Глава 23. Топкая тропа

«По топкой тропе

Ты, я вижу, совсем немного

Успела пройти.

Ну а я зашел далеко

И, увязнув, промок до нитки.»

Мурасаки Сикибу "Повесть о Гэндзи"

      Тело Какаши окаменело, как будто он в самом деле превратился в статую. Он чувствовал мягкость чужих губ на своих, и не мог поверить в то, что Сакура сделала это. Она что? Поцеловала его сейчас? Рехнуться можно… Хатаке не знал, как на это реагировать, но просто для своей безопасности резко отстранился назад, как только смог более или менее обрести контроль над своим телом.       Он посмотрел на неё так, как будто Харуно совершила чудовищное преступление. Не больше, и не меньше, а оскорбила его честь самым низким образом.       Сакура глядела на мужчину, словно и сама была удивлена своими действиями. А после её лицо выглядело безумно смущенным.       — Простите, простите, — она рвано сделала несколько шагов назад, — я не знаю, что на меня нашло, просто, я просто внезапно так сильно захотела это сделать, — девушка проговорила глухо из-за рук, что закрывали её лицо, когда она присела и спрятала всю свою голову за ними.       Хатаке смотрел на нее не в силах вымолвить и слова. Харуно выглядела очень расстроенной и смущенной, будто не по своей воле сделала это только что.       — Я… что тебе нравлюсь?.. — пробормотал он едва слышно.       Сакура невольно вздрогнула, все еще не показывая своего лица.       «Черт, черт, зачем я это сделала?! Дура! Идиотка! Ты же решила подождать, так какого черта полезла к нему целоваться?! Рехнулась? Включи уже мозги!» — тем временем проклинала себя Харуно на чем свет стоит.       На секунду Сакура подумала, что ей послышалось. Она подняла на него голову.       — Нет, это не так. Я вас вообще на дух не переношу! — выпалила Харуно первое, что пришло в голову, лишь бы переубедить его.       [СО: Внимание! Прогресс миссии снижается: 38,5%. Если не будет повышения прогресса свыше полученного ранее до конца суток, на вас будут наложены штрафные санкции.]       «Что? Почему так сразу?.. Нет, сенсей!..» — она посмотрела на Хатаке весьма сложным взглядом, а после сразу же осознала, что винит его незаслуженно, ведь по сути только она сама виновата в том, что так необдуманно поспешила, поддавшись моменту, и в том, что хочет жить, когда уже умерла однажды. Её лицо неконтролируемо стало весьма мрачным, будто она проглотила ложку чистой горечи.       — Простите, — наконец пришла Сакура к разумному выводу. — Я… Вовсе вас не не переношу. Просто… — она замолчала, боясь признать, что сейчас безумно хотела прикоснуться к нему. Это непреодолимое желание быть ближе стало слишком сильным, когда он вдруг стал таким доверительным, что куноичи не смогла ему сопротивляться.       Харуно не смогла подобрать слов, которые бы не вызвали в него отторжения, потому просто замолчала, смотря себе под ноги. Она знала свой поганый рот, что умел только резать правду без прикрытия, и молча проклинала его. Как вообще можно становиться настолько одержимой человеком, разве это не пугает? Особенно мужчин, которые ненавидят, когда их преследуют.       — Ха-а, — тяжело вздохнул Какаши, предчувствуя надвигающиеся проблемы. — Просто, что, Сакура? — спросил он.       Харуно не знала, что будет хуже, то, что скажет, будто поцеловала его, потому что он ей нравится, или просто потому что это было мгновение помутнения от влечения к нему. В любом случае плохими вариантами было и первое, и второе. Она не могла даже предположить, как отреагирует сенсей, если она скажет ему что-то вроде этого. Хотя, почему не может, вполне себе может, но тогда ей нужно будет назвать ему более или менее убедительные причины для того, чтобы Хатаке просто не прекратил с ней общение в принципе. Ей ни в коем случае нельзя этого допускать. Сакура не переживет этого в и прямом, и переносном смысле слова. Это её просто убьет, так ведь?       «Просто вы мне нравитесь! Нет. Это мы уже проходили… Ни черта не сработало… Что же делать? Что сказать ему?» — лихорадочно думала Харуно, пока Какаши все еще ждал её ответа.       — Просто, — она отодвинула руки от своего лица и посмотрела на мужчину, — скажите мне, как стать к вам ближе?       Зачем мучиться и искать ответы, если можно не мучится и не искать, а спросить прямо? Гениальная идея — не иначе. Не факт, что она получит ответ, но за попытку её никто бить не станет.       — Ближе как?.. — выражение лица Какаши выражало некое замешательство.       — Как девушка, очевидно, — сказала Харуно безапелляционно. Брови Хатаке приподнялись в изумлении. — Вы же видели, что произошло на свадьбе, я больше не та дура, что гонялась, как сумасшедшая за Саске. Теперь у меня есть новая цель, — она хитро взглянула на сенсея, улыбаясь. Как будто она когда-либо действительно боялась трудностей. Вон, даже чертового Учиху смогла захомутать, что вообще-то на дух её не переносил, с Какаши ведь должно быть проще, правда?       — Это звучит, как угроза, Сакура? — не то ли констатация, то ли вопрос.       — Хех, — Харуно улыбнулась шире. — Вам страшно, сенсей? — девушка поднялась и стала к нему еще ближе. — Можете попытаться убежать, но вы ведь в курсе, что я знаю вас, как облупленного и все ваши места для пряток. Хотя, — Сакура постучала тонким пальчиком по своему подбородку, — не так-то и просто убежать, когда ты Хокаге, правда? — мило улыбнулась она.       Веко Хатаке нервно задергалось.       — Да что ты говоришь, Сакура, — не понимал он. — Ты в самом деле серьезна?       — Посмела бы я быть несерьезной перед вами? — её глаза сияли в темноте, будто зеленые звезды.       Что-то в груди Хатаке странно шевельнулось. Он не помнил, когда кто-то в последний раз смотрел на него таким взглядом. Это что-то разрасталось и расходилось вдоль его живота и конечностей, делая их напряженными и твердыми.       — Я помню, как ты была несерьезной несколько раз раньше, например, с Наруто и с Саем, — не преминул упомянуть он, будто все еще не в силах правда поверить.       — А с вами? Разве вы с ними одинаковые? Думаете, я смогла бы соврать вам прямо в лицо? — нахмурилась Сакура, когда ей не тонко напомнили о том, как она без стеснения врала парням раньше. Какаши тогда был свидетелем её темных времен с первых рядов. Вот только была одна проблема побольше, что заставляла её действовать, несмотря ни на что — Сакура уже знала, как это быть рядом с ним, и она не могла бы вспомнить, когда чувствовала себя лучше, даже времена короткой близости с Саске меркли перед этим.       — Я не уверен, — сказал Хатаке немного тише положенного, почти доверительно. — Я думаю, ты просто еще не отошла от разрыва с Саске, — мужчина поправил свою маску и отвернулся.       Харуно видела, как он пытался снова убежать от нее, и правда не знала, как поступать в такой ситуации. Какаши сделал несколько шагов в направлении дома, но остановился, заметив, что Сакура так и осталась на месте. Хатаке посмотрел на неё через плечо. Девушка стояла, опустив взгляд на пальцы своих ног. Какаши не мог оставить её просто так, несмотря на весь прошедшей между ними беспорядок только что.       — Сакура? — позвал он, поворачиваясь к ней.       — Это не так, — она серьезно посмотрела на мужчину. Весь его вид был в тысячу раз лучше Саске в её глазах. Он был ослепительно красивым, мягким и жестким одновременно, сексуальным… Ей становилось плохо каждый раз, когда она смотрела на него, жарко, ведь фантазия уходила гулять в какие-то неизвестные дали. Такого не было с Саске. Это совсем другое. Она не пытается им заменить Учиху, ни в коем случае… Но почему ей никто не верит? Он не верит…       Хатаке открыл рот, но не смог ничего сказать и закрыл его обратно. На его лицо отражалось плохо контролируемое замешательство. Как-то раз было, что они напились однажды с Генмой, и у них завязался очень странный разговор.       — С кем бы ты смог переспать с учениц, Какаши? — спросил он тогда едва ворочающим языком.       — Хм, а ты? — Хатаке никогда не сдавался так просто.       — У-ум, думаю, Ино Яманака выглядит довольно сексуально, — протянул Генма, прищурив глаза. Ему всегда нравились писанные красотки, так что выбор друга его совсем не удивил, скорее удивило то, что он сам выдал Ширануи после.       — А я думаю, что в этом плане Сакура лучше, — выдохнул Какаши алкогольные пары, пытаясь избавиться от помутнения в своей голове.       — Сакура? — поразился тогда Генма. — Она же плоская, как доска, даже ухватиться не за что, — пытался переубедить его друг. — Вот, Хината, например, в сотню раз лучше: и лицо милое, и формы, что надо, а характер — просто прелесть…       Хатаке слушал его тогда вполуха, он пьяно и довольно улыбнулся, будто знал великий секрет, не доступный Ширануи. Хатаке не сказал ему больше ничего, ведь и так поведал слишком много лишнего, но прекрасно помнил, о чем подумал в тот момент: «Сакура, с её вспыльчивым характером, она должна быть очень честной и страстной в постели тоже». И черт его побери, он до сих пор уверен в этом!       «Блядь, о чем я только думаю?.. — остановил он сам себя. — Это плохая идея, чертовски плохая…»       Харуно подошла ближе, и Какаши едва удержался от того, чтобы рефлекторно не отстраниться. Еще он только от Сакуры не дергался.       — Посмотрите мне в глаза, так вы увидите, что я не лгу, — сказала Харуно. — Мне больше нет никакого дела к Учихе, мне интересны только вы, сенсей.       Нехотя глядя в её глаза, Хатаке видел, что она говорит правду, да даже если бы и не смотрел, он все равно знал, что сейчас было не место и не время, чтобы лгать. К тому же, кажется, ему лично она и правда никогда не лгала…       — Почему? — «Не то, чтобы мне было дело, просто я должен знать причину».       — Для этого нужны особые основания? Просто не отталкивайте меня слишком сильно после сегодняшнего, хорошо? — сказала куноичи, натянуто улыбаясь.       И вот здесь уже было немного странно, будто Харуно что-то недоговаривала.       — Идем домой, или сколько еще мы будем здесь торчать, — развернулся Какаши и в этот раз правда пошел домой. Сакура поплелась за ним, чувствуя, что конкретно так облажалась, даже больше, чем в прошлой их нормальной жизни. На удивление, именно, когда их жизни были под угрозой от монстров, Харуно чувствовала себя ближе всего к нему. Какаши тогда помнил, что между ними произошло, и он подпустил её довольно близко к себе. Сакура внезапно снова захотела вернуться туда, чтобы еще раз сенсей позволил ей насладиться теплом его тела и терпким умопомрачительным запахом…       «О чем я только думаю… Извращенка».       Они молча преодолели остаток пути домой и, оставив вещи в её новом жилище, Какаши вернулся к себе. Сакура больше ничего не сказала. Она села возле своих вещей и чувствовала себя так, будто её сердце разорвали в клочья. Еще и время полуночи приближалось, а её положение было просто ужасным. Может, только в этот раз она заслуживает того, чтобы получить наказание за свою поспешность и бездумие? Да, так будет правильно, и все равно, как больно ей будет…       Когда Хатаке пришел домой, он почуял легкий аромат еды. Заглянув на кухню, мужчина увидел несколько приготовленных блюд, которых явно там не было, когда он уходил утром на работу. Мужчина оперся руками на столешницу и побеждено свесил голову. Какаши чувствовал себя так, будто его внутренности все перевернули вверх-дном, словно Сакура там поковырялась своим скальпелем, выцеживая новую струйку отравленной крови, хотя в самом деле она не сделала ничего плохо, всего лишь немного безумные вещи. Вот только он оказался совсем к ним не готов, и вряд ли был бы, хоть когда-то. Легче от этого не становилось. Хатаке ощущал странное смятения внутри и не знал, что с этим делать. Обычно он предпочитал женщин держать от себя на расстоянии вытянутой руки, или лучше вообще десяти рук, но Сакура ведь не женщина, она его ученица, бывшая правда, но все равно, это не отменяло того факта, что для него она просто не может быть женщиной, он не имеет никакого права рассматривать её в таком ключе, так же? Это будет правильно…       Шиноби задумался, как пустил её в свой дом ранее, как разозлился, когда узнал, что сделал с ней Саске, но это ведь совсем другие вещи, правда? Он просто помогал ей в трудную минуту… Зачем тогда он смотрел на нее так сегодня утром? Какаши сам себя не понимал и тех странных порывов, что, кажется, были не совсем осознанными. Как вообще в один момент все так кардинально изменилось?       Мужчина вспомнил, как Сакура в одно мгновение замерла на свадебной церемонии, её спина напряглась, будто она увидела призрака прямо перед собой, а не будущего мужа. Потом она повернулась к гостям и лихорадочно стала искать кого-то взглядом. Девушка успокоилась, когда встретилась с ним глазами, и её лицо вмиг посветлело, словно Сакура почувствовала облегчение. Тогда он не придал значения всему этому, но если задуматься, что это тогда было? Почему её выражение лица стало таким, когда она просто увидела его, ведь совсем незадолго до церемонии Харуно выглядела счастливой молодой невестой, и её глаза преследовали только Саске и не смотрели подолгу ни на кого другого…       Какаши опустил голову, опираясь ею в твердую поверхность, когда услышал, как Сакура вышла из дома, хлопнув дверью и куда-то пошла. Хатаке еще мгновение сомневался стоит ли идти за ней, но внезапная тревога за то, что Харуно собирается сделать что-то нехорошее, что навредит ей, не смогла оставить его безразличным к её передвижениям.       Еще раз задумавшись о том, куда она может идти… В голову снова пришел Саске. Возможно, она обиделась на его слова и решила вернуться к нему? Тогда он сразу вернется к себе, когда убедится, что с ней все в порядке. Какаши думал об этом еще несколько секунд до того, как увидел, что Сакура направляется к тренировочным полям.       «Что она там собирается делать в такой час?» — удивленно подумал мужчина.       Харуно же спокойно направилась к их обычному тренировочному полигону. Она потянулась всем телом, живо размахивая руками и ногами, а после приступила к отжиманиям, упав на землю. Глаза Какаши пораженно раскрылись, когда он увидел это, наблюдая за девушкой с безопасного расстояния, чтобы она ни в коем случае случайно не увидела его.       Сакура делала их довольно долго, пока Хатаке усиленно пытался понять причины происходящего. Обдумав уже все: начиная с того, что таким способом она пытается убить время до встречи с кем-то здесь на полигоне и до того, что Харуно пытается просто согнать злость через внезапные физические тренировки после разговора с ним, мужчина со временем успокоился. Он уселся поудобнее, когда понял, что девушка не собирается никуда уходить из поля. Шиноби оперся спиной на ствол дерева, сложив руки на груди, максимально скрыв свое присутствие.       Какаши переворачивал во рту корешок листочка, что сорвал недавно, наблюдая за тем, как Сакура усердно занимается. Вот она закончила с отжиманиями и стала приседать. Её ягодицы приподнимались и опускались. Он мог хорошо видеть, как движутся мышцы её стройных бедер в обтягивающей форме для тренировок. Раз за разом она поднималась и опускалась, и в какой-то момент все мысли покинули его голову. Это кое-что напоминало, и ему было довольно трудно не проводить ассоциаций с подобными движениями во время секса, когда девушка восседала верхом. Эта поза входила в топ-пять его наиболее горячих поз.       Когда Хатаке осознал свои мысли, он резко отвел взгляд от девушки и прикрыл рот рукой в шоке.       «Какого черта? Что со мной вообще не так?» — поразился мужчина своему внезапному помутнению. Он искоса перевел взгляд на Харуно, что наконец закончила свою экзекуцию над ним и принялась теперь за пресс. Какаши все еще не понимал, что на нее внезапно нашло, но в одном он был уверен, что был бы вполне не против понаблюдать за её тренировками с более близкого расстояния, возможно, даже подшутить немного над потугами девушки, но как мог он подойти после того, что случилось ранее? Это было бы странно, нет?       Сакура остановилась и чертыхнулась. Ударила кулаком в землю, создав небольшую воронку. Потом стала ругаться, уже поднявшись с земли вся в пыли. Хатаке не понимал, что происходит и почему-то она вдруг так сорвалась.       А после Харуно стала осматривать окрестности, и ему пришлось использовать дзюцу маскировки, чтобы окончательно слиться с деревом. Сакура же двинулась прямо к деревьям, что окружали полигон, не обращая внимания абсолютно ни на что другое. Через какое-то время она выволокла с леса кусок толстой ветки. Бровь Хатаке удивленно приподнялась.       «Зачем ей дерево?.. Что она вообще собралась с ним делать? — озадаченно подумал шиноби, а потом увидел, как Харуно снова ложится на землю и тянет эту ветку на свои ноги. — Что? Так она просто хотела, чтобы это придержало её ноги во время отжиманий пресса? Упасть не встать? И как она думает, это должно сработать? Нужно было взять утяжелители для ног, всего-то…»       Концерт продолжался, когда Харуно снова попыталась сделать отжимания, но ветка конечно же скатывалась с её стоп при движении, сделав так три или четыре раза, она треснула по ветке ногой и та разлетелась в щепки. Хатаке едва не засмеялся вслух, когда увидел её нервные психи. Она села, упершись руками свои ноги, нервно сопя. Он мог слышать это даже с его места. Стоит ли сжалиться над ней и помочь, раз уж Сакуре так важно сделать эти чертовы отжимания?       — Тебе помочь? — внезапно появился он перед девушкой, заставив ту вздрогнуть от неожиданности. На самом деле, хотя Какаши и говорил всегда обратное, ему немного нравилось пугать людей своим резким появлением.       — Что вы здесь делаете? — её лицо выглядело красным, то ли от усердных тренировок, то ли от злости на то, что они не выходили так, как надо.       — Просто проходил мимо, — стандартная припасенная отмазка на все случаи жизни.       Харуно выглядела так, словно совсем не поверила ему, но все же сказала:       — Буду благодарна вам за помощь, — сдалась она и опустилась на землю. Хатаке приблизился к её ногам, приседая рядом и упираясь коленями в почву. — Вы уже отошли после полученного стресса? — как бы между прочим спросила Сакура.       — Ха, стресса? Сакура, за кого ты меня принимаешь? — его гордость, как мужчины была почти задета. — Какой уважающий себя мужчина, к тому же шиноби, будет получать стресс от признания в любви?       Харуно выглядела так, будто ей не нужно указывать пальцем, чтобы найти такого мужчину прямо сейчас.       — Вот как, что ж, хорошо. Тогда почему вы так далеко? Если уж решились помочь, то помогайте как следует, сенсей, — заявила Харуно. — Мои ноги совсем не фиксированы, — поворошила она пальцами стоп перед его глазами. — И это было совсем не признание, — уточнила Сакура как бы между прочим.       — Хм, действительно, — фыркнул Хатаке и пододвинулся ближе, обхватывая обе её ноги под коленями и прижимая к себе.       — Держите хорошо, сенсей, надеюсь, вы будете получше той ветки, — бросила она раздраженный взгляд в сторону щепок в стороне.       — Можешь быть в этом уверена, — пальцы его рук, что выглядывали из-под перчаток жгло от прикосновения к влажной и горячей бархатистой коже.       Сакура только фыркнула, совсем как он недавно, и принялась за отжимания. Какаши пришлось сжать руки крепче, когда она поднялась, чтобы ноги Харуно не оторвались от земли. Сакура же наконец услышала, как её отжимания стали засчитываться. Кто бы вообще мог подумать, что система будет так требовательна к правильному исполнению их. Чертово издевательство.       Харуно едва ощутимо выдохнула горячий воздух в его лицо, когда приподнялась, и снова опустилась на землю, повторяя упражнение. Какаши сидел, словно окаменевшая статуя, стараясь не думать ни о чем и ничего не чувствовать. Он просто дерево, дерево точно такое же, как Сакура использовала ранее, просто немного с лучшей фиксацией.       Взгляд мужчины опустился на её румяное лицо, что блестело от пота, глаза сияли, а губы были немного приоткрыты, чтобы легче дышать. Он ощутил, что это неправильно смотреть на неё вот так, потому опустил взгляд вниз. Оголенный живот сокращался, и Хатаке мог видеть, как напрягаются её мышцы под кожей. Это тоже чувствовалось неправильным, потому он уставился еще ниже, на её колени, уж эта её часть не должна выглядеть сексуально, правда? Но как назло, его руки обхватывали её ноги именно там. Он сидел между ее разведенных бедер и с каждой секундой нахождения там его сердце билось на сокращение быстрее, а дыхание становилось чаще и горячее, хотя воздух вокруг был довольно прохладным. Это совсем не помогало. Какого черта он вообще сунулся за ней? Стоило оставаться на том долбанном дереве, а еще лучше и вовсе не следовать за ней никуда.       Хатаке невольно ослабил хватку, желая сбежать, и тогда Сакура зажала его торс ногами, недовольно нахмурившись.       — Я просила вас держать крепче, только что мои ноги оторвались от земли, — обвинила она его, зло выдохнув эту фразу прямо в лицо. Какаши выглядел дезориентированным всего мгновение, а после рефлекторно сделал то, что от него требовалось и сжал ладони плотнее, подвинулся ближе, буквально упираясь коленями по обе стороны от её таза. Сакура села, а потом к нему дошло, что она буквально уперлась ягодицами в его пах. Хатаке застыл, словно изваяние в который раз за этот вечер. К таким испытаниям его жизнь не готовила. Как совладать с опаснейшим врагом он знал наверняка, но как справиться с неожиданно сексуальной ученицей, что соблазняет тебя буквально прямо сейчас, Хатаке понятия зеленого не имел.       А потом Какаши запоздало осознал, что он просто пошел у нее на поводу, когда разместился так, как она хотела. Харуно развела свои ноги, будто приглашая его, и на каком-то подсознательном уровне, он просто повелся на это, хотя мог просто держать её ступни, почти не касаясь тела девушки, как и делал это раньше. Но озарение было поздним, и прямо сейчас Сакура сидела прямо перед ним, сладкая до невозможности, и её женский запах абсолютно точно забил его ноздри до предела. Как они вообще пришли к такому положению после того, как, кажется, отдалились всего пару часов назад? Харуно действовала на него, словно афродизиак, который он не видел и не помнил, когда принимал, но теперь оказывается, что делал он это постоянно, сам того не замечая, пока она захватывала контроль над его телом.       Её губы изогнулись, когда девушка замерла на одном месте, будто ожидая его дальнейших действий. Хотя на лице красовалось смущение в паре с возбуждением то ли из-за тренировок, то ли из-за него, Хатаке видел, какими игривыми были её глаза.       — Почему ты остановилась, Сакура? — сказал он, мило улыбаясь под маской. Даже если ему хотелось нагнуть её прямо здесь и сейчас, Хатаке не был бы собой, если бы был не в состоянии противостоять этому. — Продолжай, я держу крепко, — его пальцы показательно надавили на бедра девушки, достаточно сильно, чтобы убедить, но не достаточно для того, чтобы оставить синяки.       — А, да, конечно, я немного задумалась, — ответила Харуно ему той же улыбкой и продолжила свои упражнения, едва ощутимо задевая его бедра при каждом движении.       Вены на руках и шее Хатаке вздулись, когда он старался усердно держать себя в руках. Капля пота одиноко стекала по его виску, хотя это Сакура здесь занималась прокачкой пресса, а не он.       «Хах, как же мне плохо… Когда я вообще хотел кого-то так сильно?..» — иступлено думал Какаши, наблюдая за тем, как от его пальцев прогибается её кожа, чувствуя, как сокращаются мышцы её тела, когда она сгибается, слушая ускоренное сердцебиение и частое дыхание девушки. Определенно, ему быстро нужно уйти домой по очень срочным делам, что не потерпят и малейшего отлагательства.       Хорошенько «уделить себе время» — вот что спасет его от помешательства. Черт, когда он вообще в последний раз это делал? Вот почему именно сегодня ему так плохо от присутствия девушки рядом — пришел конец терпения, не иначе. Хатаке в самом деле чувствовал себя извращенцем, как и называла его Сакура каждый раз, когда видела с «Ича-Ича» в руках. Кажется, она была права…       «Извращенный сенсей, — брезгливо морщилась Сакура всякий раз, — снова читаете свою порно-книжку». И несмотря на все свое показное отвращение, каждый раз так и силилась заглянуть к нему в ту самую книгу. Вот уж любопытная девчонка.       «Наверняка у нее дома тоже есть вся серия», — задумался Хатаке.       Сакура сидела и с интересом рассматривала Какаши, который, кажется, погрузился в свои мысли. Еще только в начале тренировок система сообщила ей, что процент миссии возрос к 39,7 и теперь настойчиво двигался к 40.       — О чем задумались, сенсей, м? — спросила Харуно, отвлекая его наконец от своих глубоких размышлений.       — О, ни о чем, ты уже закончила? — он отодвинулся, резко убрав свои руки с её бедер. Сакура ощутила чувство острой потери.       «Сенсей, верните, пожалуйста все как было, мне очень нравится, правда», — думала настойчиво Харуно, наблюдая за тем, как Какаши неловко сминает пальцы, будто не знает, что с ними делать и куда теперь деть.       — С отжиманиями да, — Харуно поджала и пожевала свою нижнюю губу, смотря на пальцы Хатаке, они выглядели длинными и тонкими, чувствовались грубыми и сильными на ощупь.       «О-о-ох, это плохие мысли, очень плохие… Прекрати, Сакура, сейчас же!»       — А есть что-то еще в списке? Уже немного поздно для тренировок, разве нет? — спросил Какаши, который, кажется, стал немного брать себя в руки.       — По плану еще бег и одно маленькое задание по моим медицинским навыкам, — ответила Харуно.       — Что это? Какой-то план тренировок? — заинтересовался мужчина.       — Что-то вроде, я в последнее время мало уделяла этому времени, потому просто хочу наверстать упущенное.       Глядя, как Какаши немного отошел от нее, Сакура также поднялась и вытянулась, повертела корпусом, разминая спину, подтянула сначала одну ногу, потом вторую.       — Ты собираешься бежать?       — Да.       — Хотите со мной? Я знаю, что вы любите тренироваться больше утром.       — Нет особо разницы, когда получается, — сказал Хатаке. Может, это будет неплохой возможностью для него, чтобы немного избавиться от внезапного извращенного помутнения?       — Тогда я не против, чтобы вы присоединились. Давайте посоревнуемся, если вы еще не слишком стары для такого? — наклонилась к нему Сакура, вытягиваясь спиной назад.       — Стар? — веко Хатаке снова нервно задергалось. — Вовсе нет. Ты хочешь узнать, кто скорее прибежит, учитывая, что у тебя нет и шанса на победу? — как бы между прочим заявил мужчина.       — Хмпф, да будет вам, сенсей, как это нет шансов? Если бы не было, разве бы я предлагала заведомо проигрышное для себя состязание? Как насчет ставки?       — Я не любитель азартных игр.       — Ой, да ладно вам, я знаю, что вы с Гаем-сенсеем постоянно соревнуетесь, независимо от места и обстоятельств, а со мной, что? Не хотите?       Почему это сразу не хочет? Может, он просто еще морально не готов после всего, что ему пришлось пережить за этот вечер в её присутствии?       — И? Какие у тебя условия тогда? — делая вид, что вообще не заинтересован, произнес Хатаке, заложив руки на груди.       — Как насчет того, что, если я выиграю и пробегу дистанцию раньше, тогда вы позволите мне спать у вас дома?       О, он ожидал чего-то такого. Да-да, будто могло быть иначе.       — А если я выиграю? — конечно же он был уверен в своей победе в любом случае. Сакура не соперник ему в этих соревнованиях.       — М, тогда я буду спать у себя? — спросила Харуно.       — И? Какая мне от этого польза, если это и так то, что мы имеем.       — Нет, вы ошибаетесь, сенсей. Пока что, я все еще держусь за ваше же приглашение заночевать у вас дома, — повернула она свой пальчик, что лежал на подбородке, к нему. — То, что моя одежда перекочевала в другой дом, ведь не значит, что и я сделаю то же самое, правда?       — Ха, какой коварный план, Сакура, я не ожидал от тебя такого.       — Да, сенсей, можете мной гордиться, как своей ученицей, — улыбнулась она самодовольно. — Тогда вы согласны? Начнем?       — Ум, хорошо, — Какаши наблюдал, как Сакура сразу же рванула вперед, решив не дожидаться его ответа и вовсе.       — Сакура, ты играешь против правил, — сказал он вслед ей.       — Правила? Я не помню, чтобы говорила, что такое запрещено, — прокричала Харуно через плечо.       — Сколько-то бежать? — спросил мужчина, вмиг оказавшись рядом с ней. — Это ты также не уточнила.       — Ум, километров пятьдесят, вы не против?       — Оу, — лицо Какаши сразу же как-то приуныло, — ты не говорила, что так много. Я не планировал сегодня так напрягаться…       — О, сенсей, тогда вы можете остаться и не бежать, я просто выиграю, так что в любом случае, это неплохой расклад для меня, — лучезарно улыбнулась Сакура.       — Я уже говорил тебе, что ты нечестно играешь?       — Да, конечно, но все равно ничего не изменится, даже если вы продолжите напоминать мне об этом. Просто станьте и отдохните хорошенько, пока я закончу, — сказала Харуно.       — Вот уж нет, спасибо, — он бежал задом наперед, смотря на нее, будто у Хатаке были глаза на затылке. — Раз уж взялся, нужно довести дело до победного конца, что ж, тогда, пожалуй, закончу поскорей, — он развернулся лицом вперед. — Не унывай слишком сильно, Сакура, хорошо? Ну, что же, встретимся у финиша, — Какаши прибавил газу так, что только пятки посверкали.       Глаза Сакуры удивленно расширились. Такими темпами победы ей не видать, как своего затылка… Она тоже ускорилась.       Какаши стоял со сложенными на груди руками, вальяжно наблюдая за тем, как Харуно заканчивает свою пробежку.       — Вы… вы, — задыхаясь пыталась что-то сказать девушка. — Вы слишком сильный противник, так нечестно, — ткнула она в него пальцем, вся красная, как свежесваренный рак.       — Ну-ну, Сакура, я все-таки Хокаге, должен же я уметь делать хоть-что лучше других, — довольно улыбался Какаши, словно кот, что объелся сливок. — И не тыкай в людей пальцем, ты же знаешь, что это некультурно, — он сделал шаг вперед и схватил её за выставленный палец, сжав в своей ладони.       — Некультурно, Какаши-сенсей, быть таким ненормально быстрым, а не это, — Харуно надавила ладонью еще сильнее, но Хатаке держал её руку, не давая ткнуть пальцем ему в грудь.       — Хм, прям-таки, тогда ты в самом деле очень невоспитанная девочка, Сакура, — шутливо сказал Какаши.       Сакура удивленно подняла на него глаза, встретившись взглядом. И прямо перед ним её лицо покрылось румянцем, что поднялся от основания шеи и до самого основания розовых волос, точно чайник, в котором все возрастала температура термометра до кипения.       — Сен-сей… — только и смогла выдавить девушка.       Хатаке резко разжал свою ладонь, отпустив её палец, и опустил руку в карман, точно пряча.       — Прости, — он неловко потер свой подбородок тыльной стороной левой свободной руки. — Но о чем ты подумала? — Какаши встретился с её смущенным лицом. — Я вовсе ведь не…       Он так и недоговорил. А какой вообще смысл в такой реакции? Неужели это было что-то вроде…       «Сакура, ты такая непослушная девочка, должен ли я тебя наказать?» — эта фраза звучала в ушах Харуно, хотя она могла поспорить, что он никогда не говорил ей такого. Но уже было поздно. Реальность смешалась с фантазией слишком быстро, и её мгновенно накрыло. Вот, она стоит перед ним на коленях, вот он шлепает её по ягодицам, наказывая. А как еще он мог это сделать? Сакура видела несколько интересных вариантов в книжечке, что дала ей почитать Ино несколько недель назад.       «Ох, Свинина, как же я тебе неблагодарна… За что ты так со мной? Я твоя единственная лучшая подруга, а ты желаешь мне такой смущающей позорной смерти?» — терзалась внутренне Харуно.       — Простите, — Сакура пораженно свесила голову, больше не смея смотреть в лицо её благочестивому сенсею. От её лица шел пар. — Пойду-ка я, еще есть дела…             Харуно увидела перед собой слизня, которому, кажется было плохо из-за того, что здесь было мало влаги, и он погибал.       «О! Как я тебя понимаю…» — внезапно её осенило, и она принялась за его лечение.       [СО: Штрафное задание успешно выполнено. Поздравляем, вы избавлены от наказания дня.]       Харуно взяла слизня на руки и отнесла его к дереву, усадив на листочек.       — Передавай привет Кацую-саме, — сказала девушка и оставила животинку в покое.       Какаши только и делал, что недоуменно наблюдал за всем этим.       — Что это ты делаешь? — наклонился он у нее из-за спины, как всегда появившись из ниоткуда. — Со слизнями разговариваешь?       Сакура, не ожидавшая его появления, резко развернулась, а потом также резко отстранилась назад, её нога поехала по траве, и Харуно едва не упала, но Какаши вовремя подхватил её.       — Кажется, ты устала после тренировки, вон, ноги совсем не держат, — улыбнулся Хатаке.       — Спасибо, — Сакура через плечо посмотрела на слизня, которого едва не раздавила своим падением и вздохнула с облегчением. Он был цел и невредим. Она не знала бы, как потом смотреть в глаза Кацуе, если бы сначала воскресила её сородича, а после случайно раздавила своей толстой задницей, свалившись на него из-за какой-то неожиданности, чтобы потом еще раз пришлось воскрешать… Вот это бы позора было.       Харуно снова встретилась с Какаши глазами, чувствуя, как он держит по сути почти весь вес её тела одной своей рукой. Крепкой и мускулистой, обхватывая её широкой ладонью… Глаза мужчины выглядели почти черными в сумрачных тенях. Их тела находились так близко, но Сакура не решалась опускать взгляд ниже, на его манящие губы. Ей хватило ранее полученного урока, но почему этот день был таким странным сегодня?..       [СО: Система работает на ваше благо, не теряя ни секунды времени, радуйтесь, Вселенная поддерживает вас!]       «О, только этих чудесных комментариев мне и не хватало в этот момент», — подумала Харуно.       — С тобой все в порядке, Сакура? — спросил Какаши и помог ей встать на ноги, а после и сам выровнялся, снова увеличивая дистанцию между ними.       — Ум, да, все хорошо, простите, — Харуно поправила свою одежду, отряхивая невидимую пыль.       — Тогда пойдем домой? Уже почти полночь, — сказал Хатаке.       — Так поздно? — удивилась девушка. — Тогда, конечно, поторопитесь, сенсей, — она быстрым шагом пошла вперед, выиграв себе немного времени для того, чтобы привести в норму свое смущенное выражение лица, будто это вовсе не из-за нее они задержались здесь так надолго.       — Кажется, ты очень любишь состязания, — возник рядом Хатаке, нагнав её.       — Вам не кажется.       Мужчина улыбнулся, искоса поглядывая на Харуно. Они молчали, каждый размышляя о своем, шагая рядом какое-то время.       — Я думаю, ты не успела подготовить свой дом еще, чтобы жить там, — начал Какаши после некоторого времени тишины между ними. Сакура заинтересовано подняла на него глаза. — Хотя я и выиграл, но на эту ночь ты можешь остаться…       — Я правда ничего не приготовила, а сразу пошла на тренировку, но это не проблема. Я не хочу отягощать вас, — искренне сказала девушка. Ей было неловко, если она в самом деле стала бы причинять Хатаке неудобства, хоть и грозилась это сделать.       — Я просто снова постелю тебе на диване, к тому же еда… Я не думаю, что смогу съесть все сам, — он снова неловко почесал свою щеку.       Сакура знала эту его привычку, потому сразу смогла раскрыть его мысли.       — Я приготовила это для вас, вы не обязаны делиться, просто в благодарность за то, что вы сделали для меня, — наклонилась Харуно немного вперед, вытягивая свои сцепленные руки за спиной.       — Это, мне было бы неловко съесть всю ту еду самостоятельно, учитывая сколько усилий ты приложила для готовки, потому все в порядке, Сакура, — мягко сказал Какаши, смотря на неё располагающе сверху вниз, и на сердце Сакуры разлилось тепло от его слов. Ей так безумно нравилось, когда он был таким заботливым и нежным, никто прежде с мужчин не относился к ней так, только Хатаке. Всегда спрашивал о её самочувствии, прикрывал на поле боя, защищал её… Он в самом деле был безупречным мужчиной мечты. Как удачно, что она увидела тогда именно его, а не кого-то другого.       — Хорошо, спасибо большое, — Харуно широко улыбнулась ему, выражая лицом всю свою признательность, что чувствовала по отношению к сенсею.       Какаши тоже невольно улыбнулся в ответ.       — Это мне стоит тебя поблагодарить, — негромко ответил он. — «Спасибо, что делаешь все это для меня», — осталось неозвученным в его мыслях. И Хатаке выглядел еще только мгновение уязвимым, пока смотрел на Сакуру.