Гримм Конца времён

В ярко освещённом конференц-зале полицейского управления Портленда воздух буквально дрожал от щелчков затворов и вспышек репортёрских камер. Капитан Шон Ренард стоял за массивной трибуной, безупречно одетый в строгий тёмный костюм, идеально выглаженную рубашку в мелкую полоску и аккуратно завязанный галстук. — Похищенная Донна Рейнольдс была спасена сегодня вечером в 21:47 сотрудниками полиции Южного участка после звонка в службу спасения, — чеканил Ренард, глядя прямо в объектив центральной телекамеры. — Она была выписана из больницы в хорошем состоянии и сейчас благополучно воссоединилась со своей семьёй в уединённом месте. Капитан сделал выверенную, тяжёлую паузу, обводя зал ледяным взглядом. — Подтверждено, что подозреваемый, Эдриан Зейн, являлся похитителем. Сегодня вечером он был найден убитым в своём доме. По всей видимости, мистера Зейна подвергли пыткам, прежде чем он сделал чистосердечное признание, признав свою вину и подтвердив местонахождение Донны Рейнольдс. На данный момент я не могу поделиться деталями следствия…

***

В это самый момент в паре миль от участка, в тёплом полумраке своей спальни, Бад стоял посреди комнаты. Он только что вышел из душа, наспех накинув на плечи тёплое коричневое покрывало поверх банного халата, и теперь посматривал на старый пузатый телевизор, притаившийся в глубокой деревянной нише платяного шкафа. Из дверного проёма доносились приглушённые звуки с первого этажа — жена Бада возилась на кухне. — Она приедет в среду, — громко крикнула из глубины дома жена Бада. Бад, не отрывая взгляда от тускло мерцающего в шкафу экрана, сокрушённо зажмурился и шумно выдохнул, чувствуя, как остатки приятного тепла после душа мгновенно улетучиваются: — Нам правда обязательно нужно, чтобы она приезжала и оставалась у нас на три недели? — тоскливо протянул он, устремляя взгляд куда-то в пространство коридора. — Это как четырнадцать лет с кем-то другим! — И ты сам скажешь это моей маме?! — донёсся с кухни резкий, не терпящий возражений ответ. Бад уже набрал в лёгкие воздуха для новой жалобной реплики, но в этот миг картинка на экране сменилась. Оператор вывел крупным планом фотографию выведенного кровью на стене подвала клейма — сочащийся багровый знак в виде буквы «G». Лицо Древогрыза мгновенно побледнело, рот приоткрылся от подлинного, первобытного страха, а плечи судорожно напряглись. Теряя остатки самообладания, Бад в панике кинулся прямо на кровать, лихорадочно шаря руками по покрывалу в поисках пульта. Пальцы наконец нащупали пластик, и он судорожно зажал кнопку громкости, чтобы расслышать каждое слово. Из динамиков телевизора, ставших вдвое громче, раздался голос Ренарда: — Если кто-либо располагает какой-либо информацией относительно этого символа или убийства мистера Зейна, пожалуйста, свяжитесь с управлением полиции Портленда. — Бад! Бад, ты меня вообще слушаешь?! — долетел с кухни строгий крик жены, но Древогрыз, сжимая пульт в дрожащей руке, уже не мог вымолвить ни слова, намертво прикованный взглядом к зловещей метке древнего палача. — Повторюсь, это активное расследование, поэтому мы будем очень признательны за любую информацию, — Ренард на экране слегка отодвинулся от микрофона. — А теперь я передаю слово для ваших вопросов нашему уважаемому мэру, Сэму Адамсу. Господин мэр.

***

Трансляция продолжалась. На другом конце города, в своей полутёмной гостиной, Монро неподвижно сидел в кресле. На трибуну конференц-зала как раз уверенно шагнул респектабельный мужчина, стоявший до этого неподалёку от Ренарда. — Спасибо, капитан. И спасибо всему управлению полиции Портленда за возвращение Донны Рейнольдс к её друзьям и семье, — бодро и чётко произнёс мэр, улыбаясь в объективы телекамер. Но Монро уже не слышал помпезных речей чиновников. Стоило оператору снова мельком показать выведенный на экран символ, как Потрошитель резко подался вперёд. Монро выглядел, мягко говоря, шокированным. Его взгляд намертво приковало зловещее клеймо. Его рука сама собой, словно в трансе, потянулась к лежащему на журнальном столике мобильному телефону. Пальцы наконец нащупали холодный корпус. Ему нужно было немедленно, прямо сейчас набрать Ника, чтобы выяснить, какая чертовщина начала твориться на улицах Портленда за их спинами.

***

Ник и Хэнк в это время стояли у своих столов. Вокруг них привычно шумел буллпен, но детективы говорили вполголоса, контролируя каждый жест. Хэнк хмуро посмотрел на напарника: — Итак, что мы напишем в рапорте? Ник даже не поднял головы от документов, сохраняя каменное лицо: — Ты имеешь в виду, как мы объясним, почему оказались там? — Ну, ты пошёл к дому Зейна, чтобы подстрелить его из арбалета, — иронично перечислил Гриффин, загибая пальцы. — А я пошёл туда, чтобы убедиться, что ты не делаешь ничего похожего на стрельбу в него из арбалета. Мы вроде собирались за ним следить, а не всаживать болты с сывороткой правды. В кармане куртки Бёркхардта требовательно зажужжал мобильный. Ник потянулся за трубкой, но Хэнк перехватил его взгляд и тихо добавил: — Этот звонок не будет спасать тебя вечно. Ник скользнул пальцем по экрану и прижал телефон к уху: — Монро, я рад, что ты позвонил. Беда у тебя? — Да, она здесь, — голос Потрошителя в динамике вибрировал от плохо скрываемого ужаса. — Ник, тебе нужно немедленно приехать сюда. Я знаю, что это за символ. Пока Ник слушал Монро, на столе Хэнка затрещал стационарный аппарат. Гриффин раздражённо сорвал трубку: — Гриффин. Да, он здесь, на второй линии. Могу я вам помочь? Хэнк резко осёкся, выслушал сбивчивую тираду на том конце провода и удивлённо посмотрел на напарника. Он прижал ладонью микрофон и коротко бросил Нику: — Ник, тут парень по имени Бад Вурстнер, говорит, это срочно, будет говорить только с тобой. — Уже еду, — быстро ответил Ник в свой мобильный. — Скажи Беде, чтобы сидела тихо. Бёркхардт сбросил вызов Монро и решительно перехватил у Хэнка трубку стационарного телефона: — Бад, в чём дело? — Ник! О Боже, о Боже! — из динамика лавиной обрушился панический, задыхающийся голос Древогрыза. — Ты видел, что показывали по телевизору? Что я несу, конечно видел, это же от вас идёт. То, про похищенную девочку и убитого парня, который её похитил. Я имею в виду, это было действительно ужасно, но есть кое-что ещё хуже, не то чтобы похищение девочки — это не самое худшее... — Бад, — твёрдо перебил его Ник, пытаясь остановить этот поток бессвязной речи. — В чём дело? — Это... это насчёт... символа, — испуганно выдохнул Бад. Ник обменялся с Хэнком быстрым, понимающим взглядом. — Хорошо, Бад, — максимально спокойным тоном произнёс Бёркхардт. — Просто успокойся, мы занимаемся этим делом. Я позвоню тебе, как только что-то узнаю. — О, отлично. Хорошо. Хорошо. Это всё, что мне нужно было знать. Спасибо, Ник, — с явным облегчением пролепетал Бад и поспешно повесил трубку. Из кухни снова донёсся голос супруги: — Бад, что там у тебя происходит? — Э-э, ничего, дорогая. Всё в порядке! — Древогрыз ответил максимально спокойным для него голосом. А затем едва слышно добавил сквозь зубы: — Если только это не конец света.

***

Ник, Кейт и Хэнк быстро поднялись по крыльцу дома Монро. Дверь открылась, едва Ник успел постучать, — Потрошитель, судя по всему, караулил их у окна, не находя себе места. Монро отступил вглубь прихожей, нервно запахивая ворот плотного вязаного кардигана: — Ох, ёлки. Ну и проблемы у нас в тихом омуте. Заходите. Хэнк зашёл первым, показывая ему фото клейма: — Ты знаешь, что это за символ? — Ещё бы мне не знать. Я рос на кошмарах об этой штуке, — Монро на секунду заскочил в гостиную, лихорадочно взял со стола массивную, обтянутую потемневшей от времени кожей книгу. Затем они прошли на кухню. — Это древняя немецкая «G», или «guh», если быть точным. Из старой-престарой, древней родины, — Монро никак не мог положить книгу на стол, активно жестикулируя ей. Кейт Беккет выхватила фолиант и положила его на стол: — Капитан нам сказал, что это символ Гриммов. — Да. Гримм. «G» значит Гримм. Мы так алфавит учили, — Монро нервно усмехнулся, но тут же посерьёзнел, поймав на себе прямой и тяжёлый взгляд Ника. — То есть, очевидно, не такого Гримма, как ты, но... Ладно, смотри. Когда я был мелким, мои родители, бабушки и дедушки рассказывали мне истории, Albtrume fr Wesenkinder. Это поучительные сказки, которые передаются детям Существ. Они предупреждают их о худших из худших — о Гриммах, у которых вообще нет ни сострадания, ни совести. Я серьёзно, эти ребята вырезали мужчин, женщин, детей, домашних животных, да кого угодно. Их называли Гриммами Конца Времён. Кое-какие из этих историй есть в этой книге. Его пальцы заметно дрожали, пока он лихорадочно перелистывал пожелтевшие, хрустящие страницы в поисках нужного разворота. Ник опёрся ладонями о стойку, наблюдая за мелькающими под пальцами друга старинными текстами: — Это что, какая-то книга сказок для Существ? — Эй, у вас есть свои книги, у нас — свои! — почти обиженно вскинулся Монро, на секунду оторвавшись от страниц. — И смотри, это был их символ, который они выжигали на каждом, кого убивали, и на каждом доме в любой деревне, где жил хоть кто-то из Существ. По сути, это символ погромов Существ. Потрошитель наконец замер, заставив страницу плотно лечь на стол, и ткнул пальцем в крупный витиеватый готический рисунок, который один в один повторял багровое клеймо из подвала Шакала. — И практически любой ребёнок Существ, у которого есть связь со своим прошлым, знает про Sterbestunde. Час смерти. Вы никогда об этом не слышали? Беккет качнула головой, скрестив руки на груди и бросив быстрый взгляд на Хэнка: — Нет. Только сегодня Ренард вкратце пояснил, и то он не был уверен. — Вам это не понравится, — Монро тяжело вздохнул и посмотрел на детективов снизу вверх, опустив ладони на раскрытые страницы, словно пытаясь закрыть ими пугающую гравюру. — Я думаю, это началось после Четвёртого крестового похода. Проще говоря, карательные отряды Гриммов прочёсывали сельскую местность, снося головы, выкалывая глаза, отрубая конечности, яички, а затем помечали свои жертвы клеймом «Часа смерти». Хэнк, до этого молча слушавший лекцию по средневековой истории, резко вскинул брови и переспросил: — Ты сказал «яички»? — Я сказал «яички», — на полном серьёзе и без единой капли юмора подтвердил Потрошитель. Из тени дверного проёма в кухонную зону тихо скользнула Беда. Она стояла у самого края стойки, скрестив руки на груди, и её резкий уличный голос заставил всех обернуться. — То есть ты хочешь сказать, что в Портленде появился ещё один Гримм? — Ну, если это делает никто из вас, — Монро выразительно развёл руками, поочерёдно взглянув сначала на Ника, а затем на Кейт и Терезу. Беккет полностью повернулась к девушке, её цепкий взгляд заставил Беду подобраться. — Беда, ты ничего не заметила в том парне, который пришёл к дому незадолго до Ника и Хэнка? — Нет, — Тереза нахмурилась, вспоминая детали того вечера. — Было уже темно. Я видела, как он пришёл. Он подошёл к входу, постучал в дверь, и Зейн его впустил. Но в темноте разглядеть детали было довольно сложно. Видимо, этот Гримм сделал всё внутри, а потом просто тихо ушёл дворами через чёрный ход. Хэнк задумчиво потёр подбородок, анализируя ситуацию: — Если этот парень — действительно другой Гримм, разве он не знал бы о вас всех? — Я не знаю, — Монро взъерошил свои и без того растрёпанные волосы. — Если знал, то, возможно, он хочет зачистить вашу территорию. Или он может быть кем-то вроде классического самурая, знаешь, кочует с места на место, оставляя за собой смерть и разрушение для Существ. Если честно, я даже не знал, что кто-то из этих ребят ещё остался. Они же как динозавры или реликты ушедшей эпохи. Хотя, очевидно, не такой уж ушедшей. — Ирония в том, — Хэнк криво усмехнулся, глядя на пожелтевшую гравюру в книге, — что он выбил признание, когда мы не смогли, и спас жизнь этой девочке. Монро согласно кивнул, его голос прозвучал тише: — Ну да, старая дилемма, верно? Оправдывает ли цель средства? Ник, до этого момента долго хранивший молчание, поднял глаза на друга. В его взгляде читалась суровая, прагматичная решимость: — Ну, для Донны Рейнольдс точно оправдывает. — Слушайте, я просто говорю, — Монро закрыл фолиант, и глухой стук кожи о дерево прозвучал как точка в споре. — Что бы ты ни планировал делать с этим парнем... Вам стоит сделать это очень быстро. Пока ваша собственная репутация среди Существ в Портленде не оказалась запятнана этой милой привычкой — сначала выжигать клеймо на груди, а уже потом задавать вопросы.

***

Яркое дневное солнце заливало улицы Вены, отражаясь в витринах дорогих бутиков и начищенных капотах проезжающих машин. Себастьян уверенно вёл автомобиль, лавируя в плотном дневном потоке европейской столицы, когда на приборной панели требовательно замигал входящий вызов. Разрезав тишину салона коротким щелчком, он принял звонок через гарнитуру. — Да, — негромко произнёс Себастьян. — Ты один? — глубокий голос Ренарда прозвучал на удивление резко. В Портленде сейчас была глубокая ночь, и в тоне капитана чувствовалась сильная усталость . — Да, — Себастьян бросил быстрый взгляд на пустое пассажирское сиденье. — Что ты знаешь о Гриммах Конца Времён? Себастьян на секунду ослабил хватку на руле, удивлённо приподняв бровь. Этот вопрос среди бела дня явно застал его врасплох. — Немного, — осторожно ответил он, вписывая машину в крутой поворот. — Кроме того, что они довольно мерзкие ребята. А что? — Потому что, мне кажется, один из них объявился здесь, в Портленде, — глухо отозвался Ренард. — Я думал, они больше не существуют, — Себастьян покачал головой, глядя на залитую солнцем дорогу. — Да, ну... я тоже так думал, — в голосе капитана отчётливо скользнула холодная злость. — Семья его прислала? — Я не знаю, — честно признался Себастьян. — Посмотри, что сможешь разузнать, — жёстко скомандовал Ренард, и на том конце провода раздались короткие гудки.

***

В это же время в ночной темноте Портленда Ник Бёркхардт утомлённо открыл входную дверь своего дома. Джульетта уже давно спала наверху. Дом казался чужим, выстуженным и неуютным. Ник швырнул ключи на тумбочку в прихожей, собираясь пройти в гостиную к своему опостылевшему дивану, как вдруг в кармане куртки требовательно и громко зажужжал мобильный. Ник вытащил аппарат, скользнул пальцем по экрану и прижал трубку к уху: — Бёркхардт. — Когда ты увидел Эдриана Зейна мёртвым, тебе не захотелось, чтобы ты добрался до него первым? — раздался в динамике незнакомый, чуть хриплый и абсолютно спокойный голос. От этой леденящей интонации у Ника внутри всё мгновенно подобралось. — Кто это? — Ник резко подошёл к двери, проверив через стеклянное окошко улицу. — Тот, кто делает то, что должен был делать ты, — тихо, но с явным превосходством ответил собеседник. — Ты хочешь сказать, что это ты убил Эдриана Зейна? — Если бы всё оставили на тебя, девчонка была бы уже мертва, — в голосе звонившего прорезалась жёсткая, фанатичная уверенность. — Многие приписывают себе то, чего они не делали, — холодно парировал Ник, пытаясь задеть самолюбие убийцы и заставить его выдать себя. На том конце провода раздался короткий, сухой смешок, от которого у Ника поползли мурашки по шее. — Ты взял с собой арбалет. Это вселило в меня надежду. Может, ты всё-таки и не полное ничтожество как Гримм. Посмотрим, что будет в следующий раз. Ник замер, его сердце пропустило удар. Палач был там. Он видел его у дома Зейна. — Посмотрим, что будет в следующий раз, — многозначительно добавил голос, и связь оборвалась. Ник медленно опустил руку с телефоном, вглядываясь в тёмное окно гостиной.

***

В глубокой темноте логова тускло светились сразу два компьютерных монитора, заливая комнату мертвенно-бледным сиянием. Человек в капюшоне сидел неподвижно, медленно щёлкая по клавиатуре. Перед ним развернулась зловещая картина цифровой режиссуры. На правом, более крупном мониторе на весь экран было развёрнуто исходное видео, снятое в сырых стенах подвала Зейна. Из динамиков доносился истошный, захлёбывающийся крик Шакала. Избитый, голый по пояс Эдриан висел на цепях, задрав руки к потолку, и сквозь рыдания и боль хрипел точные координаты бокса в «Кей-Джи Сторидж». На левом мониторе в это же время вовсю шёл технический процесс. В окне браузера на странице независимого видеохостинга медленно ползла строка кодировки. Владелец хриплого голоса удовлетворённо хмыкнул, глядя на дублирующиеся кадры мучений Шакала на обоих экранах. Оставалось дождаться, пока мировая сеть разнесёт это видео по тысячам экранов. Жители Портленда и скрывающиеся среди них твари должны были своими глазами увидеть, что человеческое правосудие больше не работает. Истинный Гримм вернулся, чтобы вершить свой собственный суд. Последний клик мыши — и видео улетело в открытый доступ, готовое взорвать утренние ленты новостей.

***

Утренний буллпен Южного участка встретил Ника напряжённой тишиной. В самом углу зала собралась немногочисленная группа. Большой телевизор, установленный на угловой тумбе прямо по соседству с флагом города, транслировал запись. Ву и Хэнк сидели прямо на краях столов, а капитан Ренард устроился чуть в стороне, опершись о тумбочку. Рядом, скрестив на груди руки, замер сержант Франко, а чуть позади них стояли Смулсон и Беккет. Все они заворожённо смотрели на угловой экран, где Хэнк, удерживая на коленях беспроводную клавиатуру, хмуро перематывал кадры ночной записи. Ник торопливо подошёл к столу: — Что происходит? Хэнк, не поднимая глаз от клавиш, коротко бросил напарнику: — Ты не поверишь, какое видео завирусилось посреди ночи. С монитора транслировались те самые жуткие кадры. Каратель на видео оставался в стороне — были видны лишь его руки в плотных кожаных перчатках, впивающих клеймо прямо в грудь жертвы. — Его удалили через час после публикации, — добавил Хэнк, нажав на клавишу, чтобы приостановить запись. — Ага, но оно уже ушло в народ и живёт своей жизнью, — цинично хмыкнул сержант Ву, слегка качнувшись на краю стола. Беккет сделала шаг вперёд, отходя от интерна, и хмуро перевела взгляд с экрана на Ника, без слов разделяя его растущую тревогу. Капитан Ренард, до этого молча следивший за экраном, выпрямился. Его лицо оставалось ледяным и непроницаемым: — Кто-то явно не стесняется своей работы. Вы уже поговорили с Донной Рейнольдс? — Как раз собираемся, — ответил Хэнк, поднимаясь со стола и возвращая клавиатуру на место. Ренард едва заметно кивнул. Хэнк, Ник и Кейт Беккет быстрым шагом направились к выходу из буллпена, оставляя всех позади. Стоило им завернуть в относительно пустой коридор, как Ник резко сбавил шаг и негромко произнёс: — Он звонил мне. Беккет мгновенно остановилась, её взгляд впился в лицо Бёркхардта: — Кто? — Тот парень, — Ник обменялся быстрым взглядом с Хэнком. — Другой Гримм. Вчера ночью, прямо мне на мобильный. Он сказал, что был там. Он видел нас у Эдриана Зейна. Хэнк даже замер посреди коридора, нахмурившись: — Чего он хочет? — Он считает, что я не выполняю свою работу, — глухо ответил Ник, вспоминая леденящий тон ночного собеседника. — Значит, он всё-таки знает, кто ты такой, — Хэнк тяжело вздохнул и покачал головой. — Это не к добру. В этот момент тишину коридора бесцеремонно нарушил бодрый рингтон мобильного телефона Беккет. Кейт вытащила аппарат, скользнула взглядом по экрану и невольно улыбнулась, принимая вызов и включая громкую связь. — Привет, как дела? — из динамика покатился быстрый голос Касла. — Я видел видео! Как я понимаю, девушку нашли? — Нашли, Касл, — Кейт мягко вздохнула, продолжая идти по коридору вместе с напарниками. — И, как видишь, похититель — это точно не Смулсон. Ник и Хэнк синхронно ухмыльнулись, вспоминая постоянные подозрения писателя в сторону стажёра. — Ну конечно! — ничуть не смутился Касл на другом конце провода. — Значит, убийца этого парня — точно Смулсон! — Касл, мы теряем время, — строго оборвала его Беккет, хотя в её глазах плясали тёплые искорки. — Нам нужно работать. Пока! — Беккет, стой! Подожди секунду, — голос писателя вдруг потерял шутливый тон, став собранным и серьёзным. — У меня возник вопрос. Как этот мясник вообще на него вышел? Как он узнал, кого именно нужно пытать? Кейт замерла у дверей допросной, нахмурившись. Вопрос Касла попал в самую цель. — И откуда он знал, что Ник мог пойти за ним на охоту? — медленно, словно рассуждая вслух, добавила она. Ник остановился рядом, его лицо сделалось жёстким: — Либо это был его сообщник... но в этом нет никакого смысла. Либо этот Гримм следил за нами не только на месте убийства. Чтобы узнать про Зейна, он должен был находиться здесь, в участке. Или следить за мной постоянно. В трубке воцарилась короткая тишина, а затем Касл тихо, с нажимом спросил: — Мне просто интересно... Этот наш тихий интерн вчера был там? Хэнк помрачнел, вспоминая вчерашний день: — Да. Как и практически весь участок. Беккет посмотрела на напарников, что-то обдумывая, а потом ответила писателю: — Касл, возможно, ты прав. Это уже какая-то зацепка. Не факт, что это Смулсон, но проверить камеры участка не помешает. Я займусь лично.

***

Хэнка и Ника уже ждали в доме Рейнольдсов. Родители Донны, Гарри и Синтия, сидели на длинном деревянном диване, крепко обняв девушку с двух сторон, словно всё ещё боялись, что её могут отнять. На низком журнальном столике между ними и копами сиротливо замер белый фарфоровый чайник и несколько нетронутых чашек. Ник и Хэнк устроились напротив в глубоких креслах. Ник слегка подался вперёд, сцепив пальцы в замок: — Мы понимаем, что это неловкий вопрос, но нам необходимо знать, где вы оба находились вчера вечером, когда Эдриан Зейн звонил в службу спасения. Гарри Рейнольдс возмущённо спросил: — Вы действительно думаете, что кто-то из нас причастен к смерти этого человека? — Честно говоря, сэр, мы так не думаем, — максимально миролюбиво ответил Хэнк, слегка примиряюще приподняв ладонь. — Но мы обязаны спросить. Синтия мягко положила руку на ладонь дочери и тихо посмотрела на детективов: — Мы были в церкви Святого Стефана с друзьями. Молились о чуде. — И мы его получили, — глухо добавил Гарри. Ник мягко перевёл взгляд на девушку. Донна сидела в своей синей спортивной кофте, испуганно втянув голову в плечи. — Донна, нам нужно задать тебе несколько вопросов о той ночи, когда тебя похитили. Хэнк кивнул, подбадривая её спокойной улыбкой: — Что ты помнишь? Донна судорожно сглотнула, её пальцы крепко впились в ткань джинсов: — Было около половины восьмого. Я... я заходила в лифт, когда кто-то подошёл ко мне сзади, схватил меня и зажал мне рот какой-то тканью. Когда я очнулась, я была связана в кузове фургона, и он ехал. — Ты помнишь что-нибудь о фургоне? — Ник внимательно ловил каждое её слово. — Марку, цвет, хоть что-то? — Я так и не увидела его снаружи, — Донна досадно мотнула головой. — Когда он заметил, что я очнулась, он снова ткнул мне этой тряпкой в лицо, и я опять отключилась. Хэнк переглянулся с Ником. Если фургон был в движении, то у Зейна точно был сообщник: — Зейн был в фургоне рядом с тобой? — Да, — подтвердила девушка. — Ты помнишь водителя? — Ник попытался найти зацепку. — Или, может, слышала его голос? Донна отвела глаза и сквозь слёзы произнесла: — Я больше никого не видела и не слышала.

***

Шон Ренард сидел за своим столом и не мигая смотрел на экран своего рабочего планшета. На записи с камеры наружного наблюдения парковочного комплекса, серой и зернистой от плохого освещения, едва угадывались контуры автомобилей. Капитан поднял глаза на детективов: — Почему вы так уверены, что это наш фургон? — Это единственный цельнометаллический фургон, который выехал с парковки в ту ночь, — Ник уселся на столик около капитана. — И он выехал как раз сразу после того, как её забрали, — хмуро подтвердил Хэнк, скрестив руки на груди. Ник достал свой блокнот и сверил записи: — В 19:40. Зарегистрирован на Ричарда Тайлера Берну. Ренард покачал головой: — Давайте найдём его.

***

Ник и Хэнк быстрыми шагами вышли из кабинета, найдя Беккет. — Что насчёт камер участка? Ты успела отсмотреть тайминги допроса Зейна? Беккет устало потёрла переносицу: — Смулсон и вправду крутился рядом с вами в тот момент, когда ты выходил из допросной. Как и Ву. — Ву не мог этого сделать, — моментально отрезал Хэнк, даже не допуская этой мысли. — Я согласен, — кивнул Ник, прекрасно знавший сержанта. — Но против Смулсона у нас тоже ничего нет, кроме паранойи Касла. А что остальные? Кейт Беккет тяжело вздохнула: — Франко был рядом. Да и много ещё офицеров. Зейн очень тебя испугался. Почти весь буллпен смотрел на тебя в тот момент. Ник остановился у выхода на парковку, его взгляд стал жёстким и сосредоточенным: — Ладно. Давайте заберём Берну, и в какой-то момент оставим его одного. Может, кто-то выдаст себя.

***

Дверь дома с грохотом распахнулась, и Ричард Берна бегом спустился по ступеням крыльца. Он закинул пару мешков в кузов, прыгнул в кабину своего потрёпанного фургона и с визгом резины рванул с обочины. Побег закончился, не успев начаться. Дорогу фургону намертво перекрыли два патрульных автомобиля с включёнными проблесковыми маячками. Сержант Ву заблокировал капот Берну спереди, а тяжёлый «Додж» Ника и Хэнка с воем влетел в карман, зажимая беглеца сзади. Вокруг мгновенно выросла стена из копов с оружием наизготовку. Хэнк первым выскочил из машины, держа руку на кобуре, и шагнул к водительскому окну: — Ричард Берна? — Да? — мужчина испуганно вжался в сиденье, в этот момент сержант Ву наставил на него пистолет. — Заглушите фургон и выйдите из машины, — твёрдо скомандовал Гриффин. — А что я сделал?! — Берна попытался изобразить возмущение, выходя из машины. — Вы имеете право хранить молчание, — громко и чётко начал чеканить Ву, заламывая задержанному руки за спину и защёлкивая наручники. — Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. От страха лицо Ричарда Берны судорожно поплыло. Человеческие черты исказились, обнажая оскал Существа. Шакал дико повёл глазами по сторонам, и его взгляд намертво приковал стоящий рядом Ник Бёркхардт. В чёрных глубинах глаз детектива он мгновенно разглядел бездонную тьму Гримма. — Это ты... — задыхаясь, прохрипел Ричард. — Ты убил его! — Вы имеете право на адвоката, — монотонно продолжал Ву. — Ты убил его! — в абсолютной панике, срываясь на животный вой, истошно закричал Берна прямо в лицо Бёркхардту. Ник ничего не ответил. Он лишь молча отвёл глаза от Берны, глядя куда-то в сторону пустой дороги.

***

Спустя полчаса стеклянные двери центрального входа в участок с шумом распахнулись. Ник, Хэнк и Ву уверенно вошли в буллпен, ведя между собой закованного в наручники Ричарда Берну. Шакал уже вернул себе человеческий облик, но всё ещё продолжал мелко дрожать под пристальными взглядами дежурных офицеров, взбудораженных ночным видео. В комнате для допросов было душно. Берна сидел на жёстком стуле, намертво вцепившись пальцами в край стола. Его била крупная дрожь. Ник и Хэнк стояли напротив, разделяя пространство узкой комнаты на зоны давления. Хэнк бросил на стол папку с материалами дела: — У нас есть запись видеонаблюдения, которая связывает твой фургон со зданием Декум в момент похищения Донны Рейнольдс. Берна, пора начинать говорить. Ник сделал полшага вперёд, фиксируя взгляд на подозреваемом: — Твой фургон у нас. — Думаете, меня это волнует? — огрызнулся Ричард, но его голос предательски сорвался. В его глазах читался не страх перед тюрьмой, а первобытный ужас Существа перед Гриммом. — Техники прямо сейчас обыскивают его, — холодно продолжил Ник. — Если они найдут там хотя бы один волос Донны Рейнольдс... — Что помешает ему убить меня?! — Берна сорвался на крик, дико глядя на Ника. Хэнк попытался перехватить инициативу, смягчая тон: — Будет проще, если... — Я хочу поговорить с адвокатом, — наотмашь отрезал Ричард, закрывая лицо руками. На этом каноничные методы допроса себя исчерпали. — Давайте сделаем перерыв, — Хэнк кивнул Нику, и оба детектива вышли в коридор.

***

Едва тяжёлая дверь захлопнулась, Гриффин негромко заметил: — Он думает, что это ты убил Зейна. — Эй, — к ним быстрым шагом подошёл сержант Ву. — Криминалистам нужно увидеть вас, немедленно. Ник обернулся: — Что там? — Они что-то нашли в фургоне, — коротко бросил Ву, указывая в сторону подземного гаража. — Ты иди, я позвоню Беккет, — шепнул Ник Хэнку. — Посмотрим, что будет делать Берна.

***

В полумраке гаража департамента ярко горела переносная лампа криминалистов. Задние двери конфискованного фургона Берны были распахнуты настежь. Вокруг машины суетились сотрудники в белых комбинезонах. — Что у нас? — спросил Хэнк, подходя к ведущему эксперту. Техник-криминалист оторвался от чемодана с инструментами и победно улыбнулся: — Ну, вообще-то, довольно много. Очевидно, эти парни не ожидали, что их поймают. Мы нашли несколько длинных прядей волос, которые совпадают по цвету с волосами похищенной девочки, полно отпечатков пальцев, наполовину пустую бутылку хлороформа и тряпку, которой его наносили. Эксперт указал пинцетом на дно кузова, где лежал тёмный кожаный предмет: — Я хотел, чтобы вы это увидели, прежде чем мы это заберём. Моё предположение — это сумочка жертвы, которую они просто не удосужились вытащить. Хэнк нахмурился, чувствуя, что для профессионального похитителя Шакал оставил слишком много глупых следов: — Открой её. Техник-криминалист открыл бумажник Донны с её правами и иронично приподнял бровь, глядя на детектива: — Я преподношу вам стопроцентную победу на серебряном блюдечке или как? Хэнк криво усмехнулся: — Рискну предположить, что мы его оформляем.

***

Кейт Беккет сидела за своим рабочим столом. Чтобы держать ситуацию под контролем, она вывела на ноутбук окно с прямой трансляцией из допросной комнаты. Берна беспокойно сидел на жёстком стуле, то и дело оглядываясь на запертую дверь и явно ожидая возвращения детективов. Ник приглядывал в это время за коридором, куда вела дверь из допросной, страхуя слепые зоны у буллпена. Вдруг на экране Беккет мелькнуло быстрое движение. Кейт мгновенно придвинулась ближе к монитору, вглядываясь в зернистую картинку. Дверь комнаты бесшумно открылась. Берна посмотрел на неё, неуверенно встал со своего места и быстрыми шагами пошёл к выходу. Через секунду в пустой комнате его уже не было. Беккет резко поднялась, едва не опрокинув офисное кресло. Лица человека, открывшего дверь, на камере видно не было — он профессионально остался за кадром, а тратить время на то, чтобы детально разглядывать и перематывать запись, было некогда. Кейт сорвала с пояса рацию, мгновенно вызывая Бёркхардта: — Ник! Ты смотришь? — Да, Кейт, не поверишь, — тут же отозвался в динамике напряжённый голос Ника. Было слышно, что он уже осторожно двигается по переходу. — Смулсон только что зашёл в коридор допросной и вышел, буквально провожая Берну. Что нам делать? Я могу их остановить прямо у входа. — Значит, Касл был прав, — произнесла Беккет, сворачивая в проход между столами. — Нет, Ник. Пока, кроме несанкционированного освобождения, у нас на него пока ничего нет. Мы не докажем, что он убийца Зейна. Я думаю, лучше проследить за Берной и Смулсоном. Веди их до парковки, я догоню. Беккет на бегу затормозила у стола сержанта Ву, с глухим стуком опуская раскрытый ноутбук прямо поверх его бумаг: — Ву! Пересмотри архив этой записи за последние две минуты. Кто-то целенаправленно прятался от камер. Выжми из картинки всё, что сможешь, найди хоть какой-то ракурс, где этот ублюдок попал в кадр! — Понял, — моментально кивнул Ву, оценив тон её голоса, и тут же придвинул к себе ноутбук. Кейт рванула к выходу, вытаскивая мобильный и лихорадочно набирая номер Хэнка: — Хэнк! Иди к Ву, он проверяет записи из допросной. Смулсон освободил Берну! Мы с Ником следим за ними, уходим на улицу.

***

Ник и Кейт, стараясь держаться в глубокой тени массивных бетонных колонн, осторожно проследили за Смулсоном и Берной до служебной парковки департамента. На забитом патрульными машинами дворе было относительно тихо. Смулсон уверенно подошёл к своему седану, открыл пассажирскую дверь и коротким, приказным жестом показал Берне садиться на переднее сиденье. Шакал покорно шагнул вперёд, но стоило ему на секунду развернуться спиной — Райан молниеносным, отработанным движением выхватил из кармана куртки шприц и с силой вогнал иглу прямо Берне в шею. Шакал судорожно дёрнулся, попытался издать хоть какой-то звук, но мгновенно обмяк, теряя сознание. Смулсон бесстрастно поймал его тяжёлое тело, затащил на заднее сиденье, перевернул на живот и защёлкнул на запястьях наручники. Ник резко дёрнулся вперёд, готовый сорваться на бег и сбить интерна с ног, но Беккет мёртвой хваткой вцепилась в его локоть, силой удерживая за колонной: — Тихо, — приглушённо, но жёстко приказала она. — Едем за ними. На моей личной, её он не должен знать. Они быстро метнулись в противоположный конец парковки, прыгнув в неприметный автомобиль Кейт. Стоило Смулсону завести мотор и плавно тронуться с места, направляясь к выездному шлагбауму, Беккет аккуратно пристроилась через три машины позади него. Ник внимательно следил за габаритными огнями седана впереди: — Как думаешь, куда он едет? — Сложно сказать, — Кейт крутанула руль, аккуратно вписывая машину в поворот за воротами участка. — Возможно, к Берне домой. — Скорее всего, — сосредоточенно кивнул Ник, просчитывая логику безумца. — Ему же надо его показать, устроить публичную демонстрацию, а не просто спрятать тело на каком-нибудь пустыре. Зейн висел в собственном подвале. Думаю, Берну ждёт то же самое. — Ник, надо отправить Хэнка к Смулсону по его адресу, чтобы подстраховаться на случай, если у него там есть улики, — быстро среагировала Беккет, плавно ведя машину по улице вслед за удаляющимися габаритами седана. — Да, сейчас наберу. Пускай возьмёт Франко с собой, — согласился Бёркхардт, доставая телефон, чтобы набрать напарника.

***

Хэнк подошёл к хлипкой деревянной двери и с силой забарабанил кулаком по косяку: — Полиция Портленда, откройте дверь! Секундное затишье заставило его нахмуриться. Не дожидаясь ответа, Гриффин резко отступил на полшага назад и мощным пинком впечатал ботинок прямо в область замка. Дверь с глухим треском распахнулась, ударившись о внутреннюю стену. Полиция ворвалась в квартиру, держа оружие наготове. На старом, продавленном диване посреди заваленной хламом комнаты, свернувшись калачиком под грязным пледом, спала Ленор Смулсон. От грохота вылетевшей двери она испуганно подскочила на месте. Женщина была дезориентирована, её лицо опухло от вечного пьянства. Она зажмурилась от резкого света, тупо моргая и прижимая ладонь к груди: — Райан?.. Ты не Райан. Кто вы такие? — Я детектив Гриффин, мэм, полиция Портленда, — Хэнк опустил ствол, но остался максимально собранным. Сержант Франко за его спиной уже бесшумно двинулся осматривать боковые комнаты. — Ваш сын здесь? — Нет, — Ленор раздражённо дёрнула плечом. — А что? — Вы знаете, где он находится? — С какого чёрта я должна это знать? — проворчала она, грязно выругавшись под нос. — Эй, ты куда пошёл? — крикнула она вдогонку Франко, но тут же переключила внимание на Хэнка. Её рука потянулась к початой бутылке дешёвого виски на столе. — Ваш сын может быть причастен к тяжкому преступлению, мэм. Нам нужно знать, где он. — Да мы с ним вообще не ладим, ясно? Хэнк молча сделал шаг вперёд и перехватил алкоголь прямо у неё из-под носа. — Верни назад. Слышишь? Отдай... — Ленор злобно зыркнула на детектива, пытаясь дотянуться до бутылки, но быстро сдалась. — Он сказал, что скоро съезжает. Заявил, что у него есть какая-то «важная работа». Возомнил себя слишком хорошим для этого места. Сказал, что ненавидит то, кем мы являемся... Как будто сам чем-то отличается! Послушайте, я больше ничего не знаю. Просто отдай мне бутылку. — Хэнк, — из глубины коридора донёсся глухой голос сержанта Франко. — Тебе стоит пойти и взглянуть на это. Гриффин оставил женщину в покое и быстро прошёл в маленькую спальню интерна. Франко стоял посреди комнаты, замерев со служебным фонариком в руке. Луч света упирался в противоположную стену. Хэнк остановился как вкопанный, и его лицо окаменело. Вся стена от плинтуса до самого потолка была хаотично, безумно заклеена сотнями фотографий Ника. Бёркхардт смотрел на них почти с каждого сантиметра пространства: со случайных уличных снимков, сделанных издалека, с вырезок из газет, кадров с камер наружного наблюдения и фотографий, тайно снятых прямо внутри буллпена Южного участка. Смулсон не просто подслушивал — он был буквально одержим Ником, превратив свою комнату в пугающий алтарь слежки за Гриммом. Франко медленно опустил фонарик, и в полумраке его лицо казалось бледным: — Господи, Хэнк... Что это за хрень? Похоже, этот тихий интерн всерьёз зациклился на Бёркхардте. Хэнк судорожно сглотнул, лихорадочно соображая, как увести напарника от опасных мыслей, и хмуро кивнул на стену: — Не просто зациклился, Франко. Он собирал на него досье. Ник за последнее время перешёл дорогу слишком многим в этом городе. Похоже, Смулсон — обычный поехавший сталкер, который сделал из него идола. Гриффин тут же полез во внутренний карман куртки за мобильным телефоном: — Обыщи тут всё. Ищи карты, адреса, блокноты. Мне нужно срочно набрать Ника и предупредить, что этот безумец охотится не только за Берной, но и бредит им самим.

***

Райан резким движением сорвал плотную ткань, обнажая тяжёлый металлический прут. Ричард Берна, накрепко привязанный верёвками к простому деревянному стулу посреди полуразрушенной комнаты своего собственного дома, судорожно дёрнулся, расслышав зловещее шипение газовой горелки. — Что происходит? Кто ты такой? Что ты делаешь? — задыхаясь от нахлынувшего ужаса, прохрипел Ричард, пытаясь запрокинуть голову. — То, что должно быть сделано, — бесстрастно отозвался Райан, поднося раскаляющийся наконечник ближе к пламени. — Что ты имеешь в виду? — Берна попытался отстраниться, заметив клеймо с буквой «G». — Он должен был убить тебя, — тихо произнёс Райан, глядя на раскаляющийся металл. — Кто? — не понял Ричард. — Гримм. — Тот коп? — Да! Но он слишком мягок, — в хриплом голосе Смулсона прорезались фанатичные нотки. — Все Существа должны быть уничтожены. Ник и Беккет ворвались в комнату с пистолетами, сбивая с петель хлипкую деревянную дверь. Райан даже не вздрогнул. Он медленно опустил клеймо, с бесконечной, болезненной обидой глядя прямо на Бёркхардта. — Да что с тобой не так? Ты должен помогать мне, а не останавливать! — истошно закричал Райан, и на его шее вздулись вены. — Ты арестован, — жёстко, не снимая пальца со спускового крючка, скомандовал Ник. — Ты не Гримм. Ты не знаешь, что это значит, — Смулсон сделал шаг назад, его лицо исказилось от ярости. — Руки за голову, — ледяным тоном приказала Беккет. — Я равнялся на тебя! — Райан задыхался, переводя безумный взгляд на Ника, словно не замечая направленных на него стволов. — Я был рядом с тобой, я изучал тебя. Я думал, что однажды мы будем работать вместе. — Но ты убил человека, — глухо произнёс Ник. — Эдриан Зейн был Шакалом, — сорвался на визг интерн. — Ты должен был убить его, но ты его отпустил. Вот тогда я и понял, что должен делать. — Значит, ты не Гримм, — презрительно отрезала Беккет. — Я Гримм, и я... я лучше тебя! — Райан не отворачивался от Ника. — Я... я делаю то, что должен делать ты! Я спас Донну Рейнольдс! Я разгребаю твоё дерьмо! В этот момент колоссальное ментальное напряжение и дикая, удушающая ненависть сорвали внутренние покровы Райана. Его лицо судорожно поплыло, человеческая кожа посерела и покрылась склизкими складками, а рот превратился в круглую, усеянную мелкими зубами присоску. Маньяк схлынул в Жизнесоса. — Нет! Нет, нет, нет, — в ужасе закричал Райан, случайно переведя взгляд на своё отражение в зеркале в соседней комнате. Он коснулся ладонями своего склизкого лица, и его визг перешёл в глухой, захлёбывающийся плач: — Я не это. Я не то, что вы видите. Я Гримм. — Нет, Райан, это не так, — тихо и с глубоким, тяжёлым сожалением произнёс Ник, глядя на несчастное чудовище. — Так! Так! — Жизнесос упал на колени, содрогаясь всем телом. — Все Существа должны умереть. Убейте меня! — Не делай этого, — Ник сделал шаг вперёд, опуская пистолет. — Убей меня. Убей меня, — взмолился Райан. Ник быстро шагнул вперёд и точным, хлёстким ударом в челюсть вырубил бьющегося в истерике парня. Райан рухнул на пол, мгновенно возвращая себе человеческое лицо интерна. — Убей меня... — едва слышно прошептал он в беспамятстве. — Этого не будет, Райан, — тихо добавил Ник, убирая оружие в кобуру. — Пожалуйста...

***

Спустя время на место приехала полиция. Патрульные срезали верёвки и выводили на улицу арестованного Шакала, а криминалисты паковали в пластик вещественные доказательства. Хэнк, только что приехавший с квартиры интерна, подошёл к Нику и Кейт, которые стояли у кузова патрульной машины, наблюдая за конвоем: — Так значит, Райан — Гримм? — Даже близко нет, — качнула головой Беккет, устало оперевшись о капот. — А кто он? — Хэнк нахмурился, вспоминая безумную стену из фотографий в его спальне. Ник проводил взглядом закрывшиеся двери конвойного фургона и тихо резюмировал: — Кем бы он ни был, Хэнк... это явно не то, кем он хочет быть. В этот момент мобильный телефон Ника требовательно зажужжал. Бёркхардт вытащил его из кармана и удивлённо приподнял бровь, увидев имя на экране: — Это Ву. Из участка. Ник нажал кнопку приёма и поднёс трубку к уху: — Ву, что у тебя? — Бёркхардт, тут в буллпене локальное стихийное бедствие, — раздался в динамике ироничный голос сержанта. На заднем плане отчётливо слышался чей-то сбивчивый, панический лепет. — Пять минут назад в двери буквально вкатился некий Бад Вурстнер. Он бледен как поганка, заикается и требует немедленно выдать ему тебя. Ник невольно переглянулся с Гриффином: — И чего он хочет? — Ну, насколько я смог разобрать сквозь его паническую атаку, он посмотрел утренний эфир про Зейна, — хмыкнул Ву. — Парень всерьёз напуган. Скажи ему пару слов, а то он мне сейчас весь буллпен слезами затопит. — Передай ему, что мы только что взяли убийцу, — облегчённо выдохнул Ник, качая головой. — Всё в порядке, угрозы больше нет. Пусть едет домой к жене. Бёркхардт сбросил вызов, но не успел он убрать аппарат, как в руке Кейт Беккет тоже требовательно зажужжал мобильный. Она посмотрела на экран, тепло улыбнулась и приняла вызов, включив громкую связь, чтобы Ник и Хэнк тоже слышали. — Привет, Беккет, — в динамике на фоне приглушённого гула дикторов раздался бодрый, абсолютно счастливый голос Касла. — Я уже в аэропорту. Скоро буду в Портленде. Что у вас новенького? Кейт поудобнее перехватила трубку и облокотилась о тёплый от дневного солнца капот патрульной машины: — Ну, у меня для тебя две новости. Хорошая — мы избавились от твоей паранойи по поводу Смулсона. — А плохая? — в голосе Рика на секунду прорезалось искреннее разочарование. — Плохая в том, что ты никогда не забудешь о том, что был прав насчёт него, и будешь мне это постоянно припоминать. На том конце провода воцарилась секундная тишина, сменившаяся взбудораженным, победным шёпотом: — Он убийца? — Да, Касл, — Кейт мягко вздохнула, наблюдая, как Хэнк и Ник за её спиной прячут улыбки в кулак. — Он самый. Но постарайся напоминать мне об этом хотя бы не каждый божий день. — О, ну что ты, я не такой жестокий, — в трубке послышался самодовольный смешок. — Раз в неделю пойдёт? — Касл! — с наигранным возмущением прикрикнула в микрофон Беккет, но сдержать улыбку у неё уже не получилось.