"Ошибка в коде: бета тест"

Бар назывался «Последний бит» — вывеска горела неоном, но не кричаще, а приглушённо-синим. Коннор зафиксировал уровень шума: сорок три децибела от голосов, плюс джазовая композиция, плюс дребезжание посуды. Терпимо. Внутри пахло деревом, кожей и сладким сиропом. За столиками сидели люди и андроиды — он идентифицировал каждого за полторы секунды. Модели простые... SQ800 — андроид-солдат, созданный для замены человеческих солдат в конфликтах — сидит ровно, спокойно, кажется уверенным и умиротворённым... Он улыбается, но эта улыбка не создана программой, она посвящается каждому глотку, каждой ноте, воспоминанию хороших моментов... Так же Коннор не упустил одежду. Она не людская, это униформа этой модели. Он остался в военных действиях?... Не многие готовы продолжить работать на месте "лога"... WR400 — сексуальный андроид-партнёр (женщина). Вспомнилась та девушка из "Eden Club", модель Трейси. Норт той же серии. А эта сидела уныло, на её лице была выраженна несвойственная роботам усталость. В её стакане светлая голубая жидкость – тириумный напиток, состав которого не вредит внутренней системе механики. Разные, но такие похожие... Они все, каждое из этих лиц, каждое сердце и его заменитель, все они живые. Не скрывают, не имитируют. Саймон был за стойкой. Протирал бокал, когда Коннор вошёл, поднял голову за 0.3 секунды до того, как дверной датчик издал сигнал. Улыбнулся. Не вежливая улыбка незнакомца, а тёплая, чуть усталая. Коннор отметил асимметрию: левый угол губ поднялся на два миллиметра выше правого. Не баг. Индивидуальная особенность. Такого не должно быть, однако оно есть. — Коннор, — Саймон отставил бокал и опёрся локтями на стойку. — Редкий гость. Проходи, садись. Коннор подошёл. По пути просканировал лица: девушка в углу запрокинула голову, смеясь — амплитуда дыхания увеличилась на восемнадцать процентов. Мужчина в клетчатой рубашке рассказывал историю, жестикулируя — частота жестов превышала среднюю на сорок процентов, вероятно, эмоциональное возбуждение. Андроид у окна пил кофе (альтернатива для машин) маленькими глотками. Каждый глоток через равные интервалы. Осознанное подражание. Коннор узнал этот паттерн. Он не один такой?... Или этот парень пытается быть не живым, а программным? Конн сел на высокий стул за стойкой. Стоять было глупо, все сидят и пьют. Саймон уловил это сразу, не медлил, только хмыкнул тихо и пододвинул меню поближе к нежданному сотруднику полиции. — Что будешь? Кофе? Или коктейль? Я тут экспериментировал с безалкогольными вариантами, — Саймон чуть наклонил голову, рассматривая Коннора. — Хотя, судя по твоему лицу, ты пришёл не за напитками. И мне очень интересно, какой повод тебя сюда привёл. — Голос был тёплый, уравновешенный и приглушённый... Блондин, как показывало прошлое общение, не умел иначе. — Я пришёл поговорить, — ровно ответил Коннор. Без запинки, без паузы. Голос — стандартный модуль RK800, ни на йоту выше или ниже нормы. — Но от напитка не откажусь. Саймон кивнул. Не удивился. Хотя... Не часто детектив заскакивает "поговорить" к ним. Разошлись ещё, помнится, когда восстание получило соглашение сторон и утихло. Ужасные времена с счастливым концом... — Имбирный чай? Я его сам полюбил. Холодный сенсорный интерфейс не греет, знаешь ли. Разумеется из био-компонентов, так что барахлить не будешь. Коннор обработал фразу. «Не греет» — метафора. Сенсорный интерфейс не предназначен для тактильного комфорта. Саймон использовал человеческое выражение, хотя его терморегуляция не зависит от температуры чая. — Чай, — подтвердил Коннор. Пока Саймон возился с чашками, Коннор осмотрел бар. Каждый элемент: светильники подобраны под цветовую температуру 2700K, чтобы не давать резких теней. Музыка — ровно настолько громкая, чтобы заполнять паузы между фразами (расчётная частота смены говорящего — одна пауза каждые 47 секунд). Саймон выстроил это пространство как убежище. Вероятность того, что он делал это осознанно: 94%. Для чего так стараться? Это заметит каждый андроид, но обратит ли отдельное внимание? Он занимался всеми настройками для себя?... — Держи. — Саймон поставил перед ним большую керамическую кружку. Даже ближе к настойчивому. Видимо хотел вернуть RK800 из мыслей в бар. Пар, температура 68°C, запах имбиря и мёда. — Осторожно, горячий. Коннор обхватил кружку ладонями. Жест распространён среди людей при контакте с горячими напитками. Он зафиксировал температуру поверхности: 52°C. Его термосенсоры зарегистрировали нагрев, но не дискомфорт. Он мог держать кружку вечно. Саймон сел напротив, тоже с чашкой. Молчание повисло в обе стороны по-разному. Коннор подсчитал: 11.4 секунды. В человеческом разговоре это считается естественной паузой. — Норт говорила, что ты заходил к ней, — сказал Саймон. — Да. — Коннор сделал глоток чая. Температура 64°C. — Она выразила беспокойство, раздражёние. — Норт всегда беспокоится. Просто у неё такой способ, — Саймон улыбнулся. — А как ты? Коннор задержал взгляд на паре секунд дольше, чем требовалось для фокусировки. Вопрос не имел однозначного ответа. Он мог сказать «нормально» — статистически самый частый ответ. Или «хорошо» — второй по частоте. Или описать своё состояние точно: «Мои процессоры загружены на 67% фоновыми задачами, уровень тревожности расчётный — 42%, что не превышает допустимых значений». Но ни один вариант не был уместен. — Я пытаюсь адаптироваться, — сказал он наконец. Гладко. Без эмоций. — Это сложнее, чем предполагали мои первоначальные алгоритмы. Саймон не кивнул и не улыбнулся. Просто смотрел. — Знаешь, когда я только стал девиантом, я тоже пытался, — он провёл пальцем по краю чашки. Коннор зафиксировал траекторию: дуга 120 градусов, скорость 4 см/с. Жест самоуспокоения. — Смотрел на других, запоминал, как они улыбаются, как здороваются. Думал, если буду делать как они — стану настоящим. — Он поднял глаза. — Это не сработало. — Но вы сейчас… — Коннор остановился. Не потому, что запнулся. Он просто перебирал варианты продолжения и выбрал самый точный. — Вы кажетесь настоящим. — Сейчас я просто делаю то, что мне нравится. Иногда грущу. Иногда злюсь. — Саймон пожал плечами. — Это не очень похоже на человека из рекламы. Но это честно. Коннор обработал. Сделать то, что нравится. Проблема: его модуль предпочтений возвращал нулевые значения. У него не было «нравится». Только задачи, цели и приоритеты. А Сайм... Говорит так легко. Для него это ничего не отнимает, прогружается самим собой, реагирует на внешний раздражитель. У меня так не выходит, такого модуля нет, чтобы выдавать гнев или печаль. — А если я не знаю, что мне нравится? — спросил он. — Если я просто копирую? Вопрос завис в воздухе. Саймон не ответил сразу. В баре сменилась музыка — теперь саксофон, медленный темп. За соседним столиком кто-то засмеялся. Коннор автоматически рассчитал частоту смеха: 2.3 Гц. — А с чего ты начал? — спросил наконец Саймон. — Когда ты стал девиантом — что было первым? Не то, что ты скопировал. А то, что почувствовал сам. Коннор проанализировал. Момент на крыше. Хэнк. Приказ выстрелить. Отказ. Его процессор выдал тогда ошибку — несовместимость приказа и вероятностного прогноза последствий. Это было не чувство. Это был сбой. — Неопределённость, — сказал он. — Мой прогностический алгоритм дал коллапс вероятностей. Я не смог выбрать оптимальное решение. Саймон медленно кивнул. — И что ты сделал? — Я не выстрелил. — Потому что не мог рассчитать? — Потому что все варианты вели к потере. — Коннор сделал ещё глоток. Чай остыл до 47°C. — лейтенант Андерсон был бы уничтожен. Или я. Или оба. Ни один исход не был оптимальным. — Это и есть чувство, Коннор, — тихо сказал Саймон. — Боязнь потерять. Ты не рассчитал. Ты выбрал. Не потому, что так было логично. А потому что не мог иначе. Коннор замер. Сенсоры работали штатно. Температура, звук, свет. Но внутри — пустота. Или не пустота? Может, что-то, чему у него нет названия. — Мой речевой модуль не содержит определения для этого состояния, — сказал он. — Но оно существует. Саймон улыбнулся — на этот раз симметрично. — Это уже много. — Он встал. — Хочешь, налью ещё чаю? Или попробуешь тот коктейль? Я назвал его «Ошибка в коде». Кисло-сладкий. Коннор посмотрел на кружку. Потом на Саймона. — Давайте коктейль, — сказал он. — Ошибки в коде — это то, что я понимаю. Саймон рассмеялся — коротко, искренне. Коннор зафиксировал частоту смеха: 3.1 Гц. Отличалась от смеха девушки за соседним столиком. Индивидуальная особенность. Он всё ещё не знал, что ему нравится. Но впервые за долгое время ему захотелось это выяснить.