5

***

Вылазка назад через токсичный туман прошла в абсолютном, давящем молчании. Ксандр шёл впереди, не оборачиваясь. Я удерживала позицию в хвосте, чувствуя, как с каждым шагом к базе Отдела «Зеро» петля на моей шее затягивается всё туже. Когда огромные гермоворота с глухим стуком запечатались за нашей спиной, отрезав нас от дикого леса за Стеной, нас уже ждали. В центре ангара стоял Зейн. По бокам от него расположились четверо вооруженных охранников из личного блока Доктора — в тяжёлой белой броне, с электрошокерами и парализаторами наготове. — С возвращением, Полковник, — произнёс Зейн, делая шаг вперёд. На его лице играла довольная, мерзкая ухмылка человека, который наконец дождался своего часа. — Наземная фаза окончена. А теперь, согласно протоколу безопасности и прямому директивному распоряжению Доктора, боец Рейн направляется в медицинский отсек на изолированный суточный карантин. Я мгновенно сжала рукоять автомата, ощутив, как вдоль позвоночника пробежал липкий мороз. Охранники в белом сделали шаг ко мне, слегка разводя руки в стороны. Я автоматически метнула взгляд на Ксандра. Полковник стоял спиной к Зейну, медленно отстегивая разгрузочный жилет. Он даже не вздрогнул. Не повернул головы. Не сделав ни единого движения, чтобы остановить их или заступиться. Он просто отдавал оружие оружейнику, словно меня здесь больше не существовало. «Я заставлю тебя пожалеть…» — снова эхом отозвались его слова из бункера. Вот она, его цена. Как только я отказалась играться в его «любовь» и подчиняться, он просто умыл руки. Он отдавал меня Зейну без боя. — Боец Рейн, сдать оружие и проследовать за конвоем, — сухо и равнодушно бросил Ксандр оружейнику, даже не посмотрев в мою сторону. Зейн ухмыльнулся ещё шире: — Прошу за мной, Райна. Доктор уже приготовил всё необходимое для твоего обследования. Я сжала челюсти так, что зубы затрещали. Отдала автомат, выпрямила спину и, гордо подняв подбородок, шагнула вслед за белыми мундирами прямо в тёмный коридор, ведущий в лабораторию. Если они думают, что я сломаюсь — они сильно ошибаются. Переписываю сцену в лаборатории с учётом нового статуса Полковника Зейна! Теперь это жестокая дуэль двух равных по силе и власти мужчин, где Райна оказывается прямо посередине. Двери медицинского блока захлопнулись с глухим, тяжёлым стуком. Здесь воздух был пропитан озоном, формалином и ледяным, стерильным холодом. Меня завели в отдельный бокс с бронированными стёклами. Полковник Зейн медленно снял с себя военный китель с золотыми знаками отличия высшего командования и остался в стерильном защитном жилете. В отличие от полевого мундира Ксандра, форма Зейна давила своей абсолютной, выверенной властью. Он был не просто учёным — он был полковником кураторского корпуса, чьё слово в штабе весило не меньше, а в вопросах проекта «Вакцина» — даже больше, чем слово Ван Хейса. — Располагайся, Райна, — тихо проговорил Зейн, раскладывая на металлическом столе скальпели и длинные иглы. На его губах играла спокойная, властная ухмылка. — Ксандр слишком привык думать, что Сектор Четыре — его личное поместье. Но на этой базе высший приоритет у науки. И у меня. — Мечтай дальше, Зейн, — выплюнула я, не давая конвою затолкнуть себя к операционному креслу. Я встала по центру бокса, скрестив руки на груди, несмотря на адскую боль в раненом плече. — Ты думаешь, если нацепил полковничьи погоны куратора, то стал богом? Ты просто крыса, которая прячется за спинами охраны. Зейн лишь чуть приподнял бровь. Моя дерзость его не задела — для человека с его властью я была лишь невероятно ценным, но опасным объектом. — Агрессия… скачки адреналина… — пробормотал он, делая пометку в планшете. — Вакцина идеальна. Но Доктор и штаб хотят знать, почему твои гормоны дали такой критический всплеск вчера ночью в кабинете Ван Хейса. Полковник Ксандр что-то скрывает. И ты мне всё расскажешь. Он сделал знак своей личной охране. Двое амбалов в тяжёлой броне шагнули ко мне. Я не стала ждать. Вакцина в крови рванула горячей волной. Когда первый попытался схватить меня за раненое плечо, я уклонилась, перехватила его локоть и со всей силы вбила его лицом в металлический стеллаж. Раздался грохот и хруст. Второго я ударила коленом в пах, но силы после боя за Стеной были на исходе. Третий охранник щелкнул электрошокером, и разряд в несколько тысяч вольт пробил спину. Тело скрутило судорогой. Я рухнула на холодный кафель, выхватив ртом воздух, но когда они подхватили меня и пристегнули кожаными ремнями к металлическому креслу, я не издала ни звука. Только выжигала их яростным взглядом. — Сыворотка правды откроет всё, Райна, — Зейн подошёл со шприцем и без колебаний всадил иглу мне в шею — прямо поверх подживающего следа от губ Ксандра. Яд хлынул в вены морозным огнём. Сознание поплыло, а перед глазами всё закружилось. Препарат ломал волю, развязывал язык, вытаскивая наружу самые глубокие тайны. «Не отдавай им ничего…» — билась единственная мысль в моей тускнеющей голове. — «Ты не сломаешься. Ни перед ними, ни перед Ван Хейсом». — Итак, Рейн… — голос Зейна звучал эхом. Он наклонился к самому лицу. — Что произошло между тобой и Ксандром? Он спал с тобой? Он использует тебя, чтобы сорвать первую фазу? Я сжала зубы так, что прокусила губу, и во рту разлился солоноватый вкус крови. Острая боль удерживала разум на краю пропасти. Образы вчерашней ночи — горячие руки Ксандра, его рваный стон, движение его тела — вспыхивали перед глазами. Но я впилась ногтями в ладони до мяса, не давая словам вырваться. — Полковник Ван Хейс… просто… дрессирует своих солдат, — вытолкнула я из себя хриплый, ядовитый шепот. — А ты… Полковник Зейн… просто… жадный до чужих секретов паук. Зейн побледнел от такой дерзости. Он занёс руку, чтобы привести меня в чувство ударом, но в этот момент на стене бокса вспыхнул экран прямой связи из Главного Штаба. На экране появился Ксандр. Он уже снял полевую броню и стоял в парадном кителе, с холодным, абсолютно непроницаемым лицом. — Полковник Зейн, — прорезал динамики стальной голос Ван Хейса. — Прекратить ввод препаратов. Зейн выпрямился, сузив eyes. В его posture не было ни капли страха перед Ксандром — только звенящее, равное соперничество двух высших офицеров: — Ты не вправе отменять мои медицинские протоколы, Ксандр. Подопытная скрывает данные об адаптации. Канал связи с генералитетом открыт, и я имею полное право задействовать третью степень допроса. Ксандр на экране даже не моргнул. В его взгляде проскользнула смертоносная, злая уверенность: — Ты опоздал, Зейн. Пять минут назад Генерал лично утвердил приказ о присвоении бойцу Рейн статуса «Критический Полевой Актив». Вакцинированный субъект переходит под моё прямое командование для секретной операции в Секторе Четыре. Зейн застыл, а его пальцы сжали планшет так, что пластик затрещал. Ксандр обставил его по высшей армейской линии — через голову Зейна, переиграв его прямо в штабе. — Если ты повредишь её нервную систему сывороткой и сорвёшь операцию Генерала, — продолжал Ксандр ледяным тоном, — списывать ущерб перед трибуналом будешь лично ты, Полковник Зейн. Снимай фиксаторы. Это прямой приказ из Штаба. Экран погас. В боксе повисла оглушительная тишина. Зейн тяжело дышал, глядя на меня с глухой, затаённой яростью. Ксандр снова вытащил меня — не как любящий мужчина, а как опытный политик и полковник, переигравший своего заклятого врага на доске высшего командования. — Ты думаешь, он тебя спас, Райна? — прошипел Зейн, с силой отстёгивая кожаные ремни на моих запястьях. — Он просто использует тебя в своей войне со мной. И когда ты станешь ему не нужна — он выбросит тебя точно так же. Я выпрямилась на кресле, судорожно глотая воздух, и стёрла кровь с разбитой губы. «Я знаю, Зейн…» — подумала я, поднимаясь на дрожащих, но твёрдых ногах. — «Я знаю, что для вас обоих я просто оружие. Но вы оба пожалеете о том дне, когда решили в это поиграть». Я с трудом выбралась из медблока. Вакцина в крови постепенно выжигала остатки сыворотки Зейна, но тело всё равно горело, а левое плечо адски ноело под свежей повязкой. Никакого отдыха не было. Напряжение на базе достигло пика: по коридорам с грохотом носились технические группы, в оружейках со звоном вскрывали цинки с бронебойными патронами, а над штабом гудел сиреневый сигнал высокой тревоги. Это была не рядовая разведка за Стеной. Всё было намного серьезнее. Спустя полчаса весь спецотряд «Зеро» был созван в Центральный Брифинг-Зал. У огромного голографического стола стоял Ксандр. Его парадный китель сменился на тяжелую, штурмовую броню с шевронами высшего командования. Лицо — каменное, взгляд затянут ледяной мутью. Он даже не взглянул в мою сторону, когда я встала в строй у самой стены, судорожно сжимая кулаки. Рядом, словно коршун, замер Полковник Зейн. Его лицо искажала сдержанная, глухая злоба: Ксандр вырвал меня из его рук, но Зейн добился своего — он выбил разрешение лично сопровождать операцию в качестве главного научного наблюдателя. Пространство над столом вспыхнуло красной голограммой: горный хребет, испещренный заброшенными тоннелями и секретным комплексом. — Слушать Директиву Штаба! — стальной голос Ксандра прорезал тишину зала. — Цель — объект «Авалон». Заброшенный правительственный бункер в Секторе Семь, за глубоким рубежом Стены. По залу прокатился глухой шепоток бойцов. Сектор Семь считался мертвой зоной. Оттуда не возвращалась ни одна разведгруппа. — Три часа назад из «Авалона» прошел автоматический сигнал о прорыве контура, — продолжал Ксандр, медленно переведя холодный взгляд на меня. — Там хранится первородный штамм биомодификатора — основа той самой вакцины, что течет в ваших венах. Если зараженные или сторонние группировки вскроют хранилище — Отделу «Зеро» конец. Наша задача — проникнуть в подземный комплекс, извлечь главный сервер с данными и уничтожить объект. — Операция получила высший приоритет, — вступил в разговор Зейн, скрестив hands на груди и сверля меня глазами. — Ввиду критической опасности, авангард группы возглавит боец с максимальной степенью адаптации к вакцине. Боец Рейн. Я сжала челюсти. Они оба снова делали это. Ксандр использовал меня как таран для выполнения самоубийственного приказа Генерала, а Зейн — как подопытную крысу, чтобы проверить, сколько я выдержу в аду Сектора Семь. — Выход через пятнадцать минут на бронетранспортерах, — отрезал Ксандр, гася голограмму. — Выжить — задача второстепенная. Главное — приказ. Разойтись!Тяжелый броневик ревел мотором, пробиваясь через глухой туман и штормовой дождь. Внутри десантного отсека царила гробовая тишина, разбавляемая лишь лязгом оружия и вибрацией брони. Я сидела на скамье, проверяя затвор выданного автомата. Каждое движение отзывалось болью в раненом плече, но я тупо игнорировала ее. Напротив меня сидел Зейн. Он не сводил с меня глаз, держа на коленях кейс с медицинскими препаратами. А в глубине отсека, у кабины водителя, стоял Ксандр. Он смотрел в смотровую щель, полностью отгородившись от всех. Между нами трещала электричеством невидимая стена. Вчерашняя дикая страсть в кабинете, его жесткие руки на моих бедрах, его рваное «Ты искалечила меня, Райна» — всё это казалось сюрреалистичным сном. Сейчас он был просто Полковником Ван Хейсом, который вез меня на убой. А я была Рейн — бойцом, у которого забрали всё, кроме гордости и ярости. Броневик резко затормозил, давя колесами обломки бетона. — Прибыли, — глухо раздался голос водителя. — Перед нами вход в «Авалон». Гермодверь десантного отсека с шипением упала в грязь. Мы вышли в провал между гигантскими скалами. Перед нами чернела огромная, развороченная туша стальной двери, уходящая вглубь горы. Оттуда, из кромешной темноты «Авалона», веяло могильным холодом, запахом гнили и чем-то острым, химическим — тем самым штаммом, который бурлил в моей крови. Вакцина внутри меня мгновенно отозвалась: пульс подскочил, зрение в полутьме стало четким до звона, а на лбу выступил холодный пот. Комплекс «чувствовал» меня, а я чувствовала его. Ксандр шагнул ко мне вплотную. В полутьме его лицо казалось выточенным из угля, а глаза горели опасным, темным огнем. На секунду — всего на одну долю секунды — его железная хватка сжалась на моем наплечнике. Не как у командира. А так, словно он со всей силы удерживал себя, чтобы не выдернуть меня из этого ада назад. — Рейн, — его голос понизился до едва слышимого хрипа, перекрываемого шумом дождя. — Внутри комплекса полная автономия. Никаких правил. Держись за мной. Если ты отстанешь хоть на метр… — Я не стану за тобой держаться, Полковник, — холодно перебила я его, с силой скидывая его руку со своего плеча и глядя ему прямо в зрачки. — Занимайся своей миссией. А я займусь своей. Я вскинула автомат и первой шагнула в черную пасть подземного комплекса «Авалон».