От друзей к возлюбленным

      — Аккуратнее, Аарон, Фридрих! Нам несдобровать, если нас заметят, — снова раздражала своими нравоучениями Людовика. — Кастрел, Аурум, ну ты то скажи им!       — Ускоряемся, парни. Чем быстрее придём — тем больше сможем рассмотреть, — мигом отозвался Кастрел, взглянув на них через плечо.       — Я не это имела ввиду! Кастрел, не подстрекай их!       — Людовика, могла бы просто не идти с нами, если так боишься нарушить правила! — не выдержал её речи Аарон. Девчонка, что с неё взять? Бесконечное «нельзя, запрещено, опасно». Скука смертная. И с ней он когда-то искал духа в лесах Хисуи? Аурум, в такие моменты, как этот, ему казалось, что то приключение ему привиделось. Как и многие после.       — Если будем так шуметь, нам точно влетит, — ёжась, пробормотал Фридрих — новичок в их компании. — Мне бы этого не хотелось.       — Не командуй, малыш, — усмехнулся Кастрел и жестом остановил их на углу коридора. Осторожно выглянул из-за него, и Аарон вытянул шею, надеясь тоже хоть что-то увидеть. Его тут же схватили за рукав и втащили обратно.       — Ты что творишь? — зло прошептал он.       — Не даю тебе спустить наши старания в царство Теней, — прошипела в ответ Людовика, удерживая его за рукав. — Хочешь помешать Кастрелу? Нет? Вот и не лезь.       — Да-да, леди осторожность. Если так боишься наказания, могла просто не идти с нами.       — Идиот! — беззвучно всплеснула руками она. — Я не о себе беспокоюсь. Подумай, как влетит Фридриху, если нас поймают. Его дедушка вряд ли будет разбираться чья это была затея — накажет его даже излишне строго.       Аарон захлопнул рот, проглотив любые возмущения, и бросил быстрый взгляд на стоящего чуть в стороне Фридриха, который то и дело отдёргивал рубашку и смотрел куда угодно, лишь бы не на них — старательно делал вид, что не был объектом их обсуждения. О нём Аарон и вправду не подумал: не привык ещё к тому, что отныне в их компании четверо — спасибо, что не пятеро, ещё одну девчонку он бы не вынес. А ведь именно из-за отношения герцога Стернбилд к своему внуку, они и решили взять его под свое крыло. А теперь старательно делали то, за что получат как следует все. Если попадутся, конечно.       Аарон так-то проваливаться не намерен.       — Понял тебя, — кивнул он Людовике, и та просияла в ту же секунду. — Но и ты прекрати так паниковать. Это только сбивает, если честно. Спокойствие — вот что важнее всего в любой вылазке. Запомнила?       Людовика кивнула, а после подбородком указала за спину Аарона — Кастрел дал сигнал двигаться.       

***

      Аарон с разбегу уселся на отцовский трон, оказавшийся таким удобным, что захотелось провести в нём вечность. Ох, Аурум, теперь он прекрасно понимал, почему отец часами находился на этом вычурном стуле. Троне! Такое удобство заслуживало столь громкое название.       — Эй, Ваше Высочество, вы пробрались сюда чтобы спать? — донёсся голос Кастрела с другого конца тронного зала. — Аурум, сколько же тут всякого старья! — воскликнул он, разглядывая какую-то вазу. — Этой безвкусице уже четыре века, только представьте!       — И поэтому ты решил её разбить? — вдруг появилась возле Аарона Людовика. — Поставь её на место, Аурума ради. Серьёзно, восемнадцать скоро исполнится тебе или мне? Ведёшь себя хуже Аарона.       — Эй! — одновременно воскликнули они с Кастрелом, вперив в неё гневные взгляды.       — Ммм… Я подозревала, что у вас один мозг на двоих, но чтоб и вправду…       — Тебе делать нечего, малявка? — возмущённо спросил Кастрел, осторожно ставя вазу на место. — Я, между прочим, делаю огромное одолжение, до сих пор проводя с вами время. А мог бы потратить его в компании прекрасных дам. Или выпить с сокурсниками.       Аарон приложил ладонь ко лбу, совершенно не желая вмешиваться в их перепалки. Всё равно ведь смысла нет — Людовика всегда хотела казаться старше, чем она есть, а Кастрел, что бы ни говорил, слишком обожал встревать во всякие спорные мероприятия, чтобы отказаться от идеи тайком пробраться в тронный зал. Хорошо хоть Фридрих молчал, с интересом рассматривая портреты императоров и императриц вдоль стен. Один нормальный человек и тому одиннадцать!       — Аарон! — настойчиво позвала его Людовика и ткнула в плечо.       — Что?       — На чьей ты стороне? — вклинился Кастрел, уже стоящий у подножия трона.       Ох, Аурум, за что мне всё это?       О чём они вообще спорили? Аарон совершенно не знал и знать не хотел. Он внимательно посмотрел на Кастрела и Людовику: первый стоял с такой мерзкой самоуверенной улыбочкой, что захотелось тут же её стереть. Впрочем, так Аарон и поступил:       — Я за Людовику, — проговорил он, с наслаждением наблюдая, как уголки губ Кастрела медленно опускаются вниз. Без обид, друг.       — А? Меня? — в неверии переспросила Людовика. — Ох, Аурум! Спасибо, Аарон! — и налетела на него с объятиями. — Ты лучший просто!       — Эм… да. Конечно, — сконфужено согласился Аарон, обнимая её в ответ. К щекам почему-то прилил жар.       Заболел что ли?       

***

      — С возвращением, Ваше Высочество.       Аарон замер, глядя на неё во все глаза: с Людовикой они не виделись почти полтора года — он проводил дни в военном колледже и на собраниях аристократов, она — путешествовала по миру с родителями. И вот теперь они встретились, а он едва узнавал её. Повзрослевшую, обзаведшуюся незнакомой доселе грацией, словно сотканную из рыжего, как её волосы, пламени. Она подняла голову, и стоило их взглядам встретиться, как в её светло-карих радужках вспыхнули искры знакомого озорства. Аурум, она всегда была такой красивой?       Людовика смотрела на него в ответ с не меньшим интересом, исследовала его всего, и Аарон явственно ощущал каждый её взгляд. На волосах, скулах, туловище, руках… Щёки Людовики вдруг едва заметно заалели.       — Рад видеть вас, леди Людовика, — сбросив наваждение, запоздало поприветствовал её он. — Позволите сопроводить вас?       — А? Ох, да. С удовольствием составлю вам компанию, — нервно улыбнулась она, пряча глаза. Аурум, что же с ними такое? — Вашей сестре, к слову, пришло предложение руки и сердца от наследника Рияха. Так что будьте готовы.       — Что? Но Арабелле только тринадцать! И вообще, почему ты узнала об этом раньше меня?       — Потому что подслушала. Только тсс, — приставила Людовика палец к губам, и Аарон не смог сразу отвести от них взгляд. Да что же это такое? — А ещё вам официально разрешат занять трон. Только на сегодня, правда. Но уже лучше, чем тайком пробираться к нему.       — Это ты тоже подслушала? — улыбнувшись, спросил Аарон и подставил ей локоть.       Она без лишних вопросов ухватилась за него и хитро ответила:       — Нет, прочла. В книжке об истории и обычаях императорского рода. Вы её, к слову, и сами должны были прочесть.       — Тот старющий талмуд? — с сомнением уточнил он.       — Именно. Но не беспокойтесь, я прочла его за вас.       — Аурум, что бы я без тебя делал?! — счастливо воскликнул Аарон, и крепко прижал Людовику к себе. Та тихонько пискнула и замерла, прежде чем обвить его спину руками и уткнуться носом шею. Аарон невольно задержал дыхание от этого жеста.       

***

      — Не хочешь опробовать? — кивнул он на трон, стоило тяжёлым дверям громко захлопнуться за спиной отца.       Людовика непонимающе моргнула и в неверии приоткрыла рот.       — Я уже сидел на нём, так что для меня всё равно не в новинку. А когда у тебя ещё будет возможность посидеть на этом удобном стуле? — убеждал её Аарон. Почему-то ему казалось, что на императорском троне она будет выглядеть… красиво. Да.       — Стуле? — опешила она. — Аурум, только ты мог так небрежно отозваться о троне. Впрочем… Удобный, говоришь?       — Абсолютно.       Вздохнув, Людовика медленно поднялась на пьедестал. Неуверенно замерла перед троном, кончиками пальцев провела по бархатным подлокотникам и, вдохнув полной грудью, села на него.       — И вправду удобно… — озадачено прошептала она и распрямила плечи, гордо подняла подбородок и сверху вниз посмотрела на Аарона.       Он обомлел в ту же секунду. Будет выглядеть красиво? Аурум, те его мысли были преуменьшением века! Перед собой он видел богиню. Величественную и сияющую, словно созданную восседать на троне и править. Аарон не сомневался, увидь её кто-то сейчас, не колеблясь отдал бы сердце и душу.       Он уже отдал. И как заворожённый поднялся к ней, заглянул в сияющие глаза, утонул в них…       — Аарон?       Аурум, и он когда-то злился, что обручён с ней?       Поистине, идиот. Он обязан благодарить всех известных богов за этот шанс.       — Ты прекрасна, — прошептал Аарон, пристально смотря ей в глаза, и медленно поцеловал.       Шокированный выдох — и Людовика ответила, притянув его к себе.