Часть 3

***

тишина ночного лагеря была обманчивой. в ней не было покоя - только затаившаяся, ужасная опасность. слышно было лишь сухой шелест травы под порывами ветра, тяжелое, рваное дыхание самого Нила и навязчивое, почти оглушающее цвириньканье ночных жуков. Луна сегодня издевательски сияла во всю мощь, заливая всё поблизости мертвенно-белым светом. казалось, наступил призрачный день: каждая тень выглядела слишком резкой, каждый куст - подозрительным. в таком свете воображение могло нарисовать что угодно: от затаившегося часового до каких-то призраков. Нил стиснул зубы, когда сломанная нога отозвалась очередной вспышкой пульсирующей боли. он понимал: если не решится сегодня, то, скорее всего, не решится уже никогда. завтра его могли перевести в другой сектор, запереть в кандалы или просто пустить пулю в затылок. Полковнику может надоесть его присутствие в любой момент - ведь он здесь всего лишь незваный гость, к которому и так относятся как к мусору. ему нужно было что-то весомое. карта, списки поставок, приказы о передислокации - любая бумажка, которая оправдала бы его пребывание в этом аду перед своим батальоном. а еще эти слухи об османах... если он вернется с пустыми руками, его могут даже не пустить назад, сочтя дезертиром. ох, как же это всё муторно. до штабной палатки офицера он добирался, казалось, целую вечность, стараясь сливаться с густыми тенями. удача, кажется, решила подмигнуть ему напоследок: Фредерик сегодня не ночевал здесь, отправившись на срочную встречу с командованием. Нил криво усмехнулся этой беспечности. "слишком уверены в своей победе, ублюдки", - пронеслось в голове. он быстро, насколько позволяла раненая нога, шмыгнул внутрь. в палатке было значительно темнее, чем снаружи, но полог пропускал достаточно лунного сияния, чтобы различить очертания мебели. в носу защекотало от запаха дорогого табака, воска и старой кожи. глаза адаптировались быстро. в углу, рядом с походной кроватью, стояла массивная деревянная тумба, заваленная свитками и конвертами. среди бумаг Нил мельком заметил даже письма с печатями Российской империи - хах, всё выходит куда интереснее, чем он думал. Нил опустился на колени, едва не вскрикнув от того, как больно отозвалось это движение в кости. пальцы лихорадочно перебирали бумаги, шуршание которых в тишине казалось оглушительным грохотом. он пытался сделать всё максимально быстро и уйти, пока патруль не сменился. - чёрт... где эта хуета... - шёпотом выругался он на родном английском, когда очередная папка оказалась всего лишь скучным списком провизии. и тут воздух за спиной шелохнулся. Нил не успел даже обернуться, как мощный рывок сбил его с ног. его грубо впечатали спиной в жесткую землю, выбивая остатки кислорода из легких. парень открыл рот, чтобы крикнуть, но звук застрял в горле: холодное лезвие ножа мгновенно уперлось прямо в грудь, в районе сердца. над ним, оседлав его бедра и придавливая всем весом к земле, сидел один из близнецов. к сожалению для Нила, это был Эндрю Миньярд. в полумраке его лицо казалось чересчур безумным - ни тени страха, абсолютно пустые, пугающие глаза, которые, казалось, видели Нила насквозь. это зрелище внушало первобытный ужас. Эндрю просто разглядывал свою добычу, словно врач пациента с редким случаем, которому предстоит сделать операцию впервые в истории. - какого чёрта ты, ебаный калека, шаришься тут? - голос Эндрю был тихим и пугающе спокойным. - мне кажется, или ты ещё не дорос до того, чтобы находиться здесь? Миньярд медленно надавил на рукоять. нож прорезал тонкую ткань одежды Нила и впился в кожу. боли почти не было, только острое, ледяное чувство того, что сталь вот-вот пробьёт ребра и достанет до сердца. Эндрю не давил до крови - он просто обозначал границы. он игрался, как волк с пойманной добычей. Эндрю чуть сузил глаза, но нож не убрал. - ты слишком много болтаешь для того, чья жизнь сейчас висит на волоске. ты шпион, Джостен. и я понял это уже давным-давно, просто наблюдал. даже не пытайся оправдаться... - под конец он понизил тон и начал медленно разглядывать "рыжего ублюдка" целиком, словно оценивая товар. - ты следишь за мной, потому что я тебе интересен, - продолжал Нил, наглея с каждой секундой. - ты ведь даже сейчас не позвал стражу. тебе нравится эта игра, Миньярд. тебе нравится, что я не боюсь тебя... это не было похоже на романтику. это была попытка освободиться, акт агрессии и спасения одновременно. Нил кусал его губы, вкладывая в этот поцелуй все оставшиеся силы. Эндрю замер, на мгновение став абсолютно неподвижным, словно его ударило током. хватка на ноже ослабла всего на долю секунды - этого было достаточно. в этот краткий миг Нилу удалось выскользнуть из-под него. он быстро, насколько позволяла искалеченная нога, рванул к выходу. боль в ноге была такой, что перед глазами поплыли черные пятна и кажется он начал терять сознание, но он, не оглядываясь, удалился, растворяясь в холодном лунном свете прежде, чем Миньярд успел осознать, что произошло. Эндрю остался сидеть на земле, медленно прикоснувшись пальцами к нижней губе, на которой выступила капля крови. его лицо по-прежнему не выражало эмоций, но рука, сжимавшая нож, заметно дрожала. в эту ночь он так и не смог уснуть. в голове крутились навязчивые мысли о том, насколько это было странно. зачем Нилу это делать? зачем так рисковать? "он странный", - пронеслось в голове Эндрю. ему определенно нужно было поговорить об этом с Джостеном. и разговор этот обещал быть очень непростым. Мэтту понадобилась помощь. нужно было прибраться в палатке, перетащить какие-то ящики и сложить вещи, которые после вчерашнего приезда валялись как попало. работа не пыльная, ноги особо напрягать не надо, поэтому в помощники вызвался Нил. сидеть на одном месте и ждать, пока за ним придут, было выше его сил. Мэтт долго наблюдал, как Нил с подозрительно легкой ухмылкой складывает казенные шмотки, а потом не выдержал: - слууушай, Нил, - Мэтт отставил в сторону пустой ящик и вытер пот со лба. - чего случилось? ты странный сегодня. то поникший ходил, а сейчас довольный как я даже не знаю кто. та и Эндрю... он какой-то не такой. дерганый, за ножи хватается чаще обычного. вы чего там творили ночью? неужели он тебя допрашивал? он теле навредил? - Мэтт, та ничего такого, серьезно. мне просто сон приснился хороший, вот и всё. та и нога не так сильно болит сегодня, может, заживает как на собаке. а что, у вас, французов, запрещено улыбаться? или это только для избранных? - Нил подмигнул и продолжил складывать вещи. - а Эндрю... я даже не знаю. он сам по себе странный какой-то. может, не выспался просто? Мэтт на это ничего не ответил, только хмыкнул, явно не поверив ни единому слову. но допытываться не успел - в палатку, едва не снеся полог, завалился Ники. - ХЕЕЕЙ, РЕБЯЯЯТ!!!! - заорал он так, что у Нила в ушах зазвенело. - КАК ДЕЛА У ВАС? Я ТАК СОСКУЧИЛСЯ!!!! мне ещё сон страшный приснился... эх, грустно было. Ники подскочил к парням и попытался обнять обоих сразу, едва не сбив Нила с ног. - Ники, еб твою мать, что случилось? - Мэтт с трудом отцепил от себя друга. - ты под чем-то? или головой стукнулся с утра пораньше? откуда столько энергии? Ники в ответ только закатил глаза, мол, ничего вы не понимаете в доброте, и тут же переключился на Нила. он обошел его кругом, бесцеремонно рассматривая со всех сторон. - Нилли, ты сегодня просто чудесно выглядишь... знаешь... а ты не гей? а то я бы тебе вдул. честно, такие рыжие и дерзкие - это мой типаж. Нил, мягко говоря, ахерел от такого заявления. он замер с какой-то тряпкой в руках, не зная, то ли врезать Ники, то ли посмеяться. в батальоне Нила за такие слова могли и прирезать, а тут этот парень говорит это так легко, будто погоду обсуждает. - э-э... Ники, придержи коней, - выдавил из себя Нил, чувствуя, как лицо начинает гореть. - я как-то не планировал такие близкие знакомства. - ай, скучные вы! - Ники махнул рукой, моментально теряя интерес к теме. - кстати, чё я пришел-то. там Сет Нила чёт звал. и вид у него такой, будто он собрался кого-то кастрировать, надеюсь себя. так что пойдем, отведу тебя, пока он сам сюда не прилетел. - Сет? - Нил нахмурился. - это та истеричка психованая? - да-да, он самый. личный пёс нашей красавицы Элисон. ах, Элис, бедная... как она умудрилась на такого наткнуться? настоящая трагедия, - Ники театрально приложил руку ко лбу, изображая глубокое горе. медленным шагом, конечно, не без помощи парней. нога всё-таки давала о себе знать при каждом шаге. Нил всё-таки дошел до места, где его ждали. Сет сидел на поваленном дереве, лениво ковыряя в зубах щепкой. рядом с ним расположился Кевин. и по их лицам Нил сразу понял: нормального разговора не будет. будет очередной вынос мозга. - о, пришёл всё-таки, - усмехнулся Сет, окинув Нила презрительным взглядом. - а я думал, зассыт. ну что, гость недоделанный, готов отвечать на вопросы? Нил не стал церемониться и сразу перешел к делу. он прислонился к дереву, чтобы снять нагрузку с ноги, и скрестил руки на груди. - чего я натворил? хули надо? давайте быстрее, у меня дел полно - например, посидеть и ничего не делать. после тяжёлого вздоха, Кевин начал свою шарманку. оказалось, что в эту ночь из штабной палатки пропали какие-то ахуеть какие важные бумаги. какие именно - Кевин не уточнял, но вид у него был такой, будто у него украли смысл жизни. к сожалению для него и для Нила, сейчас он найти их не может. а так как Нил - единственный, кто в этом лагере темная лошадка и вообще из Британии, то подозрения сразу пали на него. - так-так, подожди, - перебил Кевина обвиняемый. - я ночью вставал только для того, чтобы поссать, максимум. схуяли предъявы мне? я хожу еле-еле, какая, к черту, кража документов? я бы пока до той палатки дошел, все патрули бы на уши поднял своими стонами и кряхтениями. Нил оправдывался искренне. он врал про то, что спал, но документы те он действительно не брал! он их даже не нашел. значит, какая-то крыса украла их до него, а теперь всё валят на него самого. удобно, ничего не скажешь. - заткнись, мразь, - прорычал Сет, в очередной раз отпихивая Нила. - если я найду эти бумаги, ты отсюда живым не выйдешь. но ничего не нашли. ни в палатке, ни в вещах, ни на самом Ниле. Кевин выглядел еще более взбешенным, чем раньше, а Сет просто был злой, что не удалось найти повод прирезать британца прямо сейчас. к этому моменту уже попросыпались абсолютно все. в лагере началась обычная утренняя движуха: кто-то чистил лошадей, кто-то ругался из-за каши, кто-то точил штыки. в этой суете не было ничего интересного для Нила. он просто сидел у входа в свою развороченную палатку, сплевывая кровь и думая о том, кто же всё-таки спер эти ебаные документы. он понимал одно: спокойствие закончилось. вечером, когда все соберутся у главного костра, начнется настоящий цирк. и главная роль в этом цирке достанется ему. Нил чувствовал - всё самое веселое начнется только вечером...

***