Часть 2

      После того, как защитное заклинание, прочитанное Драко, помогло отбиться от горленов, на него перестали косо смотреть. Переодетый в форму, с убранными под спецповязку волосами, Малфой больше не вызывал вопроса: «Что он тут забыл?». Тем более, «аристократишка» и «кабинетный работник» показывал отличную физподготовку и шел наравне со всеми, ни разу не пожаловавшись, как этого от него ожидали.       При спуске и продвижении по старому ходу под землей мантии только мешались бы, так что все сняли их, и теперь под форменной водолазкой блондина легко можно было увидеть хорошо развитые мышцы спины, рук и груди, а также пресс. Драко был жилистым и подтянутым и наверняка притягивал бы женские взгляды, будь в отряде другие девушки, кроме Гермионы и Панси. Те, очевидно, давно привыкли к нему такому и не обращали внимания. Зато те, кто помнил его щуплым подростком, то и дело отвлекались.       Малфой серьезно отнесся к своей роли охранника Грейнджер и ненавязчиво помогал ей. При спуске в проход он лично проверил крепления на снаряжении перед тем, как сам спустился, а потом страховал девушку снизу. Не позволял ей по-гриффиндорски безумно идти туда, где виднелось что-нибудь интересное, и таким образом пару раз успел уберечь от ловушек. Помогал преодолевать завалы из камней внутри подземного прохода, забираясь первым и протягивая ей руку. Глядя на их взаимодействия никто бы не смог сказать, что когда-то эти двое друг друга ненавидели.       Первая ночь в подземелье прошла относительно спокойно. Группа нашла провал в земле, открывающий вид на звездное небо, и разбила лагерь. С двух сторон от него зияли темными дырами каменные проходы, и авроры выставили охрану, посчитав это небезопасным — мало ли кто мог прийти к ним на огонек?       Когда все улеглись, а ночные охранники заняли свои места, костер уменьшили, оставив небольшой ради освещения. Вокруг стояли полумрак и почти оглушающая тишина. Судя по высоте стен провала, открывающего всем небо, они спустились на пару десятков метров вниз под землю.       Гарри сегодня дежурил перед рассветом, потому что знал: эти холодные темные стены, так похожие на камеры пленников, будут сниться ему в кошмарах. А его плохие сны будили как раз под утро. Поттер мало спал, но не чувствовал усталости, когда принимал свою смену. Ему было о чем вспомнить и подумать.       Вот только не ему одному находиться в таком месте оказалось тяжело. Около четырех утра из палатки девушек донесся короткий крик, отчего сердце аврора забилось быстрее: он узнал голос. Гермиона суматошно вылезла, немного запутавшись в полах палатки. Она сказала что-то успокаивающее Паркинсон и встала, подходя к огню. Грейнджер потирала ту самую руку, на которой был шрам, оставленный Лестрейнж.       Гарри уже двинулся к ней, чтобы поддержать, как услышал новый шум. Видимо в этот раз на палатке Малфоя и Фоули стояли чары тишины получше, но вот Драко снова выглядел не очень, выходя из нее. Он провел рукой по лицу, пытаясь прогнать кошмар, потом тряхнул головой и тоже двинулся к огню. Блондин заметил Гермиону, которая смотрела на него, развернулся и залез обратно в палатку. Поттер снова сделал несколько шагов, собираясь наконец добраться от своего укрытия до подруги. Но Малфой уже через полминуты вылез, таща в руках теплый плед. Он молча сел рядом с девушкой, накинул на ее плечи ткань, а потом достал из кармана надетой толстовки фляжку. В тишине они сделали по паре глотков из нее, без слов понимая, что случилось и почему.       Гермиона закуталась, но все равно пыталась вытянуть ноги ближе к огню. Вся группа старалась лишний раз не использовать магию, чтобы нечаянно не спровоцировать ловушки или обвал, и она упрямо не хотела накладывать согревающее. Гарри хотел было вмешаться и самостоятельно сделать это, как Малфой кивком указал ей на ее ноги в незашнурованных ботинках. Грейнджер стянула обувь, развернулась на стуле и положила ступни на колени блондина, предварительно укутав их. Теперь они не касались ледяного пола и быстро согрелись.       Драко продолжил смотреть на огонь, поддерживая его до самого подъема группы. Гермиона задремала через час после начала их молчаливых посиделок, но он разбудил ее первой, до того, как кто-то смог бы увидеть их такими. Поттер задумался над вопросом: если бы утренняя смена была не за ними с Роном, стал бы Малфой так открыто проявлять заботу? У него создалось впечатление, что для других они играют роли хороших и внимательных коллег, хотя на самом деле их отношения можно назвать дружескими.       Весь следующий день группа в темноте шла по каменному коридору, соблюдая полную осторожность. Поесть останавливались лишь на двадцать минут, перекусив, чтобы не стоять долго на одном месте. Проход был слишком старый, и от скопления большого количества людей и магии в одном месте мог обвалиться.       К вечеру стало казаться, что дорога пошла наверх. Исчезла сырость, воздух стал немного теплее. Через два часа все вышли на поверхность, оказавшись в непроглядной темноте леса. Сейчас они находились где-то в глубине гор, в одной из расселин, поросших елями и густым подлеском. Дальнейший путь решили построить утром, а пока быстро ставили палатки, охранные чары и готовили хороший ужин. Через два часа лагерь уснул под охраной авроров.       А утром обнаружилось, что Гермиона исчезла. Панси спала и не слышала, как она выходила. Охранники сказали, что мисс Грейнджер поднялась среди ночи, сказала, что проверит чары вокруг. Они посчитали, что волшебница после этого просто вернулась обратно. Пока авроры и Фоули совещались, решая, как лучше поступить, Малфой просто развернулся и пошел в лес, проигнорировав оклики. Гарри хмыкнул, но раздал указания людям, а потом пошел в другую сторону. Еще два направления взяли на себя Рон и Эдвард.        Поттеру повезло: он отыскал подругу довольно быстро. Она сама вышла на него из чащи, обрадовалась и сообщила, что заблудилась вчера, последовав за блуждающим огоньком. Все знали, что эти духи опасны, и ходить за ними нельзя, но Грейнджер увидела в нем какую-то необычность и неудержалась от любопытства, считая, что дорогу обратно с легкостью найдет. А в итоге потерялась.       Уже на подходе к лагерю стало понятно, что что-то не так. Поттер, лишь увидев жаркий спор Уизли и остальных, резко накинул на подругу связывающее заклинание, забирая и палочку. А все потому, что каждый из ищущих ее, вернулся из леса со своей «Гермионой». Была ли среди них настоящая? Если да, то кто?       — Извини, — сказал Гарри, подводя свою Гермиону к остальным.       — О, еще одна, — хмыкнул Фоули.       — Да они все ненастоящие, точно говорю вам! Вот же правильная! — видимо не в первый раз воскликнул Рон.       Стоящая рядом с ним связанная девушка с гордостью улыбнулась ему, как бы поддерживая эту уверенность. Остальные три нахмурились. Поттер вгляделся в каждую из них, но все были идентичны. Они даже рассказывали одно и то же. В конце концов, Эдвард сказал:       — Значит так. Поскольку я здесь самый компетентный в вопросах подобного малоизученного типа магии, то разрешение этого спора беру на себя, — все промолчали, соглашаясь, потому что выхода никто не видел. Не пытать же их? — Хорошо. Раз никто не против, то приказываю Малфою найти настоящую.       Вокруг послышались вскрики и возгласы, волшебники не понимали, почему именно ему отдали такой приказ, и как он это сделает, если никто так и не придумал нормального способа? Но Фоули был уверен в своем решении, и все мало-помалу затихли, глядя на блондина и стоящую позади него девушку. В отличие от других, она не была связана, хоть и осталась без палочки. Его Грейнджер сложила руки под грудью и просто ждала результатов. И хотя три другие тоже вели себя как настоящие, эта все же выглядела немного по-другому.       — Тут нечего думать. Та, которая со мной, и есть настоящая, — протянул Драко, устало вздыхая. Переждав гул вопросов и возмущений Рона, он сказал:       — Я точно уверен в том, что могу отличить подделку от настоящей.       — И поэтому ты не связал ее? — возмутился Уизли.       — А почему ты так уверен? Они тоже уверены, — задала правильный вопрос Панси.       Малфой молча подошел к одной из самозванок, которая тут же нахмурилась еще сильнее.       — Если бы мы все сошлись во мнении, подделки бы пропали: именно так и действуют светляки, — заявил он. — Сейчас наша разобщенность питает их, и скоро разобраться станет еще сложнее. Поэтому я применю одно заклинание. Оно безвредно для человека, но развоплощает светляков.       — Такое существует? Почему ты раньше не сказал о нем? — раздалось вокруг, а стоящая перед ним волшебница занервничала.       Драко не стал давать объяснений, просто пальнув в нее синим лучом. Дух с хлопком исчез, и Рон замолк на полуслове, осознав, что его одурачили. Следующей исчезла Гермиона Поттера, потом Фоули. Подойдя к той, с которой он пришел, Малфой тоже послал в нее заклинание, отчего она дернулась и смиренно вздохнула, словно понимала необходимость проверки.       Все обрадовались хорошему исходу и стали расходиться по своим делам, но Гарри продолжил наблюдать. Он видел, что чары, примененные к этой версии подруги, были совсем другими. Малфой закрыл их собой, но Поттер заметил. А еще видел как Фоули вопросительно глянул на него, а Драко утвердительно кивнул. Это означало, что Гермиона настоящая, и Малфой знал это на сто процентов, поэтому и уничтожал других так легко. Заклинания против них нету на самом деле.       Но как блондин смог узнать наверняка? Это должно быть что-то весомое, раз Фоули назначил именно его и поверил ему. Может, эти их подвески-артефакты еще и следилки? Наверное Малфой наложил маячок на Гермиону, раз ему пришлось отвечать за ее безопасность. Успокоив себя таким объяснением, Гарри отправился по делам.       В это время Гермиона виновато делилась своей историей. Она действительно не могла уснуть и решила проверить охранные чары. А потом даже не помнит, как попалась в ловушку светлячка и пошла за ним. Он увел ее далеко в лес, а потом исчез. Другие скопировали ее внешность и поверхностную короткую память, и вышли на охоту за коллегами волшебницы. Гермиона смогла установить приблизительное расположение лагеря и пошла туда, но в темноте было не только страшно, но и неудобно. В итоге она дождалась рассвета и возобновила путь. А потом встретила Драко.       — Ты же понимаешь, что не будь тут меня, тебя могли и не найти? — обвиняюще, но взволнованно спросил Малфой.       — Да. Прости. Я и других риску подвергла, — виновато прикусила губу Грейнджер.       — Ладно, забыли, — вздохнул блондин.       Когда группа определила направление движения и была готова выходить, Гермиона перед всеми извинилась. Но ее никто и не думал обвинять, ведь на уловки светлячков попадались даже самые могущественные маги.