Глава 10-День, когда остров открыл глаза

Утро наступило без предупреждения. Никакого света сквозь сон, никакой мягкости. Просто шум лагеря, который в какой-то момент стал громче, резче — и Мия поняла, что ночь закончилась. Она проснулась от чужого смеха и стука дерева о дерево. Тело ныло так, будто её снова били, хотя на самом деле били вчера. Синяки отзывались тупо и лениво, как старые обиды. Она села не сразу. Посидела, собирая себя по кускам. Руки дрожали. В голове было пусто, будто кто-то выскреб всё лишнее — страх, злость, мысли. Осталась только усталость. Сегодня был обычный день. Настолько обычный, насколько вообще может быть день в Нетландии. Её снова отправили работать. Без объяснений. Без взглядов. Просто кивок в сторону — и она пошла. Сегодня это была рыба. Чистка, сортировка, таскание воняющих корзин от берега к кострам. Работа мерзкая, однообразная, липкая. Запах въедался в пальцы, в одежду, в кожу. Мия делала всё молча. Дар притих. Не исчез — просто затаился, как зверь, который наелся и лежит в тени. Она чувствовала лагерь, но приглушённо. Эмоции были размыты, словно через воду. Мальчишки снова начали шептаться. Сначала издалека. Потом ближе. Кто-то специально толкнул её плечом, проходя мимо. Кто-то уронил корзину так, что вода и рыбья чешуя облили ей ноги. — Смотри, куда прёшь, — буркнули. Она ничего не ответила. Это, кажется, их и разозлило. — Эй, ведьма, — сказал кто-то за спиной. — Ты оглохла? Она медленно выпрямилась и обернулась. Их было трое. Те же лица. Те же взгляды — злые, напряжённые, но теперь в них было что-то ещё. Страх. И от этого они злились сильнее. — Отстаньте, — сказала Мия тихо. — Я просто делаю свою работу. — Ты делаешь больше, чем должна, — сказал один из них. — Лезешь туда, куда тебя не звали. — Думаешь, ты теперь особенная? — добавил другой. — После вчерашнего? Её толкнули. Не сильно. Проверяя. Она пошатнулась, но устояла. — Оставьте меня в покое, — повторила она. Уже жёстче. Они переглянулись. Улыбки были нервные. — А если нет? Первый удар пришёлся в плечо. Второй — в спину. Земля снова оказалась слишком близко. Всё происходило до ужаса знакомо. Слишком. И в этот момент что-то внутри неё лопнуло. Не резко. Не со взрывом. А так, как трескается стекло — сначала тихо, почти нежно. Злость накрыла её не как вспышка, а как прилив. Горячий, тёмный, без слов. Она не думала. Не чувствовала боли. Только ярость — чистую, выжженную. Остров отозвался. Сначала дрогнул воздух. Потом — земля. Лёгкая вибрация под коленями, будто кто-то огромный перевернулся во сне. Мальчишки замерли. — Что за херня… — выдохнул кто-то. Земля трещала. Тонкие линии расползались от места, где стояла Мия, будто корни, будто вены. Камни подпрыгивали. Листья сыпались с деревьев. Шум нарастал, глухой, низкий — как рёв. Мию подняло в воздух. Медленно. Почти торжественно. Её ноги оторвались от земли, руки сами поднялись в стороны, пальцы разжались. Голова откинулась назад. Дыхание оборвалось. Глаза побелели. Не закатились — стали пустыми. Ни зрачков. Ни радужки. Только белизна, светящаяся в полумраке леса. Остров кричал. Мальчишки закричали тоже. Кто-то упал. Кто-то побежал, спотыкаясь, матерясь, забыв обо всём. Паника накрыла лагерь мгновенно. То, что они видели, не вписывалось ни в одну из их страшных сказок. — Это она… — Блядь, блядь, блядь… — БЕГИ! А Мия висела в воздухе, не чувствуя ничего. Ни времени. Ни себя. Только мощь, проходящую сквозь неё — не принадлежащую ей, но использующую её. Потом всё оборвалось. Так же резко, как началось. Земля затихла. Трещины перестали расти. Воздух осел. Мию отпустило — и она рухнула вниз, на колени. Руки дрожали. Голова кружилась. Лёгкие судорожно ловили воздух. — Что… — выдохнула она. — Что это было?.. Ответа не было. Она почувствовала его раньше, чем увидела. Питер. Он стоял неподалёку, окружённый хаосом — перевёрнутыми корзинами, испуганными мальчишками, треснувшей землёй. Его лицо было бледным. Глаза — расширенными. Он смотрел на Мию так, как никогда раньше не смотрел. Не с холодным интересом. Не с контролем. С испугом. — Что произошло? — спросил он резко. Мальчишки заговорили все сразу. Обрывками. Путаясь. Он поднял руку — и они замолчали. — Ты, — сказал он, глядя на Мию. — Ты идёшь со мной. Она попыталась встать — и едва не упала снова. Он оказался рядом мгновенно, подхватил её под локоть. Прикосновение было неожиданно осторожным. Она посмотрела на него снизу вверх. Глаза уже были обычными. Растерянными. — Я… — начала она. — Я не знаю… — Молчи, — сказал он тихо. — Потом. Он повёл её прочь от лагеря. В свой домик — тёмный, заставленный книгами, свитками, странными предметами. Уложил её на скамью. Она сидела, обхватив себя руками, всё ещё дрожа. Питер ходил из угла в угол. Потом резко остановился и начал вытаскивать книги. Старые. Потрёпанные. С символами, которые она не понимала. Он листал их быстро, нервно. Бормотал себе под нос. — Невозможно… — Остров не должен… — Это не так работает… Мия смотрела на него и впервые видела Питера таким — растерянным. Не знающим. — Питер… — тихо сказала она. Он поднял на неё взгляд. И в этом взгляде было всё: страх, удивление и понимание того, что он больше не контролирует ситуацию полностью. А остров — выбрал её. И это пугало его до чёртиков.