номер, он записан на листе с тем самым списком, который мы нашли в её вещах. Там точно был корень болиголова и смола мирры. — Понял, поищем вместе, — Ник сжал переносицу.                                                           — Отлично. Когда найдёте, пересмотрите все книги с рецептами, — голос Розали звучал сухо и сосредоточенно. — Нужно найти тот состав, где используются именно эти ингредиенты. Скорее всего, Ведьма готовила для твоего капитана зелье очищения. Принятие этого состава, кстати, является мучительным испытанием — организм буквально выворачивает наизнанку. Ник представил Ренарда, корчащегося от боли, и поймал себя на мысли, что это его почти радует. — Что делать, когда мы найдём рецепт? — Проверить наличие ингредиентов и ждать меня, — отрезала Розали. — Я не хочу доверять Алексис или Монро создание такого средства. Ошибка будет недопустима. — Розали, время поджимает, — Ник покосился на дверь спальни. — Что будет, если влечение Ренарда и Джульетты станет к тому моменту непреодолимым? В трубке повисла тяжёлая пауза. — Ник, это закончится только тем, что один из них убьёт другого. Тогда придётся рисковать и готовить на месте. — А есть заклятия, которые не приводят к смерти? — спросил он, уже зная ответ. — Ммм... Не совсем. Ну, точнее, нет. — Ладно. Спасибо, что помогаешь. Постараюсь вытянуть из книг всё, что смогу. — Ник, ты только держись. Я постараюсь вернуться как можно скорее. До связи. — До связи. Ник нажал на отбой и несколько секунд просто смотрел в экран телефона. «Прекрасно», — негромко выплюнул он, убирая мобильный в карман.

***

В актовом зале школы Милл Парк воздух, казалось, был наэлектризован. Свет софитов бил в глаза участникам отбора соревнований по академическому десятиборью, оставляя зрителей в тени. Все внимание было приковано к шестерым ученикам за стойками, оснащёнными электронным синим табло, где в реальном времени менялись цифры очков. Тренер Дон Анкер, сидевший перед ними, не давал им передышки. Он зачитал очередной вопрос, едва глядя в планшет: — Кто был первым демократически избранным канцлером Германии? Пирс Хиггинс нажал на кнопку со скоростью автоматического затвора. — Пирс? — Филипп Шейдеман. — Верно, — коротко кивнул Анкер. — В какой день был образован Австралийский Союз? Брэндон нажал кнопку на долю секунды раньше Пирса, заставив того едва заметно вздрогнуть. — Брэндон? — 1 января 1901 года. — Правильно. Это сражение, унёсшее 698 000 жизней, между... Резкий писк системы прервал Анкера. Кнопка под пальцами Пирса уже горела синим. Тренер довольно посмотрел на него поверх очков — он явно был впечатлён тем, что Пирс вычислил ответ только по цифре потерь. — Может, подождёшь, пока я закончу вопрос, Пирс? — Битва при Вердене, — отчеканил парень, даже не моргнув. — Именно так. С 221 по 206 год до нашей эры эта китайская династия... Пирс? — Династия Цинь. — Верно. С девизом «Единство в многообразии»... Стэн? Стэн нажал кнопку, также прервав вопрос тренера: — Южная Африка. — Нет. Пирс? — Папуа — Новая Гвинея. — Верно. Официальная валюта Болгарии — это... Анкер взял короткую паузу. Пирс нажал на кнопку, уверенный в лёгком балле. — Пирс? — Болгарский лей. — Нет. Дженни? Темнокожая девушка, лидировавшая почти всю игру, но долго хранившая молчание, облегчённо выдохнула: — Болгарский лев. — Совершенно верно. На табло Дженни зажглась цифра «170». Она сравнялась с Пирсом, лишив его единоличного лидерства в самый последний момент. Соревнования продолжались…

***

Ник ждал в гостиной, то и дело поправляя манжеты пиджака. Когда Джульетта наконец спустилась из спальни, он на мгновение лишился дара речи. На ней было вечернее платье, которое идеально подчёркивало её фигуру, а мягкий свет ламп делал её образ почти неземным. — Вау... — только и смог выдохнуть Ник. — Спасибо, — она чуть смущённо улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась лёгкая отстранённость. — Но, слушай, мне нужна небольшая помощь... Можешь? Она повернулась к нему спиной, придерживая волосы. Ник подошёл ближе. Он замер, рассматривая изящную спину Джульетты. Ник уловил знакомый аромат. — Конечно. Так, застряла немного... — он аккуратно потянул бегунок вверх, стараясь не защемить нежную ткань. — Готово. На тебе те духи, которые я подарил тебе на прошлое Рождество. — Да? У них приятный запах. — Она обернулась, поправляя вырез. — Ник, ты уверен, что мне стоит идти? — Нет, не уверен, — честно признался он. — Но нам нужно оценить твоё состояние. Джульетта нахмурилась, глядя на него с подозрением. — Ник, ты темнишь. Зачем нам рисковать, добавляя лишние проблемы? Ник отвёл взгляд. Лгать ей в лицо становилось с каждым часом всё невыносимее, но правда могла разрушить остатки её спокойствия. — Джульетта, я всё объясню тебе позже. Скажем так, наш специалист не может точно определить нужный антидот. Для этого нужно понять степень... влечения. И то, как внешние раздражители на него влияют. — Я не понимаю. Все это звучит как какая-то магия, — она слабо усмехнулась, качая головой. — Но я хочу пойти с тобой. Пары ведь так и поступают, верно? Ходят друг с другом на занудные рабочие вечеринки. В любом случае, судя по всему, эта награда — большая честь. Ник заставил себя улыбнуться, хотя внутри у него всё кричало о надвигающейся катастрофе. — Так и есть. А это значит, что капитан приготовил очень большую и очень длинную речь. Джульетта подхватила сумочку и кивнула на дверь. — Тогда нам лучше поторопиться.

***

После окончания отбора актовый зал наполнился привычным шумом: скрипом отодвигаемых стульев и гулом голосов. Участники отбора, ещё минуту назад бывшие соперниками, теперь просто превратились в подростков, спешащих поскорее выбраться из душного зала. — Просто не верится, что я так лоханулся на вопросе про Болгарию, — произнёс Пирс, закидывая сумку на плечо. Его лицо всё ещё было бледным, а в глазах металось запоздалое раздражение. Брэндон, накидывая свою куртку, подколол его: — А что, Пирс? Ты у нас втайне болгарин? — Ха-ха, очень смешно, — огрызнулся тот, хотя на губах появилась слабая, вымученная улыбка. Тренер Анкер, подошедший к обоим, подбодрил их: — Не грызи себя, Пирс. Вы все сегодня молодцы. — Все, кроме Кевина, — вставил Стэн, стоящий подальше. Кевин отмахнулся: — Правда? — Ладно, народ, я умираю с голоду, — Брэндон обернулся к остальным, когда они вышли в коридор. — Кто хочет заскочить в «Зеллс» перекусить? — Да, я в деле! — тут же отозвалась Дженни, поправляя сумку. Пирс с надеждой посмотрел на мать, которая подошла к нему. — Мам, можно мне с ними? Доктор Хиггинс нахмурилась, переживая за сына. — Не знаю, дорогой. Уже поздно, а тебе ещё нужно закончить домашку по математике. — Ну пожалуйста! Дженни, заметив колебания матери Пирса, мягко вмешалась: — Мы его не задержим, доктор Хиггинс, обещаю. — Хорошо, — наконец сдалась та, смягчившись. — Но в десять чтобы был дома. — Спасибо! — Пирс просиял, и на мгновение в нем снова проглянул обычный ребёнок. Отец Стэна, стоявший неподалёку, потрепал сына по плечу: — Тебя это тоже касается, Стэн. Отличная работа сегодня. Анкер подошёл к родителям, наблюдая за стайкой ребят, направляющихся к выходу. — Хорошие ребята, — негромко произнёс он. — Лучшая команда из тех, что я тренировал. И определённо самые азартные. Думаю, любой из них способен дойти до самого финала. — Ну, Стэн ради этого пахал как проклятый всё лето, — с гордостью заметил его отец. — Пирс тоже вкалывал не меньше, — добавила доктор Хиггинс, выходя из зала.

***

В кафе «Зеллс» подростки оккупировали столик у входа, заваленный стаканами с молочными коктейлями и картошкой фри. — Династия Цинь? Серьёзно? — Дженни театрально всплеснула руками. — Я об этом даже не слышала, а во мне вообще-то одна шестнадцатая китайской крови. — Да ладно? — Стэн с сомнением поднял бровь. — Ага. — Это сексуально, — ухмыльнулся он. Дженни закатила глаза так, будто её учила Беккет. Брэндон, расправляясь с бургером, кивнул в сторону Пирса: — Слушайте, Пирсу всё это слишком легко даётся. Он явно читерит. — Что? Нет! — Пирс попытался возмутиться, но его перебили. — Чувак, ты же «Франкенштейн», — Брэндон хохотнул. — У тебя мама — лауреат Нобелевской премии. Тебе ответы в черепушку загрузили ещё при рождении. — Это не Нобелевская, а премия Новицкого, ясно? — Пирс раздражённо поправил парня. — От Общества генетиков. Дженни, заметив, что Пирс только ковыряет свою еду, подтолкнула к нему тарелку: — Пирс, ты собираешься есть эту картошку фри, или будешь пялиться на неё, пока ей не станет неловко и она сама не выйдет из комнаты? — М-м-м, не делай этого, чувак, — Стэн предостерегающе поднял палец. — Налегай на «пищу для ума». Трансжиры напрочь выжгут твои синаптические связи. — Да уж... — Пирс помрачнел. — Если я проиграю это десятиборье, мама сама с собой что-нибудь сделает. — Ой, да брось. Гляди, это всего лишь одна крошечная соломинка фри, — Дженни поднесла картофелину к его губам. — Сопротивляйся искушению! — отговаривал его Стэн. — Ешь! — приказала Дженни. Пирс поддался и съел картофелину под общий одобрительный гул. — Да! Вкусно же, правда? — девушка улыбнулась. — Я тебе говорю, Пирс, будь начеку, — Стэн снова стал серьёзным. — Когда мы дойдём до финала, я тебя сделаю. — Ой, серьёзно? — Пирс скептически хмыкнул. — Прошу тебя, Стэн, — вклинилась Дженни. — Это сделаю я. А если серьёзно, победа будет либо за мной, либо за Брэндоном. — Да! — Брэндон отдал пять девушке. — Ребят, ребят, — Пирс окинул друзей серьёзным взглядом. — Если кто и сделает меня в финале, так это я сам. Проще некуда. Все рассмеялись, глядя на серьёзного парня. — Ну что? Вы поняли, о чем я, — добавил Пирс. — Удачи всем нам, — Дженни подняла стакан с коктейлями. — И пусть победит сильнейший... — Или сильнейшая! — Неважно. В общем, за победу! — компания чокнулась стаканами.

***

Спустя полчаса они высыпали на прохладный ночной воздух. — Кто последний до угла — тот лох! — крикнул Кевин, срываясь с места. — Эй, нет! Фальстарт! — Стэн бросился вдогонку. Дженни, позвякивая ключами от машины, обернулась к оставшимся: — Кого-нибудь подбросить? — Нет, я пройдусь пешком, — отозвался Брэндон, поедая на ходу картошку фри. — Надо сжечь эти углеводы. Увидимся завтра, придурки! — Бывай, — Дженни посмотрела на Пирса. — А ты? — Хочу проветрить голову. Увидимся завтра. — Ага. Хорошего вечера. Дженни уехала, и улица погрузилась в тишину. Брэндон шёл между деревьев по натоптанной тропе, подбрасывая соломинки в воздух и ловя их ртом. Уже свернув с тропы в сторону дома он внезапно замер. За спиной раздался резкий шорох сухой листвы. Брэндон обернулся, но увидел только тени деревьев. Брэндон ускорил шаг, но шорох повторился — теперь уже ближе. Он едва успел вскрикнуть, когда из темноты на него метнулось нечто и стремительное. Это был Львиногрив. Брэндон лишь успел попросить о пощаде, как Существо перегрызло ему шею, практически отделив голову от туловища.

***

Огромный банкетный зал отеля «Governor» сиял хрусталём и позолотой. Ренард стоял на трибуне, освещённый софитами, и его голос, глубокий и уверенный, разносился над притихшими рядами круглых столов. — Для меня большая честь получить эту награду и то признание, которое она за собой влечёт, — чеканил капитан, и на его лице не дрогнул ни один мускул. — Организация «Лэндмарк» стала маяком надежды для многих в нашем сообществе. Но высшая честь для меня — служить вместе с мужчинами и женщинами из департамента полиции Портленда. Их храбрость и верность закону — мой источник вдохновения. В этот момент его взгляд скользнул по залу и замер на одном из столиков. Ренард увидел Джульетту. Она сидела рядом с Ником, и на мгновение капитан сбился с ритма, почувствовав, как внутри вспыхивает то самое магическое натяжение. — Поэтому я говорю им «спасибо». Именно с ними я разделяю эту награду. Благодарю всех вас. Под гром аплодисментов Ренард сошёл со сцены. Он двигался через зал с грацией хищника, облачённого в безупречный смокинг, и направился прямиком к столу Ника и остальных. — Привет, — негромко произнёс он, остановившись рядом. — Капитан, позвольте угостить вас заслуженным напитком, — тут же вклинился сержант Ву, сияя улыбкой. Ренард чуть приподнял бровь: — Я думал, тут всё бесплатно? — Именно поэтому я и угощаю, — невозмутимо парировал Ву. Беккет, сидевшая рядом с Каслом, иронично покачала головой: — Сержант Ву пытается угостить всех и каждого. А я лишь пытаюсь напомнить этой банде, чтобы они вели себя прилично хотя бы один вечер. — Хорошая речь, капитан, — подал голос Ник. Он сидел напряжённо, кожей чувствуя, как Ренард старается не смотреть на Джульетту слишком долго. — Спасибо, Ник. Честно говоря, я не особо люблю такие мероприятия, — Ренард пригубил предложенный напиток. — Всегда кажется, будто я получаю лавры за работу других людей. — Ну, так и есть, — ляпнул Ву, прежде чем успел подумать. За столом повисла секундная тишина. Все синхронно бросили на сержанта ехидный взгляд. — Что? Ну ведь правда! — Ву развёл руками. Ренард насмешливо сказал: — Простите, сержант, напомните, в каком именно участке вы работаете? Касл, с интересом наблюдавший за сценой, хитро прищурился: — Знаете, кажется, в этом участке скоро откроется ставка самого смешного парня. Придётся платить мне зарплату. Ву поспешно отодвинул стул: — Кажется, мне стоит сходить за ещё одним напитком для вас, сэр. Внезапная вибрация телефона Беккет оборвала общий смех. Кейт бросила взгляд на экран и её улыбка исчезла. — Беккет, — чётко произнесла она, отходя в сторону. Через несколько секунд она вернулась к столу, и её лицо уже было «рабочим» — маска светской дамы исчезла без следа. — У нас убийство и вторжение. Нас просят выехать на 55-Адам в Милл-Парк. Хэнк сокрушённо вздохнул, глядя на свою тарелку: — Я думал, у нас сегодня законный выходной. — Та часть, где «выходной», только что закончилась, — Ник поднялся, оправляя пиджак, и виновато посмотрел на Джульетту. — Прости, мне очень жаль. — Нет-нет, всё в порядке. Я понимаю, — быстро ответила она, хотя в её глазах промелькнула тень тревоги. — Забирай машину, а я поеду с Хэнком, — распорядился Ник. — Плохая идея, — покачал головой Хэнк. — Я пришёл пешком. — Ничего, я возьму такси, — Джульетта уже начала собираться, но Беккет перехватила её взгляд. — Мы с Каслом тебя отвезём, — твёрдо сказала Кейт. — Я в вечернем платье на вызов точно не поеду. Моя сумка в машине, я как раз забегу к вам переодеться. — Отлично, — кивнул Ник. Ренард, всё это время стоявший чуть поодаль, проводил их тяжёлым взглядом. Ему начало казаться, что все «тесты» проваливаются. Нужно срочно что-то делать.

***

— Итак, сколько вы уже вместе? — спросила Джульетта, глядя на то, как Рик и Кейт синхронно потянулись к приборной панели, чтобы переключить радио, и столкнулись пальцами. — С мая этого года, пять месяцев, — ответила Беккет, неловко отдёргивая руку, будто её ударило током. — Серьёзно? — Джульетта слабо улыбнулась, и в её взгляде на миг промелькнуло что-то похожее на зависть. — Такое чувство, что вы женаты уже лет десять. Вы даже дышите в одном ритме. — Это побочный эффект работы в полиции, — Касл обернулся к ней с заднего сиденья, сияя своей самой «писательской» улыбкой. — Или судьба. Я склоняюсь к судьбе, но Беккет утверждает, что это просто общие когнитивные паттерны. — Нет, на самом деле мы познакомились… эээ, три с половиной года назад, — Кейт нахмурилась, сворачивая на Прескотт-стрит. — В марте 2009-го. Касл внезапно замер, его брови поползли вверх. — Подожди… Беккет, почему я был уверен, что знаю тебя уже четыре с лишним года? — Не знаю, Касл. Твоя фантазия всегда была быстрее реальности, — Кейт бросила на него короткий взгляд в зеркало заднего вида. — Я точно помню, когда мы встретились впервые в участке. Но… наша первая встреча произошла задолго до 2009-го. Джульетта подалась вперёд, искренне заинтересовавшись: — Расскажи! Обожаю истории о том, как всё начиналось «на самом деле». — Извини, Джульетта, — голос Кейт стал мягче, но твёрже. — Я хотела бы провести этот подробный разговор с Каслом наедине. Но если вкратце… Рик, я взяла у тебя автограф в 2006 году. На автограф-сессии, посвящённой выходу «Нечестивого Шторма». — Кейт… — выдохнул Касл, и его лицо вытянулось от изумления. — Ты была там? Почему ты молчала столько времени?! — Чтобы твоё самомнение ещё пролазило в двери, — она слегка улыбнулась уголками губ. — Что касается твоего восприятия времени, Касл… Мы три лета подряд не общались. Делали перерывы, ссорились, ты уезжал в Хэмптонс с Джиной, я отлёживалась в Райнбеке. Видимо, эти паузы так резко разграничили наше время, что каждый период нашего общения превратился в твоей голове в отдельный, полноценный год. — Я больше тебя ни на день не отпущу, Кейт, — серьёзно произнёс Касл, и на мгновение в машине стало очень тихо. Даже Джульетта перестала теребить край пледа, чувствуя вес этих слов. — О, вот мы и приехали, — Беккет резко затормозила у дома Ника, разбивая момент. — Джульетта, я быстро заскочу к вам в ванную переодеться. — Конечно, заходи, — кивнула Джульетта, выходя из машины. — У меня ещё есть пара мелких вопросов.

***

Давно уже Ник и Хэнк не выглядели так нарядно на месте преступления. Одетые в элегантные костюмы, они встретили сержанта Франко, бледного даже в свете фонарей. — Тут всё плохо, парни. Совсем пацан. Рабочие услышали крики, вызвали нас. — Франко провёл их через жёлтую ленту и указал место. — Патрульные осмотрелись и нашли его здесь. — Что у нас? — коротко спросил Хэнк. — Понятия не имею, — Франко подошёл к телу. — Ему просто вскрыли горло. Думаю, охотничьим ножом. Или даже какой-то пилой... Ник включил фонарик начал осматривать детали вокруг. — Оцепите здесь всё по периметру, — распорядился Ник. — Уже занимаемся, — кивнул Франко и поспешил отойти к патрульным машинам. Хэнк в это время осматривал тело парня. — Кошелёк при нем. Деньги, кредитки, права — всё на месте. Брэндон Кингстон. Только исполнилось восемнадцать. Ник начал выстраивать хронологию событий. — Должно быть, он шёл этой дорогой, — Ник указал на опрокинутый мусорный бак. — На него напали прямо на ходу, оттащили в сторону и добили здесь. — Убийца должен был быть весь в крови, — Хэнк окинул взглядом густую поросль. — Вряд ли он захотел бы возвращаться на освещённую улицу, где его могли заметить. — Скорее всего, ушёл туда, — Ник указал в сторону парка. Внезапную тишину парка разрезал резкий, надрывный звон мобильного телефона. Ник нашёл его под стеной, спрятанный за мусорными баками. Ник достал перчатку, медленно поднял телефон, на экране которого была фотография девушки в очках. Он нажал кнопку приёма. — Алло? На том конце провода послышался звонкий девичьий голос, который тут же сорвался на тревожный шёпот. — Кто это? Где Брэндон? Алло? Где Брэндон?! Ник переглянулся с Хэнком, понимая, что сейчас будет заниматься нелюбимым делом – объяснять людям, что их близкий человек ушёл из жизни.

***

Беккет отошла от тела Брэндона и сняла перчатки. Осмотрев раны вместе с Ником, она лишь подтвердила его догадку: скорее всего убийца — Существо. Пока Хэнк у патрульной машины записывал последние контакты, которые смогла вспомнить Дженни, Кейт подошла к Нику и Каслу. — Джульетта спросила меня об амнезии, — негромко начала Беккет, убедившись, что патрульные их не слышат. — Пыталась вытянуть подробности, раз я твоя кузина. Пришлось подтвердить ей твою теорию о химическом вмешательстве. Ник тяжело вздохнул, поправляя пиджак, который казался слишком тесным в этой душной подворотне. — Она врач. Ей надо пощупать, увидеть доказательства, иначе она это не осознает. Я ведь хотел ей всё рассказать о себе ещё до комы, но не успел... Монро «схлынул» через несколько секунд после того, как она упала в обморок. — Ник, Беккет в начале нашего пути была абсолютно такая же, — вставил Касл, поглядывая на тени за мусорными баками. — Хорошо, что я встретила Беду, и мой капитан оказалась Существом, — отозвалась Кейт. — Это быстро меняет точку зрения. Я сказала Джульетте, что Хэнк и Касл тоже в курсе её проблемы и мы все ищем решение вместе. Ты созванивался с Ренардом? — Да. Он говорит, что всё в порядке, но я не могу ему доверять. Даже если он искренне хочет избавиться от этого влечения, неизвестно, как сильно магия на него повлияла. Может, попросить Беду присмотреть за домом Джульетты? На работу к ней капитан вряд ли поедет, а вот домой, пока меня нет — запросто. — Беда на мотоцикле будет слишком заметна, — заметил Касл. — Впрочем, она всегда заметна. Но есть новости из лавки пряностей: Алексис нашла рецепт, который Кэтрин Шейд использовала для подготовки Ренарда. И, Ник... разбудил он её, скорее всего, поцелуем. Тем самым «поцелуем прекрасного принца». Ник замер, и на его лице отразилась смесь злости и бессилия. — Чёрт. — Скорее всего, это был единственный способ, так что не ревнуй, — Беккет положила руку ему на плечо. — Нам просто нужно разорвать эту связь. В подворотне стало тише — криминалисты уже закончили свою работу. Ник всё ещё стоял неподвижно, переваривая новость о «поцелуе принца», когда от патрульной машины к ним вернулся Хэнк. Он выглядел усталым и хмурым, убирая блокнот во внутренний карман пиджака. — Девушка, её зовут Дженни, совсем расклеилась, — произнёс Хэнк, переводя взгляд с Ника на Беккет. — Но я взял у неё контакты всех, кто видел Брэндона вечером. У них вчера был какое-то школьное соревнование. Мы договорились собраться завтра в девять утра в доме одного из участников. Адрес я скину. Это будет удобнее, чем таскать подростков по допросам в участок сразу после такой ночи. — Хорошая работа, Хэнк, — кивнула Беккет, бросив взгляд на часы. — Уже почти три ночи. Нам всем нужно хоть немного поспать, иначе завтра мы ничего не сообразим. Ник наконец отмер, его взгляд снова стал жёстким и сфокусированным на деле. — Согласен. Встретимся утром. Хэнк, тебя подбросить? — Нет, патрульные обещали докинуть до дома, — отмахнулся тот. — Езжайте. Касл, который уже начал зевать, направился к машине, на ходу бросив через плечо: — Поцелуи, монстры, принцы... Портленд определённо знает толк в насыщенных вечерах. До завтра, парни. Ник и Хэнк обменялись короткими кивками, и вскоре подворотня окончательно погрузилась в обычную ночную тишину, прерываемую лишь далёким воем сирены.