Глава 15

ТРИ ГОДА, ДВА МЕСЯЦА, ДВЕ НЕДЕЛИ И ШЕСТЬ ДНЕЙ НАЗАД

ЭДИНБУРГ, ШОТЛАНДИЯ

Парни находятся в нескольких футах от нас, в настоящее время обсуждают Вал Антонина, форт в Ньюстеде, какое-то другое дерьмо, которое, кажется, всегда возвращается к Римской империи, и я должна признать: это вроде как горячо, смотреть, как Конор выкладывает свой член на стол. То, как мои друзья-мужчины собираются вокруг него, как будто он испражняет хорошие советы и жизненные навыки, вызывает у меня некоторое вторичное смущение, но приятно, что он не выглядит слишком неуместным, даже в баре, который буквально находится в студенческом союзе — переоборудованной библиотеке, где средний возраст и близко не его. Его одежда простая, но слишком высокого качества, чтобы по-настоящему сливаться, и в его присутствии есть уверенность, которая выделяет его. Тем не менее, с тех пор как он оплатил всем счета и оставил счёт открытым, Элфи бросает на него злобные взгляды, и наблюдать за этим почти так же приятно, как заниматься сексом. Я не думаю, что Конору нравится быть в центре внимания. Он хорошо практикуется, социально адаптирован, но мне очевидно, что он видит моих друзей младенцами, которые только что выросли из подгузников. Я разрабатываю теорию о нём, которая всё ещё наполовину сырая, но вот она: гладкая манера, в которой он держится, лёгкость, с которой он ходит по миру, — это только поверхностно. Он научился быть любезным и деловым, но это лишь верхушка айсберга. Глубоко внутри есть что-то ещё. Дикость, может быть. Ледяная глыба. Много контроля, это точно. Хуже всего то, что я та, с кем он должен тусоваться. Он продолжает смотреть в мою сторону, может быть, скучает, может быть, просто проверяет. Мы оба знаем, что если бы это были только мы вдвоём, нам было бы гораздо веселее. Как было сегодня. — Прости, — пишу я ему со своего столика. Когда он читает сообщение, он поворачивается ко мне, чтобы беззвучно сказать: — Ещё бы, — и я не скрываю своей усмешки. — Знаешь, — говорит мне Роуз, потягивая свой горячий тодди, — я на мгновение задумалась, не сошла ли ты с ума и не позволяешь ли какому-то старому парню обмакнуть своё печенье в твоё молоко просто для того, чтобы отомстить Элфи, но... Я прослеживаю её взгляд до Конора. — Но? — Теперь, когда я его увидела, без замечаний. Я бы переспала с ним. Я смеюсь. — Нет, не стала бы. — Нет, не стала бы. Идея отвратительна. Но менее отвратительна, чем большинство мужчин. Я могу оценить его эстетически. — Она задумывается. — Может быть, потому, что у него было больше времени. — Больше времени, чтобы...? — Стать привлекательным. Может быть, привлекательность — это то, к чему ты маринуешься? Чем дольше у тебя есть, тем больше вероятность, что она накопится? Может быть. Но: — Знаешь, он не просто красивый. С ним на самом деле очень весело разговаривать. — Верно, да. — Роуз кажется скептичной. — Полагаю, вы обсуждаете... яхтинг и депозитные сертификаты? — Обе темы ещё не всплывали, — говорю я, задаваясь вопросом, удивится ли она, узнав, что мы провели день вместе. Это не было запланировано. Я встала из-за нашего столика в Loudons, ожидая, что мы разойдёмся каждый своим путём. Это не было преднамеренным, то, как я дёрнула его за свитер и спросила: — Эй, в это время по субботам на реке обычно есть гребцы. Хочешь, чтобы я тебя отвела? Он согласился. Мы пошли. Сели на траву немного в стороне от дорожки и критиковали технику гребцов. — Не могу поверить в угол наклона их хвата на весле, — сказала я, возмущённая. — Так по-любительски. Конор повернулся ко мне. Снял свои солнцезащитные очки. — Ты вообще что-нибудь знаешь о гребле? — Нет. Это заслужило глубокий вздох. Его рука схватила мой капюшон и натянула его на мою голову и всё лицо, а я смеялась и смеялась, хотя чувствовала себя запыхавшейся. Затем был замок, и пока мы шли по каменным лестницам, я рассказала ему о своей вражде с выдрами и подобными им животными. За этим последовал ещё один замок, и я узнала, что он почти получил докторскую степень по биохимии, и когда он рассказывал мне о своём проекте, он звучал как такой законченный зануда, что я не могла не дразнить его, даже когда он вслух задавался вопросом, «пролезешь ли ты через бойницы, Неприятность». После того, как я давила на него около десяти минут, я обнаружила, что в свободное время — «Которого у меня нет, Майя» — он любит играть в гранд-стратегические военные игры. — Ты — нация, — объяснил он. — И используешь её ресурсы для разработки военной стратегии. — Конор Харкнесс, — надулась я. — Ты ходячий красный флаг. — Я человек из финансов в свои тридцать с небольшим, разговариваю с двадцатилетней о своих многолетних хобби. Я удивлён, что ты не заметила этого раньше. — Мы говорим о... «Риск»? — Я предпочту не вдаваться в подробности. — Или подожди — это компьютерные игры? — Этот разговор окончен. — Эти военные игры, о которых ты говоришь, просто прославленные таблицы Excel, Конор? — Без комментариев. Он настолько старше меня, что наша разница в возрасте могла бы получить водительские права. Но он слушал, когда я пыталась объяснить, что, как бы я ни любила физику, я не уверена, что это та карьера, которую я хочу. Проблема в том, что я также не уверена, что не хочу. Что... Неважно. Я разберусь. — Почему ты это делаешь? — спросил он. — Что? — Прерываешь себя, не закончив мысль. Я вспомнила, как пыталась выразить те же сомнения Элфи. — Эм. Обычно люди прерывают меня первыми, в любом случае? Хмурый взгляд. — Тогда тебе нужно найти лучших людей. Было весело, проводить с ним время. Все вещи, которые у нас есть общего. Люди в нашей жизни. Общий язык Остина, с его любовью к H-E-B и глубокой ненавистью к пробкам на I-35. *Может быть*, — подумала я, — *я скучаю по дому больше, чем осознавала.* Он принял много звонков в течение дня. Большинство он отклонил. На некоторых он вздыхал и говорил: — Извини, я должен это взять. Один из них был от моего брата. — Угадай, с кем я? — спросил он, когда взял трубку. — Не знаю. — Я сразу узнала голос Элая. — Это полиция? Тебя арестовали за то, что ты зарезал своего отца? Я поняла, что Конор собирается сказать Элаю, что он прилетел сюда, чтобы увидеть меня, и... Я покачала головой, быстро, инстинктивно. — Не надо, — прошептала я. — Не говори ему. Глаза Конора встретились с моими, его замешательство было очевидно. И всё же. — Ты абсолютно прав, — сказал он Элаю, прежде чем сменить тему. — Насчёт окончательной проверки заявки Mayers. — Почему? — спросил он, повесив трубку. — Я... не хочу, чтобы он волновался, — сказала я. Конор посмотрел на меня так, будто почувствовал ложь, и... я тоже. Я просто не могла понять, в чём истинная причина, поэтому решила насильно накормить его Irn-Bru. Я собиралась пойти домой и переодеться, прежде чем встретиться с остальными. Я думаю, Конор планировал сделать то же самое. Просто так получилось, что мы проверили время и поняли, что опаздываем. И причина, по которой я ношу его пальто... ну. Ему жарко. Мне нет. — Ты в порядке? — спрашивает Роуз, когда Джорджия уходит в туалет. Её ладонь ласково поглаживает моё бедро. — Ты выглядишь немного рассеянной. — Просто— — Я собираюсь сказать *устала*. Вместо этого я ставлю свой пустой стакан с газировкой и поворачиваюсь к ней. — Ты знала, что это происходит? Элфи и Джорджия? Её нос-пуговка морщится. — Ты уже спрашивала. Ты забыла? — Нет. Просто ты не казалась слишком шокированной этим. — Я не знала, Майя. Может быть, мне стоит перестать быть конфронтационной по этому поводу. Просто... — Если бы Сурика бросила тебя, — говорю я спокойно, — и через неделю я застала её целующейся с моим двоюродным братом, я была бы более открыта к признанию того, что мой двоюродный брат вёл себя как полная пизда. — У тебя есть двоюродный брат? — Что? — Я просто говорю — ты никогда не упоминала о двоюродном брате. Я издаю тихий, раздражённый смешок. — Есть. Второй или третий по счёту. Я на самом деле с ними не разговариваю. — Да, ну. — Она пожимает плечами. — Слушай, я не хочу говорить тебе, что делать, но... будет лучше для всех, если мы пойдём дальше. Я имею в виду, ты сама не такая уж и невинная. — В каком смысле? — Вы с Горячим Богатым Парнем были на связи всё это время. И я тебя не виню — держи свои варианты открытыми. Но мы можем оставить упрёки в прошлом, нет? — Я думаю, мне позволено злиться на мою соседку по комнате за то, что она трахается с моим бывшим. И, возможно, мне также позволено злиться на моего самого близкого друга за то, что он не принял мою сторону более решительно. — Я знаю, что ты так думаешь. Это потому, что у тебя значительные проблемы с гневом. Мои глаза превращаются в щелочки. — Это низко, Роуз. — О, да ладно, Майя. Она моя кузина. Мне приходится сделать полмиллиона глубоких вдохов, прежде чем я могу сказать: — Я понимаю, откуда ты исходишь. — Я выскальзываю из кабинки, спрыгивая с приподнятой платформы. — Я просто хочу, чтобы ты попыталась сделать то же самое. Я ухожу, закончив разговор, позволяя обиде извиваться во мне. Оставаться с Роуз кажется бессмысленным, особенно когда есть кто-то ещё, с кем я предпочла бы провести время. Кто-то, кто не будет лгать мне в лицо. Плюс, я хочу чего-то покрепче газировки. У стойки я наклоняюсь, чтобы привлечь внимание бармена. Не получается, снова и снова, пока Конор не появляется рядом со мной. — Эй, — говорит он женщине. — Ей... — Шот. Текила. Он морщится. — Я только что купил алкоголь для несовершеннолетней сестры моего друга. Гениально. — Это абсолютно законно. Я всё равно пью с шестнадцати лет— — Мне не нужно это знать. — — поэтому у меня выработались очень хорошие ферменты. Ко мне скользит шот. Я быстро его выпиваю, чувствуя, как глаза Конора прикованы к моему подпрыгивающему горлу, к теплу, которое начинается в моём желудке и распространяется во всех направлениях. Когда я ставлю стакан на тёмное дерево, бармен наливает мне ещё один. Бровь Конора поднимается. — Шоты здесь меньше. — Я прислоняюсь к стойке, лицом к нему. — Итак, тебе нравятся мои друзья? — Конечно. — Конечно? — Некоторые из них великолепны. Именинник далеко пойдёт в жизни. — Да, Сэми потрясающий. — А тот в спортивном костюме? — Джетро. — Он думает о запуске подкаста. И я не уверен, что то, что он говорит, можно монетизировать. — Я не убеждена, что его кто-то слушает бесплатно. — Я фыркаю. — Кто-нибудь из парней уже просил у тебя кредит? Он пожимает плечами. — Не напрямую, нет. — Но? — Парень с чёлкой пытался предложить мне своё приложение для знакомств для любителей подгузников для взрослых. — Грант? Я всегда подозревала, что он чудак, но— — Чудак — это кто-то другой, — прерывает меня голос. Когда мы с Конором поворачиваемся, рядом стоит Элфи. Разве это были не мы вдвоём, пару шотов назад? — Прошу прощения? — спрашиваю я. Но Элфи не смотрит на меня, и его лицо покраснело, как будто он слишком много выпил. — Ты извращенец, не так ли, приятель? — Ну, да. — Конор кивает, невозмутимый. — Хотя не уверен, как ты об этом узнал. — Достаточно одного взгляда. Сколько тебе лет? — Тридцать пять. Улыбка Элфи злорадная. Я никогда не видела, чтобы его лицо делало что-то подобное. Мне хочется верить, что если бы видела, мы бы не продержались так долго, как продержались. — Ты знаешь, сколько лет Майе? Двадцать. Она могла бы быть твоей дочерью. — Ты сильно переоцениваешь мою игру в четырнадцать, приятель. — Конор делает ещё один глоток своего стаута, затем отставляет его в сторону. — Но справедливо, что ты волнуешься. Элфи надувается. — Рад, что ты видишь проблему. — Конечно, вижу. Ты заботишься о Майе, которая очень молода — моложе нас обоих — и ты не хотел бы, чтобы я воспользовался её... наивностью, скажем так? — Он, должно быть, замечает моё хмурое выражение, потому что его пальцы поднимаются позади меня и барабанят по моей спине. *Терпение*. — Ты уважаешь её, желаешь ей всего наилучшего и не можешь вынести, чтобы ей было больно. Насколько ты знаешь, я воспользуюсь её доверием и, возможно, даже разобью ей сердце. И это было бы так, блять, бессердечно с моей стороны, не так ли? Щёки Элфи краснеют ещё больше — от алкоголя, жары внутри паба, стыда, я не могу сказать. Всё, что я знаю, это то, что рука Конора обвивается вокруг моего плеча, притягивая меня ближе, сжимаясь, чтобы потереть костяшками пальцев мою челюсть. Приятно. Это приятно. — Совет, парень? — говорит Конор. Элфи кивает, напряжённо. — Уберись с моих глаз. Прямо сейчас. И не разговаривай с Майей, если только ты не отвечаешь на вопрос, который она лично тебе задала. Когда Элфи смотрит на меня широко раскрытыми глазами, смутно шокированный угрозой, я улыбаюсь и говорю ему: — Тебе следует сделать, как он говорит. Он намного старше нас, невозможно сказать, каков его контроль импульсов. Элфи отшатывается. Когда он исчезает из виду, я разворачиваю своё тело к Конору, наслаждаюсь распускающимся теплом текилы и говорю: — Это было весело. — Было? — Ммм. Может быть, не для Элфи. — Я улыбаюсь ему. Через некоторое время Конор отвечает тем же. — Нам пора идти, — говорю я ему. — Да. Думаю, с меня хватит студентов колледжа. — Эй. Я студент колледжа. Он вздыхает. — И разве я не знаю об этом. Именно его рука на моей пояснице выталкивает меня из паба.