Глава 6: "Фиолетовое сияние — грёбаный алкоголь"

— Это впервые, так что, если вдруг станет короче на пару сантиметров, ты меня прости, — пробормотала Джинни, лукаво поглядывая на Малфоя снизу. Он сделал всё в лучших традициях: помылся, переоделся в чёрные спортивки Джорджа Уизли, спадающие ему ниже пяток, морально настроился, но сердце всё равно билось быстро, а в горле всё пересохло от волнения. Никак он не ожидал, что она вот так просто согласиться без каких-либо требований взамен. Уизли была согласна ему просто отсосать, ничего не получив. Она не просила себе отлизать, не просила, так сказать, опробовать только что купленные презервативы. Ничего, и это очень сильно удивило парня. Он сидел на краю кровати, смотря вниз на девушку, увидеть которую на коленях было просто невероятно. Она же в ответ с интересом разглядывала его красное лицо, которое вспыхнуло с новой силой, как только её ладонь легла на его пах. Она мягко надавила на постепенно твердеющий член. Драко поставил руки назад, слегка откинулся и предоставил себя этому волшебному ощущению. Тихие хриплые стоны то и дело слетали с закусанных губ. Ярко выступающий кадык нервно дёргался от каждого движения её запястья, и подотросшие за последнее время волосы спадали назад — он не смог не откинуть голову от лёгкого, медленно опьяняющего удовольствия. — Уже такой твёрдый... — скорее себе прошептала Джинни, нащупывая яркие очертания возбуждённого члена. Драко опустил голову и выжидающе уставился на девушку, борясь с желанием застонать уже от этих нежных ласк. Она же не могла определиться, куда смотреть: на то, что почти что уже в руках, или на это лицо, от выражения которого, внизу всё слишком сильно начинало зудеть. Она ухватилась за резинку штанов, следом подхватив и резинку трусов, и стянула всё это вниз. — Ну и как он у вас, мужчин, только умудряется стать таким твёрдым и большим за такое количество времени? — Джинни боялась докоснуться до обнажённой кожи его органа, и поэтому просто держала ладони на мужских бёдрах с любопытством разглядывая поднятый член. Сильнее сжав чужую плоть, девушка поддалась языком и кончиком языка коснулась горячей головки. Всё тело Малфоя будто бы пронзил Петрификус Тоталус, и он не смог пошевелиться пару добрых секунд. Но когда он пришёл в себя, то губы сами по себе разомкнулись, выпуская протяжный стон. Её рука каким-то волшебным образом оказалассь ниже члена. Уж чего, чего, а этого он никак не мог ожидать, от девчонки впервые трогающей чей-то член так близко и явно. Да и уже не член. — Джинни... мфх... О Мерлин!.. — сидеть спокойно было слишком трудно, и Драко откинулся на кровать ещё сильнее. Штаны, еле державшиеся на его ногах, сползли окочательно, обнажая Малфоя полностью. Лежать голым перед женщиной... В каком же уязвимом положении он находился, но как же приятно её руки ощущались на яйцах. Его пальцы впились в простыни, сжав их сильно-пресильно, а изо рта в очередной раз вырвался громкий, непонятный звук. —Уизли, чёрт, что ты творишь... Ах... — Тебе же нравится. Я хоть и ни разу этого не делала, но всё же понимаю, где вы ещё чувствительнее, — её губы накрыли уже влажную от предэякулята головку. Зубы нечаянно царапнули нежную кожицу, от чего Драко не смог не вскрикнуть, а потом сощурить глаза из-за стыда от столь позорного звука. Где сейчас валялась его гордость, было понятно. В её ногах, где-то там, внизу. Там, где её колени упирались в прохладный пол, а попа покоилась на покрытых джинсами голенях. Где-то там... Она почти сразу же оторвалась и, схватившись за край своей футболки, потянула её наверх. Малфою не сильно нравилось, что его же член закрывал полный обзор на небольшую грудь в болотном лифчике, но он не мог ничего поделать. Его же орган стоял покрепче всякого Биг-бена. Он не мог ничего с собой поделать, а от открывшейся картины, он смог лишь задержать дыхание и ожидающе уставиться на женские руки, вдруг заведённые за свою же спину. Бюстгалтер сразу же ослаб и медленно сполз по её плечам вниз, обнажая всю грудь в принципе. А то как она смотрела на парня... Джинни ни на секунду не сводила взгляда с бывшего слизеринца, внимательно изучая его лицо, и когда их взгляды встретились, она не смогла не улыбнуться. Столько восторга и желания она ни в ком ещё не видела. Этот парень был настоящим сосудом для всех эмоций. В нём их откуда-то было так много, что от одного такого простого поступка с её стороны, он уже был готов упасть в обморок от перенаслаждения. — Ты чего это... — только и смог прохрипеть Малфой, но слова быстро перешли в громкий стон, когда её рот накрыл верхнюю часть его, кажется, ещё сильнее потвердевшего члена. Одна её ладонь схватила его за основание, сильновато сжав, а вторая спустилась куда-то вниз, к себе. Всё поплыло перед глазами, когда стон из её рта прошёлся по всей длине сильной вибрацией. Драко даже сам и не понял, как его рука вдруг оказалась на рыжей макушке и сильнее вжала её в себя. Пряди приятно скользили меж пальцев, то и дело сжимающихся от каждого толчка неопытного языка. Иногда зубы еле-еле задевали кожу, но это было единственнная и даже терпимая лёгкая боль. В такие моменты он мог только шипеть и слегка тянуть её за волосы, чтобы не остаться с кровавыми следами на члене. Но а так всё было великолепно. Ему уже было трудно держаться — так хорошо она старалась, так горячо она выглядела. Голые груди качались в такт её движениям, и ему очень хотелось до них докоснуться. Но было далеко, невозможно... Её дыхание учащалось, и было понятно как её рука внизу ускорилась. Он не видел, что она там делала, но, конечно же, знал. И от этих мыслей становилось только сложнее сдерживаться. Он был уже почти что на пределе. Уже на пределе! Он чувствовал, как предательские пульсации всё чаще и чаще начали пронзать пах, и Малфой уже не смог даже нормально сидеть. Уизли всё сильнее и сильнее, всё глубже и глубже брала член своего спутника. Она вошла во вкус: было интересно изучать всё так, узнавать чувствительные, нежные места пытающихся казаться непоколебимыми мужчин. Не думала она, что первый её оральный секс произойдёт с Драко Малфоем, но так глупо сложилась судьба, и пока ей это очень даже нравилось. Вся мокрая внизу, она довела себя до оргазма будучи с членом во рту. Где бы она вообще такое могла бы увидеть? В порно на кассетах братьев? Было неловко, но как же ей нравилось знать, что сейчас Драко просто сходит с ума от происходящего. И здесь не она слабее, сидя на коленях перед ним, а он извивающийся от её языка и губ. Он стал ещё тверже, и она уже морально готовилась принять его... Джинни резко отдёрнули за волосы, отрывая от уже готового кончить члена. И она даже не поняла почему с ней так поступили. Почему он так с собой поступил? Разве не хотят мужчины, чтобы их сперму глотали? Не в этом ли их цель? Он кончил ей на грудь. Уизли не без наслаждения рассмотривала его томно прикрытые глаза, припухшие от укусов губы, его ладонь на обмякшем члене. Всё это была настолько интимно, настолько непривычно, что она вновь и вновь возвращалась взглядом то к одной части, то к другой. Словно пьяный, он еле-еле покачивался и теперь, не отрываясь, смотрел на девушку перед собой. — Вообще-то, не очень приятно, когда за волосы дергают. Хотя вы это любите: я же прекрасно помню, как вы, слизеринцы, намеренно хватали нас за косы, — пробурчала Джинни, опуская взгляд на свою грудь. Ладно, может так даже лучше. В первый раз глотать было бы как-то слишком отчаянно и самоотверженно. А вдруг бы она подавилась, а вдруг бы она захотела бы выплюнуть. Так опозориться не хотелось, но обида всё равно засела в горле. Можно было сделать это как-то понежнее. — Прости, я просто не хотел... тебе в рот, — подрагивающий от недавнего оргазма голос, прозвучал слишком жалобно, и Джинни улыбнулась. Перед ней будто сидел не двадцатилетний мужчина, а мелкий мальчишка стесняющийся каждого слова и переживающего за него. Она, опираясь на кровать, приподнялась и нависла над Малфоем. Так близко, так ещё и с голой грудью с его спермой и с прирастёгнутыми джинсами. — Почему? — рыжие волосы были взлохмачены, и назойливые пряди то и дело лезли в глаза. Она приподняла ладонь, стобы заправить волосы. Алое ухо и часть горячей щеки обнажилась, и он поддался, чтобы ощутить этот жар, это тепло своими губами. — Тебе бы не понравилось, — прошептал он, когда девушка ещё сильнее поддалась, и его губы оказались у её уха. Она глубоко вздохнула, борясь с огнём внутри и резко отпрянула, не дав ему поцеловать свою кожу снова. Ей хотелось пойти поесть и поспать, а к постельному марафону она ещё не была готова. Слишком Уизли сегодня устала. — Я последние дни только бухал и ел всякую дрянь. Знаешь ли, сперма из-за этого имеет свойство немного менять свой вкус. И я знаю, что тебе бы не понравилось, Уизли. Ещё бы ходила потом и обижалась. — Пьяный, ты мне больше нравился, — она усмехнулась и отстранилась. Встала и пошла в сторону ванной комнаты, борясь с постоянно проявляющейся улыбкой. Первый минет прошёл великолепно. Ему понравилось, и, казалось, что это не он на седьмом небе от счастья, а она. Драко был великолепен. Никогда она не могла его представить так, но будучи уязвимым в эти блаженные минуты, он больше походил на какого-то древнегреческого Бога, которому не хватало только хитона и лаврового венка для дополнения величественного образа. А член... Как же было интересно наблюдать за чем-то абсолютным отличным от своего тела. Всё его тело показалось самой интересной и завораживающей вещью. Ей и нравилось и не нравилось с головой утопать в этих ощущениях, мыслях, но Джинни текла по течению, и пока жизнь ей позволяла всем эти наслаждаться. Наслаждаться полностью открывшимся ей физически мужчиной. Драко же проводил бывшую гриффиндорку взглядом и только потом наконец-то расслабился. Да, может быть, он и нехорошо поступил. Но он не хотел ещё сильнее испортить ей первый минет. Жалкие воспоминания о клубных плеваниях из-за горькости до сих пор неприятно жгли разум, и он просто не мог себе позволить кончить в так ласково и неумело отсасывающий ему рот. Идиотизм, ведь думать о ком-то в эти моменты не слишко необходимо, но он не смог позволить случится тому, что он, к своему счастью избежал. Если захочет, ещё успеет... Но лишь когда всё наладится, и когда он прибережёт силы и для неё. Ведь по её глазам уж точно было видно, что она бы не отказалась от ответной ласки. Да и Малфой бы с радостью не отказал себе в возможности трезвым довести эти девчонку до самого взрывного оргазма в её жизни. ~ — Не суй туда пальцы! — крикнула Джинни, когда Малфой уже потянул руку к розетке. В одной руке он держал полный чайник, в который уже были закинуты все пельмени, мигом отсыревшие от своего пока прохладного, напрочь пресного бульона. Драко послушно убрал руку, наблюдая за тем как Уизли, в одной майке и трусах, закатывая от недовольства глаза, подошла к нему и, схватившись за шнур, воткнула его вилку в странные дырки. Она забрала чайник и, закрыв и поставив на тумбу, включила, оставив блюдо кипятиться. Села на кровать, подогнув ноги к груди. Парень стоял у стены, наблюдая сначала за шумящим чайником, а затем и за ней. Она же выглядывала из-за колен и то и дело кусала свои губы в раздражающем ожидании. Уже жутко хотелось спать, поэтому медовые глаза то и дело слипались, а голова спускалась всё ниже и ниже. Драко скорее плыл перед глазами, а затем и вовсе испарился. Всё стало тёмным, и мысли укатились куда-то далеко-далеко. Спящая, расслабленная и распластавшаяся на кровати она была ещё красивее. Длинные ноги, разбросанные в разные стороны лохматые рыжие волосы, подзадравшаяся серая майка, просвечивающая все рельефы груди, весёлые красные трусы с маленьким бантиком на краю и не до конца подсохшие после душа участки кожи. Всё это была настоящая Джинни Уизли. Малфой мог разглядывать её сколько угодно, но накалившийся из-за таких пристальных взглядов стыд не позволил ему стоять так вечно. Он подошёл ближе, с трудом вытянул из-под неё одеяло и накрыл девушку, даже несмотря на не слишком холодную погоду за окном. Ночи выдавались тёплыми, и этот жест всё же не был милостью в сторону Уизли. Скорее глупая борьба с самим собой. Со своими мыслями, желаниями и чувствами. ~ Оставшиеся пельмени все благополучно размякли напрочь к утру. Джинни с досадой заглянула в чайник и, ёжа свой веснушчатый нос и кривя губами, доела то, что там ещё плавало. Есть хотелось, а тратить деньги на еду абсолютно не было желания. Да, пока их было достаточно, но ей так хотелось купить себе платьишко для похода в бар, украшеньица и чуть-чуть косметики, что экономить было необходимо. Снова, как в старые добрые времена. Давно это она не ограничивала себя в деньгах, особенно после получения Гарри работы. Но эта поездка напомнила всё то беззаботное, независящее от дохода, что было раньше. Эти выходки ради заработка, эти весёлые голодовки. Всё это было "старым добрым", и Уизли невольно улыбнулась. Драко крепко спал. Сытый и уставший. Даже так под глазами были видны глубоко залёгшие синяки, а бледность лица не сильно хорошо сказывалась на его состоянии. Лишь красный, обгоревший нос, голые такие же плечи, проявившиеся редкие родинки говорили о хоть каком-то отдыхе. Говорили об этой поездке. Девушка сидела рядом со спящим на животе парнем, сложив ноги по-турецки, и судорожно грызла свои ногти, оставшиеся без красного лака. Она не могла не делать этого, пока нервничала. А нервничать она начала ровно тогда, когда в открытое ею же окно влетела сова с письмом. "Дорогая Джинни, Надеюсь ты хорошо добралась до Маргита. Мы с Роном очень хотим с тобой встретиться. Надеюсь тебе не слишком одиноко, и ты нашла себе каких-нибудь подружек. Люди тут хорошие. Весёлые. Я с Роном уезжаю уже завтра. Надо бы сходить втроём на пляж. Очень скучаю. Напиши мне обязательно. Очень жду письма. С любовью, Гермиона" Уизли встала и подошла к подоконнику, на котором лежало эта аккуратно подписанная бумажка. От вида этого почерка, пергамента, в горле встал тяжёлый ком, и хорошее настроение, возникшее из-за предвкушения Джинни наконец-то пойти на мини-концерт, на которых она вообще никогда не бывала, куда-то резко испарилось. Не могла она встретиться с ними вместе с Драко. А оставить его... Он, словно малое дитя, казался таким беззащитным, что оставлять его одного было вообще не решением. Было уже такое, и в прошлый раз он напился, что привело к... Девушка покраснела и бросила безразличный взгляд на бумажку перед собой, которая через мгновение оказалась порванной и выброшенной в мусорку у выхода. Нет. Никаких встреч. Она просто не могла этого допустить. Ведь встреть они её с Малфоем... Думать об этом совершенно не хотелось, и она, вернувшись к кровати и наклонившись, чтобы потрясти так невинно спящего слизеринца, разбудила его, поймав ещё сонный, растерянный взгляд серых, почти прозрачных глаз. — Доброе утро, — бывшая гриффиндорка мягко улыбнулась, и побагровевший Малфой сию же секунду уткнулся носом в свою подушку. Невозможно привыкнуть видеть это красивое, так давно знакомое лицо каждый день. Слишком тяжело. ~ На рынке глаза Джинни то и дело разбегались по сторонам, и она всё никак не могла удержать своё внимания хоть на каком-то объекте, а когда они зашли в торговый центр, находящийся ближе к центру, Уизли почти что сошла с ума. Во всяком случае, так показалось Драко, ибо ещё несколько мгновений назад сонная и медленная девушка превратилась в бельчиху с бесконечным запасом энергии. Он абсолютно не поспевал за бывшей гриффиндоркой, скачущей от одной витрины с манекенами, одетыми по последнему писку моды, к другой, с такими же пластмассовыми фигурами. — Давай уже хоть куда-нибудь зайдём, — устало взмолил парень, заходя в странное, удобное магловское изобретение под названием "лифт", в котором он бывал от силы раза два, и то в пьяном состоянии. Прозрачные стёкла, кнопки, толпа, жмущаяся друг к другу в настолько маленьком пространстве лишь бы добраться до заветных магазинов как можно быстрее. Джинни стояла напротив настолько близко, что он чувтвовал её дыхание на своих губах. Она широко улыбалась, а глаза блестели от ожидания продолжения "шопинга". Как она сказала: "Лучшее всегда наверху", и именно поэтому Уизли сейчас маялась в таком недетском ожидании. Она держалась за его запястье, и то и дело тянулась к его уху, чтобы прошептать, что бы она так сильно хотела купить, чтобы вечером сверкать на этом вроде бы обычном концерте ярче всех. Ему нравилось видеть её такой счастливой. В детстве он любил, когда это лицо злилось или плакало, но сейчас не было в мире ничего лучше, чем её улыбка. ~ В магазине было много женщин, девушек, девочек. Из мужчин здесь были лишь кислые мужья на диванчиках, чью участь Драко всё же пришлось разделить, ибо Джинни сразу же скрылась за горами разнообразной одежы, развешенной по многочисленным тремпелям. Глупые школьницы с интересом поглядывали на зашедшего в магазин парня, чуть постарше пытались виться как можно ближе, а взрослые же наоборот избегали взгляд серых, блёклых глаз. И правильно делали. Их настолько волновал его неважный вид, что они, к его счастью, оставляли его без прилипчивого внимания, которое он так сильно ненавидел. Ненавидел быть в центре, ведь больше не заслуживал. А может и вообще никогда не заслуживал. Даже до начала войны, когда его семья была такой признанной, такой чистокровной. Он закатил глазам на свои же мысли и подумал, как бы воспринял его отец новость от том, что его сынишка спал с самим чадом четы Уизли, и что он таким образом опорочил честь семьи. Малфой усмехнулся, вспоминая, что от ничтожной чести остался лишь жалкий тлен, и то улетевший за отцом в камеру Азкабана. — Ну как? — Джинни вылетела из примерочно и прокрутилась перед Драко, чтобы тот осмотрел её образ со всех сторон. Всё те же кеды, какие-то глупые носки, но вместо джинсовых шорт и потянутой белой грязной футболки, парень увидел на ней наикоротчайшее фиолетовое платье, еле прикрывающее упругие красивые ягодицы. Дыхание перехватило, щёки поалели, а оставшиеся сидеть рядом в ожидании жён редкие мужики уставились на стройную высокую даму в столь вызывающем наряде. Гладкие (всё утро Джинни проторчала в ванной, избавляясь от каждого волоска), длинные ноги не могли стоять на месте и то и дело пританцовывали в такт попсовой музыке, льющейся из расставленных по залам динамиков. — Красиво... Коротковато... — только и смог проговорить бывший слизеринец снова и снова рассматривающий всё стройное, подтянутое женское тело. Она снова провертелась у зеркала и, согласившись с Малфоем, зашла в раздевалку. Не долго она там провозилась сама: через несколько секунд рыжая макушка уже выглядывала из-за плотной бордовой шторки. — Помоги мне расстегнуть, — и она сразу же нырнула обратно, оставив Драко в различного рода раздумьях по этому поводу. Блондин медленно встал, обернулся, поймал завистливый взгляд какого-то жирдяя, ждущего свою статную, подобную ему женщину, и прошёл к гардеробным. В её небольшой кабинке был сущий бардак. Несколько платьев криво висели на вешалках, её одежда была разбросана по полу и приставленному стульчику. Она смотрела на него через зеркало, откинув волосы на плечо, таким образом предоставляя возможность взяться за малюсенький язычок. Руки быстро справились с молнией, но под ней... Ничего не оказалось. Лишь голая спина, усыпанная множеством веснушек и родинок, даже слегка подгоревшая под маргитским солнцем. Слишком возбуждающая картина. Джинни конечно же заметила, что её спутник так долго смотрит на её спину. Она спустила платье с плеч и оголила свою грудь. Через зеркало. Он видел розовые ореолы, соски именно через него, и пришлось зажмуриться, чтобы подавить жжение в паху. Такое приятное, но совершенно неуместное здесь. — Дальше сама, — и Малфой вышел: весь красный и подавленный. Вот как он умудрился разучиться держать себя в руках? Где эта его глупая аристократическая выдержка, которую в нём тренировали всю его юность? Где это всё? Он пытался отдышаться. Пытался справиться с собой. Но она как назло... Взгляд ухватился за рыжие волосы в толпе за магазином. Знакомая коричневая копна рядом. Но стоило парню протереть глаза, их след мгновенно пропал. Неужели уже и галюцинации? Драко удручённо выдохнул и вернулся обратно на диван. Тот мужчина до сих пор сидел на диване, но уже то и дело попивая из железной фляжки. Малфой присел, искоса глянув на человека рядом. — Будешь, малец?.. — он протянул блондину флягу, и тот кивнул. Взял, протёр краем футболки горлышко и сделал долгожданный глоток. Да, кроме долгожданной водки он ничего другого и не ожидал. ~ Больше половины денег было потрачено на серебристое платье, которое было, слава Мерлину, длиннее фиолетового, но всё же такое же обтягивающее, на помаду, тушь, тени, красный лак, на новые, под цвет одёже, серьги. Но когда она всё это надела вечером, накрасилась, покрыла лаком свои подотросшие ногти, Драко просто не смог оторвать от неё взгляд. И идти с ней вместе в порванных синих джинсах, чёрной потянутой годами футболке и в коричневой клетчатой старой рубашке Чарли Уизли было как будто слишком постыдно. Раньше он считал, что никто его не достоин, особенно эта "рыжая дура", но теперь всё было абсолютно наоборот. И это сильно нервировало. — В кедах же хорошо? — спросила Джинни, обуваясь на выходе из номера. Драко же наоборот только вернулся после того, как снова внёс оплату за три ночи. Тэфианоры к его счатью не было, и он просто оставил купюры на её рабочем месте, положив на них небольшую бумажку с цифрами от комнаты, и спрятав всё это под стопкой её же документов. Когда-нибудь найдёт, а предъявить за неуплату уже не сможет. В красных кедах ей реально шло. Было красиво, как-то непривычно. Ни глупых каблуков, искуственно увеличивающих рост, ни капроновых колготок, которые Драко ненавидел на женщинах больше всего. Только мешаются, неудобно рвутся, и скрывают все красоты кожи женских ног. Уизли выглядела сногшибательно, и Малфою слишком сильно хотелось поцеловать эти намазанные красной дешёвой помадой губы. Дорога не заняла слишком много времени. Было не слишком пусто: не они же одни шли в этот бар. А само заведение выглядело очень даже прилично. Настолько прилично, что горели абсолютно все буквы вывески "Fez". Бар изнутри был большим, и люди уже толпились в зале. Все цвета сливались в фиолетовый, и он так красиво отражался от светящегося платья рыжей. Драко положил ладонь на её талию и прошёл вместе с ней в заведение. В глубине, показалось, что народу ещё больше. И это было ожидаемо, ведь концерт был бесплатным. Четверо разукрашенных парня уже стояли на сцене и исполняли свои каверы на какие-то рок-хиты, а Джинни рядом весело смеялась, комментируя их смешные наряды, глупые, явные даже не музыканту ошибки и прочие недочёты. Он её даже толком не слушал: просто любовался ею в этих фиолетовых цветах, в этой излюбленной близости. У барной стойки было посвободнее, и Уизли смогла без труда купить себе Пина коладу. Драко решил обойтись Космополитеном: этой ягодно-цитрусовой кислостью. Джинни попивала свой напиток через голубую трубочку, не желая портить макияж губ, и пока она возилась с одним стаканом, Драко уже умудрился дойти до третьего бокала. А может и до четвёртого. Купюры уже сами вынимались из кармана и летели воодушевлённому бармену. Ровно до того момента, пока уже развеселевшая Джинни не прильнула к его губам и не размазала свою помаду по его рту. Она, конечно же, любезно попыталась убрать всё алое недоразумение, но наплевав на это дело через несколько секунд жалких попыток, вывела Малфоя в зал и прижалась к нему всем телом. От алкоголя она становилась уверенне, ярче. Он же наоборот как-то никчёмно затухал и таял. Но в её руках это было не страшно. Особенно тогда когда её язык скользил по его губам, потом сплетался с его и мягко прикусывал активную мышцу. Было здорово, головокружительно, и музыка лишь делала момент волшебнее. Её бедра тёрлись об его: платье задиралось от медленных движений, но никто этого не видел, даже он. Чувствовал. И от проявляющихся в сознании картин становилось всё жарче и жарче. Малфой уже ненавидел алкоголь, но не мог без него жить, и в этот момент он был ему другом, как и ей. Ни он, ни она не думали ни о чём постороннем. И это было слишком хорошо. И они бы дальше не думали, если бы с другого конца их не заметила супружеская пара. Рыжие волосы и коричневая копна всё же не были галюцинацией. И уж лучше бы это всё оказалось исходом сумасшедшия Малфоя, чем суровой реальностью.